Цветы Сатаны [Поль Альтер] (fb2) читать постранично, страница - 2

шарики, устремленные на зеркало бассейна. Он похолодел бы до костей, разглядев необычные огоньки, мерцавшие в их зрачках, плотоядные, ненормально инфантильные улыбки. И не без причины: здесь всегда что-то случалось. Недавно один больной в приступе безумия откусил санитарке половину уха только потому, что еда показалась ему недостаточно горячей!

Солнце слепило глаза. Из окна гостиной Дебра едва различала силуэты за зарешеченными окнами здания напротив. Но она хорошо представляла себе этих людей, угадывала их безумие и холодное одиночество, в котором они пребывали. Безумцы ужасали ее, и в то же время ей было их жаль. Нет, это становилось невыносимым… Постоянное общение с такими людьми оказывало роковое влияние на персонал больницы, и в первую очередь — на ее мужа. Человек, вынужденный постоянно общаться с умалишенными, теряет частицу себя. Роя это тоже вывело из равновесия, Дебра в этом не сомневалась. Да и сама она в последнее время чувствовала в себе какие-то изменения. Нужно было срочно покинуть это проклятое место, пока она вконец не свихнулась от тех желтых кругов.

Скрип двери за спиной вывел молодую женщину из задумчивости. Обернувшись, она увидела Роя.

— Все в порядке, дорогая? — участливо спросил он.

Откашлявшись и прочистив пересохшее горло, Дебра отозвалась:

— Да… Вот только жарко очень.

Неожиданно сняв очки, он пристально посмотрел на нее.

— И ты стоишь прямо на солнце? Ведь знаешь, как это вредно для твоих глаз!

Дебра знала это. Однажды она так долго всматривалась в переливающиеся яркие отблески на воде, что в конце концов увидела однообразную ослепительную завесу, а затем — ничто, черноту. Потребовалось несколько дней лечения, прежде чем к ней вернулось зрение. Рой сам лечил ее, а потом… сделал предложение.

Дебра подошла к зеркалу на комоде, вгляделась в собственное отражение.

— Хотелось немного подзагореть… Уже июль, а я все еще белая, как снежная баба!

— Ты самая очаровательная из всех снежных баб, — улыбнулся Рой, приближаясь к ней. — Но если тебе так уж хочется загореть, почему бы нам не отправиться на пляж в ближайший уик-энд?

— Превосходная идея! — наигранно восторженно воскликнула Дебра, пытаясь этим взрывом энтузиазма замаскировать свои мысли.

— Так и сделаем! Отправимся в Плимут в эту субботу. Я знаю превосходный отель, а рядом — почти безлюдная бухточка. Мы сможем загорать целых два дня, одни, если только погода не испортится.

«Ехать в Плимут с Роем — об этом и речи быть не может!»

Конечно же, Дебре очень хотелось туда поехать, но… одной. Невинное предложение мужа, сделанное от чистого сердца, не доставило ей удовольствия. Именно в Плимуте когда-то жила ее подруга Дебора Джеймс, жила в небольшой квартирке на последнем этаже дома неподалеку от порта, где в основном селились художники или проезжие. Дебора Джеймс — подруга? Может быть, слишком сильно сказано, но все-таки Дебра была уверена: у той девушки никогда не было друга, которому она могла бы раскрыть душу. Они были ровесницами. При жизни Дебора страдала психическими расстройствами. Жила замкнуто в своей квартирке на ренту, оставленную в наследство покойным отцом. Она избегала людей, боялась их и по возможности уклонялась от любого разговора. Затворница, замкнутая в себе, тень, незаметная для окружающих.

Они познакомились в больнице, куда та приходила для лечения. Обе женщины сразу прониклись симпатией друг к другу; Дебора доверяла Дебре даже больше, чем ее мужу, у которого консультировалась. Между женщинами установилось что-то вроде электрической связи; кстати, они были очень схожи внешне, разве что лицо Деборы было потусклее.

После первого собеседования доктор Жордан назначил своей пациентке второе, и Дебра вызвалась съездить за ней на машине; по телефону договорились о месте встречи: Дебора назначила ей свидание у околицы небольшой деревушки, на прибрежной дороге, которую особенно любила.

К условленному времени Дебра была уже на месте, но встретили ее лишь ветер с моря да несколько чаек, паривших над близкими волнами. Несколько часов прождала она девушку — напрасно. В начале тропинки, отходившей от дороги, на земле лежала сумочка.

Сумочка Деборы.

В ней находились ее документы, ключи. Ужасное подозрение охватило Дебру, когда она подошла к краю крутого берега; внизу бились волны Атлантики. Задумчивая и встревоженная вернулась она домой, мужу сказала лишь, что не встретилась с его пациенткой. От подробностей воздержалась. На следующий день она съездила в Плимут, открыла дверь квартирки одним из найденных в сумочке ключей. В квартире никого не было.

Неделю спустя Дебра повторила попытку. В квартирке все было по-прежнему: от Деборы Джеймс остались лишь воспоминания.

И хотя нигде и никем не упоминалось об утонувшей в течение последнего месяца, Дебра была уже уверена, что девушка, часто находившаяся в подавленном состоянии, в момент сильной депрессии покончила с собой, бросившись в тот день в волны с высоты --">