Страшные сказки о Шгаре. Рассказ девятый: О том, как правитель по имени Бургун сошел с ума [Рустам Асанович Ниязов] (fb2) читать постранично, страница - 3

рассматривая жемчуг. – Но я знаю одного человека, который лечит людей от страха!

– Уж не Перьят ли?

– Он самый! И никто, кроме него.

Услышав это имя, Нарихам заторопился на выход.

– Но я должен тебя предупредить! – крикнул Шурмени вслед.

– О чем, уважаемый?

Шурмени направился к дряхлому кожаному сундуку и вывалил из него целую гору старых знахарских книг и записок. Записки лежали вперемежку с человеческими костями, клубками звериных волос, связками высушенных собачьих ушей.

– Сейчас... – пробормотал он. – Где-то она должна быть...

Он погрузился в пыльное облако, отмахиваясь от встревоженной моли, и вытащил на свет смятый кожаный свиток.

– Вот... Записки всеми почитаемого старца Вайруллы...

– Старца Вайруллы? Он же проходимец, выдающий себя за учителя и основателя всей гильдии знахарей и предсказатей!

Шурмени гневно стрельнул глазами на брата, предостерегая его от необратимых поступков.

– Опомнись, Нарихам! Сладкая дворцовая халва вконец оплела твой язык! Не говори худое об учителе всех учителей!

Нарихам снисходительно ухмыльнулся и присел на краешек ковра, что было знаком пренебрежения к хозяину дома.

– Читай же быстрее, брат, я спешу!

Шурмени поднес свиток к огню и развернул его. Старая телячья кожа затрещала на изломах, выдавая невыразимую ветхость письма.

– Вот, нашел! – пробормотал он, щурясь на мелкую клинопись: «Во славу Ишнар и ее подземных слуг! Хотел бы предостеречь, вас, братья! Не принимайте в свои ряды лекарей, обещающих излечить больного от страха, стыда или тревоги. Все три болезни проистекают из одной природы и даны для усмирения духа и покорного приятия судьбы! Сказано Вайруллой, отцом вашим».

– Прощай, Шурмени! – хлопнул дверью его брат-невежда.

3

Только под утро Нарихам вернулся во дворец, в свою темную комнатку, где среди горшков и сушенных змеиных шкурок, он занимался врачеванием. Обойдя за ночь всех знакомых ему знахарей и гадальщиков, поднося каждому маленький, но весомый дар, он слышал в ответ лишь два слова: либо «не знаю» либо «Перьят». Посовещавшись со своей старой служанкой, лекарь, не медля, пошел на прием к великому визирю.

– Лучезарный Саирбоб, ты весь излучаешь блеск, как булатный клинок из далекой сказочной страны Сирии... – начал было Нарихам, поклонившись визирю, но тот грубо его оборвал:

– Довольно! Будем считать, что ты как следует вылизал мои пятки! Теперь говори дело!

– Болезнь Мудрейшего из мудрейших, да хранит его великая сила Ишнар, настолько тяжела, что мне нужен помощник!

– Так, и кого ты хочешь взять в помощники?

– Я нашел человека, его зовут Перьят, он бродяга из далекого Турфана, где живут люди в желтых одеждах и носят горшки на головах.

– Он в городе?

– Да, несомненно.

– Хорошо, тогда немедленно пойдем к городовому!

Едва поспевая за молодым визирем, Нарихам вприпрыжку побежал по скользкой плитке длинного дворцового зала. Они миновали сводчатый айван, выложенный изнутри удивительной фреской, изображавшей битву ашдахаров и львов, и поднялись на крыльцо невзрачного дома.

– Так как ты говоришь, его зовут? – спросил городовой, сидя за низким столиком и покуривая кальян.

– Его зовут Перьят.

– А ты уверен в нем? Никто не говорил тебе ничего дурного об этом дервише? Ведь тебе отвечать перед эмиром!

Нарихам покачал головой. Тогда городовой хлопнул в ладони, и в этот же день, в узкую дверь знахарской кельи втолкнули худого жалкого человечка. Старик дал знак стражникам, чтобы они перестали выкручивать дервишу руки.

– Ты Перьят, не так ли?

Дервиш снял со спины старый плетеный кузов и бережно положил его перед собой.

– Да, о мудрец! – проговорил он, все еще оглядываясь на грозных воинов.

Нарихам отпустил стражников и пригласил дервиша присесть на единственное чистое место в углу своей комнатки. Из маленького оконца шел скупой дневной свет, освещая исхудавшее лицо бродяги.

– Говорят, ты много ходил по свету? – спросил его Нарихам. – Бывал в Туркестане, Сирии, Мазандеране?

– Да, уважаемый, я выбрал жизнь бродяги и ни разу не пожалел об этом!

– Меня не заботит твоя жизнь! Говорят, ты умеешь лечить людей от страха?

Лицо дервиша ожило, и он даже попытался улыбнуться.

– Ах, вот почему я здесь! – произнес он, найдя ответ на все свои догадки.

– Твое искусство требуется великому правителю Шгара! Да не будет он обделен вниманием всесильной Ишнар!

Как только миновала ночь, Нарихам повел дервиша к эмиру. Болезнь владыки, как видно, крепчала, потому что на входе их дважды обыскали, заставив раздеться догола. Хмурые стражники ощупали каждую нитку их одежды, ища оружие или яд.

– Только не смейте открывать эту кубышку! – попросил дервиш, когда в цепких руках воинов оказался маленький кувшин из полой тыквы, оплетенный бечевой. После долгих препирательств, воины вернули ему загадочный сосуд и впустили в покои правителя.

Двух дней не прошло с тех пор, как распрощался лекарь со своим эмиром, но за это время коварная --">