Андрей+Наташа [Сергей Кузичкин] (fb2) читать постранично, страница - 2

по реке деревом отшибло. Не всю, но основательно. Как говорил один из героев фильма «Джентльмены удачи», «тут помню, тут не помню». То ли по аналогии с каким-то другим популярным в те годы фильмом, то ли еще по каким-то причинам, но прозвали в больнице неудачного сплавщика Водолазом. Прозвище это пришло вслед за ним и в родное село, название которого Водолаз почему-то хорошо помнил. Узнавал он и свою мать, и название улицы, и номер родительского дома тоже вспомнил, а вот жену и детишек узнавать не хотел и дом, где был хозяином, не признал. Получив инвалидность, он стал жить в доме матери. Из дома выходил редко, а когда ходил по селу, никого не узнавал и ни с кем не здоровался. Но иногда, видимо, в какие-то минуты светлых проблесков ума, Водолаз останавливал вдруг на улице одного из соседей (а то, бывало, двух или трех сразу) и начинал говорить о погоде, видах на урожай в полях и огородах, о борьбе со снегом на дорогах района и о том, устоит ли Куба против Америки. Минуты просветления сознания у Водолаза были недолгими, и он прекращал общение с народом так же резко, как и начинал. К причудам этим бывшего кузнеца в селе постепенно привыкли. Агрессии «больной на голову» (это еще одно прозвище, которое дали острые на словцо сельчане Наташиному родителю) не проявлял, а иногда высказывал очень даже умные суждения. И многие его охотно слушали. Некоторые даже с интересом и вниманием. И искренне жалели, что речь Водолаза была недолгой. Раза два-три в год бывшего кузнеца и неудавшегося сплавщика возили на обследование в районную или краевую больницу. Иногда оставляли на месяц-другой в лечебнице, но всегда возвращали на малую родину. Несколько раз в числе сопровождающих бывшего мужа в столицу края была Наташина мать. Водолаз ее даже стал выделять среди других, но женой не признавал. На собственных детей он по-прежнему не обращал никакого внимания.

Оставшись без мужа, Антонина Кузьминична одну корову продала. И хоть было ей, работающей на ферме по выращиванию телят, тяжело одной с тремя чадами, никаких попыток привести в дом нового кормильца она не делала. В совхозе предложили отдать дочек в школу-интернат, но она долго отказывалась. И лишь когда девочки подросли и стали рассуждать как взрослые (Наташа пошла в пятый класс, а Люба — в третий), мать, посоветовавшись с ними, решила перевести детей на учебу в райцентр.

В интернате у девочек, во многом похожих по характеру, стали проявляться видимые различия. Худенькая, ростом выше некоторых мальчишек Наташа была малообщительна, часто стеснялась даже спросить что-то лишний раз, уроки делала всегда сама, никому не надоедая. Ей нередко поручали выполнять какую-нибудь общественную работу, от которой другие отказывались. Она не отказывалась. Никогда не отказывалась от общественных дел и Люба. У младшей сестры неожиданно проявился организаторский талант, ее выбрали сначала звеньевой в своем классе, потом членом школьной дружины, а когда училась в восьмом, ей, едва приняв в комсомол, доверили место комсорга школы. Уже в те годы она заметно расцвела и похорошела, и в компании школьного комсомольского секретаря частенько можно было видеть и молодых учителей-мужчин, и инструкторов из райкома. Любе прочили большое будущее и университет. Но она неожиданно для всех сразу после школьных экзаменов вышла замуж за вернувшегося только что из армии совхозного паренька — водителя директорской «Волги». Пошла работать к матери на ферму. Однако разбуженную в ней в интернате общественницу было уже не остановить. Через полгода Люба выбилась в заведующие фермой, через год родила сына, но дома не усидела, вышла на работу. Должность заведующей совмещала с работой в профкоме, а еще через год поступила на заочное отделение сельхозинститута и в двадцать лет (!) была избрана депутатом районного совета.

Жизнь старшей сестры не была такой бурной. После восьми классов Наташа поступила учиться в сельскохозяйственный техникум. Техникум был специфический. Находился он не в краевом центре, как большинство подобных ему учебных заведений, а в небольшом городке, и учили там не на агрономов, ветеринаров и животноводов, а выпускали специалистов по переработке зерна. Там, в этом городке, в техникуме, вернее, в общежитии техникума и произошла у Наташи первая ее любовь. Произошла — не больше и не меньше. Такой же худой, высокий студент Витя, как и Наташа, не любил физкультуру, и однажды во время урока физвоспитания Наташа с Витей оказались не в спортивном зале, а в скверике возле общежития.

Если говорить откровенно, то этот хиляк Витя не был героем Наташиного сердца. Но он был первым, кто обратил на нее внимание и был настойчив в своей цели. Оказавшись рядом на скамеечке, молодые люди разговорились. Вначале их объединила общая нелюбовь к занятиям физической культурой, а потом…

Потом выяснилось, что Витина семья сродни семье Наташи. Витина мать-одиночка воспитывает двух старших сыновей и маленькую дочь. Витя в семье старший ребенок, но не главный. Вся --">