Земля [Григол Самсонович Чиковани] (fb2) читать постранично, страница - 3

ты и этого не знаешь?

— Не знаю.

— Аргонавты, говорят, были греческие моряки.

— Как же удалось этому самому Язону руно золотое похитить?

— Ему, кажется, Медея помогла, дочь царя Колхиды Аэта.

— Так что же получается — она отца своего предала, да? — не поверила Ция.

— Предала, Ция. И не только отца — она и родину предала.

— Отца, родину?! — У Ции от ужаса даже зрачки расширились.

— Да, да — отца, родину, — подтвердил Уча.

— Бесстыжая... Как это она могла! — От волнения у Ции пересохло в горле. — Может, ее принудил кто?

— Да никто ее не принуждал! Это любовь ее заставила.

— Любовь?! — ужаснулась Ция.

— Да, любовь к Язону, — сказал Уча.

— Любовь к врагу? — задохнулась Ция. — Что же это за любовь такая?

— Плохая это любовь, Ция. — Уча сочувственно смотрел на Цию. Ему стало жаль ее.

— Какая ужасная любовь, Уча. Ну и ведьма эта твоя Медея, воистину ведьма.

— Да, воистину ведьма, — согласился Уча. — Это еще что — она и брата родного, оказывается, убила из-за своей любви к Язону.

— Ой, не надо, ради бога, Уча! — всплеснула руками Ция.

— Изрубила на куски и выбросила в море.

— Да она похуже ведьмы была, проклятая. Так ты говоришь, любовь ее на эти ужасы толкнула?! — засомневалась Ция.

— Да не я это говорю. Так в легенде про это сказано. Любовь, мол, и не на такое еще может человека толкнуть.

— Разве любовь делает человека злодеем? Не верю я, что любовь может толкнуть человека на злодейство. Не верю, и все. Выдумки все это. Не верю я, чтобы такая Медея когда-нибудь была на свете.

— Да какие там выдумки, это легенда такая, Ция.

— Все равно выдумка, выдумка это, — не согласилась Ция с Учей.

— Легенды не выдумывают, Ция. В них отражается то, что в действительности когда-то было.

— Было! Да не могло такого быть.

— Если бы не было, зачем народ хранил бы такую легенду?

— Ну и не надо было ее хранить. Лучше бы позабыли ее навсегда. Ужасная легенда, Уча, — зябко поежилась Ция.

— Успокойся, Ция. Ведь я сказал тебе, что это легенда, легенда, понимаешь?

— А где же все это написано, Уча?

— Я это не из книг вычитал. Мне Андро Гангия рассказывал, главный инженер «Колхидстроя». Он говорил, что про золотое руно и Медею все люди знают.

— Ну и пусть знают. А я больше об этом и слышать не хочу. Хватит про Медею, Уча. Лучше скажи, был ты уже у этого главного инженера?

— Нет, Ция. Андро Гангия сам к нам пришел в Диханцквили, — сказал Уча. — И не только к нам. Он, говорят, пешком исходил все наши болота и леса — все измерил и изучил. В нашем селе зашел в каждую хибарку, все наши беды собственными глазами увидел, с каждым поговорил по душам.

— А у тебя он был?

— Конечно, был!

— Ну и что, успокоил он тебя?

— Андро Гангия никого не успокаивает. Не за этим он к нам приходил. Он людей на стройку звал. «Ваша судьба, — говорил он, — целиком в ваших руках. Если всем миром навалиться, землю у болота обязательно отберем».

— А что народ? — с нетерпением спросила Ция.

— Кто пошел на стройку, а кто и отказался. Всегда ведь так.

— Зачем же отказываться? — огорчилась Ция.

— Не верит народ, что человек может одолеть болото, вот и отказывается.

— А может, и правда не одолеть вам болото?! — с испугом спросила Ция.

— Такие люди, как Андро Гангия, одолеют, обязательно одолеют, — убежденно ответил Уча.

Ция заметила, что Уча гордится знакомством с таким человеком.

— А тебя не звал на стройку Андро Гангия?

— Конечно, звал.

— И что ты ему на это?

— Не смогу, сказал я, к вам пойти.

— А он не спрашивал почему?

— Я сказал, жениться надумал.

— А он что?

— Сначала засмеялся, — смущенно ответил Уча, — а потом...

— Засмеялся?! — перебила его Ция и нахмурилась. — Что же в этом смешного? — вспыхнула она. — Что он в этом смешного нашел?!

— Не знаю, Ция. Я вроде бы ничего смешного не говорил. Я и рассердиться не успел — он одобрительно так на меня посмотрел и спрашивает: красивая у тебя невеста?

— А ты что ответил? — выжидательно взглянула на него Ция.

— Я сказал: невеста моя самая красивая на свете.

— А он что?

— А он улыбнулся, вот так, как ты сейчас улыбаешься: открыто и ласково. Так я и думал, говорит, что она самая красивая...

— А почему это он решил, что твоя невеста должна быть красавицей, а? — не скрывала радости Ция.

— Не знаю, почему он так решил, но то, что он не ошибся, это факт.

— Ой ли? — лукаво улыбнулась Ция.

— А знаешь, что он еще сказал?

— Что?

— Как же ты, говорит, такую красивую девушку сюда привести вздумал. На это чертово болото, в эти джунгли дремучие. Когда он это сказал, мне совестно стало... Я даже подумал, что они сговорились.

— Кто они?

— Твой отец и Андро Гангия.

— У отца своя голова на плечах, — обиделась Ция. — Стал бы он с твоим Гангия сговариваться, как же. Да он его и в глаза никогда не видел... — Ция опять нахмурилась, ей снова вспомнилась Медея, никак не шла из головы эта история о вероломстве и предательстве. — Неужели любовь может так ослепить женщину и толкнуть на такую мерзость? — вслух подумала --">