ВЕЛИКИЙ ПАТЕРИК. Сокровищница духовной мудрости преподобных отцов Церкви. Том II. Главы XI-XXVII. [Автор неизвестен] (fb2) читать постранично, страница - 3

авва Иоанн сказал: «Не потерпел ли первый светильник какого-либо ущерба, когда ты зажег от него другие?» Тот ответил: «Нет». – «Так и Иоанн не терпит ущерба. Пусть весь Скит придет ко мне за советом, это не воспрепятствует мне преуспевать в благодати Божией. Итак, когда захочешь, приходи ко мне, не раздумывая». И за терпение обоих Бог избавил старца от рассеянности. Таково делание насельников Скита: ободрять борющихся и понуждающих себя, чтобы вести друг друга ко спасению.

32. Брат спросил авву Иоанна: «Что мне делать, если брат часто приходит, чтобы взять меня с собой на работу, а я нахожусь в бедственном состоянии, так как тяжело болею и быстро утомляюсь на работе? Как мне поступить так, чтобы не преступить заповедь?» Старец ответил: «Халев сказал Иисусу Навину: „Я был сорока лет, когда Моисей, раб Господень, посылал меня... осмотреть землю... Теперь вот мне восемьдесят пять лет, но... как и тогда, когда посылал меня Моисей: сколько тогда было у меня силы, столько и теперь есть для того, чтобы воевать и выходить и входить“.^[3] Так и ты, если можешь выходить из келии, ступай на работу. А если не можешь, сиди в келии и оплакивай свои грехи. И когда увидят, что ты плачешь, то не станут принуждать тебя идти на работу».

33. Он же сказал своему ученику: «Если мы воздаем почесть Единому, то все будут почитать нас. А если мы презрим Единого, Который есть Бог, то и все нас станут презирать, и мы пойдем в вечную погибель».

34. Рассказывали об авве Иоанне, что однажды, придя в церковь Скита, он услышал спор каких-то братий и, вернувшись к себе в келию, сначала трижды обошел ее кругом и лишь затем вошел внутрь. Братья, увидев это, недоумевали и, подойдя, спросили, почему он так сделал. Старец ответил: «Мои уши были переполнены спором, и я трижды обошел вокруг келии, чтобы очистить их, и лишь обретя безмолвие ума, вошел внутрь».

35. Однажды брат пришел в келию аввы Иоанна вечером, и так как был поздний час, он торопился уйти. Между тем они много беседовали о добродетелях и не заметили, как наступило утро. Авва пошел проводить его, и они вне келии еще проговорили до шестого часа. Тогда старец пригласил брата обратно в келию пообедать, и только после этого он ушел.

36. Авва Иоанн говорил: «Темница – это жизнь в келии с непрестанной памятью о Боге. Об этом говорят и слова: „В темнице был, и вы пришли ко Мне“^[4]».

37. Один брат пришел, чтобы забрать сплетенные аввой Иоанном корзины. Старец вышел ему навстречу и спросил: «Зачем ты пришел, брат?» Тот ответил: «За корзинами, авва». Старец пошел в келию, чтобы вынести их, но забылся и сел за плетение. Брат опять постучался, и когда старец вышел на стук, сказал ему: «Принеси же корзины, авва». Авва Иоанн вошел в келию и снова сел плести. Брат еще раз постучался. Старец вышел и спросил: «Зачем ты пришел, брат?» Тот ответил: «За корзинами, авва». Тогда старец, взяв его за руку, ввел в келию и сказал: «Если тебе нужны корзины, забирай их и ступай, так как у меня нет времени о них думать».

38. Некогда пришел к авве Иоанну погонщик верблюдов, чтобы забрать его рукоделие и пойти дальше. Авва вошел внутрь келии, чтобы вынести веревку, но, взяв ее в руки, забыл о погонщике, так как разум его был неразлучен с Богом. Обеспокоенный погонщик верблюдов опять постучался в дверь, и вновь авва Иоанн, когда пошел за веревкой, все позабыл. Когда погонщик постучался в третий раз, авва вошел в келию, повторяя: «Веревка-верблюд, веревка-верблюд...»

39. Рассказывали об авве Иоанне, что, когда он возвращался с жатвы или после посещения старцев, он весь уходил в молитву, умное делание и псалмопение, пока помысел его не возвращался к своему прежнему состоянию.

40. Авва Исидор сказал: «Когда я был молод и жил в своей келии, тогда не знал меры в молитве. Вся ночь и весь день были для меня непрерывной молитвой».

41. Он же сказал: «Однажды я отправился на рынок, чтобы продать немного рукоделия. Но, увидев, что во мне закипает гнев, я бросил вещи и убежал».

42. Аавва Иосиф сказал авве Лоту: «Ты не можешь быть монахом, если весь не станешь подобным пламени».

43. Говорили об авве Аполлоне, что у него был ученик по имени Исаак, обученный всякому благому делу. Он стяжавал трезвение от святого приношения.^[5] И, идя в церковь, не позволял никому вступать с ним в беседу. Его ответ был всегда один: «Всему свое время, и время всякой вещи».^[6] А когда кончалось богослужение, он устремлялся в свою келию, как будто убегал от огня. Часто после богослужения братиям давали по лепешке и чаше вина, но он не брал этого, не потому, что отвергал благословение братьев, но потому, что старался удержать дар трезвения, обретенный на богослужении.

Случилось ему заболеть, и братия пришли навестить его. Сидя у него, они спросили: «Авва, почему ты после богослужения избегаешь братий?» Он ответил: «Я избегаю не братий, но злых козней бесов. Если кто зажжет свечу и замедлит на ветру, то она погаснет. --">