Операция «Океан» [Александр Борисович Свирин] (fb2) читать постранично, страница - 3

мне.

Академиков с испугом посмотрел на меня.

— Ну-ка приляг, — распорядился он. — Посмотрим, в чём дело.

Я лёг на песок лицом вниз и стиснул покрепче зубы, чтобы не кричать и не плакать, если будет чересчур больно.

— Потерпи, дорогой… Потерпи, Тькави, — ласково приговаривал учёный, осторожно ощупывая крыло.

— Переломов нет, обыкновенный вывих. Сейчас мы его вправим… Держись!

В глазах потемнело, и я взвыл на весь остров. Сустав щёлкнул и стал на место.

Боль начала уменьшаться.

— Через неделю ты сможешь летать, — удовлетворённо объявил Александр Петрович.

— Только через неделю?

Я попробовал пошевелить крылом. Боль сразу возобновилась. О том, чтобы взлететь, нечего было и думать.

— Как же мы выберемся? — забеспокоился я.

— Подождём. Самолёты и ракетный катер безусловно уже ищут нас. Скоро кто-нибудь будет здесь.

Я посмотрел вверх.

То, что я там увидел, заставило меня протереть глаза. Нет, сомнений быть не могло! Зловещая чёрная туча, совершенно такая же, как та, что вздымалась над нашим вулканом, надвигалась на остров с противоположной стороны. Медленно разрастаясь, она постепенно застилала солнце.

Академиков тоже заметил её. Он виновато взглянул на меня.

— Этого я не предвидел, Тькави. Положение осложняется. Туча закроет остров и затруднит поиски.

— Но ведь ветер дует от нас к вулкану, — удивился я. — Откуда же она вдруг взялась?

Академиков помолчал, оценивая в уме создавшееся положение.

— Где-то там, — он указал в сторону тучи, — началось извержение ещё одного вулкана. Наверно, его разбудило землетрясение. Нам просто не повезло.

— Лучше бы этих вулканов было поменьше, — грустно заметил я. — По-моему, они здорово портят вашу планету. А пользы от них никакой!

— Напрасно ты так думаешь. Мы ещё заставим их послужить людям.

Запасы топлива на Земле не так велики, как кажется. Но дело не только в этом… Дерево, каменный уголь, нефть и горючие газы, которые мы сейчас расточительно сжигаем в топках, нужны для другого. Химики могут делать из них множество самых удивительных и прекрасных вещей… Вот почему нам так необходимо найти иной источник тепла. Найти-то его нетрудно — он находится у нас под ногами! Это глубинная теплота Земли — 3 тысячи градусов! Весь вопрос — как сё взять?

— И вы хотите воспользоваться вулканами? — удивился я.

— Ну, разумеется! Конечно, это не просто. Но кое-что уже делается. Около некоторых вулканов — в Исландии, в Северной Америке, в Новой Зеландии и в СССР на Камчатке — на поверхность земли вырываются фонтаны пара и очень горячей, иногда даже кипящей воды. Эти фонтаны называются гейзерами. Они обладают удивительными свойствами — работают так, словно где-то под землёй спрятан кран, который то открывают, то закрывают. Несколько минут фонтан действует, несколько минут отдыхает — накапливает силы. У каждого гейзера своё собственное время работы и отдыха, такое точное, как будто в нём заключены автоматические часы… Теперь гейзеры отдают нам своё тепло для отопления домов и обогревания оранжерей. Их горячая вода используется в промышленности и сельском хозяйстве… В конце концов мы покорим себе и вулканы, дай только срок.

— Сколько хотите, — сказал я.

— Благодарю, — в тон мне ответил учёный.

Пока мы так разговаривали, туча, которая двигалась в нашу сторону, успела закрыть солнце и небо над островом. Стало почти темно. Запахло вонючим сернистым газом. В воздухе носился серый вулканический пепел, падали мелкие каплевидные камешки, пористые и лёгкие. Это были застывшие брызги лавы. Их удары не причиняли почти никакой боли.

Было ясно, что обнаружить наше присутствие на островке сквозь дымовую завесу, пепел и каменистый дождь никто не сможет. Нужно было самим позаботиться о себе. Очень хотелось пить. Начинал донимать голод. Кроме того, Академикову пора было поспать. Он бодрствовал уже вторые сутки, еле держался на ногах, и глаза у него слипались.

— Пить будем океанскую воду, хотя это и очень противно, — сказал Александр Петрович. — Она солёная. От неё портится желудок. Но ничего не поделаешь, придётся. Пить будем совсем понемногу — ровно столько, чтобы не умереть от жажды.

Он подошёл к берегу, зачерпнул горсть воды и сделал два пли три глотка. Теперь была моя очередь.

Не успел я сделать и одного глотка, как горло у меня сдавило судорогой, лицо перекосилось, и вся вода потекла обратно.

— Её нельзя пить! — Я едва отплевался.

— Можно!

— Нет…

— Послушай, Тькави, — рассердился учёный, — перестань капризничать! Всё дело в привычке. Один французский учёный, по имени Аллен Бомбар, переплыл Атлантический океан в резиновой лодке. Он отправился в это путешествие, не взяв с собой никаких продуктов и ни капли пресной воды. Больше двух месяцев он пил --">