2. Акбар Наме. Том 2 [Абу-л Фазл Аллами] (fb2) читать постранично, страница - 2

традицию с ее сложным миром ассоциаций, символов, игрой слов. И лишь сравнивая с такими образцами арабской и персидской литературы, как сказки «Тысячи и одной ночи», «Шах-наме» Фирдоуси, «Хамсе» Низами, «Тути-наме» Зийа ад-Дина Нахшаби, понимаешь, что пышная риторика в отдельных местах «Акбар-наме» — лишь следование литературной традиции. Но этот прием как внешняя форма изложения мыслей позволял многим писателям и философам средневековья и в мусульманском и в христианском мире излагать в понятной и привычной читателю и слушателю системе образов и символов новые мысли и идеи, достигая их самого широкого распространения в народных кругах, особенно быстрого на благодатной почве традиционных ожиданий. Была ли книга Абу-л Фазла попыткой ответа на эти чаяния? Несомненно. Но какими были настроения в индийском обществе, на которые стремился ответить историк и государственный деятель Абу-л Фазл Аллами?

Итак, весна 1589 года. 38-летний Абу-л Фазл приступает, с согласия и по наказу падишаха Акбара, к работе над книгой. Событие значительное, особенно если принять во внимание, что по мусульманскому летосчислению идет 997 год, а значит, кончается первое тысячелетие. Мусульманский мир уже много лет будоражат слухи о предстоящих катаклизмах, о скором приходе Даджжала (аналог Антихриста), а затем Махди, который спасет мир. Сейчас, пережив ливень пророчеств, связанных с наступлением третьего тысячелетия от Рождества Христова, мы в некоторой степени можем представить себе настроения, царившие в мусульманских странах на протяжении всего XVI века.

Для тесно переплетенных в истории судеб народов Средней Азии, Ирана и Индии начало XVI века ознаменовалось новыми войнами. Одряхлевшая

² Антонова К.А. Очерки общественных отношений и политического строя Могольской Индии времен Акбара (1556-1605 гг.). М.: Изд-во АН СССР, 1952. С. 7, 225.

³ Abu-l-Fazl Allami. The Akbarnama. Vol. III. Trans. by H. Beveridge. Calcutta, 1939. P. IX.

держава Тимуридов, раздираемая междоусобицами многочисленных потомков Тимура, всё больше ослабевала и уже не могла противостоять ударам степняков, возглавляемых умным и жестоким Шейбани-ханом, потомком Джучи, старшего сына Чингиз-хана. Сравнительно быстро завоевав огромную территорию от Каспийского моря до Ферганской долины, Шейбани-хан в борьбе за контроль над Хорасаном столкнулся в 1510 году с войсками Исмаила I Сефеви (1502— 1524) и пал в сражении под Мервом. Эта победа иранских войск позволила молодой династии Сефевидов распространить свою власть на всю территорию Ирана, включая Хорасан, и, по сути, определила границы сфер влияния Сефевидов в Иране и Шейбанидов в Мавераннахре (Средней Азии). Тимуриды были окончательно вытеснены за пределы Мавераннахра, несмотря на неоднократные попытки Бабура (1483—1530) вернуть Самарканд — столицу среднеазиатских Тимуридов, отняв его у наследников Шейбани-хана. Поняв сложность борьбы за Мавераннахр, Бабур направил свои усилия на завоевание Индии, легендарной и манящей. Еще во время первого похода в Индию в 1518-1519 годах Бабур был поражен тем, насколько природа этой страны и традиции населяющих ее народов отличаются от Мавераннахра и Афганистана. Подробно и восторженно описав животный мир и растения Индостана в своих воспоминаниях (Бабур-наме, 270 а-292 б), Бабур не скрыл и того, как его влекла Индия. Но лишь в пятом походе, в битве при Панипате 21 апреля 1526 года, Бабур одержал победу над султаном Дели Ибрахимом Лоди, поставив тем самым точку в истории Делийского султаната (1206-1526). Быстро завоевав почти всю Северную Индию и значительную часть Центральной, Бабур умер 26 декабря 1530 года, передав власть старшему сыну Хумаюну и предварительно взяв с него слово жить в мире с братьями — Камраном, Хиндалом и Аскари. Перипетии борьбы за власть между сыновьями Бабура, а также афганским военачальником Шер-шахом Суром, захватившим власть в Индии и надолго изгнавшим Хумаюна за ее пределы, подробно описаны Абу-л Фазлом в первом томе «Акбар-наме» (главы 20-61). Разрушенная экономика, разоренные города, обездоленные горожане и крестьяне — всё это было естественным результатом непрекращаю-щихся военных действий, когда враждующие армии то и дело прокатывались по стране. И неудивительно, что всё больший отклик в народе находили слухи о скором приходе в мир праведного царя Махди, который восстановит справедливость на земле.

В исламе образ ал-Махди как справедливого правителя будущего первоначально связывался с приближением Судного дня. Перед его наступлением в мир должны прийти ал-Махди и Иса (Иисус Христос) и возвестить близость конца света. Тогда Махди, как праведный царь, восстановит первоначальную чистоту веры, победив Даджжала. Но если в суннизме Махди являлся скорее мифологическим символом справедливого государя, то для шиитов Ирана вера в пришествие Махди была неразрывно связана с верой в возвращение

«скрытого» имама, происходившего из рода Али ибн Абу Талиба, --">