Лида Матвеева [Илья Афроимович Туричин] (fb2) читать постранично, страница - 2

солдатики!

— Не сомневайтесь,— строго сказал старшина.

★

В чердачное окошко Лиде видны были подошедшие танки. Сначала она подумала, что они фашистские. Потом приметила алые звёзды на броне и глазам своим не поверила.

«Наши! Откуда ж они взялись тут? Ведь фронт где-то под самой Москвой. Прорвались? Наступление? Неужели гонят фашистов, а она сидит тут на чердаке и ничего не знает? И почему танков всего два?,.»

А немцы?.. Лида обмерла, даже дыхание перехватило. Вот зачем немцы спрятались в овраге. Узнали, наверно, про наши танки. Вот и спрятались. Чтобы напасть внезапно.

Засада!

Танкисты попадутся и погибнут. Ведь они не знают, что устроена засада. Надо их предупредить! Во что бы то ни стало! Немцы увидят?.. Пусть... Надо предупредить!..

Лида скатилась по узкой лесенке вниз, больно ушибла колено. В сенях торопливо сунула ноги в резиновые сапожки, проворно надела пальтишко и, уже на ходу накидывая на голову пёстрый платок, выбежала на улицу.

Зачавкала под ногами грязь, разлетелись в стороны мутные брызги. Скорее! Скорее!..

Лида подбежала, задыхаясь, к танкам.

— Товарищи... Танкисты! Уходите! Вас окружают! Там — фашисты! — Лида показала рукой за избы, где был крутой овраг, повторила торопливо: — Уходите быстрее!

— Спасибо, сестрёнка! — старшина сдвинул клочкастые брови.— Сейчас мы их стеганём!

Он захлопнул люк. Взревел мотор. Танк пробежал по улице, потом развернулся, вспахнув гусеницами землю, и ринулся вниз, в овраг. Алёша быстро и точно повторил манёвр старшины.

Фашисты не ожидали нападения. Они ползли навстречу танкам. Увидев вдруг перед собой тяжёлые лязгающие гусеницы, повскакали и бросились врассыпную. Но было уже поздно. С обоих танков ударили пулемёты...

Когда танки, прочесав ольшаник, выбрались из оврага на деревенскую улицу, Алёша краем глаза заметил на перекрёстке ту самую девчушку. Она стояла прямо на дороге, простоволосая, и махала ему своим пёстрым головным платком. Отчаянная девчонка!

★

Но не один Алёша видел девочку. Заметили её и фашисты. Обер-лейтенант приказал поймать её.

Когда Лиду привели, обер-лейтенант достал из металлического портсигара тоненькую сигарету, хрустнул зажигалкой, закурил.

Лида заметила, как трясутся у него руки.

— Так это ты предупреждала русский танки об наш передвижений?

Девочка молчала.

Обер-лейтенант жадно затянулся несколько раз. Он был рад, что остался жив. Это был такой кошмар, когда танки повернули и ринулись прямо на них! И всё из-за этой девчонки!

— Тебя как называют?

Странные люди эти русские. Такая маленькая и молчит.

— Я спрашивайт: тебя как называют?

Девочка отвернулась и посмотрела куда-то в угол.

— Я буду тебя повешать, — улыбнулся обер-лейтенант и пустил струйку едкого дыма прямо Лиде в лицо.

Девочка поморщилась.

Обер-лейтенант посмотрел в окно. На улице стояла телега, и несколько солдат складывали на неё убитых.

— Я достоправильно знаю, ты русских предупредила. И я буду тебя по-вешать. Тебе не есть страшно?

Девочка шмыгнула носом и вдруг засмеялась тихонько.

От этого смеха обер-лейтенанту стало не по себе.

— Повесить! — крикнул он по-немецки солдатам, которые привели девочку и стояли возле дверей.— И побыстрее!

Солдаты схватили Лиду за руки, вытолкали из избы на улицу и зашагали по дороге: девочка посередине, солдаты по бокам. У одного из них была верёвка, которую он прихватил в избе.

Лида шла по нарезанной кирпичиками дороге. Скоро вся земля покроется такими кирпичиками. Они пойдут, наши танки! Они пойдут на запад и будут идти до тех пор, пока не прогонят с родной земли всех фашистов!

Придорожные берёзы бросали ей под ноги листву. Листва была жёлтой-жёлтой, и на каждом листке были видны тоненькие жилки. Она старалась не ступать на листья, чтобы не помять их и не запачкать.

Самое главное: не показывать виду, что тебе страшно. Пусть фашисты не думают, что тебе страшно. Выше голову!

Возле своей избы стоял Женька, её одноклассник. Они сидели на одной парте. Лицо у Женьки встревоженное.

— Куда тебя?

— Вешать,— сказала Лида и помахала ему рукой.

Женька не поверил.

Солдаты подвели девочку к липе и задрали головы, выбирая сук поудобнее. И она подняла голову и будто впервые увидела эту липу.

Липа была старой, толстой, раскидистой, а листва на ней — почти совсем зелёная. Липа продолжала жить.

Солдат перекинул верёвку через сук. Другой стал завязывать на её конце узел, делать петлю.

Лида следила за движениями грубых перепачканных землёй пальцев. Старалась не думать о том, что они вяжут петлю для неё.

Стало страшно. Стало очень страшно, потому что чужие солдатские лица были спокойны. И пальцы двигались спокойно. Словно вязали не петлю для человека, а обыкновенный узел.

Лида отвела от них взгляд. Посмотрела на деревенскую улицу, на тёмную землю, --">