Монстр женского пола. Часть 4 [Владимир Юрьевич Курзанцев] (fb2) читать онлайн

глава 1

Глава 1

В трюмах шхуны свободно разместились все товары, еще и место осталось, надстройка на корме тоже оказалась достаточно просторной, чтобы в каютах с относительным комфортом разместились не только Ольга, Ринк и капитан корабля, но и наемники-охранники и даже члены экипажа, благо численность последних была небольшой. Путешествие обещало быть хоть и продолжительным, но не изматывающим. Если, конечно, природа не внесет свои коррективы в виде сильных штормов или затяжных штилей. А пока, ветер был хоть и слабый, но стабильный, и судно, показывая свои высокие мореходные качества, ходко шла под всеми своими парусами.

Два раза шхуну пытались перехватить неизвестные, как их назвал капитан. Хотя все понимали, что это пираты. Но угнаться за Мечтой, не смогли, что, в общем-то, и не удивительно. Корабли, на которых ходили морские разбойники, представляли собой обычные торговые посудины, захваченные ранее у купцов, а то и вовсе рыболовецкие суденышки, владельцы которых в промежутках между ловлей рыбы пытались поймать добычу покрупнее и понаваристей. Но со шхуной, которая изначально строилась как высокоскоростной корабль, пиратским кораблям трудно было тягаться.

Хорошая погода поощряла и даже выманивала из кают на палубу, а обилие в этой части моря покрытых зеленью причудливой формы островов, делало пребывание на ней нескучным. Правда, Ольга лишь изредка отвлекалась, чтобы посмотреть на появляющиеся по бортам судна красоты природы. Большую часть времени она работала, хотя по внешнему ее виду, определить это, можно было не сразу.

Как и остальные пассажиры, она сидела в шезлонге, вот только не вертела головой, высматривая что-нибудь интересное, а безучастно смотрела куда-то вдаль. Манипулирование магией часто не имеет внешних проявлений для непосвященного человека, особенно это относится к процессу создания амулетов. А одним из дел, которым была занята Ольга, было изготовление пространственного кармана, взамен подаренного Лее.

Внешняя форма амулета в виде кулона, оказалась весьма удобной, но на этот раз выбор материалов для изготовления хранилища преследовал цель создать видимость простоты и дешевизны: серебряная цепочка и небольшой ограненный синий сапфир. Подобное украшение не будет привлекать к себе внимания даже небогатых людей. Конечно, спрятать кулон под одеждой нетрудно, но в летнюю жару, когда хочется снять с себя все лишнее, сделать это не всегда возможно.

Еще одним делом, пожалуй, даже более важным, являлось структурирование искусственной ауры, созданной для сбора информации. Все, что происходило с Ольгой в последнее время, даже то, что прошло мимо ее сознания, сохранялось в этом информационном биополе. Так что с накоплением информации, все было хорошо, проблема была в сложности поиска данных. Даже сейчас, когда с момента создания искусственной ауры прошло всего лишь несколько месяцев, в случае необходимости еще раз вернуться к определенным событиям, требовалось затратить довольно много времени. Ассоциативная память с биополем не работала, и для того чтобы найти нужный фрагмент, приходилось просто перебирать воспоминания в хронологическом порядке. Чтобы упростить процесс работы с виртуальным информационным хранилищем, требовалось наладить процесс его взаимодействия с мозгом. Но, к сожалению, эта задача решения пока не находила. Не хватало знаний того, как работает мозг или, хотя бы, четкого понимания устройства компьютера и способов поиска нужных сведений цифровыми методами.

Путешествие поначалу проходило спокойно, но на третий день плавания, вскоре после обеда, когда уже почти миновали острова, которые служили убежищем местным пиратам, напряженные размышления Ольги прервал крик вахтенного матроса:

— Корабль по левому борту!

Все пассажиры тут же начали выискивать парусник. Дело это оказалось нетрудным, и вскоре все смотрели на двухмачтовое судно, выходившее из-за очередного острова. Сейчас оно шло достаточно далеко за кормой, но явно пыталось догнать Мечту.

Ольга поначалу сочла, что и эти разбойники, так же как и предыдущие, вскоре отстанут. Но капитан выглядел встревоженным, а спустя некоторое время вынес вердикт:

— Не уйдем!

— Почему вы так решили? — удивленно спросила Ольга.

— Это скоростное судно, бригантина, и парусность у нее выше. Думаю, часа через три, нас догонят.

— Я слышал об этой бригантине! — подал голос Жерин — помощник капитана. — Это Касатка капитана Резонда. Мало того, что он пират, так он еще и маг. Мы обречены!

— Маг — это, конечно не очень хорошо, — задумчиво произнесла Ольга. — А как, по-вашему, они сейчас будут действовать?

— После того, как подойдут поближе, дадут команду спустить паруса, — предположил Белз.

— Каким образом они будут с нами общаться, ведь далеко, чтобы кричать?

— Флажковой азбукой.

— А если мы не подчинимся?

— Подойдут еще ближе, и маг сожжет нам паруса, или магическими стрелами сделают то же самое, но это вряд ли, смысла нет тратиться на артефакты, когда маг есть.

— А маг сильный? — обратилась Ольга к Жерину.

— Не знаю точно.

— Белз, а вы знаете что-нибудь об этом капитане?

— Нет, я никогда не ходил в Калару морем, потому пираты на этом маршруте, меня и не интересовали.

— Понятно. Значит, будем исходить из того, что капитан Резонд — маг неслабый, как говорится, готовься к худшему. Но надеяться будем на лучшее.

На пиратском корабле, видимо, решили ускорить процесс захвата судна, и подали сигнал спустить паруса уже минут через пятнадцать. К этому времени стало очевидным, что пиратское судно действительно быстрее Мечты, потому что оно, хоть и немного, но приблизилось.

— Что будем делать? — спросил Белз.

— Делаем вид, что ничего не заметили, — распорядилась Ольга.

— А смысл? — уныло вопросил Жерин.

— Смысл? А как поступили бы большинство капитанов на нашем месте? Сразу подчинились бы?

— Нет, пожалуй, приложили бы все силы, чтобы оторваться. На море всякое может случиться: и штиль и шквал, а может и патрульный корабль появиться, и все это может помочь в подобной опасной ситуации. Так что почти каждый капитан из тех, что я знаю, боролись бы до последнего, — ответил Белз.

— Ну, значит, и мы будем действовать как все, чтобы не вызывать подозрений. Маг — это серьезно.

— Вы на что-то надеетесь? — удивился капитан.

— У меня есть с десяток взрывающихся стрел. Но ведь и маг может нас сжечь! Поэтому изображаем из себя безобидных овечек до последнего.

Матросы, прислушивающиеся к разговору, после уверенных слов хозяйки судна, явно повеселели. Даже маленькая надежда воодушевила их на борьбу.

Преследование длилось уже около двух часов, когда после очередного приказа спустить паруса, переданного флажками с бригантины, на который на Мечте, как обычно не прореагировали, маг пиратов нанес предупредительный удар. Яркий огненный шар понесся в сторону шхуны, и с громким шипением и сильным, похожим на взрыв, бурлением вскипевшей воды, упал недалеко за кормой.

К этому времени Ринк уже принес Ольге, которая находилась на крыше кормовой надстройки, лук и стрелы. Причем за последними ему пришлось сделать две ходки.

— Что-то много ты притащил! Я вроде, так много не покупала, — сказала Ольга, оценивающе глядя на шесть полных колчанов.

— Я выиграл на спор у Андры два колчана.

— А о чем спорили?

— Стреляли из моего самострела на точность. Я победил!

— Молодец!

Пока Ольга занималась своими магическими разработками, жизнь на корабле не затихала, и пассажиры, к которым на шхуне относились и наемники, развлекались, как могли, но эти события прошли мимо ее внимания. А то, что Ринк победил, не удивительно. В Раминаке он, когда приходил домой из школы, частенько тренировался в стрельбе, так что опыт обращения с подобным оружием у него был побольше, чем у Андры.

Тем временем, маг нанес еще один магический удар. На этот раз, огненный шар произвел взрыв почти рядом с кормой.

— Пора сдаваться, — сказал Белз, обращаясь к Ольге.

Вражеская бригантина сейчас шла метрах в трехстах. Лук Ольги, бил и дальше, но при свежем, к тому же порывистом ветре, ни о какой точности стрельбы, не могло быть и речи. Да даже без учета атмосферных помех незначительные отклонения параметров стрел и ошибки лучника, давали на таком расстоянии большое рассеивание. Для надежного поражения мага-капитана, требовалось, чтобы пиратский корабль подошел поближе. Можно, конечно, попытаться сжечь паруса у разбойников, и устроить у них на судне пожар, но ведь и маг ответит тем же! Как бы ни получилось так, что оба корабля в результате затонут. Такой вариант, совсем не устраивал!

— Если пора, значит, будем сдаваться, — согласилась Ольга. Мне хотелось бы, чтобы пираты тоже спустили все паруса, и сделали это не рядом с нами, а пораньше. Это можно устроить?

— Попробуем, — ответил Белз.

Шхуна, с ее косым парусным вооружением, отличается легкостью управления. Вот и сейчас, по команде капитана, светло-серые полотнища на обеих мачтах, оказались быстро спущенными, и Мечта начала плавно замедлять свой ход.

На бригантине на этот маневр среагировали не сразу, но все-таки довольно быстро. Однако если на бизань-мачте косой парус пираты спустили быстро, то прямые паруса требовали для работы с собой больше времени, поэтому корабль морских разбойников стал быстро нагонять шхуну и чтобы не разминуться, матросам пришлось срочно убрать все паруса и на грот-мачте. Теперь суда сближались не так быстро и, судя по всему, вплотную друг к другу они подойдут на минимальной скорости.

Ольга уже вычленила в толпе готовящихся к абордажу пиратов, мага. Она встала с шезлонга, на котором сидела до сих пор и, неспешно, двигая ногами лук и колчаны со стрелами, которые лежали на палубе, переместилась так, чтобы скрыться хоть частично, за штурвалом и рулевым матросом.

Ринк к этому времени уже сидел у трапа, ведущего на основную палубу, с таким расчетом, чтобы мог быстро укрыться от обстрела за надстройкой. Устроился он с комфортом, обзор был хороший, а для большего удовольствия он еще и мешочек с сухофруктами прихватил, которые сейчас и смаковал с видимым удовольствием. Увидевшая эту картину Андра, удивленно спросила:

— Ринк, а тебе что, не страшно? Ведь на нас сейчас пираты нападут!

— А чего бояться?! Ведь с нами Оля!

— И что она сможет сделать с сотней пиратов?

— Что-нибудь придумает. О, уже придумала! Вон видишь, готовится. Хочешь сухофруктов?

— Какие сухофрукты?! Тут к бою готовиться надо!

— Да не волнуйся ты! Оля скажет, когда мы понадобимся.

В это время с вопросом о том, что делать, к Ольге, которая уже стояла рядом со своим, прислоненном к штурвалу, луком, подошел командир наемников Рандел.

— Пока просто смотрите. Вот когда я убью мага, тогда стреляйте в пиратов как можно чаще, а пока лучше их не тревожить.

— А как мы узнаем, что маг убит?

— Я вам скажу об этом. Вы, главное, ответного обстрела опасайтесь! Лучше всего, скройтесь за надстройкой, а то видишь, сколько пиратов на носу столпилось, и половина из них — с луками. Ты, Солин, лучше тоже уйди, — обратилась Ольга к рулевому. — Штурвал, если что, я и сама поверчу.

— А как же ты? — спросил Рандел. Напряжение перед схваткой, возможно последней в его жизни, привело к тому, что он забыл об этикете, и обратился к нанимательнице на ты, как он привык это делать мысленно. Впрочем, та и сама уже частенько обращалась также к наемникам, так что ничего удивительного не произошло.

— В меня вряд ли стрелять будут. По крайней мере, сразу и без причины. То, что я женщина, видно издалека. Наверняка захотят живьем захватить.

Сейчас Ольга была одета в походный костюм, но ее фигура и косички, выглядывающие из-под шляпы, недвусмысленно обозначали ее пол.

Авторитет у нее среди наемников, после стычки с разбойниками из Мурака, был достаточно высок, поэтому спорить с ней Рандел не стал, и вместе с рулевым спустился вниз.

Судно с пиратами приблизилось к этому времени настолько, что подстрелить мага можно было уверенно, но тот непрерывно смотрел на шхуну, и не видеть Ольгу, в одиночестве стоящую на корме, он не мог. И на любое резкое движение с ее стороны, мог ответить своим мощным огненным шаром. Вот так они и стояли, глядя друг на друга — маг в окружении своих товарищей-пиратов, и девушка которая, казалось, вышла одна против всех врагов.

Бригантина все ближе, а вражеский капитан все также смотрит вперед, не отвлекаясь. Но вот, когда расстояние между судами составляло метров пятьдесят, маг обратился к одному из своих командиром с каким-то распоряжением. Ожидавшая подобного случая Ольга, момент не упустила. Мгновение, и вот уже лук в руке, еще одно, и стрела с кристаллом, заполненном магической энергией, устремилась к главарю пиратов, и пробила ему грудь. Раздался взрыв, и тело мага исчезло во вспышке.

— Стреляйте все! — крикнула Ольга. Сама она тоже пускала один магический снаряд за другим.

Пираты, готовясь к абордажу, стояли по левому борту ближе к носу плотной толпой и потому, каждая вспышка выводила из строя сразу по несколько человек. Не все они гибли сразу, кто-то, получив ожоги, с криком катался по настилу, кто-то не мог открыть обожженные глаза, и все эти разбойники оказывать сопротивление уже не могли. Несколько секунд, и вместо готовых к бою отрядов абордажников, на палубе лежат, мертвые тела и кричащие от боли, но пока еще живые, люди.

После того как с крупными, так и с мелкими группами противника было покончено, Ольга перешла на обычные стрелы, выцеливая одиночных пиратов, которые метались по бригантине, не понимая что происходит, и не зная что им сейчас делать. Не попадали они до сих пор в подобную ситуацию. Однако огненные вспышки продолжали вспыхивать на вражеском судне, так как Ринк продолжал увлеченно стрелять магическими болтами

— Ринк, ты что творишь?! Ты так наш корабль совсем спалишь! — крикнула Ольга.

— Чего это я наш корабль сожгу? — обиделся он. — Я ни разу не промахнулся! Все пиратам досталось!

— Так ведь эта бригантина тоже нашей будет, а ты, еще немного, и пожар на ней устроишь!

— Ой, точно! Не подумал.

К трофеям Ринк относился с уважением и любовью, поэтому свою ошибку сразу понял и осознал, и тут же перешел на обычные болты.

Морские разбойники метались по палубе своей бригантины, в полной растерянности, не понимая, что нужно делать. Среди них, наверняка, были и те, кто неплохо стреляет из лука но, после того, как корабли сблизились, они сменили оружие на короткие палаши и сабли, удобные в ближнем бою в корабельной тесноте. А сейчас любая попытка воспользоваться луком, мгновенно заканчивалась смертью или ранением смельчака, пораженного стрелой Ольги. Наемники и Ринк так же методично уничтожали мечущихся по палубе пиратов и тех, кто не успел спуститься с мачты, после того как убрали паруса.

Корабли продолжали медленно сближаться друг с другом, и прятаться за различными укрытиями, пиратам становилось все труднее. В конце концов, разбойники скрылись в трюме, оставив на палубе только трупы и тяжелораненых.

— Все! Теперь мы можем быстро поднять паруса, и уйти от преследования! — заявил капитан Белз, который с началом боя тоже поднялся на крышу надстройки. — Вряд ли нас будут преследовать.

— Как это уйти?! — Удивленно воскликнула Ольга. — Зачем же я буду бросать свой корабль?

— Как бросать? Какой корабль? — в свою очередь удивился капитан.

— Ну, вот этот, — показала рукой Ольга. — На котором пока еще пираты сидят.

— Вы всерьез хотите захватить бригантину?! Но ведь разбойников осталось еще много, а наши матросы, хоть и бойкие ребята, но не воины. А у пиратов большой опыт в схватках, да и не трусы они!

— И где же ваши смелые пираты? Что-то я их не вижу. Забились в щели, как тараканы! — скептически произнесла Ольга, а потом громко крикнула:

— Слушайте все! Если вы поможете довести бригантину до порта, в котором я смогу ее продать, то все получат по три золотых, капитан десять, его помощник пять. С пиратами воевать не придется. Я и наши охранники разберемся с ними сами.

В ответ раздались воодушевленные крики моряков. Да и капитан больше не возражал.

Корабли уже сблизились настолько, что матросам удалось зацепиться за борт бригантины абордажной кошкой. После чего, они стянули оба судна и перекинули между ними мостик. Наемники все это время бдительно следили, чтобы никто из пиратов не высунулся из трюма, и не вздумал мешать проводимым работам.

— Я, Рандел, Андра и три матроса — на бригантину. Собираем трофеи, избавляемся от трупов и разбираемся с живыми пиратами. Сонел и Ринк остаются. Главный — Сонел.

— Оль, а можно и я…, - начал было Ринк.

— Нельзя! Это приказ, — категорично заявила Ольга. — Кто нашу Мечту будет охранять? Вот вы с Сонелом этим и займетесь.

На бригантине сейчас находилось много раненых, и ходить рядом с ними, было опасно. Так что нечего мальчику там делать!

Перешедшие на пиратский корабль наемники и матросы принялись очищать палубу от разбойников. Трупы просто бросали за борт, раненых сначала добивали. Ольга в зачистке не участвовала, сторожила люк из трюма. Все-таки пиратов там укрылось порядочно, и неприятности они доставить могут, если прозевать их прорыв. Правда, пришлось один раз отвлечься от своей охранной функции. Останки пиратского капитана, она решила сохранить, вдруг за его уничтожение награда назначена! Чтобы не начал разлагаться, сделала по-быстрому амулет с плетением консервации и запитала его от одного из своих накопителей. Вообще-то заклинание предназначалось, в основном, для продуктов, чтобы те портились в походе. Теперь вот ему нашлось и другое применение.

— А что с живыми пиратами будем делать? — спросил у Ольги Рандел по окончании неприятной, но необходимой работы.

— Хочу предложить им убраться с корабля на шлюпках.

— Может, запереть их тут, и доставить в ближайший порт?

— Я тоже думала о таком решении, но в нем есть свои подводные камни. Мы не знаем внутренней планировки этой бригантины. Вот будем мы сторожить этот люк, а они ночью выберутся, откуда не ждем, и вырежут перегонную команду! Безопаснее все-таки, от них сразу избавиться. А лезть под палубу, драться с ними, тоже не лучшая мысль.

— А если они не согласятся уйти?

— Да чего гадать? Сейчас спросим.

Ольга громко стукнула несколько раз в крышку люка, и прокричала:

— Эй, господа-разбойники! Предлагаю обсудить создавшееся положение. Выберите переговорщиков, и пусть они выходят.

Некоторое время под палубой стояла тишина. Видимо пираты высказывали свое мнение негромко, потому и не слышно их было. Затем снизу прокричали:

— А не убьете?

— Безопасность во время переговоров гарантирую, если сами не станете совершать резких движений.

— А ты сама, кто такая, что гарантируешь?

— Я владелица шхуны и нанимательница всех находящихся на шхуне охранников и моряков. А также та, кто убил вашего капитана и тех, кто рядом с ним находился. И в моих силах и власти, запустить к вам в трюм несколько магических стрел. О последствиях их взрыва, можете догадаться сами.

— Тогда почему не стреляете?

— У меня планы на эту бригантину, и пожар на ней, мне не нужен. Да и вытаскивать ваши обожженные трупы, та еще морока.

После недолгой паузы из трюма послышался голос:

— Нас двое выйдет.

— Не возражаю, выходите.

Крышка люка приподнялась, в щель, с опаской выглянули, а потом на палубу плавно, по-кошачьи выскользнул невысокий, сухощавый, мужчина, за ним показался второй. Этот, в противоположность первому, удивлял своим ростом и рельефными мышцами. Заходящее солнце ярко освещало все вокруг, и вылезшие из полумрака пираты сейчас подслеповато щурились. Впрочем, их беспомощное состояние длилось недолго, и уже через полминуты пираты осмысленно осматривались, пробегая цепкими взглядами по окружающей обстановке.

— Раз вы пригласили нас на переговоры, у вас есть какое-то предложение по выходу из создавшейся ситуации? — спросил сухощавый после непродолжительной паузы.

— Я предоставляю вам шлюпку, и вы без оружия, плывете на ней, куда хотите.

— А не обманите? Мы выйдем, а вы нас спокойно перебьете!

— Глупый вопрос. Если я отвечу, что не обману, вас это успокоит?

— Нет, нам нужны гарантии.

— Какого рода гарантии вам нужны?

— Мы выходим с оружием.

— Нет.

— Ну, хотя бы ножи нам оставьте!

— Ножи можно.

Короткие клинки легко спрятать в одежде, а обыскивать пиратов, имея столь малочисленную команду — плохая затея. Так что пусть тешат себя, что хоть что-то выторговали.

— Хорошо, договорились, — подвел итог сухощавый, переглянувшись со своим напарником.

Как-то они уж слишком осмелели, и на лицах у них иногда мелькали довольные улыбки. Что-то задумали? Не мешало бы проверить.

— А, кстати, сколько вас там? — спросила Ольга.

— С нами вместе, восемь человек.

Солгал. Всего в трюме семнадцать аур. Ну, с точки зрения пиратов, ситуация вроде бы беспроигрышная: семнадцать опытных, вооруженных бойцов против двух охранников и трех молоденьких матросов, да еще девчонка, которая убила магической стрелой капитана, и теперь возомнила о себе невесть что. С этой недокомандой и возиться долго не придется, а там можно и шхуну захватить. Хороший куш намечается!

Судя по всему, мирный исход разбойников не состоится. Ну да не страшно. Не все нюансы они учли, но это уже их проблемы будут.

Корабли стояли борт о борт друг с другом, и Ринку с Сонелом, происходящее на бригантине, видно было хорошо. Заметив брошенный на него взгляд Ольги, который потом показал на самострел, Ринк сразу догадался, что предстоит еще одна схватка, о чем и предупредил стоящего рядом наемника. Тот и так был настороже, и сейчас просто взял лук в руку. Стрелу, правда, накладывать на тетиву пока не стал.

Рандел и Андра, перехватив эти взгляды, тоже догадались, что дело движется к схватке, а вступить в бой, они и так были готовы в любой момент.

— Пойду, объясню все своим, — сказал один из пиратов тот, что покрупнее, и неспешно спустился в трюм.

Сухощавый остался наверху, при этом понемногу смещался в сторону Ольги, стараясь делать это так, чтобы не бросалось в глаза.

Некоторое время спустя, причем достаточно продолжительное, из трюма стали появляться разбойники. Они так же подслеповато щурились на ярком свету, но быстро приходили в норму, деловито осматриваясь и оценивающе приглядываясь к своим предстоящим противникам. Значит, план до них довели, и роли распределили, потому так долго и не выходили.

— Все, больше никого не осталось! — заявил поднявшийся последним здоровяк, показывая рукой в темный проем распахнутого люка, как бы приглашая подойти и проверить.

— Хорошо, спускайте шлюпку на воду, и отправляйтесь, куда хотите, — сказала Ольга. — Шердон, закрой люк, — затем приказала она одному из своих матросов.

Закрытая крышка люка в трюм, в котором находилось девять их товарищей, пиратов никак не устраивала, потому что препятствовала их вступлению в схватку. Не дожидаясь, когда матрос выполнит распоряжение, сухощавый главарь разбойников крикнул:

— Бей!

Сам он уже находился рядом с Ольгой, которую он и выбрал в качестве своей цели. Выхваченный им из рукава нож устремился к ее шее. Скорее всего, он не хотел убивать, ему важнее было захватить заложницу. Так ли это, или нет, Ольга выяснять не стала, сейчас ей это было без разницы. А на подобную агрессию, у нее всегда есть ответ. В данном случае это оказался такой же нож в рукаве, которым она и воспользовалась, пронзив им грудь пирата, одновременно блокируя левой рукой удар противника.

Остальные разбойники, услышав команду, бросились на наемников и матросов Мечты. Но биться с ножами против вооруженных саблями противников, дело непростое, особенно если учитывать опыт боевых схваток наемников. И хотя на Рандела и Андру приходилось по два соперника, отбивались от атак пиратов, они без труда. А вот у матросов дела сразу пошли не очень хорошо. Они хоть и имели с собой ножи, но навыков владения ими в бою не было никакого. Хорошо хоть само наличие коротких, но выглядящих опасно клинков, на секунду придержали атакующий порыв бандитов. Этого времени хватило, чтобы вступили Ринк и Сонел. Стрела и болт поразили двоих пиратов, а третий упал с метательным ножом в спине, брошенным Ольгой. Наемники уже успели прикончить по одному противнику, а оставшиеся в живых бандиты осознав, что что-то у них пошло не так, попытались отбежать, но неудачно. Клинки сабель настигли их еще в тот момент, когда они только и успели сделать по одному шагу.

Услышав шум боя, морские разбойники, затаившиеся в трюме, ринулись вверх. Но люк и лестница, ведущие в него, были такой ширины, что максимум, который они могли пропустить, это два человека. Вот так попарно, они и выскакивали на палубу, после чего начинали суетливо метаться, пытаясь разглядеть прищуренными глазами, что же тут происходит. Правда, долго гадать, никому не пришлось: стрелы, болты и удары сабель быстро ставили жирную точку, как на их сомнениях, так и на самой жизни. Несколько секунд, и звуки схватки стихли. Остались только стоны раненых пиратов, но вскоре и они стихли, сменившись мертвым молчанием. «Сердобольные» Рандел и Андра прервали их мучения.

— М-да, не получилось у нас мирно разойтись, — подвела итог Ольга.

— Зато шлюпку сберегли, — флегматично заметила Андра, вытирая нож об одежду мертвого пирата.

главы 2 и 3

Глава 2

Убитых разбойников из этой партии, так же как и предыдущих, обобрали, и отправили за борт. После чего провели тщательный осмотр судна, собирая трофеи, которые складывали в кают-компании, но главное, проверили укромные места, в которых могли затаиться враги. Живых пиратов не обнаружили, зато всякого добра набрали полную капитанскую каюту.

Ольгу вещи, оружие и деньги простых пиратов не интересовали, а вот имущество мага она тщательно просмотрела. Внимание привлекли несколько бытовых амулетов, один боевой, в котором использовались необычные для такого рода оружия плетения и элар в виде браслета, который хоть и закоптился от сгоревшей одежды, но не потерял не только свою функциональность, но и внешний вид, нужно только промыть и очистить его от сажи. Кроме того, в капитанской каюте обнаружили несколько толстых журналов с записями о проведении и результатах различного рода магических экспериментов, и даже, некоторые теоретические исследования. Все это наследие следовало изучить, а кое-что и использовать.

В трюмах бригантины обнаружились только питьевая вода в бочках, и продукты. Все свежее благодаря заклинаниям сохранности. И воды и еды оказалось много: примерно на месяц плавания корабля с экипажем больше сотни человек. Что, в общем-то, тоже было неплохо, поскольку необходимость в пополнении припасов отодвигалась на достаточно продолжительное время.

За приятным времяпровождением, каковым являлся осмотр и подсчет трофеев, не заметили, как солнце коснулось горизонта. И только наступившие сумерки напомнили, что и перекусить пора, и светильники подготовить не мешает. Но и после наступления темноты, оценка и подсчет стоимости всякого добра, собранного с тел пиратов и в их каютах, продолжались. В конце концов, уставшие, но удовлетворенные проделанной работой, матросы, и наемники, а также их командиры, легли спать. Трудный, насыщенный событиями день закончился, и на лежащих в дрейфе кораблях, тускло освещенных ущербной луной, наступила тишина.

Перед сном Ольга и командный состав судна, провели совещание на тему того, как организовать дальнейший поход. Капитан и его помощник пришли к единодушному выводу, что бригантину целесообразнее всего вести в Мурак. Этот город, конечно, находится раза в два дальше, чем Калара от нынешнего местонахождения кораблей, но наиболее опасная часть пути, контролируемая пиратами, уже осталась позади, и возвращаться назад по маршруту, где постоянно рыщут в поисках добычи морские разбойники, — безрассудство. Кроме того, продать бригантину в Мураке, можно будет легко и дорого, в то время как в Каларе с этим почти наверняка возникнут проблемы. Так же решили, что на бывшее пиратское судно перейдут четыре матроса, наемники Рандел и Андра, а командовать на нем будет помощник капитана Жерин.

Утром оба судна подняли паруса, и двинулись на юг. Предстояло еще обогнуть крайний мыс полуострова, прежде чем взять курс на Мурак. Шли теперь заметно медленней, чем раньше. На бригантине подняли только косые паруса, с которыми работать значительно легче, чем с прямыми, расположенными на грот-мачте. В результате скорость у нее сильно упала. Ну и шхуне, пришлось подстраиваться под ход трофейного судна. Тем не менее, пиратские острова с каждым часом отдалялись а, следовательно, и вероятность разбойного нападения снижалась.

Ольга, раз уж появилась такая возможность, снова приступила к своим магическим экспериментам. Успехи на этом поприще, правда, были неоднозначными. Если создание амулета с пространственным карманом проходило по плану, без всяких неприятных неожиданностей, то подключение информации, сохраненной в искусственной ауре к ассоциативной памяти мозга, не получалось. Поэтому, не прекращая работу в этом направлении, Ольга начала индексировать данные, сохраненные в биополе. Для этого их непрерывный поток пришлось разбить на блоки. Критериев, по которым проводилась разбивка, было два. Это суточный временной интервал, с явно указанной датой, а второй — характер события, которое получало метку ключевыми словами. Например такими, как «бытовой», «магия», «война», «политика, «аристократы», и так далее. Почти сразу выяснилось, что одного слова недостаточно, пришлось метку удлинять, и в результате она стала состоять из нескольких слов, и выглядела примерно так: «бытовой, Краст», «бытовой, замок Гиди», или «война, пираты, Рестина».

Ясно было, что этот подход дилетантский. Поисковики в Интернете сами все индексируют и очень быстро выводят отсортированный по ключевым словам список сайтов, что очень схоже с тем, что и хотела получить Ольга. Но ей попросту не хватало знаний. Десятки и сотни тысяч человеко-часов были потрачены на Земле на то, чтобы люди имели возможность так легко и быстро находить нужные сведения, и понятно, что она не сможет повторить этот путь в одиночку. Но на будущее она пообещала себе, что при первой же возможности, постарается восполнить свой пробел в знаниях. А пока, делала, что могла, сортируя «вручную» различные эпизоды своей жизни, в надежде на то, что это поможет найти их в своей аурной памяти, когда это понадобится.

Эксперименты, в которых изучалось взаимодействие биополя с телом, оказались небезопасными. Однажды обнаружилось, что попытки повлиять на тело с помощью искусственной ауры, привносят в него какие-то долговременные изменения. В тот раз была сделана попытка воздействовать на память через глубинные структуры мозга, расположенные рядом с мозжечком. Закончилось это головокружением, тошнотой, и потерей ориентации. Разумеется, эксперимент был сразу прекращен, однако неприятные симптомы все никак не проходили. А аура, отражающая физическое состояние тела, показывала, что сбой в работе мозга не исчез.

Хорошо, что идеальная память помогла найти разницу в биополе до и после эксперимента, что позволило, пусть медленно и осторожно, но воспроизвести его исходное состояние и уже через несколько минут после этого, координация восстановилась.

Столь неожиданный эффект от проведенного исследования, заставил на неопределенное время прекратить опыты над собой. Ведь влияя на работу мозга, можно и не заметить критические изменения его функциональности как раз в силу этих изменений. И кто, в таком случае, когда и каким образом, будет возвращать всё назад? Возможность видеть тонкое взаимодействие ауры и тела появилась только после посещения лабиринта Раминака. А ведь из тех, кто прошел последний зал комплекса пещер, в живых в мире, наверное, никого и не осталось. Так что не факт, что кто-то кроме нее самой, сможет исправить последствия неудачного эксперимента.

Однако, не зря говорят, что неудачный результат, тоже результат. Сам факт подобного влияния ауры на тело, вызвал большой интерес. А ведь большинство магов, и не подозревают о такой возможности. Да что там говорить, даже саму ауру видит только малое количество одаренных, а уж ее структуру, и особенности, так вообще единицы.

Зато у Ольги теперь возникла мысль о лечении организма с помощью изменений его биополя. Вот этим вопросом она и занялась, отложив работу с собственным мозгом на потом. Естественно, у нее тут же возник вопрос, а как, изменять ауру, чтобы не разрушить всю систему, и к чему при этом стремиться? Без досконального изучения ее структуры, выяснения того, какая часть на что влияет, и где заканчиваются ее общие характерные для всех людей черты и начинаются индивидуальные особенности, тут было не обойтись.

Начала с изучения аур всех людей, находящихся на судне, включая, естественно и себя. Три матроса, юнга, Ринк, и она сама представляли молодую и в основном здоровую часть исследуемых, а вот Белз являлся единственным, кто не подходил под эту категорию. Ему было уже под пятьдесят, и как выяснилось, здоровым его нельзя было назвать ни в коем случае. Воспаление желчных протоков, камень, правда, не очень большой в почке, воспаление суставов и межпозвонковых дисков, атеросклероз, и это только основные недомогания капитана.

У Белза, конечно, были уважительные причины того, что его организм находился в столь плачевном состоянии. Малоподвижный образ жизни из-за постоянного нахождения в море, отсутствие времени на посещение лекаря, а возможно, и нехватка денег на лечение. Работа с почками и сосудами, в его случае, доступна только магам, а те берут за свои услуги много. Ну да, не страшно, ничего непоправимого не произошло. Лечить Ольга могла многие болезни, спасибо Даралу, научил. А перед тем как покинуть Раминак, она купила набор лекарских инструментов, очень качественных, и позволяющих делать разнообразные операции и упростить магическое воздействие на организм больного человека. Заплатить за этот комплект всевозможных приспособлений пришлось немало — двадцать золотых. Но ничего даже приближенного по качеству и ассортименту, раньше ей видеть не доводилось. Вот сейчас и порадовалась тому факту, что денег не пожалела и теперь имеет возможность улучшить состояние здоровья капитана. Потому что аура аурой, но камень путем воздействия на нее, не удалишь и кровеносные сосуды не почистишь!

Откладывать лечение не стала и, несмотря на несмелые возражения капитана, приступила к делу. Начала с самого простого: удаление камня из почки. Лекарский набор имел для этого необходимые артефакты, но точную наводку на инородное тело мог совершить только маг, хорошо видящий плетения и поля. Для Ольги тут никаких трудностей не возникло, а сам процесс дробления, производился соответствующим амулетом, имеющий собственный накопитель, так что вопрос о магической силе был не критичен.

Кровеносные сосуды очищались от налета снадобьем, сделанным на основе настоя одного из местных растений и вводимого в вену с помощью своеобразного магического шприца. Но, как учил Дарал, основные артерии необходимо изнутри защищать плетением, чтобы оторвавшийся тромб, а это явление частое при подобном лечении, не закупорил их.

Примерно через неделю после начала лечения просвет артерий значительно расширился без каких-либо осложнений, и уже можно было приступать к устранению воспалений. Лекарственные средства для этого, тоже существовали, и достаточно эффективные, с основой, кстати, состоящей из ядов паука корро и маленькой змейки, обитающей в местных джунглях. Но действовали они только на период приема и некоторого отрезка времени после него. Так что пациентам приходилось либо принимать снадобье постоянно, что не всегда благоприятно воспринималось организм, либо, что происходило значительно чаще, человеку приходилось терпеть боль, как это и делал Белз.

Вот целью устранить воспаление с помощью воздействия на ауру, и задалась Ольга. К этому времени она уже создала обобщенную карту биополя здорового человека. Лечение почки и сосудов капитана, убрали или уменьшили часть отклонений от стандарта, а остальные аномалии и предстояло устранить с помощью нового метода.

Воспаление суставов должны были убрать надетые на руки и ноги браслеты, и повязки на коленях и верхних частях бедер. Спиной капитана, Ольга решила заняться позже. Все-таки метод исцеления новый, ни разу еще не опробованный, и лучше тут проявить осторожность, и поработать пока только с конечностями, за которыми проще наблюдать, да и возможные непредвиденные осложнения на них не так опасны, и их легче исправить.

К сожалению, предосторожность оказалась не лишней. Поначалу все прошло хорошо, и уже на следующий день, как Белз надел браслеты, боли в суставах перестали его беспокоить. Однако спустя еще одни сутки выяснилось, что теперь у капитана начали ныть мышцы на руках и ногах, и боли в спине тоже усилились.

После некоторых раздумий Ольга пришла к выводу, что боль в суставах — это следствие болезни, и лечить надо не их, а ту первопричину, которая и вызывает воспаление. Вновь пришлось вернуться к сравнению аур здорового человека и Белза. Неожиданно, помогли знания из прошлого. В свое время довелось где-то прочесть, что воспаление является следствием иммунной реакции организма на чужеродные вещества и организмы, но иногда атаке подвергаются и родные клетки. А как раз тот факт, что в результате лечения воспаление не ушло, а только изменилась его локализация, навел на мысль, что нужно проверить часть ауры, отражающей места выработки антител. Таковыми, как помнилось, являлись костный мозг и, вроде как, селезенка.

Здесь изменения тоже обнаружились. Раньше Ольга не обратила на искажения ауры в этой зоне, так как на фоне других деформаций, они казались незначительными. Теперь настала пора попробовать исправить ошибку.

Вначале она предполагала, что хватит двух, максимум трех амулетов, которые и скорректируют искажения этой части ауры. Однако даже четыре кристалла с плетениями исправляли небольшую часть отклонений. Насыщение заклинаний дополнительной энергией не приближало поле к эталону, а лишь усиливала искажения в небольшой части ауры, только в другую сторону, как бы меняя их знак, с плюса на минус. А требовалось воздействие на более обширный участок биополя. Вроде бы, капитан даже лучше стал себя чувствовать, но Ольгу беспокоили долговременные изменения в его иммунной системе. Как бы она не пошла вразнос, приведя организм к еще худшему состоянию.

Хорошим выходом из этой ситуации могло бы стать распределение воздействия на все искаженные сегменты биополя. Но как это сделать? Повесить на капитана связки амулетов, чтобы он сверкал как новогодняя елка? Но и тут возможны были трудности. Кристаллы с плетениями пришлось бы закреплять на жестком корсете, чтобы они не смещались. Иначе вместо улучшения состояния организма, можно было получить обострение болезни.

Вот тут у Ольги и возникла мысль воспользоваться чувственной магией. Не так давно, на уроках рисования, проводимых ее товарищем, магом и художником Орином, у нее получалось накладывать иллюзии на свои рисунки. Но ведь можно попробовать воздействовать не на зрительное восприятие человека, а на ауру!

Для эксперимента воспользовалась чернилами из капитанской каюты. Белз вел судовой журнал специальным составом, не слишком быстро растворяющемся водой. Так что и для рисунка на теле этот состав подойдет, как временная мера. Сейчас капитан безропотно сносил все эксперименты над собой. И такой покладистости была причина. Хоть Ольга не всеми результатами своего лечения была довольна, но самочувствие капитана, тем не менее, заметно улучшилось.

Чувственные заклинания представляли собой множество мельчайших плетений, создаваемой аурой мага, которые как бы прилипали к минеральным частицам краски. Процесс формирования этих плетений рассмотреть было очень трудно даже Ольге. И что интересно, при этом возникала и система, накопления магической энергии из окружающего пространства. В результате иллюзия на картине держалась столетиями. А вот большие по объему искажения видимого пространства, развеивались довольно быстро. Подобный способ подпитки заклинаний напоминал то, что происходило в теле Ольги. Правда, у нее процесс поглощения энергии проходил настолько эффективно, что влиял на ее магическую силу.

Первая попытка выправить нездоровые отклонения ауры Белза оказалась малоэффективной. Вроде бы какие-то слабые изменения в биополе есть, но нечетко выраженные, и далекие от эталона. Но уже тот факт, что с помощью чувственной магии воздействие на ауру возможно, внушало оптимизм.

Подумав, Ольга пришла к выводу, что виной частичной неудачи стала ее лень. Ведь она наносила заклинания на ровный слой краски, вот и получилась полная ерунда. Не учла тот факт, что хорошая иллюзия получается тогда, когда накладывается на рисунок или картину, а не на залитый краской лист бумаги. Значит и в данном случае, следует действовать по такому же принципу.

Аура — это не статичное поле. Она меняется, пульсирует, взаимодействует с организмом и окружающим миром. Но есть у нее и свои границы, как внешние, как и внутренние, чаще всего нечеткие и не всегда постоянные. Но попытаться наложить линии границ на тело можно. После того, как слой краски с кожи Белза был смыт, Ольга принялась наносить на его тело абстрактный на первый взгляд рисунок, который по факту был проекцией нужной части многомерного биополя на двумерную плоскость, в качестве которой служила спина капитана.

В результате получилась картина из замысловато переплетающихся линий, которые тянулись вдоль позвоночника от копчика до головы, и напоминали побеги какой-нибудь лианы. В области поясницы от этой «лианы» тянулись горизонтальные побеги, прикрывающие собой кожу, под которой находились почки. А верхняя часть спины получилась разрисованной линиями, которые сложились в фигуры, фантастического вида цветов.

Когда чернила подсохли, Ольга начала внедрять в рисунок магические структуры. Процесс этот был небыстрым, требовал большой сосредоточенности, четко выраженного желания того, что хочешь получить и полной отдачи тех крох энергии, что удавалось выцарапать из своего собственного тела.

— Вроде, получилось, — оценила Ольга результат по окончании своей работы.

Почти сразу аура капитана начала изменяться, меняя свою форму, насыщенность, цвет, запах и звуковую тональность.

Показатели характеристик ауры никак не были связаны с органами чувств человека, и для облегчения восприятия, им искусственно придавали, с помощью элара, такие качества, которые воспринимались бы мозгом. В результате, каждый раз, при переходе на магический взор, менялось не только зрительное восприятие. Человек погружался в какую-то цветовую, музыкальную ичувственную симфонию одновременно, ориентироваться в которой без соответствующей подготовки и тренировки, было очень трудно.

— Так мне теперь придется всю жизнь не мыться? — озадаченно спросил Белз после слов Ольги.

— Ну, несколько дней, которые нам еще предстоит идти до города, вы потерпите. Как раз и посмотрим, насколько эффективен этот метод. Если ваше состояние действительно улучшится, тогда будем думать, как закрепить рисунок.

Через три дня после нанесения рисунка капитану, неспешно идущие корабли достигли Мурака, в порту которого и пришвартовались. За это время Белз как бы помолодел. Теперь он выглядел значительно здоровее и бодрее, чем раньше. Аура его за это время стабилизировалась в состоянии, близком к эталонному. По всему выходило, что новый метод лечения, по крайней мере, для этого типа болезней, оказался действенным. А значит, пора озаботиться тем, как сделать рисунок на спине долговечным. И лучшим решением выглядела татуировка. Вопрос только в том, кто будет ее делать?

Глава 3

Прибытие двух судов в порт вызвало повышенное внимание, как моряков, так и обычных жителей города. Правда, сухопутная часть населения, ожидавшая увидеть новые товары, выяснив, что корабли на продажу ничего не привезли, быстро потеряла к ним интерес. А вот среди работников порта и тех, кто по службе связан с морскими перевозками, на бригантину поглядывали с подозрением и оценивающе. Люди подходили к пристани, рассматривали парусное вооружение судна, обсуждали малочисленность экипажа, и строили различные предположения о происхождении и дальнейшей судьбе парусника.

Полдень уже миновал, но времени до вечера, когда затихает деловая жизнь, еще было достаточно, поэтому решили вопросы с продажей бригантины и предполагаемой наградой за убийство ее бывшего капитана, прояснить сразу, не откладывая назавтра.

На сошедшего со шхуны капитана, который направлялся в мэрию, чтобы узнать насчет награды, бросали любопытные взгляды, и пытались заговорить, расспрашивая о том, откуда прибыл этот корабль, и не собираются ли его продавать. Что навело зевак на подобные мысли, не понятно. Разве что малочисленность экипажа. Учитывая, что свободных кораблей в Мураке сейчас не наблюдалось, и даже для того, чтобы купить каюту на судно, отправляющееся на запад, приходилось ждать длительное время, интерес у людей, был не праздный. Но Белз в разговоры ни с кем не вступал, только коротко поздоровался со знакомыми, и отправился в город.

Ольга такой подход одобрила. Сначала дело, а досужая болтовня подождет. На нее и на Ринка, сошедших на берег вслед за капитаном, внимания почти не обратили. Подумаешь, девчонка и мальчишка на борту, кому они интересны? А ведь именно эти двое и направились решать судьбу бригантины. Путь их лежал в таверну Одноглазый кальмар, где не так давно познакомились со своими наемниками, а затем и нынешним капитаном шхуны Мечта.

Трактирщик посетителей узнал, и приветливо заулыбался.

— Не думал так скоро увидеть вас снова. Уже нашли себе корабль?

— Да купила в Каларе.

— А как и когда думаете перегонять?

— Так уже. Сегодня прибыли.

— Мне говорили, что в порт зашло два судна.

— У меня — шхуна Мечта. Второй корабль тоже мой, но я его хочу продать: трофейный он. Пираты напали, но неудачно для себя. А я вот, наоборот, с прибытком. И кстати, вы не знаете, за пирата Резонда награду не назначали? Он на бригантине ходил, очень скоростной. Моя шхуна тоже очень быстрая, но уйти, все-таки, не смогла.

— Слышал о таком пирате, и награда за него положена. Сколько, правда, не помню, в мэрии надо узнать. Получать, тоже там же. Так вы бригантину хотите продать, или шхуну?

— Бригантину. Шхуна для меня стала уже родной, она как дом, а бригантина воспринимается чужой. По скорости моя Мечта лишь немного уступала пиратскому судну, так что в этом отношении, меня все устраивает. А для бригантины и экипаж нужно пополнять, а это лишняя морока и расходы. Не нужно мне этого.

— Пожалуй, вы правы. Да и вам самой виднее, как поступить. У вас уже есть на примете покупатель?

— Нет, я пока не знаю, как организовать продажу. Может, вы мне подскажете?

Трактирщик соображал быстро, и тут же предложил решение вопроса.

— Лучше всего организовать публичные торги у меня в трактире. Тут и места достаточно, и покупателям отходить никуда не нужно: и выпивка и закуска под рукой, можно сказать.

— Звучит привлекательно. А сколько времени нужно на организацию торгов?

— Несколько дней на это потребуется. Сначала объявить надо о продаже, на это дня два надо выделить, чтобы до всех заинтересованных покупателей новость дошла, день или два на осмотр судна, может, даже, придется показать, как оно на воде себя ведет, ну и сам день торгов. Вы как, сильно спешите?

— Если за неделю управитесь, то меня это вполне устроит.

— Отлично! Кто будет проводить торги? У вас есть подходящий человек для этого?

— Нет, может, вы подскажете кого?

— Чаще всего у нас в Мураке, подобные распродажи провожу я. Если вас моя кандидатура устраивает, то с удовольствием и в это раз поучаствую.

— И каков ваш интерес в этом деле?

— Десятая часть от суммы, за которую уйдет корабль. Но сюда входит все: и организация, и стоимость аренды помещения, и страховка соблюдения честности сделки.

— А в чем заключается страховка?

— Я буду посредником при передаче денег. Покупатель передает мне всю сумму за судно, а вы — документы на него. Обман с чьей-либо стороны, в таком случае, невозможен. Это выгодно как вам, так и будущему владельцу парусника, если он не мошенник, конечно. Кстати, вам нужно будет в мэрии зарегистрировать корабль на себя. Думаю, проблем с этим не возникнет. Бригантина уже давно примелькалась как пиратское судно, поэтому ваш трофей никто не сможет оспорить. Может, у вас есть и доказательство какое, что вы Резонда убили?

— Тело его тело привезли, на всякий случай. Я на него плетение сохранности наложила. Могу предъявить.

— Очень хорошо, это значительно упростит как регистрацию, так и получение награды. Я, как один из советников мэрии постараюсь ускорить рассмотрение ваших дел. Да, должен предупредить, что вам с вырученных денег придется уплатить десятую часть в казну мэрии. Такие уж у нас законы.

— Не скажу, что рада этому, но возразить ничего не могу.

К вечеру все, кто выходил в город, вернулись на шхуну. Капитан подтвердил, что награда за Резонда назначена и составляет сорок золотых. Этой суммы как раз хватало, чтобы расплатиться с экипажем за доставку бригантины в порт, как и обещалось. Не зря тело притащили, теперь не будет проблем с доказательствами, если верить словам трактирщика. Хотя как оно поможет, не совсем понятно. Пирата, знали тут в лицо, что ли? Так оно обгорело достаточно сильно, могут и не опознать.

Командир охранников Рандел, успел пройтись по рынку в поисках покупателей на оружие и ценности, снятые с пиратов, и найденные в каютах. Некоторых торговцев ему удалось заинтересовать, и завтра ожидался их визит для оценки товара, и возможной его покупки. Ольга поделилась мыслью о распродаже по типу аукциона, сразу же одобренной наемником. Если купцы не сговорятся, то результат подобной торговли, должен получиться неплохим.

Следующим утром все снова разбежались по делам. Капитан направился в мэрию за экспертом, который должен был определить принадлежность останков пирата, Рандел собрался еще раз пройтись по рынку, и пригласить вероятных покупателей трофеев на тоги, а Ольга для начала решила вновь посетить таверну Одноглазый кальмар: остался у нее еще один невыясненный вопрос. Вернее ответ на него у нее был: адреса, где находятся известные ему татуировщики, ей дал Белз. Но дело в том, что ей не тату нужно было сделать, а научиться самой, наносить под кожу рисунки, причем на учебу она могла выделить только несколько дней. И то, что кто-нибудь из мастеров захочет брать на себя такую обузу, вызывало сомнение. Вот и хотела посоветоваться с трактирщиком, а еще лучше заручиться его поддержкой в этом вопросе. Ведь, как выяснилось, хозяин Одноглазого кальмара, был очень уважаемым в городе человеком.

Утро, народ спешит по своим делам, а трактир, похоже, и не закрывался, и посетителей в трапезной оказалось немало. Те, кто по каким-либо причинам не поел дома, сейчас исправляли это упущение, сидя за столами и поглощая содержимое своих тарелок. Ольга и Ринк позавтракали на судне, но аппетитные ароматы, доносящиеся с кухни, и тот факт, что хозяина заведения сейчас на месте не оказалось, дал повод насладиться порцией восхитительного омлета и кружкой кисло-сладкого морса.

Пока поели, и Фардос объявился за стойкой, но увидев Ольгу, сразу подошел к ее столу, и после приветствий отчитался:

— Слухи о продаже бригантины запустил, интерес к судну большой, так что торги намечаются активные и результативные.

— Это конечно, радует. Но у меня к вам еще одно дело. Не могли бы вы порекомендовать какого-нибудь мастера по татуировкам. За те несколько дней, что я буду находиться в Мураке, хотелось бы научиться хотя бы азам, но лучше, конечно, узнать как можно больше хитростей в этом деле. Капитан Белз говорил мне, что многие матросы накалывают себе рисунки, так что специалисты по этому делу, в городе наверняка есть.

Фардос удивленно крякнул.

— Зачем вам это? — озадаченно спросил он.

— Я ведь немного лекарь. И мне нужно, чтобы на одного человека постоянно действовало лечебное заклинание. Татуировка для привязки плетений должна неплохо для этого подойти. Вот и хочу научиться этому ремеслу.

— Вообще-то, мастера неохотно делятся своими секретами.

— Догадываюсь, потому и обратилась к вам. Хочу обратить ваше внимание на то, что я не представляю угрозы вашим татуировщикам, как конкурент. Мне гораздо выгоднее работать артефактором и лекарем, а самое главное, через несколько дней я покину Мурак, и вряд ли когда-нибудь сюда вернусь. Я отправляюсь в Ларию, а она находится слишком далеко отсюда, чтобы мотаться по морю туда-сюда.

Трактирщик на некоторое время задумался, а потом сказал:

— Сразу вот так, я не могу вам кого-то посоветовать. Нужно подумать и переговорить кое с кем.

— Учтите, я готова заплатить за учебу.

— А сколько, если не секрет?

— Не знаю расценок. Золотой, два, пять? Пусть мастер назовет цену.

Договорившись с трактирщиком о встрече назавтра, Ольга и Ринк вернулись на шхуну. Здесь наблюдалась суета, вызванная приходом мага и сопровождающих его работников мэрии для опознания останков пирата. Шарч, как и большинство домашних котов и кошек, любил наблюдать за суетой людей. Сейчас он залез на гик фок-мачты, и с высоты своего положения смотрел на матросов и гостей, которые уже вынесли тело, все еще находящееся под действием консервирующего заклинания.

Маг из мэрии достал из кармана кристалл, посмотрел на него, потом на бывшего пирата, и вынес вердикт:

— Да, это Резонд. Тело мы заберем. Вознаграждение можете получить завтра.

— А как вы определили, что это тело именно Резонда? — спросила Ольга.

— А вы, собственно, кто такая? — не стал спешить с ответом маг. При этом взгляд его цепко пробежался по фигуре девушки, задержавшись на ее эларе, которой хоть и скрывала одежда, но не от магического взора.

— Я владелица этой шхуны. И это я убила Резонда.

— А, Оля Лаэция, слышал.

Взгляд чиновника мэрии потеплел, и он уже с охотой ответил:

— В этом кристалле записана структура его ауры, давняя, правда, лет десять ей. Но срок не имеет значения. Она имеет постоянную конфигурацию на протяжении всей жизни человека.

Сколько времени уже изучается магия, а нет-нет, да и появляется что-то новое и до сих пор неизвестное. Вот и сейчас проявилась еще одна сторона жизни, где она используется. Оказывается характерные особенности ауры, можно использовать для идентификации.

Шанс получить новые знания, Ольга старалась не упускать, и этот раз не стал исключением и, поскольку у нее появились вопросы, она постаралась сразу получить на них ответы:

— Но ведь у вас слепок ауры живого человека, а сейчас от него осталось лишь тело!

— У трупа тоже ведь есть аура, и если она полностью совмещается с образцом ауры живого существа, то это дает полную уверенность, что тело осталось конкретно от этой особи, образец биополя которой сохранился. И тут не важно, человек это, или животное.

— А когда и почему вы сняли слепок ауры Резонда?

— Так это обычная практика. С каждого, кто регистрируется в мэрии в качестве экономического агента, снимается слепок его биополя. Копии аур купцов, владельцев мастерских, капитанов кораблей, да и многих других, всех и не перечислю сейчас, находятся в специальном хранилище. А к магам, отношение особое. Регистрируем даже учеников. Вот и Резонд попал к нам таким образом. Он ведь не сразу стал пиратом.

— А насколько полные копии вы делаете?

— Фиксируется сто с лишним характерных точек. Этого вполне достаточно для опознания.

Тело пирата погрузили в повозку и увезли. А Ольга и Ринк до вечера гуляли по городу.

Следующим утром была назначена встреча с трактирщиком. Вроде бы, специальность татуировщика Ольге не особо требовалось, но новые возможности в лечении, открывшиеся благодаря чувственной магии, требовали основы для внедрения заклинаний, и зависеть в этом от посторонних людей, которым придется объяснять, что от них требуется, не хотелось. Да еще и не всегда нужного мастера можно найти, как это случилось во время плавания на корабле. Лучше уж самой научиться технике нанесения татуировок, и потом ни от кого не зависеть. Тем более, что уроки рисования, полученные в Раминаке, должны значительно облегчить обучение.

В этот раз позавтракать решили в таверне. Готовили в заведении Фардоса очень вкусно, так чего себя не порадовать! Когда яичница с нежными кусочками мяса какого-то животного, была съедена, и наступила очередь сладких пирожков, запиваемых морсом, за стол сел трактирщик и сообщил:

— В общем, нашел я мастера-татуировщика, который согласился вас обучать. Он уже стар, чтобы продолжать былой род занятий. Руки трясутся, зрение ослабло, но знания и умения у него остались!

— Отлично! А что с оплатой?

— Кривз — так мастера зовут, сказал что, сколько дадите, столько и будет.

— Гм, даже так? А когда можно начать учебу?

— Да хоть сейчас. Я могу проводить до его дома.

— Совсем, хорошо! А мне не надо прикупить какие-нибудь инструменты?

— Насчет этого не знаю. Вы уж с ним сами выясняйте, что вам понадобится.

До места обитания мастера-татуировщика добирались минут десять. Большинство городов Гемоны не отличались своими размерами, и Мурак в этом смысле не выбивался из общего ряда. Расположенный на окраине небольшой, но аккуратный одноэтажный домик, имел крохотный палисадник, окруженный невысоким резным зеленым штакетником.

Сам Кривз оказался восьмидесятилетним сгорбленным одиноким стариком, однако с ясной памятью и цепким, внимательным, хоть и подслеповато щуримся взглядом. Из разговора выяснилось, что жена у него умерла, дочь, так же как и сын живут отдельно, но старика часто навещают.

Трактирщик, познакомив учителя и ученицу друг с другом, вернулся в свою таверну, а Ольга приступила к учебе. Вопрос с приспособлениями для татуировки решился с помощью Кривза. Он попросту продал Ольге свой инструмент. Причем это оказались не какие-то там примитивное устройство для ручной работы, а магическое устройство, наносящее краску на иглы и придающее им возвратно-поступательное движение. Набор красителей, а также кое-какую информацию по их составу, он тоже предоставил. Покупка обошлась в пять золотых, но денег было не жалко. Главное, что с использованием амулета, резко сокращалось время нанесения наколок, что для сложных рисунков таких, например, как предстояло нанести Белзу, имело большое значение.

Теоретическая часть учебы оказалась несложной и непродолжительной. С устройством для нанесения тату, как и с принципом работы с ним, Ольга разобралась быстро. Осталось только приобрести хоть какой-то практический опыт. Ну, так и клиент уже есть, который только и ждет когда постоянный, несмывающийся, лечебный рисунок, украсит его спину.

Самочувствие капитана улучшилось настолько, что по трапу, который раньше Белз преодолевал медленно и с кряхтением, он теперь бегал, чуть ли не вприпрыжку. Поэтому сомнения в целесообразности перехода на «вечный» рисунок, если и оставались, то очень слабые. Тем более что, если саму татуировку вывести трудно, то плетения, закрепленные на ней, развеять, в случае чего, значительно легче. А там можно и новое заклинание попытаться внедрить.

Практику в нанесении татуировки на реальное тело живого человека запланировали назавтра, а пока занятия окончили. Пообедав, направились в местную мэрию. Все-таки сорок золотых — деньги немалые, так что сделать небольшой крюк, чтобы получить их, совсем не лишнее. Правда, документов о том, кто она такая, у Ольги не было, тем интереснее было посмотреть, как этот вопрос будет решаться.

Мэрия Мурака представляла собой красивое трехэтажное здание, с одним стражником, стоящим снаружи у входа, и одним охранником распорядителем, сидящим по другую сторону двери. К последнему Ольга и обратилась с вопросом о том, где можно получить причитающиеся деньги. Казначейство располагалось на втором этаже, туда-то посетителей и направили.

— Так-так, Оля Лаэция, вам положена сумма в сорок золотых за ликвидацию бандита и пирата Резонда. Доказательства предоставлены и подтверждены магом мэрии Саэлом Твинским, — прочел вслух выдержку и толстого гроссбуха чиновник.

После чего открыл сейф и достал оттуда небольшой, но судя по всему тяжеленький мешочек, который водрузил на свой стол. Отсчитав тридцать шесть золотых, он подвинул их посетительнице.

— А почему…, начала было возмущаться Ольга, но договорить ей не дали.

— Согласно закону о доходах населения торговой республики Мурак, любая прибыль как граждан, так и не граждан нашего города-государства, облагается налогом в десять процентов.

— С этим все понятно. Но вот у меня возник вопрос: а почему вы так доверчивы? А если бы на моем месте оказалась какая-нибудь аферистка, и вы отдали бы ей причитающиеся мне деньги?

— Ну что вы! Кто вы такая, я определил, как только вы вошли, и даже не успели представиться.

— Каким образом? — удивленно воскликнула Ольга.

— Так с помощью амулета, который определил структуру вашей ауры.

— А разве у вас есть образец моей ауры?

— Конечно! Вы заключили контракт с капитаном Белзом, который зарегистрировали у нас в мэрии, вот тогда ваша структура и была внесен в реестр финансовых агентов.

— Но как получилось, что я не заметила, как с меня снимали параметры ауры?

— Так ведь амулет не вносит никакие изменения в ауру или в ваше физическое состояние. Хотя как маг, вы могли бы заметить сканирование но, видимо, в этот момент ваше внимание было сосредоточено на чем-то другом.

Вот так. И не надо никаких паспортов или чипирования человека. Раз, и ты уже под колпаком! И насколько же широко развернулась эта магическая технология, интересно?

— А откуда у вас такие амулеты?

— В Раминаке покупаем. Недешево, конечно, но очень удобно. И большинство преступников на учете, и законопослушным гражданам легче, как вам сейчас, например.

— А в остальных графствах Сорматы, тоже такие амулеты применяются?

— Да, насколько знаю. Мурак был одним из последних городов, который ввел у себя эту систему. Мэрия долго сопротивлялась этому, но лет десять назад, все-таки сдалась. Наши купцы настояли на этом. Им так легче заключать договоры и совершать сделки.

— А в соседних государствах, как с подобной регистрацией дела обстоят?

— Никак. Такие амулеты только в Сормате используются, насколько я знаю.

Получив деньги, Ольга и Ринк вернулись на шхуну. На судне как раз собралось много народу, в основном купцов, которые пришли сюда для участия в распродаже имущества пиратов. Торговля была в самом разгаре. Богато одетые, солидные, по большей части упитанные мужчины и женщины, бродили между выложенными грудами товарами, приценивались и торговались. Иногда между покупателями разгорался спор, который чаще всего приводил в конечном итоге к повышению цены лота, за который разгорелась борьба.

— Как идет торговля? — поинтересовалась Ольга у Андры, на которую наемники возложили обязанности главного продавца.

— Лучше, чем ожидалось, — негромко ответила охранница. — Уже ясно, что продадим все. Сейчас покупатели торгуются между собой, поднимая цену. Мне и делать ничего не приходится, только цену фиксирую.

— Я смотрю, вы все трофеи рассортировали. Чем руководствовались при делении?

— Старались вещи по подобию разложить. Но мечей и сабель слишком много у нас, так что их разделили на шесть частей. Ножи разбросали на четыре кучи, амулеты по десять штук. Одежду, всякую утварь тоже по типам разделили.

Через не такое уж продолжительное время, все вещи оказались выкуплены, и довольные купцы разошлись, возложив все заботы о доставке на своих приказчиков. А не менее довольные наемники, капитан судна и Ольга собрались в кают-компании, чтобы подвести финансовые итоги столкновения с пиратами, и договориться о распределении дохода между участниками боя. Выручка получилась не такая уж и маленькая, около двухсот пятидесяти золотых. Только за элар погибшего пиратского капитана один из купцов заплатил пятую часть от этой суммы. Уж зачем артефакт ему понадобился, кому он хотел его перепродать, неизвестно. Но Ольга рассталась с ним без сожаления. Она предварительно просмотрела заклинания, которыми пользовался Резонд. Для себя, из того что можно прямо сейчас практически применять, ничего не обнаружила, но на будущее запомнила те ударные комбинации, которыми пользовался вражеский маг. Было у нее подозрение, что из-за этих плетений и приобрели амулет. А купец выступил всего лишь посредником.

Вопрос о долях участников морского сражения, оказался не таким уж и простым. В той или иной степени, риску подвергались все моряки, но двое охранников, Ольга и два матроса, перешедшие на бригантину, когда на той еще находились живые пираты, рисковали больше. С другой стороны, Ринк и самый молодой из наемников, Сонел, нанесли большой урон разбойникам, стреляя из стреломета и лука, и это тоже необходимо учитывать. В конечном итоге деньги от продажи трофеев решили разделить, как это принято у охранников сухопутных караванов: свою долю получают только те, кто участвовал в схватке, то есть все наемники, Ольга, Ринк и те два матроса, что первыми перешли на вражеское судно. Остальные получат обещанную премию за доставку бригантины в порт Мурака.

— Никогда не имела столько денег сразу, сказала Андра, глядя на кучу монет, доставшихся ей после дележки. Всего на ее долю, как и остальным наемникам, досталось тридцать пять с лишним золотых монет.

— Да, а ведь всего месяц назад мы голодали! — напомнил Рандел.

— Просто нам повезло, что на нас напали пираты, — высказал свое мнение Ринк.

— Нападение пиратов — везение?! Такого я еще не слышала, — удивленно воскликнула Андра.

— А у нас с Олей все время так. Едем себе, никого не трогаем, и тут раз, на нас напали! А потом мы снова едем, никого не трогаем, но уже с трофеями, — поделился своими наблюдениями Ринк. — Чем чаще нападают, тем богаче мы становимся.

Белз и татуировщик, к которому Ольга привела капитана следующим утром, оказались давними знакомыми. В ранней молодости Белз сделал себе наколку на плече как раз у Кривза, уже тогда имевшего репутацию умелого мастера, но впоследствии их пути не пересекались. И вот, спустя десятилетия, судьба свела их снова.

Абстрактная, но имеющая большое значение, картина на спине капитана к этому времени поблекла, а некоторые линии вообще стерлись, поэтому пришлось ее подновлять и реставрировать, внося при этом небольшие изменения для большей эффективности лечения. Старые плетения, в связи с исчезновением фрагментов рисунка развеялись, но Белз ухудшения самочувствия пока не почувствовал. Биохимические изменения организма обладают определенной инерцией, вот болезнь до времени себя и не проявила. Однако в ауре изменения в худшую сторону уже наметились, так что восстановление изображения, а затем и заклинаний, уже назрело.

— М-да, тут работы на несколько дней, — сказал Кривз, оценивающе разглядывая переплетения нитей, нанесенных тушью на спину капитана. — Очень много тонкой работы.

— Не страшно, время у нас есть, — успокоила Ольга заволновавшегося, было, Белза.

Около четырех часов длился первый сеанс нанесения татуировки. За это время удалось нанести примерно третью часть рисунка. По результату работы, Кривз похвалил свою ученицу:

— У вас твердая рука и отличный глазомер. Да и рисунок у вас получился хоть и непонятный, но какой-то ладный, вроде такой, какой и должен быть.

На третий день работы, ближе к полудню, татуировка капитана была закончена. Осталось только зарядить ее чувственной магией. Но это дело пришлось отложить, потому что на послеобеденное время в таверне Одноглазый кальмар был назначен аукцион, единственным лотом которого являлась пиратская бригантина. Все заинтересованные потенциальные покупатели были уведомлены о торгах, и многие из них уже осмотрели парусник. Выход в море для демонстрации его ходовых качеств не понадобится. О морском разбойнике Резонде и его судне слышали на полуострове, наверное, все. Поэтому тот факт, что пиратский корабль являлся одним из самых быстрых в здешних водах, был широко известен.

Желающих принять участие в торгах выразило желание так много купцов, что для остальных посетителей таверны пришлось заведение закрыть. Вернее, зайти-то мог каждый желающий, но только предварительно заплатив на входе десять серебряных монет. Для людей серьезных, действительно намеревающихся приобрести корабль, это небольшие деньги, а вот для обычных посетителей, забегающих сюда, чтобы перекусить, такая сумма лишь за одно право присутствовать в это время в трапезной, стала серьезной преградой.

Стартовой ценой бригантины Ольга, посоветовавшись с трактирщиком, который сейчас являлся и распорядителем торгов, назначила восемьдесят золотых. Об этом было объявлено заранее, чтобы сразу отсеять стесненных в средствах покупателей. Впрочем, если от такого предупреждения и был эффект то, судя по количеству участников аукциона, очень слабый.

Торги начались сразу по приходу Ольги и капитана. Стоимость судна очень быстро взлетела до ста золотых. После чего купцы поумерили свой пыл, и начали поднимать цену осторожно, перебивая предыдущую ставку на одну или две монеты. Конечно, им хотелось приобрести корабль, не сильно переплачивая, но возникшая в Мураке ситуация, когда из-за войны двух государств сухопутные маршруты оказались перекрыты, а для морских перевозок не хватало судов, привела к тому, что цены на все плавсредства, которые могли хоть как-то добраться до соседнего города, резко выросли. И естественно, все эти обстоятельства не могли не сказаться на конечном результате аукциона.

Не торопясь, совмещая торговлю с выпивкой, впрочем, умеренной, и закуской, которую употребляли уже без ограничений, участники аукциона к вечеру подняли цену на бригантину до ста пятидесяти золотых. На этом, торговля и остановилась. Тут же были оформлены документы на судно, и Ольга получила вырученные деньги: чуть больше ста двадцати золотых. Пятнадцать золотых пошли трактирщику за организацию торгов, а из оставшихся ста тридцати монет, пришлось заплатить налог в десять процентов.

Ночью Ольга проснулась от неистового лая собак за окном трактира, а затем по двору мелькнули чьи-то тени. После этого еще полчаса четвероногие сторожа громко ругали нарушителей спокойствия, осмелившихся проникнуть на охраняемую ими территорию. Но затем они все-таки успокоились, и до самого утра ночной сон постояльцев никем и ничем не нарушался.

Информация о наличии крупной суммы денег не могла пройти мимо преступников города. Скорее всего, их неудачная попытка присвоить чужое золото и послужила причиной ночного переполоха. Впрочем, это налетчики полагали, что удача от них отвернулась. На самом деле, им здорово повезло, потому что на окнах и двери номера, в который они так стремились попасть, висели охранные заклинания, и не подними шум собаки, воров ждал теплый прием, как со стороны постоялицы комнаты, так и со стороны ее охранников, расположившихся по соседству.

Большую часть полученного дохода Ольга потратила на приобретение товаров, посвятив покупкам весь следующий после торгов день. Рассудила, что места на корабле достаточно, хватит и для новых партий паутины, клея и яда — наиболее выгодных, пожалуй, вложений капитала.

Полдня она ходила по рынку, присматриваясь, прицениваясь и совершая покупки. Несколько раз ее пытались обокрасть, но кошелек с пространственным карманом, спрятанный за пазухой, показал свою полезность в качестве места для хранения ценностей.

Прибегнуть к силе, с целью завладеть золотом, местные бандиты так и не решились. Наличие трех опытных охранников не предполагало легкой и бескровной схватки, а рисковать своим здоровьем, а может даже и жизнью, им не хотелось. Так что поход по торговым точкам, завершился без экстремальных приключений.

А еще через день, шхуна, наконец, подняла паруса, и отправилась в открытое море.

Главы 4 и 5

Глава 4

Капитан не стал идти вдоль берега, а пошел мористее, так что вскоре с судна можно было наблюдать лишь воду вокруг, да небо над головой. Объем работ у Белза, после выхода из порта сразу же уменьшился, чем воспользовалась Ольга для того, чтобы наложить на его татуировку заклинания. Процесс этот был не быстрый потому и не получалось выкроить для него время раньше. А самочувствие капитана постепенно ухудшалось, так что откладывать внедрение лечащих плетений на потом, было уже не желательно.

Заклинания легли не хуже а, пожалуй, даже лучше чем раньше. Искаженная аура стала быстро выравниваться, и принимать вид и свойства усредненной ауры здорового человека. Причем и плетения насыщались энергией более интенсивно по сравнению с предыдущими заклинаниями. Поначалу даже Ольга испугалась, что это может нарушить баланс, и привести к искажению биополя уже в другом направлении. Но, к счастью, опасения не оправдались. Область ауры, подвергаемая коррекции, просто стала немного насыщеннее, и не привела к осложнениям у Белза.

Шхуна шла на запад, при свежем боковом и даже немного встречном ветре. Матросам, которым почти не приходилось работать с парусами, капитан и помощник всегда находили какое-нибудь задание, а наемники и Ринк большую часть времени скучали. Ольга же, как обычно занятие себе нашла. У нее еще был не закончен амулет пространственного кармана, вот им она и занималась с рассвета до заката всю первую неделю плавания. Результатом такого интенсивного труда стал артефакт, почти полностью повторивший своими характеристиками тот, что был подарен Лее.

Но одного такого амулета, показалось мало. Нужно было и Ринку что-то подобное сделать, так как пространственный карман, выполненный с привязкой к кошельку в форме небольшого мешочка, оказался не так удобен как медальон, спрятанный за пазухой.

Поначалу, правда, были сомнения в безопасности амулета с подобной функцией, расположенного на груди. Но опыт использования первого, самостоятельно сделанного артефакта, показал, что при правильном конструировании заклинаний, его эксплуатация не несет никаких рисков.

При активации амулета появлялось окно в пространственный карман, которое представляло собой мерцающий и переливающийся различными цветами радуги двояковыпуклый диск, диаметр которого можно было регулировать количеством поданной в заклинание энергии, но не больше полуметра. Однако нужно было учитывать, что большое окно могли заметить окружающие люди и у них мог возникнуть вопрос о том, что же это такое.

Эксперименты показали, что открытию окна кармана ничто не может помешать. Хоть в толще камня это делай. А при закрытии кармана, мешающие предметы просто остаются снаружи, или внутри, в случае, если они небольшие.

Так что наличие такого амулета, Ринку не повредит, а вот помочь, как показал недавний опыт с походом по рынку, может очень здорово.

Изготовление первого амулета пространственного кармана, у Ольги заняло примерно месяц. На свой новый кулон с заклинаниями, она потратила три недели, следующий же потайной «кошелек» был готов уже через пятнадцать дней после начала работы. После этого она решила отдохнуть денек, а потом уже начать эксперименты, которые должны были показать, какие требуются заклинания для открытия окна в другой мир.

Свой выходной день она начала с прогулки по кораблю. В безоблачном небе светило недавно вышедшее из-за горизонта солнце, ветер совершенно не ощущался, поднятые паруса бесполезно висели без всяких поползновений на то, чтобы хоть немного колыхнуться, а судно неподвижно замерло на воде, будто отдыхая от тяжелых трудов. Горизонт представлял собой четкую линию, не нарушаемую никакими инородными включениями типа земной суши либо, хотя бы, встречным или попутным судном.

Матросы драили палубу и приводили в порядок леерное ограждение, а наемники и Ринк устроились на палубе и играли в какую-то карточную игру. Причем заметно было, что такое времяпровождение для них — привычное дело.

Капитан сейчас стоял рядом с рулевым матросом, и что-то тому говорил. Увидев Ольгу, он спустился к ней с надстройки.

— Давненько не видел вас на палубе, все время в своей каюте пропадали, — сказал он.

— Работала над одним амулетом, только вчера закончила, вот решила отдохнуть. А как вы себя чувствуете? Если судить по ауре, то все вроде бы неплохо, но может, я чего-то не замечаю?

— Я уже и забыл, когда в последний раз мне было так легко передвигаться, спокойно и крепко спать, и просыпаться не чувствуя ноющей боли в спине и суставах. Спасибо вам!

— Должна сказать, что вы первый, кого я лечила таким способом. Хорошо, что есть возможность понаблюдать за вами длительное время. Если возникнут какие-то побочные явления, вы мне сразу об этом говорите. Я всегда могу развеять заклинание, и навести новое, которое учтет ошибки предыдущего.

— Пока побочное явление только одно, но оно положительное: я себя чувствую резко помолодевшим, как будто мне сейчас лет тридцать. И исправлять это не надо. Мне это состояние нравится.

Внешний вид Белза тоже изменился по сравнению с тем, каким он был при первой встрече. Капитан выглядел бодрым, его осанка выправилась, а многие морщины на лице расправились, и похоже, что он стал полнее, по крайней мере, щеки его округлились, да и животик стал просматриваться.

— Рада за вас. Но вам надо больше двигаться или еще как тратить энергию, а то растолстеете.

— Да мне и самому так кажется, но на судне не разбежишься. Вот пристанем к берегу, там уже похожу по городу, а то застоялся уже совсем.

— Вот, кстати, а почему мы стоим?

— Так ведь штиль! Уже третий день. Я как раз хотел поговорить с вами на эту тему. Мне требуется ваше разрешение на использование водомета для выхода из той мертвой зоны, в которой мы оказались.

У Ольги в наличии было восемь больших, лично изготовленных, полностью заполненных Левисом накопителей, и пять, тоже заряженных, маленьких. Поскольку личной магической силой она, мягко говоря, не отличалась, а необходимость в создании заклинания, требующего большого количества энергии нет-нет, да и возникала, она старалась всегда иметь под рукой подобный аккумулятор, и желательно не один, который и сможет скомпенсировать ее слабость. Передавать энергию без потерь через внешний элар в виде кулона, она уже научилась, и трудностей с этим не возникало. Было бы только, откуда эту энергию черпать. Так что конкретно сейчас два или три накопителя, пожалуй, можно было выделить для магического двигателя судна. Поэтому просьба капитана была удовлетворена:

— Хорошо, запускайте водомет, но только на самом малом ходу. Неизвестно, когда ветер появится, будем экономить энергию.

Движущий судно амулет имел несколько позиций по потребляемой мощности, потому Ольга и уточнила этот вопрос. Ведь для увеличения скорости корабля вдвое, энергии потребуется в четыре раза больше, а это слишком расточительно. Мало того, что за каждую процедуру наполнения накопителя надо заплатить в среднем десять серебряных монет, так ведь еще и неизвестно, когда представится возможность сделать это.

Почти сутки судно шло самоходом, исчерпав энергию двух больших накопителей. Паруса спустили, чтобы не тормозили шхуну, поэтому команде при таком неспешном движении, особо утруждаться не приходилось. И если матросам капитан и его помощник всегда находили какое-нибудь дело, потому что безделье плохо влияет на мысли и поведение молодых мужчин, то наемники и Ринк, маялись от того, что не знали чем заняться. Спокойная вода вокруг, чистый, без единого пятнышка горизонт, навевали уныние и тоску. Вот они и играли в карты, лишь изредка делая небольшие перерывы.

Шарч, в отличие от двуногих обитателей судна, не скучал. Конечно, никакого раздолья для охоты на корабле и в помине не было, ввиду отсутствия дичи. Впрочем, на стоянке в порту, незваные серые четверолапые пассажиры пытались ночью пробраться в трюм корабля. Но в результате и мыши и крысы заканчивали свой путь одинаково: их шейные позвонки не выдерживали воздействия мощных челюстей. Добычу кот не ел, его обеспечивали более вкусной пищей, причем в неограниченном количестве, но и тушки он в помещениях не оставлял, поскольку они быстро начинали источать неприятный запах. А кому это понравится?! Поэтому конечным пунктом для нарушителей границ частной собственности, была морская вода за бортом.

В отсутствие охоты Шарч нашел себе другое развлечение: наблюдал за деятельностью людей. Умостится на гике, или какой-либо другой возвышенности на корабле и смотрит, как матросы драят палубу, или делают мелкий ремонт такелажа. А то подберется к играющим в карты на юте наемникам и Ринку, и начинает мявком комментировать особо экспрессивные высказывания игроков и звучные шлепки карт о стол.

В результате длительного нахождения рядом с Ольгой и ее друзьями, он приобрел свойство тонко чувствовать эмоции людей. А сейчас научился и передавать свои наблюдения. Первым это заметил Ринк. Во время очередного кона игры, Шарч посмотрел на Рандела, а потом, глядя на Ринка, придал своей морде огорченное выражение. У него получилось это очень забавно, но главное, стало понятно, что именно хотел сказать кот. Предположив, что карта у соперника неважная, Ринк и построил на этом свою стратегию, и выиграл! То, что Шарч подсказывает мальчику, заметили не сразу, зато потом, когда шулеров разоблачили, долго смеялись и возмущались одновременно. После этого игроки старались скрывать свои чувства, и часто им это удавалось. Ведь играли они на интерес, и проигрыш или выигрыш не особо их волновал, а вот необходимость сохранять бесстрастность из-за кота, забавляла, и видимо эта добавочная эмоция сбивала с толку хвостатого плута.

Наконец, судно вышло за пределы зоны штиля. Сначала появился легкий ветерок, который спустя некоторое время усилился до свежего. И шхуна, наполнив свои паруса, резво устремилась вперед.

Однако радость и воодушевление экипажа и пассажиров длилась недолго. Ветер все продолжал крепчать и, в конце концов, приобрел силу шторма. Все паруса убрали, оставили только маленький, но прочный, усиленный магией лоскут полотна на фок-мачте. Но даже этот небольшой клочок ткани создавал приличную тягу, позволяя судну двигаться в нужном направлении. Шхуну кренил ветер, раскачивали волны, но мастера-строители не подкачали, корабль оказался крепким, и каждый раз уверенно взбирался на очередной гребень гигантской волны.

На Ольгу и Шарча, безмятежно дрыхнувшего на кровати, качка никак не подействовала, а вот Ринку вскоре после того, как попали в шторм, стало плохо, что сразу же отразилась и в его ауре. Это навело на мысль, что его беде можно помочь.

Десятка два кристаллов дешевого горного хрусталя всегда можно было найти в поклаже Ольги. Они использовались для разного рода экспериментов и дешевых поделок. Вот и сейчас, взяв один из таких камней, она начала вплетать в него заклинания, корректирующие биополе. Область ауры, которую необходимо было исправить, в этом случае оказалась небольшой, так что одного амулета, вполне должно было хватить.

Для того, кто видит мелкую структуру ауры, и может на нее воздействовать, работа оказалась не слишком сложной и трудоемкой, так что уже через полчаса, Ольга протянула Ринку кусочек кварца на тоненьком шнурке, и приказала:

— Надень.

Измученный тошнотой мальчик безропотно подчинился. Уже спустя пять минут, состояние его заметно улучшилось. Он ожил, повеселел, и ему тут же стало скучно сидеть в каюте. Он уже собрался выскочить на палубу, но был сразу же остановлен.

— Куда?! — возмущенно воскликнула Ольга. — Хочешь, чтобы тебя смыло волной за борт? Лучше вот возьми этот амулет, и просверли с его помощью отверстия в камушках.

Новому делу Ринк обрадовался, однако поинтересовался:

— А зачем?

— Посмотрела только что на ауры наших охранников, и выяснила, что их тоже надо подлечить.

Повторять что-то, уже ранее сделанное, почти всегда легче, да и результата можно добиться быстрее, поэтому три амулета от укачивания были готовы уже через час. А еще через некоторое время, повеселевшие наемники и Ринк, вновь резались в карты.

Четыре дня корабль болтало как щепку, а затем шторм ушел куда-то в сторону, и ветер стих до свежего уровня.

— Дня через три или четыре зайдем в Саленар. Нужно пополнить запасы воды и провизии, — сообщил капитан.

— А где мы находимся сейчас?

Ольга и Белз прошли в капитанскую каюту, где на столе лежала развернутая карта.

— Мы идем вдоль побережья полуострова Талед. Саленар находится на самом западе этого полуострова, — пояснил Белз.

— А как вы определяете местоположение корабля, ведь берега не видно?

— У меня есть амулет, с помощью которого очень легко можно вычислить точные координаты.

— Это интересно. А можно посмотреть на этот амулет?

— Конечно. Вот смотрите: амулет состоит из двух частей ну, или из трех, если считать и самый обычный компас. Одна часть кладется на карту на место, где обозначен Раминак, а вторая — на Визан. Каждая из частей амулета показывает направление на свой город. Соответственно, если продолжить линии, которые обозначили стрелки до их пересечения друг с другом, то и получим местоположение судна с привязкой к этой карте. Компас в данном случае и не нужен. А вот если тот, кто определяет свои координаты, находится на линии, соединяющей эти два города, или ее продолжении, то без него не обойтись.

— Да, действительно, очень удобно и просто можно определить, где ты находишься. Но почему амулеты привязаны именно кэтим городам?

— Так это у вас, у магов надо спрашивать, почему! Говорят, что там находятся какие-то аномалии, а какие именно, это уже у вас надо спрашивать.

— Я этого тоже не знаю. Может, потому что раньше не спрашивала? Можно я попробую изучить заклинания вашего амулета?

— Да, пожалуйста, изучайте! Тем более это не такой уж и редкий артефакт. Во всех больших портовых городах его можно купить у магов.

— Это хорошо! Я много путешествую, и мне такой амулет не помешает. А карты, где можно купить?

— Морские карты можно купить в тавернах рядом с портом, но надежнее все-таки их приобретать в книжных лавках. Там же и сухопутные карты можно найти.

Капитан пометил на карте нынешнее местоположение корабля, после чего Ольга взяла амулет и, устроившись в своей каюте, принялась разбираться в хитросплетениях новых для себя заклинаний.

Разбирать комплекс магических волн на составляющие, и анализировать их взаимодействие между собой — дело непростое. Наверное, если бы не кропотливая работа совместно с Даралом над плетениями пространственного кармана, Ольга не сообразила бы сразу, как к этому делу подступиться. Но и так стало ясно, что за день этот орешек не разгрызть. Только к приходу шхуны в город Саленар, плетения амулета навигации оказались, наконец изучены, поняты и классифицированы. Так что теперь можно было отдохнуть с чувством выполненного долга.

Бухта, на берегах которой раскинулся город, была хорошо защищена от сильных западных ветров и высоких волн, набиравших силу на просторах океана. Порт отличался огромным количеством причалов и всевозможных судов как рыболовецких, так и транспортных. Несли дежурство тут и боевые корабли. Без лоцмана, который поднялся на борт у самого входа в залив, здесь легко можно было заблудиться.

Причал, по совету проводника, заняли тот, что расположен недалеко от администрации порта. Его аренда хоть и стоила дороже тех, что расположены не так удобно, зато центр города от него близко. Надолго задерживаться в Саленаре, Ольга не собиралась, так что не разорится.

Капитан с помощником сразу отправились оплачивать стоянку, а потом собирались заняться пополнением припасов. Ольга и Ринк, как обычно в таких случаях, отправились на осмотр города. Ну и наемники с ними пошли. Зря, что ли им жалованье платят!

Большой и шумный город особого впечатления не произвел, а вот рынок здесь оказался очень большим и богатым на разнообразие товаров. Ткани, готовая одежда, оружие, амулеты, всевозможная мелочь были представлены в самом широком ассортименте. Это не говоря уже о многочисленных разновидностях фруктов и овощей, а также продуктов изготовленных из них.

Количество продавцов и товаров, и так обычно немаленькое, в связи с разразившейся войной на востоке, сильно увеличилось. Маршруты купцов, ранее перевозивших товары сухопутным путем, изменились в пользу морских направлений, а Саленар расположен очень удобно как для временной остановки для пополнения припасов, так и для конечной точки путешествия. Здесь встречаются купцы, торгующие по разные стороны большого полуострова и, порой, выгоднее продать изделия или сырье тут, чем плыть в незнакомое место, да еще и с риском недополучения прибыли.

Проголодавшись, путешественники посетили харчевню, которую выбрали за опрятный внешний вид солидных посетителей, сидящих за покрытыми белоснежными скатертями столами. Посовещавшись с местным трактирщиком, заказали себе множество всевозможных блюд, желая составить как можно более полное представление о местной кухне. Порции для иностранных гостей приготовили маленькие, чтобы насыщение не наступило слишком быстро. Но все равно, через полтора часа вышли из харчевни чрезмерно сытые, зато довольные, как вкусом большинства попробованных блюд, так и качеством обслуживания.

Дальнейший поход по рынку привел к кварталу, где торговали дарами моря. Кроме естественной для данного места рыбной продукции, здесь можно было купить ракушки всевозможных видов, водоросли, а так же добычу, доставленную моряками, охотящимися на крупных обитателей океана: части скелетов китов, а так же их усы, жир, спермацет и, пожалуй, самый ценный продукт — амбра. Вот последний и вызвал большой интерес.

И женщины и мужчины всех стран, где побывала Ольга, пользовались разнообразными духами. И лучшим средством для придания стойкости их аромата является амбра. Ольгу процесс создания благовоний тоже интересовал, к этому ее пристрастила уже покойная наставница Рестина. Поэтому о свойствах амбры и ее стоимости, она знала не понаслышке. А тут она увидела множество палаток, торгующих этим сырьем. Причем стоимость его оказалась совсем невысокой, по сравнению с теми, что выставляли торговцы на рынке города Ронда. Как выяснилось, недавно закончился сезон охоты на китов, и большинство мореплавателей вернулись домой, где и принялись продавать свою добычу что, естественно, привело к резкому снижению цены.

Немного свободных денег, еще оставалось, и потратить их на приобретение относительно дешевого продукта, показалось разумным. Хоть и небольшой, но опыт работы с амброй все-таки имелся, поэтому выбирала со знанием дела. Предпочтение отдавалось качеству, хоть это и сказывалось на количестве. За кусочек отличной белой амбры, весом около двухсот грамм, отдала десять золотых. Впрочем, этого количества хватит на многие и многие эксперименты по созданию новых ароматов. Ей ведь не в промышленных масштабах выпускать духи! Да и сам процесс создания благовоний — это скорее хобби, чем профессия, хотя для магии тут тоже есть обширное поле применения.

Подумав, купила еще и воск из кашалота — основу для изготовления всяких мазей и помады. Сейчас у нее, в общем-то, не было потребности в дополнительном уходе за кожей. Ни сухие ветра пустыни, ни соленый морской воздух никак на ней не отразились. На лице, ни единой морщинки, а кисти рук мягкие, гладкие, бархатные. Но это, возможно, со временем изменится. Так что лучше заранее подготовиться к не очень приятным возрастным изменениям. И эксперименты с мазями и кремами, в этом очень даже могут помочь. Ну, а если подобная защита кожи не понадобится, тем лучше! Кому-нибудь другому подарит свои наработки.

А пока, холщовый мешок с ингредиентом, добытым из кашалота, и весом около десяти килограмм, за отдельную плату, отправился с посыльным на судно. Нужно сказать, что все ранее встреченные купцы очень трепетно относились к своей репутации, и доставку товара осуществляли всегда безупречно. И сомневаться, что и в этот раз покупка не пропадет, оснований не было.

Амбра — только один из компонентов духов, а кроме нее необходимы спирт, ароматические масла и вытяжки. И раз уж приобрела самую дорогую часть благовоний, то следует озаботиться и об остальных составляющих. Для всяких трав, корешков, ароматных плодов, на этом рынке тоже нашлось свое место. Интересовали в первую очередь растения и ингредиенты, приобрести которые на рынках Лаэции и Ларии было затруднительно. Ассортимент товаров и здесь не подкачал. Масла розового дерева, корицы, апельсиновое, гвоздичное, имбиря, а так же многие другие, имеющие местные названия, но распознать которые не удалось, нашли свое место в пространственном кармане, опустошив при этом кошелек еще на десять золотых, но при этом обеспечив материалом для множества экспериментов.

Напоследок нашли закуток, где сосредоточились книжные лавки, которые по традиции торговали и канцелярскими принадлежностями. Каких-либо трудов по магии, которые заинтересовали бы свежими идеями и наработками, здесь не нашлось, хотя ни одна, даже самая неприметная торговая точка, вниманием обделена не была. Зато всякого рода карт, как морских, так и различных участков суши, здесь оказалось множество. От предложений купить клочки бумаги с якобы указанными местами захоронений сокровищ, которыми грешили некоторые продавцы, Ольга категорически отказывалась, а вот действительно нужные, максимально подробные зарисовки, с указанием координат и расстояний, брала, даже если и не собиралась посетить данную местность. Это сейчас ей туда не надо, а что будет в будущем — неизвестно.

В одной из лавок попался и амулет для навигации, подержанный, но в отличном состоянии, в комплект которого входил большой компас, со шкалой на сто двадцать делений. Стоил этот набор довольно дорого — один золотой, но для Ольги такая цена оказалась вполне приемлемой.

Одного дня для отдыха, после длительного плавания, конечно, недостаточно, но данное путешествие, это все-таки не развлекательный круиз, поэтому следующего утром, шхуна отправилась в дальнейшее плавание. Трюмы заполнены припасами, бочки — водой, а магические накопители заряжены припортовым магом энергией, так что никаких причин для задержки в городе еще на день, не нашлось.

К концу следующего дня, миновав западный мыс полуострова, пересекли невидимую границу моря Аджур. Сейчас уже явно чувствовалось, что в эти края пришла зима. Холодный ветер проникал за шиворот и рукава, а судно болтало на не слишком высоких, но крутых волнах темно-серого цвета. Но погода не сильно влияла на настроение экипажа и пассажиров, потому что все ясно осознавали, что основная часть пути уже пройдена, и вскоре все получат долгожданный отдых.

Первым городом, в который Ольга решила зайти, так как он располагался почти по пути — это Ронда. Хотелось проведать своего названного отца, и узнать, как обстоят дела у Кариса, с которым она сдружилась во время учебы у Рестины.

Но до города идти предстояло около недели и, чтобы не терять время Ольга вновь занялась магическими экспериментами. Вот только направление своих исследований, она вновь изменила. Эпизод с водометом заставил задуматься о магической энергии, а также о том, каким образом маги эту энергию собирают и перенаправляют в заклинания или накопители. И объектом изучения, как это уже не раз бывало, стала она сама.

После того, как она прошла лабиринт Раминака, ее восприятие изменилось в сторону лучшего понимания структуры многомерного мира. Теперь ей стала доступна возможность видеть на более высоком уровне, как именно взаимодействуют поля между собой.

Аура большинства предметов компактно размещалась в восьмимерном пространстве. Если смотреть магическим взглядом, то она окружала физическое тело, не выходя за его границы. Это как, если взять обрывок нити, который условно можно считать одномерным объектом, и представить себе его ауру, имеющую вид дымки цилиндрической формы, окружающей этот обрывок в трехмерном пространстве, но почти не выходящий за пределы длины этой нити.

Живые существа, в том числе и большинство людей, тоже имели восьмимерную ауру, а вот у магов, аура была девятимерной. Причем, чем объемнее она была, тем большим количеством энергии ее владелец мог оперировать, потому что энергия тоже заполняла девятимерное пространство.

У самой Ольги аура имела размерность девять, но проблема была в том, что почти вся захваченная ею энергия поглощалась телом, чего у остальных магов, не наблюдалось. Причиной тому была особенность ее организма. Он, в отличие от окружающих предметов и живых существ оказался не трехмерным, а так же, как и ее аура, девятимерным, с той лишь разницей, что толщина тела в добавочных размерностях была совсем маленькой. Но, тем не менее, этого хватало, чтобы энергия, собранная аурой, почти полностью поглощалась. Почему она отличается от остальных людей, Ольга догадывалась — Ларец, который перенес в этот мир, заодно и изменил ее. А вот куда исчезает поглощенная энергия, разобраться было трудно. Какие-то процессы в ее теле явно происходили, но охватить картину в целом, чтобы оценить происходящие изменения, не удавалось.

Но теперь, хотя бы стало понятно, почему никто из предыдущих ее наставников так и не смог выяснить причину ее магической слабости. Они просто не видели определенную часть размерностей а, следовательно, и всей картины взаимодействия ауры и энергии в целом.

Доскональное изучение самой себя, Ольга оставила на потом. Сейчас она просто тонула в том разнообразии взаимодействий физической и магической составляющих своего организма. И подозревала, что времени, чтобы во всем разобраться, потребуется очень много. Да и не в походе этим нужно заниматься! Лучше действовать, хотя бы приблизительно, по тому плану, что сложился у нее в голове: открыть для себя переходы между мирами, и обеспечить безопасное и легкодоступное хранение получаемой ею информации. А уже после решения этих проблем, или в худшем случае, признания самой себе в невозможности это сделать, переходить к новым изысканиям.

Однако эти, так сказать, крупные задачи, разбивались на ряд более мелких составляющих, и сбор магической энергии, занимал в этом ряду одно из первых мест. Поэтому сделать хотя бы попытку, для решения этого вопроса, не мешало. Тем более мысль, как создать аналог ауры мага, появилась.

Для проверки своей идеи она попросила у капитана пустой небольшой бочонок, который вскоре и был доставлен юнгой. Пустая деревянная тара испускала легкий аромат вина, которое раньше и хранилось в ней, но это не мешало воплощению замысла, который заключался приданию ауре этой пузатой емкости еще одной, девятой по счету, размерности. Способ для этого известен один — чувственная магия.

Татуировка на спине Белза как раз и имела девятимерную ауру, правда как раз в последнем измерении, она была очень тонкой. Энергии, собираемой такой аурой, хватало для поддержания плетений иллюзий или лечения, но ее было недостаточно для зарядки накопителей. Ждать пришлось бы, ну очень долго!

Наложение заклинания на бочку прошло успешно. Внешний вид у подопытной не изменился, однако ее аура приобрела добавочное измерение. Вот только толщина его не превышала таковую у ауры татуировки капитана. Повторные попытки ситуацию не улучшили. Бочка упорно отказывалась собирать энергию. Можно было бы попробовать пойти проторенным путем, и накладывать заклинания на рисунок, нанесенный на поверхность бочки, но у энергетического поля не наблюдалось никакой структуры. Оно равномерно заполняло девятимерное пространство, потому и не понятно было, что нужно рисовать.

Вернув не оправдавшую надежд емкость, Ольга продолжила эксперименты. Она уже сама сделала что-то типа мягкого мячика из клочков парусины, на который и наносила различные линии, после чего создавала на их основе чувственные заклинания. После проверки, неудачное изображение закрывалось очередным клочком ткани, на котором вычерчивались новые рисунки. Но каких-либо ощутимых результатов, добиться так и не удалось.

Однако надежда на то, что аурный насос магической энергии сделать рано или поздно получится, осталась. Источником для легкого оптимизма служили накопители на основе кристаллов. Аура у них как раз и была девятимерной! Другое дело, что она была небольшой, и соизмеримой по размеру с самим кристаллом. Плетения, которые ее формировали, предназначались для удержания энергии, имеющей многократно большую плотность, по сравнению с окружающим фоном, а не для ее сбора.

К сожалению, попытка перенести рисунок плетений накопителя на самодельный мячик, с последующим внедрением в них заклинаний, тоже успехом не увенчалась. Из мячика ни накопителя не получилось, ни насоса. Но мысль, что решение задачи все-таки имеется, не исчезла. Вот только с наскока придумать, как преобразовать плетения накопителя, чтобы получился насос, не получилось. Провозившись с этой проблемой все то время, что судно шло до города Ронда, Ольга решила и ее отложить на потом. Вариантов плетений виделось множество, так что разбираться с ними, придется долго. Да и не факт, что все эти исследования окажутся результативными.

Глава 5

Ронда встретила присущим припортовым городам, шумом, гамом, и суетой, а так же неприятным, пронизывающим ветром и мелким, беспрерывным дождем. Хорошо, что в Саленаре моряки и наемники закупились теплой одеждой осознавая, что идут в места, где явно выражены времена года, а сейчас тут зима.

Ольга с Ринком, капитан, его помощник и наемники, поселились в особняке графа, занимавшем довольно большой участок центральной части города. Моряки, как и полагается, остались на судне. Слуги, присматривающие за домом, не ожидали приезда приемной дочери графа, и не сразу ее признали. Впрочем, недоразумение длилось недолго, и после его разрешения, хозяйку и ее гостей расселили по комнатам.

Тут же узнали новость, что графа в поместье нет, поскольку он отбыл в столицу королевства. Да и вообще, как выяснилось, граф навещал свое родовое гнездо только изредка, проводя большую часть времени в Визане. О точной причине его нежелания жить в своем замке он не говорил, но предполагалось, что находиться в стенах, в которых когда-то звучали голоса и смех его дочери и внука, ему слишком тоскливо. И с этим мнением, трудно было не согласиться.

На следующий день прошлись по рынку, где Ольга прикупила кое-какие ингредиенты для своих опытов с духами и кремами, а заодно и приценилась к тем типам товаров, которые она сама везла на своем судне. Продавать ничего не стала, поскольку поговорив с продавцами, выяснила, что в Визе цены на ее товары выше, чем здесь. Конечно, торговцы не говорили об этом прямо, но по недомолвкам и по изменениям в ауре, правда легко вычислялась.

Пока ходила по рынку, вспомнила, что у неё в городе есть собственность — дом в котором находится пошивочная мастерская, заведует которой Калчир. Больше двух лет прошло с тех пор, можно уже посмотреть на успехи молодого мастера. Около тридцати лет ему — это не возраст для подобного звания. Без помощи Ольги, наверное, до старости так и проработал бы подмастерьем. Не любят старейшины гильдий молодых и шустрых, там предпочитают, чтобы всё было по старинке. Но подставились руководители цеха портных, организовав нападение на конкурента. Так что безропотно выполнили требование о присвоении Калчиру звания. Еще и денежную компенсацию выплатили за причиненный ущерб.

Судя по обновленному, выглядящем очень нарядно, фасаду здания, дела у мастерской шли неплохо. Через широкие двустворчатые двери постоянно сновал народ, что только подтверждало впечатление об успешности предприятия. Ну, и Ольга с Ринком скромно зашли, наравне со всеми.

В большом зале первого этажа, Калчир устроил магазин с прилавками, манекенами, одетыми в изделия мастерской, а также небольшими примерочными комнатами. Сразу же с вопросом подскочила молоденькая продавщица:

— Госпожа желает что-то приобрести для себя или для мальчика?

— Я хотела бы видеть господина Калчира. Это возможно?

— Утром я его видела, и вроде бы он не выходил из мастерской. Сейчас узнаю точно. А можно спросить, кто его хочет видеть?

— Я — графиня Ронда. Думаю, что Калчир еще не успел меня забыть.

Продавщица пискнула, и умчалась в одну из дверей, ведущую во внутренние помещения. Через две минуты в зале появился сам заведующий предприятием.

— Госпожа графиня, рад вновь видеть вас! Хотите тут всё осмотреть? Или сразу в кабинет пройдем?

— В кабинет. Я в Ронде проездом и не собираюсь вмешиваться в вашу работу, если у вас нет никаких проблем, конечно.

Как выяснилось, дела в мастерской, и правда, шли отлично. Прибыль была стабильной, и не такой уж и маленькой. Магазин готовой одежды, где можно подобрать под свой размер и сразу же купить нужную вещь, пользовался у жителей графства большой популярностью. Чтобы удовлетворить спрос, пришлось даже покупать на окраине города недорогое здание, в котором трудились работники уже не мастерской, а целой фабрики. Несмотря на траты, чистый доход за это время составил шестьдесят золотых. Половину Ольга взяла себе, все-таки она в своё время личные деньги вложила в это дело, а половину отдала Калчиру. Ведь именно благодаря его деятельности и расцвело предприятие.

— Выкупить мастерскую не желаете? — поинтересовалась она у мастера.

— Нет, что вы?! — предложение даже испугало Колчира.

— А что так? — удивилась Ольга.

— Так ведь все знают, что мастерская вам принадлежит. Даже в ваше отсутствие у меня нет никаких проблем ни с мэрией, ни с гильдией, ни со стражниками. На удивление, и бандиты обходят меня стороной! Я боюсь даже представить себе, что будет, если мастерская будет принадлежать мне. Да меня сожрут в течение месяца, а то и еще быстрее. Прошу вас, оставьте всё, как есть.

— Наверное, вы правы. Хорошо, не будем ничего менять.

Как графиня Ронда, Ольга не могла себе позволить не посетить замок, и узнать, как там дела. Да и помощь, возможно, тамошнему управляющему нужна, поэтому еще через день она, Ринк, Шарч, крепко вцепившийся когтями в подушечку, закрепленную на лошади Ольги, и трое наемников отправились в поместье. По сути, охрана, как таковая, была и не нужна, однако само наличие в отряде вооруженных людей делало поездку более спокойной, поскольку потенциальные злоумышленники не любят излишнего риска, и на сильные отряды не нападают.

К вечеру уже подъехали к стенам, ограждающим дворец. В воротах гостей встречал командир стражников Белар, знакомый еще с того времени, когда графство пришлось освобождать от захвативших его пиратов. Ольгу сотник узнал сразу, и дал команду своим подчиненным разойтись по местам.

— Приветствую вас, графиня! Честно говоря, неожиданный визит. Но я рад вас видеть все такой же бодрой и добром здравии. Отлично выглядите, такое впечатление, что вы помолодели!

— Вы уже не первый, кто говорит о том, что выгляжу моложе своих лет. Честно говоря, это уже настораживает. Как бы, в конце концов, в маленькую девочку не преобразиться, — с легким беспокойством ответила Ольга, спешившись.

— Ну, это как раз вряд ли, фигура у вас не изменилась, только лицо стало совсем невинным, что ли, и я бы сказал, похорошевшим.

Тут и управляющий графством подошел. Шалону возраст уже не позволял быстро передвигаться, однако цепкий взгляд светлых глаз показывал, что рассудок у него находится в полной ясности, а дух, как и прежде, тверд.

— Здравствуйте графиня! Вы становитесь все краше и краше и, я бы сказал даже, молодеете.

Стоящий рядом сотник хмыкнул, сдерживая смех.

— Вы меня пугаете! — воскликнула Ольга. — Неужели это так заметно?

— Заметно, это да. Только я не понял, что тут страшного?

— Ну, это же противоестественно молодеть со временем, а не стареть!

— Ой, какие ваши годы! Еще успеете и состариться, и поболеть, и с грустью вспомнить былое время, когда вы могли беззаботно скакать на лошади по полям, не чувствуя усталости.

— Буду надеяться, мое омоложение на этом уже остановится. А то, как бы совсем в ребенка не превратиться.

Гостям приготовили комнаты, а уже вечером все собрались в малом зале на ужин. Из служащих замка присутствовали только сотник и управляющий. Если не считать, конечно, прислугу, разносящую подносы с едой и напитки.

В застольном разговоре узнали о событиях, случившихся в графстве и в городе. Впрочем, таковых, в общем-то, и не оказалось. Прошедшее время выдалось мирным, жители работали, выплачивали налоги и арендную плату, так что благосостояние, как простых людей, так и владельца земли росло. Это дало возможность, не особо напрягаясь финансово, увеличить полусотню стражников до полной сотни. Что, учитывая нестабильную политическую ситуацию в королевстве, совсем не лишнее.

О Карисе, бароне Керана, слухи в графство доходили. Юноше этим летом исполнилось восемнадцать лет, и почти сразу после своего дня рождения, он женился на Миаре, в освобождении из пиратского плена которой, он участвовал. Случилось это два с половиной года назад, при этом мать Миары, тоже попавшая в руки разбойников, получила тяжелую психическую травму, от которой, по словам Белара, она не оправилась до сих пор.

Фактически правит этими двумя баронствами, сама семнадцатилетняя девушка. Характер у нее оказался решительный и упорный, и мягкий Карис с удовольствием уступил ей бразды правления, а сам увлекся магическими исследованиями и изысканиями.

Услышав новости, Ольга решила отказаться от поездки в баронство. Путь туда неблизкий, дорога туда и назад, и пребывание в гостях, займут несколько дней, а в том, что ее появление с радостью воспримет молодая жена юноши, она не была уверенна. Нарушать семейную идиллию, не хотелось. Поэтому ограничилась приветом молодоженам, который Белар и Шалон обещались передать.

Никаких дел в замке для Ольги не нашлось, в поместье наблюдался полный порядок, и на следующее утро она отправилась назад в город. Кроме наемников, ее сопровождали стражники замка, которые должны были охранять доверенное лицо управляющего и двух его помощников. Шелковая ткань, привезенная из Калары, заинтересовала Шамола, поэтому небольшую часть этого товара, а заодно и немного паутины решили привезти в замок. Вот и отправил управляющий своего внука Налиша в Ронду, чтобы тот закупил на рынке некоторое количество припасов, чтобы их хватило до конца зимы, а заодно и привез изделия восточных текстильщиков.

С управляющим, правда, по этому поводу пришлось поспорить. Он хотел заплатить за всю партию полученного шелка, а Ольга доказывала ему бессмысленность этого поступка, поскольку она юридически является, дочерью графа и, следовательно, привезенный в замок шелк так и останется ее собственностью. Шамол в ответ приводил свои доводы. Он утверждал, что ткань пойдет на нужды замка и поместья в целом, и лично для молодой графини она окажется недоступна. А кроме того он, как управляющий, ведет строгий учет всех доходов и расходов, и всякого рода подарки портят ему отчетность и искажают показатели эффективности ведения хозяйства. В конечном итоге, он выдал пять алмазов среднего размера, от которых отказываться уже не было смысла. Накопители из этих камней, получаются самые лучшие, так чего они будут пропадать в графской сокровищнице?! Тем более что имущественные отношения действуют в обе стороны. Не только Ольгино достояние является частью семейного, но и она, вроде как, может претендовать на общие богатства. До сих пор этот вопрос с графом не был утрясен, так как не возникало повода: у нее свои деньги, у графа свои. Но, судя по отношению к ней Шамола, никаких ущемлений прав из-за того, что она всего лишь приемная дочь, не предвидится.

В Ронду вернулись вечером, не встретив по дороге никаких приключений, и поужинав, отправились отдыхать. Впрочем, к Шарчу последнее не относилось. В замке его уже успели позабыть, так что всю ночь он строил местных четвероногих обитателей, напоминая им, кто здесь главный. И весь обратный путь, уставший кот, проспал на своей подушечке. Зато по прибытии в город, он со свежими силами отправился на поиски новых приключений.

А еще через день, судно со всей командой в полном составе, отчалило от городского пирса, и взяло курс на Визан. Капитан за время стоянки успел пополнить припасы, а матросы немного отдохнуть, дел в городе никаких не осталось, так что и задерживаться в нем, не имело смысла.

Свежий боковой ветер наполнил все паруса шхуны, и даже хмурое небо не могло испортить хорошее настроение экипажа.

Ольга, не теряя времени, вернулась к своим магическим разработкам. Неудачные попытки изобрести и придумать что-то новое в этой области, не уменьшили ее увлеченность и интерес. На этот раз она решила попытаться создать амулеты связи. Конечно, привычка постоянно разговаривать по мобильнику, за годы жизни на Гемоне, давно подзабылась. Но невозможность узнать новости от близких людей, мешала, и даже вынудила потерять время, потраченное на, в общем-то, не нужный визит в Ронду. Если бы она знала, что графа в поместье нет, то сразу пошла бы в столицу. А может, у названного отца есть какие-нибудь срочные новости, а она об этом ничего не знает! Или Венис понял, как работают заклинания портала, встроенные в Ларец, и ждет не дождется, когда Оля, наконец, вернется в замок Гиди. Так что связь — не роскошь, а необходимость, и в доказательствах этот факт не нуждался!

А на мысль о создании устройства для обмена информацией ее натолкнул амулет навигации. В нем магические волны, передаваемые неизвестными объектами в Раминаке и Визе, улавливались и обрабатывались, для определения направления на их источник. Но ведь можно попытаться не только определить, откуда идет сигнал, но и получить с его помощью какую-нибудь иную информацию! Новая задумка, в случае своего воплощения, обещала быть очень полезной, а задача не казалось невыполнимой.

Однако для создания устройства связи, потребовалось приложить много умственных усилий и потратить немало времени. К приходу шхуны в столицу, работающие амулеты, так и не удалось сделать. Но успешные опыты уже прояснили, какие заклинания надо добавить и как состыковать плетения между собой, чтобы можно было передавать звук на большие расстояния. Насчет передачи изображения, Ольга пока даже не задумывалась, хотя идеи, как это можно реализовать, у нее были. Но, не все сразу! Других дел полно, постоянно не хватает времени!

В большой и удобной бухте, на берегу которой и отстроили порт столицы, стояло на рейде множество судов, причем, судя по парусной оснастке — торговых. За место у причала, требовалось платить посуточно, потому владельцы и стремились побыстрее завершить погрузочно-разгрузочные работы, и отвести свой корабль на бесплатную стоянку. А люди, в случае необходимости добрались до берега на шлюпках.

На набережной, у выхода с порта, дежурили несколько экипажей, хозяева которых рассчитывали подзаработать на доставке гостей на постоялый двор, либо другое, необходимое им место. В одну из таких карет, Ольга и загрузилась вместе с Ринком и своими охранниками, а также небольшим багажом с самыми необходимыми вещами. Шарч, разумеется, от своих друзей не отстал, тем более, что его несли сначала на руках, чтобы он не испачкал свои лапки в слякоти порта, а потом он уютно свернулся клубочком на коленях Ольги, и задремал.

Капитан и судовая команда, пока остались на шхуне. Где им всем жить на время пребывания в Визе, решится позже.

Столица Лаэции за время отсутствия, ничуть не изменилась. Все так же по улицам сновали люди, ездили по дорогам экипажи, торговали своими товарами многочисленные лавочки и работали салоны, предоставляющие всевозможные услуги жителям города.

Ворота в городскую усадьбу графа, оказались открыты. Во дворе стояли две кареты, на дверце одной из них бросался в глаза герб графов Ронда.

У въезда экипаж, в котором ехала Ольга, остановили стражники, двое из которых стояли на дорожке, перегораживая путь, еще двое, контролировали ситуацию, стоя на обочинах, почти полностью окружив, таким образом, приехавших.

— Кто такие, с какой целью прибыли? — спросил подошедший пятый стражник.

— Графиня Оля Ронда, дочь графа Алиша Ронда, приехала к себе домой, — ответила Ольга, открыв небольшое оконце в дверце.

— О, извините графиня, не признал сразу! — тут же воскликнул стражник.

Сразу не признал, а потом узнал, значит? И откуда он такой взялся?

— А где вы меня видели раньше? — полюбопытствовала Ольга. И тут же вспомнила. — А, я же сама принимала вас на службу! Вы же бывший наемник покойного адмирала Саноша Эниста?

— Так точно! А вас отличная память, графиня.

— Пошлите кого-нибудь к графу. Пусть сообщат, что я приехала. А то вдруг, он там с женщиной!

— Никак нет графиня. К графу сейчас прибыл с визитом барон Лэрд Сандо. Но человека я пошлю, конечно!

Ольга и Ринк не спеша направились к дому. Шарч почти сразу по приезду скрылся где-то в закоулках, ему предстояло принять территорию и провести ревизию на предмет четвероногой живности, которая могла появиться здесь за время его отсутствия. Наемники же, пока остались у кареты. Условия их пребывания в поместье надо еще обговорить с графом.

Не успели подняться на крыльцо, как навстречу вышли названный отец и Лэрд. Лицо графа так и светилось радостью, а его аура подтверждала это чувство. Барон тоже выражал удовольствие от встречи.

— Оля, как я счастлив, видеть тебя в добром здравии! С тобой ведь все в порядке, мои глаза меня не обманывают?

— Все хорошо отец. Я жива, здорова, богата и у меня, как я вижу, есть дом, где меня ждут!

Ольге тоже было очень приятно увидеть графа, причем настолько, что она назвала его отцом, что делала очень редко. По крайней мере, припомнить такой случай сразу, ей не удалось.

Начались, как обычно в таких случаях, разговоры, вопросы, затем граф и барон поделились новостями, после чего стали выпытывать у Ольги планы на будущее. Беседа продолжилась в столовой, за ужином и закончилась уже ближе к ночи.

Наемников пока устроили в двух комнатах особняка, питаться им предложили вместе со стражниками гарнизона, которых здесь оказалось около пятидесяти. Еще пятьдесят находились за городом, в бывшем поместье адмирала Саноша Эниста, и которое теперь тоже принадлежало графам Ронда.

— А не слишком ли много воинов вы тут держите? Вы чего-то опасаетесь? — спросила Ольга.

— Это я попросил Алиша держать тут усиленный гарнизон, — сказал барон. — Граф сейчас пользуется высоким авторитетом среди клановых группировок, причем все считают, что он лицо нейтральное, не поддерживающее никого из лидеров в борьбе за власть. Поэтому и особых возражений на увеличение числа его охранников, и не последовало. А мне, с его наемниками, значительно легче поддерживать равновесие между враждующими фракциями.

— Вы сказали, что все считают, будто граф занимает нейтральную позицию. А на самом деле, это не так?

— Я поддерживаю только короля и начальника дворцовой стражи, пост которого продолжает занимать Лэрд, — ответил граф. — Все это знают, и считают, что это и есть нейтралитет. Наверное, они правы.

— А, кроме того, графа, и особенно тебя Оля, во всех кланах побаиваются, — продолжил Лэрд.

— С чего бы это? — удивленно воскликнула Ольга.

— Никто позапрошлой весной и помыслить не мог, что клан адмирала Саноша Эниста можно не то что разгромить, а даже подвинуть с лидирующих позиций в борьбе за место при короле и в целом за власть. А ты, в одиночку, ухитрилась его уничтожить за несколько дней. Никто так и не понял, каким образом это произошло, а потому опасаются, что семья графов Ронда, при желании, так же уберет и любую другую, мешающую ей, политическую силу.

— Вообще-то, в захвате поместья участвовали и ваши люди, и стражники города. Неужели они не рассказали вам и своему начальнику Чардору, как все произошло? Почему вдруг вся эта история приобрела какой-то мистический характер?

— А ты знаешь, что говорили и продолжают говорить стражники? Мол, дочь графа привела откуда-то неизвестных воинов, а их, стражников, взяла с собой только для того, чтобы придать видимость законности своих действий. После чего, дождавшись, когда адмирал и его сын соберутся в поместье, преодолела каким-то образом высокую каменную стену с магической защитой, впустила своих воинов вовнутрь, и захватила казармы с охранниками адмирала. Причем этих охранников было больше, чем нападавших.

— Ну, в общем-то, так все и было.

— Вот-вот! А теперь скажи, кому еще, по-твоему, по силам такое повторить?

— Да откуда я знаю?! Я ни с вашими политиками, ни с военными, толком и не знакома. Это уже у вас надо об этом спрашивать.

— В том-то и дело, что я тоже не знаю, кто еще может провернуть подобное. И главы остальных кланов, имеют схожее с моим мнение. А непонятное, пугает, потому что неясно, как от него защититься. Осенью среди кланов началось какое-то нездоровое шевеление, пошли конфликты, и даже, мелкие стычки. Я попросил Алиша приехать в столицу. И как только слух о том, что граф находится в Визане, разошелся по городу, наши аристократы сразу успокоились и о разногласиях предпочли забыть. И с тех при дворе мир и согласие, и все улыбаются друг другу. Фальшиво, конечно, но показывать зубы, опасаются.

— Вы знаете, мне вот не нравится, что спокойствие в столице зависит от моего отца. Случись что, и первым на кого нападут, будет именно он. Кого считают самым опасным, того и постараются убрать в первую очередь.

— Я пока ничего не могу с этим поделать. Ситуация в последние годы, постоянно была напряженной. Но силы противоборствующих группировок уравновешивали друг друга. А в последнее время создается впечатление, что кто-то начал раскачивать сложившееся равновесие. Возможно, что графа уже попытались бы убрать, если бы не опасались вас, Оля.

— Это они правильно боятся. Если что с отцом случится, приложу все силы, чтобы покарать виновных. Вы так и передайте всем, вроде как невзначай, что я обещание дала.

— Да, думаю это еще больше, остудит горячие головы. Гм, может, вы и за короля вступитесь?

— Нет, за короля не буду. Он за графа, в свое время, вступаться не захотел. И правитель он, скажем прямо, никудышный. У него у самого власти, хоть отбавляй, вот пусть и защищает и себя, и своих подданных.

— Ну, хотя бы заверить, что вы против него ничего не замышляете, я могу?

— Можете, только я не поняла, с чего бы ему беспокоиться по этому поводу? Я, вроде, никаких оснований подозревать меня в чем-то, не давала. Да и когда бы я успела, если только что прибыла в страну?

— Помните, когда похитили Алиша, вы дали обещание найти и покарать виновных, причем сделали это так, что окружающие могли подумать, будто вы собрались наказать всех виновных в несправедливости во всём королевстве?

— Спорить не буду. Я тогда сильно разозлилась, что король фактически уклонился от поисков графа, вот и наговорила сгоряча.

— Плохо то, что в зале присутствовало много людей, в том числе и обиженных аристократами купцов и ремесленников, которые рассчитывали на беспристрастный, основанный на законах королевский суд, но справедливости так и не добились. Слухи о ваших словах быстро разошлись среди горожан, правда, воспринимали их поначалу, как курьез. И вдруг все узнают, что вы выполнили обещание! Своего отца нашли, а виновных наказали. И сразу же вас стали воспринимать не как истеричную девчонку, а как борца за правду, который смог добиться успеха там, где у большинства людей, ничего не получилось. Вы чуть не стали знаменем бунта, к которому, как выяснилось позже, подстрекали некие люди, вдруг исчезнувшие, как только начались поиски корней происходящего. По чьему приказу разжигали недовольство, выяснить так и не удалось. Правда, не сильно и искали их, потому что после того, как вы уехали, страсти поутихли.

— Помню. Вы сами и настояли на том, чтобы я побыстрее убралась из столицы.

— Ну, извините, это было самое простое из того, что мы могли сделать. Тем более, что вы все равно собирались уезжать.

— Да я не обижаюсь. Но ведь это давняя история, и она давно закончилась!

— Закончилась, да не совсем. Постепенно слухи о вас распространились, чуть ли не по всей стране. И при этом истина в этих рассказах оказалась сильно искаженной. В них Оле Лаэции приписывают защиту всех обманутых, обездоленных и несправедливо обиженных. О вас даже стали сочинять легенды и сказки, в которых вы наказываете злых людей и помогаете добрым. Вроде бы сказки — ерунда, но общий настрой людей, заставляет короля и его приближенных опасаться вас. Ведь скажи вы слово, и за вами пойдут тысячи!

— Мне, если честно, это тоже не нравится. Я не хочу участвовать ни в каком бунте, но моим именем могут воспользоваться и другие, причем цели у них, вряд ли при этом будут благими. Хотя говорить при этом они могут много красивых слов. Кроме того то, что вы сообщили, лишний раз подтвердило, что из короля и его советников, правители плохие. Когда люди довольны жизнью, они не выдумывают себе сказок о спасителе.

— Спорить с вами не буду. Но вы постарайтесь не высказывать свое мнение о короле еще кому-нибудь. Это может быть опасно как для вас, так и для спокойствия королевства.

— Не беспокойтесь, я и сама это понимаю. Это я с вами разоткровенничалась. Да и уеду я через несколько дней. У меня есть дела в Ларии.

— Но ты ведь еще вернешься? — спросил граф.

Улыбка на его лице сменилась на огорченное выражение.

— Постараюсь. Но обещание дать не могу. Кто знает, как оно все повернется.

Слова Лэрда, слабо влияющего на политику королевства, но хорошо информированного, все-таки должность начальника дворцовой стражи обязывала, заставили Ольгу изменить планы, и сократить свое время пребывания в Визане. В общем-то, и дело у нее было только одно: продать товары, привезенные с востока. Поэтому уже на следующий день она отправилась на оптовый рынок.

Цены на паутину и шелк порадовали. Торговля должна принести хорошую прибыль. Но спешить, все же не следовало. Ведь есть еще рынок Акерги — главного приморского торгового города Ларии. А как раз там и планировалось закончить это морское путешествие.

Пообщавшись с купцами, позадавав наводящие вопросы, чутко прислушиваясь к интонациям собеседников, и присматриваясь к их ауре при этом, она пришла к выводу, что тут, в Визане, лучше продать только часть товара, причем меньшую. А остальное лучше попридержать. Прибыль в Акерге обещала быть еще выше, чем здесь.

Два дня неспешной коммерции принесли около девятисот золотых. Оптовики рассматривали образцы товаров, разложенных на стеллажах в специальном кабинете для переговоров, одного из самых дорогих трактиров города. Купцы, естественно, старались купить все подешевле, но с Ольгой, которая чувствовала их высокую заинтересованность, и отслеживала по ауре, где следует уступить, а где и наоборот, поднять цену еще выше, им торговаться было трудно. Не помог даже маг, то ли нанятый на время, то ли работающий на постоянной основе у одного из негоциантов. Намерение поживиться на неопытной девчонке, у этих прожженных воротил оптового рынка, реализовать не получилось. Так что не зря старалась в Каларе и Мураке, закупая ткани, паутину и прочие, продукты, получаемые из желез корро. Ведь эти девятьсот золотых удалось выручить всего лишь за треть от общего количества товара, привезенного с востока.

Можно было бы уже и в Ларию отправляться, но новые обстоятельства, задержали отбытие еще на некоторое время. По вечерам, во время неспешных бесед с графом, Ольга еще и продолжала работать над амулетом связи. И, в конце концов, у нее получилось передать звук с одной части устройства на другую.

Вначале проверили устойчивость связи в пределах поместья. На следующий день Ольга и Ринк колесили по городу, и проверяли слышимость и качество звука, общаясь с графом, который остался в особняке. Во всех случаях амулет работал безупречно. Что, в общем-то, было ожидаемо, поскольку обмен информацией между двумя частями амулета осуществлялся с помощью волн, распространяющихся в шестимерном пространстве, причем узким лучом и практически без потерь. Так что предположительно, связь окажется устойчивой на всей территории Гемоны.

Граф, с интересом следивший за испытаниями, попросил сделать несколько подобных амулетов, чтобы он мог связываться не только с Ольгой, но и с доверенными людьми в замке, или, наоборот, с этим поместьем в столице в то время, когда онбудет находиться в своем замке. Ну и со своим другом Лэрдом, он также хотел делиться новостями.

Отказать в этой просьбе приемному отцу, Ольга не могла. Она и сама понимала важность своевременного получения различного рода сведений. Вот и отложила свой отъезд на несколько дней, в течение которых только тем и занималась, что изготавливала однотипные переговорные амулеты. Попутно продолжала исследовать свойства получившейся конструкции.

Но сначала она попыталась создать что-то вроде телефонной станции. Гораздо удобнее иметь одно устройство, с помощью которого можно общаться с любым человеком, имеющим такой же артефакт. Но увы, сделать автоматическое коммутирующее устройство с наскока не получилось. Не хватало обычных знаний, которые можно получить в соответствующем ВУЗе на Земле. Уже второй раз она столкнулась со сложностями, связанными с пробелами в собственном образовании. Причем как в случае с индексацией собственной аурной памяти, так и в случае конструирования устройства, с помощью которого можно было бы выбирать абонента для разговора, все упиралось в информационные технологии. Если получится вернуться домой, то придется подучиться. Магия, соединенная со знаниями и технологиями Земли, могла открыть много новых направлений своего использования, и упускать возможность открыть что-то новое — глупо.

Хорошей стороной только что созданных артефактов, являлось то, что работе друг друга они не мешали, и подслушать разговор с помощью устройства, не входящего изначально в созданный комплект, не получалось. Дело в том, что амулет связи магически представлял собой единое целое, только разделенное на части. Причем таких частей не обязательно должно было быть две. Большее число составляющих, тоже работало. Ольга, ради эксперимента, сделала устройства для трех абонентов. И вот в этом случае, все трое могли слушать и общаться друг с другом, как на совещании.

Изделие, пущенное в серию, даже если оно изготовлено вручную, делается быстрее. Вот и в этом случае, работа над тремя следующими комплектами связи, заняла неделю. Причем значительная часть этого времени ушла на ювелирное оформления амулетов.

Себе она заказала сережки с маленькими темно-синими сапфирами, ограненными из осколков более крупных камней, ранее пущенных на накопители. Пока заклинания она вплела только в одну из них, предназначенную для связи с графом. Вторая, пока еще магически пустая, предназначалась для Вениса, который ждал ее возвращения в Ларии, в замке графа Гиди. Ольга надеялась, что у него все хорошо, и он по-прежнему испытывает к ней дружеские чувства.

Для графа все амулеты были выполнены в виде перстней. Правда для связи с Ольгой, приемный отец выбрал кулон, который уже давно носил, и который видимо, имел свою историю.

Еще одним делом, которое необходимо было совершить — это поиск точки, или какой-то зоны, из которой подается сигнал на амулеты навигации. Но, как оказалось, искать его необходимости не было. Оно и так было широко известно. Вроде бы обычная скала, расположенная в предгорье немного севернее Визана, давно была найдена любопытствующими моряками и тщательно изучена магами. Правда, последние не слишком-то преуспели в своих исследованиях. Так что тайна источника магического излучения, так и осталась нераскрытой.

Ольга не поленилась и съездила к этой скале. По факту это оказалась целая гора с крутыми, поросшими кустарником и деревьями склонами, и имеющая каменную монолитную вершину. Никаких пещер или расщелин в ней не было, а излучал волны весь этот массив с диаметром у основания около километра. В целом, все это напоминало подобные скалы в Раминаке. Те же поглощающие магическую энергию заклинания, повторить которые пока так и не получилось, и те же плетения, расходящиеся во все стороны, многомерного пространства.

В общем, если эта поездка и дала что-то, то только пищу к размышлениям. Так и осталось непонятым: естественное это образование, или искусственное. Признаки были как первого, так и второго варианта. Больше всего походило на то, что естественную аномалию каким-то образом улучшили, и придали ей дополнительные свойства.

И вот все дела уже закончены, нужные амулеты изготовлены, интересные места исследованы, и наступило время отправляться дальше. Команда шхуны за это время успела отдохнуть, Шарч уже навел среди местных кошек и собак свои порядки, которые, правда, с его отъездом вновь претерпят изменения, а Ринк за время вынужденного безделья, успел заскучать. В общем, все выглядели бодро и были готовы к продолжению путешествия.

Только граф был невесел, а в глазах его затаилась грусть. Рядом со своей приемной дочерью, он отдыхал душой. Веселая, легкая в общении, неизбалованная, умная, да и к тому же, отличный лекарь. Она уже на следующий день сделала ему татуировку на спине, такую же, как капитану своей шхуны, и уже через несколько дней, старческие болячки, такие как боли в суставах и радикулит, перестали беспокоить. И так неплохое здоровье, теперь позволяло забыть о возрасте, как будто он сбросил пару десятков лет.

Конечно, графу не хотелось расставаться с девушкой, которую он теперь воспринимал как родную. Но и препятствовать ее планам он даже не пытался, да и не хотел. Он понимал, что Оля — не птичка для клетки. Такую, не удержишь! Поэтому на прощанье, он только попросил:

— Хотелось бы тебя увидеть еще хоть раз. Постарайся все-таки наведать старика. Я буду ждать.

Выйдя из бухты, шхуна взяла курс на восток. Море здесь было усеяно большими и малыми, в основном необитаемыми островами, некоторые из которых облюбовали пираты. Сейчас, в зимний период, активность пиратов снизилась, но вовсе не до нулевой отметки. Два раза за время прохождения опасного участка, показывались паруса неизвестных судов, но останавливаться для знакомства с попутчиками, желающих на Мечте не нашлось, а угнаться за скоростным кораблем, у тех не получилось. Свежий ветер встречного направления, делал преследование шхуны почти невозможным. Идти таким крутым курсом, как объяснил капитан, мало какой парусник сможет. А лоцман его слова восхищенно подтвердил.

Нанятый в Визане, по протекции Лэрда проводник, запросил целый золотой за проводку по водам, изобилующим островами, отмелями и подводными скалами. Но без него был велик риск, повредить корпус судна, а то и вовсе затопить его.

Вопреки опасениям лоцмана, впрочем, так же как и остальных членов команды, неприятности, на этот раз, обошли путешественников стороной. А в каком-то небольшом городке, расположенном у сухопутной границы государства, названием которого даже не поинтересовались, расстались и с морским проводником, поскольку дальше, до самой Акерги, глубина моря была достаточно большой, чтобы не опасаться сесть на мель.

Все опасения и ожидания прошли мимо Ольги как бы вскользь, фоном, проглядывающим сквозь ее напряженный мыслительный процесс. А думала она о том, как перемещаться между мирами так, чтобы при этом не убиться о какое-нибудь препятствие, или не свалиться в пропасть.

То, что ей удастся найти способ вернуться в свой мир, она почти не сомневалась. Раз какой-то человек сумел создать Ларец, с помощью которого она и оказалась в мире Гемона, значит решение проблемы есть, осталось только его найти. Но судя по всему, миров, окружающих Гемону несколько. Значит, сразу попасть на Землю, может и не получиться. А это грозит тем, что она может не только погибнуть в неизвестной местности, но и попросту заблудиться, с каждым шагом отдаляясь и от родного мира, и от Гемоны. Следовательно, нужно научиться проводить хоть какую-то предварительную разведку, а также идентифицировать миры, чтобы точно знать, в какой из них открываешь портал.

Особенностью аурного изучения мира местными магами была его привязка к трехмерному пространству Гемоны. За его пределы они даже мысленно, выходить не умели. Но ведь это не означает, что такое невозможно в принципе! После посещения Лабиринта Раминака, у Ольги появилось интуитивное чувство многомерности мира, но пользоваться своим расширенным восприятием, она пока не научилась. Вот сейчас, пока шхуна шла к Акерге, она и пыталась найти возможность заглянуть не только за стену своей каюты, но и в другую вселенную.

Сложность заключалась в том, что было неизвестно, в какой размерности пространства находятся трехмерные миры, и является ли четвертая размерность — время, для них общей. Ведь не исключено, что у каждого мира свой ход времени. В какой-то мере, помощью к решению загадки стал пространственный карман, создавать который она недавно научилась, а так же амулеты навигации и связи, тоже давшие немало поводов к размышлениям об устройстве мироздания. Более глубокое изучение и сопоставление заклинаний, входящих в эти амулеты, вроде как подсказало путь, по которому надо идти. Но добиться успеха в поиске других миров, она не успела. Судно зашло в порт Акерги.

Главы 6 и 7

Глава 6

Главный порт королевства Лария располагался в устье реки Деран — самой полноводной реки королевства. Судоходный канал, ведущий к причалам, шел, замысловато извиваясь, через череду низких, обильно поросших разнообразной растительностью наносных островов. Чтобы не заблудиться и не сесть на мель, пришлось в небольшой деревушке, расположенной на первом же, попавшемся по пути поселении, нанять лоцмана. Проводник фарватер знал безупречно, потому к причалам добрались без неприятных приключений.

Несмотря на разгар зимы, в районе порта, как и в остальных частях моря Аджур, вода не замерзала, а вот уже чуть выше, где пресная речная вода еще не успела перемешаться с соленой морской, поверхность ее покрылась корочкой льда, правда, нетолстой. Температура воздуха хоть и была сейчас явно минусовая, но морозы в этих краях бывали несильными и часто перемежались оттепелями.

День уже заканчивался, и на город начали не спеша наползать сумерки. Капитан оплатил временную стоянку, но окончательно сходить на берег, пока никто не стал. На судне условия жизни были достаточно комфортными, а искать в темноте, в незнакомом городе, да еще при пронизывающем сыром ветре пристанище, занятие не из приятных.

Уже утром Ольга и Ринк, по совету таможенника, который осматривал шхуну на предмет контрабанды, поселились в лучшем трактире города, сняв трехместный люкс. Цены тут сейчас были вполне умеренными. Зима — не лучшее время для путешествий, и число заезжих купцов несколько снижается по сравнению с летним сезоном. Да и редко какой купец занимает люкс. Эти люди, хоть и любят комфорт, но деньги стараются зря не расходовать.

А Ольгу положение обязывало. Она планировала встретиться со своей первой подругой в этом мире, дочерью графа Гиди, а ныне женой Гарлина, герцога Акерги, который к тому же, являлся и родным сыном короля Ларии, правда, младшим, а потому и не наследным. И визит она планировала совершить не как ученица мага, или даже уже закончившая обучение, магиня, а как графиня Ронда. Вот и приходилось соответствовать своему аристократическому званию.

С посещением дворца местных правителей, решила не затягивать, но все-таки перед встречей, захотела узнать местные новости, поэтому после завтрака пригласила за свой стол трактирщика.

— Я только что сошла с корабля, и совершенно не в курсе местных новостей. Скажите, в городе сейчас правит герцог Гарлин?

Трактирщик внимательно оглядел Ольгу, словно выискивая какие-то одному известные признаки, а потом ответил:

— Совершенно верно, госпожа, герцог, да продлятся годы его жизни, заботится о нас уже несколько лет.

— А жена его, Вемона, здорова ли?

— У герцогини тоже все хорошо. И дочка их Лиара, красавица и умница растет. Сам я, правда, ее не видел, но люди так говорят.

— О, так Вемона родила?! И сколько лет девочке?

— Полтора годика, госпожа.

Вроде и не врет трактирщик, и отвечает по существу, но какой-то он напряженный, как будто все время ждет подвоха. Это вызывало легкое недоумение, но разбираться в чувствах хозяина постоялого двора Ольга не стала: у каждого свои проблемы, а всем помочь не в ее силах. Поэтому разговор прекратила, заказала только напоследок карету на весь день, самую нарядную из имеющихся.

Средства передвижения на постоялом дворе были свои собственные, причем на все случаи жизни, в том числе и для торжественных выездов. Не зря этот трактир рекомендовали как самый респектабельный и удобный.

Надев одно из своих платьев: не в походном же костюме совершать визит к герцогу, в сопровождении Ринка, которого тоже приодела в парадную форму, Ольга отправилась в гости. Наемников с собой решила не брать. Днем, как ее уверили, в городе опасаться нечего, а как воспримет прибывших вооруженных людей дворцовая охрана, неизвестно.

Дворец располагался не в центре Акерги, где находился постоялый двор, а на побережье, поэтому добрались до него достаточно долго. Зато из окна экипажа хорошо разглядели город. Чистые улицы, ухоженные дома, хорошо одетые прохожие говорили о спокойной и благополучной жизни жителей города или, по крайней мере, этой, зажиточной его части.

Однако дальнейшее наблюдение стало вызывать сомнение в том, что все тут так уж безоблачно. Если приглядеться к лицам прохожих, то можно было заметить их хмурые, озабоченные лица. Иногда попадались небольшие группки людей, которые что-то обсуждали, иногда бурно. Но о чем говорили, из кареты, естественно, было не разобрать. Создавалось впечатление, что не так давно произошло какое-то неприятное событие, чувствительно повлиявшее на настроение горожан.

Красивые ворота из толстых чугунных прутьев, колец и всякого рода завитушек, перекрывавшие проезд на площадь перед дворцом, оказались закрыты, и открывать их никто не торопился, хотя рядом расположился караул из трех человек, и не заметить визитеров, они не могли. Еще несколько вооруженных людей можно было заметить по ту сторону ограды. Навстречу, через калитку, вышел, судя по более богатой одежде и нарядному оружию, командир поста.

— Что госпоже угодно? — спросил он, подойдя поближе.

— Я хотела бы увидеть свою давнюю подругу герцогиню Вемону.

— К сожалению, герцогиня сейчас не принимает. Попробуйте нанести ей визит позже.

— А почему не принимает? Для этого есть причины?

— Я не правомочен отвечать на такие вопросы.

Явно что-то случилось в герцогстве или конкретно с Вемоной или Гарлином. В свое время в королевский дворец легче было попасть. Но спорить со стражником глупо, спрашивать его о сути происходящего, судя по всему, бессмысленно, остается только уйти. В общем, не задался визит.

— Что ж, попробую навестить их сиятельства в другой раз. Но знаете, вы постарайтесь донести до Вемоны, что ее хотела навестить Оля Лаэция. Запомнили?

— Запомнил, у меня отличная память, а имя у вас легкое.

— Очень хорошо! И учтите, что так или иначе, но я встречусь с Вемоной, и мы обе будем очень огорчены, если выяснится, что кто-то забыл, или по какой-либо другой причине, не поставил в известность герцогиню о моем визите.

— Не беспокойтесь об этом. Сообщать обо всех происшествиях во время дежурства, входит в мою обязанность. А ваш визит, тоже попадает разряд происшествий.

— И, на всякий случай, если у вас будут спрашивать, то я остановилась в трактире Негоциант. Знаете такой?

— Его у нас в городе все знают. Самый роскошный и дорогой постоялый двор в Акерге.

Время было утреннее, и раз уж встреча с подругой не состоялась, можно заняться коммерческими делами, которые сами по себе не сделаются. Но прежде нужно переодеться. По рынку в нарядном платье ходить не хотелось.

В трактире хозяин в задумчивости протирал стойку. Посетителей в трапезной сейчас не наблюдалось. Время завтрака уже закончилось, а обеденное, еще не началось. Как раз подходящий момент, чтобы попробовать прояснить ситуацию. Ольга подошла к стойке, заказала горячий сбитень, и спросила:

— Послушайте, а что у вас случилось? Почему все какие-то озабоченные и невеселые что в городе, что вы, лично? Да и во дворец герцога никого не пускают, с чего бы это?

— А вы разве не знаете?! Короля убили!

Да, новость впечатлила, и очень сильно. Теперь стали понятны все странности, замеченные по дороге в герцогский дворец, а также усиленный режим охраны в нем.

В свое время у Ольги отношения с местным правителем не заладились, но не до такой степени, чтобы желать ему смерти. А смена власти, проведенная таким вот насильственным путем, грозила всякого рода осложнениями и волнениями, как среди аристократов, так и среди простых людей.

— И давно это случилось?

— Мы узнали об этом неделю назад.

— Убийц поймали, надеюсь?

— Да там много народу поубивали, и не понятно, кто убийцы, а кто нет.

— Получается, сейчас власть у Дерника в руках? Как он, справляется?

— Так ведь Дерника, тоже убили!

Ольга ахнула, потом на некоторое время глубоко задумалась, оценивая возникшую в королевстве политическую ситуацию. Но информации ей явно не хватало, поэтому она вновь обратилась к трактирщику:

— Вы знаете, я только вчера вечером прибыла в Акергу на корабле, и многое из того, что знаете вы, для меня неизвестно. Давайте вы просто расскажете о том, что произошло в стране за последнее время.

С этими словами, Ольга положила на прилавок серебряную монету.

Знал трактирщик не так уж и много. О происходящем в столице королевства, до жителей Акерги доходили только слухи. Но если отсеять совсем уж невероятные домыслы, то получалось, что в стране произошел государственный переворот. Король, королева, наследник престола принц Дерник и его супруга были убиты. Не пощадили даже двухлетнего сына Дерника, которого после всей сумятицы и неразберихи, что царили в королевском дворце, нашли мертвым в кроватке. Судьба принцессы Оранды, самой младшей в семье покойного короля, оставалась неизвестной. Кто-то, не особо скрываясь, расчищал себе путь к трону. И главным кандидатом на главу заговорщиков виделся младший брат короля, герцог Симон Орхи, который каким-то образом ухитрился перехватить нити управления государством.

Единственный оставшийся прямой наследник короля принц Гарлин герцог Акерга на свое счастье находился в своем городе, вдали от столицы, а то быть ему мертвым, как и остальному королевскому семейству. Но эта же удаленность от Белиги снижала возможности принца в борьбе за власть. Если, конечно, он вообще собирался отстаивать свое право на престол. Новости из столицы сюда доходили с опозданием, так что у Орхи было значительное преимущество по времени, а это в таких вот критических ситуациях, имело решающее значение. Так что у опоздавшего к началу схватки Гарлина, вполне могли появиться упаднические настроения.

Возможно, принцу о происходящем известно больше, и он уже сделал какие-то шаги, хотя бы для обеспечения безопасности своей семьи и себя лично. То, что в его дворец так просто не попадешь, как раз и говорит о том, в этом направлении он меры принял.

Еще одним весомым плюсом в деле безопасности семьи Гарлина и стабильности в Акерге, оказались, по словам трактирщика, моряки королевского флота. Они заняли четкую позицию и целиком поддерживают принца, который является и главнокомандующим морских сил страны. А ведь на кораблях много не только матросов, умеющих обращаться с парусами, но и абордажников, страшных в рукопашной схватке.

Так что если поразмыслить, дела мятежного Орхи, обстоят не так уж и радужно, не смотря на его первоначальное преимущество. Но тут многое зависит как от действий обоих претендентов на трон, так и от того, какую позицию займут аристократы, а также военные гарнизоны городов, армия и корпус стражников.

Для самой же Ольги, безусловно, будет лучше, если в противостоянии победит Гарлин, потому что с герцогом Орхи у нее отношения сложились просто отвратительные. Еще в первый год своей жизни на Гемоне, она обвинила его в покушении на жизнь принцев. Доказать злой умысел тогда не удалось, и единственным результатом расследования, проведенным королем, стала ничем неприкрытая ненависть его младшего брата к самой Ольге. Впрочем, то дело прошлое, возможно, про нее уже давно забыли. Но на будущее лучше помнить, что поберечься, все-таки не мешает.

Уяснив, наконец, политическую обстановку в королевстве, Ольга решила для себя, что обдумает этот вопрос позже, а пока, закончив беседу, они с Ринком отправились на Биржу где, по словам трактирщика, в основном и ведется оптовая торговля. Политика политикой, но и о своем финансовом благополучии забывать не следует.

Здание биржи располагалось недалеко от морского порта, и снаружи больше походило на дворец или оперный театр. На высокое, с медной кровлей, резными колоннами и статуями то ли людей, то ли богов, было приятно смотреть. Внутреннее убранство тоже отличалось изысканностью и роскошью. Огороженные с боков прилавки, на которых были выложены образцы товаров, больше напоминали бутики из торговых центров на Земле.

За вход, пришлось заплатить, правда, немного, но даже такая небольшая плата отсеивала всех праздношатающихся и мелких воришек. Хотя, конечно, отсутствие разнообразных аферистов никем не гарантировалось.

Возникшие было, опасения, что неспокойное время плохо скажется на торговле, оказались напрасными. Политика, конечно, влияет на торговлю, но коммерция не терпит застоя, а деньги должны работать, чтобы приносить прибыль.

Паутину корро тут предлагали, но в небольшом количестве и посредственного качества. А цена на нее была выше таковой в Визане. Что касается шелковой ткани, а также всякого рода ингредиентов для алхимиков и лекарей, то их не наблюдалось и вовсе. А потому выгоду от продажи своих товаров, Ольга рассчитывала получить немалую. Но сегодня везти сюда образцы, сочла нецелесообразным. Дело приближалось к обеду, а ведь еще предстояло оформить место, нанять агента, который и будет вести торговлю, да и сам процесс продажи время займет. Так что все эти дела подождут до завтра. Но распорядитель Биржи, с которым перед уходом поговорили, посоветовал нанять доверенное лицо сейчас. Тогда самой Ольге, и делать почти ничего не придется, все заботы возьмет на себя этот агент.

— А насколько можно доверять этому посреднику? — с сомнением спросила Ольга. — Договорится с покупателем, и продаст ему мой товар по дешевке.

— Вы напрасно беспокоитесь. Все агенты у нас работают по лицензии, и если на них поступит жалоба от нанимателя, они рискуют этой лицензии лишиться. Поверьте, совладельцам Биржи очень не понравится, если кто-то будет получать нечестную прибыль, да еще в ущерб репутации торгового дома. А это в долговременной перспективе грозит убытками. Кроме того, обычно посредников нанимают за процент от выручки. Поэтому у них неплохо повышается заинтересованность продать товар как можно дороже. Советую и вам так поступить. Все-таки репутация, это одно, а личная денежная заинтересованность — неплохой побуждающий мотив для более плодотворной работы, — разъяснил ситуацию распорядитель.

— А вы не подскажете мне кто из местных работников наиболее умелый? Ведь кроме честности, необходим и талант в торговле?

— Гм, попробуйте поговорить с Дейрусом. Я считаю его самым успешным и толковым у нас. Только скажите ему, что это я его рекомендовал. Кстати, меня зовут Висан.

— Очень приятно, Оля Лаэция.

— А что за товар вы привезли из Лаэции?

— Товар у меня как раз не из Лаэции, а из восточных стран: паутина корро, яд, клей, шелк, ну и немного разного другого. Все отличного качества.

— О, тогда вам вообще не о чем беспокоиться! У нас как раз обозначился некоторый недостаток в этих позициях. Спрос значительно превышает предложение. Я оповещу заинтересованных людей, думаю, открытые торги — самое выгодное в вашем случае.

Дейрус начинающий лысеть невысокий мужчина лет сорока, к счастью, сейчас был свободен, потому, не особо размышляя, подписал договор на организацию открытых торгов. А когда узнал, что за товар будет выставляться, то не смог сдержать довольной улыбки, ибо он получал свой процент от выручки, а та обещала быть высокой.

Договорившись с посредником о том, какую работу тот назавтра будет выполнять, Ольга вернулась в трактир. Промозглый ветер и мелкий неприятный дождь, пришедший на смену ясной морозной погоде, к прогулкам не располагал, да и время обеда подошло, а кухня в Негоцианте была хороша.

Однако спокойно поесть, в этот раз не получилось. У входа на постоялый двор стояла карета с гербом на дверце, таким же, как и на воротах дворца герцога Акерги. Рядом гарцевали гвардейцы, числом около десяти. На Ольгу они внимания не обратили, потому она и Ринк спокойно вошли в трапезный зал.

— А вот и искомая Оля пришла! — тут же послышался голос трактирщика.

Тут же из-за ближайшего стола поднялся очередной гвардеец. Молоденький, нарядно одетый, на боку сабля в богатых ножнах.

— Вы Оля Лаэция? — спросил он.

— Да.

— Я десятник гвардейской стражи Ларент. У меня приказ доставить вас во дворец герцога.

— Доставить?! Я арестована?

— Насчет этого не знаю. У меня приказ доставить.

— А если я не захочу доставляться?

— Придется препроводить вас, вопреки вашему желанию.

Ольгу охватило недоумение. С одной стороны, сразу не набросились, разговариваю более-менее вежливо, с другой, грозят применить силу. Впрочем, во дворец она и сама хотела попасть, правда, чтобы встретиться с Вемоной, а не для знакомства с тамошними казематами. Но тут, как говорится, не попробуешь, не узнаешь. Так что надо ехать, а то так и не поймешь, что тут происходит.

— Мне нужно переодеться, не могу же я явиться во дворец в такой одежде!

— У нас нет времени. Мы и так заждались, а у меня приказ доставить вас как можно скорее.

Доставить как можно скорее, это явно не арест. Похоже, что этот десятник сам запутался в сути задания.

— Ну, смотрите, если герцогиня будет недовольна моим видом, то вина падет на вас, — предостерегла Ольга собеседника. — Ринк, жди меня в номере.

Карета оказалась очень удобной, диваны мягкие, а все внутреннее убранство экипажа — нарядное. Ехали быстро и без остановок, под звонкий цокот подков по мостовой. Верховые сопровождающие разбились на две группы. Первый отряд занял позицию впереди кареты, а второй скакал в арьергарде.

В этот раз, задерживать перед воротами Ольгу не стали, что и неудивительно, как-никак везут по приказу, да еще и в герцогской карете. Экипаж остановился у парадного входа. Десятник, сидевший напротив Ольги, вышел первым, и галантно подал ей руку. Почти сразу же из дверей вышел пышно разодетый, пожилой, полный человек, и произнес:

— Та-акс, любезная. Прибыли, значит. И что мне с вами делать?

Мужчина улыбался, но как-то холодно и, даже, с каким-то пренебрежением. Да и, в общем, от него так и веяло чувством собственной важности и превосходства.

— А вы сами, кто будете? — поинтересовалась Ольга. Такой странный прием вызывал удивление и недоумение. Вроде, и не арестована, и в то же время окружающие ведут себя, как будто она в чем-то виновата.

— Церемониймейстер Силан Рабух, к вашим услугам. Я должен доложить о вас домоправителю. Как вас представить?

— Дона Оля Лаэция, графиня Ронда. И я приехала сюда не для встречи с домоправителем, а чтобы повидаться с герцогом Гарлином и герцогиней Вемоной. Вот им и докладывайте. И побыстрее, потому что меня начали раздражать ваши неуместные пляски вокруг меня.

— Дона?! Графиня?! О, простите, не знал! Кажется, произошло какое-то недоразумение. Сейчас я все выясню.

Церемониймейстер сразу поник, стал выглядеть пришибленным и вроде как сделался ниже ростом. Такой резкий переход выглядел одновременно и забавным и неприятным. Человек быстро скрылся за дверьми, но вернулся назад быстро.

— Еще раз прошу прощения, проходите, госпожа графиня!

Далеко идти не пришлось. Миновав большое фойе, церемониймейстер подвел Ольгу к высокой двустворчатой двери и, попросив ее немного подождать, прошел в следующий зал.

— Оля Лаэция, графиня Ронда! — раздался оттуда его голос.

После этих слов Ольга вошла в большую комнату. Впрочем, это Ольге она показалась большой, на самом деле, как выяснилось позже, это оказалась малая приемная для повседневных и частных визитов. У дальней стены располагались два кресла, имеющие вид тронов. На них восседали герцог Гарлин и герцогиня Вемона. Оба, к счастью, и живы и, по всем признакам, здоровы. Младшего сына покойного короля свалившаяся трагедия, видимо, потрясла: лицо осунувшееся, под глазами темные круги. Но решительный пристальный взгляд показывал, что сдаваться он не собирается и к борьбе за власть готов. Молодая герцогиня все так же оставалась красавицей. Роды на ее внешний вид, если и повлияли, то только в лучшую сторону. Она еще больше расцвела, бывшая небольшая угловатость уступила место плавным очертаниям женщины.

Увидев Ольгу, Вемона радостно взвизгнула, вскочила с кресла, и кинулась обниматься.

— Оля, как я рада, что ты приехала! Слушай, ты так похорошела, и даже вроде как помолодела! У тебя есть особый крем? Дашь попользоваться? А как ты стала графиней? Вышла замуж? А я дочку родила, ей уже годик исполнился. Такая забавная стала! И мы теперь герцоги. Гарлин тут самый главный, его все слушаются.

Тут глаза Вемоны наполнились слезами, но поток слов от этого у нее не иссяк:

— Я так боюсь! У нас такое творится! Папу, маму и брата Гарлина убили, что случилось с принцессой Орандой, мы до сих пор не знаем. На нас тоже покушались! Герцог Орхи теперь сам хочет стать королем. Мне очень страшно! Помоги нам, пожалуйста! Ты сильная и умная, я знаю, и ты всегда меня выручала! Ну что ты молчишь?!

— Пытаюсь собраться с мыслями. Ты так много всего наговорила и задала столько вопросов, что я не знаю, как и ответить, — улыбаясь, ответила Ольга. — И я тоже рада тебя видеть. И вас тоже, господин герцог. А то у меня после того, как я узнала последние новости, стали появляться тревожные мысли насчет вас. И я постараюсь помочь, хоть и не вижу пока, что я могу сделать.

— Я тоже рад вас видеть, Оля. Сожалею о неласковом приеме утром. Но у нас в королевстве, действительно настали тревожные времена, поэтому охрана приведена в повышенную готовность. Однако дежурный должен был попросить вас подождать, и сразу поставить в известность о визите церемониймейстера или домоправителя. Командир наряда уже получил взыскание, а я прошу прощения, за этот неприятный инцидент.

— Не стоит извиняться герцог. Я, когда узнала эти ужасные новости, очень переживала за вас, и теперь лишь рада, что вы живы, здоровы, и осознаете грозящую вам опасность.

— На этом официальная часть визита, полагаю, закончилась, а теперь пообедаем, — с улыбкой заключил герцог.

Стол на три персоны был уже накрыт. Вышколенные молчаливые слуги обслуживали безупречно, вовремя подавая перемену блюд и наливая в бокалы вино. Говорить при них на серьезные темы не стали, но для застольной беседы и так нашлось много тем.

— А это правда, что вы теперь графиня? — поинтересовался Гарлин.

— Правда. Я приемная дочь графа Ронда, признана королем Лаэции, и внесена дворянскую книгу государства.

— Ой, как интересно! Он в тебя влюбился, да? — восторженно воскликнула Вемона.

— Насчет влюбился, это вряд ли. Он никогда даже слабого намека на это не делал. А где ваша дочка? Я хочу на нее посмотреть.

— Да спит она пока, успеешь еще! А как получилось, что граф тебя удочерил?

— Я у него некоторое время управляющей подрабатывала, часто с ним общалась, видно понравилась. А семьи у него не осталось, даже графство в наследство некому было передать. Вот он и выбрал меня.

Слово за слово, и Ольга постепенно пересказала свою жизнь в Лаэции

— Я-то думал, что это только у нас в Ларии такая сумятица творится, а оказывается в Лаэции, еще похуже будет. У нас хоть пираты графства не захватывают, подвел итог рассказу Гарлин.

После обеда поиграли с маленькой Лиарой — дочкой Вемоны, затем, оставив девочку на нянек, перешли в небольшую, уютно обставленную комнату, где уже не мельтешили слуги, и никто не мешал вести приватную беседу.

— В Лаэции дела обстоят не так уж и плохо. Там хотя бы король жив! Правда он глуповат, зато чиновники и приближенные — те еще хищники. Извините герцог, если я вас задела. Я сочувствую вашему горю, и возмущена совершенным преступлением, — продолжила разговор Ольга.

— Не извиняйтесь графиня, все правильно вы сказали. У нас все настолько запуталось, что я не знаю, как теперь быть.

— Ой, да ладно вам выкать. Говорите по-простому, хотя бы наедине! — возмущенно воскликнула Вемона.

— Я согласен, в тесном кругу, ни к чему лишние церемонии, — согласился с женой Гарлин.

— Я тоже только за! — поддержала мнение Ольга. — Теперь вы мне расскажите, что происходит в Ларии. Кое-что я, конечно, знаю, но только от простых людей. Возможно, у вас есть и другие сведения, неизвестные остальным.

К удивлению Ольги, ничего нового, супруги сообщить не смогли. Связи с Белигой у них не было, о перевороте они узнали от купцов и нескольких дворян, которые прибыли из столицы по реке. И в этот же день на них на них было совершено покушение. Им повезло, что яд, подсыпанный в еду, оказался быстродействующим, а один из слуг не удержался, отломил и съел кусочек белой рыбы, после чего, едва доковыляв до обеденного стола, упал замертво.

— Отравителя хоть нашли? — спросила Ольга.

— Наш маг Ксандр проверил всех слуг, и выявил еще двух предателей, но это не они подсыпали яд. Думаем, что виновен один из помощников повара. Он исчез как раз с того самого дня, — ответил Гарлин.

— А стражников проверяли?

— Это не простые стражники, а морская гвардия, надежные и много раз прошедшие испытание в бою. Их не надо проверять.

Ольга вздохнула, а потом сказала:

— Гарлин, вот представь себе, что маленького ребенка одного из гвардейцев, захватили в заложники и сказали, что если он не убьет ночью тебя и твою семью, то они лишат жизни его сына. Ну, или дочь, это не так уж и важно. Ты уверен, что этот человек, в такой ситуации, не выполнит требование преступников?

— Гарлин? — произнесла Вемона. И ее тон не предвещал мужу ничего хорошего, если он не прислушается к словам Ольги.

— Признаю, что в таких обстоятельствах, риск предательства высок. Сейчас же распоряжусь, чтобы маг опросил всех людей во дворце поголовно.

— Охрану только дай ему надежную. Все-таки гвардеец — не слуга, как бы, не убил мага.

Герцог вышел, чтобы отдать команду о проверке, а его супруга, вздохнув, сказала:

— Гарлин такой доверчивый! Когда он общается с незнакомым человеком, то всегда считает, что тот честный, искренний и порядочный. Его уже несколько раз обманули, воспользовавшись легковерием, а он все не меняется.

— Мне, если честно, эта его черта очень нравится. Ведь обычно человек судит о других, основываясь на своих моральных качествах и убеждениях. И у меня сложилось мнение, что Гарлин добрый и честный человек, потому и остальных считает такими же.

— Да, он очень добрый. Хотя я считаю, что как герцог он должен быть более требовательным и решительным. Раньше меня его мягкость с другими не волновала. А сейчас я просто боюсь. Мне кажется, нужно что-то срочно делать, но я не знаю, что именно. А Гарлин все чего-то ждет. А я чувствую, что надвигается что-то нехорошее. И с каждым днем моя тревога все сильнее и сильнее. Но ты знаешь, вот я тебя увидела, поговорила с тобой, и мой страх куда-то ушел. Мне до последнего времени так спокойно только с Гарлиным было. Но после известия о смерти короля, даже его присутствие не помогало.

— Гарлин тебя любит, я вижу, и для тебя это должно быть главным. У вас прекрасная дочь, и я вам по-хорошему завидую. Наверное, он вас все время балует, как-то проявляет свои чувства?

Взгляд Вемоны слегка затуманился, и на лице появилась улыбка.

— Да, он постоянно делает нам какие-нибудь подарки, и вообще, я чувствую себя счастливой, когда он рядом. А какой он ласковый в постели! Правда, мне иногда хочется, чтобы он был пожестче в такие мгновения. Ой, чего это я! Ты только Гарлину это не говори.

Ольга рассмеялась.

— Мне и в голову не придет, разговаривать с ним на такие темы.

— А ты сама, замуж не собираешься?

— Нет, некогда мне пока. Да и с мужчинами мне как-то не везет.

— Как это некогда?! Что может быть важнее семьи? Да и какие такие у тебя особенные дела?

Вемона не знала о иномирном происхождении подруги. Просто не возникало необходимости или повода посвящать ее в обстоятельства своего появления в замке Гиди. А сейчас ворошить прошлое просто не хотелось, тут и других проблем хватает, поэтому Ольга ответила уклончиво:

— Основное мое дело в данное время — это амулет, с помощью которого можно было бы путешествовать между мирами. Это общая цель. Но есть и составляющая часть задачи: научиться заглядывать в другие миры перед прыжком, чтобы видеть в какое место попадешь, вот над ней я сейчас и работаю. А еще я привезла товары с востока, надо бы их продать. Деньги лишними не бывают. Потом я планировала посетить ваш замок Гиди. Но тут как раз препятствие в виде переворота возникло.

— Какие-то странные у тебя желания. Ой, да что с вас магов возьмешь! Вы все как не от мира сего.

— О чем болтаете? — спросил вернувшийся Гарлин.

— В основном, о любви, — ответила Ольга.

— Ну, да, это у женщин любимая тема.

— А я слышала, что мужчины в своей компании, в основном о женщинах говорят, — парировала Ольга.

Гарлин на время задумался, а потом признал:

— Ну, что-то в этих словах есть. Жаль, что сейчас у нас другая забота. Я бы лучше о женщинах поговорил, чем о том, как избежать покушений и что делать в ситуации, когда дядя объявил себя королем.

— Появились новости из столицы? — спросила Ольга.

— К сожалению нет. Гвардейцы, посланные на разведку, пока не вернулись.

— А куда вы их посылали?

— В Белигу, куда же еще? Достоверные новости только там и можно узнать.

— А они как, в форме поехали, при полном параде?

— Конечно! Гвардейцам невместно прятаться и скрываться.

— Как бы, не перехватили их. Тем, кто устроил смуту, невыгодно, чтобы истинное положение дел в столице, было известно в Акерге. А насколько можно верить слухам о перевороте?

— На днях пришли уцелевшие гвардейцы, из тех, что охраняли отца. Они подтвердили, что вся моя семья убита.

На этих словах голос Гарлина дрогнул.

— А как все происходящее герцог Орхи объясняет жителям королевства? — спросила Ольга после небольшой паузы.

— Дядя заявил, что это я захотел стать королем, и для этого подстроил убийство отца и брата, а также остальных членов семьи. А поэтому он, чтобы оградить страну от правления отцеубийцы, принял на себя бремя власти.

— А сам-то, что собираешься делать?

— Еще не пришел к какому-либо решению. Моряки меня поддерживают полностью и безоговорочно. Собрать их всех, и пойти штурмовать столицу? Но я не хочу начинать гражданскую войну!

— И правильно, и не надо! Пусть ее начинает Орхи. А советники у тебя есть? Что они говорят?

— Да никто толком не знает, что нужно делать. Управляющий занят текущими делами, в штабе флота объявили повышенную боевую готовность и отменили все отпуска, а гильдия купцов Акерги предлагает кредит, чтобы нанять вооруженные отряды для похода на столицу.

— Понятно. Идей нет, плана нет, а жизнь в герцогстве идет своим чередом. Вот только надолго ли?

— Может, нам уехать куда-нибудь, например, в Лаэцию? Переждем там, пока страсти улягутся, — предложила Вемона.

— Это путь к смерти, — возразила Ольга. — Пока живы, вы будете постоянной угрозой и напоминанием Орхи, что он завладел троном незаконно. Вы в любом случае, хотите того или нет, будете флагом всех недовольных его правлением. И целью заговоров против него будет возведение на трон наследника короля по прямой линии. А таким являются только Гарлин, его сестра Оранда, если она жива, конечно, и ваша дочь Лиара. Поэтому Орхи постарается убить вас как можно скорее. Но если тут, в Акерге, у вас есть поддержка жителей и моряков, то в чужой стране, вы останетесь одни, и убрать вас там, будет значительно проще. Ваша жизнь сейчас зависит от того, сможете вы победить в этом противостоянии, или нет.

— Но что же делать? Ты сама, можешь предложить что-нибудь? — спросил Гарлин.

— Вот так сразу, нет. Нужно подумать. Хотя, почему это должна думать я одна? У тебя есть куча подчиненных, вот собери их этим вечером, скажи, что формируешь Совет Спасения с их участием, и пусть они составят план, как возвести тебя на трон. Совместное обсуждение часто дает лучший результат, чем когда думает каждый в отдельности.

Мысль поделиться частью своих тягостных дум с другими, Гарлину очень понравилась. Поэтому он с воодушевлением воспринял подкинутую Ольгой идею.

— Ты только появилась, а уже начала помогать мне! Да и помню я, благодаря чьему совету я переехал жить в Акергу. Останься я в Белиге, сейчас разделил бы судьбу брата. Поэтому включаю тебя в этот Совет Спасения, — с довольной улыбкой заявил он. А потом продолжил: — Оля Лаэция, графиня Ронда вы, как член совета спасения должны прибыть сегодня в двадцать часов во дворец в мой рабочий кабинет.

— Графиня Ронда, пожалуй, лучше опустить. Как бы тебя герцог Орхи еще и в предатели не записал. Мол, привлекаешь для решения внутренних государственных проблем иностранцев. Пусть я буду просто дона Оля Лаэция. Дворянство мне дал король Ларии, так что в этом случае, не подкопаешься.

— И тебя не возмущает такое умаление твоего титула?

— Да какое тут умаление?! Тот факт, что я графиня, никто не отменяет, просто мы на некоторое время о нем умолчим. Да и не заметила я, чтобы титул как-то возвышал человека. Насмотрелась я на аристократов в Лаэции и в других странах! Такие же люди, как и все. Есть хорошие, но есть и такие, что не гнушаются и подлых поступков, а еще, попадаются такие мерзавцы, что так и хочется убить. Что я иногда и делала.

На этом разговор о политике закончили, и перешли на бытовые темы и семейные дела. Выяснилось, что младший брат Вемоны Ролан, продолжает учиться в морской школе. Сейчас он вместе с остальными курсантами проживает в казармах училища. В этом году должны были пройти выпускные экзамены, но как теперь все получится, пока неизвестно. Переворот спутал планы многих людей, и судьба военного училища и его курсантов во многом зависела от того, кто победит в возникшем противостоянии между герцогами Орхи и Акерги.

Когда за окном стемнело, Ольга засобиралась в гостиницу. Ринк там, волнуется, наверное. Ведь ее увезли, можно сказать принудительно, под конвоем! Вот, кстати, этот вопрос тоже не мешало бы выяснить.

— Послушайте, уважаемые герцог и герцогиня! А почему вы приказали доставить меня во дворец под конвоем? Мне даже переодеться не дали. В чем ходила по торговой бирже, в том сюда и доставили. Как бы теперь хозяин постоялого двора не посчитал меня преступницей, и не выгнал из таверны!

— Гарлин?! — удивленно воскликнула Вемона. — Ты приказал обращаться с Олей, как с преступницей?

— Да не приказывал я ничего такого! Я просто поручил домоправителю организовать доставку Оливо дворец. А, поскольку времена сейчас неспокойные, посоветовал послать десяток гвардейцев. Для охраны, а не для конвоя!

Ольга рассмеялась.

— Вот теперь все ясно! Слуги не так поняли, а если в чем и засомневались, то сами додумали, как надо поступить. Но вопрос с одеждой у меня остался, только теперь он касается вечернего совещания. В чем мне приходить? Ведь формы у меня нет, а бальное платье, пожалуй, будет не совсем уместно.

Гарлин критически оглядел Ольгу, и сказал:

— Думаю твой нынешний наряд, вполне подходит для этой встречи. Одета по походному, но красиво. И фигурка у тебя отличная.

— Гарлин! — снова воскликнула Вемона. — Не засматривайся на фигуры других женщин. У тебя жена с фигурой не хуже.

— Ничего личного! Просто озвучил очевидное. А на Олю я смотрю с эстетической точки зрения, без всякого проявления чувств. Вернее, чувства есть, но они просто дружеские, — оправдался Гарлин.

В трактир Ольгу отвезли в той же карете, и с тем же сопровождением из десятка гвардейцев. Правда, теперь, охранники уже знали, что сопровождают они гостью герцога для ограждения ее от всякого рода неприятностей и опасных неожиданностей, а не преступницу, за которой надо следить, чтобы не сбежала. Поэтому и проявлял офицер к ней готовность услужить, подал руку при выходе из кареты, и вежливо придерживал дверь таверны, пока подопечная не прошла. Подчеркнутая вежливость и услужливость гвардейца, на хозяина постоялого двора произвела благоприятное впечатление. Если у того и возникали мысли о грозящих ему неприятностях в связи с новой постоялицей, и откровенными оценками, высказанными им при обсуждении политических вопросов, то теперь они растаяли, как утренний туман под лучами солнца.

Ринк за Ольгу особо и не волновался. Он настолько привык к тому, что она всегда выходила из неприятностей без потерь для себя, а то и с прибытком, уверовал, с присущей детям категоричностью, в ее полную неуязвимость. А потому, чтобы не скучать, пока его старшая сестра отсутствует, а именно так он и воспринимал Ольгу, учил Шарча играть в карты. Начальным этапом обучения, естественно, являлось развитие способностей кота различать карты.

— Оля смотри, как Шарч умеет показывать масть — восторженно воскликнул мальчик после приветствия. После чего показал коту одну из карт. — Угадай, что он видит!

Карта была повернута к Ольге рубашкой, но зато мордочка Шарча приобрела сейчас весьма выразительный вид: широко раскрытые глаза и снижающиеся к переносице надбровные полоски, что на общем фоне мордочки с острым подбородком внизу не оставляли сомнений, что это черви.

— Правильно! — обрадовался Ринк. — А теперь?

Поглядев на следующую карту, Шарч ухитрился как-то сделать полоски над глазами прямыми и сходящимися под углом вверх над переносицей.

— Бубна, — уверенно заявила Ольга.

— А вот еще.

Полоски над глазами слились в одну линию, а на лбу у кота появилась вертикальная складка, визуально переходящая в линию носа, и все вместе это воспринималось как не совсем четкий крест.

— Трефа.

— Вот видишь, можно уже почти все понять! Только мы еще не придумали, как быть с пикой.

— Молодцы, думайте дальше. У меня еще дела есть, а вечером снова в герцогский дворец отправлюсь.

— На ужин?

— Нет, совещание будет, политике посвященное.

— Ууу, скучно!

— Наверное. Но иногда от скучных дел не отвертеться. Ты сам-то, обедал?

— Сухофруктов поел, а вообще-то тебя ждал.

— Идем в трапезную, перекусишь чего-нибудь. Я-то уже поела, но у меня сейчас там встреча с посредником из торговой биржи должна состояться.

Работник биржи уже сидел за столом, и что-то пил из большой кружки. Оставив Ринка обедать, Ольга и Дейрус отправились на склад, где хранились товары, привезенные с востока.

Торговый агент быстро, деловито, но без суеты осмотрел образцы, и спросил:

— Я смотрю, у вас все распределено на несколько партий. Качество товара везде одинаковое?

— Да. Просто я изначально не была уверена, что продам все сразу, и так оно и оказалось. Кое-что я уже продала, да и сейчас хочу реализовать лишь часть от имеющегося.

— Почему не все?

— Собираюсь еще в Белигу съездить. А там цена, по моим прикидкам, выше, чем здесь должна быть.

— Насчет цены вы, наверное, правы. Но время сейчас неспокойное и уже несколько дней, как торговое сообщение со столицей прервано. Может от нас караваны, и добираются до Белиги беспрепятственно, но наверняка мы этого не знаем. А вот оттуда к нам в последнее время никто не приходил. Так что вы рискуете потерять то, что не продадите сейчас.

— Надеюсь, что злоключения обойдут меня стороной.

Вообще-то не только выгода руководила Ольгой, в ее желании сохранить часть товара. Сколько продлится и как закончится противостояние принца и герцога Орхи, неизвестно, а ей долго ждать ясности в этом вопросе, не с руки. Главная цель — это попасть в замок Гиди, чтобы решить свои проблемы. Но, как правильно сказал Дейрус, времена стоят неспокойные, и передвигающаяся по королевству без видимой причины девушка, может вызвать подозрение у приспешников герцога Орхи. Зато желание торговцев получить прибыль, несмотря на смутные времена — вполне естественное и ожидаемое явление, и подозрений вызвать не должно.

Конечно, Ольга готова была помочь Гарлину и Вемоне, но она не представляла, как может повлиять на ход событий. Поэтому и планировала в скором времени покинуть Акергу.

Глава 7

На совещание только что образованного Совета Ольга прибыла немного раньше назначенного времени но, не смотря на это, все приглашенные уже собрались, ждали только ее. Кроме Гарлина в небольшом зале находилось еще трое мужчин и одна женщина.

— Оля, знакомься. Это адмирал барон Стрил Номар, мой заместитель и именно на нем лежит ответственность за боеспособность боевых кораблей и планирование боевых операций. Рядом с ним виконт Ардон Колз, командир моих гвардейцев. Ну а на уважаемой доне Олдаре Лозан лежит все хозяйство герцогства. Доходы, расходы, налоги, отчисления в королевскую казну, контроль управляющих на моих предприятиях — это все на ней.

— Гарлин, вот мы все друг друга знаем, и понимаем, зачем тут находимся. Каждый из нас занимается важным делом. Мы командуем флотом, обеспечиваем охрану герцогства и его финансовое благополучие. А вот зачем ты привел сюда эту девчонку, мне совершенно непонятно. Что она тут делает? — с недовольным видом высказал свое мнение адмирал. По одобрительным кивкам, было понятно, что с ним согласны и остальные члены совещания с ним полностью согласны.

Принц на некоторое время растерялся, пытаясь сформулировать ответ на вопрос. Сам он уже четко понял, что мысли и предложения Оли, могут осветить проблему с неожиданной стороны, и это может помочь решить ее или перевернуть ситуацию в свою пользу. Но о том, как объяснить для своих помощников необходимость участия в совещании девушки, которая к тому же выглядела моложе своих лет, он не подумал, поэтому вот так сразу и не мог подобрать необходимые слова.

Ольга, увидев некоторое замешательство Гарлина, решила сама высказаться по поводу своего присутствия здесь. Перед этим совещанием, она думала о том, чем сейчас можно помочь принцу, и как вообще надо организовать работу по захвату власти в королевстве. Опиралась при этом она на политтехнологии, применяемые на Земле. Знаний, конечно, ей не хватало, но их всяко было больше, чем у собравшихся сейчас за столом людей. Так что ей было что сказать:

— Господин адмирал, вы очень красиво расписали как свою, так и остальных здесь присутствующих, важность деле защиты герцогства и всего королевства от врагов, а также умелом руководстве хозяйственной деятельности Акерги и ее окрестностей. Не сомневаюсь, что все это правда, вы уважаемые люди и, несомненно, заслужили право давать советы принцу Гарлину. А я всего лишь подруга жены принца. Однако меня тоже волнует то, как сложится ее судьба. Поэтому у меня к вам вопрос: скажите, что лично вы сделали для безопасности герцога и его семьи, и какие шаги вы предложили сделать принцу для возвращения ему власти над королевством?

— Я должен ей отвечать? — спросил адмирал у Гарлина.

— Конечно! Если честно, мне и самому интересно услышать твой ответ.

Гарлин не понял, чего добивается Оля, но посчитал, что она знает, что делает. К тому же, ему действительно было любопытно узнать, что ответит его заместитель, а так же порадовало, что потребовав объяснения от своего герцога и командира, адмирал теперь сам вынужден давать отчет о своих действиях.

— Королевский флот всегда стоит на страже морских границ королевства!

Проговорив эту фразу, адмирал замолчал. В тесной компании офицеров, связанных многолетней службой, они не раз обсуждали сложившуюся в королевстве ситуацию, сочувствовали Гарлину, и всей душой желали ему выйти победителем в борьбе за власть, но что для этого нужно делать, так и не придумали. Вот потому и сейчас адмирал не знал, что еще сказать.

— Это все? — спросила Ольга. И после некоторой паузы добавила: — Я так поняла, что вы как несли, так и продолжаете нести свою рутинную службу. А почему в королевстве произошел переворот, а у вас во флоте ничего не изменилось? Я на шхуне прибыла в Акергу вчера, и сейчас с удивлением осознала, что никакого усиленного досмотра ни на рейде, ни в порту не происходит. Корабли беспрепятственно передвигаются по заливу, и неизвестно, что и кого они при этом перевозят. Почему вы не усилили контроль за перевозками, а так же не проверяете пассажиров судов? А если они доставляют в Акергу оружие для бунтовщиков? А если из Акерги и в Акергу постоянно перемещаются шпионы и бандиты, нанятые Орхи, и сейчас они готовят вооруженное нападение на принца, а вы об этом даже не подозреваете? Почему вы не отдали приказ о полной проверке всех приходящих и уходящих кораблей, ведь сил для этого, у вас достаточно?

Адмирал совсем растерялся. Слушать обвинения от девчонки, было обидно, но подходящего ответа он все никак не находил. Наконец, он нашелся:

— В королевстве уже несколько столетий действует право свободной торговли, и нарушать его, мне никто не разрешал.

— А кто говорит о запрете? Речь идет о контроле за перевозками оружия и людей в условиях особого положения.

— Я не уполномочен принимать решения, меняющие существующий порядок прихода и ухода судов.

— А кто уполномочен?

— Король. Ну, сейчас, наверное, это герцог.

— Давайте сразу внесем ясность по поводу титула. Когда были живы король и его старший сын Дерник, Гарлин справедливо имел титул герцога, потому что принцем в то время был Дерник. Но сейчас Гарлин — единственный прямой законный наследник трона, и пока он не короновался, остается, прежде всего, принцем. Вот давайте этот титул и использовать. А герцогом пусть остается Орхи. Так большинству людей сразу станет ясно, кто по закону должен стать новым королем. Ну и по поводу ужесточения контроля приходящих и уходящих судов. Вы советовали принцу принять какие-либо меры для повышения безопасности?

— Я полагал, что подобное ужесточение порядка регистрации судов преждевременно.

— То есть, вы самолично, ни с кем не посоветовавшись, присвоили себе право решать вопросы безопасности всего герцогства?

На этот упрек адмирал не нашел что сказать, поэтому Ольга, не дождавшись ответа, продолжила:

— А ведь именно от вас принцу должны поступать рекомендации, с помощью которых он и решит, как лучше поступить. Я не хвастаюсь, но должна заметить что, не успев даже толком разобраться, что к чему, предложила принцу собрать группу опытных офицеров и управляющих, которые помогли бы найти подходящие решения и линию поведения в нынешней борьбе за власть. Вот принц и позвал на это заседание меня — человека, посоветовавшего ему хоть что-нибудь. Думаю, что он хочет поручить мне пост ответственного секретаря, с правом голоса, который будет помогать ему, оценивать ваши советы и предложения и следить за ходом выполнения его распоряжений. Некоторое время присутствующие молчали, оценивая и переваривая услышанное. А затем Гарлин сказал:

— Полагаю, вы и сами осознали, что Оля права. Прошло уже несколько дней как мы услышали о перевороте, но что делать, к чему стремиться, так и не решили. Поэтому я сразу согласился с ее предложением собрать этот совет, который мы назовем эээ…

— Совет Государственной Безопасности, — тут же подсказала ему Ольга, вспомнив названия похожих структур на Земле.

— Да, хорошее название, — согласился Гарлин. — Ответственным секретарем Совета назначается дона Оля Лаэция. К ней обращайтесь по всем, связанным с советом вопросам, если по какой-либо причине не можете найти меня. Жить и работать она будет здесь, во дворце.

При этих словах Гарлин глянул на Ольгу, которая утвердительно кивнула, соглашаясь, что так будет лучше для всех.

— И что же мы должны сделать сейчас? — поделилась сомнениями Олдара Лозан. — Мне, отвечающей за хозяйственную жизнь герцогства, не понятно, что я могу посоветовать.

И снова возникла пауза, пока собравшиеся за столом люди пытались найти ответ на заданный вопрос. Неспособность к решительным действиям, в общем-то, была понятна. Уже много лет королевство не вело войн, армия и флот привыкли к рутине, когда каждый день повторялось одно и то же, офицеры потеряли всякую инициативу, поскольку она грозила неприятностями и хлопотами самому инициатору. А изменить свое мировоззрение в одночасье, невозможно. Герцог Орхи, совершая переворот, заранее спланировал и свои дальнейшие действия, а Гарлин и его команда, оказались совершенно неподготовленными к борьбе за власть ни психологически, ни организационно.

Ольга тоже никогда не участвовала в переворотах, но у нее остались знания о них, как и вообще о борьбе за власть, из книг и, как это ни смешно звучит из фильмов и сериалов. И этот, хоть и весьма сомнительный багаж — больше чем ничего. Ну, а для того, чтобы правильно его использовать, и дана человеку голова.

— Я предлагаю решать проблему по частям, — нарушила она молчание, становившееся уже тягостным. — Для начала, давайте определимся, как обстоят дела с управляемостью герцогством, приходили ли в последнее время какие-нибудь новости с его границ. Еще хотелось бы узнать, какие действия были предприняты, чтобы разведать обстановку и настроение людей в королевстве, и что известно о планах Герцога Орхи? Еще один важный вопрос — финансы. Для ведения боевых действий, нужны деньги. Есть ли они в казне, сколько, когда и откуда ожидаются новые поступления, отправлялись ли налоги в столицу? Если отправлялись, то когда? Возможно, их еще не поздно вернуть. Может, по ходу обсуждения, и другие вопросы всплывут.

Предметная постановка задачи, быстро перевела настроение собравшихся на деловой лад. Правда, вырисовавшаяся картина, получилась не слишком радостная. Главное — это то, что информации о положении дел, как в герцогстве, так и в королевстве, оказалось очень мало. Разведка, направленная в сторону столицы, до сих пор не вернулась, а о новой, никто не озаботился. С финансами дела обстояли неплохо, но могли быть и лучше, если бы как раз в те дни, когда совершался переворот, не отправили обоз в столицу с частью доходов и налогов. О настроениях людей на периферии герцогства, как и о том, кому сейчас подчиняются местные гарнизоны, тоже ничего не было известно.

Ругаться и выяснять отношения по поводу отсутствия сведений, Ольга не стала: не продуктивно это. Да и понятно, что не со зла все делалось, а точнее сказать, не делалось, а от недостатка опыта. Но задачи по организации сбора разведданных она, через Гарлина, конечно, всем поставила.

Время уже было позднее, поэтому наскоро поужинав, разошлись. Гарлин предложил Ольге остаться ночевать во дворце, но та, помня о Ринке, отказалась.

Следующее утро выдалось, вроде как свободным, поэтому Ольга решила посетить биржу, чтобы узнать, как идет распродажа паутины и шелка, которая была назначена на сегодня. В торговом доме наблюдалась обычная суета. Формула «время — деньги» здесь еще не получила своего четкого определения, но торговцы и так интуитивно чувствовали, что если хоть слегка замешкаешься, то конкуренты тут же тебя обойдут, перехватив выгодный товар, или наоборот оптового покупателя. Поэтому на активность, купцов, политические неурядицы почти никак не сказались.

Дейрус, торговый агент Ольги, был уже на месте, и развил активную деятельность. Разложив на столах образцы изделий и всевозможных ингредиентов, он пытался организовать что-то вроде аукциона, и это у него неплохо получалось. И паутина, и шелк продавались в Ларии хоть и не так уж и редко, но некоторый дефицит этих товаров, ощущался постоянно. Причиной тому являлось то, что сухопутные караванные дороги в юго-восточные страны континента были заблокированы воинствующими жителями гор, перекрывающих перешеек, соединяющий государства Артак и Кинаю, а морской путь сюда, был слишком долог, потому и оседали сырье и изделия с востока в портах расположенных по маршруту ближе, чем Акерга. А уж выставленные сейчас на продажу паутину и шелк такого качества здесь, наверное, и не видели никогда. Немного понаблюдав за деятельностью Дейруса, Ольга ушла. Свое ремесло посредник знал отлично, и вмешиваться в его работу — только вредить.

Вторым делом, намеченным на сегодня, было размещение наемников и команды судна в городе. В ближайшее время как-то использовать шхуну, Ольга не планировала, но и продавать отличный корабль, пока не хотела. Кто знает, как повернется противостояние Гарлина и Орхи, может, придется убегать из Ларии, и морской путь, в этом случае, окажется самым безопасным. По этой же причине и распускать команду судна и рассчитывать наемников, она не торопилась, а значит, нужно как-то позаботиться об их более-менее комфортном проживании в городе.

Сейчас все продолжали находиться на судне, но скоро оплаченное время у причала истекало, и его необходимо будет отвести на стоянку на рейд, и постоянно находиться на нем, будет неудобно, особенно учитывая холодное время года. Как лучше решить эту проблему, Ольга не знала, но рассчитывала на подсказку капитана и его помощника.

Надежда на помощь командира судна оказалась не напрасной. Помощник капитана и половина команды получили увольнительную в город, зато сам капитан был на месте. Сидя за столом в капитанской каюте с кружкой горячего настоя, Ольга рассказала ему новости, а потом поделилась некоторыми своими планами:

— Я буду продолжать платить вам жалование, но хочу, чтобы судно было готово выйти в море, в любой момент. Поэтому нужно запастись провиантом и водой. Ну и матросы должны находиться в городе, и чтобы их в любое время можно было найти. Если кто-то захочет устроиться на другое судно, пусть уходит. Но вы в таком случае, постарайтесь найти замену этому человеку. А вот как устроить ваш быт на время стоянки, я не знаю.

— Раз уж вы продолжите выплачивать нам жалование, остальное вас волновать не должно. Сами найдем и жилье, и сами прокормимся. Судно, как я понимаю, на рейд отведем?

— Да, смысла держать его у причала не вижу.

— Как мы будем связываться друг с другом? Мало ли что может случиться и у вас, и на судне, а то и с матросами какая проблема возникнет? — спросил Белз.

— Вот амулет для связи со мной, только не показывайте его никому. Время, как видите, неспокойное, пусть пока о такой возможности знает как можно меньше людей. Пока я буду жить во дворце герцога, рассчитываю Рандела и его команду там же разместить, правда, пока не знаю, получится ли. Еще для связи со мной можно использовать постоялый двор, где я пока остановилась. Я буду время от времени навещать трактирщика, так что можете ему оставлять для меня письма, если вдруг возникнет проблема с амулетом.

Холодная погода с пронизывающим ветром не располагала к прогулкам, поэтому после посещения шхуны, Ольга и Ринк вернулись на постоялый двор. Заседание совета было назначено на вечер, правда, в этот раз пораньше, чем вчера, на восемнадцать часов. Чтобы скоротать время, решили сыграть в карты. Играли втроем. Вернее Шарч участвовал косвенно. Перебираясь с места на место, он подсказывал то Ольге, то Ринку. Но если Ринк с помощью кота мог определить только масть, которую он определял по быстро меняющейся мимике зверька, то Ольга, общаясь с ним мысленно, знала об имеющейся комбинации на руках Ринка все. Разумеется, Мальчик проигрывал чаще, причем значительно и, в конце концов, возмутился:

— Шарч, не подсказывай Оле! Она и так все время выигрывает.

Кот недовольно фыркнул, демонстративно развернулся, одним прыжком перенесся на диван, где лег, закрыв глаза, делая вид, что спит.

Это небольшое представление, заставило Ольгу задуматься: а понимает ли Шарч человеческую речь? Сама она мысленно общалась с ним образами, передавая и принимая картинки и ощущения. Но сейчас-то кот отреагировал на слова! Заинтересовавшись этим вопросом, не прекращая игру, она попыталась выяснить, что именно ее четвероногий друг понял из сказанного Ринком.

В этот раз, общение получилось непростым. Шарч долго не мог понять, что именно интересует Ольгу, потом та никак не могла разобраться в ответе. Только спустя довольно длительное время, на протяжении которого шел интенсивный мысленный диалог, выяснилось, что человеческую речь кот все-таки понимает, правда, смысл многих слов, в основном описывающих абстрактные понятия, для него — загадка. Да и в целом, общение с людьми у него происходит комплексно, без отрыва от психоэмоционального состояния человека. Причем сам собеседник всегда, за исключением Ольги, не знает, что он не просто говорит, а беседует с котом, поскольку связь всегда получается односторонней. Кот слышит и понимает человека, а человек не слышит кота.

Вечером, оставив Ринку деньги на ужин в трактире, Ольга вновь отправилась к герцогу. В этот раз она пришла примерно за час до назначенного времени. Пока остальные члены комиссии собирались, пообщалась с Вемоной и поиграла с ее малышкой.

В этот раз заседание сразу вошло в деловое русло. Даже по поводу того, что вести совещание, по просьбе Гарлина, взялась Ольга, никто не возмутился. После отчета адмирала, командира гвардейцев и управляющей о состоянии дел в герцогстве, которое на удивление оказалось вполне благополучным, перешли к вопросу о том, как бороться с герцогом Орхи. Посланные еще несколько дней назад в Белигу разведчики не вернулись что, в общем-то, и не удивительно. Только путь туда занимал не меньше пяти дней, да и то, если очень спешить. Так что тут оставалось только ждать. Но то, что для Гарлина нужно изготовить несколько амулетов связи, Ольга на заметку взяла, правда, только мысленно. Наличие артефактов связи давало очень большие преимущества, и возможность мгновенно получать новости из любой точки мира, пока лучше держать в секрете.

Отсутствие сведений из столицы приводило Гарлина и его помощников в растерянное состояние.

— Как мы можем планировать какие-либо действия, если мы не знаем, что сейчас происходит в королевстве?! — воскликнул адмирал на предложение Ольги поделиться мыслями о дальнейших действиях. И, похоже, его мнение разделяли все члены комиссии.

Зато сама Ольга знала, что для ведения информационной войны совсем не обязательно знать истинное положение дел, достаточно просто публично высказать свои догадки, а то и вымыслы, и сразу найдется множество людей, которые тебе поверят, и даже подтвердят, что так оно и было.

— Если мы чего-то не знаем, это не повод ничего не делать! — возразила она.

— Ну, так предложи что-нибудь, — сердито сказал адмирал.

— Я думаю, что самое главное, что нужно сделать — это во всеуслышание заявить, что Гарлин жив, что он считает себя законным наследником королевства, а захват власти герцогом Орхи — преступлением. Мало того, нужно герцога обвинить в убийстве короля и наследника.

— Но мы не знаем точно, что дело обстояло именно так, — неуверенно возразил Гарлин.

— Точно не знаем, зато уверены! — отмела сомнения Ольга. — Пусть люди задумаются, как так получилось, что не успел король погибнуть, как на троне тут же оказался Орхи. И даже если мы сейчас ошибаемся, то после того как Гарлин получит королевскую корону, можно будет попросить у герцога прощения.

— И что именно, по-вашему, сейчас нужно делать? — спросила Олдара. Управляющая хозяйством подвластного Гарлину региона говорила мало, но всегда по существу.

— Думаю, что следует призвать в Акергу всех дворян королевства. Вот на большом приеме, здесь во дворце, Гарлин и сделает подобное объявление. Затем собрать купцов и видных ремесленников. Слухи о здешних событиях разнесутся по стране, я думаю, быстро.

— И как это нам поможет? — поинтересовался командир гвардейцев.

— Так смотрите, что сейчас происходит! Орхи объявил себя королем и хочет, чтобы его признали все жители государства. Многие, скорее всего, не согласны с подобным захватом власти в обход Гарлина, но поскольку принц молчит, то у них не выбора. Им просто не за кем идти! А ведь еще есть масса людей, которые сомневаются, как им поступить. И если Гарлин будет молчать, они, в конце концов, перейдут на сторону Орхи.

— Оля, безусловно, права, — сказал Гарлин. — Молчание приведет к нашему поражению. Я еще хочу издать приказ, обращенный ко всем офицерам, обязывающий не подчиняться распоряжениям Орхи.

— Вот, отличная мысль! — одобрила Ольга. — Можно еще напечатать в типографии обращение к народу, с призывом содействовать Гарлину, и противодействовать Орхи, и раздать эти листовки купцам, да и остальным путешественникам, чтобы те раздавали их людям по всей территории страны. Правда, это может оказаться небезопасно. Как бы этих людей ни отправили в тюрьму ща распространение воззвания.

— Я думаю, что пора стягивать военные части к Акерге, — поделился мыслью адмирал.

В дальнейшем, много спорили о различных способах укрепления положения принца, и о тактике, которой надо следовать, чтобы убедить аристократов и остальное дворянство, следовать за Гарлином. Но главное, обсуждение плана действий, сдвинулось с мертвой точки, и вошло в конструктивное русло.

— Оля, ты почему не переселилась жить во дворец? — спросил Гарлин по окончании совещания.

— Вот мелькнула у меня сегодня мысль, что не мешало бы переехать, а потом представила, как это будет выглядеть, и решила подождать.

— А что тут представлять? Села в карету, и поехала.

— Ну, вот соберу я свои вещи, подъеду к твоему дворцу, а охрана начнет расспрашивать: что везете, зачем, почему? Не люблю я этого.

— Извини, это моя вина. Я должен был сам организовать твой переезд. Сейчас я распоряжусь, и твои вещи привезут.

— Пажа моего, главное, пусть не забудут, Ринк его зовут. И еще у меня там, в таверне живут трое наемников, охранники это мои. Найдется место для них в твоем дворце? Мне хотелось бы, чтобы они недалеко от меня размещались.

— Гм, насколько именно, недалеко? Крыло дворца, где мои гвардейцы живут, тебя устроит?

— Вполне. Тогда уж и на довольствие их поставь, чтобы за едой не бегали по городу.

— Я распоряжусь.

— Спасибо. И Гарлин, я не хотела говорить при всех, но считаю, что для нас всех будет лучше, если Орхи умрет. Если у тебя есть возможность устроить на него покушение, воспользуйся ею.

— Стыдно признаться, но у меня и у самого мелькали подобные мысли. Но я не знаю, кому поручить такое дело. Может, объявить награду за его голову?

— Нет, пожалуй, не нужно. Герцог и так обвиняет тебя в убийстве отца и брата, не надо давать ему лишний повод обвинить тебя в коварстве. — Тут Ольга вспомнила книгу «Три мушкетера», где кардинал Ришелье выдал записку с его подписью, которая оправдывала любые действия человека, ею владеющего. — Если ты пошлешь кого-нибудь с заданием устранить герцога, выдай ему документ за своей подписью. Что-нибудь типа: «Податель сего действовал на благо страны». Если у исполнителя ничего не получится, то особо такая записка тебе не повредит: мало ли, что ты имел в виду. А в случае успеха, она может сохранить твоему человеку жизнь.

Главы 8 и 9

Глава 8

Совет Государственной Безопасности довольно быстро стал регулярно работающим органом. Как и предполагалось, Ольга стала фактически координатором и связующим звеном между различными службами и боевыми подразделениями герцогства. Уже через несколько дней после создания этого управляющего учреждения, его ответственный секретарь приобрела значительную власть. Часто ей приходилось самостоятельно принимать решения, которые она утверждала у Гарлина задним числом, но которые выполнялись не только мелкими подчиненными и служащими, но и членами Совета. Причиной такой резкой перемены отношения к Ольге, стало как безграничное доверие к ней герцога, которое не заметить было невозможно, так и разумность ее суждений. Не всегда полезность тех или иных рекомендаций была очевидной, отчего при их обсуждении возникали споры, но ошибок в оценке ситуации, казалось бы, такая молодая и неопытная девушка не совершала, и способы которые она предлагала решать ту или иную проблему быстро доказывающие свою эффективность.

Саму Ольгу новые обязанности несколько тяготили. Полученная власть подразумевала и ответственность, по крайней мере, перед самой собой. Поэтому она стремилась минимизировать свое участие в работе Совета. Решения по различным вопросам, при любой возможности она перекладывала на Гарлина. Кому еще, как не ему, брать на себя все тяготы власти? А для координации деятельности структур управления герцогства, она выпросила у адмирала толкового офицера, а у Олдары молодую, но уже опытную управляющую, хорошо разбирающуюся в экономике и финансах. И теперь многие вопросы решались через этих помощников. Сами они принимать ответственные решения не могли, а потому постоянно обращались к принцу.

Гарлин, было, попенял, что ответственный секретарь Совета пытается уклониться от работы. Пришлось показать ему амулет связи, и пояснить, что для изготовления подобных устройств требуется время. Принц проникся, и согласился с тем, работа над амулетами важнее рутинной деятельности, тем более, что её можно переложить на других. Ценность мгновенного получения новостей из стана врага, трудно было переоценить.

Время шло, а отряд разведчиков, так и не вернулся. Новостей из столицы, поступало мало. Несколько купцов, правда, ухитрились добраться до Акерги. О них сразу стало известно, потому что гвардейцы и матросы теперь тщательно проверяли вновь прибывших, и маги, приданные им в помощь, даже обнаружили трех шпионов Орхи.

Только что прибывшие торговцы сообщили, что основной путь к Акерге перекрыт вооруженными людьми, и чтобы провезти свой товар на юг, им пришлось попетлять по проселочным дорогам. В Белиге, по их словам, спокойно, но многие дворяне из числа приближенных к убитому королю и теперь уже мертвому наследному принцу, арестованы, и содержатся в городской тюрьме.

А в стране, судя по всему, нарастали разброд и шатание. По слухам, многие аристократы уже склонялись к тому, чтобы признать Орхи королем, но тут появились тайные послы от Гарлина, который объявил своего дядю узурпатором, и все опять замерло в неопределенности. Никто не хотел рисковать, оказав поддержку одной из противоборствующих сторон, с возможностью оказаться в стане проигравших. По этой причине, мэрии городов и высшие аристократы не спешили предоставить военную помощь Орхи, и не передавали тому управление над территориальными гарнизонами. Но и к Гарлину пока никто не привел ни одной сотни. Правда, в этом случае, делать какие-либо выводы, было рано. Слишком мало времени прошло со дня опубликования воззвания принца. Ведь не сразу всем о нем стало известно, кроме того, подумать надо, хоть немного, потом собраться и привести войско, в общем, быстро не получится.

Новости обсудили на очередном заседании Совета.

— Считаю, что нужно самим переходить в наступление, — заявил адмирал. — Если те, кто до сих пор сомневается, поддерживать ли нас или нет увидят, что мы настроены решительно, то это может поторопить их, и наша армия быстро вырастет.

— Полагаю, что сомневающиеся будут проявлять нерешительность до первой крупной стычки между нами и войсками Орхи, чтобы посмотреть, на чьей стороне сила. А вот самому герцогу мы дадим повод обвинить нас в развязывании гражданской войны, что может настроить против нас некоторую часть людей, — возразила Ольга.

Мнения по поводу активизации воинских отрядов разделились. Адмирал и командир гвардейцев настаивали на незамедлительном открытии боевых действий, а Ольга и Олдара предлагали не торопиться. Гарлин поначалу не поддержал ни одну сторону, но потом все-таки решил немного подождать, и посмотреть, как будут развиваться события дальше.

После совещания, когда все разошлись, кроме Ольги, которой спешить было некуда, так как она сейчас жила во дворце, герцог спросил:

— Как ты считаешь, долго еще нам следует выжидать? Я хоть и согласился с тобой и Олдарой, но беспокойство, по поводу того, что пока мы бездействуем, герцог Орхи укрепляет свою власть в столице, осталось.

— Дней десять, пожалуй, нужно не высовываться.

— А что изменится за это время?

— Во-первых, воззвание дойдет до всех в королевстве. Кто-то сам прочитает, другим перескажут. А тебе в это время нужно собирать сведения о настроениях дворянства и мэрий крупных городов, имеющих собственные гарнизоны. Если перевес будет за тобой, или хотя бы силы окажутся, примерно равны, то нужно бороться за власть, в противном случае, придется готовить пути отступления. Но в любом случае, дождись весточки от меня, я собираюсь выехать в столицу.

— Ты собираешься в Белигу?! Зачем?

— Наша главная проблема сейчас — это то, что мы не знаем, на какие силы опирается Орхи. Кто из генералов его поддержал, какие подразделения оказывают ему содействие, может, кто-то из имеющих авторитет командиров сейчас в опале? Какую позицию занимают полицейские и служба безопасности столицы? Почему герцог выжидает, и не нападает на тебя? Ничего этого мы не знаем, потому и не можем принять верного решения. Значит, нужно, чтобы кто-то разведал обстановку в Белиге, и я подхожу для этого, лучше всех.

— Мы можем послать кого-нибудь из гвардейцев, или абордажников адмирала.

— Так уже посылали! Никто не вернулся. По гвардейцам и морякам за тысячу шагов можно определить, что они люди военные. А я поеду под видом торговки. У меня еще осталась нераспроданной часть привезенного с востока товара.

— Но ведь, герцог Орхи ненавидит тебя. Я ведь видел, как он смотрел, когда возникло подозрение, что он покушался на нас с Дерником. Эх, жаль не поверил тогда отец тебе!

— Маг графа Унга тогда помог ему выкрутиться. А сейчас с герцогом встречаться, я не собираюсь. Да к нему и не подберешься! Наверное, всюду с охраной ходит.

— Ты уже изготовила хоть один амулет связи?

— Три. Завтра четвертый закончу. Один для переговоров со мной, еще один для Вемоны, она просила, чтобы я вторую часть ее отцу передала при случае. А два комплекта тебе, сам решишь потом, кому их передать.

— А когда в Белигу хочешь отправляться?

— Послезавтра с утра и поеду. Возьму своих охранников и двух вьючных лошадей для товара. Думаю, мы не слишком подозрительно будем выглядеть.

— А как же заставы на дороге? Вдруг вас задержат просто для того, чтобы ограбить?

— Заставы объеду. Я уже поговорила с купцами, что на днях из Белиги приехали, и теперь знаю, где нужно свернуть.

Разговор прервал шум, стук, лай и скулящий визг за окном. Встревоженные Ольга и Гарлин выглянули во двор. Непонятные звуки исходили из какого-то, постоянно перемещающегося серого клубка, вокруг которого носились крупные собаки. На миг клубок замер, так что зрители смогли разглядеть борзую, размером значительно превышающую своих бегающих вокруг сородичей, а на шее у нее, уцепившись когтями за густую шерсть, восседал Шарч. Кот издал воинственный мяв, и шлепнул пса передней лапой по носу. Раздался визг, и собака вместе со своим мяукающим наездником вновь приобрели вид размытого шара.

— Как бы мои псы не разорвали твоего кота, — обеспокоенно произнес Гарлин. Познакомился он с Шарчем в день переезда Ольги во дворец, потому и опознал наездника своей борзой сразу. — И кто только пустил в парк эту свору? У них есть место для выгула, а здесь им не место!

— Не загрызут. Шарч очень ловкий и сильный, скорее это он подерет собак ну, или убежит, в крайнем случае.

— А глаза он моей Сарке не выцарапает?

— Не должен, он уже усвоил, что глаза домашних зверей и животных трогать нельзя. Только зря он затеял разборки сейчас, все равно уедем скоро.

— Разве это он затеял? Не собаки?

— Захотел, сразу бы убежал. Но нет, ему надо показать, кто тут главный!

Шарч уловил мысленный посыл о скором отъезде, и посчитал, что один день триумфа не стоят возни за власть. В удобный момент он перебрался с собаки на дерево, затем по веткам перебежал поближе к окну второго этажа, и уже оттуда запрыгнул в приоткрытую форточку.

— О чем я и говорила: захотел, и ушел от схватки, — прокомментировала Ольга, подхватив на руки своего питомца.

Весь следующий день ушел на подготовку к отъезду. Нужно было подготовить к перевозке нераспроданные остатки товара, купить лошадей, как верховых, так и вьючных, посмотреть, как устроились в городе моряки, и выдать капитану денег на всех, на полгода вперед. А вечером пришлось еще заканчивать амулет связи.

Гарлин предлагал взять лошадей из его конюшни, но Ольга отказалась. Крупные, породистые животные принадлежащие принцу были слишком приметными, и могли вызвать подозрения у людей Орхи. Купленные на местном рынке кобылы и мерины статью и резвостью не отличались, однако выносливостью и неприхотливостью вполне могли поспорить с породистыми конями.

Наличных денег с собой, брала немного, около ста золотых. Хотя, это для нее такая сумма казалась незначительной. Для кого другого и десять монет — целое состояние. Большую часть выручки от продажи товаров Ольга положила в местное отделение банка гильдии купцов Лаэции, имеющего обширную сеть во многих странах этой части света. Нестабильная политическая обстановка в Ларии подрывала доверие к местным банкам.

Работники финансового учреждения очень удивились, когда молоденькая девчонка, выложила на стол несколько мешочков, в которых, как сразу выяснилось, находилось только золото. Ошеломленный количеством монет кассир провел посетителей в отдельный кабинет и вызвал управляющего. Невысокий, полный мужчина лет пятидесяти внимательно оглядев Ольгу и сопровождающих ее наемников, поинтересовался:

— Откуда у вас столько денег?

— Я должна перед вами отчитываться об источниках своих доходов?! — удивленно воскликнула Ольга.

— Вообще-то нет, — несколько смущенно ответил служащий. — Но видите ли, здесь очень большая сумма. Если я не ошибаюсь, тут больше двух тысяч монет золотом.

— Две тысячи пятьсот, — уточнила Ольга.

— Я так и думал. Так вот, дело в том, что я вас не знаю и, судя по поведению моих подчиненных, они с вами тоже не знакомы. Поэтому нам необходимо убедиться, что эти деньги не имеют преступного происхождения. Согласитесь, это очень подозрительно, когда молодая, никому не известная женщина хочет сделать крупнейший в истории нашего отделения банка вклад. Нам не нужны неприятности с законом.

Ольгу действительно, мало кто знал в Акерге: Гарлин, его окружение, Вемона, и несколько человек в Торговой Бирже. Ее имя не звучало на распродаже, которую вел посредник, хотя некоторые купцы пытались выяснить, кто хозяин товара, видимо хотели договориться о дальнейших поставках. С другой стороны сведения о том, что ее состояние — результат удачной торговли, вовсе не являются секретом. Скорее наоборот, этот факт является подтверждением ее легенды для поездки в Белигу. Следовательно, повозмущаться случившейся заминкой, пожалуй, будет вполне уместно. Поэтому, недолго поразмышляв, Ольга заявила:

— Я дона Оля Лаэция, считаю, что ваши подозрения в отношении меня оскорбительны, но чтобы решить вопрос с вкладом незамедлительно, сообщаю, что большую часть этих денег я получила от распродажи своего товара на местной бирже. Можете проверить эти сведения у руководителей этого торгового учреждения и у моего агента Дейруса.

— Прошу прощения у благородной доны! Конечно, мы сейчас оформим ваш вклад.

Несмотря на прозвучавшие угодливо слова, чековую книжку Ольга получила только через полчаса. Видимо работники банка, действительно проверяли ее слова, и наведались на Биржу. Зато провожали ее с искренним уважением и даже с подобострастием. С богатой, да еще и благородной доной, лучше не ссориться.

В поход отправились, как обычно, рано утром. Прощание с Вемоной и Гарлиным вышло коротким. Правда, герцогиня успела всплакнуть.

— Обязательно передай переговорный амулет папе, — напутствовала она Ольгу. — И постарайся узнать, как там Адрик. Я очень переживаю за него! Хоть бы он был жив!

Старший брат Вемоны входил в ближний круг наследного принца Дерника, убитого, по слухам, во время переворота. О судьбе друзей бывшего наследника короны, новостей не поступало, поэтому надежда на то, что они живы, оставалась.

— Обязательно попробую все разузнать и, если смогу, помогу, — заверила Ольга.

Тот факт, что Ольга отправляется в столицу, решили держать в секрете. Даже членам Совета Государственной Безопасности Гарлин собирался сказать, что отправил ее в один и небольших городков герцогства. Чем меньше людей знает правду, тем больше шансов, что о ней не узнает враг.

— Думаю, у тебя найдется надежное место, чтобы это спрятать, — сказал герцог, протягивая два исписанных листа гербовой бумаги и перстень с печаткой.

«Дона Оля Лаэция назначается моим полновластным представителем с правом казнить и миловать. Любые ее распоряжения должны выполняться незамедлительно. Неподчинение будет преследоваться по закону. Король Ларии Гарлин II», гласил первый документ. Второй оказался не менее важным, потому что оправдывал фактически любые действия Ольги: «Все, что сделала дона Оля Лаэция направлено на благо королевства и суду не подлежит». Далее так же следовала подпись Гарлина. На обоих листах бумаги стояла печать герцога, со сложным магическим плетением, придающим оттиску объемный вид. Амулет, оставляющий отпечаток с заклинанием Гарлин получил вместе с титулом герцога. Изготовить подобный артефакт могли считанные маги, и времени на работу, тратили они много, так что подделать печать, было практически невозможно.

— Зачем ты мне это даешь? — спросила Ольга после ознакомления с документами.

— Ты едешь в столицу, и как там все повернется, неизвестно. Возможно, возникнет ситуация, когда письменное, заверенное мной подтверждение твоих прав, будет иметь решающее значение.

— Не боишься, что я таких дел наворочу, что за голову схватишься?

— Я безоговорочно доверяю только двум людям: Вемоне и тебе. Так что нет, небоюсь.

— Ну, Вемоне — понятно. А почему мне? Мы ведь знакомы, если сложить все время нашего общения, не так уж много.

— Ты же знаешь, я маг, хоть и слабый. Но я ощущаю чувства людей, причем, до сих пор ни разу не ошибся. Предателей среди гвардейцев и слуг маги не нашли, я их давно сам обнаружил. Ну, кроме того, что пытался нас отравить. Да и то, я пропустил его только потому, что и не видел раньше. Он все время на кухне работал, а я туда и не захожу. Так вот, у всех, кто меня окружает, кроме верности, чувства долга, симпатии ко мне, я вижу и корыстный интерес. У кого-то меньше, у кого-то больше, но он есть у всех! Одним нужна карьера, другим деньги, третьих интересует титул, и у всех присутствует тяга к власти. А у тебя ничего этого нет! Ощущаю симпатию ко мне, дружеские чувства к Вемоне, озабоченность и желание разрешить ситуацию, когда на Совете мы обсуждаем спорные вопросы. И все! Какой-либо выгоды для себя ты не ищешь.

— Думаю, что если у твоих помощников есть желание построить карьеру или заработать побольше денег — это неплохо. Личная заинтересованность побуждает их лучше работать.

— С этим я не спорю. Но меня не покидает мысль, что кто-то может предложить больше денег или более высокий пост, чем у меня, и мои помощники предадут. Поэтому я всегда настороже, а это, надо сказать, здорово утомляет!

— Зато тебя сейчас трудно застать врасплох, и это повышает твои шансы на выживание.

— Не спорю. Но главное, с твоей стороны я предательства не опасаюсь.

— А ты не забыл, что я слишком молода, чтобы принимать решения, которые могут касаться всего королевства?

— Ой, не смеши меня! Я еще не видел человека, более ответственно относящегося к делу, чем ты. Но вообще-то я просто надеюсь, что эти два листа и перстень смогут помочь тебе привлечь на мою сторону нужных людей и хоть как-то управлять ими. Я не прошу, чтобы ты организовала заговор против дяди, или пыталась убить его, хотя согласен, что это стало бы благом для меня. Но может, обстоятельства сложатся так, что ты обнаружишь в столице тех, кто меня поддерживает и тогда, эти документы помогут тебе и войти к ним в доверие, и организовать их деятельность.

— Я попробую. Но предупреждаю, опыта в подготовке государственных переворотов, у меня нет!

Гарлин улыбнулся, и сказал:

— Догадываюсь. Но в моем окружении, такого опыта нет ни у кого. А если ты у меня спросишь, кто лучше всех справится с подобной деятельностью, то я укажу на тебя. И конечно, мне нужны хоть какие-нибудь сведения о том, что сейчас происходит в столице.

— Ну, амулеты связи у нас есть, буду сообщать новости каждый вечер. А что за перстень ты мне дал, для чего он?

— Это знак, что ты действуешь от имени короля. Надень его и попробуй включить, как будто это фонарик.

Кольцо было великовато, но удерживаемое магическим плетением, с пальца не спадало. Учитывая, что носить его постоянно, пожалуй, не следует, сойдет. Выполнив нужные действия, Ольга выжидающе посмотрела на кольцо с печаткой, однако никакого видимого эффекта не обнаружила.

— И? — спросила она.

— И ничего. Требуется привязка к твоей ауре. Зато никто не сможет сказать, что ты перстень украла или нашла.

Гарлин проделал какие-то магические манипуляции, напоминающие ввод кода в камень пространственного кармана, и сказал:

— Попробуй теперь.

В этот раз результат можно было заметить сразу. Над печаткой проявилось объемное изображение королевского герба: всадник с копьем верхом на зубре.

— Красиво! — оценила Ольга. — А что бывают верховые зубры?

— Я о таком не слышал. Это перстень королевского наместника, мне его дал отец, когда я уезжал сюда, в Акергу.

— Слушай, так может, он тебе нужнее? Фактически, он подтверждает, что ты выполняешь волю короля.

— У меня есть еще один, этот был на всякий случай. Вот и пригодился.

— А сколько всего таких печаток?

— Пять. Один у меня, один был у Дерника, и три оставались в шкатулке у отца. А когда я уезжал, отец дал мне еще один. Объяснил это тем, что до Акерги долго добираться, а мне может понадобиться человек для решения каких-то проблем. Так оно и случилось.

— А у герцога Орхи есть такой перстень?

— Насколько я знаю, нет. Теперь-то сами печатки он захватил, но без привязки они ничего не значат. А код, по словам отца, он только мне сообщил, даже Дерник его не знал. Да ему и не нужно было.

— Мне кажется, это весомый довод в твою пользу, как наследника трона. Но действенным он будет только в столице. Да и то, мне кажется, что и там все будет упираться в личные интересы придворных, аристократов и генералов.

— Оля, пока не уехала, ответь на вопрос, а то меня гложет любопытство. Почему у тебя нет желания получить от меня для себя лично, хоть что-то? У тебя что, все есть?

Ольга ненадолго задумалась, а потом ответила:

— Из того, что можешь дать ты, у меня действительно все есть. Денег — больше двух тысяч золотых, и это только моих личных, без учета доходов от графства Ронда. Еще у меня есть отличное здоровье, дворянство, титул, свобода, ну что еще надо?! За властью я не гонюсь, мне она не интересна. Сейчас я увлечена только одним — магией. Я училась у лучших наставников в Лаэции и Монастыре святого Раминака. Теперь мне нужно встретиться с Венисом — это маг графа Гиди, отца Вемоны, обменяться с ним своими наработками, и попытаться сделать один интересный артефакт. Для этого требуется спокойная обстановка вокруг, и чтобы нам никто не мешал. А нынешняя неопределенность в королевстве, как раз и создает помехи, и грозит, в случае окончательной победы Орхи, тем, что мне придется бежать. Так что личная заинтересованность в твоей победе, у меня тоже наличествует. Но опасаться того, что меня могут сманить на сторону твоего дяди, не следует. Я просто не могу себе представить, что можно предложить для того, чтобы я предала тебя и Вемону.

— Честно говоря, я тебе завидую. Я скован по рукам и ногам обязательствами перед семьей, близкими мне людьми, погибшими отцом, матерью и братом, перед королевством, в конце концов! А ты, действительно свободна! Ты помогаешь мне просто потому, что сама так решила. Ведь можно просто забрать из графства Вениса, и уехать в ту же Лаэцию. У тебя был выбор, который ты и сделала, а у меня выбора нет.

Глава 9

Дворец герцога покинули тихо и незаметно. По пути заехали на Биржу, где забрали хранившийся там товар, и уже через полчаса миновали заставу, выставленную на границе города.

В этот раз в составе каравана никаких повозок не было. Двигались верхом, а груз и припасы разместили на трех вьючных лошадях. Путь из Акергу в Белигу отличался своей оживленностью, а потому вдоль него располагалось большое количество трактиров, и ночевать путники рассчитывали в тепле и удобстве.

Накануне вновь выпал снег, так что местоположение тракта можно было определить только по деревьям, рядком растущим у обочины. После переворота, интенсивность движения по дорогам страны значительно снизилась, и там где раньше караваны и обозы шли один за другим, сейчас проходили два или три торговца в день.

Морозец щипал нос и щеки, но в целом никто из отряда не мерз. Времени для подготовки к походу было достаточно, чтобы закупиться теплой одеждой. Шарч, как обычно, лежал на подушечке перед Ольгой, которая ехала на гнедой молодой и резвой кобылке, купленной накануне. Чтобы кот не замерз, все-таки лежать на холоде совсем не то же самое, что бегать, его укрыли теплым шерстяным пледом, и сейчас наружу торчала только любопытная мордочка с зелеными глазами, которые с интересом обозревали проплывающие мимо окрестности.

— Хорошо, что дорога обозначена посадкой. Боюсь только, что так будет не везде, как бы нам не заблудиться. По такому снегу можно и не заметить, как в поле забредем, — озабоченно проговорил Рандел, поравнявшись с Ольгой.

— Не заблудимся. Я как-то путешествовала зимой по горам в похожих условиях, когда под снегом дорога не видна. Ничего, нормально добрались.

Первые три дня путешествия прошли буднично, как и планировалось, а вот к вечеру четвертого, случилась неприятная неожиданность. Очередное село, что удобно расположилось на тракте вплотную к излучине реки Деран, с вполне оправданным названием Красава, встретило неприветливо. По сведениям, полученным от торговцев, здесь воинских подразделений герцога Орхи, не было. Но, судя по всему, за прошедшее время обстановка изменилась и там, где раньше можно было спокойно проехать, теперь странников поджидало серьезное препятствие.

Населенный пункт, имел вид сказочной деревеньки, живописно раскинувшейся на холмистом берегу. Дома походили на игрушечные из-за резных наличников и живописных балкончиков на вторых этажах, а крутые скаты крыш, сейчас покрылись белыми шапками снега, что только укрепляло впечатление нереальности открывшегося вида.

К сожалению, встреча со сказкой не задалась. Как только путники поравнялись с первым домом, который оказался трактиром, о чем уведомляла вывеска над дверью, из него выскочили трое вооруженных людей, и обступили вновь прибывших.

— Стоять! А ну, слазьте с лошадей!

Несуразные требования удивляли, ведь соотношение сил было явно не в пользу неизвестных воинов: трое против пяти, пусть даже в этой пятерке присутствуют две молодые женщины и мальчик. Либо девушек не принимали в расчет в качестве реальной боевой силы, что было верхом самонадеянности, либо вот-вот должно прибыть подкрепление в виде еще нескольких человек. Второе предположение, оказалось верным. Магический взор показывал, что сразу несколько человек, находящиеся в большом зале таверны, встали из-за длинного стола, и направились к выходу.

— А вы кто такие, что раскомандовались тут? — спросила Ольга.

Тем не менее, спешилась, поскольку, судя по всему, намечается схватка, а стоя на земле, она чувствовала себя увереннее. Остальные путешественники последовали ее примеру. Неизвестный воин самодовольно ухмыльнулся, видимо полагая, что это благодаря его грозному виду, команда была выполнена беспрекословно.

— Мы передовой отряд третьего полка армии короля Ларии! — гордо заявил он.

Тут и остальные члены вооруженной группы высыпали на улицу, и окружили только что прибывших путников.

— Жерод, ты перед кем тут распинаешься, выдавая секреты королевства? — спросил у болтливого подчиненного один из только что вышедших мужчин, командир, судя по повадкам.

— Ой, Ягос, да какие тут секреты?! — возразил Жерод. — Да разве это тайна, что мы передовой отряд?

— Нет не тайна. А вот то, что мы относимся к третьему полку, всяким подозрительным личностям, знать не следует!

На регулярные части это сборище мужчин, устроивших разборки на виду у тех, кого собираются задержать, никак не походило. Да и одеты и вооружены они, кто во что горазд. Похоже, набрали людей, кто хоть немного умеет владеть оружием, а дисциплине научить не успели. Эти даже на бывших наемников не походили. Не исключено, что раньше разбойничали где-нибудь на тракте.

— Вы о каком короле говорите? Я слышала, что его убили! — решила подключиться к разговору Ольга. Может, получится узнать что-нибудь новенькое и интересное.

— Это короля Мастрика убил его сын Гарлин. А теперь правит король Симон, — ответил болтливый Жерод.

— А, так вы герцогу Орхи подчиняетесь!

— Не больше герцога Орхи, есть король Симон!

— А почему вы одеты не по форме? Как я узнаю, что вы передовой отряд королевской армии, а не шайка бандитов? У вас документы есть, или письменный приказ, хотя бы?

Большая часть то ли бывших наемников, то ли разбойников растерялась, глядя на непонятное и даже наглое поведение девчонки, которая должна была, по их понятиям, сейчас трястись от страха. Но их командир, заметив недоуменные переглядывания своих подчиненных, быстро пресек все сомнения, напомнив, кто здесь является, как он считал, хозяином положения.

— Разговорчики прекратить! — приказал Ягос. — А вопросы здесь задаю я! Кто вы такие? — обратился он уже к Ранделу, как самому представительному в группе, нарочито игнорируя Ольгу.

— Мы охранники, нанятые госпожой Олей, следуем в Белигу, — ответил Рандел. Обострять ситуацию раньше времени он не стал. Оля ведет себя сдержано, значит и ему следует придерживаться этой же тактики.

Все в отряде видели, что дело движется к бою, успели оценить противника, и уже приготовились, незаметно сменив свою позицию так, чтобы была возможность прикрыть спину друг другу. Все ждали команды Ольги, к которой уже давно испытывали огромное уважение, и в правильности ее решений, нисколько не сомневались.

— Значит, шпионы из Акерги! — сделал вывод Ягос. — Оружие снять, руки за спину, и проходите в таверну, будем с вами разбираться, — приказал он, глядя на Ранднла.

— Значит, доказывать, что вы не разбойники, не собираетесь! — спокойно констатировала Ольга.

— Вот наши доказательства! — ответил Ягос, взмахнув при этом саблей.

Подчиненные, поддержали его одобрительным смехом.

— Командира живьем, — произнесла Ольга фразу, смысл которой дошел до членов вражеского отряда не сразу, а потом уже стало поздно о чем-то размышлять.

Рандел и его товарищи оружие, в отличие от соперников, не обнажали, и никаких попыток достать его не принимали. Безусловно, это и являлось залогом столь спокойно протекающей до сих пор беседы. К тому же, не видя явной угрозы, враги расслабились, и резкое изменение обстановки, оказалось для них неприятной неожиданностью.

— Бей! — крикнула Ольга, одновременно выхватывая из перевязи на поясе ножи.

Первый метательный снаряд угодил, как и планировалось, в правое плечо Ягоса. Раз уж он нужен живым, то пусть хотя бы не мешает разбираться с подчиненными. Удар оказался весьма действенным. Сабля из рук вражеского командира выпала, а сам он, вскрикнув от боли, упал на колени. Второй нож вонзился в шею ближайшего противника, которые упал, издавая при этом булькающие звуки.

Громкий возглас и резкие движения Ольги, привлекли к ней взоры всех вражеских воинов, что дало время без помех достать оружие Ранделу и его товарищам. К тому времени, как до соперников дошло, что веселое приключение обратилось для них жестокой бойней, еще два ножа нашли свои жертвы. А тут и Ринк, заранее расстегнувший полушубок на груди, достал из своего пространственного кармана магический стреломет, и четко, без суеты поразил сначала одного, а потом и второго врага. Оставшихся вражеских воинов быстро и без затей зарубили саблями.

На весь бой ушло, наверное, не больше минуты. Только что стояла относительная тишина, нарушаемая лишь мирными звуками вечернего села, затем лязг стали, негромкие человеческие вскрики, и вновь тишина, как будто ничего и не произошло. Только на снегу у входа в таверну теперь лежали истекающие кровью человеческие тела.

Никто из отряда Ольги не получил даже царапины. Противники оказались никудышными бойцами, и в схватке на саблях один на один показали отвратительное умение фехтовать, если, конечно, оно вообще у них было.

— Один, два… девять, — закончил подсчет поверженных противников Ринк.

— А сколько должно быть? — озадаченно спросила Ольга.

— Если тут был полный десяток, то одного не хватает, — озираясь, ответил Рандел.

— Наверное, в таверне остался, — предположила Андра.

— Сейчас внутри посмотрим, — сказала Ольга. — Трупы, местные потом сами уберут.

— А трофеи?! — вскинулся Ринк, и первым кинулся обыскивать тела и снимать с них оружие.

Ольга только глаза закатила, глядя на него, но потом спохватилась: свои метательные ножи, в любом случае надо забрать. Наемники тоже подключились к сбору ценностей, и уже через несколько минут деньги и все более-менее ценное были собраны, рассортированы и упакованы.

За схваткой и последующей мародеркой все это время наблюдали внимательные глаза. Лицо за небольшим окошком, расположенным рядом с входом в таверну, явно принадлежащее женщине, разглядеть можно было не сразу, но для Ольги, почти постоянно использующей магическое зрение, не являлось секретом расположение каждого живого существа, находящегося во внутренних помещениях дома. Перехваченный взгляд заставил наблюдателя испуганно отпрянуть от окна.

— За нами наблюдали, так что в таверне уже знают, что произошло, — сообщила Ольга. Действуем быстро. Ринк и Сонел остаются здесь, сторожат пленника, лошадей и трофеи, остальные за мной!

Ворвавшиеся в резко распахнутую дверь вооруженные люди, вызвали у трактирщика и женщины-прислуги, находящихся в зале, нешуточный испуг. Служанка поначалу забилась в угол за стойкой бара, а потом юркнула в дверь, ведущую, видимо, в подсобное помещение. Хозяину заведения свой страх удалось перебороть, и он дрожащим голосом, с вымученной улыбкой спросил:

— Что угодно господам?

Ответ прозвучал в виде вопроса от молоденькой девчонки:

— Сколько всего было бандитов?

— Если милостивая госпожа спрашивает о доблестных воинах короля Симона, то их в моей таверне было десять.

— И где сейчас находится десятый?

— Господин заместитель десятника сейчас в своем номере. Он занят.

— Это чем же?

— Он развлекается. С моей дочерью.

При этих словах глаза мужчины зло сверкнули.

— Рандел, Андра, посмотрите, что там, — приказала Ольга, а сама продолжила расспрашивать трактирщика.

— А почему он до сих пор не вышел? Он что, слепой и глухой?

— Окна его комнаты выходят во двор, поэтому он и не знает о несчастье, постигшем его товарищей.

— Сейчас такое же несчастье, постигнет и его самого. Вы где научились так витиевато выражаться?

— Так у меня в таверне останавливаются разные люди, некоторых очень интересно послушать. Ну, и я сам нахватался разных словечек и выражений.

Вскоре по лестнице спустились наемники, поддерживая шатающуюся, заплаканную девушку, а скорее даже девочку. Порванный подол платья на подростке волочился сзади по ступенькам, а в разрыве мелькали худые белые ноги, испачканные кровью. Трактирщик, глядя на эту картину, сжал кулаки, но ничего не сказал. И упрекать его в этом, пожалуй, не стоило. Ведь ему до сих пор было неизвестно, что за люди навестили его таверну сейчас. Иногда лишнее сказанное слово может стоить жизни не только тебе, но и близким людям.

— А где этот, который помощник десятника? — спросила Ольга.

— Заболел, — хмуро ответила Андра, неосознанно оглаживая рукоять сабли.

— Сильно?

— Вряд ли выздоровеет.

— Еще разбойники в доме есть? — спросила у хозяина, на всякий случай Ольга.

— У меня нет, а вот у Лешика, его трактир в другом конце села, на дороге, что к Белиге ведет, стоит еще один десяток. Командиры каждый вечер по очереди ходят в гости друг у другу, что-то обсуждают и пьют, правда, немного. Сегодня наш должен был пойти.

— В какое время?

— Да вот, как раз в это время он обычно и отправлялся.

— Ходил один, или сопровождающих с собой брал? И как ходил, пешком?

— Да, пешим завсегда, тут недалече будет. А собой он всегда двоих дружков брал. По одному они опасаются ходить.

— Наверное, есть причина для опасений?

— Так ведь ведут они себя как разбойники. Да разбойники они и есть! Всех девок в селе попортили, теперь вот за детей взялись, — кивнул трактирщик на дочь, которая прижалась к его боку, и изредка всхлипывала. — Потому и не любят наши пришлых, а те чуют это.

— Понятно. Близкое соседство вооруженного отряда нам ни к чему, так что пойдем сейчас в гости к Лешику. Нам нужны комнаты на ночь, и поужинать приготовьте. В таверне кроме вас с дочерью и женщины, что я видела, еще есть кто?

— Есть, как не быть! Повар, разносчик, слуга-мальчишка, даже вышибала. Но они с тех пор как пришли эти, стараются не показываться. А комнаты заняты сейчас все.

— Кем?

— Дружками того, который заболел, — кивнул трактирщик вверх и в сторону.

— Освобождайте. Не понадобится им больше жилье. И позовите слугу, пусть наших лошадей обиходит и разместит. Конюшня-то есть?

— Есть, как не быть! Не беспокойтесь, все сделаем.

— Мы там, у входа намусорили немного. Вы уж приберитесь.

Андра позвала стороживших пленника ребят, оставаться на улице им уже не было смысла. Раненого командира разбойников, разумеется, тоже привели. Тот уже сильно ослабел от потери крови, и стоять не мог, все время норовил упасть.

— Надо бы его перевязать, — озаботилась Ольга. — Принесите каких-нибудь тряпок на бинт, — обратилась она к трактирщику.

— Э-э, а нужно ли его перевязывать? — спросил тот, с ненавистью бросая взгляды на командира прекратившего существовать отряда.

— Нужно. Мне его еще допросить надо.

— А, тогда конечно! Сарта, принеси простынь, можно грязную! — крикнул трактирщик в направлении подсобных помещений.

Раненого перевели в небольшую комнатку, где Ольга сама взялась за перевязку. Заодно и поспрашивала немного. Чтобы у пленного прояснились мысли, она обезболила ему плечо. Методика получения информации у нее осталась прежней: спрашивала, стараясь формулировать вопрос так, что на него можно было ответить да или нет. А ответ она в любом случае получала с помощью магического зрения, независимо от того, молчал допрашиваемый, или нет

Как выяснилось, в село направили отряды, сформированные из наемников и всяких малопорядочных личностей, возможно даже уголовников. По крайней мере, в этом разгромленном отряде, больше половины имело бандитские замашки. Задач у отрядов было две. Первая — перехватывать гонцов в Акергу и обратно, и вторая — в случае появления войск принца Гарлина, предупредить гарнизон, расположенный в следующем по направлению к столице населенном пункте.

Разумеется, издеваться над местным населением, им никто не разрешал, но бандитская сущность взяла верх, да и чистые, если так можно сказать, наемники, были не прочь повеселиться с местными молодыми женщинами, в том числе и с применением насилия. За шесть дней разбойники под личиной войска самозваного короля успели вызвать к себе у жителей села нешуточную ненависть. Осознавая это, они опасались ходить по улицам по одному и даже по два. Но однообразная служба и скука толкали их на новые преступления.

Допрос длился недолго, поскольку ни о дальнейших планах командиров герцога Орхи, ни о местоположении основных войск, наемники ничего не знали. Что, в общем-то, и не удивительно.

Время встречи командиров двух отрядов уже истекало, поэтому наскоро прояснив ситуацию, Ольга в сопровождении Рандела и Андры направилась к трактиру, в котором расположился второй отряд бандитов. Добираться пришлось минут двадцать. Идти пришлось уже в темноте по скользкой тропе, протоптанной ранее сельчанами, подсвечивая путь фонариками,

Небольшие, покрытые морозными узорами оконца первого этажа таверны слегка освещали прилегающую территорию, так что отсутствие какого-либо поста, можно было заметить издалека. Настроенных враждебно гостей, видимо тут не ждали. Стараясь держаться тени, три боевых товарища, двое из которых были женского пола, подобралась к входу, так никем и незамеченными.

— Как будем действовать? — решила посоветоваться Ольга. Все-таки, как она полагала, опыта у наемников в подобных делах побольше будет, чем у нее.

— Э-э, я думал, ты сама это знаешь, — несколько растерянно ответил Рандел.

За время путешествия у него практически не было возможности как-то проявить инициативу или спланировать бой. В схватках роль лидера всегда брала на себя Ольга, вот и расслабился, целиком и полностью положившись в этом вопросе на свою нанимательницу.

— Гм, понятно. Тогда поступим так: врываемся, всех разбойников убиваем, работников трактира не трогаем. Как вам такой план?

— Неплохо! Простенько, скромненько, и без заморочек, а потому при выполнении не требует больших умственных усилий, — одобрил Рандел.

— Тогда вперед!

Резко распахнутая дверь открылась без стука и скрипа, а потому резво появившихся визитеров заметили не сразу. Подвыпившие бандитствующие наемники осознали, что их убивают только спустя секунду, а то и две. А за это время они успели понести потери от двух метательных ножей со стороны Ольги, и двух ударов саблей Рандела и Андрой. Попытка разбойников дать отпор малочисленным, но более подготовленным нападавшим, успеха не принесла. Самых шустрых тех, кто попытался обнажить оружие, положили сразу, а там и до замешкавшихся очередь дошла.

— Как-то быстро они кончились, — озадаченно произнесла Андра, повертев головой и не найдя живых противников.

— Вроде все тут, на месте, — ответил Рандел, успевший сосчитать убитых. — Хозяин, еще вооруженные люди в трактире есть?

— Вооруженных нет. Только женщины заперты в комнатах на втором этаже, — ответил выглянувший из-за барной стойки трактирщик.

— Что за женщины?

— Да наши, сельские. Их господа воины для развлечений привели.

— А, ну так выпускайте! Сами видите, господам сейчас не до развлечений.

— Есть еще один отряд, в таверне «Рыжий Ворон».

— Это в той, что на другом конце села?

— Да.

— Нет там уже отряда, не волнуйтесь.

— Вот спасибо, господа, не знаю, как к вам обращаться!

— Мы из Акерги, представители принца Гарлина, — ответила Ольга. Добрые дела должны иметь героев, которые их совершили, а принцу пиар не помешает. Слухами земля полнится, может, и этот случай внесет свою лепту на чашу весов противостояния с Орхи.

— Ох, слава богам! А эти, которые сейчас тут лежат, говорили, что отравили принца.

— Пытались, но у них ничего не получилось.

Задерживаться здесь не стали, убедившись, что врагов в селе не осталось, вернулись в первый трактир.

— Трофеи собрали? — спросил строгим голосом Ринк, едва Ольга и наемники вошли в трапезную.

— Собрали, собрали, не волнуйся! Оставили в конюшне, завтра уже упакуем.

Может, Ольга и упустила бы столь важный для Ринка процесс, как сбор ценностей с трупов, но она искала документы, которые мог иметь главарь этого отряда. Но ничего, кроме листа бумаги с печатью и подписью, в котором подтверждалось, что эти полубандиты действительно были направлены командиром полка в село для соблюдения порядка и законности, не нашла. Зато Рандел и Андра успели собрать все самое ценное с тел разбойников.

Поужинав, разошлись по комнатам на отдых. Караул на ночь, решили не выставлять, хоть и сомневались в правильности такого решения. Но вероятность, что ночью на них нападут, была низкой, а трактир на ночь заперли, так что без шума пробраться вовнутрь, гипотетические враги вряд ли смогут.

Перед сном Ольга связалась по амулету с Гарлиным, поведала о приключениях и поделилась выведанными у пленника сведениями. Напоследок посоветовала выслать небольшие гарнизоны во все близлежащие к Акерге села.

Утром, после раннего завтрака, уже собирались выходить, но были остановлены возгласом трактирщика:

— Господа, а что делать с вашим пленным?

Раненого наемника заперли в чулане и, поскольку он был никому не нужен, благополучно о нем забыли.

— К вам через несколько дней должен подойти отряд принца Гарлина, вот им и передайте этого бандита, — подумав, ответила Ольга.

— А ежели он не доживет?

— Ну, значит, такая у него судьба.

— Ага, спасибо вам госпожа! Не доживет он, точно вам говорю, совсем он плох!

Как-то защищать пленного, Ольга даже не пыталась. Как говорится, по делам его и награда.

Поскольку основная дорога оказалась перекрыта людьми герцога Орхи, свернули на обходные тропы, проложенные охотниками. Не пробиваться же в столицу с боем! Задачами Ольги были разведка, результаты которой должны быть отправлены принцу через амулет, и продажа товара на бирже Белиги. Еще нужно было узнать о судьбе брата Вемоны, ну а потом, уже можно и в замок графа Гиди отправиться. Как-либо участвовать в борьбе за власть, не хотелось. Да и что может сделать одна девушка, когда в противостояние вовлечены армия и флот государства?! Разве что поспособствовать спасению близких людей в случае, если они потерпят поражение.

Недавно прошедший снегопад укрыл ровным, белым ковром все натоптанные местными жителями дорожки, и если бы не способность Ольги видеть их даже под снегом, и без того нелегкое путешествие грозило превратиться в нешуточное испытание. Теперь скорость каравана резко уменьшилась, а переходы между привалами стали короче. Да и отдыхать теперь приходилось не в удобных трактирах, а на снегу. Конечно, собираясь в путь, возможность ночевки под открытым небом учитывалась. Все-таки о том, что основная дорога перекрыта, знали наверняка, как и то, что в стороне от основной магистрали никаких сёл нет. Поэтому и взяли с собой легкие, но с хорошими теплоизолирующими свойствами шерстяные маты, теплые одеяла и палатки.

В общем, путешествие получилось не слишком комфортным, но и не экстремальным. Вражеские разъезды обходными путями к столице видно пренебрегли и совершенно их контролировали, так что дальнейшие две недели похода обошлись без ненужных встреч с вооруженными отрядами неприятеля.

Полагая, что люди, прибывающие в город с южного направления, подвергнутся тщательной проверке, и могут быть задержаны, решили не рисковать. Все так же двигаясь практически по бездорожью, пересекли тракт из Белиги в Оригу, и уже после этого по протоптанной тропе, которой, по-видимому, пользовались жители близлежащего села, въехали в столицу.

Главы 10 и 11

Глава 10

Остановиться Ольга решила в том самом трактире, из которого она начала свое путешествие по Гемоне три года назад. Пустующим постоялый двор, назвать было нельзя, но и свободных мест в нем, оказалось неожиданно много. Видно нестабильная обстановка в государстве, а также проверки на дорогах, отбили желание у части купцов вести активную торговую деятельность.

Возникло даже опасение, что и привезенный товар, не будет пользоваться спросом. К счастью, беспокойство по этому поводу оказалось напрасным. Уже на следующий по приезду день, в местной торговой бирже с удовольствием приняли заказ на организацию торгов, а еще через день все, что Ольга привезла, выкупили как торговцы из королевства Артак, расположенного севернее, так и местные, которые потом перепродавали сырье ремесленниками Белиги. Причем эта распродажа получилась наиболее выгодной, по сравнению с теми, что проводились в Визане и Акерге. Так что даже возникло легкое сожаление о некоторой поспешности, с которой избавились от товара в этих городах. Но тут уж ничего не поделаешь: и опыта в торговле мало, и информации о ценах в различных регионах континента, было недостаточно.

Если бы Ольга всерьез решила заняться торговлей, то ее амулеты связи давали бы ей неоспоримое преимущество перед остальными купцами. Вот только не интересовал ее этот вид деятельности.

Занимаясь личными делами, Ольга не забывала и о разведке. Наемников она каждый день отправляла бродить по городу и посещать трактиры, с целью выяснения настроения горожан и сбора всякого рода сплетен. Сама она тоже прислушивалась к любым высказываниям на политические темы.

В целом у нее сложилось впечатление, что люди, с которыми ей довелось общаться, в основном симпатизируют принцу Гарлину. Все попытки герцога Орхи очернить наследника погибшего короля воспринимались скептически. Рандел со своими товарищами подтвердил ее мнение. Простые люди тоже с воодушевлением восприняли бы новость о коронации принца. Но идти воевать за восстановление справедливости, никто желанием не горел. По всему выходило, что победит та из противоборствующих сторон, которую поддержат армия, гарнизоны городов и аристократы с их военными отрядами.

Сейчас преимущество было на стороне герцога, удерживающего власть в столице. Не обязательно командиры воинских частей его безоговорочно поддерживали. Будь рядом лидер, который повел бы их против узурпатора, возможно, они его и поддержали бы, но принц был далеко, а устраивать заговор в таких условиях, очень опасно.

Но в последнее время Гарлин начал проявлять активность, и слухи об этом уже должны были дойти до столицы. И очень важно выяснить, на чьей стороне симпатии военных и аристократов, как и то, насколько решительно они готовы поддержать одну из противоборствующих сторон. Ольга была знакома с некоторыми королевскими гвардейцами. Три с половиной года назад она находилась в кортеже, встречающем невесту старшего принца. И тогда, во время и после схватки с наемниками, напавшими на процессию, она стала достаточно известной личностью среди участников похода, а кроме того, у нее сложились товарищеские отношения с командирами охраны. Но как найти этих людей, не привлекая к себе внимания, она не представляла.

Был еще один человек, который мог знать о настроениях руководителей среднего звена не только в армии, но и в полиции, а возможно, и в некоторых других структурах правительства. Со следователем Зерником, который вел дело о покушении на Вемону Гиди, нынешнюю жену принца Гарлина, у Ольги были отношения, больше чем товарищеские, скорее их можно назвать дружескими. Тогда она помогла полицейскому поймать давно разыскиваемого преступника Дикого Тарантула, а потом и мага Маргуса. Что весьма способствовало карьерному росту Зерника. А позже уже полицейский предупредил ее об опасности со стороны герцога Орхи, что ускорило отъезд из страны и, возможно, предотвратило очередное покушение на нее. Так что основания для встречи со старым знакомым были вескими.

Место работы Зерника, а также таверну, где он любил посидеть в обеденное время, Ольга знала, так что найти его, если ничего не изменилось, труда не составит. Надев парик, наведя макияж и переодевшись в купленную в одной из лавок одежду, подобную той, что носят сейчас столичные женщины среднего достатка, Ольга зашла в любимую полицейским трапезную, устроилась за угловым столиком и заказала мясную похлебку. Ринка в этот раз, она оставила на попечении наемников. Вмешивать мальчика в политику было глупо и бессмысленно. Время как раз наступило обеденное, так что Зерника долго ждать не пришлось, но пришел не один. Собеседник следователя, был не знаком, а потому подходить к столику, за который сели мужчины, она не стала.

Принесли похлебку, и Ольга начала есть, поглядывая время от времени на Зерника. В какой-то момент тот перехватил ее взгляд но, не узнав, вновь включился в разговор со своим, судя по всему, сослуживцем. Однако появившаяся складка меж бровей показала, что он, о чем-то задумался. Несколько раз следователь, как бы невзначай, смотрел в сторону стола, за которым сидела заинтересовавшая его девушка, но вспомнить где и когда он мог видеть ее ранее, судя по всему так и не смог. Что, в общем-то, радовало. Если уж хороший знакомый не смог опознать посетительницу таверны, то и возможные соглядатаи не смогут определить, кто она такая.

Ольга доела похлебку и заказала себе травяной настой. Пила, не торопясь, с задумчивым видом, поэтому мужчины, за которыми она ненавязчиво следила, успели пообедать и расплатиться прежде, чем закончился напиток в ее кружке. Собеседник Зерника поднялся, собираясь уйти, но сам следователь что-то сказал своему сослуживцу и остался сидеть, а затем взмахом руки подозвал к себе разносчицу. Вскоре ему принесли горячий напиток, который он и стал неспешно прихлебывать.

Выждав некоторое время и убедившись, что к следователю никто не пытается подойти, и подозрительных личностей в зале на неискушенный взгляд сейчас не наблюдается, Ольга подошла к столу полицейского и села сбоку от него.

— Здравствуйте, господин Зерник, — негромко произнесла она.

Вид у следователя был уставший, над переносицей появились глубокие складки, да и сам он как-то похудел и осунулся. Зерник в свою очередь вглядывался в черты лица собеседницы, что-то похожее на искру узнавания мелькнуло у него в глазах, но строить предположения он не стал, а спросил:

— Мы знакомы?

— Знакомы, и неплохо. Когда-то я помогла вам поймать преступника по имени Дикий Тарантул, а позже вы предупредили меня о неприятностях, которые может доставить герцог Орхи.

— Все-таки я правильно догадался, и это вы, Оля. Но должен заметить, что вы отлично загримировались. Особенно удивляет тот факт, что вы стали выглядеть моложе, чем раньше. Как вам это удалось? За этот секрет многие женщины готовы отдать состояние, на мой взгляд.

— Увы, секрета нет, я так выгляжу и без всякой косметики либо других каких-либо ухищрений, так что денег на этом, заработать не получится.

— Думаю, что вам не следует огорчаться по этому поводу. Деньги — дело наживное, а красота и здоровье — явление, проходящее со временем. И время это бежит чересчур быстро. Но что привело вас в Белигу? Насколько я знаю, вы несколько лет назад уехали из столицы, и вот вдруг я вижу вас в центре города! А ведь ситуация сейчас очень напряженная. Герцог Орхи — человек злопамятный, и подозреваю, что поквитаться с вами, он до сих пор не прочь.

— Вряд ли сейчас в Белиге находятся люди, которые знают меня лучше, чем вы. И если уж мне удалось ввести в заблуждение вас, профессионала, то и остальных знакомых, мне опасаться нечего. А в столицу я прибыла, чтобы продать имевшиеся у меня товары, ну и заодно выяснить настроения людей и их мнение по поводу произошедшего переворота.

— Переворота?

— Смерть короля и первого наследника, и приход к власти человека в обход главного претендента на трон, вы можете назвать по-другому?

— По официальной версии, заказчиком убийства отца и брата является второй сын бывшего короля Гарлин.

— Вы сами-то этому верите?

— Ну, скажем так, никаких доказательств у этой версии нет.

— А что насчет других версий?

— Другие версии приказом сверху разрабатывать запрещено.

— И как к этому относитесь вы лично, а так же ваши сослуживцы? Ведь фактически, сейчас власть захватил преступник! Вас, как полицейского, и ваших сослуживцев, это не задевает?

— Знаете, я с симпатией отношусь к принцу Гарлину, но встревать в его противостояние с герцогом, простите, с королем Орхи, у меня желания нет. Да, я следователь, ловлю воров, разбойников, убийц и даже бывало, и взяточников, но вмешиваться в политику в нынешних условиях — это все равно, что прыгнуть в горную реку, изобилующую порогами и водопадами. Шансов выжить, почти нет, а награда, в случае успеха, весьма призрачна и никем не гарантирована. Полагаю, что большинство моих знакомых придерживается такого же мнения.

— Насколько я знаю, Орхи пока еще не коронован, так что можете, смело называть его герцогом. Но с остальными вашими словами, я полностью согласна! Рисковать своим положением и даже жизнью за чужие интересы занятие глупое. Мне тоже не хочется влезать во все эти политические интриги и разборки, но жена Гарлина, Вемона — моя подруга, да и к самому принцу, я очень хорошо отношусь. Чем больше я с ним общаюсь, тем симпатичнее он мне становится. Я имею в виду, как человек, не подумайте чего насчет любви! Так вот, по моему мнению, если у Орхи получится сохранить власть, то он во что бы то ни стало, постарается убить Гарлина, а с ним и Вемону и их дочь. Я этого допустить не хочу! Потому и ввязалась в это дело.

— И что же вы планируете делать? Убить герцога? Впрочем, нет, не отвечайте! Я этого знать не хочу. Чего вы хотите от меня? Ведь не просто так вы ко мне подошли?

— Пока я просто изучаю настроения людей. Это сейчас вы, ваши сослуживцы, гвардейцы, полицейские вынуждены подчиняться приказам герцога Орхи и его ближайшего окружения. Но как вы себя поведете в случае, если перед вами возникнет выбор, какую сторону поддержать? Ну и еще я хотела бы узнать судьбу виконта Адрика Гиди и принцессы Оранды.

— Насчет настроения сослуживцев, я вам уже говорил. А поддержат они ту сторону, которая будет побеждать. Пока, по общему мнению, у герцога Орхи позиция сильнее. Но последние шаги принца, в которых он обращается к народу и дворянству, почти уравновесили его шансы в противостоянии. В случае если Гарлина поддержат города с их гарнизонами и аристократы, имеющие свои воинские отряды, то в проигрыше окажется уже герцог. Но это пока, только предположения. Что касается Адрика Гиди, то он жив но, насколько я знаю ранен. По моим сведениям, он находится в тюрьме. Принцесса тоже уцелела. Правда, в последнее время ее никто не видел. Скорее всего, ее вывезли в замок герцога или одного из графов из тех, что его поддержали.

— Адрик в тюрьме? И в чем его обвиняют?

— Это дело веду не я. Есть у нас один карьерист, который сразу поддержал герцога, ему и поручили расследование. А обвинять его, если подумать, могут только в одном — в убийстве принца Дерника. Иначе его арест, ничем нельзя оправдать. Может, и смерть короля захотят на него повесить, но это вряд ли. Там и другие кандидатуры для этого найдутся.

— Вы можете поточнее узнать о судьбе Адрика? В какой тюрьме и камере он находится, тяжелая ли у него рана, оказывают ли ему помощь, посещал ли его лекарь, нужны ли какие-нибудь лекарства? О принцессе, тоже хотелось бы узнать побольше.

— Я попробую. Но сразу предупреждаю, что вашу просьбу выполнить, не так просто, и довольно опасно.

— Догадываюсь об этом. Сильно не рискуйте. Сделайте что возможно, не вызывая подозрений.

Договорившись о встрече в этой же таверне через три дня, разошлись.

Вечером поделилась новостями с Гарлином. Посовещавшись, пришли к выводу, что нужно и дальше склонять города и аристократов на свою сторону. Для чего следует слать гонцов с обвинениями в адрес герцога Орхи в убийстве королевской семьи и разжигании гражданской войны. В общем, решили очернять герцога, как только можно. Это уже Ольга вспомнила о черном пиаре, которым так любят злоупотреблять во время предвыборных кампаний на Земле.

Затем амулет из рук Гарлина перехватила Вемона, и начала умолять подругу помочь Адрику. Ольга и сама хотела приложить все силы, чтобы облегчить участь ее первого возлюбленного на Гемоне, так что тут желания обеих девушек совпадали. В чем она и заверила подругу.

До следующей встречи с Знерником, Ольга решила ничего не предпринимать. Без добавочной информации, сделать что-либо было очень трудно. Зато можно было обратить на себя внимание верных герцогу людей, а это совсем уже было ни к чему.

Размышления о ее предполагаемом провале как агента, заставили Ольгу задуматься о безопасности Ринка. Ведь, в случае чего, будут искать сообщников, выйдут на мальчика, и еще неизвестно, учтут ли его небольшой возраст. Скорее его используют как дополнительный рычаг давления на нее. Значит, побеспокоиться о том, чтобы его не нашли, следовало уже сейчас, пока она не попала в поле зрения возможных соглядатаев. Поэтому на следующий день после встречи с Зерником, после завтрака, она собрала в своем номере весь свой маленький отряд и заявила:

— Сегодня вы все переезжаете в другой трактир, и после этого встречи со мной не ищете. Если что, я вас сама найду. Ко мне обращайтесь, только если уж совсем за чем-то срочным понадоблюсь, но перед этим убедитесь, что за мной не следят.

— А что случилось-то? — озабоченно спросил Рандел.

— Пока ничего. Но я должна помочь своему другу, который сейчас в тюрьме, а это дело рискованное с возможными печальными последствиями. Поэтому я хочу вывести вас из-под возможного удара заранее.

— Может, мы можемтебе чем-нибудь помочь?

— В случае нужды, я к вам обращусь. А пока, вы мне будете только мешать. Меня трудно поймать и трудно убить, а вот отвлекаясь на вас, я и сама могу пострадать.

Уже этим днем трое наемников и Ринк переехали на постоялый двор, расположенный на окраине города. Причем постарались обставить все так, будто они вообще покидают Белигу.

Сама Ольга тоже приготовилась к различного рода неприятностям. Теперь она ходила по столице без сабли, чтобы меньше привлекать к себе внимания. Все-таки городские женщины если и носили оружие то, в основном недлинное. Кинжалы и ножи оставила: из образа молодой женщины, занимающейся оптовой торговлей, она не выпадала. Сабля тоже находилась при ней, но была скрыта в пространственном кармане. Еще она приобрела дополнительный набор на восемь метательных ножей, который поместила рядом с саблей так, что могла выхватывать клинки по одному и сразу же отправлять их к цели. Там же расположила и магический стреломет, хотя использовать его собиралась только в том случае, если вдруг закончатся ножи. Подумав, часть болтов заменила на магические. Первые три выстрела будут обычными, а вот последующие должны внести своими взрывами нешуточную неразбериху среди врагов. Но это уже совсем на крайний случай, если число противников окажется слишком уж большим. В общем, на очередную встречу с Зерником отправилась, с чувством защищенности и уже не беспокоясь о том, что из-за нее могут пострадать близкие ей люди.

Следователь, как и раньше, пришел в таверну со своим сослуживцем, и даже не одним: чуть позже к парочке полицейских присоединилась женщина-магичка. К этому часу народу в таверне значительно прибавилось, так что Ольга, пристроившаяся за столиком у стенки, легко затерялась среди активно жующих и довольно громко разговаривающих посетителей.

Насыщались полицейские не торопясь но, в конце концов, сослуживцы следователя ушли, оставив того одного. Выждав, на всякий случай еще несколько минут, Ольга подошла к столу, который шустрый разносчик уже успел очистить от пустой посуды и протереть.

— Добрый день, господин Зерник. Я смотрю, жизнь у вас течет довольно размеренно, даже обедаете в одно и то же время. Неужели городские преступники стали настолько сознательными, что совершают свои грязные дела строго в отведенное вам для работы время?

— Вы знаете, последние две недели, это действительно так! Вернее, всякого рода воры и разбойники сейчас вообще поумерили свою активность. Вначале, сразу после перевор…, простите смерти предыдущего короля, в столице творилось что-то невообразимое. Людей грабили и даже убивали и днем и ночью. Но затем последовал приказ казнить пойманных преступников на месте не зависимо от того, что они совершили. Правда, при этом добавлялось, что делать это допускается лишь в случае неповиновения но, сами понимаете, никто не разбирался, подчинился тот или иной вор или грабитель стражникам, или попытался сбежать. Так что уже через несколько дней, в Белиге настала тишь и благодать, чем мы, полицейские сейчас и наслаждаемся.

— На мой взгляд, жестковато, но боюсь что пострадавшие до этого люди, со мной не согласятся.

— Полностью с вами согласен. Но, полагаю, что когда ситуация в королевстве успокоится, этот приказ отменят. Так что это лишь временная мера, и вскоре, все станет как прежде.

— О Адрике, что-нибудь новенькое, удалось узнать?

— Не очень много. Находится в городской тюрьме, ранен в грудь. Ему требуется помощь опытного хирурга и, возможно, дорогостоящие микстуры. Тюремный лекарь не слишком сильный маг, но опыта ему не занимать, большая практика сказывается, но без прямого указания начальства, он вряд ли будет тратить силы и время на заключенного.

— Почему?

— Я же говорю: опытный лекарь! За излишнее усердие, тоже можно много неприятностей получить.

— А если его материально заинтересовать?

— Это как?

— Ну, деньгами, например.

— Тут точно не скажу, не уверен я. Но в моей практике было несколько случаев, когда сильно пострадавшие преступники во время суда над ними, уже выглядели вполне бодрыми.

— Вы можете поговорить с этим лекарем? Обещайте ему все, что он потребует, лишь бы вылечил Адрика.

— Тут тоже возникли некоторые сложности. В последние два дня вокруг меня какая-то возня началась. Со мной вдруг начали заводить разговоры на политическую тему, с явной попыткой выведать мои взгляды на ситуацию в королевстве. Даже попытались втянуть меня в какую-то группу поддержки принца Гарлина.

— Похоже на провокацию.

— Вот и я так думаю. И за мной не то чтобы следят, но приглядывают, я чувствую. Такое впечатление, что кто-то ведет учет, что делаю, куда хожу, о чем говорю. И боюсь, что попытка облегчить судьбу виконта приведет лишь к ухудшению его положения и к большим неприятностям для меня.

— Как вы думаете, почему вдруг к вам возник такой интерес?

— Возможно, потому что пытался выяснить отношение людей к герцогу и к принцу. Действовал осторожно, прямо ни о чем не расспрашивал но, похоже, кто-то что-то заподозрил. Не исключено, что и на мой интерес к виконту Гиди обратили внимание.

— Да, в таком случае, вам лучше затаиться и вести себя так, чтобы никто не мог обвинить вас в чем-либо. Расскажите, как мне найти тюремного лекаря, где живет, где питается, есть ли у него слабости? Я сама попытаюсь договориться с ним.

— Это может быть опасно.

— Жизнь вообще опасная штука.

Ёзар Кенок, тюремный лекарь, жил недалеко от городской тюрьмы, расположенной на окраине северо-западной части Белиги. Обедать он предпочитал дома, благо его доходы позволяли жене заниматься только домашним хозяйством, а посему искать встречи с ним пришлось вечером, в небольшой таверне под названием Веселый окорок. Именно в этом заведении Ёзар, по сведениям Зерника, любил посидеть за кружкой пива после трудового дня проведенного в казематах.

Короткий зимний день уже закончился, и столица погрузилась густые сумерки, разбавленные редкими светлячками магических фонарей. Для окраин городов слабое освещение — обычное явление, и Белига в этом отношении исключением не являлась. Тем не менее, уличные светильники, даже такое в таком небольшом количестве давали возможность сориентироваться и найти нужный дом.

В самой таверне было светло, тепло и многолюдно. В зале оказалось довольно много женщин, и на только что вошедшую девушку, внимания особо не обратили. Все столики оказались заняты и, что печально, рядом с тюремным лекарем потягивали пиво двое уже основательно подвыпивших мужчин, которые никак не вписывались в предстоящий разговор.

За время, проведенное на Гемоне, Ольге довелось побывать в немалом числе трактиров и таверн. И каждый раз она замечала, что работники этих заведений с охотой вступают в разговор с вежливыми посетителями. Дворяне, маги и простые наемники чаще всего обращались к хозяевам заведений с высокомерием и пренебрежением. Бывали, конечно, и исключения. В свое время Ольга общалась с трактирщиком-магом, а в другом городе хозяин таверны входил в городской совет, и с ними обоими грубо разговаривали только ничего не понимающие новички, да и то недолго. Их быстро ставили на место либо сами трактирщики, либо их постоянные клиенты. Но в целом, посетители кабаков, харчевен и прочих местечек, где можно выпить и перекусить, почему-то считали, что если они платят кому-то деньги, то это ставит их в положение господина, причем чаще всего, грубого господина. На этом фоне уважительное отношение всегда вызывало положительный отклик и желание помочь приветливому клиенту, что часто помогало в затруднительных ситуациях.

— Добрый вечер! Я смотрю, все столики заняты, можно выпить кружку пива здесь, у стойки? — обратилась Ольга к хозяину.

Трактирщик, окинув взглядом посетительницу, быстро оценил ее удобную, качественную и дорогую одежду, и с приветливой улыбкой ответил:

— Разумеется госпожа! Вам какого светлого, темного, легкого, покрепче? Есть с ароматом яблока, меда, смородины.

— Светлого легкого, без добавок, и колбаски копченой нарежьте.

Уже через минуту перед Ольгой стояла кружка с отличным на вкус напитком и тарелка с одурманивающим запахом закуской. Сам трактирщик остался рядом с привлекательной и чем-то загадочной девушкой. Его богатый опыт общения с людьми говорил, что разговор еще не окончен. Так оно и оказалось. Сделав очередной глоток из бокала, посетительница сказала:

— Хорошее пиво, а с колбаской можно язык проглотить! Сами делаете?

— Пиво я покупаю. У меня договор с одним пивоваром, и жалоб на плохое качество его напитков, я пока от посетителей не получал. А колбасу да, сам копчу. У меня на заднем дворе сарай, так я приспособил его по коптильню. А разные рецепты еще от бабушки остались. В свое время она и открыла эту таверну.

— Многолюдно тут у вас. Всегда так?

— Ну, днем-то народу поменьше бывает, а по вечерам да, всегда многолюдно, даже чересчур, порой. Иной раз даже не всем мест хватает, вот как вам сейчас. Если хотите, могу поговорить с каким-нибудь клиентом, из тех, что поспокойнее, чтобы вы к нему подсели. Я тут почти всех знаю, незнакомых, поди, и нет никого. Хотя нет, вру, пару человек я вижу впервые, кроме вас, конечно.

— И часто к вам заглядывают посторонние?

— Ну, бывает, хоть и нечасто.

— Я хотела бы поговорить с одним из ваших посетителей с глазу на глаз, но он сейчас с компанией своих товарищей сидит. У вас не найдется местечка поукромнее, без посторонних ушей поблизости?

— Гм, у меня есть несколько отдельных кабинетов на такие случаи. Сейчас все свободны. С кем вы хотите поговорить?

— С Ёзаром Кеноком, он за столиком у стены сидит с двумя собутыльниками, — кивнула Ольга в направлении тюремного лекаря.

— О, господина Ёзара тут все постоянные посетители знают! Сейчас я передам ему ваше желание. Вам что-нибудь принести в кабинет? Закуски, какой, или вина?

— Я бы поужинала у вас. А господин Ёзар ел уже?

— Нет, он, как обычно, только пиво пил. Ест он дома, чаще всего. Но и от угощения, не отказывается.

— А что он любит?

— Свиную нарезку, салат из капусты, пироги с мясом курицы, бараньи ребрышки и красное полусухое вино.

— Если он согласится поговорить со мной, то несите всего, на двоих. Только постарайтесь пригласить его как-нибудь незаметно. Чтобы поменьше людей обратили на это внимание.

— Все сделаю, не волнуйтесь. Вы пока не отходите никуда, пусть он увидит, кто его приглашает. Внешний вид собеседника, знаете ли, большое значение имеет.

Спустя минуту, трактирщик уже склонился к уху лекаря, что-то прошептал тому, и после быстрого оценивающего взгляда Ёзара, подошел Ольге и предложил ей следовать за собой. За барной стойкой находился проход, ведущий в коридор, который заканчивался черным ходом. По бокам его находились двери, ведущие в приватные кабинеты. В одну из таких комнат, Ольгу и завели.

— Здесь вам никто не помешает. Сейчас я распоряжусь насчет вина и закуски, а господин Ёзар чуть позже подойдет.

Не прошло и пяти минут, как принесли заказанные блюда и вино, а затем, почти сразу, и лекарь подтянулся. Щуплый, невысокий мужчина лет пятидесяти или пятидесяти пяти, с острыми чертами лица, на голове залысины. Взгляд пристальный и умный.

— О, Резас сегодня расстарался, — сказал он, обозрев блюда на столе.

— Резас это…

— Это хозяин таверны, с которым вы недавно шушукались. Что же вы барышня не узнали его имени?

— Как-то не пришлось к слову. Но мы и так неплохо поговорили.

— Вы позволите? — спросил Ёзар, обводя рукой уставленный едой и напитками стол.

— Разумеется! Для того тут все и стоит. Я тоже проголодалась. Предлагаю сначала поесть, а потом уже попробуем обсудить мою проблему.

Готовили в таверне отлично. Не зря в ней так много посетителей, причем не оборванцев каких, желающих залить в себя дешевого пойла, а людей хоть и не дворянского происхождения, но с достатком, и немалым, судя по их одежде.

Ужинали неторопливо, перекидываясь ничего незначащими фразами, оценивающе приглядываясь, друг к другу.

— Ну что ж, давайте теперь и к делу перейдем, — произнес Ёзар, сытно отдуваясь. — Зачем вы искали встречи со мной?

— Я хочу, чтобы вы вылечили одного заключенного. Как мне стало известно, он находится в городской тюрьме и при этом тяжело ранен.

— Вы ведь, наверное, знаете, что я служу лекарем в этой тюрьме, не зря же ко мне обратились. Так почему вы решили, что я вашего знакомого, или кем он там вам приходится, еще не вылечил?

— Наверняка я этого не знаю, но наслышана, что денег на лечение преступников выделяется немного, а на некоторых вообще тратиться не хотят, поскольку их все равно казнь ожидает. Поэтому и озаботилась состоянием своего знакомого.

— И как же зовут вашего друга?

— Виконт Адрик Гиди.

— Гм, а вы знаете, что он государственный преступник?

— Оговорить человека легко, а вина Адрика, ничем не доказана. Я ведь не прошу, чтобы вы помогли ему бежать. Я просто хочу, чтобы он дожил до суда. По-моему, я не совершаю ничего противозаконного, а вы, как лекарь, даже обязаны лечить заключенных. В меру своих возможностей, конечно. Вот я и хочу эти возможности немного расширить для одного несправедливо обвиненного человека. При этом никто и ничто не пострадает. Правосудие свершится независимо от состояния здоровья обвиняемого, а сам обвиняемый будет меньше страдать, пусть и недолго. До казни, если суд признает, что он виновен. Да и вам данная ситуация не навредит. Вы всего лишь выполните свои обязанности, при этом приобретя дополнительный опыт в лечении, и немного улучшив свое материальное положение.

— Ну, вы вроде бы все верно изложили, и я действительно могу немного подлечить виконта.

— Насколько немного?

— До суда доживет, а там уже не от меня будет зависеть.

— Это меня устраивает. Что вам требуется для дополнительного лечения?

— Я вам сейчас напишу список лекарственных средств с указанием адреса, где их можно приобрести. Постарайтесь завтра все это купить, а вечером принесете сюда, в таверну. Лучше сразу кабинет снимите. Не хочу, чтобы посторонние видели наше общение. Ну и для меня лично, двадцать золотых приготовьте.

— А у вас что, своих лекарств нет?

— Что-то есть, чего-то никогда и не было. На лечение преступников, денег всегда немного выделялось, знаете ли. И учтите, что днем я работаю, и ходить по лавкам не имею возможности, а виконт находится в тяжелом состоянии, ему требуется операция, затягивать с которой рискованно. Так что вы уж постарайтесь сделать так, чтобы уже послезавтра, я мог для него начать что-то делать.

Лекарства, заказанные лекарем, оказались достаточно редкими, и действительно, чтобы найти все необходимое пришлось побегать по городу. Хорошо хоть Ёзар подсказал адреса лавок, торгующих нужными средствами, так что к вечеру Ольга уже имела на руках все, что требовалось, для лечения. Среди микстур затесался и один амулет. Его назначение удалось понять не сразу. Похоже, что основной его функцией являлось выведение инородных частиц из раны, в том числе и гноя. Учитывая, что Адрик получил ранение в грудь, наличие такого артефакта, не помешает.

В таверне Веселый окорок этим вечером было так же многолюдно, как и накануне. Не обнаружив в зале Ёзара, Ольга спросила о нем у трактирщика, который подтвердил, что лекарь еще не приходил.

— Подождете Ёзара здесь, у стойки, или сразу кабинет для вас подготовить? — поинтересовался хозяин заведения.

— Готовьте кабинет. И повторите вчерашний ужин.

Долго ждать не пришлось, уже минут через пятнадцать тюремный врач приветствовал Ольгу. Наличие накрытого для ужина стола привело его в благодушное настроение, и он с видимым удовольствием приступил к ужину.

— Что-то вы сегодня имеете усталый вид, — поделилась наблюдением Ольга. — Много работы?

— Да, какой-то беспокойный день выдался. Два перелома, вывих, три ножевых ранения, да еще и аппендицит оперировать пришлось.

— О, вы заключенным даже аппендицит удаляете?!

— Заключенным? Нет. Вернее могу и удалить, но только за дополнительную оплату со стороны родственников или знакомых преступника. Но сегодня я делал операцию стражнику из охраны тюрьмы. Бесплатно. В мои обязанности входит лечение не только воров и убийц, но и тех, кто их ловит и потом сторожит. Правда, не все болезни, а только травмы, ранения и всякого рода острые заболевания. А что-то серьезное и хроническое уже за дополнительную плату, или у другого лекаря.

— Виконта Гиди вы сегодня видели?

— Да. Лежит, бредит, у него температура поднялась. Дальше тянуть с лечением нельзя. Вы принесли, что требуется?

— Принесла все, что вы заказали. Вот, возьмите.

Когда с ужином было покончено, Ёзар собрался уходить.

— Посидите здесь еще минут пять. Мне не хотелось бы, чтобы наша встреча стала широко известна, — сказал он на прощание.

Ольга, как и просили, подождала немного, смакуя оставшееся в бокале вино, действительно очень приятное на вкус. Не зря Ёзар его предпочитает. Посчитав, что времени прошло достаточно, она покинула кабинет, прошла по короткому коридору, который вывел ее в общий зал, и резко остановилась, не в силах пошевелиться. Все мышцы будто задеревенели, так что невозможно было пошевелить ни рукой, ни ногой. Магический взгляд показал, что она находится под заклятием недвижимости. Медленно, но неотвратимо она стала заваливаться вперед, по ходу движения, и немного вбок. Но двое крепких мужчин успели подскочить и подхватить ее с двух сторон.

— Что же ты деточка так напилась-то, что даже стоять на ногах не можешь?! — довольно громко проговорил подошедший мгновением позже незнакомый маг.

Сделал это, он видимо на всякий случай, для возможных свидетелей, нечаянно обративших внимание на неловкую ситуацию, возникшую с юной девушкой. Затем, подойдя вплотную, уже совсем тихо, он продолжил:

— Сейчас я освобожу тебе ноги, и ты медленно, не делая резких движений, выходишь из таверны. Так будет лучше для всех, и для тебя в первую очередь. Поняла?

Лицевые мышцы под заклинание не попали, поэтому Ольга смогла ответить:

— Поняла. Я выхожу из таверны и не делаю резких движений.

Глава 11

Пытаться вырваться и убегать, смысла не было. Маг в любом случае успеет обездвижить. Звать на помощь, тоже, пожалуй, не лучшая идея. Трактирщик вон, взгляд отводит, хоть и имеет при этом виноватый вид, значит в курсе подоплеки происходящего. И это говорит о том, что вероятнее всего ее захватили не какие-нибудь бандиты, а представители неких силовых структур. А вот чем она им не угодила, и чего от нее хотят, узнать любопытно. Раз сразу убивать не стали, значит, её ждет беседа, а в ходе разговора, многое может проясниться.

— Ну, вот и умничка! — прокомментировал слова пленницы довольный маг, и тут же Ольга почувствовала, что вновь может шевелить ногами.

У входа в таверну стояла карета, в которую ее и завели. Экипаж оказался достаточно просторным, чтобы на широком сиденье кроме нее разместились еще и два конвоира. Маг устроился на сиденье напротив, изучающе вглядываясь, лицо девушки. Карета тронулась, и тут же в окошке мелькнул силуэт сопровождающего всадника. С противоположной стороны, также послышался цокот копыт. Точно, не бандиты это. Так нагло они действовать себе не позволяли, тем более в условиях чрезвычайного положения введенного Орхи.

— Хорошо держишься, — заметил маг. — Не боишься?

Ольга и сама еще не осознала свое отношение к происходящему. Внутренняя мобилизация, повышенная собранность, готовность к решительным действиям присутствовали, а вот страха не наблюдалось. Может, события слишком быстро произошли, и она просто не успела испугаться? А теперь, когда фаза наиболее активных действий перешла в состояние некоего ожидания, пугаться уже поздно. Что-то предпринимать для освобождения, пожалуй, преждевременно. Признаков явной угрозы для жизни, пока не заметно, так что время для принятия взвешенного решения по поводу дальнейших действий есть. Сейчас нужно попытаться проанализировать происходящее, и выяснить причину похищения. Однако маг задал вопрос, и надо бы что-то ответить, а для этого требуется определиться с линией поведения. После недолгих раздумий, вид юной испуганной девушки, показался ей наиболее подходящим для данного случая.

— Боюсь, но я стараюсь не показывать этого, — ответила она. — Кто вы такие, и что вам от меня надо? Вы бандиты? Вы меня похитили? А зачем? Выкуп хотите? Но за меня отомстят! Меня знают в королевском дворце.

— Догадываюсь, что знают. Как раз во дворец мы тебя и везем. И мы не бандиты, так что успокойся.

Карета действительно повернула в сторону центра города, а не к тюрьме. Что очень даже радовало, потому что необходимость предпринимать какие-либо действия для своего освобождения откладывалась на некоторое время. А главное, было очень интересно: кому во дворце она могла понадобиться? Из тех, кто её раньше знал, там остался в живых только один человек — герцог Орхи. Странно это. Где он и где недавно получившая дворянство девчонка! Может, сопровождающие еще чего скажут?

— Это хорошо, что вы не бандиты! А почему вы меня так грубо пригласили? Я однажды уже попадала в подобную ситуацию. Приехали, не дали переодеться, а на мне была одежда, подобная сегодняшней, только сапожки были коричневые, и куртка тоже, а не темно-синяя, как сейчас, и воротник у нее был не меховой, как у этой, а обычный. И вставки по бокам бежевого цвета на той были. Жаль, что я не могу пошевелить руками, а то я показала бы, где именно! Забыла, о чем это я? А, вспомнила! Так вот привезли меня во дворец, а там, оказывается, званый обед был. Как раз меня и позвали. А я не в платье! Потом тех, кто неправильно выполнил приказ, наказали! Вот вы, уверены, что верно поняли того, кто вас послал за мной? И кстати, кто это такой?

Во время разговора, Ольга создала заклинание для откачки энергии из сковавшего ее плетения. Конструкцию она разработала еще в Раминаке, поскольку ей очень не нравилась манера знакомиться, у некоторых не особо законопослушных магов, через обездвижение. Конечно, ее тело и само неплохо справлялось с подобной проблемой, но с заклинанием это происходит быстрее.

Вот и сейчас энергия бодрым ручейком потекла в ее организм, причем так живо, что пришлось срочно останавливать этот поток. А то еще заметит маг, что его плетение уже разрядилось, да и наложит новое что, в общем-то, не беда. А вот то, что он при этом насторожится — нехорошо!

Впрочем, по виду мага, не скажешь, что он хоть как-то контролирует пленницу. Весь в себя ушел. Вспоминает, кто и как ему отдал приказ, что ли? С минуту, наверное, переваривал и оценивал выданные ему указания, после чего «отвис».

— Распоряжение относительно вас мне выдал начальник, вряд ли вы его знаете. А по поводу того, насколько вежливо с вами следует обходиться, никаких инструкций я не получал.

— А как звучал приказ? Может, я вам чего посоветую дельное!

Маг скептически посмотрел на пленницу, и от помощи с ее стороны отказался:

— Спасибо, но я как-нибудь сам разберусь в своих отношениях с командиром.

Весь дальнейший путь конвоиры молчали, несмотря на попытки Ольги их разговорить. Впрочем, она не слишком усердствовала. В основном, пыталась сбить с мысли и не дать им сосредоточиться, чтобы они не вздумали выполнять свои прямые обязанности. Ведь ее так и не обыскали! Обездвижили, да и то лишь частично, и на этом успокоились. А ведь у нее на поясе кинжал висит. Не слишком большой, скорее среднего размера, но не заметить его, никак было нельзя! А, кроме того, имелся нож на предплечье под рукавом, еще один в сапоге, ну и под курткой перевязь на восемь метательных клинков. И это не считая того оружия, что находилось в пространственном кармане. Да что там говорить, с нее даже элар не сняли! Хотя, возможно, этому можно найти оправдание. Элар находится по скрытом, и как магический артефакт не определяется. А как магиню, Ольгу во дворце могли и не знать. Отличилась она в прошлом лишь тем, что смогла справиться с бандитами, пытавшимися убить Вемону во время королевской охоты, да неплохо себя показала во время боя с наемниками при попытке покушения на принцев. И магию при этом, она не применяла. Но все равно, как-то халатно служивые подошли к своим обязанностям. Или и, правда, получили невнятный приказ, оттого и не знают, как сейчас себя вести?

Карета подъехала к одному из боковых входов королевского дворца, неплохо освещенного магическими фонарями, так что спутать его с каким-либо другим зданием, было трудно, и остановилась напротив несущих караул стражников.

— Выходим из кареты, не делаем резких движений, и дальше следуете за мной, — распорядился маг.

По дворцу долго не разгуливали. Почти сразу у входа находилась большая комната, судя по деревянным лежакам, длинному столу, стоящему в центре и большому количеству табуреток, это было что-то вроде караульного помещения, где отдыхали находящиеся на дежурстве стражники. Как раз сейчас здесь находилась пятерка воинов, трое из которых играли в карты, а двое лежали, закинув ноги в сапогах на спинку топчана.

Ольге приказали сесть на одну из табуреток, что она беспрекословно и выполнила. Затем один из участвовавших в ее захвате мужчин вышел. Остальные сели за стол, и начали обсуждать какие-то свои дела и взаимоотношения в подразделении, изредка бросая взгляды на пленницу. Ждать пришлось минут пять, на протяжении которых любопытные караульные пытались разговорить своих только что прибывших товарищей и выяснить, кто такая эта девчонка, и зачем ее сюда привели. Однако в ответ получали лишь отговорки, да советы обратиться со своими вопросами к командиру, отдавшему приказ. Ольга за все это время, не произнесла ни слова, за что удостоилась от мага не одного одобрительного взгляда.

Наконец, уходивший стражник вернулся, что-то негромко сказал командиру, после чего Ольгу вновь куда-то повели. На этот раз идти пришлось дольше, и конечным пунктом этого похода оказалась комната, расположенная на втором этаже дворца.

Это помещение являлось, скорее всего, чьим-то кабинетом. Письменный стол из красного дерева, большое, на вид удобное кресло за ним, резные шкафы вдоль стен: все говорило, что это рабочее место человека облеченного немалой властью.

Пленнице вновь приказали сесть на один из стульев, несоизмеримо более удобный, чем предыдущая табуретка. Сами стражники тоже разместились кто рядом, по бокам, а кто напротив нее, и вновь потянулось ожидание. В это раз затеять разговор Ольге не удалось. Ее охранники были напряжены, словно опасались какой-то неприятности, и явно тяготились своим присутствием в этом кабинете.

За прошедшее время энергия из сковывающего плетения утекла, но маг этого так и не заметил. Впрочем, Ольга и сама отметила этот факт лишь мельком. Она все гадала, кто и зачем приказал доставить ее сюда, и прикидывала свои действия в зависимости от того, как будут развиваться события дальше.

Наконец, дверь открылась, и вошла еще одна пятерка вооруженных людей, один из которых, оказался магом. Только что вошедшие люди отличались от захвативших ее стражников. Более решительные, что ли, да и на своих сослуживцев, находящихся в комнате, они посматривали свысока и даже с некоторым пренебрежением. Форма у них тоже отличалась покроем и черным цветом камзола.

Вновь прибывший маг тут же бросил на Ольгу еще одно обездвиживающее заклинание, так что теперь она вновь могла только вертеть головой и говорить. Но этого ему показалось мало:

— Обыскать! — приказал он.

Пленницу тут же лишили кинжала на поясе и перевязи с метательными клинками. Однако прощупать руки и ноги, не удосужились. Сразу видно, что в полиции обыскивающие не служили. Так что ножи на предплечье и у лодыжки, они не обнаружили.

— Вот как, господин Ривус?! Привели во дворец вооруженную преступницу?! — воскликнул новый маг. — Участвуете в заговоре против короля?

— Да что вы такое говорите, господин Керос! — с некоторым испугом начал оправдываться Ривус. — Какой заговор? Мне приказали ее только доставить, что я и сделал. А вооружена она, или нет — не имеет значения. Под заклинанием неподвижности, кинжал ей ничем не поможет.

— А это что? — Керос подошел к Ольге и, не церемонясь, расстегнул на ней куртку и рубаху, под которыми обнаружил элар и амулет пространственного кармана. Но на невзрачный мелкий камушек, висящий на серебряной цепочке, который открывал доступ к скрытому хранилищу, он внимания не обратил. Тот совершенно не фонил магией, поскольку все основные плетения находились сейчас в подпространстве, кроме плетения доступа. Но последнее, пока на него не подашь нужную комбинацию для открытия, никак себя не проявляло. Зато элар при внимательном взгляде, маг ни с чем не перепутает.

— Вы полагаете, что магиня, имеющая доступ к элару не сможет снять наложенное на нее заклятие? — продолжил Керос, снимая при этом с Ольги кулон с изумрудом.

— Мне не сообщили, что она маг, — растерянно проговорил Ривус.

— А просто проверить этот факт, вам убеждения не позволили? Я временно отстраняю вас от службы, до окончания проведения расследования вашей преступной халатности. А пока вы, вместе со своими подчиненными ступайте в комнату отдыха, и ждите там. Вами я займусь чуть позже.

Гвардейцы, захватившие Ольгу, вышли из кабинета, при этом и от мага, и от простых стражников так и тянуло неприязнью, и даже ненавистью к только что прибывшим людям. Керус, еще раз, на всякий случай наложил на пленницу заклятие неподвижности и распорядился:

— Сэрк, сообщи его величеству, что можно заходить.

Один из стражников вышел из кабинета, а уже через минуту вернулся, почтительно сопровождая человека, присвоившего себе трон королевства. Остановившись перед Ольгой, герцог Орхи неторопливо оглядел сидящую девушку. Во взгляде его мелькнуло разочарование.

— Это всего лишь ты! Как там тебя зовут? А-а, неважно! Снова ты влезла в не свое дело. Вставать перед королем, тебя до сих пор не научили?

— Я не виновата! Это все ваш маг устроил: он меня обездвижил. Думаю, он нарочно так сделал, чтобы унизить вас и выставить в неприглядном свете меня.

Ольга решила немного повредничать. Ей тоже не понравились как стоящий рядом маг Керус, так и его подчиненные. Да и понаблюдать за реакцией герцога и мага на ее слова, было любопытно. Кроме того, она вновь воспроизвела плетение, откачивающее энергию из сковывающего ее заклинания, и хотела немного потянуть время, чтобы получить возможность двигаться.

Герцог ее реплику проигнорировал, а вот маг злобно зыркнул, но ничего не сказал. Пришлось Ольге самой поддерживать разговор:

— А кого вы ожидали обнаружить на моем месте, что так разочаровались когда увидели меня? — спросила она герцога.

— Рассчитывал, что это Вемона за своим братцем прискакала. Слабая была, конечно, надежда. Не до такой же степени она дура! А жаль! Попади она ко мне в руки, и проблема с Гарлином, считай, решена. Мне докладывали, что у виконта Гиди нет невесты, и беспокоиться о его здоровье, кроме сестры и родителей некому. А тут, оказывается ты, неизвестно откуда всплыла. Все время суешь свой нос в дела, которые тебя не касаются!

— Я сама решаю, что меня касается, а что нет, и вполне обходилась, и буду обходиться в будущем без ваших советов и указаний.

— Насчет будущего, ты сильно не рассчитывай, нет у тебя его, — усмехнулся Герцог. — Несколько минут, пока я с тобой разговариваю, тебе и осталось.

— Захотелось выговориться? Вам не с кем поделиться своими мыслями? — спросила Ольга.

— Да нет. Просто немного забавно разговаривать с живым покойником.

— Разговаривать со своим братом и племянником вам тоже было забавно, перед тем как вы отдали распоряжение убить их?

Орхи, услышав эти слова, помрачнел что, в общем-то, было нормальной реакцией, а вот маг повел себя странно. Взгляд его стал напряженным, а потом от него в сторону герцога пошли волны какого-то неизвестного, слабо насыщенного энергией заклинания. Герцог как-то сразу успокоился, и уже поворачиваясь к выходу, распорядился:

— Мне все равно как она умрет, главное, не затягивайте с этим.

Стражники, сейчас находящиеся в кабинете, явно не были профессиональными телохранителями. Да и сомнительно, что здесь на Гемоне кто-нибудь занимался подготовкой специально обученных людей, для этих целей. Вот и получилось, что все пять охранников, включая и мага, как только герцог заговорил, перевели взгляды на него, выпустив из виду пленницу. Возможно, тут сказалось еще и то, что раньше об этой Оле они и не слышали, а выглядела девчонка, совершенно безобидно. Впрочем, вряд ли им помогло бы даже пристальное наблюдение за только что приговоренной к смерти девушкой. Уж очень велика была разница в подготовке и возможностях противников. А преимущество в численности обесценивалось внезапностью возникшей схватки.

Сковывающее плетение к этому времени уже лишилось энергии, так что двигаться Ольге, уже ничто не мешало. Мгновенно выхваченным из ножен на предплечье коротким клинком, она ударила самого опасного из присутствующих человека — мага. Сняв с пленницы элар, тот не удосужился отойти от нее, поэтому даже не успел заметить, как только что сидевшая на стуле девушка, вдруг оказалась на ногах. И уже гаснущим сознанием понял, что истекает кровью, сильными толчками выплескивающуюся из горла.

Вторым умер герцог. Вряд ли он был сильным воином, но он буквально светился амулетами в магическом зрении. Так что рисковать Ольга не стала, и ударом ножа в почку перечеркнула все планы Орхи на будущее. Теперь, в независимости от того, как сложится ее личная судьба, в Ларии остался только один претендент на престол — Гарлин. Несовершеннолетний сын герцога взойти на трон не мог и в силу своей юности, и по той причине, что короноваться Орхи не успел, следовательно, власть предыдущей династии не прерывалась, поскольку герцог по всем канонам мог считаться только временным правителем.

Мысль о том, что у Гарлина конкурентов не осталась, мелькнула и исчезла. Проблема в виде четырех опытных воинов, которые уже осознали, что происходит, сама собой не рассосется, и ее нужно было решить как можно быстрее. В ближайшего охранника герцога, уже успевшего схватиться за рукоять своей сабли, полетел все тот же нож, от которого уже умерли и сам Орхи и его маг, причем попал удачно, в горло. Осталось трое противников, а у нее пустые руки. Зато успело активироваться управление пространственного кармана, так что к удивлению врагов, у только что безоружной пленницы, в руке появилась сабля, выхваченная, казалось, из ее собственной груди.

Дальше у Ольги сработали отработанные до автоматизма навыки боя против нескольких противников. В школе боевых искусств Раминака, под конец учебы, против нее выставляли не меньше трех бойцов, причем похвастаться победой над ней, более многочисленным соперникам, так и не довелось. Неудивительно, что и этот реальный бой закончился быстро и с разгромным счетом, когда в живых остался только один. А вернее одна единственная девушка из находящихся ранее в кабинете семи человек.

Остановившись посреди комнаты, Ольга прислушалась. Единственный звук прозвучал совсем рядом — судорожный всхлип не сразу умершего противника, да и тот сразу затих ввиду смерти издавшего его человека. За дверью тоже вроде все было спокойно, а проверка показала, что в коридоре в момент схватки, никого не было, так что поднять тревогу оказалось некому. Не ясно было, почему у двери не стояли часовые. Скорее всего, кабинет, в котором произошла схватка, принадлежал не особо высокопоставленному чиновнику, и дополнительную охрану к нему никогда не назначали, а все сопровождавшие герцога зашли вслед за ним вовнутрь.

Вновь прикрыв дверь, ведущую в коридор, Ольга вернула свое ранее изъятое оружие, сваленное на столе, и элар, выпавший из рук мага. Затем обыскала всех присутствующих. Деньги, в небольшом количестве оказавшиеся у всех, она не тронула. Собрала только амулеты, которых у герцога и мага оказалось немалое количество.

Элар мага представлял собой браслет из серебристого металла, плотно охватывавший его руку. Снять магическое устройство удалось не сразу. Если бы не способность Ольги различать тончайшие плетения, то хитрую застежку, удерживаемую заклинанием, расстегнуть вообще не получилось бы. Беглый осмотр украшения показал, что для его изготовления использовалась платина.

Драгоценные металлы и камни Ольга уже давно научилась определять, поскольку маги старались создавать амулеты именно на их основе. Так что и Рестина, а позже и Дарал уделили некоторое время для восполнения пробелов в знаниях своей ученицы по способам распознавания и обработки различных материалов. Однако платина — хоть и известный магам металл, использовался для создания артефактов редко. И добыть его ничуть не легче чем золото, и в обработке он не прост из-за своей тугоплавкости. Так что сам факт использования этого платины в амулете, вызвал некоторое удивление.

Основные плетения амулета были заключены в большой и красивый рубин, а кроме него в браслете находилось четыре бриллианта, размером поменьше, но тоже немаленьких. Использовались алмазы, как накопители, что было нехарактерно как для западных, так и восточных магов, которые не приветствовали наличие посторонних магических структур в одном корпусе с эларом.

Сам мертвый маг, тоже выглядел странно. Необычно резкие черты лица, немного отличающийся стиль в одежде, смоляные волосы, все эти отклонения по отдельности встречаются не так уж и редко, но в совокупности создавали впечатление некоей инородности. К сожалению, теперь его не расспросишь о том, кто он такой. Хотя, скорее этому нужно радоваться. Судя по всему, человек этот был опытным и опасным в бою и то, что его удалось убить в самом начале стычки — большая удача.

Еще с убитых удалось снять большое число перстней, а у герцога имелся и кулон с неизвестным замысловатым плетением. Заклинания в амулетах оказались весьма сложными, и сразу определить их назначение не получилось. А для внимательного анализа магических конструктов, сейчас не время.

Сбор трофеев принес кроме интересных артефактов еще и спокойствие. Все-таки схватка с превосходящим числом противником — это выброс адреналина и мобилизация всех сил организма, и для того чтобы вернуться к обычному состоянию, требовалось некоторое время. Да и убивать правителя страны, доводилось не так уж и часто. Пока только счет открылся. Так что теперь неплохо бы задуматься о дальнейших действиях. А то, как бы, не наломать дров. Все-таки опыта в совершении государственного переворота нет никакого. Ну, и подумать о том, как самой не сгинуть, тоже не мешает. Кто знает, может, дворцовая охрана настолько была предана герцогу, что захочет отомстить его убийце.

Однако с обдумыванием ситуации получалось не слишком. Не то чтобы никаких мыслей не возникло, но все они самой показались бредовыми. Впрочем, одну из них, Ольга решила реализовать. Поэтому достав из пространственного кармана переговорный амулет, она вызвала Гарлина. В конце концов, именно ему предстоит править в дальнейшем, так что пусть и начинает размышлять об этом уже сейчас.

Принц отозвался почти сразу, видимо свою половину устройства связи постоянно носил с собой.

— Здравствуй Оля! Что-то ты сегодня рано решила поговорить. У тебя все в порядке?

— Скорее нет, чем да. Я только что убила герцога Орхи, и теперь не знаю, что делать дальше. А это меня беспокоит и раздражает. Может, подскажешь чего по этому поводу?

Как и следовало ожидать, Гарлин от новости растерялся, и первым делом потребовал подробного рассказа о произошедших событиях. Когда Ольга закончила свое повествование, он долго молчал, а потом сказал:

— Единственное, что мне приходит в голову это то, что мне надо срочно отправляться в столицу. А тебе не мешало бы затаиться, пока все не нормализуется.

— А как оно нормализуется, если никто этим не займется? Тебе ехать не меньше недели, за это время в городе чего только не произойдет! Да и Адрика еще надо из тюрьмы вытащить, а то он там так и помрет. И о твоей сестре нужно позаботиться. А она сейчас в герцогском замке Орхи. Ведь сподвижники герцога могут и убить ее в отместку, или начать шантажировать тебя ею. Так что и тут надо что-нибудь предпринять. Хорошо бы найти человека, который пока заменит тебя в столице на время. Ты ведь знаешь бывших министров и генералов, наверняка среди них найдется подходящий, который сможет проследить за порядком.

— Понимаешь, я ведь уже три года бывал в Акерге только наскоком, и мои сведения о политических группировках весьма скудные. А о событиях, что произошли в столице после переворота, я вообще получаю сведения только от тебя. Я не знаю кто, какую позицию занял относительно герцога Орхи после смерти отца и боюсь посоветовать тебе в помощники человека, который является предателем. В общем, слушай: я назначаю тебя комендантом Акерги до моего возвращения. Ты имеешь право назначать любого человека на любую должность. Согласись, тебе на месте легче распознать, друг перед тобой, или враг. Документ о полномочиях у тебя есть, пользуйся им.

— Документ-то есть, но что я сделаю одна, без команды?!

— Честно говоря, я и сам не знаю, как тут быть. Если встретишь упорное сопротивление от подручных герцога, не рискуй. Затаись где-нибудь и жди меня с войском.

На этом, в общем-то, разговор и закончился. Времени на пустую болтовню у Ольги совершенно не осталось. Что-нибудь следовало предпринять до того, как герцога начнут усиленно искать. Ситуацию можно было перевернуть в свою пользу, только захватив инициативу. А начни стражники ловить преступника, который убил герцога, что-нибудь доказать им, уже вряд ли получится. Бюрократические шестеренки завертятся, и перемелют все, что попадется им на зубья.

Сейчас, вечером, хоть и не слишком поздним, герцога могли и не хватиться. По государственным делам его начнут искать уже утром. Неизвестно, правда, где находится его жена. Здесь, в королевском дворце, или в замке Орхи. Но даже если она тоже в столице, не обязательно она сразу поднимет шум из-за отсутствия мужа в постели. Но скорее всего, она все-таки находится рядом с сыном в своем поместье. Так что, пожалуй, на два или три часа до поднятия тревоги можно рассчитывать. А при удаче, так и до утра никто не встревожится по поводу отсутствия правителя. Но сильно рассчитывать на это, все же не стоит.

Проблема была в том, что у Ольги просто нет знакомых во дворце, чтобы посоветоваться. А как в одиночку захватить власть в большом городе, который к тому же является столицей королевства? Хотя, если подумать, кандидатуры для вербовки есть. Стражники, что привели ее в этот кабинет, явно испытывали неприязненные чувства к тем, что пришли с герцогом. На этом можно попробовать сыграть. Ну, а в случае неудачи, придется уже убегать и прятаться.

В кабинете имелось большое зеркало, глядя в которое Ольга привела свой внешний вид в порядок. За придворную даму ее, конечно, никто не примет, но и оборванкой какой-нибудьона уж точно не выглядит. Открыв дверь, Ольга с решительным видом направилась в сторону черного выхода из дворца.

Главы 12 и 13

Глава 12

К черному ходу шла минут пять. Сказывались немалые размеры дворца. За это время встретилось несколько слуг, которые избегали смотреть уверенно вышагивающей девушке в глаза и старались побыстрее уступить дорогу. Никаких сомнений в том, что она имеет право здесь находиться, ни у кого из них не возникло. Вооруженных людей, к счастью, встретить так и не довелось. Скорее всего, эта часть здания редко посещалась правителями, а тем, кто тут работал, дополнительная охрана не требовалась. Так что до караулки, удалось добраться без приключений. Остановившись перед комнатой, и еще раз мысленно прокрутив порядок своих действий, Ольга резко открыла дверь и вошла вовнутрь.

Времени с ее первого появления здесь прошло не так уж и много, потому охранники, ещё не сменились. Все те же десять стражников, из которых пятеро, участвовавших в ее захвате. Половина из присутствующих посмотрела на Ольгу с любопытством и вопросом в глазах: что ты тут потеряла? А те, кто сопровождал ее на встречу с герцогом, были очень удивлены. Не ожидали, что арестованную девушку, так быстро отпустят.

— Так, ребята, вас срочно зовут, все следуем за мной! Вопросы есть? — не дав много времени на размышление, распорядилась Ольга.

— Кто нас зовет, и зачем? — спросил знакомый маг, Ривус, как помнится.

— Лишние подробности вам пока знать не следует. Но вы ведь помните, с кем я оставалась в кабинете?

И не солгала, и в замешательство привела, как и планировалось. Пусть сами додумывают, кто и зачем их зовет.

— Всем идти? — спросил незнакомый маг и, видимо, командир второй пятерки стражников.

— Да. И не заставляйте себя ждать.

Для завершения государственного переворота, который неожиданно для самой себя начала Ольга, требовалось привести в подчинение большую часть стражников и королевских гвардейцев. И если не получится сейчас перевербовать этот десяток, то тогда вообще лучше, следуя совету Гарлина, затаиться до его возвращения. Потому и решилась рискнуть. Сейчас, пока тревога еще не поднята, может и получится скрыться, в случае неудачи.

Ольга развернулась, вышла из караулки, и отправилась назад, к кабинету, где лежал убитый герцог. Немного замешкавшись, за ней потянулись участвовавшие в ее захвате стражники, а затем, после недолгих колебаний, и вторая пятерка караульных. Так и прошествовали до самого кабинета: впереди Ольга, а за ней на некотором расстоянии десять вооруженных мужчин. Но у стороннего наблюдателя даже предположения не возникло бы, что девушку ведут под конвоем. Во-первых, сабля, сейчас не спрятанная в пространственный карман, а пристегнутая на поясе, как бы намекала, что она при исполнении. А во-вторых, ее решительный вид, и некоторая неуверенность в движениях и взглядах стражников, говорил скорее о том, что это предводитель куда-то ведет своих подчиненных.

Когда Ольга зашла в кабинет, за ее спиной, в дверях, возникла заминка. Шедший вслед за ней маг Ривус, увидев трупы, остановился, создав затор в нешироком проходе.

— Проходите, не создавайте толпу у входа, — распорядилась Ольга.

— Это что? — немного дрожащим голосом спросил Ривус, отходя, тем не менее, от двери.

— Сейчас поясню, пусть все соберутся.

Уже то, что маг не стал громко орать и делать какие-либо попытки напасть, было очень хорошо. Остальные стражники, видя внешне спокойную реакцию Ривуса на открывшуюся картину, повели себя так же. Пример бывает очень заразительным. Начни маг кричать и истерить, неизвестно как все повернулось бы.

— Закройте дверь, пожалуйста, — сказала Ольга, и после того, как один из стражников выполнил ее просьбу, продолжила:

— Чтобы сразу отринуть все ваши сомнения, сразу заверю, что вы видите герцога Орхи и его охранников, один из которых маг Керос. Можете убедиться, что все они мертвы.

— Кто их убил? — спросил Ривус. То, что это могла сделать стоящая рядом девушка, он даже предположить не мог.

— Сейчас вам это знать не нужно. Подумайте лучше вот о чем. До сих пор на трон было два претендента: герцог Орхи и принц Гарлин. Теперь, когда герцог Орхи умер, остался только…

— Принц, — продолжил мысль Ривус.

— Вот именно. Он в любом случае стоял на первом месте в очереди на престол, что бы там ни говорили. А теперь, в связи со смертью герцога, и вопросов никаких нет по поводу того, кто будет королем. И те, кто поможет принцу прийти к власти, может рассчитывать на благодарность, как в виде денег и земель, так и в продвижении по службе. Сейчас у вас есть возможность перейти на сторону принца, и тем самым оказаться в команде победителей.

— И что мы должны делать? — спросил Ривус.

— Если говорить обобщенно, то выполнять мои распоряжения.

— А кто поручится за то, что вы представляете именно принца? Я что-то сомневаюсь, что он доверился какой-то девчонке, — заявил командир второй пятерки стражников.

— Сомнения ваши понимаю, но они легко разрешимы. Ознакомьтесь с этим документом. Дона Оля Лаэция, на которую он выписан — это я.

С этими словами Ольга вынула и пространственного кармана документ, который подтверждал ее полномочия, как представителя Гарлина. Для сторонних наблюдателей, которыми в данном случае являлись стражники, она достала его из-за пазухи. Взявший первым лист гербовой бумаги Ривус, внимательно ознакомился с его содержимым, после чего передал второму магу.

Ольга, между тем, продолжила:

— Обратите внимание на подпись и магическую печать. Вам, как дворцовым магам, она должна быть знакома. Ну, а если вам этого мало, то посмотрите на этот перстень. Она уже успела достать, надеть на палец кольцо с королевской печаткой, и сейчас активировала его, отчего над рукой появилось объемное изображение герба королей Ларии.

— Перстень королевского наместника! — тут же опознал артефакт Ривус. — Откуда он у вас?

— Мне его дал принц, как и тот документ, с которым вы только что ознакомились. Вы должны знать, что перстень привязывается к ауре, иначе я не смогла бы его активировать.

— Да, это так. Я вижу, что он у вас по праву.

— Надеюсь, этих доказательств того, что я действительно являюсь представителем принца, достаточно?

— Что от нас требуется?

— Прежде всего, вы должны дать четкий ответ. Вы согласны выполнять мои распоряжения?

— Да, — ответил Ривус.

— Я тоже присоединяюсь, — чуть помедлив, сказал второй маг.

Вслед за командирами, свое согласие подчиняться Ольге, выразили и остальные стражники.

— Теперь давайте поговорим о том, что нужно сделать именно сейчас. Тут мне понадобится ваш совет. Вы можете прояснить для меня обстановку во дворце и в целом по городу. Кто, узнав о смерти герцога, легко перейдет на сторону принца, кто будет сомневаться, а кто будет упираться до последнего, надеясь…. Даже не знаю, на что эти люди могут рассчитывать.

— Думаю, что те, кто служил в охране дворца при короле Мастрике, а так же старая гвардия, поддержат принца. Неприятностей можно ждать лишь от тех, кто появился в столице вместе с герцогом во время и сразу после переворота. Правда, на сторону герцога сразу переметнулся начальник гвардейцев генерал Лецис Зарда. А, еще начальник полиции Дрим Солид и его заместитель, тоже сохранили свои должности. Остальных командиров в армии и гвардии герцог отправил в отставку. На их место он назначил своих людей, — ответил Ривус.

— Откуда герцог их взял? Вы их знаете?

— Вот что удивительно, никто из старых служащих никогда раньше их не видел, и даже не слышал о них. Думаю, это какие-то наемники, с которыми герцог и раньше имел дело. Я как-то раз был свидетелем того, как маг Керос, который вот лежит мертвый, разговаривал с герцогом, и у меня сложилось мнение, что они давно знакомы.

— И много таких наемников во дворце?

— Около сотни. Герцог доверял только им. Они и несут охрану его покоев, кабинета и тронных залов. И мага этого, тоже они охраняли.

— Что, вся сотня без отдыха и перерывов?

— Нет, они разбиты на пять отрядов по двадцать человек. Вот по очереди и ходят в караул. И они так просто не сдадутся. Могут попытаться посадить на трон сына герцога. Так что их надо сразу убрать, пока они не знают о смерти герцога.

— А в замке Орхи гарнизон какой-нибудь остался? Сыну ведь герцог оставил хоть какую-нибудь охрану? Да и принцессу Нисалию, по слухам, туда тоже перевезли.

— Я слышал, что в замке Орхи около пятидесяти гвардейцев герцога. И да, принцесса Оранда, тоже там находится.

— Значит, в первую очередь нужно разобраться с сотней наемников Орхи здесь, в столице. Где они живут, в одном месте, или расселились по городу кто, где хочет?

— Герцог снял для них три постоялых двора, вот большинство наемников, там и живет.

— Хорошо бы под утро их всех и захватить. Вот только нужно найти еще союзников. Кого, по-вашему, можно привлечь?

Постепенно стражники вышли из некоторого заторможенного состояния, в которое они впали от известия о смерти герцога и как результат, у них появились конструктивные мысли по поводу дальнейших действий для захвата власти в столице. По их мнению, все старослужащие, из охраны дворца, по должности не старше сотника, с радостью поддержат принца. А вот на более высокие командные посты, герцог поставил наемников, которые, вероятнее всего, будут стараться удерживать свою власть. Через два часа на охрану дворца должна заступить ночная смена. Причем это касалось как прежних стражников, так и пришлых, которые заменили гвардейцев, и несущих караул у королевских покоев. Командир у каждого отряда был свой, но полусотник внешней охраны, к которой относились и только что перевербованные стражники, находился в подчиненном положении по отношению к командиру внутренней.

Пересменка грозила преждевременным раскрытием того факта, что герцог мертв, что в свою очередь, могло повлечь за собой боевые столкновения с никому ненужными жертвами. Поэтому разоружить пришлых гвардейцев, требовалось до этого опасного момента.

— Насколько решителен ваш командир, согласится он напасть на наемников Орхи?

— Он выполнит любой приказ, но нужно, чтобы он убедился в смерти герцога и в ваших полномочиях, — заверил Ривус.

— Тогда ведите его сюда, только не говорите ему ничего, а то, как бы он не вздумал тревогу поднять. Скажите просто, что ему приказано явиться в этот кабинет.

Через несколько минут стражник, отправленный за полусотником, вернулся вместе с командиром — грузным, высоким мужчиной лет сорока, с озабоченным из-за внезапного вызова лицом. Увидев трупы, тот замер, а затем спросил:

— Что за хрень тут происходит?! И кто приказал мне сюда прибыть?

— Ваши глаза вас не обманывают, вы видите тело герцога Орхи и его мага Кероса. А приказала вам сюда явиться вам я, дона Оля Лаэция.

— А кто ты такая, дона Оля, что приказываешь полусотнику охраны дворца?

— Я временный представитель принца Гарлина в столице, назначенная им комендантом и дворца и города до его прибытия в Белигу. Вот документ, подтверждающий мои слова, а так же можете увидеть на моем пальце перстень королевского наместника. Сейчас вы должны признать мой статус, а в дальнейшем, выполнять мои приказы. Не спешите принимать решение, времени на размышление я даю вам много, целых пять минут. Можете посоветоваться со своими подчиненными.

Пяти минут полусотнику хватило с избытком. Соображал он, видимо, быстро, однако перед своим ответом поинтересовался у подчиненных:

— Вы как, приняли ее предложение?

Получив утвердительный ответ, командир стражников озвучил свое решение:

— Я, полусотник охраны королевского дворца Ортаз Ренос присягаю на верность принцу Гарлину, и признаю Олю Лаэцию представителем принца в столице. Приказывайте!

— Вот с приказами у меня имеется некоторое затруднение, — призналась Ольга. — Герцог Орхи скончался внезапно, и скажем так, несколько внепланово. Поэтому сейчас у нас есть только всеобъемлющие задачи, а что нужно сделать конкретно, чтобы их решить, мы должны подумать вместе..

— И что же это за задачи?

— Арестовать или ликвидировать, если будут оказывать сопротивление, всех приближенных герцога, и его наемников. Привести в мое временное подчинение всю дворцовую охрану, гвардейцев, армию и полицию. Обеспечить спокойствие и нормальную жизнь в столице до прибытия принца. Вроде все. Может, что-то и упустила, не страшно, планы можно будет и позже подправить, если понадобится.

После короткого совещания, в котором участвовали все присутствующие стражники, решили, прежде всего, как можно больше увеличить численность преданных принцу охранников дворца, общая численность которых составляла триста человек. Это не считая сотни наемников герцога, которых как раз и следовало нейтрализовать как можно скорее.

Командиром внешней охраны герцог назначил своего ставленника, так же как и его заместителя. Однако средний и младший командный состав остался прежний, сформированный еще при покойном короле. Выскочек военные не любили, и между новыми начальниками и их подчиненными тлела скрытая до поры до времени неприязнь.

Вот в первую очередь, всех средних и младших командиров, а затем и их подчиненных вызвали во дворец. По мере прибытия охранников, им показывали тело герцога, после чего требовали от них признания принца единственным наследником короля. Ввиду отсутствия альтернативы, ни от одного человека, отказа не последовало. Так что ближе к полуночи вся внешняя охрана дворца уже подчинялась Ольге.

Теперь наемники покойного герцога находились в меньшинстве, и особой опасности уже не представляли. Однако, хотелось избежать ненужных жертв, поэтому подготовку к захвату недружественных воинов планировали коллективно и со всей серьезностью.

К счастью, люди герцога так и находились в неведении о том, что их наниматель уже мертв. А за те дни, что прошли после переворота, не произошло ни одной попытки свергнуть узурпатора, и это способствовало тому, что наемники расслабились. Они по-прежнему исправно несли службу, но былую настороженность растеряли.

Заступившие на ночную смену приспешники покойного герцога, ничего не заподозрили. В большом королевском дворце скрыть немалое число находившихся в нем лишних воинов, оказалось нетрудно. Вражеских наемников, пришедших на дежурство, пропустили беспрепятственно, так что те ничего не заподозрили, а вот тех, кто сдал пост и отправился на отдых, при выходе из дворца скрутили, связали, после чего оставили под охраной в одном из служебных помещений.

Находящихся в карауле, брали всех сразу, одновременно. Благо подавляющее численное преимущество это позволяло. Тут, правда, без звона сабель, раненых и двух убитых наемников, не обошлось. Но главное было сделано: дворец полностью перешел под контроль сил, верных Гарлину.

Но на этом останавливаться было нельзя. Где-то в городе развлекались и отдыхали воины герцога Орхи, свободные от дежурства, и их следовало выловить всех, пока они в неведении о кардинальном изменении своего статуса. А то разбегутся, ищи их потом. Не хотелось, чтобы в замке Орхи, в котором прятали принцессу Нисалию, раньше времени узнали о провале планов герцога. А еще необходимо было нейтрализовать назначенных герцогом командиров в гвардии и армии, а также всех, кто добровольно сотрудничал с ним.

В общем, всю ночь стражники мотались по городу, вылавливая вражеских воинов, а также отыскивая старых гвардейцев и армейских командиров, которых затем привозили во дворец, чтобы показать мертвого герцога. К утру, основную часть работы по укреплению власти принца в столице, оказалась завершена. Ставленники Орхи и предатели, переметнувшиеся на его сторону, а может даже, и участвовавшие в перевороте арестованы, в результате большая часть воинских формирований подчинялась Ольге.

Вот только с руководством всеми этими людьми, вопрос пока не решился. Большинство командиров и руководителей верхнего звена королевства продолжали находиться в заключении. Как-то не до них пока было. Не брать же штурмом тюрьму, охранники которой добросовестно несли свою службу. То, что в ней сейчас находились и законопослушные граждане — не вина стражников.

Тюрьма входила в состав полиции, которая сама осталась без начальника и его заместителя. Сейчас эти люди находились под арестом, как лица, активно помогавшие герцогу захватить власть. И чтобы спокойно, без конфликтов с тюремным руководством освободить одних узников и отправить за решетку других, только что задержанных, нужно было соблюсти правила, суть которых лучше всех понимали сами работники полиции.

Ольга неплохо знала только одного такого сотрудника — Зерника. Хороший человек и отличный следователь, но вот потянет ли он высокую должность, и захочет ли так резко продвинуться наверх по службе? Но, как говорится, не попробуешь, не узнаешь!

Уже рассвело, а сейчас, в зимнее время это происходит не рано, так что большая часть горожан, уже приступила к своим обычным делам. Следователь порой работал и по ночам, но чаще он все-таки, находился на службе днем. Так что вероятность застать его на месте, была высокой.

К центральному зданию полиции, где находился и кабинет Зерника, Ольга подъехала в карете, сопровождаемая десятком гвардейцев. Воины ей требовались, в основном для придания солидности. Уж очень молодо она выглядела! Не укладывалось в голове собеседников, что принц доверил должность коменданта столице какой-то девчонке, так что требовалось некоторое время чтобы доказать, что это не шутка. Ну а если тебя сопровождают вооруженный отряд, то и воспринимают сразу уважительно. По крайней мере, так Ольга предполагала.

Реальность вполне подтвердила ее теоретические выкладки. Дежурный у входа только вытянулся в струнку, и уважительно открыл перед нею дверь. Правда, как позже выяснилось, здесь уже все были в курсе об очередном перевороте во дворце, и что руководит им девчонка. Ночные стражники, охраняющие покой горожан от преступников, в это свое дежурство не раз встречались с носящимися по улицам охранниками и гвардейцами и, слово за слово, выяснили подноготную столь активных действий, как и то, кто за всем этим стоит. Потому и не слишком удивились раннему визиту. То, что самые высокие полицейские начальники арестованы, было тоже уже известно.

— Мне нужен следователь Зерник. Он на месте? — спросила Ольга у караульного.

— На месте. Вас проводят.

Действительно, к Ольге уже спешил один из сотрудников, причем, судя по форме, не рядовой. Комната, где находилось рабочее место следователя, располагалась на третьем этаже здания, и кроме самого Зерника там работал еще один человек. Свидетели могли помешать разговору, поэтому Ольга сразу предложила:

— Давайте перейдем туда, где нам не помешают. Кабинет начальника полиции сейчас должен быть свободен, предлагаю побеседовать в нем.

Спустившись на этаж ниже, прошли приемную с секретарем, который встал при появлении посетителей, после чего, миновав толстую резную дверь, оказались в просторной комнате, из которой в последние годы поступали приказы и распоряжения служащим полиции. Ольга не стала усаживаться в кресло начальника, а расположилась на одном из стульев, и сказала, показав рукой рядом с собой:

— Присаживайтесь, господин Зерник. Вы уже слышали новости о небольших переменах, произошедших в столице?

— Об этих новостях с утра весь город говорит, до меня тоже множество слухов дошло. Признаюсь, что когда я узнал, что за переворотом стоит девушка, я сразу вспомнил вас, но все-таки эта мысль мне показалась фантастической. Но вот сейчас понял, что другой такой девушки, которая смогла бы убить герцога и его охрану, я и не знаю. Так что первая мысль, была верной.

— Вообще-то я не стремилась настолько активно вмешиваться в противостояние принца и герцога. Я рассчитывала, что деятельность Гарлина по привлечению на свою сторону аристократов и королевских городов даст ему необходимый перевес в этой борьбе, и передача власти произойдет бескровно.

— И какие же обстоятельства привели к тому, что вы так решительно и бесповоротно завершили этот конфликт?

— Толчком послужили мои опасения за судьбу Адрика. Герцогу стало известно, что какая-то благодетельница хочет оплатить лечение виконта, и он предположил, что это могла быть Вемона. Он сам мне об этом сказал. И, естественно, он постарался захватить эту девушку, и доставить ее во дворец. Он очень разочаровался, когда увидел, кого ему привели, и приказал своим охранникам убить меня. Ну, а я была против такого раннего окончания своей жизни. Так уж получилось, мои доводы оказались более весомыми, чем доводы Орхи и его охранников.

— Вижу, хоть это и удивительно. Вы с давних пор поражаете меня своими воинскими умениями, но охрана герцога — не чета, каким-то бандитам, так что сейчас, я просто поражен! И вы знаете, мне только что в голову пришла крамольная мысль, что даже королям лучше с вами дружить, а не враждовать.

— Вы только больше не высказывайте свою мысль никому. А то, как бы кто не подумал, что это правда. И для вас и для меня это может закончиться печально.

— Все, я уже забыл, о чем только что говорил! А откуда герцог узнал о том, что кто-то беспокоится о здоровье виконта, вы знаете? Сразу хочу вас заверить, что не от меня!

— Верю, а сейчас и вижу это. Думаю, что тут тюремный лекарь замешан. Вот, кстати, о тюрьме. Нужно освободить всех, кого арестовали по приказу герцога, если человек не разбойник, конечно. Что для этого надо?

— Это зависит от статуса арестованного. Для освобождения политических заключенных требуется соответствующий документ за подписью начальника полиции или верховного судьи, или их заместителей. Но судьи сейчас сами в тюрьме, а новых герцог пока не назначил.

— Начальник полиции и его помощник тоже арестованы, только уже по моему приказу. Так что придется вам, господин Зерник, поработать начальником.

— Да кто же меня назначит?! Желающих занять эту должность, знаете сколько!

— Я вас и назначу.

Некоторое время следователь переваривал сделанное ему предложение, потом спросил:

— У вас есть на это право?

— Я полномочный представитель принца в столице. Вот, читайте! — Ольга подала Зернику подписанный Гарлином документ. — Можете еще на этот перстень королевского наместника посмотреть. Кроме того, принц назначил меня комендантом столицы. Письменного подтверждения этого у меня, правда, нет.

— Это будет временное назначение? Позже принц сменит меня на своего человека?

— Перед приездом в столицу я некоторое время жила в Акерге, и много времени проводила в обществе, как самого принца, так и его окружения. Гарлин создал своеобразный штаб, который советует ему, как поступить в той или иной ситуации, и воплощает в жизнь принятые решения. Я вхожу в это штаб полноправным членом. Еще в нем присутствуют люди, которые могут в дальнейшем стать министрами, командиром королевских гвардейцев, кто-то может стать начальником дворцовой охраны. А вот на должность начальника полиции, в окружении принца и нет никого. Так что у вас есть все шансы на то, чтобы сохранить это место за собой надолго.

— Гм, ваше предложение выглядит привлекательно. Надеюсь, что местные интриганы меня со временем не подсидят.

— Не забывайте, что принц несколько лет жил вдали от столицы, и у него осталось тут мало друзей. И в ваших силах будет занять одно из мест рядом с молодым королем.

— Что ж, я согласен на ваше предложение.

С помощью самого Зерника, а так же секретаря бывшего начальника быстро составили документ о смене руководства полиции, который подписала и заверила печаткой королевского наместника Ольга. После чего отправились в тюрьму для срочного освобождения незаслуженно арестованных людей. Теперь кроме десятка гвардейцев, Ольгу и поехавшего с ней Зерника сопровождал и десяток полицейских. Возможные недоразумения с тюремным начальством по поводу законности действий представительницы принца и нового начальника полиции, необходимо было пресечь на корню, и наличие вооруженных людей со стороны двух силовых ведомств, должно было в этом неплохо помочь. Можно было бы, конечно, вызвать руководство тюрьмы в полицию, и уже здесь передать необходимые документы, но это могло затянуться надолго, а Ольгу беспокоило состояние Адрика, и ей хотелось как можно быстрее создать ему комфортные условия для выздоровления.

К счастью, опасения о том, что в тюрьме возникнут всякого рода трудности и недоразумения, не оправдались. Никто в правомочности действий Ольги не сомневался. Конечно, основной причиной этого послужили слухи о смерти герцога, и вставать на пути у представителей новой власти, ни у кого желания не возникало.

Тюремщики забегали по камерам, выводя бывших узников, некоторых уже встречали заблаговременно предупрежденные Зерником родственники, но Адрика, которого должны были вынести на носилках, все не было. Наконец, один из надзирателей быстрым шагом приблизился к Ольге, и сообщил:

— Осмелюсь доложить, но заключенного виконта Адрика Гиди сейчас в камере нет. Его рано утром перенесли в тюремный лазарет, где наш лекарь делает ему операцию.

— А где находится ваш лазарет?

— Так туточки, недалеко, на первом этаже левого крыла главного корпуса.

— Проводите меня туда.

Возможно, на схеме здания лазарет и располагался недалеко от приемной, но идти по запутанным, с неожиданными поворотами коридорам пришлось идти минут пять.

— Вот, значица, за этой дверью и есть лазарет. Но лекарь нам запрещает туда заходить во время операции, — сообщил надзиратель.

— Ничего, мне можно, — сказала Ольга, после чего вошла в небольшую, но светлую комнату, и закрыла за собой дверь.

Лекарь Ёзар склонился над виконтом, неподвижно лежащим на столе, и что-то делал двумя руками внутри его грудной клетки. Рядом с ним стоял юноша, видимо ученик Езара, и помогал придерживать, стремящиеся разойтись, ткани. Ольга подошла поближе и заглянула в открытую рану спящего Адрика. Во время учебы в Раминаке, ей доводилось быть ассистентом на операциях, проводимых наставником Даралом, да и в первый же год пребывания на Гемоне, ей пришлось участвовать в приеме сложных родов у жительницы села Маслянка. Так что внутренности человека ее не пугали.

Операция уже подходила к концу. Лекарь уже закончил склеивать очищенную рану, и теперь соединял поврежденные грудные мышцы. Заметив краем глаза подошедшего человека, Езар сердито произнес:

— Кто там еще приперся? Выйдите немедленно! Вы можете занести инфекцию в рану.

— Я очистилась заклинанием при входе, — успокоила лекаря Ольга.

Бегло глянув на девушку, лекарь узнал ее.

— А, Оля! Вы разве маг? Не вижу вашего элара.

— Привыкла таиться, вот и сейчас не задумываясь, скрыла его, — пояснила Ольга, но элар, тем не менее, открыла. — Вижу, операция прошла успешно. Что-нибудь еще надо для скорейшего выздоровления виконта?

— Все, что нужно было, я вам уже раньше заказал, и вы этот заказ выполнили полностью, — ворчливым голосом ответил лекарь, соединяя кожу на груди виконта. Место разреза его помощник тут же заклеивал магическим пластырем. — И вообще, кто вас сюда пустил?!

— Вы, наверное, не знаете, но этой ночью в городе сменилась власть, и сейчас главнее меня тут человека нет. Это ненадолго, конечно, до тех пор, пока принц не приедет. Но сейчас я сама определяю, кого и куда можно пускать.

— Вот как? А что случилось с герцогом?

— Умер, скоропостижно.

— С чего бы это? Он, вроде как, здоров был.

— Наверное, его организм был все-таки ослаблен, и не выдержал повышенной нагрузки на себя.

— Какая такая нагрузка, могла быть у герцога?!

— Ну, например, проникающее ранение правой почки острым предметом.

Рану у Адрика уже полностью закрыли перевязочным материалом, так что у лекаря появилась возможность внимательно посмотреть на девушку.

— Такую нагрузку редкий организм выдержит, так что зря вы наговариваете на герцога. Не так уж его организм и ослаблен был.

— Может быть, спорить не буду. Но вы знаете, обстоятельства последнего визита к герцогу, который произошел перед самой его смертью, вызвали у меня вопрос: а откуда он узнал о моей встрече с вами? Ведь как только вы покинули трактир, меня тут же стражники насильно усадили в карету, и отвезли в королевский дворец.

— Деточка, я работаю тюремным лекарем больше, чем вам лет. За прошедшие годы меня много раз просили вылечить заключенного, что-нибудь передать тому, и даже помочь совершить преступнику побег. На лечение я почти всегда соглашался, в остальном просителям и заказчикам я всегда отказывал. И при этом я не делал из своей деятельности тайны. Обо всех своих шагах, я всегда уведомлял тюремное начальство. Но в то же время, я никогда никого не обманывал, пообещав что-то, и не выполнив этого. Вот и в вашем случае все произошло так же. Я сделал операцию виконту, предварительно поставив в известность об этом начальника тюрьмы. А уж как тот распорядился полученными сведениями, я не знаю.

— Понятно. Даже упрекнуть вас не могу. Вроде как не за что. В конце концов, ваше дело — лечить, а влезать в бандитские разборки и политические интриги, вы не обязаны.

— Рад, что вы это понимаете.

Начальника тюрьмы, если подумать, тоже упрекать не стоит. Тот точно так же выполнил свои должностные инструкции. Ну, а если еще глубже задуматься, то все случилось к лучшему. А кто и в чем виноват, это уже пусть Гарлин сам разбирается.

Сразу по окончании операции, спящего Адрика перенесли в карету, сиденье в которой оказалось достаточных размеров, чтобы на нем можно было перевозить лежащего человека. Ноги его, правда, пришлось согнуть в коленях, но ехать до лечебницы, где раненому могли предоставить квалифицированный уход, пришлось не слишком долго, так что неудобства никак не сказались на самочувствии больного.

Когда Ольга уже возвращалась во дворец, завибрировал переговорный амулет. Принц захотел пообщаться.

— Оля, ты можешь сейчас говорить, как у тебя дела?

— Да пока нормально. Охрану дворца, гвардейцев и армию переподчинила, тех, кого герцог арестовал, освободила, предателей посадила. Сейчас думаю, как бы принцессу Нисалию освободить, чтобы она не пострадала при этом.

Некоторое время Гарлин молчал, потом спросил:

— Как тебе все это удалось?

— Я так поняла, что герцога особо и не любили, больше боялись. Организовала показ сомневающимся его трупа, все быстренько и переметнулись. Так что захватить власть оказалось не так трудно, как казалось вначале.

— Насчет Нисалии какие-нибудь мысли есть?

— У меня есть опыт взятия замков, но надо еще посоветоваться с военными. Может, в королевстве есть специальное подразделения для подобных целей?

— Я ни о чем подобном не слышал.

— Ладно, сама поспрашиваю.

— Как там Адрик?

— Только что отвезла его в лечебницу. Ему сделали операцию, все будет нормально, скоро выздоровеет.

Из амулета послышался женский радостный визг, затем уже ближе и громче, прозвучал голос Вемоны:

— Оля, я тебя люблю! Спасибо! Тебе привет от Ролана. Он устроил нам скандал, когда узнал, что ты была в Акерге, а он так и просидел в казарме. Сейчас он едет с нами, так что ты уж не пропадай, а то совсем нас запилит.

Глава 13

В качестве рабочего места во дворце, Ольга выбрала малый кабинет короля. Вот в нем и собрала начальников из дворцовой охраны, гвардейцев и армейских частей. Охранников представляли командиры смен в звании полусотник, численность гвардейцев была выше, потому и представляли их офицеры постарше. Ольга мысленно оценила их как капитанов, поскольку командовали они отрядами в несколько сотен. А армейцы вообще были все полковниками. Большая часть офицеров, только сегодня освободились из тюрьмы. Герцог после переворота поставил на ключевые должности своих людей, которые теперь, продолжив свою замещающую функцию, заполнили опустевшие камеры для заключенных. Представители высшего командования на совещании не присутствовали. Скорее всего, Гарлин захочет поставить на их должности лично ему преданных людей, и раз уж старые начальники были уже смещены заговорщиками, то и сейчас не следует давать им ненужную надежду на сохранение своего прежнего положения. Вот Ольга их и не пригласила.

Главным вопросом совещания являлся захват замка Орхи, до сих пор удерживаемый людьми покойного герцога, и освобождение из плена принцессы Нисалии. Среди дворцовых охранников, как и ожидалось, специалистов по захвату замков не оказалось. Зато у гвардейцев одно подразделение отвечало за разведку, и его иногда применяли в случаях, связанных с боевыми действиями в лесу или в населенных пунктах. В армии тоже оказалась в наличии штурмовые сотни, которые должны идти на острие атаки при захвате крепостей.

После того, как эти тонкости ларийских вооруженных сил выяснились, основную массу командиров Ольга отпустила, оставив только тех, на кого рассчитывала повесить задачу по захвату замка. Вопреки опасениям, офицеры не стали комплексовать по поводу того, что захватывать планировалось замок принадлежавший герцогу, да еще и бывшему правителю страны, а с азартом стали обсуждать, варианты действий своих подразделений. И дело свое они, похоже, они знают неплохо. Но и ей удалось удивить военных, когда она поделилась опытом по захвату замка графа Ронда. Идея переодеть часть своих сил в черную форму наемников герцога, присутствующим пришлась по душе. План тут же скорректировали, и больше вмешиваться в рассуждения военных не пришлось. Тонкости проведения боевых операций, они всяко знали лучше, не слишком опытной в подобных делах девчонки.

Уже к обеду, две сотни штурмовиков вышли из столицы в сторону вотчины мертвого герцога. Ольга с ними не пошла: не ее это дело, замки захватывать. Пусть профессионалы этим занимаются. А у нее своя задача — дождаться принца и передать ему целую, не разрушенную столицу со спокойными и довольными жителями.

К счастью, герцог Орхи, придя к власти, не стал что-то менять во взаимоотношения торговцев, ремесленников и государства. Так что экономическая система функционировала без сбоев. Ну а Ольга и подавно не собиралась вмешиваться в эту сферу. Чем ломать исправно работающую систему, лучше отдохнуть, рассудила она. После бессонной ночи и хлопотной первой половины дня, чувствовалась усталость. Но только она устроилась в уютном кресле, как доложили о приходе начальника полиции, Зерника то есть. После скоротечных приветствий, (виделись утром, так чего церемонии разводить) Зерник сказал:

— Я вот по какому поводу пришел. В городе до сих пор действует чрезвычайное положение, введенное по приказу герцога. Так вот, мне нужно знать, отменять его, или нет?

— А в чем заключается это чрезвычайное положение? Про то что городским стражникам приказано не жалеть преступников, я знаю. А еще какие-нибудь нововведения, запреты и ограничения в нем есть?

— С двадцати четырех часов до шести утра действует комендантский час. Горожанам, в том числе и дворянского сословия, находиться на улице без специального разрешения запрещено.

— Вот как?! А я и не знала. Правда, я по ночам сплю, обычно. Только прошедшей ночью пришлось бодрствовать. Хотя из дворца я и не выходила. А вот дворцовые охранники носились по всему городу, и никто им замечание не сделал. Непорядок! Городские стражники в чьем подчинении?

— Гм, теперь в моем, получается. Но как раз охранники дворца включены в перечень лиц, которым перемещение по столице ночью не возбраняется. Так что стражники действовали согласно приказу.

— А, ну тогда ладно. Эх, хотелось посамодурствовать, а вы меня повода лишили!

— Вы просто неправильно самодурствуете. Повод зачем-то ищите. Самодурствовать надо от души и без оглядки на какие-либо условности.

— Опыта у меня нет в этом деле, вот и допускаю досадные промахи. А еще какие-нибудь ограничения чрезвычайное положение предполагает?

— Для купцов действует запрет собирать караваны и обозы в сторону Акерги. Впрочем, одиночных торговцев тоже не особо пускают на южный тракт. В том направлении разрешен обмен товарами только с близлежащими селами. Еще запрещено упоминание о принце Гарлине и принцессе Оранде. И, пожалуй, на этом все.

— Значит, все ограничения в торговле, однозначно отменяем, на слухи внимания не обращаем, комендантский час отменяем, а вот как быть с бандитами и разбойниками, не знаю. Вы сами-то, как думаете?

— На мой взгляд, предыдущая, мягкая система борьбы с преступниками, была более гибкой и лучше защищала горожан от возможных ошибок стражников. В последнее время было несколько случаев немедленной казни детей и подростков, пойманных на мелком воровстве. Думаю, что столь жестокое наказание чрезмерно для подобных преступлений. Кроме того, со временем мы можем получить злоупотребления со стороны стражников, которые сейчас остаются безнаказанными, после совершения весьма неоднозначных проступков. Как бы это со временем не привело к возмущению среди простых людей.

— Значит приказ герцога по поводу преступников, тоже отменяем. Только боюсь, что не слишком умные и совсем не законопослушные граждане сочтут нашу мягкость слабостью, и начнут наглеть.

— Я буду отслеживать ситуацию в уголовном мире. Если что, вернем положение о казни на месте преступления.

— Тоже верно. И знаете что, пустите слух об этом, чтобы он дошел до преступников. Вряд ли главарям банд понравится, что из-за невменяемых идиотов, их самих, в случае чего, могут повесить без всякого разбирательства. Вот пусть сами бандиты и следят за порядком в своем сообществе.

— Да, это должно сработать. Слухи распустим. Но у меня теперь возникло подозрение, что вы имели уже дело с подобными людьми. Это так?

— Да, когда я жила в Лаэции, пришлось немного пообщаться с бандитами. После этого я и уяснила для себя, что им излишняя известность не нравится. Свои дела они предпочитают совершать в тишине, не привлекая внимания. И если им кто-то мешает, они без колебаний устраняют его, даже если тот такой же разбойник, как и они сами.

— Все верно. Ну, вроде все вопросы обсудили, я пойду?

— Подождите, у меня к вам еще одно дело. Мне не хочется вникать и вмешиваться в экономическую жизнь города. Пусть все идет, как и раньше. Но тут есть риск, что городские чиновники, почуяв, что свободы у них прибавилось, начнут воровать, или просто вымогать у торговцев деньги. Я прошу вас отслеживать подобные нарушения и, если возможно, пресекать. В случае каких-либо затруднений, ставьте в известность меня. Полномочий у меня много, вопрос решить смогу.

— Слушаюсь, озадачу своих подчиненных.

— Еще одна забота — это аристократы и мелкие дворяне. Как я знаю, королевские отпрыски довольно часто женились и выходили замуж за местных аристократов. Да что там говорить, Вемона как раз и является примером такого случая. Я опасаюсь, что какой-нибудь потомок, подобного брака, а то и не один, может посчитать, что он более достоин стать королем, чем Гарлин. То, что кто-то о себе слишком много возомнил, не страшно. А вот если он, воспользовавшись смутой, начнет предпринимать какие-либо шаги с целью завладеть троном, уже грозит для нас неприятностями. Так что хотелось бы узнать о таких настроениях заранее.

— Это не так-то и просто. Где аристократы, и где я!

— Вот не надо прибедняться, господин Зерник! Слуги обычно в курсе дел своего господина. И узнать, не планирует ли их хозяин государственный переворот, значительно проще, чем пытаться проникнуть в среду заговорщиков.

— Хорошо, поработаю в этом направлении тоже, — вздохнул Зерник. — Вот только у меня возникли сомнения по поводу лояльности некоторых моих подчиненных. Работа с чиновниками, а тем более с аристократами требует деликатности и не терпит гласности. И утечка сведений может сильно повредить делу. Насколько свободен я в выборе помощников и могу ли избавиться от неблагонадежных сотрудников?

— Можете хоть полностью поменять весь штат вашего ведомства. В этом я вас безоговорочно поддержу.

После ухода нового начальника полиции, Ольга задумалась о ситуации в королевстве. Сейчас, в переходный период, когда старый претендент на трон умер, а новый еще не прибыл в столицу, некоторые чиновники и аристократы могут попытаться получить лично для себя какие-нибудь незаконные преференции. А это будет у Гарлина неплохой повод избавиться от одних и иметь рычаг давления на других. Значит нужно понаблюдать за этой категорией людей, не самой, конечно, а с помощью Зерника которому, есть все основания доверять.

За прошедшие с первого знакомства годы, полицейский мало чем изменился. Все тот же профессионал, расследует дела добросовестно, не пытаясь найти «козла отпущения» в случае возникших затруднений по ходу ведения дела. В этом Ольга могла убедиться еще во время расследования покушения на Вемону, переросшего в дело против графа Унга и его мага. Честолюбив Зерник в меру: по головам к власти не рвался, но новой должностью явно доволен и, судя по всему, работа полиции под его управлением, только улучшится.

На следующий день, уже отдохнувшая, Ольга собралась навестить Ринка, живущего под наблюдением наемников. Наверное, решение разделиться на время, было верным. У людей герцога имелась возможность и время, чтобы выяснить, в какой таверне она живет, и есть ли у нее попутчики, которых легко можно назначить сообщниками, или просто на всякий случай их арестовать. Сейчас эта опасность уже миновала, но Ринк так и оставался слабым звеном. Кто знает, чьи и какие планы она своим вмешательством разрушила, может, у кого-нибудь и возникнет желание захватить мальчика с целью дальнейшего шантажа. Поэтому выбираться из дворца, где она гостевала в одной из свободных спален, Ольга планировала тайком.

За ней, в общем-то, и не следили, но караул у дверей спальни, на всякий случай стоял. Позавтракать она решила во дворце. Хоть по дворцу и ходили слухи о смерти герцога, повара продолжали работать как обычно, поскольку какого-либо иного приказа до них не довели. Всех приближенных и управляющих герцога, включая и распорядителя, отвечающего за бесперебойную работу кухни, арестовали, а нового не назначили. Ольге не до того было, да и не знала она об исчезновении важного звена хозяйственной жизни дворца. А раз повара готовят, значит, кто-то их стряпню должен есть, зачем же пропадать продуктам?

Ольга пришла на кухню без всякого сопровождения, в своем любимом походном костюме и широкополой шляпой в руке. Внешний вид и прическа в виде двух косичек вполне сочеталась с образом какой-нибудь наемницы, так что работники даже не догадывались, кто к ним явился. Временную правительницу столицы во дворце мало кто знал в лицо: только начальники воинских подразделений и некоторые охранники дворца — свидетели смерти старого герцога. А на кухне она вообще первый раз появилась. Наверное, надо было приказать принести еды в какую-нибудь столовую, но среди слуг, знакомых у нее тоже не оказалось, да и попрятались они, чтобы лишний раз не попасть на глаза ине влипнуть в какую-нибудь неприятность.

— Тебе чего, девонька? — спросил дородный мужчина в желтом переднике и колпаке.

— Кушать хочется. Насыпьте чего-нибудь, а я вам спасибо скажу.

— А ты кто такая будешь? Может, ты отравительница, какая, а я тебя кормить должен!

— Не волнуйтесь, я тут сейчас вроде как самая главная начальница, так что травить мне никого не надо. Не саму же себя ядом пичкать!

— Что-то я не слышал никогда о начальнице-девчонке! — с сомнением произнес труженик дворцового общепита.

— Так и не должны были. Я тут только со вчерашнего дня командую. Вы давайте, накладывайте еду на тарелку! Оправдываться перед вами буду уже в процессе еды, чего время зря терять, совместим два дела сразу! У меня и без того забот немало. Да и сами проследите заодно, чтобы я себе отравы не насыпала.

— Так у меня еда только для герцога и его гостей! Для таких, как ты, другая кухня существует, там дворцовая охрана и гвардейцы питаются, ну и прислуга, тоже.

— Для них тоже вы готовите?

— Не там свой повар есть.

— Да? Не знала. Ну да не страшно, меня герцогская еда тоже устроит, авось не подавлюсь, несите, — заявила Ольга, усаживаясь за свободный от посуды стол.

Повар несколько растерялся. С одной стороны он видел перед собой молодую, наглую девчонку, но с другой, а вдруг она дочь вельможи какого?! Сейчас накричишь, прогонишь ее, а потом получишь неприятности, мол, неуважительное отношение к аристократке. Так что, немного подумав, он решил, что безопаснее ее накормить, чем прогонять.

— Ладно, так уж и быть, накормлю тебя. Но учти, узнаю, что обманом решила попробовать королевской еды, выпорю! — заявил повар, затем крикнул одному из своих подчиненных: — Лериж, пять перемен блюд по высшему разряду на этот стол!

Завтрак как раз только что приготовили, вот только есть его было некому, так что как только прозвучало распоряжение, стол застелили свежей скатертью, и перед Ольгой поставили тарелку, полный набор столовых приборов и блюда со всевозможной едой. Повар с любопытством ждал, как девчонка будет управляться с множеством ножей, вилок, ложек и лопаточек.

Незнакомку лопаточки и разнообразные ложки и вилки не испугали, однако пользоваться ими она не стала, небрежно отодвинув, а взяла в руки нож и вилку, показавшуюся ей наиболее удобной, и стала быстро есть, сноровисто отрезая кусочки отбивной. Вот вроде и не по этикету, однако, ясно, что не простолюдинка. Кроме того, начни она сейчас тут, на кухне перебирать столовые приборы, это выглядело бы неуместно. Так что сомнения в том, кем является эта неожиданная посетительница, остались.

— А вы что, не слышали о том, что происходит во дворце и во всем королевстве? — поинтересовалась Ольга.

— Слухов-то много ходит но, поди, знай, верные они, или нет!

— Понятно. А вчера вашу стряпню, ел кто?

— Сами съели кое-чего перед уходом. Все равно выкидывать оставшееся пришлось. Это ж, сколько продуктов дорогущих пропадает. А вот из чего дальше готовить будем, не знаю.

— А в чем дело?

— Так я продукты закупаю вместе с казначеем дворцовым, он всегда расплачивался, а сейчас он пропал куда-то. Поставщики приходят, спрашивают, что покупать будем, а я их отсылаю: денег нет. На сегодня еще есть продукты кое-какие, на леднике, опять же мясо лежит, но немного. Не, если простую еду готовить, то еще долго можно, но герцогу всегда утонченные блюда подавали.

— Насчет герцога можете не волноваться, он обижаться уже не будет, но готовить продолжайте. Во дворце посетители всякие бывают, может, кто-нибудь из них и голодным окажется. Как я, например. Однако, это еще одна проблема на мою голову!

Ольга с досадой положила нож и вилку, так что они громко звякнули о тарелку.

— Тебе-то чего волноваться? Решат вопрос и без тебя.

— Так ведь некому решать, получается! Новых министра финансов и управляющего дворца арестовали, а где старые, и живы ли они вообще, не знаю. А тут еще выяснилось, что и другие служащие исчезли, и как бы, не с казенными деньгами. Это же надо, переворот совершила, а о деньгах забыла! Вот вернется Гарлин, и обнаружит, что казна пуста, и где взять средства на выплату жалования вам и, главное, гвардейцам, не известно. Я уже не говорю про другие расходы, типа всевозможных балов и приемов.

Вопрос с финансами требовал скорейшего разрешения, поэтому поев, Ольга вернулась в облюбованный ею кабинет, и попросила одного из охранников привести начальника караульной смены. Ждать пришлось недолго, и вскоре, постучавшись, в комнату вошел невысокий, поджарый, с резкими чертами лица полусотник. Во взгляде его можно было прочесть любопытство.

Ольга не так уж много общалась с гвардейцами и охранниками дворца, может, поэтому их чувства к ней не отличались большим разнообразием. Основными было удивление, связанное, видимо с возрастом представительницы принца в столице, затем шло недоумение: «никого другого принц не нашел что ли?». У тех, кто хоть немного задумывался, проявлялось озадаченное выражение лица и, даже опасение: герцог мертв, а кто его убил, так и осталось неизвестным, а вдруг это она?! Поэтому Ольге приходилось прилагать некоторые усилия, чтобы после общения с ней, большая часть воинов проникались собственной значимостью, и осознавали себя очень умными, доблестными и вообще, парнями хоть куда. А ведь бывали моменты, когда хотелось настучать по голове какому-нибудь снобу, несущему глупость с умным видом. Но она сдерживалась: не нужны ей сейчас конфликты с представителями военных, пусть Гарлин потом сам с ними разбирается. Но как раз нынешний полусотник, Герл Ризан отличался здравым смыслом, быстро оценил и принял новую политическую ситуацию, и отрицательных эмоций к себе не вызывал.

— Вы какие помещения охраняете в настоящее время? — спросила у него Ольга после приветствий.

— Да те же, что и раньше. Распорядок ведь никто не отменял. Только караул у кабинета королевского мага мы перенесли к вашему кабинету. Мага уже нет, дверь закрыта, посторонний туда не попадет.

— Вот, кстати, а куда подевался королевский маг, Грефин его зовут, кажется?

— Даже не знаю. Он после смерти короля во дворце не появлялся. Думаю, скрывается где-то.

— Ладно, пока не до него. Сейчас другой вопрос важен. Вы как часто получаете жалование, и кто вам его выдает?

— Раз в месяц. Через четыре дня должна быть очередная получка. Обычно казначей выдает мне деньги на полусотню, а дальше я сам распределяю.

— А если казначея нет по какой-либо причине?

— Тогда его замещает помощник.

— А деньги для повседневных нужд казначей, откуда берет?

— Для этого есть специальное хранилище.

— Что-то вроде королевской сокровищницы?

— Нет, сокровищницу редко открывают, да и ходят туда только король и министр финансов, и расположена она в подвале дворца. А казначейское хранилище на третьем этаже служебного крыла.

— Надеюсь, вы эти помещения продолжаете охранять?

— Конечно!

— А у кого ключи от хранилища?

— Когда казначей уходит, он сдает ключи. У нас есть специальная караулка для этого.

— Сейчас ключи на месте?

— Не знаю, надо проверить.

— Проверьте. И еще, сейчас у нас отсутствуют и казначей, и его помощник. Вы знаете, куда они исчезли?

— Казначея в тюрьму отправили, его герцог назначил, а вы сами приказали всех его людей арестовать. А где помощник, не знаю. Его не трогали, он из старых служащих.

— Найдите его, а то продукты для кухни невозможно купить, да и для вас жалование надо готовить.

— Да, жалование — это важно! Сейчас пошлю кого-нибудь, авось найдут.

— Если найдете, пусть ждет меня, я вернусь после обеда.

Полусотник отправился решать поставленную задачу, а Ольга прошла к служебному входу, и выскользнула из здания. Караульные только проводили ее взглядом. Некоторое время пришлось попетлять по городу, с целью выявить посторонний интерес к себе. Не обнаружив слежки, направилась на постоялый двор, где сейчас проживали Ринк и наемники.

В трапезной трактира было многолюдно. Как это часто бывает, не имея достаточно информации, люди сами домысливают неизвестные им обстоятельства. Вот и сейчас всякого рода слухи о событиях, произошедших в королевском дворце, будоражили умы людей, а немногие достоверные факты обрастали фантастическими и, порой, пугающими подробностями. Посетители оживленно обсуждали последние новости, и на вошедшую девушку особого внимания не обратили. Только у сидящих за дальним столом у окна мальчика, молодой женщины и двоих мужчин при виде ее радостно заблестели глаза.

— Как у вас дела, никто не беспокоит? — спросила Ольга после приветствий.

— Все спокойно, никому мы не интересны, — заверил Рандел.

— Оля, ты слышала, какой-то монстр пробрался во дворец, и убил герцога и всю его охрану? — спросил Ринк с восторгом.

— Про герцога слышала, а вот о монстре и не подозревала. И кто только такое выдумывает?!

— Да кто ж еще мог перебить всю охрану?! — не согласился мальчик.

— Да там и была всего пятерка охранников, чего их бить-то?

— Откуда ты это знаешь? — воскликнул Ринк. Затем его глаза расширились. — А так это была ты!

— Тише, не ори! Это секрет.

— Почему? Ведь герцога уже нет, так чего бояться?

— Герцога нет, а его люди могли остаться. Да и кому-нибудь другому, кто хотел бы получить выгоду от возникшей ситуации, я могу мешать. Короче, не нужна мне известность.

— А как ты пробралась во дворец? — спросила Андра.

— Сами привезли. Думали, что это не я, а принцесса Вемона волнуется о здоровье брата. Когда герцог меня увидел, очень разочаровался.

— И от этого умер? — спросил Рандел.

— Ну да, где-то так.

— А что с охранниками случилось, тоже сильно огорчились?

— Возможно. Я вообще-то у них о чувствах не спрашивала.

— Трофеи собрала? — строгим голосом спросил Ринк.

— Да, амулеты у всех очень интересные были. Теперь долго разбираться придется, что там к чему.

— Так нам уже можно не скрываться? — спросила Андра.

— Лучше пока не высовывайтесь. Еще выяснить надо, кто герцогу помогал, кто настроен против принца. Вот Гарлин вернется, передам ему все дела, тогда уже безопасно будет. А сейчас я, как комендант города, слишком на виду, как бы ни подставить вас под удар, ненароком.

— Ты комендант?! Здорово! Вот бы по дворцу погулять. Наверное? там красиво! — мечтательно проговорил Ринк.

— Погуляешь еще. Думаю, Гарлин в такой просьбе не откажет.

— Вообще-то мы тебя охранять должны, а не прятаться, — заметил Рандел.

— Вот Ринка и охраняйте, а у меня сейчас полный дворец стражников и гвардейцев.

— Что-то не вижу я их сейчас.

— Так я тайком ушла, чтобы на вас недоброжелателей не вывести.

— Комендант столицы бегает по городу одна, да еще и тайком! — воскликнула Андра, закатив глаза.

— Признаю, неправильный я комендант, — вздохнула Ольга. — К счастью, эта головная боль ненадолго.

— Думаешь, принц тебя сместит, когда вернется? — спросил Рандел.

— Сама убегу.

— Люди из кожи вон лезут, чтобы подобную должность получить, а ты отбрыкиваешься, как будто это каторга какая.

— Так каторга и есть! Я еще слишком молода, и не желаю просиживать жизнь за столом, читать бумажки, и переживать по поводу того, что меня подсидят и займут мое место. Да и учиться мне еще нужно.

— Ты же уже выучилась в Раминаке! — воскликнул Ринк.

— Этого мало. Как построить портал в другой мир до конца не разобралась, к проблеме с памятью даже не знаю, как подступиться. Для этого требуется системное образование.

— И где такое образование можно получить?

— Еще пока не знаю. Нужно подыскать подходящее учебное заведение. А вы говорите: сиди, бумажки перекладывай!

— А что у тебя с памятью, я что-то не заметил, чтобы ты все забывала? — спросил Рандел.

— В том-то все и дело. Чтобы хоть что-нибудь забыть, мне приходится прилагать усилия. И это и есть проблема.

В это время проявился Шарч, правда, пока только мысленной связью. Сразу же от него пошли волны радости и обожания. Кот тоже переехал в этот трактир, так как Ольга ожидала, что будет часто и подолгу отсутствовать, и останься он на прежнем постоялом дворе, вместе с ней, присматривать за ним было бы некому. В общем-то, так оно и получилось. Вот только скучал Шарч. Вроде бы у него и своих котячьих дел полно, но ему не хватало общения. Ольга поинтересовалась у кота, где тот сейчас находится. Выходило, что сейчас она может общаться с ним на территории радиусом около ста метров. Медленно, но постепенно дистанция мысленного общения растет. С чем это связано, было непонятно. Успокаивало то, что изменения вреда не наносили, скорее, наоборот. В случае чего, легче отыскать друг друга будет. Через минуту, серый пушистый клубок уже свернулся у нее на коленях, и громко урчал.

Главы 14 и 15

Глава 14

С друзьями было легко и просто. За разговорами время пролетело быстро и незаметно. Ольга просидела в трактире до полудня, затем, пообедав, попрощалась со всеми и отправилась в лечебницу, в которой находился Адрик. Она обещала Вемоне, что присмотрит за ее братом, и пока тот нездоров, придется держать на контроле его состояние. Привязанность к нему сгорела еще в период размолвки, но ненависти, или даже какой-либо неприязни, тоже не осталось. А совместная схватка с врагами, несколько лет назад, когда они бились, прикрывая друг другу спину, породила дружественные чувства, по крайней мере, со стороны Ольги. Что творилось в голове виконта, было известно только ему самому.

Адрик лежал на кровати в отдельной палате, и выглядел значительно лучше, чем вчера, но и сейчас в изможденном, бледном молодом мужчине трудно было узнать того жизнерадостного, веселого и легкомысленного парня, каким он запомнился в момент расставания. Но больше всего Ольгу огорчили его глаза, тусклые, безжизненные, с затаенной болью.

Вошедшую девушку, Адрик узнал не сразу, что и неудивительно: и времени прошло немало, и не ожидал он увидеть тут свою давнюю знакомую, да и изменилась немного Ольга.

— Здравствуйте виконт. Мне разрешили навестить вас, правда, недолго. Вижу, что вы уже идете на поправку. За вами хорошо смотрят? Может, Вам что-нибудь нужно?

— Кто вы? — и тут же во взгляде мелькнуло узнавание. — Оля?! Как ты тут оказалась?

— Можно сказать проездом. Я вообще-то в ваш замок Гиди направлялась, а тут переворот, дороги перекрыты, Вемона за вас вся испереживалась, ну я и заскочила в столицу, посмотреть, как вы тут живете.

— Ты видела Вемону? Как она?

— Все у нее хорошо. Дочка у нее чудесная, Гарлин любит их обеих, все здоровы. Только вот вы ее огорчаете, болеть вздумали.

— А как я тут оказался? Помню, тюремный лекарь мне собирался операцию делать, а очнулся, говорят, что это лечебница. А как, почему — не объясняют.

— Это я вас сюда привезла, потому что условия вашего содержания в тюрьме мне не понравились.

— А кто тебе разрешил это сделать? Герцог Орхи? Ты что, с ним заодно?

Взгляд молодого человека сделался колючим, а лицо исказилось гневом.

— Герцог как раз был против вашего освобождения, так что пришлось его убить. Ну а в результате окружающие возражать мне опасаются, творю что хочу.

Некоторое время Адрик молча лежал, переваривая информацию.

— Так герцог мертв?

— Скорее да, чем нет. По крайней мере, он молчит, не шевелится и даже не дышит, да и душа его отлетела, я проверила. Наверное, он уже и разлагаться бы начал, но его тело сейчас в подвал дворца перенесли, и я еще на него сохраняющее заклинание наложила, так что пока лежит целехонький. Я еще распорядилась караул там, рядом разместить, что б, не утащил никто. А то мало ли, найдутся сомневающиеся, начнут орать, мол, герцог жив! А я им сразу труп и предъявлю!

— Ты распорядилась? В королевском дворце?!

— Так ведь теперь кроме Гарлина претендентов на трон нет, ну разве что сына герцога Орхи кто-нибудь захочет продвинуть, но там шансов мало, по-моему. Конечно, еще могут найтись неявные потомки королевских кровей, мечтающие о короне. Но пока принц жив, им ничего не светит. Так вот, Гарлин назначил меня своим представителем в столице. До тех пор, пока он не вернется, конечно. У меня и гербовый документ от него об этом имеется. Так что сейчас я признанный комендант города. У герцога Орхи явных сторонников оказалось не так уж и много, так что, узнав о его смерти, все быстренько переметнулись на сторону принца.

— Как-то у тебя все очень уж легко получается: пришла, убила, теперь правишь!

— Ой, виконт, да я и сама этому удивляюсь, но что теперь поделать?! Порезать себе палец, чтобы трагизма добавить?

— Да еще и несерьезная какая-то! Гарлин что, не нашел кого-нибудь более ответственного на пост коменданта?

— Все серьезные сейчас вокруг него крутятся, внимание на себя обращают, надеются в скором времени хорошую должность при дворе получить. Только я одна, легкомысленная девчонка, и понеслась в Белигу, где герцог Орхи всеми силами старался укрепить свою власть, и делал все возможное, чтобы избавиться от принца и его семьи. Так что у Гарлина и выбора никакого не было. Вот вернется он в столицу, тогда и отправит меня в отставку.

Адрик вновь задумался, а потом сказал:

— Все равно я не понимаю, как тебе удалось захватить власть! Герцог не один ведь был. Он привел с собой наемников, которых непонятно где набрал, а еще рядом с ним все время два очень сильных мага находились, благодаря которым ему и удалось быстро и незаметно убить королевскую семью.

— Наемников прежняя охрана дворца и гвардейцы обезвредили. Кого убили, а кто сейчас в тюрьме своей участи дожидается. С одним магом герцога я сама расправилась, а второй в поместье Орхи сейчас находится. Туда вчера две сотни воинов отправились, если получится, захватят его.

— Оранда жива?!

— Точно об этом неизвестно. Но сразу ее не убили, в поместье перевезли. Наверное, герцог планы, насчет нее строил какие-нибудь.

— Возможно, хотел за своего сына ее выдать. Это укрепило бы его власть, и хоть как-то примирило с переворотом аристократию. А о моем отце ты что-нибудь слышала?

— Нет. И, наверное, это хорошо. Если бы он примчался в столицу добиваться правды, добром для него, это не кончилось бы. А раз о нем пока ничего неизвестно, то значит, он в своем поместье находится. Да, вот еще что, у меня есть переговорный амулет, вторая часть от него, у Вемоны. Могу оставить его тебе, сможешь говорить с ней, сколько хочешь.

Показав виконту, как пользоваться амулетом и дождавшись, начала его разговора с сестрой, Ольга ушла. Адрик все еще был слаб, и даже такая не слишком продолжительная беседа, вызвала у него заметное утомление. Зато его тоскливый, потерянный взгляд оживился и в нем появился интерес к жизни, чего Ольга и хотела добиться, ведя легкомысленную на первый взгляд, беседу.

Во дворце ее уже заждался помощник казначея. Как позже выяснилось, звали его Люнис Дорсан, и имел он дворянское звание. Худой и высокий мужчина, внешний вид которого, так и напрашивался на определение долговязый. В сочетании с возрастом под сорок, создавалось впечатление нескладного и рассеянного человека. Однако его цепкий, внимательный взгляд, показывал что, по крайней мере, вторая его характеристика, не соответствует действительности. Чиновник нервничал, но не слишком сильно. Как раз в меру для человека, которого привели под конвоем, но не в тюрьму, а во дворец, где он работает.

— Вы, почему на службу не ходите? — спросила его Ольга после представлений и приветствий.

— Я человек мирный, и стараюсь избегать мест, где возможны вооруженные стычки. В последнее время дворец — как раз такое место и есть.

— Это не так. По крайней мере, в настоящее время. Так что приступайте к своим обязанностям. А то повара не могут закупить продукты, а вскоре и жалование служащие не смогут получить, и вы в том числе.

— А где главный казначей?

— Новый, арестован, а старого не нашли. Может и не искали даже. Работайте, и возможно эта должность станет вашей. Организуйте выдачу денег так, чтобы к вам не возникли вопросы по этому поводу. Деньги-то в казначействе, есть хотя бы?

— Когда проверял наличность в последний раз, все было в порядке, а сейчас, не знаю.

— Ну, вот и соберите комиссию по приему средств, а потом и по выдаче, кому нужно. И не забудьте приход и расход фиксировать в журнале, или где там вы обычно ведете учет.

— Вот только не надо меня учить, как работать!

— Все, молчу! Вижу, вы уже прониклись поставленной задачей, и готовы к ее решению.

После того как вопрос с финансированием дворцовых служб решился, выяснилось, что срочных дел, вроде как и не осталось. Огорчаться по этому поводу Ольга не стала, посвятив этот и последующие дни прогулкам по городу, свиданиям с друзьями и посещениям лечебницы, в которой находился Адрик. Впрочем, дела она не забросила, и время от времени дворец посещала. Но отлаженная веками система по обслуживанию такого большого хозяйства, как королевство, бесперебойно работала и без ее надзора.

Столица так же жила своей размеренной жизнью. Потрясения, вызванные борьбой за власть, почти не сказались на быте простых горожан. Зерник, желая проявить себя на новой должности главного полицейского, добился того что городские бандиты вели себя тише обычного. Торговцы тоже были довольны отменой ограничений, введенных в правление герцога Орхи.

Однако спокойная жизнь продлилась всего три дня. А потом вернулись военные и гвардейцы, которые должны были захватить замок Орхи и освободить принцессу Оранду.

В этот день Ольга, после того как пообедала, решила заглянуть во дворец, чтобы проверить, не возникло ли там каких проблем, да и ждала она уже возвращения либо всего отряда, либо гонца с каким-либо известием. Предчувствие ее не подвело: уже на подходе к зданию она заметила необычное оживление. У входа в дворцовый комплекс скопились улыбающиеся, радостные люди, и можно было выловить в их разговорах слово принцесса.

Путешественники только что прибыли, и сейчас находились в приемном зале. Старых камердинеров и управляющих герцог Орхи сменил на своих, а теперь и его ставленников арестовали, так что встречать принцессу оказалось и некому. Служащие более мелкого калибра инициативу проявлять опасались, и в результате возникла заминка, как разрешить которую не знали ни Оранда, ни присутствующий здесь Верк Салан — командир отряда гвардейцев, участвовавших в захвате замка Орхи.

Принцесса привыкла, что рядом с ней постоянно кто-нибудь вертится из тех, кто с радостью кидается выполнять любое ее желание. Даже когда она находилась в плену, за ней продолжали ухаживать, как и положено по отношению к девушке королевских кровей. А тут, в собственном дворце, к ней никто не бросился, чтобы предложить помощь. Стоящие несколько в стороне богато одетые подросток и женщина, судя по всему, сын герцога Орхи с матерью, безучастно наблюдали за растерянно озирающейся принцессой и сотником. Так что, по мнению Ольги, она появилась вовремя. Однако все оказалось не так просто.

— Приветствую вас, ваше высочество! Апартаменты дожидаются вашего возвращения, сейчас вас проводят, — произнесла Ольга, быстро оценив сложившуюся ситуацию.

То ли принцесса от усталости была раздражена, то ли у нее оказался такой капризный характер, но ответила она резко:

— А ты кто такая, что распоряжаешься в моем дворце?

— Ваше высочество, это дона Оля Лаэция, комендант столицы, я вам рассказывал о ней, — решил внести ясность командир гвардейцев.

— Извините, ваше высочество, но я всего лишь пыталась помочь. Я ошиблась. Управлять своим домом вы, конечно, сможете лучше меня, — добавила Ольга.

Принцесса критически оглядела стоящую перед ней девушку, которая выглядела не моложе ее самой. Оранда вспомнила ее. Тогда, почти четыре года назад на балу, наряды этой Оли вызвали большую шумиху, а потом еще была история с покушением на Вемону, где эта девчонка тоже отличилась. Но затем она куда-то пропала, а сейчас вот вновь всплыла. Возможно, будь Ольга постарше, разговор сложился бы по-другому, но вышло так, как вышло:

— От должности коменданта столицы, ты тоже освобождена. Я сама наведу в городе порядок. Эти ублюдки и предатели мне за все ответят! А ты свободна, в твоих услугах больше нет нужды.

— А вот тут вы не правы, ваше высочество. Меня назначил на эту должность ваш брат наследный принц Гарлин. Только он является первым лицом королевства, и только он может отправить меня в отставку.

— Неподчинение принцессе?! Сотник, арестуйте ее!

Командир гвардейцев растерялся. Две молодые женщины не могут поделить власть, а крайним, вдруг, оказался он. Принцесса, по-своему права. Здесь и сейчас она, как дочь погибшего короля — самая главная. Но и Оля имеет право ей возразить! Он собственными глазами видел документ от принца, наследника престола, в котором дона Лаэция назначена его представителем в столице. Да и королевская печатка с привязкой к ауре, до сих пор на ее пальце. Так что приказ принцессы поставил его в двусмысленное положение. К счастью для него, Оля нашла выход из этой критической ситуации:

— Так, давайте успокоимся, а вы Верк немного подождите, прежде чем начать выполнять приказ принцессы. Сейчас вопрос о том, кому быть комендантом города решится в ту или иную сторону.

После этих слов Ольга достала переговорный амулет, и послала сигнал вызова. Принц ответил почти сразу. И тут же послышались фоновое звуки, сопровождающие колонну на марше: лязг металла, стук копыт, далекое ржание лошади, и уже затем раздался голос Гарлина:

— Здравствуй Оля. Сегодня ты что-то рано связалась со мной. Случилось что?

— Здравствуйте ваше высочество. В общем-то, в столице все нормально, сегодня вернулся отряд, посланный на захват замка Орхи. С ними и принцесса Оранда прибыла, на вид цела, и вполне здорова.

— Очень радостная весть! А почему ты разговариваешь со мной так официально? Ты сейчас не одна?

— Со мной рядом находятся принцесса и сотник гвардейцев Верк Салан, который командовал отрядом, захватившим замок. А недалеко сидят сын герцога и его мать. Но важно другое. Только что принцесса приказала арестовать меня, вот я и решила связаться с вами, пока ситуация не перешла черту, за которой исправить наши взаимоотношения станет очень трудно.

— А в чем причина разногласий?

— Оранда решила меня уволить с поста коменданта столицы. А я посчитала, что это не в ее полномочиях. Потому и связалась с вами. Если вы подтвердите решение принцессы, я к всеобщей радости, удовольствию и ликованию передам ей власть, и займусь, наконец, своими личными делами, если, конечно, вы посчитаете, что моя вина не так уж и велика, и меня можно не арестовывать.

Присутствующие в зале люди удивленно прислушивались к разговору. Переговорные амулеты им до сих пор видеть не доводилось. Принцесса сразу узнала и голос, и манеру говорить, так что сомнений в том общение происходит с ее братом, у нее не возникло.

Гарлин молчал, видимо обдумывал, как относиться к произошедшему конфликту. Потом, приняв решение, сказал:

— Передай амулет Оранде.

Принцесса взяла кулон на золотой цепочке, протянутый ей Ольгой, и неуверенно спросила?

— Гарлин? Это ты?

— Я, сестричка. Рад, что с тобой все в порядке. Отойди куда-нибудь, где нас никто не услышит, хочу поговорить с тобой наедине.

Пока члены королевской семьи делились между собой новостями и выясняли отношения, Ольга решила пообщаться с сотником.

— Как прошел захват замка? — поинтересовалась она. — Потери большие?

— Из наших — двое убитых и шестеро раненых. Наемников Орхи убили четверых, а раненых с десяток где-то.

— На мой взгляд, неплохо. А чего вы тогда такой хмурый?

— Просто могло все вообще пройти без жертв. Затея с переодеванием удалась, и мы уже захватили главные ворота, но затем их маг обнаружил обман, и нанес огненный удар. Вот тут-то наши ребята и погибли.

— Мага этого, убили?

— Нет, ему удалось скрыться. Мы потом весь замок обыскали, но он как будто растворился в воздухе!

— Мне говорили, что герцога Орхи постоянно сопровождали два мага. Один тут, во дворце погиб, а второй…

— Да, это был он. У герцога еще маги были, но те попроще, обычные силовики, подавшиеся в наемники. А этих никто не знал, и откуда они пришли, тоже не известно.

— Как вы думаете, что этот маг теперь будет делать?

— Трудно сказать. Скорее всего, отправится домой, как только узнает, что герцог Орхи умер.

— Наверное, вы правы. Но мне как-то тревожно сделалось. Нужно усилить охрану дворца. И вы, гвардейцы, за принцессой усиленно присматривайте. Если маг ухитрился скрыться от вас, то он и сюда может незаметно пробраться.

— Вам тоже без охраны лучше не ходить.

— Ой, да кому я интересна?! Выскочка, которую неизвестно откуда вытащили, и вскоре точно так же засунут обратно. Так, по крайней мере, я выгляжу со стороны.

Сотник с интересом посмотрел на собеседницу.

— А на самом деле?

— На самом деле все немного сложнее. Но те, кто думает обо мне как о выскочке, в одном правы: комендантом столицы я пробуду недолго. До возвращения принца. Или даже еще меньше, посмотрим, чем закончится разговор Гарлина с принцессой.

Тут как раз в зал вернулась Оранда. Вид у нее был немного смущенный. Бросив на Ольгу задумчивый, с искоркой заинтересованности взгляд, она, без всякой скованности и неприязни сказала:

— Оля, извини! Я была неправа. Гарлин мне все объяснил. Ты и дальше остаешься комендантом столицы.

— Спасибо за понимание, ваше высочество. — Ольга обозначила легкий поклон и продолжила: — Еще раз извините, что я вмещалась в управление вашим дворцом. Я была вынуждена это сделать, потому что в результате двух переворотов не осталось других руководителей. Повара есть, слуги есть, а командовать ими некому. Но вы действительно лучше разберетесь со всем этим, чем я.

— Да уж разберусь как-нибудь. Можешь идти.

— Один вопрос. Родственников герцога Орхи вы хотите поселить здесь, во дворце?

Принцесса ненадолго задумалась, потом сказала:

— Не знаю, как поступить лучше. Со мной, когда я была в плену, обращались вежливо и предупредительно, взаперти не держали, разрешали гулять в придворцовом парке. Но любви я к родственникам убийцы моих родителей и брата, не испытываю.

— А у герцога есть в столице свой дом?

— Есть, только не дом, а тоже дворец, хоть и поменьше чем королевский. Он там свои личные приемы и балы устраивал.

— Тогда я предлагаю поселить их пока там, под охраной. А когда принц приедет, то уже и решит их судьбу.

— Да, это хорошее решение, займись этим.

— И еще, ваше высочество. Постарайтесь некоторое время ограничить доступ к себе посетителей. Я узнала, что одному из магов герцога Орхи удалось скрыться. Мы не знаем, куда он направился, и какие у него намерения. Так что нужно поберечься. Зачем искушать судьбу?

Ольга, сотник и оба члена семейства Орхи вышли из зала, оставив принцессу одну. Ну, раз от помощи отказалась, пусть сама разбирается со всем этим дворцовым хозяйством.

За дверями находился караул из охранников и пятерка гвардейцев, сопровождавших принцессу.

— Верк, позаботьтесь об усиленной охране принцессы, — обратилась Ольга к сотнику — Начальника караула я тоже предупрежу.

— Сделаю!

— Да, и выделите мне несколько человек, будут у меня охраной и курьерами, если что. Из дворца я съезжаю, так что искать меня надо будет на постоялом дворе Тучный кабан, я там номер снимаю.

— А с чем связан переезд?

— Дворец — дом принцессы. Боюсь, ей не понравится, если по нему будут ходить неизвестные личности, а это при моей должности постоянно будет происходить. То один вопрос возникает, то другой. Да и не надо лишний раз охрану напрягать в нынешних условиях. Сейчас всех входящих во дворец следует проверять: вдруг это замаскировавшийся беглый маг!

Расставшись с командиром гвардейцев, Ольга навестила управление полицией, где описала Зернику ситуацию с вражеским магом. Тот пообещал раздать соответствующие указания для поиска беглеца, но по его скептическому виду можно было понять, что надежды на поимку человека, который ухитрился скрыться из дворца полного воинов, он не питает. Да и саму вероятность того, что наемник, потерявший работодателя, будет предпринимать какие-либо активные действия, вместо того чтобы вернуться домой и затаиться, он считал низкой.

К вечеру наведалась в лечебницу и обнаружила у Адрика посетителей. Оказывается, вместе с отрядом, освободившим из плена принцессу, прибыло и несколько воинов из сотни графа Гиди.

Сам граф все прошедшее после переворота время, собирал соратников в поддержку Гарлина. После того, как получил известия о том, что Адрик в тюрьме, он проявил благоразумие, и в столицу выручать сына не кинулся. Граф уже собрал отряд в четыреста человек и договорился о поддержке с соседями-аристократами. И сейчас, после того как пришли вести, что герцог убит, а замок Орхи занят силами, поддерживающими Гарлина он не смог бросить все, чтобы навестить сына. Все управление ополчением было завязано на него, и для передачи дел, требовалось время, а тут еще и графиня от переживаний слегла. Вот и принял граф решение не ехать в столицу самому, а послать небольшой отряд, который и должен был позаботиться об отпрыске.

Визитеров Ольга не знала, а может, и просто не помнила. События первого года проживания на Гемоне она уже в своей памяти почистила, поэтому не исключено, что и информацию о воинах замкового гарнизона посчитала ненужной. В общем, еще раз убедилась, что резервная копия памяти ей необходима.

Сегодня виконт выглядел бодрее и веселее, и уже подумывал о переезде в столичный особняк, принадлежащий его семье. Однако лекари настоятельно не рекомендовали этого делать, поскольку времени после операции прошло слишком мало, а потому все еще возможны осложнения.

— Оля, поговори ты с этими лекарями, надоело мне уже тут лежать! — попросил он.

— Не буду я с ними разговаривать. Я и сама вижу, что поврежденное легкое держится только за счет заклинаний. Грудные мышцы тоже только-только начали срастаться, и при резком движении рана может опять начать кровоточить, поэтому необходимо, чтобы за вами постоянно наблюдал маг.

— Но ты ведь тоже маг! Вот и понаблюдай меня.

— Каким образом я смогу за вами наблюдать?

— Очень просто! Переедешь жить в наш особняк, и я постоянно буду у тебя перед глазами.

— Не смогу я постоянно находиться рядом с вами, у меня, знаете ли, должность ответственная, а опыта никакого! Так что мне часто приходится разъезжать, чтобы встретиться с нужными людьми. Да и вряд ли вам понравится, если в ваш особняк будут приходить посетители, которым нужно решить какие-нибудь дело. Мне из-за этого пришлось из дворца съехать.

— И где ты теперь живешь?

— На постоялом дворе. Я там свой номер и не освобождала.

— Тем более, тебе будет удобнее в нашем особняке! Я выделю тебе комнату рядом с входом, устроишь в ней кабинет.

— А зачем это нужно вам?

— Сама же сказала, что мне нужен присмотр. И если ты будешь рядом, то всегда сможешь оценить мое состояние, и помочь, если что. Или вызвать лекаря, если надо.

— А зачем это нужно мне?

— Неужели ты не испытываешь ко мне хотя бы дружеских чувств?!

— Вы, виконт — шантажист и манипулятор! Что вас тут, в лечебнице не устраивает?

— Да все вроде хорошо! Но как-то неуютно. Домой хочу.

— Пока рано вам домой. Нужно подождать хотя бы два-три дня.

— Так ты согласна на переезд!

— Придется присмотреть за вами, а то совершите какую-нибудь глупость, а я виноватой себя буду чувствовать. Но я перееду в ваш особняк только вместе со своей охраной и пажом.

— Ты теперь такая важная персона, что тебе нужны охранники? — насмешливо спросил Адрик. — Большая охрана-то?

— Три человека.

— Ну, это не проблема. Но паж! Ха, ты что, графиня?

Насмешливые нотки в голосе виконта прозвучали еще более явно.

— Мое полное имя сейчас — дона Оля Лаэция графиня Ронда. Но то, что я графиня — секрет!

Виконт с ошарашенным видом замолк, потом спросил:

— Ты что, вышла замуж?

— Нет, меня удочерил граф Ронда. А в Лаэции, в отличие от Ларии, дети носят титул отца.

— Угу, понятно, — в голосе Адрика теперь слышалось облегчение. — А замуж, значит, тебя не берут?

— Не везет мне с этим! — Ольга улыбнулась. — Но оно и к лучшему. Никто меня не ждет, кроме графа, моего названного отца, но и я ни к кому не привязана.

— Разве это хорошо?

— Каждый раз мое увлечение кем-либо приносит, в конечном итоге, огорчение. И зачем саму себя мучить?

В палате установилась тишина, разбавленная лишь далекими звуками шагов и невнятных разговоров. Лечебница — учреждение общественное, живущее своей особой, не утихающей ни на минуту, жизнью. Визитеры из замка Гиди вышли в самом начале разговора, чтобы не мешать, и сейчас ждали в коридоре.

— Ты так говоришь, как будто можешь управлять своими чувствами! — прервал молчание виконт.

Ольга вздохнула.

— Хотелось бы, но пока не очень получается. Но я работаю над этим!

— Надеюсь, что у тебя и не получится. А почему твое полное имя — секрет?

— Не хочу давать повод обвинить Гарлина в передаче власти иностранке. Я ведь сейчас — комендант города, если вы не забыли.

Помолчали еще немного, потом Адрик спросил:

— Слушай, может, хоть теперь будешь обращаться ко мне на «ты»?

— Хорошо, — неожиданно согласилась Ольга.

— Тебя уже не беспокоит, что это будет означать какую-то близость между нами?

— Уже нет.

— Почему?

— Все прошло, все перегорело. Дружеские чувства сохранились, от остального даже пепла не осталось.

— Звучит, как приговор, — огорченно пробормотал Адрик.

Глава 15

Два дня прошли спокойно. Иногда приходилось решать различные вопросы, связанные с управлением городом, но особо чиновники Ольгу не беспокоили. На третий день, Адрик переехал в свой особняк, а за ним и ей пришлось переселиться. Выздоровление виконта шло быстрыми темпами, так что риск осложнений значительно уменьшился, и теперь вполне можно было обойтись наблюдением на дому. А к вечеру этого же дня примчался курьер — гвардеец, выделенный для связи, и сходу сообщил:

— Принцесса пропала!

Первым же порывом было вскочить, бежать и что-то делать, но Ольга быстро взяла себя в руки и начала спрашивать:

— Когда пропала, где пропала и при каких обстоятельствах? Докладывайте четко, и если это важно, то с подробностями.

— Сегодня принцесса устроила прием для своих друзей.

— Мне казалось, что сейчас не время для праздников. У принцессы недавно родители и брат погибли.

— Предполагалось, что на приеме друзья и знакомые выразят ей соболезнования и готовность поддержать ее в это трудное время.

— Понятно. Моим предупреждением о том, что надо сократить число визитов во дворец пренебрегли. И что дальше?

Гвардеец оказался довольно толковым, и смог внятно описать картину происшествия. Во время легкого то ли позднего обеда, то ли раннего ужина принцесса вышла из зала. Поначалу на это никто не обратил внимания. Но минут через десять — пятнадцать, одна из подруг принцессы попыталась найти ее, но не смогла. Гостей это не насторожило, но стоящие у входа на посту гвардейцы услышали о том, что принцессы нет, и встревожились. До них как раз довели приказ об усиленной охране дворца, поэтому о подозрительном отсутствии принцессы сразу сообщили начальнику дежурной смены Орану Керсу. Командир взял на себя ответственность и приказал проверить все покои принцессы. Выяснив, что принцессы нет во всем отведенном ей крыле дворца, он поднял тревогу, приказал перекрыть все выходы из здания, и никого не выпускать. После чего послал гонцов к командующему гвардией, и к Ольге, как коменданту столицы.

— Вы в карете приехали? — спросила Ольга у гвардейца.

— Нет, верхом. Но я и вам лошадь привел.

— Молодец! Сам додумался?

— Командир подсказал.

— Значит, оба молодцы.

Особняк графа располагался недалеко от королевского дворца, так что доехали быстро. Караульные стояли как снаружи, так и внутри от входа. По всему периметру дворца так же находились вооруженные люди в форме.

— Принцесса не нашлась? — поинтересовалась Ольга у гвардейского сотника.

— Нет. Но мы пока и не искали ее. Сил недостаточно. Я основное внимание уделил охране мест, через которые можно покинуть дворец. Ожидаю подкрепления, потом начнем прочесывать здание. Хотя я полагаю, что принцесса уже где-нибудь в городе. От ее покоев до ближайшего выхода всего несколько минут неспешной ходьбы. А тревогу ведь подняли далеко не сразу после исчезновения.

— Вряд ли принцесса согласилась добровольно и без сопротивления выйти из здания. Значит, ее должны были либо как-то обездвижить, и лишь потом вынести, либо применить какие-нибудь методы, чтобы подавить ее сопротивление. И на то и на другое требуется время. Да и не так-то просто это сделать незаметно. Так что шансы на то, что принцесса все еще во дворце, есть.

— Пожалуй, вы правы, — не стал спорить сотник.

В это время распахнулась дверь караульного помещения, и какой-то разнаряженный юноша попытался через нее проскочить, но тут же чья-то рука затащила его обратно.

— Я требую, чтобы меня выпустили из дворца! Вы не имеете права меня задерживать! Я сын графа Гнеля! — послышался из комнаты возмущенный голос.

— Что тут у вас происходит? — удивленно спросила Ольга.

— Гости принцессы попытались покинуть дворец, вот на выходе их и задержали.

— Это интересно! Я хочу на них посмотреть.

Ольга и сотник зашли в караулку, где тем временем продолжался скандал.

— Я буду жаловаться! Вас разжалуют, и отправят на каторгу! — продолжал возмущаться сын графа.

— У меня приказ, — невозмутимо возражал гвардеец. — Как только его отменят, вы вольны будете отправляться, куда угодно.

В караулке сейчас было тесно. Около двадцати юношей и девушек, примерно в равном соотношении, сидели и стояли вдоль стен. Все они, кто с интересом, кто с азартом, а кто просто безучастно, наблюдали за перепалкой, и на вошедших Ольгу и сотника внимания не обратили.

— Кто вам отдал приказ? Покажите мне его!

— Приказ отдал командир охраны, и я правомочность его подтверждаю, — отозвалась Ольга.

— А ты кто такая?

— Я — комендант города Оля Лаэция. Возможно, вы уже слышали обо мне.

— Ха-ха! Девчонка утверждает, что она комендант. Да кто тебе поверит?!

— Неважно, верите вы, или нет. Важно то, что принцесса пропала, возможно, захвачена преступниками, а вы сейчас, устраивая здесь скандал, как торговцы на базаре, мешаете попыткам ее найти!

— Да как связаны мы и преступники?!

— Вы — последние, кто видел принцессу и возможно, что-то видели или слышали, но не придали этому значения, возможно, кто-то что-то знает, но полагает, что это к делу не имеет отношения. Поэтому и хотим поговорить с вами, пока из памяти не выветрились незначительные на ваш взгляд происшествия или события сегодняшнего вечера.

— И как долго нам ждать этого разговора? Нас затолкали в эту каморку, как рыбу в бочку, даже стульев всем не хватает, да и не продохнуть тут будет скоро!

Караулка была совсем не маленькой, но на такое скопление людей она не рассчитывалась, поэтому сейчас в ней действительно было тесновато.

— Согласна, что затягивать разговор не стоит. Давайте я задам каждому из васнесколько вопросов, и уже потом определимся, как поступить: расходиться вам по домам, или дожидаться окончания поисков принцессы. Кто хочет первым поговорить со мной? — сказала Ольга, устраиваясь за один из столов.

— Давайте я, — вызвался сын графа Гнеля.

— Итак, вас зовут?…

— Виконт Ролс Гнель.

— Скажите, вы слышали, или видели на приеме что-нибудь подозрительное?

— Нет, не видел и не слышал.

— Может, у вас есть какие-нибудь сведения или мысли по поводу происшествия?

— Да я вообще об этом не думал! Я хочу вернуться домой, и уже там осмыслить то, что произошло.

— Насколько я знаю, перед тем как исчезнуть, принцесса просто вышла из зала. Она сделала это одна, или ее кто-то сопровождал?

— Я вообще не видел, как Оранда выходила!

— А можете сказать, сейчас в этой комнате находятся все гости принцессы, или кто-то отсутствует?

— Так сразу, я не могу определиться, подумать нужно.

— Хорошо, посидите или постойте в сторонке, и попытайтесь вспомнить все события, которые произошли с вами во дворце, а я пока с другими гостями побеседую.

Дальнейший опрос проходил по такому же сценарию. Довольно скоро выяснилось, что принцесса вышла вместе с двумя молодыми людьми: виконтом Непсом и баронетом Доркальским, которые здесь сейчас не присутствовали. При этом некоторым гостям показалось, что Оранда выглядит несколько странно. Только что она оживленно что-то говорила, а затем стала какой-то сонной и вялой, после чего все трое и покинули зал.

Юноши и девушки, с которыми велась беседа, в целом нормально воспринимали попытки выяснить обстоятельства происшествия, и добросовестно старались вспомнить все детали так неожиданно закончившегося приема. Вопрос о том, почему гостей задержали, а также о полномочиях собеседницы, больше не поднимались. Скорее всего, тут сказалось поведение караульных, которые беспрекословно выполняли распоряжения молодой женщины, назвавшейся комендантом города, и при этом, не удивлялись, что она отдает им приказы, а воспринимали их, как само собой разумеющееся.

Всех, с кем она уже поговорила, Ольга отправляла в сторону карауливших у дверей гвардейцев. Главной целью такого разделения было желание получить общую картину событий глазами каждого из гостей, а разговоры между ними по поводу ее вопросов могли внести в нее искажения, пусть даже и без злого умысла. Кого-нибудь пропустить она не опасалась, с памятью у нее все было в порядке, даже слишком, так что лица своих собеседников, она запомнила.

Опрос уже подходил к концу, осталось поговорить лишь с девушкой и двумя парнями, когда в ауре одного из них, который к тому же оказался магом, стали явно просматриваться признаки некоторого смятения. Возможно, начал беспокоиться он уже давно, просто это не сильно проявлялось, а потому нехарактерное возбуждение мага оставалось некоторое время не замеченным. После того, как Ольга обратила на молодого человека свое внимание, обнаружилась и интересная особенность его поведения: постоянные, на первый взгляд хаотические, перемещения по комнате, но в результате которых, он все чаще оказывался среди тех, кто уже прошел собеседование.

Все это выглядело подозрительно, но предупреждать караульных, Ольга не стала. Не следовало настораживать юношу раньше времени. Как бы это не спровоцировало агрессию с его стороны. Пусть лучше, он находится рядом с ней, когда поймет, что его в чем-то подозревают. Так нейтрализовать его будет проще, в случае чего.

Наконец, не опрошенным остался только этот подозрительный молодой человек. В последние несколько минут он не выходил из, многочисленной, группы отпрысков аристократов, прошедших собеседование. Так что, в принципе, его могли и пропустить, посчитав, что он уже прошел собеседование. Правда, по распоряжению Ольги, один из гвардейцев вел список гостей. Мало ли, вдруг впоследствии к ним еще вопросы появятся, а кого и где искать, и не знают! Но видимо таившийся парень рассчитывал, что пересчитывать по головам и сравнивать с количеством людей в списке, никто не будет.

— Вроде всех опросили, — заявил гвардеец, выполняющий обязанности писаря, после того как оглянулся и не обнаружил очередного свидетеля.

— Да нет, еще с одним парнем я не познакомилась, — возразила Ольга. — Молодой человек, подойдите, пожалуйста, ко мне, а то нехорошо получается: со всеми я пообщалась, а вы меня избегаете!

— А может, я с тобой и не хочу знакомиться! Меня прислуга в качестве собеседника не интересует.

В комнате установилась тишина. Ничем не спровоцированная грубость вызвала недоумение, а у некоторых, еще и изумление. Видимо, такое поведение было не характерно для юноши. Ольгу хамские слова никак не задели. Что ей до слов какого-то много возомнившего о себе сопляка?! А вот повышенный интерес к причинам совершить этот странный поступок, у нее возник.

— Вот как?! Очень странно! Вы не хотите, чтобы принцесса нашлась как можно скорее?

— Хочу, но помочь ничем не могу.

— А мне кажется, что у вас просто отсутствует желание. Но хотя бы имя свое, вы назвать можете?

— Мне не о чем с вами разговаривать. Я требую, чтобы нас всех немедленно выпустили из дворца.

— Ваши требования услышаны, можете порадоваться этому факту. А в промежутках между приступами радости, сообщите ваше имя, пожалуйста.

Такое упорство в нежелании общаться выглядело уже не просто удивительно, но и подозрительно. Видимо, осознав это, и оценив последствия для себя, юноша все же ответил:

— Виконт Серх Лерсон. Все, я могу идти?

Солгал. Вот и выяснилась причина странного поведения парня. Не виконт это, а если и виконт, то не Серх Лерсон. Он специально накручивал себя, стараясь внести искажения в часть ауры, отображающей эмоции человека. Когда аура находится в возбужденном состоянии, обнаружить ложь по ней, значительно труднее, и не каждый маг на подобное способен. Маги-гвардейцы, находящиеся в комнате — обычно, чистые боевики, а потому вообще не могут разглядеть ауру. А вот каковы способности Ольги, этот незнакомец не знал и на всякий случай попытался вывести ее и себя из равновесия. Не предполагал он что, несмотря на небольшой опыт, способностям в магическом зрении этой девчонки, которая выглядит совершенно несерьезно, может позавидовать любой убеленный сединами маг. Но об этом вообще, мало кому было известно.

Естественно, сразу же возник вопрос: а кто же скрывается под личиной Серха? И кто и как смог создать иллюзию, настолько хорошо передающую мимику лица, что заметить ее удалось только сейчас, после внимательного исследования магических потоков вокруг тела лже-Серха?

— Полагаю, что как только вы скажете адрес, по которому вас можно будет найти, необходимость удерживать вас всех здесь, отпадет, — ответила Ольга на вопрос.

Неизвестный под личиной замялся. То ли оценивал, как себя вести, то ли попросту не знал нужного адреса.

— Улица Роз, особняк графа Лерсона, — последовал, наконец, ответ.

— Вот видите, как легко и быстро можно ответить! А вы почему-то упрямитесь, — проговорила Ольга, вставая одновременно со стула и начав движение в сторону лже-Серха, который так и не подошел к столу. — А теперь скажите свое настоящее имя, пожалуйста.

Канал для выкачивания энергии из заклинания иллюзии уже был сформирован и начал свою работу. У заклинаний чувственной магии не было отдельного источника для поддержания работы, поэтому и развеять их можно было только более мощным заклинанием, но это риск, что незнакомец воздействие почувствует. Но можно было внести в иллюзию искажения, которые в конечном итоге, приведут к тому, что она спадет. Вот последнего Ольга и добивалась, и небезуспешно.

— Кто это?! — вдруг воскликнула девушка, с испугом глядя на стоящего радом с ней лже-Серха, черты лица которого вдруг местами потекли, отчего тот приобрел вид испещренного язвами чудовища.

Неизвестный был насторожен, и при громком возгласе не стал выяснять его причину, а попытался метнуть сформированное амулетом заклинание огненного шара, целясь при этом в ближайших к нему молодых аристократов. Видимо он хотел внести сумятицу среди находящихся в комнате людей и, воспользовавшись неразберихой, скрыться.

Как ни быстр был преступник, но Ольга оказалась быстрее. Она тоже подготовилась к разного рода неожиданностям, и как только возникла угроза, в прыжке достала этого лже-Серха, левой рукой перехватив огненный шар, а правой ударив противника в висок.

Обжигающая боль, охватившая кисть руки, которой удалось перехватить заклинание, появилась лишь на секунду, а затем чувствительность в ней исчезла, но тоже ненадолго. Спустя еще несколько секунд появилось ощущение, что через кожу проникает множество тонких ручейков горячей воды, просачивающихся внутрь тела, и бесследно исчезающих там. Длилось это тоже не слишком долго, и вскоре к кисти вернулась обычная чувствительность.

Кожа руки покраснела, но не слишком сильно, зато рукава камзола и рубашки под ним обгорели до локтя, обнажив нож на предплечье, крепление которого благодаря близости к телу не пострадало. Запахло горелым. Ольга похлопала по ткани и погасила продолжающие тлеть остатки рукавов. Дыма от этого еще больше прибавилось, а запах горелого стал резче. Впрочем, на это мало кто обратил внимания. Взоры всех присутствующих были устремлены на преступника, лежащего на полу. То, что этот человек мертв, сомнений ни у кого не возникало. С проломленным виском долго не живут.

— Ой, мамочки! — послышался тонкий, совсем не аристократический возглас из толпы молодежи.

Первым, как ему и положено, пришел в себя один из боевых магов. Убедившись, что преступник мертв, он спросил у Ольги:

— Как ваша рука, лекарь требуется?

— Да нет, все в порядке, — ответила та, пошевелив пальцами.

— Повезло вам! Заклинание очень мощное было, могло и руку вам спалить, и половину присутствующих. Видно оно не до конца успело сформироваться, вы своим ударом помешали. Хотя, рукав ваш сгореть успел. Гм.

— Да, я тоже думаю что повезло, — согласилась Ольга, которой не хотелось, чтобы маг и дальше размышлял в этом направлении. В кои-то веки особенность ее тела поглощать магическую энергию принесла пользу! Но посторонним знать, и даже догадываться об этом, совсем не обязательно.

Иллюзия на неизвестном, тем временем полностью развеялась, и сейчас уже можно было разглядеть черты мужчины лет тридцати — тридцати пяти.

— Кто-нибудь знает этого человека? — спросила Ольга.

Большая часть присутствующих отрицательно покачали головой, лишь командир второй пятерки гвардейцев сказал:

— Мне кажется, я видел его сразу после переворота, который устроил герцог Орхи. Он был магом, одним из тех, кто пришел с наемниками.

— Обыщите тело. Все вещи — на этот стол. И вот еще что, срочно пошлите по несколько гвардейцев к семьям Серха Лерсона и тех двух молодых людей, что исчезли вместе с принцессой. Если найдете их живыми, задержите. В случае попыток воспрепятствовать, ссылайтесь на меня, как представителя принца и срочно вызывайте подмогу. В этом случае арестовывайте всех, кто оказывал сопротивление. Разбираться в виновности того или иного человека будем потом, после того как найдем принцессу, — приказала Ольга.

— А что делать с этими молодыми аристократами? — спросил один из магов.

— Отпускайте.

— Вы уверены? Может, их тоже задержать на время, на всякий случай?

— Не надо. Мы не знаем, сколько еще заговорщиков находится во дворце. Представьте, что под личиной слуги, скрывается преступник! Не хотелось бы, чтобы гостей принцессы захватили в качестве заложников. Пусть они лучше пока дома посидят.

Гости принцессы, впечатленные произошедшими событиями, вышли из дворца, и остановились недалеко от входа в ожидании своих карет. В караулке осталась только дежурная пятерка охранников, да виконт Ролс Гнель — самый ершистый из этой молодежной компании, который кроме этого ещё и магом являлся.

— А вы, почему не уходите? Недавно аж пылали яростью от возмущения, что вас задержали, а теперь что-то не торопитесь! — спросила у него Ольга.

— Я хочу участвовать в поисках принцессы. Я маг, и могу помочь, в случае необходимости. А за свои грубые слова, прошу прощения. Теперь я вижу, что был не прав!

— Извинения приняты. А вот насчет вашей помощи, у меня возникли сомнения. Преступники опасны, и вы можете пострадать в случае столкновения с ними.

— Вы полагаете, что я их боюсь?!

Глаза юноши гневно засверкали, еще чуть-чуть, и на дуэль вызовет.

— Вы-то, как я вижу, не боитесь. Это я боюсь. Случись что с вами, ваши родители в этом обвинят меня. А мне дополнительные неприятности не нужны, достаточно и тех, что есть!

— Можете не волноваться за это! Помощь принцессе — долг каждого аристократа, и я его выполню. Официально, в присутствии свидетелей заявляю, что я, виконт Ролс Гнель сам настоял на своем участии в поисках принцессы Орнды.

— Мда. И что с вами делать? Впрочем, если вы обязуетесь выполнять мои приказы, можете попытаться мне помочь.

— А почему я должен выполнять ваши приказы?

— Потому что комендант города я, а не вы, потому что главная задача — это спасти принцессу, а для этого необходимы слаженные действия, а ваша самодеятельность может привести ее к гибели. Если вы с этим не согласны, попробуйте сами пройтись по дворцу, и позаглядывать под кровати. Быть может, вы кого-нибудь, или что-нибудь и найдете, пыль, например.

— Хорошо, я признаю ваше право командовать.

Вот чего только не намешано в этом молодом аристократе. С одной стороны, гордости и самомнения — выше крыши, с другой, нашел в себе силы признать свою неправоту и извиниться.

— Отлично! Теперь давайте я поясню, что и почему собираюсь делать. Итак, пропала принцесса. Возможно, она сейчас уже где-нибудь в городе, и отыскать ее в этом случае, будет очень трудно. Но не исключено, что преступники не успели выйти из дворца. Все входы-выходы охраняются, и незаметно покинуть здание, не так уж и легко. Тем более, что тревогу подняли достаточно быстро, в результате караулы усилили и бдительность их повысили.

— А почему вы думаете, что она жива?

— В этом случае, мы уже нашли бы ее тело. А раз не нашли, значит принцессу где-то прячут. А какой смысл прятать мертвое тело? Думаю, что принцессе ничего не грозит до тех пор, пока похитители не почувствуют, что находятся в безвыходном положении. А нам сейчас нужно действовать быстро, но аккуратно. Если вы увидите принцессу, думайте в первую очередь о том, как ее спасти, а не убить преступников.

— Так что же нам нужно делать конкретно?

— Скоро во дворец должен подойти большой отряд гвардейцев, которые начнут проверять все помещения и места, где можно спрятаться. Но как раз наличие большого количества вооруженных людей и несет опасность для Оранды. Если преступников обнаружат, те могут убить ее. Я хочу сейчас, пока вроде бы во дворце все тихо и спокойно, осмотреть покои принцессы, и тот зал, где вы пировали. Потом прикинуть, куда преступники могли направиться, и где им удобнее всего прятаться. Чем больше мы узнаем подробностей преступления, тем больше шансов будет спасти принцессу. Но, сами должны понимать, что такая разведка — довольно опасна. Мы-то как раз живыми преступникам не нужны.

— Давайте я пошлю с вами двух человек в сопровождение, — предложил внимательно слушавший Ольгу командир звена охранников.

— Не надо. Я считаю, что с ними шансы на то, что принцессу убьют, возрастут. Да и ослаблять вас нельзя, неизвестно, через какой выход преступники захотят прорваться, может, и через этот, который охраняете вы. А среди тех, кто захватил принцессу, есть маг, не исключено что и не один.

— Может, вам какая-нибудь другая помощь нужна? — спросил охранник.

— Камзол мне не мешало бы сменить, а то выгляжу оборванкой, неудобно как-то.

— Есть у нас несколько новых комплектов формы. На всякий случай держим. Мы ведь всегда должны выглядеть как на параде.

Подходящую верхнюю одежду подобрали быстро. Да и выбирать особо было не из чего. Камзол оказался чуть великоват, но выглядела в нем Ольга намного лучше, чем в своем родном, но обгоревшем. Рубаху она, менять не стала. Под камзолом отсутствие рукава было не видно.

Только собрались направиться к покоям принцессы, как прибыла полусотня гвардейцев во главе с командиром Рэйко. Этот человек одним из первых признал Ольгу как представителя Гарлина, и вполне заслуживал доверия. Но он также рвался на поиски Оранды, и чтобы отговорить его от немедленного прочесывания помещений дворца, понадобилось некоторое время.

— Хорошо, я принимаю ваш довод о желательности хоть какого-нибудь расследования, но одну вас не отпущу, с вами пойду! Я маг, и моя помощь будет не лишней, — заявил он Ольге.

— У меня уже есть помощник — виконт Ролс Гнель вызвался мне помочь. Но и ваше присутствие не помешает. Идемте!

Присутствие аристократа и одного из командиров гвардейцев, кроме некоторой озабоченности в том, что несогласованные действия при стычке с преступниками могут помешать спасению принцессы, имело и свою положительную сторону. Стопроцентной уверенности, что Оранда жива, у Ольги не было, и наличие свидетелей событий, в случае обнаружения ее тела, не помешает. А то, мало ли какие слухи начнут распускать, могут и ее виновной изобразить. Потому она и согласилась так легко на участие в поиске виконта, а теперь и полусотника.

Главы 16 и 17

Глава 16

У дверей в покои принцессы несли караул два стражника из охраны дворца. Всех троих только что прибывших посетителей они знали, так что пропустили в зал для приемов беспрепятственно.

Глазам открылось помещение с остатками пиршества. Два опрокинутых стула подсказывали, что покидали его спешно. Стражники, которые получили сообщение о пропаже Оранды, своими поисками привели в смятение гостей и напугали слуг. Так что убирать здесь оказалось некому. И это было хорошо. Многочисленные аурные следы носили четкие характерные черты, как людей, так и предметов. Ольга прошла через зал, и зашла в спальню принцессы. Оба ее сопровождающих последовали за ней.

— Вы что-то ищите? — спросил полусотник.

— Мне нужна какая-нибудь вещь принцессы, которую она часто носила или держала в руках.

— Может, что-нибудь из украшений? У Оранды несколько комплектов, которые она носила по очереди, ну, чтобы к платью подходили, — сказал виконт.

— Да, думаю, что это хорошая мысль, — согласилась Ольга.

Шкатулки с украшениями нашлись в будуаре.

— Что из этого принцесса чаще всего надевала? — спросила Ольга, открыв несколько футляров.

— Вот эти сапфиры она любит. Красивый, редкий и дорогой набор с востока. Но сегодня Оранда была в розовом платье, поэтому к нему она надела рубиновое колье, браслет перстень и сережки, — ответил виконт, который, похоже, сам был неравнодушен к украшениям: на пальце у него красовался перстень с крупным изумрудом.

Ольга взяла в руки аметистовую подвеску, и закрыла глаза.

— Что вы делаете? — спросил спустя некоторое время, более нетерпеливый, чем полусотник, виконт.

— Изучаю и запоминаю остаточные следы ауры принцессы.

— А разве это возможно? — удивленно воскликнул полусотник.

— Возможно, если тренироваться в этом направлении, — ответила Ольга, перебирая драгоценности в других шкатулках, чтобы запомнить как можно больше характерных для души принцессы фрагментов.

Закончив, она перешла в зал для приемов, и стала рассматривать остатки аур в нем.

— А где такому учат? — поинтересовался виконт.

— В Монастыре Святого Раминака.

— Вы учились в Монастыре?! — удивился полусотник.

— Недавно вернулась оттуда. Где сидели виконт Непс и баронет Доркальский?

— По обе стороны от принцессы, — ответил виконт Ролс.

Фрагменты ауры принцессы просматривалась очень четко. При использовании способа, который повезло освоить в Раминаке, они выглядели более яркими и четкими чем фоновый шум. Следы можно было рассмотреть по всему залу. Немалое их количество находилось и в проеме двери, и в коридорах, ведущих к покоям Оранды. Дальше они шли в двух направлениях: один из них вел в широкий, богато убранный широкий коридор, заканчивающийся парадной лестницей, а второй, в узкий и неприметный проход неизвестного назначения. И вот как раз второй след выглядел подозрительно. Не ходят принцессы служебными переходами!

В это подозрительное место и направились в первую очередь. По сторонам длинного и узкого коридора тянулись кладовки, а также другие комнаты непонятного назначения, прикрытые обычными дверями. Ольга проверяла все попадающиеся по пути помещения, благо те оказались незапертыми. Вскоре она дошла до большого зала, который без сомнения являлся вотчиной повара и его помощников. Людей здесь сейчас не было, видно попрятались кто где после исчезновения принцессы, но назначение кастрюль, сковородок, всякого рода другой посуды, которой были заставлены столы и полки вдоль стен, а так же магической плиты не вызывало сомнений.

Следы принцессы обнаружились и здесь. Зачем она сюда заходила, что тут потеряла, было непонятно. Слишком напутано тут все было. Судя по следу, принцесса и ее похитители зашли на эту кухню, некоторое время ходили тут, затем направились дальше по коридору, заглянув зачем-то по пути в очередную кладовку, где некоторое время сидели на мешках с зерном. Но на этом их путь не закончился. След вывел к неширокой лестнице, спустившись по которой, принцесса и ее похитители оказались в помещении, одна из дверей которого вела наружу. Судя по простоте отделки комнаты, пользовались этим проходом в основном слуги. Сторожили двери два стражника, а в расположенной по соседству караулке можно было разглядеть еще троих. Здесь след, не доходя до двери, и обрывался.

— Давно на дежурство заступили? — спросила Ольга, подойди к командиру пятерки.

Все охранники дворца уже знали коменданта города в лицо, поэтому в правомочности заданного вопроса никто не усомнился.

— С шести часов. Скоро должна быть пересменка.

— Вы слышали о пропаже принцессы?

— Да. Приходил представитель гвардейцев, приказал усилить бдительность и никого не выпускать.

— Что-нибудь подозрительное видели? И выходил ли кто-нибудь в последний час?

— Подозрительного ничего не заметили, а выйти да, пытались. Несколько человек из прислуги. Но мы, согласно приказу, развернули их назад.

— А сколько их было?

— Двое мужчин и женщина.

— Вы кого-нибудь из них раньше видели?

— Нет. Да мы и не присматриваемся никогда к прислуге, зачем нам это? Но одеты они были в форму, как положено.

— А куда они пошли, после разговора с вами?

— Да вернулись назад, по той же лестнице, что вы пришли.

Поблагодарив стражника, Ольга, так же как и неудачливые слуги, или те, кто прикрывался их образом, вернулась на лестницу и стала подниматься, по пути внимательно осматриваясь магическим взором.

— Думаете, это те, кого мы ищем? — негромко спросил полусотник.

— Очень похоже на то. Теперь бы понять, где же они скрываются, если, конечно, им не удалось выйти через другой проход.

— Странно, что они шли так долго. Ведь до того, как поднялась тревога их, скорее всего, беспрепятственно пропустили бы.

— Согласна с вами. Либо им что-то помешало, либо эти слуги не те, кого мы ищем.

До третьего этажа, на котором располагались покои принцессы, как Ольга ни всматривалась, ничего подозрительного так и не обнаружила. Около открытой двери на кухню она остановилась.

— А что, Оранде готовят еду отдельно? Зачем тут эта плита, посуда?

— Последние два года принцесса часто устраивала приемы, а носить закуски с первого этажа, к тому же, если они горячие, неудобно. Вот и вышли из положения, оборудовав дополнительную кухню.

Ольга стояла и смотрела на обрывавшийся посреди помещения след. Вероятно, похитители зашли сюда, с какой-то целью, после чего вышли. Вот только вопрос: а что они тут потеряли? Пока она размышляла, виконт, от нечего делать, зашел в кухню, и стал ходить вдоль полок с посудой. В какой-то момент, его аура вдруг замерцала, сильно исказилась, и стала настолько блеклой, что если не присматриваться, ее вообще можно было не заметить.

«Вот оно! Здесь!», поняла Ольга, сохраняя при этом невозмутимый вид. Действовать сейчас надо осторожно и неожиданно, чтобы захватить преступников врасплох.

— Идемте виконт, надо осмотреть и другие помещения дворца, — сказала Ольга, и пошла по коридору в сторону покоев принцессы. Оба спутника двинулись вслед за ней.

Ситуация складывалась непростой. С подобной иллюзией, которую очень трудно обнаружить обычным способом, раньше встречаться не приходилось. До тех пор, пока виконт не вошел в зону искажений, ничто даже не намекало о примененном заклинании. Вот и сейчас, за стеной находится кухня, а определить, что или скорее кто там затаился, не получалось. Невозможно рассмотреть ни самих людей, ни их аур, как ни старайся. Предпринимать же что-либо, действуя вслепую — это подвергать лишнему риску жизнь Оранды. Потому и ушла, уведя с собой и спутников, чтобы попробовать определить точное место расположения принцессы и ее похитителей в более-менее спокойной обстановке. А то виконт там, на кухне, мог случайно наткнуться на кого-нибудь, и спровоцировал бы тем самым преступников на активные действия.

Ольга зашла зал для приемов и, вопреки своим словам об осмотре дворца, села на один из стульев и для лучшей сосредоточенности закрыла глаза.

— А мы разве не пойдем дальше искать Оранду? — спросил виконт.

— Пойдем, но мне нужно подумать. Подождите немного.

Говорить об обнаружении иллюзии спутникам, Ольга пока не хотела, потому что эта информация определенно скажется на их эмоциях и поведении. Вдруг под этой иллюзией и активный элар не виден! Самих преступников не найти, а они спокойно себе наблюдают за происходящим в соседних помещениях. Да и виконт — очень эмоциональный молодой человек, как бы, не сотворил чего, узнав, что Оранда, возможно, находится совсем рядом! Так что пусть лучше останется в неведении до поры до времени.

Обнаружить людей, скрывшихся под иллюзией, никак не получалось. Привычные приемы в данном случае не помогали, поэтому требовалось найти другой подход. До учебы в Раминаке, у Ольги вряд ли что-либо получилось, но посещение Лабиринта открыло возможность видеть и использовать плетения различной размерности, и этой своей способностью, она сейчас и воспользовалась. И, в конце концов, добилась успеха.

Обычные заклинания, созданные с целью обмануть чувства, скрывали трехмерное тело и искажали ауру настолько, что не каждый маг, даже опытный и умелый, мог рассмотреть скрытого таким образом человека, животное или предмет. Ольга и раньше относилась к немногочисленной группе умельцев, которые могли видеть мир с большой размерностью. А после прохождения пещер Раминака, и вовсе с легкостью распознавала попытки исказить ее восприятие. Но в иллюзии, с которой она познакомилась только что, использовались заклинания с размерностью восемь, поэтому в этот раз она и не смогла ее распознать сразу. Находясь внутри помещения, трудно обнаружить обычным взглядом то, что находится за стенами. А именно такую аналогию можно провести в данном случае. Поэтому только взгляд из девятого измерения позволил сейчас увидеть людей на кухне.

Этот способ наблюдения имел как свои достоинства, так и недостатки. То, что увеличился максимальный радиус обзора, так же как и возможность видеть сокрытое — это, безусловно, плюс. А вот снижение качества картинки, сейчас сильно мешало.

Общеупотребительный магический взгляд позволял определить пол человека, состояние его здоровья, расположение тела в пространстве. А сейчас Ольга наблюдала три ауры, отнести к человеческим которые, она могла только путем несложных логических умозаключений: ну некому там больше быть! Две фигуры располагались вплотную друг к другу, третья — немного в стороне, вот и все, что удалось увидеть. Возможно, конечно, разглядеть подробности мешает расстояние, и вблизи получится разобраться, кто есть кто. Но тут не попробуешь — не узнаешь.

— Давайте еще раз пройдемся по маршруту к выходу из дворца, мне кое-что нужно проверить. Только, знаете что, соберитесь. Не забывайте, что где-то рядом находятся преступники. Проверьте, как выходит из ножен оружие, и приготовьте боевые заклинания, — предложила Ольга, на что соратники никаких возражений не высказали.

В служебном коридоре, виконт и полусотник направились, было, прямиком к лестнице, но увидев, что их спутница свернула к кухне, присоединились к ней. Ольга прошлась вдоль полок с посудой, взяла в руки хрустальный графин и, вроде бы разглядывая его, спросила:

— А напитки для гостей во время приемов, тоже здесь готовят, или приносят откуда-то?

— Не знаю, никогда не интересовался этим вопросом, — с недоумением ответил полусотник.

Его мнение о своевременности подобных вопросов, легко можно было прочитать на лице. Но Ольге было не до переживаний и чувств помощников, она целиком сосредоточилась на человеческих фигурах, скрытых заклинанием.

Сейчас, находясь вблизи от них, можно было разглядеть, что более крупная аура, как бы охватывает двумя щупальцами ту, что поменьше. Наиболее вероятное предположение — это то, что преступник держит Оранду. Не исключено, что с ножом у горла. Второй находится не вплотную к принцессе, но тоже в опасной близости. Исходя из этого расположения людей, и следовало действовать.

Вроде бы задумчиво осматривая полки с посудой, Ольга неспешно подошла к принцессе, но не вплотную. Она опасалась, что может спровоцировать преступников на активные действия. Сейчас стало отчетливо видно, что одна аура принадлежала женщине, а две — мужчинам. К счастью, нож у горла Оранды никто не держал. Преступник просто закрывал рукой ей рот. А короткие клинки висели у обоих мужчин на поясе. Это, конечно, снижало остроту положения, но полностью угрозу смерти для принцессы не исключало. В такой позиции свернуть шею можно за один миг.

Находясь примерно в полутора метрах от пары преступник-принцесса, Ольга повернулась к ним боком, и сказала:

— Глупая, конечно, была затея с поиском. Да и нет Оранды уже во дворце, скорее всего.

Ей хотелось, чтобы похитители хоть немного расслабились, и тем самым дали дополнительные доли секунды, которые могли иметь решающее значение при их нейтрализации. Постояв некоторое время, вроде бы в раздумьях, Ольга одним рывком сблизилась с преступником, который держал Оранду, и резко пробила тому кулаком в голову, одновременно блокируя руку, лежащую на горле.

Голова мужчины дернулась, что-то у него хрустнуло, похоже, что шея, а тело его, сразу обмякло. В планах было захватить второго живьем, но тот времени на раздумья не оставил, и возможности для своего мягкого захвата лишил, активировав свой элар. В арсенале сильных магов были объемные заклинания, которые в этой относительно небольшой кухне могли уничтожить тем или иным способом сразу всех присутствующих здесь. Не хотелось Ольге рисковать и смягчать удар — рискованно. Хорошо, что похититель находился достаточно близко, и атака ногой отработанная в школе боевых искусств, поставила точку в его жизни.

Как это обычно бывает, статичная иллюзия в результате передвижения замаскированных объектов распалась, явив взорам двух уже неподвижно лежащих мужчин и Оранду, находящуюся в полуобморочном состоянии. Опешившие, ничего подобного не ожидавшие виконт и полусотник, только переводили взгляд с Ольги на мертвые тела, затем на принцессу.

Вдруг Оранда вскочила и, рыдая, кинулась обнимать свою спасительницу.

— Все хорошо Оранда, самое страшное уже позади, — успокаивала ее Ольга, поглаживая по голове и спине как маленькую девочку.

Плакала принцесса минуты две, затем ее дыхание выровнялось, лишь время от времени прерываемое всхлипываниями. Этого времени Ольге хватило, чтобы оценить физическое состояние принцессы. Как выяснилось, со здоровьем у той, все было в порядке. Психика тоже особого беспокойства не вызывала. Конечно, стресс она получила знатный, но в норму начала приходить быстро, и успокаивающие волны, посланные Ольгой, лишь ускорили процесс.

— У кого-нибудь есть носовой платок? — спросила Оранда.

Заплаканное лицо и текущий нос ее не украшал, и как только ее душевное состояние пришло в норму, принцесса тут же обеспокоилась своим внешним видом. Первым успел откликнуться виконт:

— У меня есть! Вот, возьмите, ваше высочество.

И он и полусотник пришли в себя почти сразу по окончании схватки, но до сих пор молчали и даже тактично отводили взгляды от плачущей принцессы.

Пока Оранда приводила свое лицо в порядок, Ольга сняла с трупов элары в виде браслетов, перстни-амулеты, которых у магов было по два, и кинжалы с топазами, которые объединялись магопроводами и содержали в себе неизвестное плетение.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила ее Оранда.

— Трофеи собираю. У меня есть паж, которые если узнает о том, что я не собрала с убитых врагов ценности, мне весь мозг выест, — пошутила Ольга.

— Тебе не хватает денег?

— Денег хватает. Я беру сейчас амулеты, которые в дальнейшем буду изучать. Вы были скрыты неизвестным мне до сих пор заклинанием и, возможно, оно заключено в каком-нибудь из этих магических устройств. Знания — это залог моего выживания в мире. А к своей безопасности я отношусь серьезно.

— Да, иллюзия была такая, что я ничего подозрительного не заметил до тех пор, пока Оля не стала бить этих преступников, — подтвердил полусотник.

Виконт после его слов утвердительно закивал головой.

— Вы кого-нибудь из этих людей узнаете? — спросила Ольга у Оранды, показывая на тела.

— Обоих раньше видела. Это подручные герцога, они участвовали в убийстве моего отца, и потом, когда я жила во дворце Орхи, они там командовали охраной.

— А что они сейчас хотели от вас, с какой целью похитили?

— На эту тему мы не разговаривали. Я вначале вообще не понимала, что происходит, воспринимала происходящее, как в тумане, делала все, что они скажут. Но перед тем как мы спустились на первый этаж, кто-то из них решил усилить подчиняющее меня заклинание. А у меня есть амулет, он хорошо спрятан и замаскирован, и должен как раз защищать меня от ментального воздействия. Но у него чувствительность не очень высокая, а потому заработал не сразу, а только со второй попытки. Когда я поняла, что меня похищают, стала сопротивляться, мне зажали рот и затащили в какую-то кладовку. Эти двое никак не могли понять, почему на меня перестало действовать заклинание, и долго пытались подчинить меня. Потом они пригрозили, что зарежут меня, ну я испугалась и стала выполнять все их команды. Но когда мы опять пошли к выходу, там уже усилили караулы, и никого не выпускали. После этого мы зашли в эту кухню, и стали ждать. Они рассчитывали, что со временем охрана подумает, что мы уже в городе, приказ никого не выпускать отменят, после чего получится выйти из дворца. Вот мы и сидели тут. Разговаривать мне запретили, сами они, тоже молчали.

Принцесса, наконец, закончила приводить свое лицо в порядок, и со словами: «Мне нужно зеркало», отправилась в свои покои, предварительно крепко схватив Ольгу под локоток. Мужчины потянулись следом.

Караульные, так и стоящие у дверей, проводили процессию удивленно-обрадованными взглядами.

— Надо бы послать кого-нибудь, чтобы отыскали прислугу и всех, кому положено быть рядом с принцессой, — сказала Ольга, окидывая оценивающим взглядом стражников.

— Им не положено покидать пост, я решу этот вопрос, заодно предупрежу всех, что принцесса нашлась, — сказал полусотник.

— Вы только там не расслабляйтесь. Нужно обыскать весь дворец и проверить всех присутствующих на наличие личины. Мы ведь не знаем, сколько всего было преступников!

— Так ведь иллюзию невозможно обнаружить! — возразил полусотник.

— Нужно ощупывать лицо руками на предмет соответствия того что видишь, тому что ощущаешь, — подсказала Ольга.

Принцесса прошла в будуар где, видимо, и занялась приведением своего внешнего вида к удовлетворяющему ее состоянию, а Ольга осталась в приемном зале, где нашла тарелку с уже немного подсохшими бутербродами, которые и начала использовать по прямому назначению. Поужинать она не успела, а время уже было далеко за полночь. Виконт с энтузиазмом подхватил инициативу.

— С такими приключениями, я тоже есть захотел, — пояснил он на всякий случай.

Ольга только махнула рукой: мол, какие вопросы, бери что хочешь!

Неожиданно быстро вернулся полусотник.

— О том, что Оранда нашлась, сообщил, приказ на прочесывание дворца передал, по поводу поиска слуг и фрейлин принцессы распорядился, — отчитался он. — Можно к вам присоединиться? Вы так аппетитно жуете, что и самому есть захотелось!

— Угощайтесь, не стесняйтесь, — разрешила Ольга.

— У Оранды и вино неплохое, особенно вон то, белое лигийское, — поддержал виконт.

Вышедшая через несколько минут принцесса застала уже самое настоящее застолье.

— Эй, вы чего это тут без меня делаете?! — возмутилась она, пристраиваясь рядом с Ольгой.

— Да вот, нагуляли аппетит, а тут еда пропадает, — пояснила та. — Присоединяйтесь.

— Угу, остатками с собственного стола, я еще не питалась, — прокомментировала Оранда, накладывая в чистую тарелку какой-то салат.

— Хорошо посидели, — оценил виконт, спустя несколько минут, сытно откидываясь на спинку стула.

Ночной перекус как-то сблизил его участников. Общение за столом проходило непринужденно и с взаимной симпатией.

— Да, душевно, — согласился с ним полусотник, который поначалу, когда вышла принцесса, чувствовал себя скованно, но быстро освоился. Он тоже уже наелся, и сейчас сидел с задумчивым видом. — Оля, это ведь вы убили герцога? — решился, наконец, он спросить.

— Я.

— А охранников, что нашли рядом с ним?

— Тоже я.

— А почему скрываете это? Мы с тех самых пор гадаем, кто же вам помог расправиться со всеми, и как получилось, что герцог не побоялся подпустить так близко к себе убийц. А вы ведь одна были, наверное?

— Одна. А не говорила раньше, чтобы не подрывать доверие к себе. Вот вы бы поверили мне, если бы я сразу сказала, что без чьей-либо помощи сама всех убила?

— Нет, пожалуй. Это сегодня я увидел, на что вы способны, а в тот вечер посчитал бы, что вы выдумщица, в лучшем случае!

— Вот видите! А для меня самым важным в тот момент было убедить всех, что я действительно являюсь представителем принца. А если бы все считали, что я лгу по поводу смерти герцога, то о каком доверии могла идти речь?!

— А как ты смогла проникнуть во дворец? Ведь к герцогу не так-то просто было подобраться! — заинтересовался виконт.

— Меня гвардейцы сами к нему доставили, — полусотник при этих словах утвердительно кивнул.

— Зачем? — ошеломленно воскликнул виконт.

Оранда при этом, удивленной не выглядела, видно, принц ей немного рассказал о роли Ольги в произошедших событиях. Амулет для связи с Гарлином, у нее так и остался, так что возможность поговорить, у них имелась.

— Я пыталась спасти Адрика Гиди — брата жены принца, а герцог предположил, что я и есть Вемона. Вот и распорядился меня захватить, а потом сам пришел посмотреть, кого же стражники поймали. Очень разочаровался, когда увидел, что это всего лишь я, как он сам сказал.

— Я только что вспомнила! Эти два мага, которые меня похитили, упоминали еще кого-то третьего, который тоже находился среди моих гостей, — вдруг воскликнула Оранда.

— Третьего мы еще раньше обезвредили, — успокоил полусотник.

— Может, они еще о чем-нибудь интересном говорили, например, сколько их всего в городе и во дворце? — спросила Ольга.

— Нет, они и сами почти все время молчали, и мне не давали даже слова сказать.

— Жаль! Я никак не пойму, с какой целью вас похитили. Чего они хотели добиться? К сожалению, пока мы имеем на руках одни трупы, так что, и допросить некого. Нужно было все-таки попытаться захватить кого-нибудь из них живым.

— Слишком рискованно, — отрицательно покачал головой полусотник. — В одном случае, могли погибнуть гости принцессы, в другом — и она сама.

Постепенно в покои принцессы вернулись горничные и две дежурные фрейлины. Служанки отправились наводить порядок в спальную комнату. Две из них, правда, остались в зале и пытались обслуживать сидящих за столом. Фрейлины, по распоряжению Оранды, присоединились к ночным посиделкам.

За разговорами время пролетело незаметно. Затем, где то за стеной, часы пробили три раза. Принцесса сдержала зевок, и увидевшая это Ольга пришла к выводу, что пора расходиться.

— Поздно уже, поеду отдыхать я, пожалуй, — сказала она.

— Я с тобой! — тут же заявила Оранда, в глазах которой проявился страх.

Вроде так хорошо посидели, все тревоги, казалось, ушли, и вот опять!

— В особняке, в который я еду, нет таких условий, как у вас во дворце. Да и сама я там — всего лишь гостья, так что распоряжаться могу лишь ограниченно.

— А где ты живешь?

— В доме графа Гиди. В нем сейчас его сын, виконт Адрик выздоравливает, а я как начинающая лекарь за ним присматриваю.

— Не думаю, что виконт откажет своей принцессе в приюте. Едем!

— А почему вы не хотите отдыхать в своих покоях?

— Мне страшно! Мне кажется, что как только ты уйдешь, со мной опять что-нибудь нехорошее случится.

— Но с вами же останутся фрейлины, караул у входа, чего вам бояться?!

— Со мной рядом уже были друзья, и караульные стояли, как им и положено, сильно мне это помогло, когда меня похищали?

— Принцесса, гвардейцы готовы за вас жизнь положить! — с жаром воскликнул полусотник.

— Верю. Но спасли меня не они, а Оля.

В словах принцессы была правда. Действительно, ни друзья, ни охрана не уберегли ее от нападения, а сейчас, хоть и ведется проверка всех, кто находится во дворце, но она не дает полной гарантии, что врагов обнаружат, если они еще остались тут, конечно. Здание большое, и народу тут трудится, да и без дела ошивается много. Пожалуй, принцессе, и в самом деле, лучше уехать отсюда на время.

— Хорошо, поехали, — согласилась Ольга. — Только дополнительная охрана понадобится, у виконта сейчас всего лишь двое стражников. Возьмем две пятерки гвардейцев. Рэйко, организуйте, пожалуйста.

— А не мало? — с сомнением произнес полусотник.

— Больше — только внимание привлекать. — Лучше обеспечить секретность местонахождения принцессы. Да и невелик особняк графа. Десяток гвардейцев нормально можно разместить, а два — уже тесно получится.

Глава 17

Карета принцессы, да еще и в сопровождении десяти вооруженных всадников, вызвала бы большой переполох и привлекла немалое внимание обывателей, если бы не глубокая ночь. Сейчас, под утро, улицы были безлюдны, так что кавалькада быстро пронеслась по городу, благо ехать пришлось недолго, и совсем скоро в особняке графа звенел колокольчик, оповещающий о прибытии гостей.

В доме все спали, включая и двух стражников, которых прислал сыну граф. Вообще-то приехало их трое, но один вернулся в имение с докладом о состоянии виконта и о ситуации в столице.

Ждать долго не пришлось. Непрошло и минуты, как ворота открыл охранник, полностью одетый и вооруженный. Надо думать — караульный. Но, судя по заспанному лицу, службу он нес не слишком усердно. Зато неожиданно увиденные им десять вооруженных воинов мгновенно взбодрили его, и заставили поволноваться. Увидев вышедшую из кареты Ольгу он, было, успокоился но, как вскоре выяснилось, ненадолго.

— Спим на посту? — поинтересовалась она.

— Ну что вы, дона Оля?! Как можно!

— Правильно Рекус, нельзя! Так что буди всех, включая и виконта. Встречайте принцессу Оранду.

Суматоха, возникшая в особняке, затихла только через час. За это время лучшая спальня особняка была приведена в более-менее приемлемый порядок, фрейлины, сопровождающие Оранду, размещены в соседней комнате, гвардейцам тоже нашлось место. Наконец все утихомирились, и в доме наступила тишина.

Адрик, потирая ноющую рану на груди, но при этом, облегченно вздыхая от осознания, что столь внезапно свалившиеся на него хлопоты по встрече и размещению принцессы, наконец-то закончились, вдруг резко остановился посреди главной залы. В кресле у окна неподвижно сидела Оля. Глаза ее были закрыты, лицо какое-то отрешенное, а тени от магического светильника делали черты лица резкими и пугающими. Ему даже показалось, что она уже и не дышит.

— Оля, с тобой все в порядке?! — с тревогой воскликнул он.

— Все хорошо, — услышал он в ответ. — А ты чего так всполошился?

Теперь, когда она повернула голову, тени ушли, и лицо стало вновь привычным с гладкой, бархатной, без единой морщинки кожей. Приветливая улыбка, казалось, озарила все вокруг. Вот только глаза усталые. У Адрика вдруг отчего-то защемило в груди. Он даже о ноющей ране забыл.

— Ты так неподвижно сидела, что я испугался, не случилось ли с тобой что-нибудь, — ответил он, усаживаясь в кресло напротив.

— А, не обращай внимания! Это просто я мозги себе прочищаю.

— В каком смысле, прочищаешь?

— В прямом. У меня слишком хорошая память: я ничего не забываю, если не приложу для этого усилий. Вот и приходится каждый день перебирать все события, что со мной произошли, и ненужное постараться забыть. Та еще морока!

— Я полагал, что хорошая память — только на пользу человеку.

— Я раньше тоже так думала, пока однажды чуть не сошла с ума. Мои мысли стали путаться, я даже саму себя перестала осознавать. Хорошо, что нашлись добрые люди, которые поддержали меня в тот момент. Я тогда в Раминаке жила, вот мой наставник и помог мне выкарабкаться. Ну и друзья, конечно.

— А что, забывать так трудно, что ты вся такая отрешенная сидишь?

— Сосредоточенность нужна. Но больше всего времени уходит на сортировку: что забыть, а что оставить. Постоянно возникают сомнения: а вдруг мне эти знания, когда-нибудь понадобятся! Я поначалу, сгоряча приказала себе забыть многое из жизни в вашем замке, а теперь даже не уверена, знала ли я стражников, что сейчас нас охраняют, или я с ними и не встречалась никогда раньше?

— А этот наш с тобой разговор, тоже будешь оценивать?

— Буду, конечно. Вообще-то я все разговоры, да и любое общение с людьми стала оставлять в своей памяти. Иначе не смогу определять свое отношение к тому или иному человеку. Но кроме ушей, у меня есть и глаза. И зрение у меня, очень хорошее. Вижу чересчур много ненужных подробностей. Например, качество ткани, которой обита мебель, все дефекты, и особенности материалов, из которых все вокруг сделано. И это я еще магическим взором не смотрю. Там всяких ненужных сведений на меня вываливается во много-много-много раз больше. И все это поступает в мою голову одновременно со звуком, и сортировать потом, что забыть, а что нет, достаточно сложно. У обычного человека все выветривается само собой, а мне приходится прилагать усилия.

— А не боишься, что забудешь что-нибудь, а потом оно тебе понадобится? Вот как в случае с моими стражниками.

— Боюсь. Я даже придумала способ сохранения вообще всех сведений в копии своей ауры. Но тут возникла другая проблема: мне трудно извлечь из этой копии то, что нужно. Вот представь себе толстую-толстую книгу, и ты знаешь, что в ней, возможно, содержится что-то для тебя важное, но на какой странице, это важное находится, можешь только предполагать. То есть, вспомнить я, в конце концов, смогу, но времени и усилий это займет много.

— И что, тут нельзя что-нибудь придумать?

— Можно, и я даже предполагаю как. Но мне не хватает знаний, чтобы сделать все как надо. Учиться нужно.

— Значит, я тебе помешал прочищать мозги сейчас? — помолчав, спросил виконт.

— Не страшно, появится свободное время, продолжу. А ты почему отдыхать не идешь? Принцесса проснется, снова суета поднимется. Хотя, ты можешь сослаться на нездоровье, так что можешь не волноваться по этому поводу. Кстати, как твоя рана? А, вижу. Ноет, да?

— Немного.

— Сейчас помогу.

Ольга приложила ладонь к груди Адрика, после чего у него, как будто прохладный ветерок омыл все тело, снимая боль и неприятные ощущения.

— Ты, я смотрю, сделалась умелой лекаршей.

— У меня в Раминаке хороший наставник был, многому научил.

Некоторое время собеседники помолчали, потом Адрик спросил:

— А ты сама, почему не отдыхаешь?

— Смысла нет ложиться. Уже утро, сейчас поеду во дворец, чтобы узнать, чем закончился поиск злоумышленников, потом нужно будет начальника полиции навестить, указание ему дать, чтобы поднял всех стражников и агентов на поиски сообщников преступников, которые на принцессу напали. Разрешение ему дам на допрос высшей знати, если это понадобится для дела.

— А это зачем? Ты думаешь, что кто-то из аристократов замешан в похищении Оранды?

— Такое возможно. Если герцог Орхи участвовал в убийстве короля, то почему какой-нибудь граф не мог приложить свою руку, к нападению на принцессу? А может быть не руку, а мозги. Или деньги. Я так и не поняла смысла этого похищения. Кому оно могло понадобиться, если герцог уже мертв?!

В комнате повисла тишина. Оба собеседника напряженно думали.

— Может — это месть? — предположил Адрик.

— В этом случае, принцессу попросту убили бы. А тут явно хотели шантажировать Гарлина, угрожая убийством Оранды. Вот только не понятно, кому и что от принца может понадобиться! Чтобы он от власти отказался? В пользу кого? Есть еще претенденты на корону?

— Из явных, только сын герцога Орхи.

— Вот только ни сын, ни жена герцога, не могли участвовать в похищении. Они сейчас живут в своем особняке в столице под плотным надзором. А до этого находились в своем имении, тоже под арестом. Еще претенденты на престол, хотя бы дальние, есть?

— В герцоге Белице есть королевская кровь, но сильно разбавленная уже. Еще несколько графов могут этим похвастаться, но это уже совсем дальнее родство.

— Родство к делу не пришьешь.

После того как Адрик отправился отдыхать, Ольга перекусила на кухне, а затем поехала в королевский дворец. Дежурный офицер ей доложил, что обыск, никого из посторонних не выявил, несмотря на то, что в поисках преступников участвовали маги, а кроме того, гвардейцы еще и ощупывали людей, на всякий случай. Но, тем не менее, вероятность, что какому-нибудь злоумышленнику удалось избежать разоблачения, оставалась. Поэтому очень хорошо, что Оранда поживет некоторое время особняке Гиди.

Затем прибыл вызванный, начальник полиции Зерник, который о покушении на принцессу уже знал, и даже успел предпринять некоторые шаги для расследования. В дома, в которых проживали гости принцессы, под которых замаскировались преступники, уже были направлены наряды стражников. Но те сразу же столкнулись с проблемой социального неравенства. Трудно простолюдину чего-то требовать от аристократа. Так что подписанный Ольгой письменный приказ о праве допрашивать всех свидетелей и подозреваемых, а также досмотр их домов, был очень кстати.

— Как бы ни нажить нам влиятельных недоброжелателей! — озабоченно сказал Зерник.

— Валите все на меня и на мой приказ. Вам, действительно, подставляться ни к чему.

— А сами вы, не боитесь?

— Для себя я не вижу опасности. Если кто-то из аристократов замешан в этом деле, то он враг в любом случае, и с ним так или иначе надо разбираться, вплоть до полного уничтожения. А если в каком-нибудь графе или бароне спесивое самолюбие взыграет, то это меня не волнует. Ну не пошлет же он из-за непонравившегося приказа убийц ко мне!

— А если пойдут жалобы принцу?

— Вы полагаете, что принц сам не захочет найти преступников, участвовавших в заговоре? Да он будет только рад, что я спровоцировала к себе недовольство знати. Ведь он, наблюдая как бы со стороны, сможет оценить отношение к себе и своей семье того или иного аристократа. А потом выступит как арбитр в споре, а может, и как утешитель обиженного вельможи. Даст ему какую-нибудь медальку за верность.

— Но вы можете лишиться каких-нибудь привилегий, а то и самой должности коменданта столицы в результате этих действий!

— Так я буду только рада этому! Да и вообще полагаю, что комендант столицы — временная должность, которая просуществует до возвращения принца. Поэтому держите в своих планах, что в дальнейшем подчиняться будете непосредственно принцу.

Покушением на Оранду, все неприятности и проблемы как-то разом закончились. Гвардейцы и городские стражники рьяно искали сообщников преступников, напавших на принцессу, но безрезультатно.

Как показало разбирательство, гости принцессы, личинами которых воспользовались похитители, в заговоре не участвовали. В этом деле им досталась роль жертвы. Повезло еще, что выжили. Преступники всего лишь их обездвижили и скрыли под иллюзией. А в целом, расследование зашло в тупик. На главные вопросы: какова была цель магов, напавших на Оранду, и кто за ними стоял, ответов так и не нашли.

Жизнь в городе шла своей чередой, согласно давно уже установившимся порядкам и традициям. Так что Ольга проводила время в основном с друзьями, визиты к которым все еще старалась проводить в тайне. Много времени она уделяла изучению амулетов, доставшимся ей в качестве трофеев.

А затем в столицу, наконец, прибыл Гарлин, вместе с Вемоной и дочерью. Будущего короля сопровождали военные отряды, состоящие из абордажных команд, ларийского флота, а также присоединившиеся к процессии местные дворяне, некоторые из которых имели немалое количество собственных охранников и стражников.

О приближении принца к городу Ольгу предупредили сначала Адрик, а чуть позже и Оранда, которые узнали об этом благодаря переговорным амулетам. Сама Ольга осталась без средств связи с принцем и его женой. Но, особо ей это не мешало. Новости, ведь все равно до нее доходят, хоть и с некоторым опозданием.

Оранда выехала навстречу брату, и встретила его у символических городских ворот, спешно построенных как раз для этого случая. Так что на улицах столицы, собравшиеся посмотреть на кортеж горожане, приветствовали как будущего короля и королеву, так и его сестру.

Адрик был еще слишком слаб для длительных походов по городу или верховой езды, поэтому остался дома. А Ольга дожидалась приезда принца в королевском дворце, много раз проверенного на предмет наличия злоумышленников, и готового принять и обеспечить комфортное проживание будущей королевской семьи.

Когда Гарлин и Вемона вошли в парадный зал и увидели встречающую их Ольгу, то выразили такую радость, что это вызвало зависть и даже злобу у некоторых входящих в свиту принца приближенных. А тот факт, что и Оранда очень приветливо разговаривала с ней, только добавил к этим низменным чувствам интенсивности. Этот негативный эмоциональный фон ощущали все находящиеся в зале эмпаты, в том числе и Гарлин, который и так уже устал от лицемерия и подобострастия многих из его окружения. Поэтому по лицу его нет-нет, да и пробегала тень раздражения.

А народу в зале, собралось много. В столицу прибыли все члены организованного еще в Акерге Совета Государственной Безопасности, а также несколько графов и гораздо большее число баронов, поспешивших как можно быстрее выказать лояльность новому правителю государства. Вот только далеко не у всех любезная улыбка на лице отображала истинное отношение, как к самому принцу, так и к его родственникам и друзьям.

Оставив гостей в большом зале для приемов, Гарлин и Вемона, взяв Ольгу под руки, прошли в королевский кабинет, предназначенный для приватных встреч и бесед. За ними в комнату зашли Оранда и высокий молодой человек в морской форме. Удивленная Ольга оглянулась, чтобы выяснить, кто это такой, и тут же воскликнула:

— Ролан! Как ты вырос! Тебя прямо не узнать, красавец мужчина стал.

Она обняла смущающегося юношу, который сейчас был на полголовы выше, и выглядел ее ровесником.

Сейчас брат Адрика и Вемоны достиг восемнадцатилетнего возраста. Это был уже не тот нескладный подросток, который три года назад уехал в Акергу, чтобы учиться в морской школе, но и вполне сформировавшимся мужчиной его нельзя было назвать. Юношеская худоба и несколько резкие, порывистые движения подчеркивали его молодость, а восторженный взгляд говорил о бесхитростном характере с романтическим мировоззрением.

В большой комнате кроме столов и стульев, предназначенных для деловых встреч, имелся и уголок для отдыха и неофициальных разговоров с мягкими, удобными креслами и диваном — подходящее место для задушевной и непринужденной беседы.

Вначале разговор, как это часто бывает, получился сумбурным. Собеседники рассказывали о своих приключениях, делились мыслями и эмоциями. Особенно всех заинтересовал рассказ Ольги и ее встрече с герцогом Орхи и о его смерти.

— Повезло нам, что Орхи пришел посмотреть на Олю думая, что она — это я. Останься он жив, еще неизвестно, как все могло повернуться. Да и в любом случае, такого быстрого и торжественного возвращения не получилось бы, — подвела итог Вемона.

После того, как наговорились, что произошло не скоро, Ольга хотела перейти делам, и представить принцу командиров вооруженных частей, руководителей различных силовых структур и министров, обеспечившим политическую и экономическую стабильность в столице, да и в немалой степени во всем королевстве. Но встретила энергичный отпор со стороны Вемоны:

— Никаких дел сегодня! Сегодня будет день встреч. Так что сейчас все вместе едем в наш особняк. Я хочу видеть Адрика!

Гарлин поддержал порыв своей жены, а Ольге, и возразить было нечего, да и не очень-то и хотелось. Она, правда, пыталась что-то сказать насчет недовольства его свиты по этому поводу, но была остановлена принцем:

— Это они должны бояться вызвать мое неудовольствие. Я уже устал от их фальшивых улыбок и приветствий. Так что сегодня отдыхаем с дороги, а дела все на завтра переносятся.

Королевского дворецкого поблизости не наблюдалось. Такового вообще в данный момент не существовало, но его роль вполне успешно отыграл один из слуг, который громогласно объявил, что принц устал, а потому торжественный прием по случаю возвращения в столицу, назначен на завтра. Большинство посетителей вскоре разошлись, но несколько богато разодетых вельмож не спешили покидать зал и все-таки дождались выхода сюзерена.

— Ваше величество! — заговорил один из них. — Мы, аристократы Лариии являемся, можно сказать, совестью королевства. И смею надеяться, что наше мнение поможет вам принять правильное решение в сложных вопросах. Хотелось бы обсудить с вами дальнейшие шаги по выходу королевства из политического кризиса.

— Граф Верган, если не ошибаюсь? Благодарю за предложенную помощь. Мы обязательно поговорим с вами, но не сейчас. Я и моя жена устали с дороги, кроме того, в особняке графа Гиди выздоравливает виконт Адрик, который не щадя себя защищал подло убитых короля, королевы и наследного принца. Навестить героя — мой долг. И я не намерен этот долг откладывать на потом.

Лицо принца украшала приветливая улыбка, но аура его показывала сильное раздражение. Вельможа в ответ лишь молча, поклонился, но и он был явно недоволен тем, что разговор не состоялся.

— Сидели по своим замкам, выжидали, чтобы присоединиться к победителю, а теперь: «смею надеяться, что наше мнение поможет вам принять правильное решение»! — со злостью проговорил Гарлин, когда тронулась большая, чуть ли не с вагон карета, в которой свободно разместились семья принца и Ольга.

— Ты хорошо держался. Пока не стоит заводить врагов среди аристократии. Хотя, конкретно с этим Верганом, тебе придется что-то решать. Он не оставит попыток навязать тебе свое мнение, тем более, что там, похоже уже политическая партия из единомышленников образовалась, — задумчиво проговорила Ольга.

— Ты знаешь, прошло всего несколько дней, как умер герцог, а я уже устал от тут же хлынувших с поздравлениями подданных. Но если простые доны, да и большинство баронов действительно неплохо ко мне относятся, то среди графов, хорошо, если треть не планирует использовать меня в своих интересах. Если бы я этого не чувствовал, наверное, мне было бы проще.

— Проще — не значит лучше, — возразила Ольга. — Благодаря своей чуткости, ты сможешь вовремя обнаружить грозящую тебе опасность.

— Да понимаю я это! Но очень тяжело постоянно улыбаться, лицемерить в ответ, притворяться, что ты счастлив, видеть проявления верноподданнических чувств.

— Ничего, ты еще молодой, быстро научишься.

— И это вместо того, чтобы посочувствовать!

— А я и сочувствую! Слушай, может тебе взять уроки актерского мастерства? Пригласи кого-нибудь из артистов. У них должны быть какие-то секреты ремесла. Вот их и будешь применять, только не на сцене, а в жизни. Как говорят: весь мир театр, а люди в нем актеры! Ну и настроиться попробуй, чтобы не злиться. Тебя обманывают, считают дурачком, а ты улыбаешься и думаешь: «сам дурак! Ничего у тебя не выйдет, все равно сделаю по-своему».

— Вот за что я тебя уважаю, так это за полезные советы! Ты со мной просто поговорила, а мне уже легче, и злость ушла. А этот Верган и правда дурак, если полагает, что сможет управлять мною как марионеткой! Может, его вообще сослать в имение, пусть сидит там безвылазно?

— Думаю, это плохая мысль. Посидит-посидит в своем замке, заскучает, и начнет интриговать против тебя. А оно тебе надо?! Есть еще одна поговорка: «держи друзей близко, а врагов еще ближе».

— Где ты только эти поговорки берешь? И что, я должен терпеть и выслушивать, как графы и бароны будут настаивать на принятии решений, которые усилят их лично, но навредят королевству?

— Знаешь, а заведи-ка ты себе совет из аристократов, назови его как-нибудь покрасивее, скажем, Совет Совести, или там, Совет Пэров, и назначай в него самолично членов из различных политических партий. И пусть они на заседаниях этого совета грызутся между собой, под твоим наблюдением. Тебе нужно будет только поддерживать равновесие, чтобы ни одна партия большого перевеса не получала. С твоей эмпатией, думаю, тебе это не слишком трудно будет. Да и заговор против себя сможешь вовремя почуять. Зато графы будут видеть противником не тебя, а своего оппонента в совете. И поскольку, договориться им будет очень трудно, ты не вступая ни с кем в споры, будешь поступать так, как считаешь нужным.

— Гм, я подумаю над этим. А кто такие пэры?

— Пэры — это звание, которое получат члены твоего Совета, и только на то время, пока они являются советниками. Пусть гордятся и ценят твое «высокое» о них мнение. Ведь они не будут знать, что побудило тебя выдвинуть их на этот пост.

— А если эти пэры сумеют договориться за моей спиной?

— Разгонишь совет под предлогом того, что он ущемляет интересы других аристократов, и наберешь новый. Думаю, поддержка в этом вопросе, тебе будет обеспечена.

В просторном особняке семейства Гиди с приездом принца сразу стало тесно. Часть из полусотни гвардейцев, назначенных в охрану будущей королевской четы, даже пришлось отправить во дворец. Время уже подошло к ужину, и после бурных и радостных приветствий, королевская семья, ну и Ольга с ними, устроились за столом. Сидели допоздна, так что ехать ночью по городу, посчитали излишним, и ночевать все остались в особняке.

Утром, после неторопливого завтрака Гарлин и Ольга вернулись во дворец. Принцу пора уже брать власть в городе и королевстве в свои руки, а то не поймут его подданные. Вемона пока осталась в родовом особняке, чтобы еще пообщаться с Адриком.

В большом приемном зале толпилось уже довольно много народу. Здесь собрались все, кто имел беспрепятственный доступ во дворец. Из тех, кто сейчас находился в столице, разумеется. Предполагалось, что передача власти произойдет сразу по приезду принца, но из-за его решения навестить Адрика, этого не произошло. Зато сейчас явившиеся на прием аристократы надеялись поучаствовать в этом важном мероприятии.

После приветственных речей со стороны принца, присутствующие принесли присягу будущему королю. Затем, уже в кабинете, Ольга представила Гарлину тех людей, с которыми работала в его отсутствие. Большинство королевских министров в период смуты ушли в отставку. Герцог Орхи поставил на ключевые посты преданных лично ему людей, а тех уже сместила своей властью Ольга, назначив на все важные должности бывших заместителей, большинство из которых служили старому королю, отцу Гарлина. Правда, не все заместители пережили перевороты, пришлось искать толковых исполнителей среди работников более низкого уровня. Ну а сейчас, если принца что-то не устраивает, то пусть сам разбирается с новыми назначениями, но это уже без нее.

Гарлин быстро учился и перенимал новые для него методы управления, а опыт Ольги, которая старалась устроить все так, чтобы вмешиваться в работу подчиненных приходилось как можно реже, ему пришелся по душе. Вот и сейчас, после недолгого знакомства, он отпустил всех руководителей со словами: «работайте и дальше». Однако жизнь его уже научила внимательно относиться к тем, кто его окружает поэтому, когда он остался с Ольгой наедине, сказал:

— А теперь я хочу услышать характеристику на каждого из этих людей.

— Да я не слишком много с ними общалась. Для меня было важно, чтобы человек был предан или хотя бы благожелательно относился лично к тебе. Это я сразу проверяла. Ну и чтобы работу свою он выполнял добросовестно и не тупил при этом. Вот с этой точки зрения, тот факт, что мне не требовалось постоянно вмешиваться в деятельность министров и командиров, показывает их с положительной стороны. Ну а в результате этого, я и не познакомилась с ними поближе.

— Это, конечно, не тот ответ, который я хотел услышать, но и твой взгляд на подчиненных вызывает одобрение.

— Какие-нибудь перестановки в министерствах будешь проводить?

— Мне нужно как-то пристроить членов нашего Совета Спасения, да и других преданных людей, которые поддержали меня с самого начала смуты. Так что придется кого-нибудь потеснить.

— Ну, тут уж сам решай, как тебе поступить. Только постарайся нынешнего начальника полиции Зерника не смещать. Очень опытный и знающий специалист, который, к тому же, не лезет в политику. Он помог мне выйти на тюремного лекаря, который потом сделал Адрику операцию. Причем встречался со мной Зерник тайно, и людям герцога меня не выдал.

— Как раз с этой должностью, проблем нет. Моему окружению подавай службу такую, чтобы и уважаемая была, и влияние на события в королевстве можно было бы оказывать, да еще и деньги в их карман, чтоб текли рекой. А в полиции мало того, что усиленно работать надо, так и смотрят, что армейцы, что гвардейцы на городских стражников свысока, а денег служба приносит в два раза меньше, чем у них. Что касается Зерника, то я его еще со времен покушения на Вемону помню. Оставил о себе хорошее впечатление, так что пусть работает и дальше на этом посту.

Главы 18 и 19

Глава 18

Передав дела принцу, Ольга отправилась на постоялый двор, где проживали Ринк и охранники. Раньше всех ее появление почувствовал Шарч, который выбежал за ворота трактира, и сходу прыгнул на руки. От него исходили волны любви и радости от встречи. Вот так с котом на руках, Ольга и поднялась в номер. Наемники и Ринк недавно вернулись с прогулки и сейчас собирались спуститься в трапезную на обед. От человеческой части коллектива тоже шли чувства приязни и удовольствия. Подобные эмоции друзей грели душу и вызывали желание защитить их от разного рода неприятностей. По отношению к собственным охранникам, это было довольно странное желание, но в ее сознании, за полгода путешествия, и Рандел и Андра и Сонел уже не воспринимались как простые наемники и то, что формально они работали на нее, тут уже не имело значения.

— Сейчас пообедаем, и будем переезжать, — сообщила Ольга новость после теплых приветствий.

— Опасность миновала? — спросил Рандел.

— Принц прибыл в город, дела я ему только что передала, а значит от политики я отстранилась, и шантажировать меня, уже бессмысленно. А мстить мне вроде, как и некому.

— И куда мы переезжаем? — поинтересовалась Андра уже за столом, после того как заказали еду.

— В особняк графа Гиди.

— А он не будет возражать?

— Самого графа сейчас нет в городе, он в своем имении живет, а с его сыном, виконтом Адриком, я насчет вас договорилась.

— А стоит ли переезжать, может, все-таки лучше здесь пожить, на постоялом дворе? — спросил Рандел.

— Виконт еще не выздоровел после ранения, так что я у него не только как знакомая живу, но и как лекарь за ним присматриваю. И бросить его сейчас, некрасиво получится.

— Послушай Оля, а зачем мы тебе? Угрозы для тебя и Ринка, уже нет, а ты продолжаешь платить нам жалованье, да еще и оплачиваешь проживание в тавернах. Ты только не подумай, что мы недовольны, наоборот, такой спокойной работы у нас и не было никогда! Просто мы начали задумываться о будущем, поскольку чувствуем некоторую неопределенность.

— На какой срок вы хотели бы определиться, полгода, год, два?

— О нет, так далеко мы не загадываем! Три месяца — это стандартный срок найма при сопровождении каравана или обоза. Такие длительные контракты как с тобой, нам редко перепадают.

— Хорошо, давайте попробуем определиться. В ближайшее время я планирую переехать в графство Гиди. Жить будем в замке, никаких трудностей в этом я не предвижу. У меня очень хорошие отношения и с графом, его женой и детьми. Там некоторое время я вместе с местным магом буду сильно занята одним исследовательским проектом. Охранять меня в замке, действительно не нужно, но есть еще Ринк, которому опасность тоже не грозит, но вот бездельничать ему вредно. Я хотела, чтобы вы подучили его воинскому искусству. Начальное образование он уже получил в Раминаке, но без тренировок он быстро растеряет свои навыки.

— Не многовато ли трех наемников на одного мальчика в качестве наставников?

— Зато не надо никого искать, вы уже под рукой. Кроме того, у меня недалеко от графства собственное имение есть. Можете ездить туда на рыбалку и охоту, заодно и проверите, что на моих землях творится.

— И сколько времени будут длиться твои магические эксперименты?

— Не меньше месяца, и вряд ли больше, чем полгода. Устраивает вас такая перспектива?

— Вполне, работаем с тобой дальше, — ответил Рандел, переглянувшись со своими товарищами. — А что потом, после того, как ты закончишь свою работу?

— Это будет зависеть от результатов исследований. Так что сейчас загадывать, смысла нет.

Оранда вместе со своими фрейлинами, вслед за Гарлином, тоже вернулась в королевский дворец. Тот факт, что во дворце теперь жил и её брат со своей семьей помог избавиться от чувства страха и одиночества, которое преследовало ее, не смотря на большое количество знакомых и друзей. Так что друзьям Ольги разместиться в особняке, в котором сейчас находился только Адрик и немногочисленная прислуга, удалось без проблем.

С делами Гарлин, видно, и сам неплохо справлялся, по крайней мере, Ольгу на помощь не звал. А у той, появившееся свободное время, зря не пропадало: трофейные артефакты требовали изучения. Ведь не исключено, что вражеские маги свои необычные заклинания не сами плели, а воспроизводили с помощью амулетов. И действительно, на второй день работы после того, как удалось вычленить и классифицировать плетения, удалось обнаружить заклинание иллюзии, примененное при похищении принцессы.

Структура плетения, и способ применения заклинания вызывали удивление и недоумение. Уж очень необычным и никогда ранее не встречавшимся был сам подход к его реализации. Наложение иллюзии, хоть и проводилось магом, но не напрямую, а через амулет. Как раз этот амулет и преобразовывал всю конструкцию в многомерную систему, которая искажала не только материальные объекты, но и их ауру. Ольга и сама попробовала наложить иллюзию на вазу, придав той видимость кота. В результате получила вид животного не только на физическом, но и на духовном уровне. Так что даже маг при беглом взгляде не смог бы распознать подделку. Ведь настоящий сидящий зверек и вживую может долгое время сидеть неподвижно.

Тут же возник вопрос: почему похитители Оранды не вышли из дворца под пологом невидимости? Оказалось, что невидимость сохранялась только при относительной неподвижности человека. Замена же внешнего вида, похитителям не помогла, из здания их все равно не выпустили.

В амулетах были и другие заклинания, назначение которых сходу определить не получилось. А потом, мысль о том, что с помощью нового плетения можно попробовать создать устройство, поглощающее из пространства магическую энергию, захватила так, что дальнейшее изучение трофеев, пришлось отложить.

Однако сходу решить проблему, не получилось. Аурная толщина предметов, над которыми ставились опыты, в девятой размерности хоть и увеличилась, но слишком незначительно. Но сам факт, что есть сдвиг в решении проблемы, обнадеживал.

После нескольких дней экспериментов, результат так и не улучшился. Напрашивался вывод, что подход к решению задачи, нужно менять. Но перед этим Ольга решила немного развеяться, а то сидит в особняке безвылазно, даже не знает, что за погода стоит на дворе. Поэтому, отринув все заботы, вместе с обрадовавшимся Ринком, она отправилась в прогулку по городу.

Недавно пришедшая весна принесла с собой теплый воздух и яркое солнце, быстро растопившее снег. Ходить просто так, без цели по улицам города, было приятно. А мелкие лавки, забегаловки, кофейни, дарили чувство праздника, и давали возможность отдохнуть уставшим от ходьбы ногам.

Попытка отвлечься от проблем удалась. Ольга получила заряд положительных эмоций и, наверное, это сказалось и на ее умственной деятельности. Сознательно она не размышляла о заклинаниях и плетениях, но к вечеру у нее, вроде как сам собой, сложился новый план экспериментов, с помощью которых она надеялась найти способ создания сборщика магической энергии.

На следующий после прогулки день, Ольга взялась за претворение этого плана в жизнь. Взяв у служанки узел из ненужных обрезков ткани, она обклеила его листами чистой бумаги, в результате получила что-то вроде мяча. После чего принялась его разрисовывать. Сейчас она хотела получить что-то отдаленно напоминавшего ежика, свернувшегося клубком. Работа была кропотливой, но не особо трудной, и уже через час, имея хотя бы малейшее воображение, можно было догадаться, что поделка намекает на существо или предмет с торчащими во все стороны колючками.

Дальше в ход пошла чувственная магия иллюзии, под действием которой бумажный шар стал действительно выглядеть так, как будто он усеян множеством острых шипов. И вот уже поверх этой иллюзии, Ольга наложила еще одну, но уже с помощью трофейного амулета. Причем главной целью заклинания была аура шара с ненулевой девятой размерностью.

Внешне шар, после дополнительной обработки, почти не изменился, разве что стал выглядеть еще более достоверно и, что любопытно, временами казалось, что иллюзорные шипы шевелятся сами по себе. Зато взгляд магическим зрением, к огромной радости показал, что в девятимерном пространстве аура предмета выглядит не как блин, который постоянно получался до сих пор, а напоминает ощетинившуюся шипами линзу.

Энергия спокойно проходила через только что созданный объект. Но это и неудивительно, для ее поглощения амулетом следовало подать команду, такую же, что применяют маги, желающие запитать заклинание.

Задержав дыхание, Ольга позволила энергии войти во взаимодействие со своей поделкой. Доказательство того, что эксперимент удался, получилось ярким и вонючим. Бумажный шар, набитый тряпками, вспыхнул и исчез, заставив зажмуриться от вспышки света и оставив после себя дым и сильный запах паленого. О том, что полученную энергию надо куда-нибудь направить, заранее почему-то не подумалось. Пришлось срочно открывать окна и двери, чтобы проветрить комнату, а потом успокаивать прислугу и охранников, которые прибежали тушить пожар.

Следующие несколько дней ушли на доработку конструкции до ума и на исследования ее особенностей. Законченный макет амулета представлял собой разрисованный бумажный шар с тряпками внутри. На поверхности шара были закреплены кристаллы горного хрусталя, содержащие плетения заклинания иллюзии из трофейного перстня. В качестве аккумулятора энергии Ольга использовала один из созданных ею самой накопитель на основе сапфира. В конечном итоге получилось зарядное устройство, собирающее из пространства магическую энергию.

Результат столь успешно закончившегося эксперимента очень обрадовал. Теперь необходимость обращаться к посторонним магам для зарядки накопителей исчезла. Устройств для хранения энергии, за время путешествия Ольга изготовила немало, и многие из них и были пустыми. Зато теперь можно будет их все заполнить. Осталось только поработать над увеличением эффективности амулета, сделать его более удобным и прочным, а потом создать или купить амулеты на все случаи жизни. И мир получит в её лице не только умелого, но и более-менее сильного мага.

Увлеченная исследованиями, Ольга и не заметила, как прошло две недели со дня возвращения в столицу Гарлина. За эти дни ее никто так и не побеспокоил. Это говорило о том, что принц полностью взял управление городом и королевством в свои руки. А значит, в ее присутствии рядом с ним нет острой необходимости и, следовательно, можно уже перебираться в графство Гиди, где вместе с Венисом еще раз попытаться создать артефакт для путешествий по мирам.

Причин для того, чтобы откладывать отъезд, больше не оставалось, собираться ей тоже недолго: все товары распроданы, поэтому дальше путешествовать, будет налегке. Так что можно уже и отправляться. Нужно только попрощаться с Гарлиным и Вемоной. С этими мыслями, Ольга и отправилась во дворец.

Караул у входа в здание, никаких препятствий ей не чинил, только поприветствовал, как командира, как будто Ольга оставалась комендантом города. В зал для малых приемов, она тоже прошла свободно, а дальше возникло странное и непредвиденное препятствие.

Знакомый еще со времен пребывания в Акерге дворецкий Гарлина, вдруг встал у дверей в кабинет, и заявил:

— Его высочество занят. Если вы хотите его видеть, запишитесь на прием. Позже вам сообщат дату и время, назначенное вам для посещения.

— А чем занят его высочество? — спросила удивленная Ольга. Того, что ее не будут пускать к Гарлину, она никак не ожидала.

— У принца сейчас совещание.

— С кем он совещается?

— С соратниками, которые помогли ему вернуть трон.

Во взгляде дворецкого можно было прочесть пренебрежение, а когда он окидывал взглядом визитершу, даже презрение. Понять его причину его эмоций, труда не составляло. Ольга, собираясь во дворец, не подумала, что порядки и требования к посетителям, могли измениться, и оделась, как привыкла: в дорогой, отлично пошитый, и при этом привычно удобный походный костюм. И только сейчас она подумала что, пожалуй, можно было надеть и платье, чтобы соответствовать требованиям высшего общества. Однако, еще немного поразмыслив, она пришла к выводу, что не нарушила никаких правил. От обязанностей коменданта города, ее официально никто не освобождал, по крайней мере, уведомления об этом она не получала, следовательно, и одежда ее, в какой-то степени похожая на форму, вполне вписывается в требования этикета.

Переговорить ни с Гарлином, ни с Вемоной, возможности сейчас не было. Один амулет связи, так и остался у принцессы Оранды, а другой сейчас был у Адрика. Можно было бы развернуться и уйти: все равно визит носил прощальный характер, но чувство, что не всё ладно в королевстве, не позволило так поступить. Друзей, если у них неприятности, надо выручать.

— А какая у вас сейчас должность, что вы позволяете себе решать, кого можно пускать к принцу, а кого нет? — спросила Ольга.

— Я дворецкий его высочества!

В голосе прислужника звучали вызов и гордость.

— Дворецким вы были в Акерге. И как так получилось, что дворец принца там, а вы — тут?

— Я служу не дворцу, а принцу!

— А принц знает, что вы ему служите? Это он вас сейчас назначил на эту должность?

— Конечно!

— А ведь вы солгали! — удивленно воскликнула Ольга. Она полагала, что Гарлин и в самом деле мог оставить при себе уже хорошо знакомого человека. Но что-то с этим назначением, не все чисто оказалось. — Кто лично вам приказал занять должность королевского дворецкого?

— Я не обязан вам отвечать!

Ольга окинула взглядом напыщенного и разнаряженного человека, и повернулась к караульным:

— Принц издал приказ об освобождении меня от должности коменданта города?

— Никак нет, с таким приказом мы не знакомы! — ответил один из стражников.

— Вот видите, — Ольга вновь повернулась к дворецкому. — Я все еще комендант города. И вы, либо отвечаете на мои вопросы, либо я прикажу вас арестовать за участие в попытке государственного переворота.

— Какой еще переворот?! Меня назначил на эту должность сам адмирал Стрил Номар!

— Ну, вот мы и добрались до истины. Чтобы вы поняли разницу в нашем положении: меня комендантом города назначил лично принц, а вас дворецким — всего лишь адмирал. Кто приказал не пускать меня к принцу?

Спросила наугад, но сразу попала в цель.

— Адмирал сказал, чтобы я старался держать вас подальше от принца.

— Зачем ему это?

— Я не вмешиваюсь в политику!

— Вы уже вмешались, как только решили, что можете определять, кому нужно встречаться с принцем, а кому нет. А это уже пахнет изменой! — дворецкий при этих словах побледнел, а Ольга продолжила, обращаясь уже к караульным, которые внимательно прислушивались к разговору: — Этого человека задержать. Дело требует расследования! — А сама, отодвинув плечом много возомнившего о себе прислужника, вошла в кабинет.

Совещание было в самом разгаре. За столом собрались люди, входившие в ближайший круг принца еще со времен пребывания его в Акерге, а так же несколько человек, с которыми до недавнего времени работала сама Ольга. При ней они занимались финансами и торговлей города.

— Оля, наконец-то ты появилась! — воскликнул довольно заулыбавшийся Гарлин. — Я уже начал думать, что ты обиделась на меня за что-то.

— Так я ведь вроде передала вам, ваше высочество, все дела и полагала, что вы в моих услугах больше не нуждаетесь. Вот и занялась личными делами.

— Но хоть ответить на просьбу посетить совещание Совета Спасения ты могла!

— Первый раз слышу, что вы проводили заседание Совета! Я думала, его уже распустили за ненадобностью. Спаслись ведь уже, так о чем еще совещаться? А вы точно посылали за мной? Потому что получается, что гонцы где-то по пути ко мне потерялись.

Улыбка сошла с лица Гарлина, затем он медленно повернул голову в сторону адмирала и ледяным тоном спросил у того:

— Стрил, ты ведь сам вызвался сообщить Оле о совещании. Ты можешь объяснить, почему эти сведения до нее не дошли?

Адмирал, глядя в пол, сделал попытку оправдаться:

— Я человек во дворце новый, мало кого знаю, а моих моряков под рукой, как раз тогда и не оказалось. Вот я и воспользовался помощью кого-то из дворцовых служащих.

То, что адмирал лгал, видела не только Ольга, но и Гарлин, остальные об этом догадывались. Лицо у принца скривилось, как будто он съел что-то очень кислое.

Глядя на смущенного и одновременно раздраженного адмирала, Ольга вдруг поняла, что такой человек как он, для Гарлина опасен. Сначала ограничивает круг людей, с которыми принц общается, затем глядишь, и поставит на значимые должности своих людей, а там и до узурпации власти, один шаг останется. Поэтому она решила добавить к разоблачению еще один штрих, чтобы все присутствующие убедились в неподобающем поведении, и даже в преступлении их бывшего верного соратника.

— А распоряжение дворецкому о том, чтобы он не допускал меня к принцу, вы тоже из-за отсутствия моряков дали? — спросила она. — И кстати, принц знает, что вы назначили дворецкого?

Адмирал побледнел, и не нашелся что ответить. Лгать было бессмысленно, ясно же, что дворецкий все успел рассказать. А принц не на шутку разозлился, причем настолько, что это явственно читалось на его обычно дружелюбном и приветливом лице.

— Прошу всех покинуть кабинет, — заявил он ледяным тоном. — Оля, останься.

Последняя фраза прозвучала значительно мягче, чем предыдущая.

Гарлин пересел из-за стола на диванчик, стоящий у стены, и сказал:

— Не стой, садись рядом.

Теперь на лице его можно было заметить усталость и огорчение.

— Что-то ты не очень выглядишь, — прокомментировала Ольга. — Какие-то проблемы?

— Ты знаешь, я уже с тоской вспоминаю времена, когда жил в Акерге. Насколько же тогда все было проще! Даже после переворота, устроенного Орхи, хоть и было трудно, но не настолько, как сейчас. Тогда у меня были соратники, была цель, а сейчас, когда цель достигнута, соратники вдруг превратились в стяжателей, желающие урвать для себя как можно больше!

— И что же они хотят?

— Олдара мечтает стать министром финансов. Она, конечно, отлично справлялась, управляя экономикой герцогства и такого большого города, как Акерга. Но справится ли она с денежными потоками всего королевства, я не знаю! А вот в прежнем министре, Корсе Ралоти, который еще при отце был, я уверен.

— Так он, наверное, уже глубокий старик?

— Ну, не то, чтобы совсем уж глубокий, но не молод, это да.

— Назначь Олдару ему в помощницы или заместителем. Она действительно толковая управляющая, и должность министра со временем будет ей вполне по силам. Скажешь ей, что это временно, но сроков не говори, мало ли, как оно сложится! А Корсе пояснишь, что к чему. Если он ответственный человек, то сам поймет, что тебе нужен подготовленный финансист, ему на замену.

— Пожалуй, такое решение, всех устроит! А что делать с Ардоном? Он, если помнишь, в Акерге гвардией командовал.

— А сейчас хочет руководить всеми гвардейцами королевства?

— Явно он это не говорит, но я чувствую что да, мечтает занять должность командующего.

— На мой взгляд, не потянет он. Да и столичным командирам, которые тебя поддержали, это не понравится. И это может вызвать ненужное противостояние в структуре,которая должна действовать как одно целое в критической ситуации.

— Но и Ардона мне обижать не хочется! Верный человек. Всегда и во всем меня поддерживал.

— Создай для него новое подразделение. Что-нибудь типа морской гвардии.

— Но он не моряк!

— Да какая разница?! Не был моряком, так будет! Доверишь ему свою личную охрану, и чтобы подчинялся он, только тебе. И твоя безопасность усилится, и гвардейцы не станут возражать, наоборот, довольны останутся, что ты их не затираешь. И Ардона, по-моему, это устроит. Всё-таки должность подразумевает постоянное нахождение рядом с королем, а это немалого стоит.

— А что со Стрилом делать?

— Я бы ему не доверяла. Если он уже сейчас, в самом начале пытается ухватить для себя кусок власти, причем в ущерб тебе то, что будет потом, когда он совсем освоится в столице, и заведет нужные связи?

— Но, с другой стороны, в трудную минуту, он меня поддержал!

— А у него был выбор? Он ведь изначально был твоим подчиненным, да и не пошли бы моряки против тебя, вздумай он изменить. Отправь его в полную отставку.

— Но как это воспримут остальные соратники?

— Полагаю, что поймут. Ты только четко разъясни им, что увольняешь его за попытку присвоить себе власть, которая принадлежит только королю. Пусть заодно адмирал послужит и уроком того, как нельзя поступать. И предупреждением: провинившихся, заслуги не спасут.

— Но, может, его стоит оставить на посту адмирала флота, зачем совсем увольнять?

— А как ты думаешь, он не затаит обиду на то, что он единственный, кого не возвысили после победы, да еще и выслали, фактически, из столицы?

— Наверняка затаит! Он и раньше ревностно относился к каждому из моих приближенных, а тут его все обойдут.

— И зачем тебе на посту адмирала флота карьерист, который к тому же затаил на тебя обиду?

— Да, придется его увольнять, — подумав, согласился Гарлин. — А как наградить тебя?

— Никак. Я вообще-то попрощаться пришла. Уезжаю в графство Гиди. Я уже говорила, что политика меня не интересует. Случайно, можно сказать, в нее влезла.

— Может, подождешь немного с отъездом? Сама видишь, какие интриги вокруг меня закручивают! По сути, ты одна совершенно не ищешь для себя выгоды.

— Думаю, ты и без меня прекрасно справишься! Да и как бы я ни стала лишним раздражителем: никому не известная девчонка, почти простолюдинка, постоянно крутится около короля, да еще и влияние на него оказывает. Тут только и смотри, чтобы заговор не учинили! А оно тебе надо?!

— Ладно, не буду тебя удерживать. Только обещай, что будешь на моей коронации.

— А когда она намечается?

— Думаю, дней через двадцать или тридцать. Я пришлю к тебе гонца заблаговременно.

— Хорошо, приеду.

— Кого порекомендуешь на свое место?

— Никого. Это лишняя должность. Пока тебя не было в столице, комендант города, конечно, был нужен. А сейчас, когда ты взял власть в свои руки, все нити управления королевством и столицей должны сходиться напрямую к тебе, и всяких посредников старайся избегать.

— Я не умею управлять государством. Наследником престола был Дерник, вот его и обучали всяким премудростям. А королевство, не такое уж и маленькое, я не справлюсь один!

— Конечно, сам ты не можешь за всем уследить. В провинциях наместники нужны. Но подчиняться они должны напрямую тебе. Так же как командующие армией, гвардией, полицией и охраной. И не вздумай подчинить их кому-нибудь одному, даже самому верному соратнику. Пусть они соревнуются между собой и присматривают друг за другом. Ну и финансы постоянно держи под контролем.

Вскоре подошла Вемона, с дочкой на руках, и с делами на этом покончили. Поиграв с малышкой и поговорив с друзьями на отвлеченные темы, Ольга вернулась в особняк Гиди. Отъезд она наметила назавтра. Вечером подошла к Адрику с намерением заранее с ним попрощаться, поскольку отправиться в путь она намеревалась ранним утром. Однако, к ее удивлению, расставания не получилось.

— Я тоже возвращаюсь в замок, — заявил Адрик. — Позволишь присоединиться к тебе на время путешествия?

Виконт уже вполне уверенно передвигался по дому, и хоть для верховой езды он был, еще слишком слаб, не слишком длинную поездку в карете, вполне мог осилить. Вот только целесообразность для него подобного шага, вызывала сомнения.

— Да, пожалуйста! Только зачем тебе покидать столицу? Гарлину как раз сейчас нужны верные помощники. Другой такой возможности возвыситься может больше и не представится. А все обстоятельства сейчас на твоей стороне: друг погибшего старшего брата будущего короля, сам брат жены принца, да ещё и пострадал от действий узурпатора Орхи. Да тебе доступны любые должности, какие пожелаешь! — с удивлением воскликнула Ольга. — Через неделю ты уже будешь почти здоров и вполне справишься с обязанностями, которые не подразумевают длительных скачек и сражений.

— Не хочу я этого. Вернусь в имение, буду помогать отцу в семейных делах.

— Но почему?!

— Устал я что-то от придворной жизни. Вся эта суета потеряла для меня смысл. Раньше у меня были друзья, товарищи, веселая компания, теперь ничего этого нет. Осталось только опустошение, и начинать все заново, не хочу. Пусть брат делает карьеру, у него все впереди!

— Но ведь не все твои знакомые погибли! Вы вместе могли бы попытаться занять подобающее вам положение при дворе Гарлина. Он тоже растерял в столице своих приятелей, пока жил в Акерге, поэтому свободного места около него, пока еще много.

— Все мои настоящие друзья погибли. А с теми, кто в трудную минуту затаился, а то и предал, я не хочу иметь дела.

— Ну, как знаешь! Это твоя жизнь.

Новый попутчик задержки с отправлением не вызвал. Вещей с собой, он тоже взял не слишком много, а полностью снаряженная карета всегда находилась наготове еще со времен беззаботной жизни при старом короле. Так что следующим утром, как и планировалось, небольшой кортеж покинул столицу.

Отряд, хоть и небольшой, состоящий из трех наемников Ольги и двух стражников графа Гиди, которых тот прислал для выяснения судьбы сына, был хорошо вооружен и вполне боеспособен. Ринк, вооруженный трофейным магическим метателем, добытым еще по пути в Раминак, представлял для врагов не меньшую, а то и большую опасность, чем обычный воин. Ну и Ольга сама по себе была страшным противником, способным справиться в одиночку с небольшим отрядом. Впрочем, несмотря на неурядицы возникшие в королевстве, путь из Белиги в Оригу, так и остался вполне безопасным, а потому, неспешное двухдневное путешествие, с ночевкой в местечке Бубок, не омрачили нежелательные приключения.

Глава 19

Замок Гиди все так же радовал глаз своими высокими башнями, которые, несмотря на возраст, выглядели по-прежнему величественно и торжественно. Вышедший из дворца, чтобы поинтересоваться, кто это прибыл, дворецкий, узнав графского сына, охнул и тут же вновь скрылся в здании. Не прошло и минуты, как Адрика уже обнимали счастливые мать и отец.

До этого на их долю выпало немало волнений. После того, как до них дошли сведения о перевороте и о гибели королевской семьи, судьба сына, дружившего со старшим принцем, некоторое время была неизвестна. Немного позже они получили сведения, что Адрик жив, но ранен, и находится в тюрьме. Граф несколько дней не знал, что ему предпринять для его спасения, поскольку бороться с могущественным герцогом Орхи, ему было не по силам. Тем не менее, несмотря на советы помощников, отвечавших за экономическое и военное благополучие графства, он уже собирался ехать в столицу, чтобы попытаться хоть как-то облегчить участь своего наследника. Но тут, очень вовремя, пришло воззвание от оставшегося в живых младшего принца. После этого граф стал собирать ополчение для похода против узурпатора. А еще спустя некоторое время, королевство облетела весть, что герцог Орхи убит, а потому гражданская война отменяется. После этого пришлось распускать ополчение, что тоже заняло некоторое время, а там вернулся из столицы стражник — один из тех, кого послали на разведку и сообщил, что виконт уже на свободе и выздоравливает. И вот, наконец, сын вернулся домой.

После довольно длительных объятий и поцелуев, граф, к облегчению затисканного сына, обратил внимание на его попутчицу.

— Оля, я перед тобой в неоплатном долгу. Воистину моя семья под покровительством богов, раз они послали человека, который оберегает и спасает моих детей!

— Ну что вы граф! Думаю, вы слишком преувеличиваете мое значение. Ваши дети и сами достаточно умны и деятельны, чтобы с честью выходить из неприятностей, попадающимся им на жизненном пути.

Выдав эту фразу, Ольга вздохнула. Не любила она подобные словоизлияния! Но, порой, случаются моменты, когда без этого не обойтись.

— А ты совсем не изменилась, несмотря на прошедшее время! Разве что, еще больше похорошела.

— Вы тоже выглядите таким, какими, какими я вас и запомнила.

— Рад, что ты навестила нас!

— У меня осталось незавершенное исследование, которое мы проводили с Венисом. Да и захотелось вновь посмотреть на места, где я провела не худшие свои дни. Вы позволите пожить в вашем замке некоторое время?

— Ты для меня как член семьи, и мой дом всегда открыт для тебя! Я прикажу приготовить для тебя гостевые покои.

— Одни из тех, что на втором этаже главного корпуса?

— Да.

— А можно я поживу в своей старой комнате? Я о ней вспоминала иногда, когда условия для отдыха трудно было назвать удобными. Мне там будет уютнее.

А кроме того неизвестно сколько времени будет идти работа над созданием артефакта для перемещения между мирами, а человек, живущий буквально рядом с графом и его женой, слишком на виду. Ольге не хотелось привлекать внимания, как к себе, так и к причине, по которой она находится в замке. И по ее мнению, к девушке, проживающей в комнате для служебного персонала, обитатели поместья привыкнут быстрее, и судачить о ней перестанут раньше, чем живи она в одних из самых роскошных покоев дворца.

— Если тебе так хочется то, пожалуйста! Но питаться будешь за нашим столом.

Вот тебе и поскромничала! Как-то совместные трапезы с графом не сильно будут способствовать незаметности. Но и отказаться нельзя. Это уже нанести обиду хозяину замка.

— Благодарю вас, ваше сиятельство! — только и осталось произнести.

— Кстати, ужин через два часа, я пришлю за тобой.

Графская семья удалилась: Адрику еще предстоял продолжительный разговор о его злоключениях. А Ольгу сразу обступили давние знакомые: управляющий замком Марконис, казначей графства Лаврик, и придворный художник Микас. А чуть позже прибежал и радостный Венис.

Пока горничные наводили порядок в комнате Ольги, саму ее привели в столовую — место совместного питания и встреч квалифицированных служащих поместья, число которых когда-то было значительно более многочисленным, чем сейчас. Что поделаешь, дети выросли, и покинули отчий дом, а с ними разъехались и их учителя и наставники. Кто отправился вместе со своими подопечными, как Марк за Роланом, а кому подобрали новое место в других семьях.

До самого ужина Ольгу расспрашивали о приключениях, случившихся с ней во время странствий, и рассказывали о местных новостях. Затем, во время совместной трапезы с графской семьей, вновь пришлось вспоминать о жизни с того момента, как она покинула замок.

— Так ты теперь молодая графиня, получается? — удивленно воскликнул граф, узнав о том, что Ольгу удочерили. — Надо было тебя все-таки в гостевых покоях поселить!

— Спасибо, господин граф, но мне и в самом деле будет удобнее в моей старой комнате. А тот факт, что я графиня, вовсе не делал мою жизнь в походах более удобной и благоустроенной, так что я не успела избаловаться чрезмерной роскошью.

Только после ужина, уже в башне мага, появилась возможность поговорить с Венисом наедине. Юноша за прошедшее время раздался в плечах, во взгляде появилась уверенность, но прежнее ощущение дружелюбия с его стороны, не исчезло. На Ольгу он сейчас смотрел светящимися от радости глазами.

— Как хоть съездила? Нашла причину своей непонятной магической слабости?

— Нашла, только мне это не помогло. О причине я и так догадывалась: мое тело поглощает всю энергию, захваченную аурой. А вот почему это происходит, и на что тратится энергия, непонятно. Но постепенно, моя магическая сила увеличивается. Правда, очень медленно, но это все же лучше, чем ничего.

— А насчет Ларца, что-нибудь узнала?

— В Монастыре, оказывается, сохранились некоторые записи самого Раминака, но вот о Ларце, я ничего не нашла. Зато я прошла там Лабиринт, и теперь лучше вижу и понимаю магические потоки и плетения. Надеюсь, это поможет нам создать амулет перехода между мирами. А как у тебя дела? Закончил учебу у Нимеры?

— Еще в прошлом году. Денег с меня вытянула немало. Но она действительно многому меня научила, так что я не жалею о потраченном золоте. Оно того стоило! Мне кажется, что я нашел плетения в Ларце, отвечающие за создание портала. Но как создать новый амулет для межмировых переходов, я пока не придумал.

— Ничего, вместе быстро что-нибудь сообразим.

— Быстро может не получиться. Меня постоянно отвлекают на всякую ерунду, к тому же паровая машина что-то часто ломаться стала. А в замке уже все привыкли к водопроводу, чуть что, сразу возмущаться начинают.

— Удивительно, что она вообще до сих пор работает!

— Ломалась уже несколько раз. Но Николс, который ее обслуживает, находил причины, и заказывал поломанные детали.

— Ты знаешь, а ведь можно вообще без паровой машины обойтись! Есть такие амулеты, водометы называются, так вот с их помощью вполне можно поднимать воду в водонапорную башню.

— Но в таком случае, мне постоянно придется в накопители энергию закачивать! А это знаешь, как муторно! В свое время, наш бывший наставник Краст потому и отказался от подобного способа наполнения бака водой на башне.

— Я знаю, как решить эту проблему. Недавно мне в качестве трофея досталось колечко с интересным плетением. Оно вообще-то для наведения иллюзий предназначалось, но оказывается, с его помощью можно создать и амулет, собирающий магическую энергию.

— Не может быть! Я слышал и читал, что многие маги пытались сделать подобный артефакт, но ни у кого не получилось. Краст тоже постоянно работал над этим, и тоже безрезультатно.

— У меня та же история. Попыталась сделать амулет, ничего не вышло, бросила. А вот с помощью колечка, получилось!

Жизнь в замке протекала все так же размеренно, как и несколько лет назад. Слуги целыми днями трудились, поддерживая чистоту и порядок в помещениях, не слишком, правда, усердствуя при этом. Воины графской боевой сотни следили за порядком в округе и тренировались в свободное от патрулирования время. Граф со своими помощниками, к которым теперь присоединился и Адрик, управлял работой своих предприятий и контролировал финансовые потоки.

Дикая хрюшка Машка, выросшая в свое время в замке, на вторую после отъезда Ольги зиму исчезла. Егерь потом рассказывал, что видел похожую на нее свинку в сопровождении крупного кабана. Трогать он эту пару не стал, так что теперь в ближайшем лесу, возможно, бегает уже порядком подросшее семейство.

Памятуя о предстоящем бале по случаю коронации Гарлина, Ольга уже на следующий после приезда день посетила местную портниху Лусию, с которой сдружилась еще в первое свое пребывание во дворце. После долгого разговора, в котором были упомянуты, наверное, почти все новости, случившиеся за время разлуки, дошла очередь и до заказа новых платьев. Материал у Ольги был свой. Во время длительного путешествия ей довелось повидать множество рынков, на которых подчас можно было найти товары, не встречавшиеся больше нигде. Часто встречались и ткани, произведенные из необычных волокон и окрашенные местными оригинальными красителями. Некоторые из них, особо понравившиеся, приобретались в небольшом количестве не на продажу, а для личного пользования. Так что выбирать материю, было из чего. Осталось только придумать подходящий к случаю фасон. Этим важным делом девушки увлеченно занимались несколько часов и, после долгих споров и обсуждений той или иной детали платьев, пришли к согласию.

Ольга заказала два платья с одинаковым покроем, но в разной цветовой гамме и с небольшими отличиями в мелких деталях. Какой наряд она наденет, решит уже перед балом. Второе будет про запас, или на смену, в случае, если бал затянется на два дня, а такое вполне могло случиться.

Следующий день был посвящен поездке в ближайший город — Оригу. К новым платьям требовалась и соответствующая обувь, и лучше всего заказать две пары туфель заранее у мастера. Проблем в этом вопросе не возникло, сапожник мерку снял быстро и, получив задаток, отправился выполнять заказ. Ну а у Ольги оставались еще два дела, которые нужно было выполнить в городе.

Приносить неприятные и даже трагические вести — дело нелегкое, но в данном случае, необходимое. Волшебница Нимера в свое время несколько раз помогала Ольге, и поделиться с ней хотя бы новостями — лишь проявление малой части того уважения, которого магиня заслуживает.

Лавка Амулет Нимеры все так же находилась на улице Пряничной, и была открыта. На звонок колокольчика, висевшего над дверью, вышла девушка лет семнадцати, видимо, ученица. Так случилось, что раньше с ней встречаться не доводилось, так что можно было только догадываться о том, кем она приходится хозяйке лавки.

— Добрый день! Хотите купить амулет? — спросила девушка.

— Нет, я хочу поговорить с госпожой Нимерой. Она у себя?

— Да, но она сейчас занята: работает над амулетом. Срочный заказ.

— Сообщите ей, что пришла Оля Лаэция. Если она не сможет меня принять, то я приду как-нибудь в другой раз.

Имя, видимо, было знакомо девушке, потому что взгляд у нее стал сразу пристальным и испытывающим, а затем она быстро скрылась за дверью, ведущую во внутреннюю часть дома. Вернулась она почти сразу, и сказала:

— Прошу вас, проходите. Вас ждут.

Нимера сейчас работала в той самой лаборатории, из которой несколько лет назад Ольга украла амулет под названием нагреватель. Два подобных устройства, сделанные уже Венисом, до сих пор нагревали воду для водопровода замка Гиди.

Волшебница внешне почти не изменилась за прошедшие годы. Все та же моложавая женщина с внимательным умным взглядом. Впрочем, и сама магиня удивленно воскликнула:

— Оля?! Прошло несколько лет, после нашей последней встречи, а ты все та же молодая девчонка! Мне кажется, ты выглядишь даже моложе, чем раньше. Я бы не дала тебе больше, чем моей Альве! — с этими словами она кивнула в сторону Ольгиной сопровождающей. — У тебя есть какой-то секрет?

— Секрета нет. По крайней мере, я его не знаю. Разве что, подвижная жизнь на свежем воздухе. Но скорее всего — это особенность моего тела, о которой вы и сами знаете.

Ученица Нимеры после приветствий убежала в лавку, в которой вновь зазвенел колокольчик, а устроившаяся в удобном кресле Ольга поведала о своих приключениях. Известие о смерти Рестины — бывшей наставницы самой Нимеры, очень огорчило магиню. Вытерев набежавшие на глаза слезы, она сказала:

— Рестина всегда была мне образцом для подражания и именно благодаря ее уму и знаниям, которые она успела частично передать и мне, я обязана всем своим успехам и удачам в разработке новых амулетов.

Поговорив еще немного, послушав новости о жизни самой Нимеры, которых оказалось не так уж и много, Ольга попрощалась с магиней. И той нужно было работать, чтобы успеть выполнить заказ, и у самой Ольги еще оставалось невыполненное дело.

Несмотря на то, что служба у графа закончилась несколько лет назад, она чувствовала ответственность за работоспособность водопровода в замке. А участившиеся поломки паровой машины говорили о том, что износ движущихся деталей вскоре может перейти критическую отметку, после которой останется только менять весь агрегат. И раз уж появилась возможность поставить вместо него чисто магическое устройство, то надо ею воспользоваться. Да и ей самой необходимо иметь энергосборник для зарядки накопителей. Это сразу решит немалую часть ее магических проблем. А для создания физической основы амулета как нельзя лучше подходит медеплавильный заводик, расположенный на окраине города.

Для себя лично Ольга хотела сделать небольшое зарядное устройство, которое удобно было бы возить с собой. Кто знает, куда еще заведут пути-дороги, а заполненные накопители всегда пригодятся. Но подумав, она заказала сразу две основы для артефакта. Одна из них представляла собой простой шар из меди, диаметром около двадцати сантиметров, с приспособлениями для крепления кристаллов с плетениями и камня-накопителя. На этом шаре нужно будет нанести соответствующий узор, который поможет превратить его в конечном итоге в поглотитель энергии.

Второе изделие, заказанное литейщикам, представляло собой шар с изначально торчащими шипами по всей поверхности. Находились на нем и дополнительные крепления для кристаллов, в которых должны были разместиться заклинания иллюзии. По результатам работы двух этих собирателей энергии, уже можно будет судить о том, какой делать стационарный амулет, для установки в башне мага.

Сделав заказ требуемых изделий, Ольга вернулась в поместье, где продолжила совместно с Венисом анализировать и разделять на составляющие плетения Ларца. Знания и умения, полученные Ольгой в Раминаке, позволяли уверенно определять назначения заклинаний, которых на удивление оказалось так много, что молодые маги поражались возможностям и трудолюбию мастера, создавшего артефакт, а также времени, которое он на это потратил.

Через неделю медеплавильный завод заказ выполнил, и изделия привезли прямо в замок, что позволило сразу же приступить к работе над амулетом. Нанесение рисунка на металлическую поверхность, много времени не заняло. Пока краска сохла, на шаре закрепили кристаллы, с уже внедренными в них нужными заклинаниями, после чего наступила очередь нанесения на амулет плетений иллюзии.

Проведенные ранее эксперименты, позволили проделать все достаточно быстро и без ошибок. Так что вскоре Ольга могла наблюдать полноценную девятимерную ауру медного шара в виде тонкой линзы. Конечно, линза — не шар к созданию которого она стремилась, но и не тонкий блин, который получался в предыдущих экспериментах. Венис тоже видел ауру артефакта, вот только форму шара он видел уже после первого этапа наложения иллюзии, в то время, когда она имела полный объем всего лишь в шестимерном пространстве. Видимо ему не хватало для более полного восприятия многомерного мира того обучающего испытания, что прошла Ольга в Лабиринте Раминака.

В неактивном состоянии амулета, энергия свободно проходила сквозь него, точно так же, как это происходит и с магами. Активация же структурировала ауру шаров так, что та начинала захватывать энергетические потоки, и направлять их на заклинание, придуманное самой Ольгой, которое фокусировало энергию в малом объёме, и уже затем концентрированная энергия поступала в накопитель.

Дальнейшие испытания и эксперименты с размещением на поверхности шаров кристаллов с различными плетениями, которые длились примерно неделю, позволили найти оптимальные конфигурации обоих амулетов. Как оказалось, физическая основа, изначально изготовленная в виде морского ежа, энергию собирает эффективнее, чем простой шар, причем значительно. К тому же выяснилось, что амулеты заполняют накопители в несколько раз быстрее, чем Венис, который сам по себе относился к сильным магам. Причина видимо была в том, что аура артефактов имела однородную структуру, в отличие от сложной и переменчивой ауры мага. И далеко не все части человеческой ауры взаимодействовали с энергией.

Проведенные исследования также показали, что дополнительный энергосборник большого размера для Вениса, делать не нужно. Ему вполне хватит амулета в виде шара с шипами. А себе Ольга оставила шар с разрисованной поверхностью, как более удобный для транспортировки во время путешествия.

— Слушай, а зачем тебе шипы на шаре? Разве без них не проще было бы создать амулет? — поинтересовался как-то Венис.

— Не проще. Наоборот, без шипов у меня ничего не получалось. Понимаешь, мне для наложения чувственной магии требуется подходящий рисунок. Вот эти шипы я и использую в качестве опорных.

Венис, хотел сделать похожий амулет сам, но у него ничего не получилось. Он не смог создать девятимерную иллюзию. А ведь Ольга, сравнивая его способности с возможностями других виденных ею магов, считала его одним из самых умелых. Это наводило на мысль, что повторить ее наработку, мало кто сможет. Отсюда следовал вывод, что конкуренты в производстве энергосборников, если и появятся, то будет их, считанные единицы. А ведь спрос на подобные амулеты должен быть неплохим. Многим магам приходится тратить время на зарядку накопителей. И если для сильных, но неумелых это, прежде всего источник доходов, то для создателей артефактов — нудная повинность, только отвлекающая их от работы над чем-нибудь гораздо более полезным и интересным.

После того, как получили не очень мощный, зато неиссякаемый источник энергии, приступили к созданию магического водяного насоса. Схема конструкции повторяла таковую в водометных движителях на кораблях, нужно было только учесть особенности его применения. Во время долгого похода домой на шхуне, для изучения водомета, у Ольги было достаточно свободного времени. Да и образец для подражания у нее нашелся — воздушный нагнетатель, найденный в бандитской захоронке. Он хоть и имел свои особенности, связанные с менее плотной средой, на которую воздействовал, и большими объемами перемещаемого воздуха, но принцип его действия, был такой же, как и у движителя шхуны.

Каркас для амулета, на который приходилась основная физическая нагрузка от давления перемещаемой воды, так же заказали в плавильной мастерской. Пришлось еще придумывать, как соединить все части нового устройства так, чтобы в случае необходимости, была возможность извлечения амулета. Мало ли, какие изменения в конструкцию придется вносить! Раньше ведь ничего подобного делать не приходилось.

На все эти размышления, расчеты, создание плетений и различные организационные хлопоты, ушел примерно месяц времени. Зато система подачи воды заработала сразу! И, поскольку движущихся деталей в ней на этот раз, не оказалось, бесперебойно работать, она должна была долго.

Разумеется, интенсивно трудиться над новыми амулетами, приходилось не все время. В одну из пауз, пока шло изготовление необходимых деталей в плавильной мастерской, Ольга вместе с Ринком и со всеми своими тремя охранниками наведалась в свои, так сказать, родовые земли.

Шарч подобные поездки редко когда пропускал. Вот и в этот раз он привычно занял место на подушечке, закрепленной перед седлом. Его возвращение в замок, казалось, прошло тихо и незаметно. Кот на виду особо не показывался, и перемещался в основном, по верхнему ярусу многочисленных построек. Местное мяукающее сообщество после скоротечной разборки признало его лидерство полностью и безоговорочно. А вскоре и другие четвероногие и четверолапые обитатели поместья сочли за благо делать вид, что не замечают нагло шныряющего по всем закоулкам зверька, потому что на любое проявление недовольства по этому поводу, получали решительный и очень болезненный ответ. По глазам теперь, Шарч не бил. Он научился четко разделять диких зверей, против которых в схватке можно применять любые боевые приемы, и домашних животных, которых, даже наказывая, следовало беречь. Впрочем, чувствительных мест у соперников он уже обнаружил вполне достаточно для того, чтобы, не калеча, убедительно объяснить ошибочность их поведения по отношению к коту.

К удивлению Ольги, вместо одиноко стоявшего домика единственного арендатора Ларона, взгляду открылась небольшая деревенька, в некоторых жителях которой узнавались бывшие разбойники, три года назад напавшие на одинокую и, казалось бы, беззащитную девушку, направлявшуюся в столицу. Тогда, успехом для разбойников нападение не увенчалось, однако и потерь они не понесли ни физических, ни моральных. Зато получили предложение поселиться на земле этой девушки, оказавшейся дворянкой.

Бывшие крестьяне, от своего разбойничьего промысла удовольствия не получали, а потому сочли за лучшее, вернуться к привычному для себя сельскохозяйственному труду. На новом месте решили поселиться не только бывшие разбойники и члены их семей, но и некоторые дальние родственники. Свободной земли тут много, есть лес, две реки, да еще и хозяин угодий отсутствует!

Правда, старожил, бывший военный, особо безобразничать не давал. Но оно и к лучшему, ибо порядок должен быть во всем, это понимали все имевшие хоть какой-либо жизненный опыт. Так что и положенную плату, обязанность собирать которую Ольга в свое время возложила на Ларона, новые арендаторы выплачивали добросовестно. Тем более что и размер ее был совсем невелик.

Ольгу не все узнавали сразу. Вот и Ларон некоторое время внимательно вглядывался в лицо спешившейся девушки, прежде чем воскликнуть:

— Дона Оля! Рад вас видеть!

— Неужели я так сильно изменилась, что вы так долго не могли меня узнать?!

— Вот сейчас, когда вы заговорили, мне и самому странно, почему я засомневался. Хотя, если подумать, вы красивей стали, что ли! И главное, прошло ведь уже несколько лет после нашего знакомства, поэтому ждешь, что человек будет выглядеть старше, чем раньше ну, в вашем случае, взрослее. А вы остались такой же, если не сказать, что помолодели.

— И где вы только комплименты научились говорить?

— Это не комплимент, а чистая правда!

— Будем считать, что я вам поверила. Как дела в поселении? Смотрю, у вас тут весело стало!

Ларон пригласил Ольгу в дом, где и отчитался в своей деятельности по управлению неожиданно для него образовавшейся деревеньки. Если говорить о жителях, то они своей жизнью были довольны. Не зря некоторые и родственников сюда перетянули. А что касается доходов хозяйки, которые она к тому же не получала ввиду своего отсутствия, то они не впечатляли. Впрочем, после первого посещения своего имения, она и не рассчитывала на какие-либо значительные суммы. Откуда им взяться, если в то время землю обрабатывала только одна семья? Так что даже небольшая сумма, переданная старостой, оказалась значительно больше ожидаемой.

О том, что делать с доходами, Ольга долго не задумывалась. Не все дома в поселке были одинаково ухожены. Некоторые выглядели совсем уж неказисто. Это навело на мысли, что не так уж всё и безоблачно в ее деревеньке. Вот о неурядицах в жизни отдельных семейств, а так же трудностях всего поселения она и поговорила с уважаемыми людьми, которых собрал по ее просьбе Ларон. В результате часть только что полученных денег ушла на поддержку семей, у которых по причине болезни или несчастного случая возникла нужда. Еще некоторую сумму выделила на общее благоустройство деревни. В плане стояло: вымостить главную дорогу, чтобы не раскисала во время дождей, выкопать добавочно несколько колодцев, а так же построить несколько общественных зданий: сараи, загоны для скота, и даже клуб.

Несмотря на кажущийся размах строительства, средств на задумки, требовалось не так много. Основные работы сельские жители должны были проделать собственными силами. В принципе, им и платить за это не требовалось: для них самих ведь все предназначено. Но хотелось, чтобы деревня была не только удобной для жилья, но и красивой, а для этого требовались соответствующие материалы и квалификация мастеров. Вот на это и шла основная часть выделенных средств.

В общем, покидала принадлежащие ей земли, Ольга, с ощущением, что сделала все правильно. Для нее эти деньги ничего не значат, а попавшим в затруднительное положение семьям — спасение.

Параллельно с работой над магическим насосом, продолжалось и исследование плетений, с помощью которых можно было бы создать амулет межмирового портала. С новыми знаниями и возможностями, полученными Ольгой в результате учебы, а также благодаря уже готовым решениям, реализованных в Ларце, довольно быстро удалось составить схему заклинания переноса материального тела в параллельный мир. Проблемы возникли со способом выбора конкретного мира, с обнаружением вообще всех соседних с Гемоной миров, их индексацией, чтобы не заблудиться при перемещениях, и с обеспечением безопасности переноса.

Ларец в этих вопросах, мало чем мог помочь. Этот артефакт, как поняла Ольга, затягивал в себя живое существо, которое обнаруживало соответствующее заклинание в случайно выбранном мире. При этом можно было задать весовые параметры переносимого тела. В каждом мире Ларец имел свою проекцию с фиксированными координатами. Поиск живых организмов в параллельном мире происходил вокруг этой точки. Существовал какой-то радиус действия артефакта, в пределах которого и происходил захват и перенос тела. Но насколько велико дальнодействие заклинания, выяснить не удалось.

При работе Ларца, конечным пунктом назначения всегда являлась его внутренняя часть. А вот где закончится путешествие при обратном переходе, было непонятно. С учетом того, что рельеф местности в разных мирах, вполне себе мог быть различным, то и очутиться можно было где-нибудь под землей или, наоборот, на высоте нескольких десятков, а то и сотен метров над поверхностью, с соответствующими последствиями для организма путешественника.

Следовательно, перед путешествием, требовалась разведка местности, а также надёжное целеуказание финишной точки. Вот эти проблемы решить, никак не удавалось.

Главы 20 и 21

Глава 20

Совпало так, что к тому времени, как магический насос был изготовлен, испытан, и внедрен в систему водоснабжения замка, из столицы прибыл гонец с приглашениями на церемонию коронации. Ольга, получила на свое имя красиво оформленную карточку с магической печатью. Титул графини в ней не упоминался, видимо Гарлин по какой-то причине решил не придавать гласности тот факт, что она является аристократкой королевства Лаэция.

Наряды и обувь для праздника уже давно были готовы, так что долго собираться не пришлось. Семейство Гиди, так же к коронации подготовились заблаговременно.

Адрик за это время уже окончательно выздоровел. Его угнетенное настроение, возникшее вследствие гибели принца Дерника и нескольких друзей, постепенно пришло в норму и, похоже, виконт вновь почувствовал вкус к жизни. За прошедший месяц он делал несколько попыток сблизиться с Ольгой. Приглашал ее на прогулки, охоту, даже присоединялся к ее поездкам в Оригу. Но возобновить прежнюю любовную связь, у него так и не получилось. В ответ он получал лишь дружеское участие, не больше. Но и не меньше.

Вечером накануне отъезда, граф через лакея пригласил Ольгу к себе в кабинет. Недавно он закончил разговор со своим казначеем о финансовом состоянии дел, и сейчас, утомленный, внимательно смотрел на вошедшую девушку. Пригласив ее сесть в такое же удобное, как у него кресло, он сказал:

— Оля, возможно, ты подумаешь, что я лезу не в свое дело, но поверь мы, аристократы, всегда на виду. Каждый наш шаг, так или иначе, оценивается как простыми обывателями, так и теми, кто принадлежит к высшему обществу. И даже такие чувства, как личные привязанности, оцениваются, взвешиваются, одобряются или осуждаются совершенно посторонними людьми. А уж тем более меня, как отца волнует вопрос: что у тебя с Адриком?

Ольга вздохнула. Не хотелось ей обсуждать свои взаимоотношения с виконтом, но и графа она понимала. Адрику уже двадцать восемь лет стукнуло, пора жениться. За прошедший месяц он получил несколько приглашений на бал по тому или иному случаю, но ни на одно из приглашений не отозвался. А графу и графине, возможно, уже с внуками хочется понянчиться. Так что нужно все-таки внести ясность в этом вопросе, чтобы ни у кого никаких иллюзий не оставалось.

— Если говорить коротко, то Адрик за мной пытается ухаживать, а я его ухаживания отклоняю, — ответила она.

— Есть какая-нибудь причина для твоего отказа?

— Ничего серьезного. Это у меня такие девичьи причуды.

— Должен сказать, что мне от нескольких семейств, знатных и богатых, поступили предложения о помолвке Адрика с их дочерьми. А я не знаю, что ответить.

— Так может, вам следует поговорить с сыном на эту тему?

— Да говорил я с ним! — сердито воскликнул граф. — Вернее пытался. Он и слушать не хочет о женитьбе. А я ведь не слепой вижу, как он относится к тебе. Я, почему начал этот разговор? Возможно, ты думаешь, что не пара Адрику, и поэтому сохраняешь по отношению к нему некоторую дистанцию. Хочу тебя заверить, что дворянство, полученное тобой от короля, да еще и с землей, сделало тебя равной любому аристократу королевства. Гм, ну это если рассуждать чисто с точки зрения закона. Так-то, в жизни, оно все сложнее. А уж если учесть, что ты еще и имеешь и графский титул в Лаэции, то это стал бы брак равных, как на него ни посмотри. Поэтому уверяю тебя, что буду только приветствовать, если вы решите, наконец, пожениться.

Вот не зря не хотелось, чтобы этот разговор состоялся. Замуж Ольга пока не собиралась, тем более без любви. А отказ может изменить хорошие отношения с семейством Гиди в худшую сторону, чего хотелось бы избежать. Но, тем не менее, лучше дать сразу прямой ответ, чем юлить и обманывать хорошего человека.

— Извините граф, но я пока не готова к замужеству. К Адрику я отношусь как к другу, и хотела бы, чтобы он был счастлив. Поэтому лучше всего, если он влюбится в одну из тех девушек, помолвку с которыми вам предлагали. Возможно на балу по поводу коронации, кто-нибудь из них ему и приглянется.

— Что ж, отложим пока этот разговор, — со вздохом произнес граф. — Жаль, конечно, что ты не хочешь выходить за Адрика замуж. Но надеюсь, что со временем ты переменишь свое решение. Или Адрик действительно в кого-нибудь еще влюбится.

Для поездки в Белигу сформировали небольшой обоз, состоящий из кареты, в которой ехали граф с женой, двух транспортных повозок с вещами, как необходимым для церемонии и для жизни в городе, так и взятыми на всякий случай: «вдруг понадобится!». Ведь сколько времени продлится визит в столицу, было неизвестно. В качестве охранников обоз сопровождали двадцать верховых стражников из числа замкового гарнизона.

Ольга в этот раз ехала верхом, а то вдруг в карете граф и графиня опять заведут речь об Адрике, и о том, что неплохо бы им пожениться. Да и яркое солнце, свежая, сочная зелень, недавно появившаяся на ветках деревьев, и теплый весенний ветерок, делали верховую поездку значительно приятнее, чем в закрытом экипаже. Однако, избежать разговора, на неприятную ей тему, избежать не получилось.

Когда по сторонам дороги потянулся лес, с его вековыми деревьями, к Ольге приблизился Адрик, и некоторое время ехал, ни слова не говоря, искоса поглядывая в ее сторону. Ринк, чья лошадь неспешно трусила рядом, сразу отстал. Вскоре виконт решил нарушить молчание, и спросил:

— О чем задумалась?

— Если коротко, то о магии.

— Не понимаю, о чем там можно думать?! Выучил заклинание, и колдуй!

— Так я новое заклинание разрабатываю, а это не так-то просто.

— Странная ты какая-то. Все девушки, с которыми я был знаком до сих пор, мечтали о красивых нарядах, балах, и о том, чтобы удачно выйти замуж. А тебя магия волнует, да еще и носишься по всему белому свету, непонятно зачем. Неужели тебе не хочется покоя, красивой жизни, счастливой семьи?

— Хочется. Вот придумаю заклинание, научусь путешествовать между мирами, и начну размышлять над тем, как жить счастливо.

— Типично женский подход: самое важное дело, оставлять на потом. Выходи за меня замуж, и будешь счастлива, и размышлять на эту тему, тебе не придется.

— Нет-нет, я еще не созрела для такого решительного шага. И тебе лучше не ждать меня. Скоро, на королевском балу, тебя будут окружать множество девушек, которые мечтают о семье и красивой жизни, выбери среди них подходящую, и женись!

— Да не нужен мне никто из этих клуш!

— Странный ты какой-то: упрекаешь меня в том, что я не такая как все, но при этом эти «как все» не устраивают тебя в качестве невест, а вот на мне жениться ты готов. Типично мужской подход! Не кажется, что тебе самому не мешало бы определиться, что тебе нравится, и чего ты хочешь?

В столицу, двигаясь неторопливо, добирались два дня. Приключений, как обычно на этой дороге, никаких не случилось, так что к графскому особняку подъехали все в добром здравии, лишь немного уставшие в пути.

Ольга имела некоторые сомнения о том, где поселиться: в особняке графа, или найти подходящий постоялый двор? Однако, выбирать не пришлось. Граф считал, что она, как само собой разумеющееся, будет жить в его особняке. Ну а спорить по столь незначительному поводу, явно не стоило. Ей выделили большую комнату, раньше принадлежавшую Вемоне. Ведь та сейчас проживала в королевском дворце, и вот-вот станет королевой, так чего пустовать роскошным покоям!

Команде наемников тоже нашлось место, им поселили в двух небольших комнатках. Немного тесновато, но они не роптали: в походах условия для отдыха, обычно, значительно более суровые.

А Ринк, как паж, и будущий дворянин, расположился в небольшой каморке, в которой несколько лет назад пребывала сама Ольга. Мальчик за прошедшие годы вырос и превратился в крепкого подростка. Учеба в Раминаке и длительные путешествия способствовали тому, что он стал сильным, гибким и ловким. А тренировки, с оружием и без, которые он проводил с наемниками, к которым иногда подключалась и Ольга, сделали из него еще и умелого бойца. Несмотря на это, вел себя он скромно, не задавался, к слугам относился уважительно и сверстников не задевал.

Следующим после приезда утром, Ольга отправилась во дворец. И поздороваться не мешает, и узнать как дела, все ли спокойно.

Часовые у служебного входа не только ее беспрекословно пропустили, но еще и вытянулись по стойке смирно. Это немного удивило, раньше подобного рвения при ее появлении за охранниками дворца не наблюдалось. Из любопытства заглянула в караулку. Отдыхавшие в ней гвардейцы, увидев, кто зашел в помещение, вскочили, и тоже встретили ее, как высокое начальство.

За свою бытность комендантом столицы, Ольга успела познакомиться со многими из командиров стражников. Вот и сейчас она узнала начальника боевой пятерки. И после того, как поприветствовала присутствующих, поинтересовалась у него:

— Слушай, Ярикс, а чего это вы так тянетесь передо мной? Случилось чего?

— Так точно, случилось!

— Ой, не рявкай так. Рассказывай нормально. И садитесь уже все, наконец.

Стражники сразу расслабились. Хоть и недолго Ольга командовала ими, но репутацию строгого, но не придирающегося по пустякам человека, заслужить успела. А гвардеец, расположившись на стуле, рассказал:

— Недели две назад, полковник Форлак Дерз — заместитель командующего гвардией громко, вприсутствии принца сказал, что рад, что ты больше не начальник над ним. Ну и добавил, что для него унизительно подчиняться девчонке. Принц, услышав это, ужасно рассердился. После этого собрал командующих армией и гвардии, а также начальника охраны дворца, чего-то им там наговорил, уж не знаю чего. До нас только потом довели, что вы, как комендант города являетесь в столице вторым лицом после самого принца в цепочке подчиненности. А полковника отправили в отставку. Все наши до сих пор под впечатлением, вот и тянемся при виде вас.

— А как обосновали его увольнение?

— За публичное сомнение в правильности приказов принца и отказ подчиняться вышестоящим начальникам.

— Понятно. Спасибо, что просветил.

Дальнейший путь по дворцу прошел без неожиданностей. Стражники, стоящие на посту у покоев принца, при виде Ольги тоже встали по стойке смирно, что уже не удивляло. Узнать ее было легко по простому костюму, напоминающему охотничий, и двум косичкам, задорно выглядывающим из-под шляпы. Никто из придворных дам так не наряжался. Да и в лицо уже узнавали, так что в приемную она попала беспрепятственно.

Здесь находились пятеро гвардейцев, которые так же при виде ее сразу подтянулись, придав себе более бравый вид. А вот еще один, находящийся в комнате незнакомый парень лет двадцати пяти, в нарядной гражданской одежде, на поведение охранников внимания не обратил, поскольку как раз сейчас что-то записывал в толстый журнал. Но, заметив новое лицо, он встал из-за стола и спросил:

— Вы кто? Случайно, дверью ошиблись?

— Вряд ли я ошиблась. Ведь принц не переехал в другие покои? А сами вы кто?

— Я новый дворецкий дон Арлис Стонбер. А как прикажете доложить о вас?

— Дона Оля Лаэция.

Молодой человек тут же, как бы подтянулся, но до гвардейцев ему, конечно, было далеко.

— О! Наслышан. Извините, что сразу не признал, просто я вас раньше никогда не видел, и не ожидал, что вы так молодо выглядите.

— А куда дели старого дворецкого?

— По слухам, он уехал в Акергу. Здесь он временно находился. Он служит во дворце герцога Акерги, вот и вернулся на место своей постоянной работы.

Дон Арлис скрылся за дверью, ведущей в покои принца, и почти сразу вернулся.

— Вас ждут, — сообщил он.

Едва за прошедшей Ольгой закрылась дверь, как на нее, радостно улыбаясь, налетела Вемона, и порывисто обняла.

— Как хорошо, что ты вернулась. Ты не представляешь, как я рада тебя видеть!

— Случилось что-то нехорошее? — встревожилась Ольга.

— Ой, все нехорошо! Оказывается, быть королевой не так уж и весело.

— Я давно об этом догадывалась. Но мне казалось, что тебе нравится быть в центре внимания, нравятся различные приемы, балы, а ты, почему-то недовольна, в то время как достигла всего, о чем мечтала.

— Это все Гарлин виноват!

— Гарлин виноват в том, что тебе не нравится быть королевой?!

— Пока я еще не королева.

— Это если смотреть с юридической точки зрения, но фактически ты — уже полноценная королева. Так что же тебе не нравится?

— У меня вдруг появилось много подруг. Они меня хвалят, восхищаются мною, приветливо улыбаются, и говорят, что хотели бы стать моими фрейлинами. Но если это все происходит в присутствии Гарлина, то потом, наедине, он начинает рассказывать мне, какие чувства испытывали при разговоре мои новые подруги.

— Подозреваю, что чаще всего — это зависть.

— Угадала, — произнес входящий в комнату принц.

— Ваше высочество! — изобразила поклон Ольга.

— Чего это ты меня высочеством решила называть? — удивился Гарлин

— Ой, до меня такие страшные слухи дошли! Говорят, что в гневе вы страшны! Командующих армией и гвардией вконец запугали, а некоторых, даже в отставку отправили. Вот я и подумала: назову вас высочеством, а вы обидитесь, что не величеством, а потом раз, и уволите меня с должности коменданта столицы!

Принц вздохнул, потом сел в кресло. Девушки последовали его примеру. Помолчав недолго, Гарлин сказал:

— Шутки шутками, но проблема у меня такая же, как и у Вемоны. Я в последнее время стал как-то острее и более четко ощущать настроения и желания людей. Большая часть моего окружения, конечно, относится ко мне благожелательно, но при этом все строят планы, как использовать меня для своего возвышения и обогащения. Поверь, это очень неприятно ощущать, что тебя, принца, без пяти минут короля, встраивают в цепочку событий, чтобы получить должность для себя или своего родственника, или заработать сотню-другую золотых.

— Могу только посочувствовать. Но, на мой взгляд, избежать подобного, невозможно. Человек для того и идет служить, чтобы получить какую-либо выгоду или деньги. Тебе придется привыкнуть и смириться к подобному отношению к себе.

— Понимаешь, я вдруг понял, что очень мало людей, которым я могу доверять полностью. И среди самых верных друзей у меня на первом месте — ты.

— И поэтому ты не снял меня с должности коменданта?

— Да. Я вдруг представил себе, что заболею, например. Как поведут себя мои приближенные? Кто останется верным, а кто попытается возвыситься, переметнувшись на сторону врага? Вот в такой неопределенной ситуации нужен человек, который сможет сохранить порядок и законность в королевстве. А ты уже доказала, что тебе это по силам.

— Но ты же знаешь, я не хочу лезть в политику!

— Знаю, но я и не прошу, чтобы ты занималась какими-то текущими делами столицы. Ты нужна как символ, на который, в случае чего будут оглядываться и враги, и друзья, и сомневающиеся. И хочу, чтобы все командиры армии и гвардии привыкли, что ты для них — главная, со мной, или без меня. Поэтому уже сейчас я передал тебе в прямое подчинение гвардейскую роту. Принимай, знакомься, командуй.

— Зачем мне отдельная рота, если мне и так должны подчиняться все командиры гвардии и армии?

— Мало ли какие проблемы могут возникнуть в городе, и которые тебе как коменданту нужно будет устранить! Ты же не будешь поднимать по тревоге всю армию для решения какой-либо незначительной задачи! А чтобы командовать меньшими силами, тебе пришлось бы уведомлять и согласовывать свои действия с командиром этого подразделения. А это время, нервы и неудовольствие офицеров по поводу нарушения установившегося порядка. Зато у роты, что я тебе передал, нет другого командира, кроме тебя.

— А кто этой ротой командовал раньше?

— Бывший командир — ставленники моего дяди, сейчас он под арестом. Но большинство нижестоящих гвардейцев служили еще при моем отце, так что, надеюсь, будут служить верно, и добросовестно. Но проверить их, конечно, надо!

— Ох, Гарлин! Ну, зачем мне эта морока?! Ты все время придумываешь для меня какие-то задания, а мне хочется в тишине и спокойствии создавать амулеты.

— Оля, но он же не нарочно! — вступилась за мужа Вемона. — Он и сам целыми днями с кем-то встречается, куда-то ездит, что-то решает. Я его почти и не вижу до самой ночи.

Принц действительно выглядел уставшим: лицо осунулось, под глазами темные круги.

— Извини меня, конечно, что постоянно вешаю на тебя собственные проблемы! Но нет у меня кроме тебя людей, которым я безоговорочно доверял бы. Вот и стараюсь, по возможности, усилить твое влияние и твои боевые возможности, — произнес Гарлин, виновато глядя при этом на Ольгу, так что той самой стало жалко принца, поэтому вздохнув, она только спросила:

— А на какие деньги я эту роту буду содержать? Своих средств мне хватит ненадолго.

Гарлин, который сразу сообразил, что Ольга смирилась с новой своей обязанностью, обрадовался этому факту, и поспешил успокоить ее:

— Снабжение роты полностью будет идти за счет государства. Деньги ты или кто другой, кого сама назначишь, будете получать не в штабе гвардейцев, а напрямую из королевской казны. То есть твоя рота, будет полностью независима от остальных подразделений гвардии. Причем прав у тебя столько, что ты можешь арестовать любое лицо в королевстве. Ну, кроме членов королевской семьи, естественно.

— А где эта рота хоть располагается? Далеко от города?

— Пока твоя рота находится в общих казармах, но в связи с арестом ее командиров, вообще выведена из-под общего командования гвардией на время работы следователей Зерника. Поэтому никаких бюрократических препятствий для подчинения её тебе не существует. Просто переводишь весь состав в новое здание и все.

— Где я здание для роты возьму?

— Видела казармы гвардейцев рядом с королевским дворцом? Так там, в дальнем конце, ближе к реке, есть отдельно стоящее здание. Его раньше использовали для временного расположения сопровождающих высокопоставленных гостей столицы. Охрана, почетный караул, иногда даже фрейлины там проживали. Дядины стражники тоже часто там располагались, когда отец был еще жив. Сейчас оно пустует, вот туда всех и переведешь. После того, как примешь роту, твоих гвардейцев перестанут допрашивать и они, наконец, получат свободу передвижений. Командующий гвардией избавится от головной боли по поводу этого невнятного подразделения. А следователи Зерника с удовольствием передадут тебе результаты своего расследования, от которого они уже и не надеются получить каких-либо выгод, поскольку не находят и следов какого-либо заговора против короля, а потому и премий и повышений по службе за это дело, им не видать. И тут приходишь ты, и одним своим присутствием устраняешь все эти заботы и проблемы. И все будут довольны!

Ольга попыталась представить себе, как все будет происходить, и у нее тут же появились новые вопросы:

— Здание, где будет располагаться рота, ремонта не требует?

— Не знаю, не интересовался этим вопросом, — честно ответил принц. — Вот сама осмотришь и, если что, составишь смету на ремонт. Деньги возьмешь так же у королевского казначея.

— Если рота будет отдельной то, наверное, новые должности понадобятся. Ну там, снабженец какой, конюхи, может еще кто.

— Да, пожалуй. Я об этом вообще-то и не задумывался. Давай поступим так: все вопросы с обустройством и организацией службы, ты пытаешься решить сама. Казначея я предупрежу, что у тебя расширенное финансирование. А если возникнут какие-либо непреодолимые препятствия, тогда обращаешься ко мне.

— Хорошо, меня это устраивает.

— Решили свои проблемы? А теперь подсказывайте, что делать мне! — заявила Вемона. — Ведь это неприятно, когда тебе приветливо улыбаются, и при этом мечтают, чтобы я заболела, а то и вовсе умерла.

— Что, совсем нет доброжелательных девчонок? — удивилась Ольга.

— Есть, но меньше половины из моих знакомых.

— Ну, вот и бери тех, кто не затаил злобу в свои фрейлины.

— Оля, а может, и ты согласишься? Я помню, ты уже один раз отказалась, но я тогда была всего лишь герцогиней, а теперь королевой вот-вот стану.

— Это невозможно! — тут же охладил Гарлин пыл своей жены. — Комендант города не может одновременно и твоей фрейлиной быть. Кроме того, я на нее хочу еще одну должность повесить.

— Какую еще должность?! — возмущенно воскликнула Ольга.

— Помнишь, ты мне посоветовала собрать совет пэров? Так вот, чем больше я думал, тем больше мне это предложение нравилось. Но кто-то ведь должен организовать работу этого совета? А никто лучше тебя не справится с этим.

— Ну, Гарлин! Не хочу я влезать в политику!

— Да ты только начни! Добейся того, чтобы этот совет начал работать так, чтобы мне было легче управлять королевством и при этом держать под контролем аристократов. А потом передашь дела своему заместителю, и будешь свободна.

— А как будет называться моя должность? И кого ты хочешь назначить мне в заместители?

— Не думал я над названием твоей должности. Ну, давай будешь Председателем Совета Пэров. Звучит?

— Звучит. Но председателем должен быть король, я считаю. С правом вето на любые решения, принятые советом. А моя должность должна быть поскромнее. Скажем, пэр, ответственный секретарь Совета.

— Вот видишь! Ты уже справляешься со своими обязанностями! Ты подумай над тем, как все это устроить, и завтра мы с тобой подробно все обсудим. А сейчас давайте просто поболтаем.

Глава 21

Отдыху, правда, предавались недолго. Забот у принца и его жены накопилось немало: коронация — дело серьезное. Требуется все устроить так, чтобы и себя хорошо показать, и аристократов обласкать, поддержать веру купцов и предпринимателей в стабильность государства, и показаться во всем величии перед народом. При этом нужно никого не обидеть, чтобы хоть на первое время, пока власть в королевстве не совсем окрепла, оппозиция, и потенциальные заговорщики не имели предлогов для выражения недовольства.

У Ольги тоже появилось срочное дело: принять под свое командование роту гвардейцев. Все необходимые бумаги для этого выдали в королевской канцелярии, так что юридически это подразделение уже подчинялось ей. Осталась только «сущая ерунда», как с сердитой иронией она оценила предстоящий объем работ. Нужно было познакомиться со своим заместителем, командирами пятерок, потом проверить вместе состояние помещений, где должна располагаться рота, после чего организовать переезд, если условия жизни окажутся более-менее приемлемыми. Затем организовать питание людей, а также озаботиться снабжением их всем необходимым, поскольку с общегвардейского баланса ее подразделение уже сняли. Ну и напоследок, придется проверять лояльность каждого члена отряда, оценить штатное расписание, и прикинуть, кого и сколько нужно добирать для нормального функционирования части. А там, скорее всего, и новые вопросы возникнут. В общем, объем предполагаемых хлопот вызывал досаду и раздражение.

Казармы, в которых располагался дежурный гарнизон гвардейцев, находились рядом с королевским дворцом, так что до него и пешком идти пять минут. Но чтобы потом не возвращаться за своей лошадью, пришлось ехать верхом.

Часовые на входе в гарнизон коменданта города не признали. Видимо, раньше они с ней не пересекались. Но командир пятерки, услышав, кто хочет проникнуть в часть, хоть и не поверил молоденькой девчонке, но решил подстраховаться, и вызвал вышестоящего начальника. А вот тот Ольгу уже видел раньше, да и королевский перстень на пальце прибывшей, красноречиво подтверждал о ее личности, а потому сразу отдал честь, и извинился за своих подчиненных.

— Кто сейчас за старшего в гарнизоне? — спросила Ольга.

— Полковник Орст Ландер.

— Проводите меня к нему, и прикажите, чтобы кто-нибудь позаботился о моей лошади.

Полковника уже предупредили о приезде высокого начальства, так что к встрече он был готов, да и о том, что проблемная рота передается коменданту столицы, он знал. Поэтому долгого разбирательства с ним не случилось, и вскоре, по-быстрому обговорив мелкие детали переселения, Ольга, ведомая сопровождающим, зашла в казарму, занимаемую ее ротой.

Посыльный отыскал остававшегося за главного заместителя командира, после чего собрали и руководителей пятерок. Как выяснилось, в настоящее время рота была укомплектована процентов на семьдесят. Многие рядовые, после окончания дознания в их отношении подали в отставку. И сейчас в подразделении господствовали безразличие и уныние. Тем более что жалование за последний месяц, никто из служащих роты не получил. Поэтому новость о переходе в подчинение напрямую коменданту города все восприняли с воодушевлением. Выяснив общую обстановку на вверенном ей подразделении, Ольга поставила подчиненным задачу: принять здание, в котором рота будет базироваться. Заместитель командира роты дон Сеж Кролин, тридцатипятилетний невысокий подтянутый мужчина, был опытным офицером и, сразу распорядился, кто какую часть здания будет принимать, и как поступать, в случае обнаружения каких-либо повреждений в помещениях. Затем он поинтересовался:

— Кто сейчас охраняет казарму?

А вот этого Ольга и не знала точно, упустила этот вопрос в беседе с полковником в чем, не таясь, и призналась. Но тут же добавила:

— Не важно, кто сейчас там, в карауле, все равно надо ставить своих людей.

— Нужен будет письменный приказ для начальника караула. У вас печать коменданта с собой? — спросил Сеж.

— Гм. У меня ее и не было никогда. Я все время полагала, что являюсь временным комендантом столицы, потому и не заморачивалась этим вопросом, мне хватало печати королевского наместника. Но, судя по всему, король не собирается отправлять меня в отставку, так что и о печати придется подумать.

— А печать наместника вы уже сдали?

— Нет, вот она, — ответила Ольга, активировав амулет.

— Этого вполне достаточно. Думаю, королевский наместник имеет не меньше полномочий, чем комендант столицы.

Сеж надиктовал одному из своих подчиненных приказ о передачи охраны здания, который Ольга и подписала, а затем приложила к листу печать. Причем никаких чернил для появления оттиска при этом не требовалось. Амулет просто преобразовывал структуру бумаги в нужных местах, отчего на ней появлялся рисунок, состоящий из линий разной толщины серого цвета, но имеющих различную насыщенность, от бледно-серого до угольно-черного. Затем Ольга, сопровождаемая офицерами и несколькими рядовыми роты, отправилась к зданию, выделенному под казарму.

Большое трехэтажное строение находилось в центре земельного участка, часть которого перед центральным входом служила плацем, часть — тренировочной площадкой, а с тыльной стороны здания был разбит парк с зеленой травой и раскидистыми деревьями. Все это хозяйство окружал высокий чугунный забор, в виде частокола из острых пик.

Ворота, ведущие во двор, были закрыты, но выскочившие из караулки стражники, для высокого начальства их открыли. После того, как закончили с формальностями, и приняли пост, подчиненные Сежа разошлись по помещениям, проверяя их состояние. Ольга тоже проявила любопытство, и бегло осмотрела казарму, которая больше походила на дворец.

Выделенное в качестве резиденции коменданта столицы здание внушало. В нем вполне могли разместиться и две полноценные роты. А, кроме того, в нем имелось крыло, с залами и комнатами, предназначенными для торжественных приемов и официальных мероприятий, которые ранее проводили проживающие здесь знатные гости королевства. Для официальной резиденции коменданта столицы этот комплекс тоже отлично подходил. На территории, принадлежащей казарме, обнаружился и небольшой, но очень красивый двухэтажный флигель. Для чего он предназначался ранее, было не очень понятно, но сейчас в нём вполне могла проживать и сама Ольга. Правда, пока от этой мысли она отказалась. Граф мог и обидеться в случае ее переезда, а этого желательно было избежать.

Как обычно, самой заморачиваться снабжением, организацией дежурств и тренировок подчиненных, не хотелось. Да и зачем лезть в дела, в которых мало разбираешься, если рядом есть профессионалы! Вот своего заместителя Ольга и озаботила всеми проблемами подчиненного ей отдельного воинского подразделения. Чтобы окончательно снять с себя все заботы, по повседневному функционированию своих гвардейцев, следовало решить вопрос с финансированием. Поэтому после того, как Сеж раздал поручения, Ольга вместе с ним направилась к государственному казначею. Сейчас его обязанности выполнял уже знакомый ей Люнис Дорсан, бывший при покойном герцоге помощником казначея. Видимо, никого лучше него, Гарлин не нашел. А может, и не искал, не до того было. Справляется человек со своими обязанностями, вот пусть и дальше работает!

Ольгу чиновник принял со всем уважением и приветливо. В принципе, своим нынешним положением, он как раз ей и обязан. Ведь в период своей неограниченной власти в столице она могла найти и другую кандидатуру на пост казначея. Не глянулся бы он ей в то время, и сейчас на этом месте сидел бы другой человек. Так что обижаться на девушку, которая к тому же так до сих пор и оставалась комендантом столицы и обладала немалой властью, Люнису было не за что. Тем более что нынешний правитель государства ей благоволит настолько, что переданную ей в подчинение роту приказал снабжать без каких-либо ограничений. О чем казначей и уведомил визитеров. Впрочем, на саму комендантшу новость впечатления не произвела, а вот у прибывшего с ней заместителя вызвала массу положительных чувств.

Подсчет необходимых для отдельной роты средств занял некоторое время. Сначала пришлось определиться со штатным расписанием, поскольку тот факт, что рота являлась отдельным подразделением, выявлял необходимость создания в ней структур, обычно имеющихся в полку. А значит, роте требовались оружейники, отделение снабжения, курьеры и так далее. И всем этим дополнительным хозяйствам требовалось управление, то есть появлялись новые командирские должности. Так что не зря принц не стал ограничивать финансирование.

На будущее Ольга распорядилась выдавать положенные роте средства заместителю, что не вызвало никаких возражений со стороны казначея, поскольку подобное практиковалось практически всеми начальниками. Заместители для того и существуют, чтобы выполнять рутинную и скучную работу.

Жалование служащим роты и средства, необходимые для поддержания ее в боеготовности, которые не выдавались уже месяц, взяли сразу. Довольный результатом поездки Сеж отправился в расположение роты, увозя с собой полученные деньги. Благо боевая пятерка, предусмотрительно взятая для сопровождения, дожидалась у входа в королевский дворец.

Ну а Ольга, с чувством выполненного долга отправилась отдыхать.

До церемонии коронации оставалось еще три дня, которые можно было бы потратить на интересные исследования различных магических плетений, из трофейных амулетов. Но и помочь принцу, тоже надо. Так что вместо того, чтобы заняться любимым делом, пришлось напрячь память, и вспомнить, как функционируют на Земле различные сенаты и парламенты. Вспомнила и про Раминак, с его советом магов. Все эти знания следовало осмыслить и переработать, для привязки к конкретным условиям королевства.

Учитывая, что у Ольги и на Земле политика находилась на одном из последних мест по интересам, объем имеющейся необходимой информации оказался невелик. Пришлось напрячь воображение, чтобы представить, как местные аристократы соберутся за столом. Сразу возникли вопросы: сколько всего вводить в совет пэров людей, как их отбирать, какие темы обсуждений их заинтересуют, как вообще формировать повестку заседания, как его вести, чтобы обсуждение не превратилось в балаган и не привело к каким-нибудь неприятным последствиям. Пришла к выводу, что ее заместитель, также должен присутствовать на совещаниях в качестве полноправного пэра. Ведь когда Ольга передаст дела, в связи с отъездом, этот заместитель должен подготавливать и вести заседания. Соответственно и вес в обществе, у него должен быть не нулевой.

В промежутках между размышлениями, она ругала себя за длинный язык. Ну, вот чего полезла умничать?! Существовало королевство столетия без совета пэров, просуществовало бы и еще столько же! Зато у нее лично, забот убавилось бы.

Тем не менее, предложения по организации совета, на следующий день принцу были представлены. После чего началось обсуждение необходимых действий для реализации проекта. Мелких вопросов возникло столько, что закончили разбираться с ними только ко дню коронации.

Само торжественное мероприятие прошло в храме бога-отца согласно всем исторически сложившимся правилам и уложениям. На церемонию Ольга надела одно из двух новых платьев то, что благодаря кайме и полоскам ткани отличающихся цветом от общего фона выглядело, подчеркнуто строгим. Соответственно и добираться до места церемонии пришлось в нарядном экипаже, который обнаружился в каретном сарае казармы ее роты. А вот лошадей в конюшне не оказалось. Вернее, верховые лошади, принадлежащие гвардейцам, находились в стойлах, как и положено. Не было рысаков, чтобы запрячь их в карету. Хорошо, что выяснилось это заблаговременно, и вопрос удалось решить быстро. За городом располагался конный завод, в котором и подобрали четверку лошадей. Можно было бы, конечно, и в экипаже графов Гиди поехать, но кто знает, вдруг возвращаться придется порознь, ищи потом, на чем добираться домой.

Предусмотрительность оказалась совсем не лишней. Уже в храме семейство Гиди быстро прошло почти вплотную к алтарю, где уже все было подготовлено к церемонии. И если перед родственниками будущей королевы почтительно расступались, то чуть замешкавшуюся Ольгу, сразу затерли. Впрочем, она и не рвалась в первые ряды, а скромно стала у стеночки недалеко от входа. Нарываться на конфликт с дворянами с их выплескивающим за край самомнением и высокомерием? Было бы ради чего! Правда, с того места, где она находилась, разглядеть процесс коронации было невозможно, поскольку толпа народу перекрывала обзор, но стоит ли расстраиваться по таким пустякам?!

Спустя немного времени, после начала церемонии, Ольга почувствовала, что к ней кто-то целеустремленно продвинулся, после чего тронул за плечо. Оглянувшись, она увидела знакомое лицо.

— Руз, как я рада тебя видеть! — шепотом воскликнула она. — Как удачно, что ты оказалась в столице одновременно со мной!

— Я тоже очень рада, что нашла тебя! Я как услышала, что герцога Орхи кто-то убил, сразу подумала, что без тебя тут не обошлось. Примчалась в Белигу, чтобы встретиться, но ты уже уехала.

Больше на церемонию коронации девушки, увлекшись разговором, внимания не обращали. Благо там, где они стояли, было достаточно просторно, и тихий шепот никому не мешал.

Как выяснилось, уже прошло полгода как Рузола — давняя и, можно сказать, боевая подруга, закончила свою карьеру наемника. Отец ее серьезно заболел, причем настолько, что лекари пока не могут его вылечить. Две старшие сестры Рузолы давно вышли замуж, и только она сама, пока так и не нашла своего суженного. Вот и решили родители передать именно ей баронский титул, поскольку сыновей у них не было. Так что теперь подруга находилась на церемонии коронации как дона Рузола баронесса Ниспа. Земель во владении, правда, почти не осталось: почти все ушло на приданое старшим дочерям. Но Руз и сама имела поместье, полученное за спасение принцев, пять лет назад, и граничащее с землями отца, и этот факт, хоть и оставил баронство по доходности во второй половине списка подобных поместий, но не на самых нижних строках.

Пока обменивались новостями, и церемония закончилась. Теперь все присутствующие отправились в королевский дворец на большой прием, где молодой король должен выступить с небольшой речью, и раздать плюшки тем, кто помог ему прийти к власти. Всякого рода порицания и наказания, заслужившие это, получили заблаговременно. С этим делом Гарлин затягивать не стал.

Рузола к храму подъехала в нанятом экипаже. Особняк ее семейства в столице, давно уже никто не посещал, и лошадей, дабы не нести лишние расходы, продали. Так что карета, в которой приехала Ольга, очень даже пригодилась.

В большом зале для приемов собрались почти все знатные люди королевства с титулами от барона и выше. Присутствовали также и дворяне без титула, но занимавшие более-менее значимые должности во властных структурах. К подобным чиновникам основная часть аристократии относилась с пренебрежением, и смотрела на них свысока. Ольга как раз и относилась к последней категории приглашенных, Рузола, с ее баронским титулом тоже особо не котировалась, а потому обе девушки снова не стали пробиваться поближе к трону, пока еще пустующем, поскольку торжественный выход короля еще не состоялся.

Однако долго постоять в сторонке не получилось. Среди гостей вдруг появились гвардейцы, явно высматривая кого-то. Когда взгляд одного из них остановился на Ольге, он поднял вверх руку, показывая сослуживцам жестом, что нашел. После чего приблизился к ней, и очень вежливо произнес:

— Дона Оля, король просит вас пройти к нему. Следуйте за мной.

Успокоив взглядом встревожившуюся Рузолу, Ольга отправилась вслед за гвардейцем.

Вемона и Гарлин сидели в креслах, отдыхая от церемонии. Покрой платья, введенный несколько лет назад Ольгой, теперь позволял устроиться с комфортом не только мужчинам. Раньше, в эпоху пышных юбок, женщинам приходилось отдыхать сидя на табуретках, которую за подолом юбки и видно-то не было.

— Оля, почему тебя не было на коронации? — спросил принц.

— Была я. Просто там столько народу толкалось, что ты меня и не разглядел!

— А где ты стояла?

— Недалеко от входа. Там и толпа пореже, и дышалось легче.

— Ты, как комендант столицы, должна была находиться рядом со мной!

— Да к тебе не протолкнуться было! Я что, должна была распихивать локтями всех этих графов и герцогов?!

— Вот как так у тебя получается: как убить самозваного короля, так ты можешь подобраться к нему вплотную, а как покрасоваться в лучах славы, так тебя другие оттирают?

— Гарлин, я ощущаю благодарность, исходящую от тебя и Вемоны, и ваше дружеское расположение ко мне. И поверь, мне это очень приятно. Но стоит мне оказаться рядом с вами при других людях, как на меня обрушиваются волны зависти, злости и ненависти. Вот я и стараюсь избегать подобных ситуаций.

— Ты думаешь, меня все любят и обожают? Но я же не прячусь от людей! В общем так, сейчас ты выйдешь в зал вместе с нами, а то тебя опять ототрут, а то и сама забьешься в какой-нибудь угол. И стой рядом, никуда не отходи!

Негромкий гомон, стоявший в зале, после объявления церемониймейстером о выходе короля, сразу стих. Но когда рядом с королевской четой, отставая всего на шаг, появилась Ольга, со стороны знатных гостей раздались вздохи и легкий шепоток. И, как и ожидалось, волна негативных эмоций, лишь изредка перемежаемая прорвавшимися чувствами приязни и одобрения, сразу обрушилась на нее.

После того, как молодые король и королева заняли предназначенные для них троны, изготовленные еще несколько столетий назад, и на вид очень неудобные, принц произнес короткую приветственную речь, а затем приступил к награждению тех, кто поддержал его в борьбе за престол.

Согласно обычаю, в первую очередь король должен был наградить самых знатных людей государства, несмотря на то какой вклад они внесли в победу. С их стороны достаточно было того, чтобы они своевременно высказались, какую из противоборствующих сторон они поддерживают. Что, в общем-то, было не так уж и мало. На них смотрели и брали с них пример и остальные дворяне, так как герцоги и некоторые графы обладали немалым влиянием на общественное мнение и во многом обеспечили массовую поддержку дворян принцу.

Пять герцогств королевства были не очень большими, чуть крупнее наиболее значительных графств, но в их состав входили и довольно крупные города, что делало первых по значимости аристократов одними из самых богатых людей. Безоговорочно поддержал Гарлина только один герцог. Еще один успел присоединиться к принцу в самый последний момент, перед его въездом в столицу. Третий оказался не таким расторопным, и до последнего придерживался нейтралитета. Остальные два герцогства: Акерга и Орхи как раз и представляли противоборствующие стороны.

Король не стал изменять традиции, и начал награждения с герцогов. Предварительно озвучив благодарность всем, кто поддержал его в борьбе за власть, он особо подчеркнул роль обоих продемонстрировавших ему лояльность сановников. После чего наградил их орденами, и двумя селениями, согласно заслугам. Одному достался небольшой городок, который раньше принадлежал графу, присоединившемуся, на свою беду, к мятежному герцогу Орхи, а второй, проявивший лояльность принцу, когда результат противостояния претендентов на трон уже был предрешен, получил всего лишь небольшое село. Эти награды были вполне обычными и ожидаемыми. А вот последующие слова Гарлина, повергли всех присутствующих в изумление:

— Теперь я хочу наградить человека, который нанес решающий удар в моей битве против герцога Симона Орхи. Не буду озвучивать подробности, совершенного ею, достаточно того, что о них осведомлен я. Итак, дона Оля Лаэция, графиня Ронда получает титул, земли и все достояние герцогства Орхи. Отныне ее полное имя звучит как дона Оля Лаэция, графиня Ронда, герцогиня Орхи. Наследники Симона Орхи лишаются герцогского титула, а так же теряют права на все движимое и недвижимое имущество, ранее принадлежащее этой семье. Для того чтобы они могли безбедно существовать, им дается во владение с правом наследования баронство Бела.

Установившаяся поначалу полная тишина, вначале нарушилась легкими шепотками, постепенно становившимися все более громкими и, в конце концов, по залу разнесся гул голосов. События, подобные тому, что только что случилось — редкое явление в любом государстве, и люди просто не могли сдержаться, чтобы не поделиться своими мнением и впечатлением. Одна новость, что обычная дворянка оказалась еще и иностранной графиней могла взбудоражить умы жадных до новостей великосветских сплетников и сплетниц. А уж получение ею герцогского титула, давало тему для разговоров и обсуждений до конца года, никак не меньше.

В дальнейшем, церемония награждения остальных сподвижников короля, уже ничем особым не удивила. Король был щедр к тем, кто действительно помог одержать ему победу. Но подарков, хотя бы отдаленно приближающихся к тому, что получила новоявленная герцогиня Орхи, никто больше не удостоился.

Ольга находилась в центре внимания. Большая часть находившихся в зале людей, приехавших из провинции, раньше не слышала о ней, и уж тем более не знали ее в лицо. И сейчас многие их них приглядывались к молодой женщине. Выглядела она лет на семнадцать-восемнадцать, хотя, некоторые завсегдатаи королевских балов вспомнили эту девушку, которая блистала на дне рождения старшего принца несколько лет назад. Прошедшие годы никак не отразились на ее внешнем виде, так что оставалось только гадать, сколько же ей лет на самом деле. Оригинальный покров платья, который притягивал взгляды присутствующих дам, также напомнил о давнем бале, когда она привела в замешательство столичных модниц, в результате чего полностью изменила стиль женской одежды. В общем, по мнению многих из присутствующих, молодая герцогиня вполне соответствовала своему новому высокому статусу. Вот только все, кто находился поблизости, и пытался прочесть по лицу новоявленной герцогини ее чувства, гадали: почему же она не радуется свалившимся на нее богатству и известности?

Когда, спустя два часа, последний из награжденных, получил причитающийся ему орден, и гости начали расходиться, Ольга обратилась к королю:

— Ваше величество, не уделите мне несколько минут?

— Для вас, герцогиня, у меня всегда найдется время! — с улыбкой ответил молодой правитель.

Сестра короля принцесса Оранда упорхнула с друзьями в свои покои, а родственников Вемоны окружили поздравляющие семью графа Гиди друзья и недруги. Портить отношения с родом, давшим государству новую королеву, никому не хотелось. Так что в комнату отдыха прошли только трое: сам король, королева, и Ольга. Вемона плюхнулась в кресло и с облегчением вздохнула:

— Как же я устала! Гарлин, а трон обязательно должен быть таким жестким и неудобным? Я всю попу себе отсидела! Это нарочно так придумали, чтобы монархи на троне не засиживались?

— Этим креслам уже несколько столетий. Традиция! — пожал плечами король.

— Ой, да прикажи сделать нечто похожее, но поудобнее и с мягким сиденьем! Почти никто и не заметит подмены. Кому какое дело, на чем сидит король?! — предложила Ольга.

— Хорошая мысль! Пожалуй, я так и поступлю. А со старыми тронами что делать? Выкинуть?

— Да ты что?! — возмутилась Ольга. — Это же историческая ценность! Поставь их в отдельную комнату, принеси туда же еще какое-нибудь барахло, и получишь личный музей. Будешь водить в него гостей, показывать эти культурные ценности, и рассказывать о том, как их создавали, и кто ими пользовался.

— Ты это серьезно? — с подозрением спросил король.

— Насчет показывать и рассказывать — пошутила, а насчет музея — серьезно.

— Думаешь, собирать старую рухлядь — это прилично?

— Это не только прилично, это еще и познавательно для будущих поколений. Представь себе, как ваши правнуки, избалованные водой из крана, душем и унитазами, будут гадать: а как же был обустроен быт наших предков? И вот придут они в музей, основателем которого ты станешь, увидят предмет и прочтут пояснительную записку: «ночной горшок, которым пользовалась королева Вемона».

— Оля! Я не пользуюсь ночным горшком. У нас во дворце есть водопровод и унитазы, — возмутилась Вемона.

— Вот видишь Гарлин, уже и ночные горшки уходят в историю! Так что давай, собирай отжившие свое предметы, и потомки тебе будут благодарны. В отличие от меня, которую мучает вопрос: зачем ты сделал меня герцогиней?! Ты думаешь, мне это нужно?

Вздохнув и немного помолчав, король ответил:

— Это нужно мне.

— Тебе-то, какая от этого польза? Присоединил бы герцогство Орхи к владениям короны, и все были бы довольны. И государство крепче, и мне никакой мороки.

— Понимаешь, произошедшее убийство моего отца — короля Ларии, многим напомнило, что монархи тоже люди, и они точно так же смертны. И теперь, разговаривая с очередным сановником, я чувствую, что тот смотрит на меня, и у него мелькает мысль: и тебя можно убить! Ничего определенного он при этом не думает, это не заговор, за который можно наказать, но возможность моего устранения, вполне осознает. Хоть мое положение и кажется устойчивым, на самом деле, некоторое брожение в умах аристократов, я ощущаю. Сама, наверное, понимаешь, что для убийства человека, пусть он даже и король, не нужно собирать армию. Достаточно яда, или кинжала, которым можно нанести неожиданный удар.

— И как тебе может помочь то, что я стала герцогиней?

— Ты, наверное, заметила, что я изо всех сил стараюсь поднять твой авторитет, даже фактически подчинил тебе армию и гвардию. А теперь я хочу, чтобы ты создала в герцогстве свой личный полк, который только тебе и будет подчиняться.

— Все равно не понимаю, как это поможет спасти тебя от яда!

— Возмездие — вот что должно остановить заговорщиков. Зная, что даже при моем убийстве, своих целей не добьются, они могут и поостеречься, и отказаться от своих планов. Да и не каждый поддержит мятеж в такой ситуации. Твое герцогство должно стать дополнительной точкой опоры королевства. Тебе я доверяю больше, чем любому своему министру или гвардейскому командиру. Ну и на крайний случай, если я вдруг погибну, у Вемоны и нашей дочери будет место, где их защитят и сделают все возможное, чтобы спасти их жизни.

Теперь уже Ольга вздохнула, и задумалась. Спустя некоторое время, она сказала:

— Не буду с тобой спорить, может, ты и прав. Хотя, на мой взгляд, ты преувеличиваешь угрозу переворота. Нет сейчас в королевстве лидера, способного пойти против тебя. Но один факт все же настораживает, и оправдывает твои опасения. Это попытка захвата в заложники Оранды, совершенная уже после смерти герцога Орхи. Какая цель была у похитителей, и кто за ними стоял, так и не выяснилось.

Гарлин, сообразив, что Ольгу он уже уговорил, облегченно вздохнул, но на всякий случай спросил:

— Так ты уже не злишься на меня?

— Не злюсь. Хотя теперь и самой придется почаще оглядываться. Можно ведь сначала убрать и меня, а потом уже заняться тобой. Но это не беда, выкрутимся. Да и сложнее избавиться от двух человек, а не от одного. Это тоже может повлиять на решения возможных заговорщиков. А вот с полком, ты мне должен помочь! Не военный я человек, как все там у них устроено, не знаю. Да и с его финансированием герцогство может не справиться. Но это уже считать надо доходы и расходы.

— Окажу любую помощь, какую потребуешь. Я рад, что мы пришли к взаимопониманию.

— И еще вопрос. Вот выйду я замуж, и муж-тиран потребует от меня, чтобы я свергла тебя с престола. Что мне в таком случае делать?

Король подзавис. Некоторое время он недоуменно смотрел на Ольгу, потом спросил:

— Ты собираешься замуж?

— Нет пока. Это чисто умозрительное предположение.

Тут рассмеялась Вемона.

— У тебя — муж-тиран?! Ой, не смеши! Я помню, как ты укоротила Адрика. Он мне сам тогда жаловался, совета спрашивал. У тебя не может быть мужа-тирана. Он у тебя быстро исправится. Либо ты его выгонишь. Либо просто прибьешь!

Тут и Гарлин пришел в себя.

— Ну, раз в ближайшее время ты замуж не собираешься, то и волноваться не о чем. А там, посмотрим. Найдем тебе подходящего парня. Скромного и послушного.

— Эй, ты что, еще и жениха мне подбирать собираешься?! — возмущенно воскликнула Ольга.

— А что в этом такого. В аристократических кругах помолвки и браки по сговору родителей — обычное дело. Так уж и быть, возьму на себя эту обузу, раз ближайшие твои родственники проживают аж в Лаэции, улыбаясь, сказал Гарлин.

— Нет уж, мужа я сама себе найду!

— Ну, смотри, я хотел как лучше! А то ты все время занята: то герцога убиваешь, то принцессу спасаешь. На романтические знакомства у тебя и времени нет.

— Да ты издеваешься надо мной!

— Ну что ты, только шучу!

После того, как обсмаковали тему замужества новоявленной герцогини, насмеявшись, Ольга вновь вернулась к серьезному разговору:

— Гарлин, у меня мысль возникла, что нужно уменьшить вес высших аристократов в создаваемом совете, раз уж у них так увеличилось самомнение, что подумывают об устранении короля. Нужно включить в совет и представителей от баронств, которых можно использовать как противовес графам и герцогам.

Король на некоторое время задумался, потом спросил:

— И как ты представляешь новую структуру совета?

— Королевство состоит из двенадцати провинций. Предлагаю включить в Совет Пэров всех четырех герцогов. Акергу ты ведь не будешь кому-нибудь передавать, как я понимаю?

— Нет, самому пригодится. Потом, когда-нибудь, может быть, не наследному сыну или дочери подарю.

— Значит, будем иметь в совете четырех герцогов, и по два графа и по два барона от каждой провинции. Итого, пятьдесят три человека, если с тобой считать.

— Сама мысль, включить баронов в совет, мне нравится. Как раз они по большей части, поддерживают меня во всем. Но не слишком ли мы увеличим число пэров?

— Да и пусть, что тебе, жалко? А управлять таким советом, даже проще, на мой взгляд. Придется только предварительно подсказывать баронам нужные мысли, которые те и выскажут на заседании. Так глядишь, у всех и сложится иллюзия, что совет сам принимает решения, без твоего давления.

— А кто будет подсказывать эти мысли баронам?

— Ты, я, мой заместитель и мои помощники. Заведу себе секретариат, который и будет готовить вопросы и темы к обсуждению. Для этого им нужны будут разведданные из провинций, чтобы знать, какие там проблемы, трения между сословиями и внутри сословий, пожелания жителей и тому подобное. Сведения можно получать и от полиции. Ты как, Зерника оставляешь на посту начальника?

— Да, он меня устраивает полностью. Лучшей кандидатуры на эту должность, и не подберешь, пожалуй.

— Нужно будет поговорить с ним, чтобы создал в своем ведомстве службу по сбору сведений. Если унего еще нет ее, конечно. И я, кажется, нашла заместителя секретаря Совета Пэров.

— И кто же он?

— Это она, а не он. Моя давняя подруга баронесса Рузола Ниспа. Вряд ли она сильна в интригах, но какие ее годы, научится! А пока мы подскажем, что делать и как говорить. Зато она не признает авторитетов, и может высказаться весьма резко, будь перед нею хоть сам герцог. В мое отсутствие, она вполне справится с ведением совещания.

Гарлин на эти слова рассмеялся.

— Ты так сказала про ее возраст, будто сама старуха! А если учесть, что выглядишь ты вообще как девчонка, то вообще забавно получилось. А что касается этой Рузолы, завтра на балу познакомь меня с ней. Хочу посмотреть лично на нее.

— Да вы уже знакомы, наверное. Она была в кортеже, когда встречали принцессу Нисалию. Дралась вместе со мной бок о бок с бандитами.

— Не могу вспомнить ее. Так что нужно знакомиться заново.

После непродолжительной легкой болтовни ни о чем, Ольга засобиралась домой.

— Не забудь прийти завтра на бал, — пошутил Гарлин на прощанье. — И спасибо тебе!

— Это за что ты меня благодаришь? — с подозрением спросила Ольга.

— За понимание, за сочувствие, за искренность. Поговоришь с тобой, и как будто глоток свежего воздуха вдохнул после душной атмосферы затхлого помещения.

На лице короля на секунду мелькнула усталость. Ему за прошедшие два месяца все-таки немало пришлось пережить. И смерть почти всех ближайших родственников, и измена родного дяди, и нелегкие решения, когда любая ошибка могла стоить жизни не только ему, но и жене и дочери, все это навалилось на него, сломав ранее веселую и беззаботную жизнь.

Ольгу кольнуло острое чувство жалости к Гарлину, и она порывисто его обняла. Затем, то же самое проделала с Вемоной. Вот только быстро освободиться от молодой королевы, у нее не получилось. Та в ответ на проявленные чувства разрыдалась, уткнувшись носом подруге в плечо. Ей ведь тоже за последнее время много переживаний досталось. Да и сейчас часто приходилось сохранять внешнюю невозмутимость, хотя недоброжелательность, желание получить хоть какую-нибудь выгоду и зависть собеседников, можно было прочитать на их лицах и без магического чувства эмпатии. И только с ближайшей подругой можно хоть чуть ослабить душевное напряжение и проявить свои истинные чувства. Вот и прорвались неожиданные слезы.

Главы 22 и 23

Глава 22

Обитатели графского особняка встретили Ольгу в смятенных чувствах. Они просто не знали, как к ней теперь обращаться. Образно говоря, еще позавчера у них в замке проживала никому не известная ученица мага. Вчера она была мелкой дворянкой, каких в королевстве — тысячи. А сегодня она герцогиня и, следовательно, занимает более высокое положение в аристократической иерархии, чем сами хозяева.

Граф не стал долго раздумывать, как себя теперь вести, а просто решил сразу прояснить этот вопрос. Пригласив Ольгу в свой кабинет, он сказал:

— Оля, я очень рад за тебя, и поздравляю с получением столь высокого титула, да еще и подкрепленным немалым состоянием! Ты очень много сделала хорошего для моей семьи и, полагаю, и для короля постаралась не меньше, раз он решил так возвеличить тебя. И извини, что я к тебе так по-простому обращаюсь. Как-то непривычно вот так вот резко перейти на вы и называть тебя ваша светлость.

— Не надо извиняться, ваше сиятельство. Мне и самой хотелось бы сохранить старые доверительные отношения, которые сложились между нами. Я по-прежнему уважаю вас за ум и доброту. А вы, с вашим богатым жизненным опытом можете помочь мне советом в деле управления таким большим хозяйством, что мне досталось. И, хоть я и стала герцогиней, но и Ролан и Адрик так и остались для меня друзьями. А о Вемоне я вообще молчу: она сама — королева. Так что давайте ничего не будем менять, а продолжим жить, как раньше.

— Я могу только приветствовать такое отношение ко мне и моей семье. Ты не собираешься переезжать во дворец Орхи в столице? Он ведь теперь тоже тебе принадлежит, я полагаю?

Ольга хлопнула себя ладонью по лбу.

— А о дворце-то я и забыла спросить! Да и вообще, надо бы четко выяснить, что мне теперь принадлежит. Может, документы, какие есть по этому поводу? Тут юрист нужен, чтобы все четко и ясно было зафиксировано. Спасибо, что напомнили, ваше сиятельство! Вот видите, вы уже как бы невзначай, и указали мне на промах. Можно я поживу еще у вас несколько дней, пока не выясню вопрос о своей собственности, и не приведу в порядок свое новое жилье, если оно, конечно, у меня есть?

— Я всегда рад тебя видеть! Можешь жить в моем доме столько времени, сколько захочешь, и когда захочешь, невзирая на то, будет у тебя свой дом в столице, или нет.

— Спасибо, ваше сиятельство. У меня сразу еще одна просьба возникла: мне еще и в замке вашем есть необходимость часто бывать. Вы не возражаете, если я буду появляться у вас, без всякого предупреждения, и иногда, даже не прощаясь, исчезать? Это связано с моей совместной работой с Венисом. Мне и сам ваш маг нужен, и место для опытов менять не желательно.

У Ольги было подозрение, что если она хочет вернуться на Землю, и оказаться при этом рядом со своим домом, то и заклинания надо строить недалеко от места ее появления на Гемоне. Поэтому и был замок графа для нее так важен.

— Ты всегда для меня желанный гость. Если тебе требуется, по какой-то причине, приезжать и уезжать незаметно, то делай так. Я не возражаю. Но свою комнату, которую занимала до сих пор, ты должна сменить на покои, в которых прилично жить высокородной даме.

— Это обязательно?

— Конечно. Герцогине не пристало жить в подобной каморке. А для меня неприемлемо предоставлять уважаемой гостье комнату хуже, чем у некоторых моих слуг.

Празднование по случаю коронации, состоялось на следующий день после самой церемонии. Тут Ольге и пригодилось второе платье, сшитое Лусией в замке графа Гиди. Хотя для герцогини, иметь всего два свежих платья, пожалуй, недостаточно. Теперь и приемы придется устраивать, наверное, и самой по гостям поездить. И походные костюмы тут уже будут не уместны. Но новые наряды — дело будущего, хоть и недалекого. А пока и двух готовых хватит.

Как и положено герцогине, на бал Ольга прибыла одной из последних. В сопровождающие ей напросился Адрик. Так вышло, что не завелась она знакомствами с дворянами подходящего возраста и положения, разве что среди гвардейцев можно было кого-нибудь отыскать. Но комендант города являлась для военных высоким начальством, с которым они стремились общаться как можно реже. Так что с Адриком удачно получилось. Герцогиня, имеющая в своей свите виконта — это нормально и прилично по меркам высшего общества. Пересуды скорее вызовет одинокая дама, не имеющая рядом с собой ни кавалера, ни фрейлин, которые положены герцогине. Вот тоже морока, еще и об этом беспокоиться. Впрочем, можно будет скинуть эту заботу на управляющего или дворецкого в замке Орхи. Пусть ищут и отбирают подходящих девушек, а она уже примет окончательное решение, кого оставлять, а кого нет.

Молодую герцогиню уже узнавали и расступались перед ней, уступая дорогу. Немало острых взглядов получал и Адрик, широко известный как друг погибшего принца, завсегдатай великосветских приемов, активный участник многих дуэлей и завидный жених для любой незамужней девушки. Графский сын вполне мог жениться и на принцессе королевских кровей, а уж для дочерей остальных аристократов он всегда был ровней или находился выше по положению. И то, что виконт сейчас находился рядом с новоявленной герцогиней, не нравилось ни родителям его потенциальных невест, не говоря уж о самих девушках, ни молодым мужчинам и их родственникам, имеющих виды на Ольгу. За приданное величиной с герцогство можно простить и темное происхождение невесты и ее непонятные отношения с королем и репутацию кровожадной воительницы. Слухи о том, что она собственноручно убила самого герцога Орхи, а так же всю его охрану, состоящую по разным версиям то ли из десяти, то ли из ста опытных воинов и магов, все шире распространялись в великосветских салонах и клубах.

Неспешный поход по залу закончился у кресел, которые предназначались для отдыха монаршей семьи и располагались недалеко от двери, ведущей в личные покои правителей. Ждать выхода короля пришлось недолго. И все это время десятки глаз изучали как саму Ольгу, так и то, во что она одета.

Белое платье с бордовой каймой по юбке и по краю длинных рукавов-воланов, а так же вертикальными узкими полосами на талии, и с вертикальным разрезом с левой стороны юбки, заканчивающимся чуть выше колен, смотрелись на фоне нарядов остальных дам необычно, и притягивали взгляд. А изумрудный кулон-элар, видимый благодаря узкому, но глубокому декольте, и изумрудные же сережки вызывали завистливые вздохи женской части общества. Вот только на руке у молодой герцогини находилось только одно кольцо-печатка, кажущееся сейчас ничем не примечательным. Истинное значение перстня королевского наместника знали немногие из дворян, зато посвященные в его значение, смотрели на обладательницу подобного артефакта с настороженным уважением.

После объявления церемониймейстера, который перечислил все полагающиеся титулы монарха, перед Гарлиным и Вемоной склонили головы в поклоне все присутствующие. Ольга исключением не стала. Традиции и обычаи страны, в которой живешь, надо уважать и, по возможности, соблюдать, и ничего зазорного в этом нет.

Затем король и королева открыли бал, выступив первой парой в танце которым по обычаю и начинались подобные празднества. Адрик не растерялся и, соблюдая все нормы приличия, пригласил Ольгу, опередив спешащих в ее сторону нескольких молодых людей. Взгляды, бросаемые на него и на Ольгу, трудно было не заметить, вот и он обратил внимание на интерес, проявляемый к их паре.

— Ты стала очень знаменитой и популярной, — произнес виконт во время очередного па. — Не успеешь оглянуться, как тебя уже сосватают. Конечно, титулом графини Гиди теперь тебя не завлечешь, но ведь и ровню для себя, тебе найти будет трудно. У нынешних герцогских семей нет подходящих для тебя свободных от обязательств молодых мужчин. Так что, хочешь не хочешь, но более знатного, чем граф, виконт или барон, тебе жениха не найти. Так почему бы тебе не выйти за виконта Гиди?

— Адрик, в ближайшие несколько лет, я не планирую выходить замуж за кого бы то ни было. И главное — я все-таки рассчитываю, что найду себе мужа, которого буду любить. Любовь с планами на нее сочетается, конечно, плохо, но тут, на мой взгляд, имеет значение и настрой человека. Если я сейчас выйду замуж, то это сразу ограничит мою независимость. Я к этому, пока не готова.

— Посмотри на моего отца и мать. Они были помолвлены еще в детстве. Ни о какой любви там и речи не шло. Но можешь ли ты сказать, что они несчастны? Сколько я помню, они всегда поддерживали друг друга, и если и ссорились, то только по пустякам, о которых через полчаса сами и забывали.

— Не спорю, что для многих девушек ранние помолвки — благо, но ведь не исключено, что для некоторых — это трагедия. Но в любом случае, своей жизнью, я собираюсь распоряжаться сама. Ну и еще, к слову, о помолвках. Следуя твоим словам, тебе нужно и самому найти подходящую для женитьбы девушку. Насколько я знаю, твой отец тебе уже не раз об этом говорил. Но тебе ведь, подавай любовь, наверное? Почему же ты от меня ждешь иного подхода к вопросу замужества?

— Я все-таки надеюсь на твое согласие выйти за меня.

— Только зря расстраиваешь своих родителей! Не смотри только на меня, оглянись вокруг. Видишь сколько милых и красивых девичьих лиц! И наверняка среди них найдутся умненькие, которые смогут и совет дать, и поддержать мужа в трудную минуту. Мне хотелось бы сохранить наши дружеские чувства. И буду только рада, если ты найдешь девушку, которую полюбишь.

По окончании танца виконт, по просьбе Ольги, подвел ее к королевской чете.

— Оля, какое интересное у тебя платье! — воскликнула Вемона после приветствий. — Где ты только находишь таких портных, что шьют тебе такие необычные наряды?

— Платье сшила Лусия, которая живет в вашем замке и которую ты прекрасно знаешь. Так что искать мне никого не пришлось.

— Помню, несколько лет назад ты тоже поразила всех своим нарядом. Я до сих пор помню перешептывания и пересуды маминых фрейлин которые, тем не менее, уже через несколько дней сами оказались одеты по новой моде. Те платья тоже ваша Лусия сшила? — спросил Гарлин.

— Нет, это была столичная портниха. Она потом открыла модный салон, он и сейчас существует, я видела его вывеску, — ответила Ольга.

— Я так и подозревал.

— Что ты подозревал? — удивленно спросила Вемона.

— Если две разные портнихи шьют необычные наряды, но только для одной Оли, то вряд ли первоначальная задумка принадлежит им. Все дело в заказчице.

— Оля, это правда?! Ты сама все придумала?

— Если скажу все, то это будет неправда. Но и Гарлин в чем-то прав. Я хотела необычное платье, и я его получила.

— Я тоже хочу иметь красивые и необычные платья, так почему у меня их нет?!

Взгляд Вемоны требовательно остановился на муже, который от подобного поворота в разговоре несколько опешил.

— Не думаю, что требовать от короля, чтобы он занимался нарядами жены — хорошая затея, пришла на выручку Гарлину Ольга. — Ты лучше организуй какой-нибудь салон красоты. Предложи хотя бы той портнихе, с которой я работала несколько лет назад свое покровительство и дай право использовать звание поставщик королевского двора. У портнихи дочки — выдумщицы, глядишь, будут придумывать тебе наряды, причем бесплатно, только за счет права упоминать королеву в своей рекламе. А то еще и деньги с нее за это можно брать. Тут тебе лучше с казначеем посоветоваться. И тебе хорошо: будешь получать новые красивые наряды, и портнихе неплохо: заработает на остальных заказчиках. Шить одежду у поставщика королевского двора — престижно и дорого. При салоне можно еще и цирюльников собрать, чтобы и прическу в нем можно было соорудить, и лицо покрасить, ну и, мало ли чего еще, можно придумать.

Судя по загоревшимся глазам, мысль о создании салона Вемону воодушевила. Гарлин тоже одобрительно кивал: пусть жена найдет себе занятие, и не морочит мужу голову своими проблемами с нарядами. У короля и без того дел немало!

— Ты хотела познакомить меня с подругой, которую предлагаешь себе в заместители, — напомнил он Ольге.

— Сейчас поищу, я ее пока не видела. Народу слишком много. Адрик, поводишь меня по залу, чтобы ко мне меньше приставали?

Виконт только молча, изобразил поклон.

— А что за заместитель тебе нужен, заместитель в чем? — спросил он, лавируя меж гостей, снующих по залу.

— Король хочет создать небольшой совет из дворян, а меня планирует секретарем этого совета сделать. Ну а в мое отсутствие, дела будет вести заместитель.

— Секретарь — это должность, при которой ты будешь перекладывать бумаги с места на место, выслушивать, что тебе говорят члены совета и отчитываться о проделанной работе?

— Мне нравится направление твоих мыслей. Хорошо чтобы и члены совета так думали, и не устроили споры по поводу того, кто должен быть секретарем.

— Я чего-то не понимаю?

— Ты не учел, что секретарь будет и готовить совещания, решать, включать или нет те или иные вопросы, на обсуждение Советом, а можно и просто «забыть» о какой-либо проблеме, причем надолго. А после совещания, при оформлении итоговых документов, использовать формулировки, которые могут полностью перевернуть смысл решений. Да и еще много чего можно сделать, занимая такую должность. По сути, секретарь будет вторым человеком после председателя, которым станет король.

Зал был немалых размеров, гостей и слуг, разносящих напитки и закуску, тоже оказалось немало, поэтому Рузолу отыскали далеко не сразу. Молодая баронесса танцевать не любила, поэтому стояла у колонны с бокалом в руке с таким неприступным видом, что мужчины предпочитали обходить ее стороной.

— Вот ты где! — обрадовалась Ольга, увидев подругу. — Рузола, знакомься — виконт Адрик Гиди. Адрик — это моя подруга, баронесса Рузола Ниспа.

— Так мы уже знакомы. Вместе ведь защищали принцев от бандитов несколько лет назад, — сказал Адрик, тем не менее, приветливо кивнув баронессе.

— Тем лучше. А Гарлин Рузолу почему-то не помнит! Вот я и представила вас, на всякий случай. Адрик, мы к королю, ты с нами?

— Нет, политикой я сыт, лучше потанцую. Осмотрюсь, как ты говоришь, может, и найду себе подходящую в качестве невесты девушку.

— Удачи! — искренне пожелала виконту Ольга.

Поскольку Рузола расположилась подальше от короля и высоких сановников, обратный путь вновь лежал через весь зал, переполненный снующими туда-сюда людьми.

— Ты зачем меня к королю тащишь? — спросила немного недовольная Рузола.

— Он хочет с тобой познакомиться.

Раскрывать подробности плана с Советом Пэров, Ольга пока не хотела. Пусть лучше Гарлин все объясняет. Короля Рузолоа, по крайней мере, выслушает, прежде чем дать ответ.

Гарлин танцевал и развлекался вовсю, так же как и королева. Невозможно жить в постоянном моральном напряжении, и сейчас, во время праздника королевская чета, позволила себе, наконец, немного расслабиться. Король танцевал с незнакомой Ольге девушкой, а Вемону, воспользовавшись случаем, пригласил кто-то из аристократов. Поэтому когда девушки подошли, место, предназначенное для отдыха венценосных особ, пустовало.

— Вот зачем ты меня притащила? Видишь, не ждут нас здесь! — проворчала Рузола.

— Не такие уж мы важные птицы, чтобы нас ждать. Тебе не все равно: одиноко стоять у колонны или со мной тут?

Ждать пришлось не слишком долго, очередной танец закончился, и король подошел к своему креслу.

После того, как Ольга познакомила его с подругой, Гарлин начал расспрашивать Рузолу о ее семье, о том, чем она занималась, и о планах на будущее. При этом вел разговор непринужденно, сравнивая похождения девушки со своими, и делясь при этом собственными воспоминаниями. Так что довольно скоро Рузола уже не особо стесняясь, сама начала активно участвовать в беседе.

Ольга в разговоре почти не участвовала, а потому стояла немного в стороне, чтобы не мешать. Этим воспользовался один из молодых мужчин, видимо самый смелый и пригласил ее на очередной танец. Получив одобряющий взгляд от короля, Ольга ответила согласием.

Последний раз танцевать довелось еще в Раминаке, но навыки за это время не исчезли, так что затруднений в выписывании всевозможных па, не возникло. Партнер — ранее незнакомый молодой человек, представился как барон Лас Нарон, много говорил и пытался понравиться. Ольга не вслушивалась в его болтовню, уже зная по эмоциональному фону, что интересует она партнера только как владелица титула и состояния. Она просто получала удовольствие и развлекалась.

Окончание танца застало ее вдалеке от места, где расположился король, поэтому партнер подвел ее к одной из колонн, где и оставил. Он пытался продолжить совместное времяпровождение и навязать ухаживание со своей стороны, но Ольга, сославшись на нормы приличия, отказала. В одиночестве, правда, она находилась недолго. Как только вновь заиграла музыка, к ней подскочил кавалер, опередив на мгновение троих конкурентов. И вновь она закружилась в танце. Так дальше и происходило: Ольгу приглашали, и она выбирала очередного партнера, каждый раз нового, никому не отдавая предпочтения.

Однако, развлечения развлечениями, но бдительности Ольга не теряла. Сделав ее герцогиней, Гарлин не только ее возвысил, но и подставил под удар. Многие аристократы, ведущие свою родословную на протяжении многих веков, посчитали ее выскочкой, не заслужившей таких почестей. А опыт в подковерных играх у них большой. Вот и приходилось постоянно контролировать эмоциональный фон окружающих людей, чтобы не оказаться захваченной врасплох неприятной выходкой какого-нибудь завистника.

Предосторожность оказалась не напрасной. Во время очередного танца, от партнера, который ранее ничем не отличался от остальных, вдруг повеяло отчуждением, а аура показала, что сам он занят каким-то подсчетом или планированием. Естественно, это вызвало настороженность, и заставило более внимательно всматриваться в окружающее пространство. Поэтому агрессивный настрой от одного из гостей бала, стоящего в одиночестве с бокалом в руке, почувствовала заблаговременно, хотя по поведению этот человек ничем не отличался от других гостей. Он слегка пошатывался, как будто уже изрядно выпил, хотя аура показывала, что незнакомец трезв. На кого были направлены неприязненные чувства, понять было невозможно, но обольщаться не стоило, других кандидатур, кроме новоявленной герцогини, в обозримом пространстве не наблюдалось.

Вот к этому мужчине партнер, в процессе танца, в самом его конце и подвел.

— Шлюха! — громко воскликнул незнакомец, и выплеснул в направлении Ольги содержимое бокала.

Другая девушка наверняка попала бы под холодный и сладкий душ из десертного вина, но не Ольга, которая уже ожидала какой-нибудь выходки и, благодаря своей реакции, успевшая подставить под струю, своего коварного партнера.

— Не невеже, которое не умеет себя вести на балу, да еще и в присутствии короля, обсуждать и судить других людей. Отмойся сначала от грязи, которая налипла на тебе, прочисти себе мозги, чтобы было, куда впихнуть правила поведения, а потом уже приходи в приличное общество, — не осталась в долгу Ольга.

Ни того, что герцогиня сумеет увернуться от выплеснутого вина, ни резкого ответа от нее, организаторы провокации не ожидали. А то, что эти организаторы существуют, Ольга не сомневалась, потому что конкретно этих молодых людей она раньше не встречала, и столь явно выраженные к ней неприязненные чувства, ничем не были спровоцированы. Может и на скорую руку, но ситуация явно была подстроена.

— Дуэль! Я барон Верис Косан вызываю тебя на дуэль. Завтра, на рассвете жду тебя на ристалище гвардии. И не забудь прихватить свою саблю, я слышал, она у тебя есть. Вот и попробуй показать, что ты таскаешь ее не только для красоты!

Ты — барон?! Кто-нибудь может подтвердить это?

— Я виконт Салос могу подтвердить! Это действительно барон Косан, — тут же сказал бывший партнер по танцу, вытирая от вина платком затылок и шею. Затем попытался и свой камзол почистить, но безуспешно.

В такт его словам несколько человек мужчин и женщин, утвердительно закивали головой. В общем-то, это и не удивительно. На подобных больших празднествах присутствуют одни и те же люди, так что многие уже перезнакомились друг с другом. Это Ольга прискакала, убила герцога, заняла его место, и собирается снова ускакать. Вот и не знает её почти никого. Но, если ты барон, то подставляться так, непростительно.

— Даже не знаю, что и подумать. Человек, который не знает, что место и условия дуэли определяет тот, которого вызвали, называет себя бароном, да еще и получает поддержку у окружающих! У меня создалось впечатление, что ты не барон, а свинопас.

Что барон, что виконт, судя по виду, растерялись. По их плану, это оскорбленная герцогиня, мокрая от пролитого вина, а потому выглядевшая в глазах окружающих смешно, должна была вызвать барона на дуэль. Но вот не сложилось так, как им хотелось. Теперь сам барон выглядел смешным, да и мокрый виконт лишь немного от него отставал.

Ольга тем временем, продолжила:

— Но вызов, все-таки брошен, и я принимаю его. Барон, или кто вы там, не буду уже уточнять, у вас найдется секундант?

— Я готов стать секундантом барона, — тут же откликнулся виконт.

— Прекрасно, идите следом за мной, будем определять условия поединка.

С этими словами Ольга развернулась, и направилась к месту, где расположился король. Обоим мужчинам ничего не оставалось, как двинуться за ней. Вызов уже брошен, и отступить сейчас — это позор, причем дополнительный к тому, который они сами на себя навлекли. В высшем обществе подобного не прощают.

Вокруг скандала уже успела собраться приличная толпа. Народ любит развлечения, даже если это не простые люди, а аристократы. А уж то, что происходит сейчас, можно будет обсуждать еще долго, с удовольствием смакуя подробности инцидента. Перед решительно шагающей герцогиней, люди расступались, опасаясь быть вовлеченными в этот скандал. Одно дело смотреть на происшествие, другое — участвовать в нем лично.

До Гарлина уже дошла весть о случившемся, поэтому на подошедшую Ольгу он смотрел с тревогой, но встретившись с ее уверенным взглядом, сразу успокоился.

— Ваше величество, вот этот человек, который называет себя бароном Косаном, попытался облить меня вином, затем оскорбил, и после всего этого, вызвал меня на дуэль, — заявила Ольга.

— Гм, я тоже что-то его не припомню, — с сомнением произнес Гарлин. — Кто-нибудь может подтвердить его слова?

— Вы просто долго отсутствовали в столице, ваше величество, потому и не узнали его. Я подтверждаю, что это знаменитый барон Верис Косан, — тут же сообщил один из сановников, что окружали короля. Многие желали постоянно находиться у монарха на глазах. А то вот так, и не признают в нужный момент, как этого барончика, несмотря на его знаменитость.

— Интересно, и чем же он знаменит? — заинтересовался Гарлин.

— О, он известный дуэлянт! И пока не потерпел ни одного поражения. А еще мало кто может похвастаться, что пережил дуэль с ним. Большинство дуэлей с участием барона, закончились смертью его противника.

— Верис-с-с…,- в голосе только что подошедшего Адрика слышались и злость, и презрение одновременно.

— Ты знаешь его? — спросила Ольга.

— Этого Вериса выгнали из гвардии за неподобающее поведение. Есть мнение, что большая часть его дуэлей подстроены и являются замаскированным убийством.

— Судя по тому, что произошло сейчас, так оно и есть, — негромко, подтвердила Ольга. — Будешь моим секундантом?

— Разумеется. Но, может, лучше я его сам убью?

— Нет, не вмешивайся. Ты так всю игру мне сломаешь!

Король, прислушивавшийся к разговору, решил вмешаться в происходящее:

— Барон, чем вы можете объяснить свое странное поведение на моем празднике?

— Прошу прощения, ваше величество, видно выпил слишком много вина.

— Так извинитесь перед герцогиней, и забудем об этом происшествии.

— Не могу, ваше высочество. Герцогиня оскорбила меня, и отказаться от дуэли — значит попрать свою честь!

— Это правда, герцогиня? Вы действительно оскорбили барона?

— Не уверена, ваше высочество. Я действительно назвала барона невежей, но сделала это не с целью оскорбить, а просто озвучила очевидное. Ведь если человек бросается на незнакомую ему даму, пытается облить вином, и обзывает ее при этом шлюхой, то он невежей и является. А если он оправдывается тем, что чрезмерно выпил, то это только означает что он — пьяный невежа.

— Гм, — в замешательстве произнес король.

— Дуэль! — глядя на Ольгу с ненавистью, прорычал барон.

— Ваше высочество, предлагаю решить вопрос здесь и сейчас. Разрешите нам с бароном сразиться, и забудем об этом, — предложила Ольга, затем, приблизившись к Гарлину, настолько близко, насколько позволяли приличия, тихо произнесла:

— Может, получится выяснить, кто за ним стоит. Если проводить дуэль завтра, то это вряд ли получится. Да и моя репутация опасного человека получит подтверждение.

— Ты уверена, что справишься?

— Да.

Недолго подумав, Гарлин громко произнес:

— Поскольку внезапно возникшие противоречия между герцогиней Орхи и бароном Косаном разрешить не удалось, я подтверждаю вызов герцогини бароном на дуэль, которую следует провести незамедлительно. Барон, вам требуется маг-лекарь, чтобы снять с вас опьянение?

— Благодарю вас ваше высочество, маг мне не требуется.

— У вас есть секундант?

— Да. Виконт Солт Саалос согласился меня поддержать.

Глава 23

Распорядители бала через амулет, усиливающий звук, объявил о дуэли. Тем, кому такое мероприятие не по нраву, предложили перейти в соседний зал, где на столах срочно расставили напитки и закуски. Музыканты тоже перешли туда, чтобы гости не скучали. Ну а для тех, кто остался в главном зале, представление собирались показывать Ольга и барон.

Судьей дуэли король назначил церемониймейстера, у которого, оказывается, уже был опыт подобного рода деятельности.

— Согласно дуэльному кодексу, условия дуэли и выбор оружия принадлежит вызванной стороне, — громогласно произнес распорядитель. — Герцогиня, прошу вас озвучить ваши пожелания.

— Сабля и один кинжал у каждого, без амулетов и магии. До первой крови или сдачи противника, — сообщила Ольга.

Убивать соперника желания не было, несмотря на его репутацию, да и мог пригодиться он еще. Но барона такой мягкий исход затеянной провокации не устраивал.

— До смерти! — прорычал он на весь зал.

Ольга оказалась в затруднении. С одной стороны, хотелось допросить этого наемного убийцу, с другой, вторая цель публичной схватки — подтверждение ее репутации как опаснейшего, ничего не боящегося противника, пострадает в случае отказа от жестких условий дуэли. Поэтому раздумывала она недолго, и почти сразу после выкрика барона подтвердила:

— Не возражаю. До смерти, так до смерти!

— Виконт Салос, у вас есть замечания или возражения по поводу условий дуэли? — спросил судья у секунданта барона.

— Нет, господин судья.

Оружие на бал, на котором присутствует король, проносить запрещалось, его сдавали еще при входе во дворец, так же как и амулеты с боевыми заклинаниями. Поэтому дуэлянтам досталось оружие гвардейцев, которое перед этим проверили на идентичность клинков. Так что с этой стороны, противники были в равных условиях. Но судья заметил, что у барона все-таки есть преимущество:

— Герцогиня, я смотрю на бароне очень подходящая для дуэли одежда, в то время как на вас бальное платье, в котором хорошо танцевать, но не драться на саблях. Вы не хотите переодеться?

Интересно, где церемониймейстер собрался отыскать для худенькой девушки подходящий для сражения костюм? Снять с какого-нибудь гвардейца? Ольга представила, как он будет на ней сидеть, и как она будет выглядеть в глазах зрителей. Посмешище, да и только! О какой репутации тогда можно будет говорить?! Все только и будут вспоминать, как нелепо она выглядела, независимо от исхода дуэли. Поэтому она категорически отказалась от предложения:

— Спасибо, но меня вполне устраивает платье, которое сейчас на мне.

— В таком случае, можно начинать!

Дежурный отряд гвардейцев обозначил круглую площадку, за пределами которой собрались все зрители. Из соседнего зала послышалась музыка, звучавшая для тех, кто не пожелал смотреть на дуэль, но и здесь ее было слышно неплохо.

Барон сразу пошел в атаку, намереваясь закончить бой как можно быстрее. Перед Ольгой стояла прямо противоположная задача: затянуть бой, в надежде разговорить барона и выяснить, кто его нанял, поскольку условие дуэли, до смерти, исключало возможность последующего допроса. Да и показать себя умелым бойцом сомневающимся, не мешало бы. А скоротечную схватку, могли и не оценить, списав все на случайность. Поэтому под звон клинков она отступала, но защищалась при этом успешно. Ни один удар из длинной комбинации, проведенной атакующим, цели не достиг.

Почти сразу же выяснилось, что судья был прав: бальное платье не совсем подходит для дуэли. Юбка не успевала за резкими движениями ног, облегая их, хоть почти и не мешая, но немного отвлекая. Однако основное неудобство доставляли туфли. Когда она танцевала, легкое скольжение по паркету совершенно не мешало, скорее наоборот, способствовало плавности движений и придавало изящество пируэтам. А вот сейчас, во время боя, невозможность резкой смены направления движения, затрудняло маневрирование, и уклонение от выпадов противника. Барон подобных трудностей не испытывал. Короткие полусапожки с мягкой подошвой позволяли ему сохранять устойчивость при проведении любых приемов. Кроме того, он был очень быстр. Раньше подобное случалось, когда какой-нибудь партнер по тренировке, что проходили в Раминаке, выпивал перед боем ускоряющее зелье. Видимо и сейчас, готовясь к дуэли, барон принял что-то подобное.

Вот Ольга отбила клинок противника, и ее сабля по инерции пошла дальше. Обычно в таких случаях, можно быстро вернуть оружие в исходную позицию, но только не сейчас, на этом скользком паркете. Чтобы не терять темп, она не стала следовать привычным, заученным движениям, а наоборот ускорила вращение вслед за ходом сабли, совершив оборот вокруг себя и успев принять следующий удар барона на кинжал. Так дальше и пошло: когда условия позволяли, Ольга следовала устоявшимся приемам, а если не получалось, пользовалась инерцией, еще больше ускоряя движения своего тела. Часто это сбивало противника с толку и разрушало проводимую им комбинацию ударов. От вращения, которое помогало вести бой, еще и подол юбки взлетала почти до колен. Это не противоречило современным нормам морали аристократов, но взгляд зрителей, тем не менее, привлекало. А, кроме того, и делать шаги при этом было удобнее: юбка не мешала.

Спустя какое-то время, музыканты за стеной заиграли новый, достаточно ритмичный танец. И тело Ольги, без сознательного ее решения, приноровилось вести бой под музыку. Звон клинков, поворот, три шага назад, снова звон клинков, два шага вправо, еще раз звон, шаг вперед.

Барон почти сразу заприметил новую манеру боя, но приноровиться к ней, у него никак не получалось. Если повороты еще иногда можно было предвидеть, то направление поступательного движения Ольги, он предугадать не мог, а в тех случаях, когда он случайно угадывал, его клинок все равно со звоном встречался с клинком противницы.

Бой постепенно принял для Ольги привычный еще со времен тренировок в Раминаке характер, да и аура барона всегда показывала готовящийся удар или начало комбинации заранее. Так что она сочла возможным немного отвлечься и завести разговор с целью выяснить, кто же так хочет от нее избавиться, что нанял для этой цели убийцу?

— Барон, вы отказались от мага, который помог бы вам протрезветь, и я вижу, что вам помощь, действительно была не нужна: вино вы разве что пригубили. Получается, что вы солгали королю, когда объяснили свои агрессивные действия против меня опьянением?

В ответ противник лишь неожиданно резко нанес удар саблей, кончик которой прошуршал в опасной близости от лица. Но Ольгу это не остановило:

— Но если вы действовали не спьяну, то значит, вся эта провокация против меня, была заранее спланирована! С вами мы никогда раньше не встречались, и ненавидеть вам, меня не за что. Отсюда вывод: меня заказали. И мне очень интересно узнать: кто это! Вы хоть скажите, этот человек сейчас тоже тут в зале находится?

За стеной играла музыка, а на дуэльной площадке в такт ей стучали по паркету туфли и звенели клинки. Ольга говорила достаточно громко, чтобы ее слышали зрители, по крайней мере те, кто находился в первых рядах. Ответов ее противника они не слышали. Но это могло означать как то, что он молчал, так и то, что отвечал, но тихо. И вот от зрителей с одного из направлений возникло чувство беспокойства. Казавшийся бесполезным монолог начал приносить свои плоды, и этим нужно воспользоваться!

— А, так он тут! — воскликнула Ольга, отводя кинжалом колющий удар саблей барона.

Волны беспокойства стали значительно интенсивнее, но определить точно, кому из зрителей они принадлежат, не получалось. Видимо, этот человек стоял не в первом ряду. Ольга перешла в атаку, тесня противника к краю площадки, за условной границей которой, находились наблюдающие за схваткой аристократы. Но барон сместился вбок, а затем и вовсе извернулся так, что теперь Ольга оказалась ближе к краю. Но ее план этот факт не нарушил. Она, вроде бы случайно, немного приоткрылась, провоцируя на новую атаку, которая незамедлительно и последовала. Несколько шагов назад, и зрители поспешно расступились, чтобы не попасть под непреднамеренный удар. Теперь за спиной, совсем рядом, оказался тот, кто так волновался по поводу ответов барона. Отбив очередной удар саблей, Ольга резко обернулась, и встретилась с ненавидящим взглядом этого человека.

— Стрил Номар! Так вот, кто стоит за этой провокацией!

Адмирал флота, ближайший помощник будущего короля, посчитал, что сможет манипулировать Гарлином, уповая на его молодость, на чем и погорел. Король решил его все-таки наградить, несмотря на неблаговидные действия адмирала. Тот с самого начала междоусобицы поддержал тогда еще герцога Акергу, так что свою долю в успешном свержении самозванца он внес. Вот только полученное в подарок баронство, расположенное по соседству с его родовым имением, видимо, не удовлетворило амбиции адмирала, тем более, что и флотом он больше не командовал: вышел из доверия. И, как обычно, легче всего назначить виновным в неудачах, другого человека, а не себя. Похоже, новоявленная герцогиня подошла на роль злого гения, лучше всего. И место при короле заняла, и герцогство немалое отхватила. А ведь все это, по мнению Стрила Номара, должно было принадлежать ему. Вот и решил отомстить чужими руками.

Между тем, бой все еще продолжался. Отбив выпад барона, Ольга провела свою комбинацию ударов, которая вновь вывела поединщиков в центр площадки. Танец смерти продолжался: звон клинков, поворот, шаг вправо, два назад, шаг влево, снова звон клинков. Зрители вновь сомкнули первые ряды, загородив собою адмирала. Однако теперь и к нему возникли вопросы, которые Ольга и неприминула задать, причем старалась говорить громко, чтобы ее услышали как можно больше людей:

— Адмирал, а как вы вышли на барона, чтобы заказать мое убийство? Ведь вы постоянно жили в Акерге, и вряд ли были знакомы с темной стороной столицы! Вам кто-то подсказал? Кто именно?

Те, кто стоял рядом с адмиралом, знали, что на вопрос тот не ответил, а вот находившиеся в отдалении, в этом уверены не были. Видимо поэтому, от группы высших сановников, наблюдавших за дуэлью, потянуло беспокойством. Кто-то явно заволновался, что может раскрыться его роль в этой нечистоплотной комбинацией. Гарлин, кстати, тоже это почувствовал, и стал бросать изучающие взгляды в сторону трех герцогов и двух графов, занявших удобное место неподалеку от трона.

Ольге для того, чтобы попытаться разглядеть заволновавшегося человека, требовалось развернуться, что она и сделала, протанцевав на пару с бароном пол-оборота. Звон клинков, поворот, три шага вправо, шаг назад, еще два шага вправо, и вот она уже лицом к подозреваемым. Однако к этому времени, эмоции с той стороны стихли. Вообще-то, разного рода чувства, так и бушевали в зале. У кого-то в испуге замирало сердце, когда казалось что удар одного из дуэлянтов, вот-вот поразит противника, кто-то с азартом ожидал смертельного удара, еще были те, кто просто получал удовольствие от созерцания боя, так что вычленить реакцию именно на ее слова, было не так-то просто. Чтобы спровоцировать более яркие чувства, Ольга продолжила свой монолог:

— Неужели это был герцог?! Сам лично?

Конечно, с титулом можно было, и ошибиться но, во-первых, в подозрительной группе находилось три герцога и только два графа, а во-вторых, высшие сановники, по мнению Ольги, более склонны к заговорам против короля. И амбиций у них больше, и возможности для проведения различного рода интриг у них не так ограничены, а может, среди их предков можно найти особу королевских кровей, что дает повод претендовать на трон. Так или иначе, но предположение полностью оправдалось: смесь эмоций страха, злости и ненависти полыхнула так ярко, что определить их источник, труда не составило.

— Герцог Белиц! Вам-то чем я не угодила? Мы же с вами лишь недавно познакомились, и наши интересы ни в чем не пересеклись! Или дело не во мне, а в короле?

Герцог Белиц тоже получил вчера небольшую награду, поскольку успел в последний момент присоединиться к стану победителей. А вот какие мотивы им при этом двигали, было неясно. Не исключено, что он просто раньше других узнал о смерти Орхи, потому и поспешил выразить лояльность будущему королю. Сейчас из него выплескивалась только одна эмоция — паника.

Между тем, сражение на дуэльной площадке резко обострилось. Наемный убийца, введенный в заблуждение затяжной манерой боя, до последнего полагал, что все его, не приведшие к успеху, комбинации провалились чисто случайно. Но время шло, а его противница, раз за разом, успешно парировала его удары. И вот сейчас его озарило: да ведь она на протяжении всей дуэли играла с ним как кошка с мышкой!

Считавшего себя первым саблистом королевства барон от этой мысли пришел в ярость. Отринув всякие мысли о защите, он ринулся в атаку. Ему вновь удалось потеснить соперницу к краю дуэльной площадки, как раз к тому месту, где за двумя рядами впереди стоящих зрителей находился адмирал.

Бывший помощник Гарлина и сам находился в смятении. За все время дуэли он не произнес ни одного слова. Но новоявленная герцогиня, единственным чувством к которой была ненависть, так построила свою речь, что можно было подумать, будто он сам все рассказал. Мало того что она, по его мнению, украла влияние на короля, богатство и власть, которые по справедливости должны принадлежать ему, так еще и выставила на посмешище, показав безвольным предателем. Осознание, что и тут его переиграли, бесило и лишало разума. Понимая что, так или иначе, его карьера разрушена, а теперь он может лишиться не только полученного на днях баронства, но и жизни, он решил забрать с собой и так ненавидимую им девушку. Растолкав стоящих перед ним людей, он выставил перед собой правую руку, на запястье которой, скрытый одеждой, находился браслет с мощным заклинанием.

Агрессию со стороны адмирала, а так же порывистое его движение в ее сторону, Ольга почувствовала сразу. Ждать от него чего-либо хорошего не приходилось, поэтому молниеносно проведя контратаку, она поменялась местами со своим противником по дуэли.

Несколько зрителей из тех, кого растолкал адмирал, возмущенно вскрикнули и тем самым привлекли внимание стражников. Два ближайших гвардейца двинулись в сторону непонятной суеты, чтобы выяснить, что же там происходит. Понимая, что времени у него не осталось, адмирал активировал амулет, целясь в выглядывавший из-за противника левый бок Ольги. Но та уже поняла, что сейчас произойдет выстрел и, парируя очередной выпад, успела выйти из-под удара, который в результате пришелся в спину барона.

Подобное оружие Ольге еще не встречалось. Чаще всего в боевых амулетах применялось энергетическое заклинание, которое прожигало в незащищенном противнике довольно большое отверстие. А тут, барон получил мощный удар в спину, неизвестного происхождения. Он не успел ничего понять, глаза его затуманились, а затем он рухнул на пол лицом вперед, открывая взору обломки позвоночника и ребер вывернутые наружу непонятной силой.

На сколько выстрелов рассчитан амулет, было неизвестно, и выяснять это прямо сейчас, Ольга не стала:лучше потом разберется. Тело барона еще только начало падать, а она уже, сделав шаг в сторону, метнула кинжал, который до этого держала в левой руке, в адмирала, попав тому в плечевой сустав вытянутой в ее сторону руки. После чего, подскочив поближе, пробила ему саблей и второе плечо. Мало ли, может у него, еще один амулет есть, пострашнее первого.

События произошли так быстро, что зрители не успели испугаться. Когда они осознали произошедшее, уже все закончилось. И адмирала, и труп барона стражники быстренько куда-то утащили, а слуги затерли кровь на паркете, которой на удивление, оказалось не так уж и много, особенно учитывая рану, образовавшуюся в результате магического удара.

За стеной все также продолжала играть музыка и те, кто до этого смотрел дуэль, неспешно потянулись в соседний зал, обсуждая как сам поединок, так и неожиданный его финал. Ольга же, вернув саблю стражнику, подошла к королю, недалеко от которого продолжали стоять его приближенные и высшая аристократия.

— Герцогиня, такого красивого и смертельного танца, я до сих пор не видел, и вряд ли когда-нибудь увижу еще раз! — приветливо улыбаясь, заявил герцог Резид — тот, который поддержал Гарлина одним из первых.

— Да, это было завораживающее зрелище! — поддержал его Гарлин. — А ты, дорогая, как думаешь? — спросил он у жены.

— Это было ужасно! Я так боялась, что Олю убьют, что дрожала на протяжении всего боя. Да еще Адрик такого наговорил про этого барона! Я вообще удивляюсь, почему его до сих пор не арестовали и не казнили.

— Он всегда следовал дуэльным традициям, так что по закону, к нему было не придраться. Хоть многие и были уверены, что он — наемный убийца, но доказательств этому, никто найти не мог, — сказал Адрик.

— Думаю, у него еще и покровители были, высокопоставленные, — поделилась мыслью Ольга. — Они и помогали барону проводить провокации для вызова на дуэль так, что к причинам, трудно было придраться. Вот вы, виконт, как долго работали в паре с бароном? — обратилась она к секунданту своего противника, который не мог уйти, пока судья дуэли не подвел ее итог. А судья пока молчал, ввиду весьма нетрадиционной концовки боя, ждал, когда свое мнение выскажет король.

— Я тут не причем! Да, я давно знаком с бароном Верисом Косаном, потому и согласился быть его секундантом, но разве это преступление?!

— А как вы объясните тот факт, что к концу нашего с вами танца, вы подвели нас как раз к барону, уже державшего наготове бокал с вином? — поинтересовалась Ольга.

— Случайность!

От столь явной лжи, Гарлин, у которого в последнее время резко обострилась чувствительность к эмоциям окружающих, поморщился.

— Вы только что сказали неправду, — заявил он. — Это подтверждает мои подозрения в том, что только что прошедшая дуэль была подстроена с целью убийства герцогини Орхи. Поэтому на время разбирательства этого дела, вы задержаны.

По знаку командира, двое гвардейцев тут же стали рядом с виконтом, намереваясь увести того.

— Ваше величество! Разве не следует в честь вашей коронации снисходительно относиться к ошибкам или даже к недоразумениям, случившимся с вашими подданными?! Я знаю графа Салоса, отца виконта уже много лет, поверьте, он и его сын — верные трону дворяне, и не заслуживают такого отношения. Он все-таки не какой-нибудь бандит! — вступился за виконта герцог Белиц, который уже успел оценить ситуацию, сообразил, что напрямую обвинить его, пока не в чем, а потому успокоился и осмелел.

— Прежде всего, я знаю точно, что виконт только что солгал. Мне, своему королю! Почему он это сделал? Если он никак не запятнал свою честь связью с наемным убийцей, то и лгать ему, не было необходимости. Допускаю, что это какое-то недоразумение, поэтому я пока ни в чем его не обвиняю, однако прояснить все обстоятельства и выявить всех виновных в покушении на мою ближайшую помощницу, необходимо. И что касается самого виконта, то его ведь никто не собирается отправлять в тюрьму, по крайней мере, пока не станет ясным, что именно он хочет скрыть. И, кстати, во время дуэли прозвучало и ваше имя, как имеющее отношение к провокации, вызвавшей ее. Вы можете что-то сказать по этому поводу?

— Я не слышал, что там наговорил адмирал Номар, поэтому не буду оправдываться и как-то объяснять свои поступки. Мне приходится встречаться со многими людьми, но это не означает, что я вследствие знакомства с ними, несу ответственность за их поступки.

— Хорошо, тогда я прямо вас спрашиваю: вы знали, что против доны Оли Лаэции, герцогини Орхи готовится провокация?

— Ваше величество, ваш вопрос просто возмутителен! Как можно меня, герцога Белица допрашивать как какого-нибудь разбойника или вора?!

— Вот как? Вы простой вопрос, на который можно дать еще более простой ответ: да или нет, воспринимаете как допрос? Вы полагаете, что король вообще ни о чем не должен вас спрашивать? Тем не менее, несмотря на ваше мнение, я настаиваю на ответе!

— Я не буду отвечать на подобные оскорбительные вопросы!

— В таком случае, вынужден вынести обсуждение вашего поведения, а также предполагаемое участие в заговоре против герцогини Орхи, на Совет Пэров.

— Что за Совет Пэров? Первый раз о нем слышу.

— Как раз сегодня, я собирался объявить о его создании. Вы, кстати, тоже в него должны были войти. Но теперь, в свете вашего отказа в помощи расследованию покушения на герцогиню, вам придется сначала дождаться решения остальных членов Совета.

Раз уж речь зашла о Совете Пэров, король решил не затягивать с оглашением о его создании, и распорядитель бала пригласил гостей, которые танцевали по соседству, вернуться в главный зал. После того, как большая часть народу собралась, Гарлин, пользуясь амулетом усиления голоса, зачитал указ о создании нового совещательного органа, сообщил о том, кто в него входит, а так же обязанности и привилегии его членов.

Обязанностей у пэров, пока, было немного. Главное, что они должны были делать, это посещать заседания и участвовать в обсуждении насущных вопросов королевства. Особых прав им тоже не добавилось. Самым существенным было то, что судить пэров мог только монарх, или сам Совет, если король передаст ему эти полномочия. Для герцогов эта норма и так существовала, а вот графы, а тем более бароны, были более зависимы как от тех же герцогов, так и от местной провинциальной власти. Кроме того, сам факт регулярных встреч с влиятельнейшими людьми государства, а также с самим королем, который являлся председателем Совета Пэров, делал эту должность и звание притягательным для любого аристократа. При любой форме правления, возможность находиться на виду у людей обладающих властью — ценный ресурс, дающий возможность получения выгодных заказов от государства, решения сложных вопросов неформальным способом, а так же мог служить источником прибыли при лоббировании интересов той или иной группировки или отдельных лиц.

Кандидатуры для Совета король отбирал самолично, советуясь, правда, со своими приближенными. Ольга в этом процессе не участвовала, ввиду своего пребывания в графстве Гиди, да и не знакома она с большей частью королевской аристократии, так что о нравственных качествах баронов и графов, судить не могла. Правда, одна баронесса — Рузола, стала пэрой как раз по ее рекомендации. Гарлин оценил кандидатуру на должность заместителя секретаря, признал ее подходящей, и буквально перед самым оглашением, заменил на нее одного из баронов. К счастью, сами будущие пэры до сей поры, ничего не подозревали о своем грядущем возвышении, так что обошлось без никому ненужных, обид.

Только что назначенным пэрам король выдал отличительный знак-амулет в виде красивого медальона с драгоценными камнями. Назначение амулета — помогать человеку, различать ложь, даже если он не маг. Это было неожиданно. Раньше о подобных магических устройствах, слышать не доводилось. Как выяснилось, образец подобного артефакта нашли в замке Орхи гвардейцы, участвовавшие в освобождении сестры Гарлина. Один из приглашенных для исследования магов сумел разобраться в плетениях, а после и повторить. Ну а Гарлин посчитал, что членам Совета Пэров такая способность очень даже пригодится.

Конечно, теперь и сам король не имел возможности лукавить при разговоре с пэрами. Но, во-первых, он и не собирался обманывать, кого бы то ни было, а во-вторых, он всегда мог пресечь неудобный для него разговор, и никто ему по этому поводу не смог бы возразить.

Для Ольги амулет был бесполезен, она и сама неплохо справлялась, определяя, лжет человек, или нет. Но все пэры с удовольствием повесили медальон на шею поверх одежды, как статусную вещь, так что и она не стала выделяться.

Бал еще продолжался некоторое время, с молодой герцогиней все так же хотели познакомиться отпрыски графов и баронов, так что танцевала она беспрерывно, при этом никого не выделяя, постоянно меняя партнеров. Только Адрику досталось три танца по старой дружбе, что вызвало в его сторону неприязненные и завистливые взгляды, однако до скандала, дело не дошло. Так что вечер завершился вполне благополучно.

Главы 24 и 25

Глава 24

Первое заседание Совета Пэров король назначил на десять часов утра следующего дня. Ольга приехала во дворец заблаговременно, чтобы успеть уточнить повестку собрания и порядок обсуждаемых вопросов. Прибыла она как раз к завтраку королевской семьи, к которому сразу и присоединилась. А то и граф Гиди и его жена и Адрик после вчерашнего бала проснулись поздно, а потому перекусить довелось только парой бутербродов.

Сегодня Ольга была опять в платье, которое раньше надевала на коронацию. Чтобы хоть как обновить свою одежду, она повязала на шею косынку, а на талию поясок подходящего цвета. Но в планах на будущее на одно из первых мест поставила пошив не менее десятка новых нарядов на все случаи жизни. Просто неприлично для герцогини иметь всего пару платьев. Нелегкая все-таки жизнь девушек из высшего общества! То ли дело в пути: надела походный костюм, и носишь его, пока не испачкается!

— Это платье мне тоже нравится! — заметила Вемона, окинув взглядом Ольгу. — Тебе Лусия сколько нарядов сшила?

— Два.

Вемона нахмурилась, припоминая, как была одета подруга в последние дни.

— А это тогда, откуда ты взяла?

— Да видела ты его уже позавчера после коронации!

Вемона еще раз оглядела Ольгу.

— Похоже, но что-то в нем изменилось.

— Ну да. Пояс и косынка добавились.

— А-а-а-а! Интересное решение. Но мне кажется, что тебе не мешает сшить еще несколько нарядов.

— Уже и сама об этом подумала. Как появится свободное время, займусь.

— У тебя неправильная очередность дел. Сначала наряды, а потом уже, все остальное!

— У нас король очень строгий. Работать постоянно заставляет. Не дает девушке насладиться полученным титулом.

— Вот, кстати, насчет работы. Ты уже думала о порядке следования обсуждаемых вопросов на совете? — спросил Гарлин.

— Сначала, как и планировали, принимаем решение по секретариату, а вот второе, что нужно будет сделать, это обсудить вопрос о герцоге Белице. А то непонятно, то ли он пэр, то ли нет!

Гарлин отрицательно покачал головой.

— Нет, в первую очередь герцога и обсудим. Я приказал ему явиться к началу заседания Совета. Не следует без причины унижать его ожиданием. Вдруг он не так уж и виновен. Да и остальным это может не понравиться.

— Можно и так. Вести собрание сам будешь?

Король ненадолго задумался, потом сказал:

— Как раз этого мне делать и не хочется. Я вообще хотел бы поменьше говорить.

— Тогда давай сделаем так: ты в самом начале просто назначишь меня секретарем на сегодня, а потом, в самом конце предложишь сделать эту должность постоянной, и закрепленной за мной. В этом случае и вести заседание, мне будет вполне уместно.

— Так и сделаем. Пока время есть, ознакомься с результатами допроса виконта Салоса. Того, что был секундантом у барона на вашей дуэли.

Как и ожидалось, допрос выявил заговор с целью убийства Ольги. Сам виконт почти ничего не знал о подоплеке дела, так же как и неизвестны ему были заказчики. Он всего лишь помогал барону-убийце организовать дуэль. Вина его уже считалась доказанной, однако заказчик пока определен только один — бывший адмирал флота. Тот сейчас находился в тюремной больнице, но отвечать на вопросы отказывался.

К десяти часам все новоявленные пэры собрались в небольшом зале дворца, специально подготовленного для этого случая. Опальный герцог Белиц тоже находился здесь. Примерно четверть присутствующих оказались женского пола. При прочих равных условиях, дворянский род обычно возглавлял мужчина, но и женщинам становиться старшей представительницей династии, отнюдь не возбранялось.

В центре зала правильным кругом стояли небольшие столы и мягкие, удобные стулья. Вся мебель была однотипной, кроме той, что предназначалась королю. У того и стол был побольше, и стул отдаленно напоминал трон.

После того, как монарх сел, он пригласил членов Совета Пэров, занимать свободные места. Первыми, согласно обычаю, разместились герцоги, причем сесть постарались поближе к королю. Герцог Резид и герцог Кормат сели по обе стороны от Гарлина, а единственный из присутствующих человек, не имеющий медальона пэра, герцог Белиц замешкался, поэтому ему досталось уже следующее от короля место. Графы, в том числе и граф Гиди, расположились еще дальше. Ну а бароны довольствовались остальными свободными стульями.

Ольга в этом распределении мест не участвовала. Она сразу подошла к столу, расположенному как раз напротив короля. Конечно, приблизительно пятнадцать метров, которые их разделяли, не позволяли приватно шептаться, но взглядом тоже много чего можно сообщить, особенно при развитой эмпатии.

Так и получилось, что Совет пэров оказался пространственно разделен на две равные части. С одной стороны король, окруженный герцогами и графами, с другой — Ольга, рядом с которой сгруппировались бароны. Справа от нее расположилась Рузола, уже предупрежденная о том, что она будет замещать подругу на посту секретаря, и будучи человеком ответственным, собралась внимательно наблюдать и прилежно учиться этому незнакомому пока для нее делу.

Открыл заседание, как и полагается, король. После приветствий и поздравлений по поводу получения присутствующими титула пэра, он перешел к рабочей части собрания:

— Я собирался в первую очередь обсудить с вами порядок работы нашего Совета и первоочередные меры по укреплению королевства. Но вчерашнее неприятное происшествие во время бала, вынудило меня внести изменения в очередность обсуждаемых вопросов. Речь, как вы, наверное, уже поняли, идет о дуэли герцогини Орхи и барона Косана. Этот поединок вызвал некоторое недоумение, и по поводу него у меня возникло несколько вопросов к герцогу Белицу. К сожалению, сначала герцог мне солгал, а потом отказался отвечать. Поэтому сейчас герцог, единственный из присутствующих не имеет звания пэра, и у него нет, такого как у вас медальона-амулета, помогающего обнаруживать ложь. Так вот, определиться со статусом герцога Белица, нам и предстоит в первую очередь. Чтобы наш совет проходил хоть как-то упорядочено, а не превратился в гомонящую толпу, когда все хотят высказаться одновременно, я назначаю секретаря, который будет давать слово пэрам, а заодно и задавать вопросы по существу обсуждаемой темы. И секретарем этим будет герцогиня Орхи. Герцогиня, вам что-нибудь требуется для облегчения вашей работы?

— Да, ваше высочество. Пусть недалеко от меня сядут два писаря, которые будут вести протокол заседания.

— Почему именно два?

— Один может не успеть записать, или просто допустить ошибку. А с двумя протоколами будет легче восстановить ход обсуждений. Окончательный вариант я потом подпишу.

Чиновничество в королевстве, пока еще было слабо развито. И секретари при мэрии или другом подобном заведении, хоть и имели порой небольшое влияние на своих начальников, но далеко не везде и не всегда. А потому и должность их считалась малозначительной. А уж то, что секретарь, пусть даже он будет называться первым, может руководить государством, новоявленным пэрам и в голову не могло прийти. Так что они восприняли распоряжение короля, скорее как некоторое унижение герцогини, и совсем не обратили внимания на то, что у нее появились дополнительные по сравнению с остальными пэрами полномочия.

Слуги, получив распоряжение, сноровисто занесли два стола, которые поставили за спиной у Ольги. Писари тоже уже были наготове. О них позаботились заблаговременно, поэтому искать впопыхах, не пришлось. Так что скоро, заседание продолжилось. И инициативу решил проявить герцог Белиц:

— Ваше величество, разрешите сказать? — спросил он.

— Говорите. Мы здесь для того и собрались, чтобы высказывать свое мнение и принимать решения по жизненно важным вопросам. Так что не надо в дальнейшем, спрашивать у меня разрешения. И напоминаю, что заседание теперь ведет герцогиня Орхи.

— Спасибо, ваше величество! Я вот о чем подумал. Дуэли между дворянами, да и простыми людьми случаются, чуть ли не каждый день. И если мы будем обсуждать на наших собраниях каждую из них, то ничем другим мы просто не сможем заняться, в силу нехватки времени.

— Полностью разделяю ваше мнение! Но вчерашний случай — это не обычная дуэль, это попытка убийства под видом поединка, совершенная у всех на глазах. Наверное, многие из присутствующих знают о репутации теперь уже мертвого барона Косана, — ответила на эти слова Ольга

— Причины для дуэли бывают разными и то, что барон известен как завзятый дуэлянт, вовсе не исключает того, что вчерашний поединок вполне оправдан с точки зрения защиты дворянской чести, — возразил сидящий рядом с герцогом Белицем граф Кауш.

— Вы правы, граф. Но вы все были очевидцами, что в дуэль вмешалась третья сторона — адмирал Номар. И случилось это после того, как его обвинили в организации ничем не спровоцированного боя.

— Честно говоря, это не удивительно, что адмирал так отреагировал на столь оскорбительные обвинения. Я бы и сам мог не сдержаться, — поделился своим мнением граф.

— И, тем не менее, вопрос о причинах дуэли возник, а потому секундант барона, виконт Салос был вчера допрошен следователем в присутствии мага-менталиста. В результате выяснилось, что дуэль была подстроена. Барон должен был меня убить, а виконт ему помогал. И заказал всю эту провокацию адмирал Номар. У меня есть копии протокола допроса виконта, можете ознакомиться.

С этими словами Ольга передала записи признаний сообщника барона сидящим по сторонам от нее пэрам, которые бегло просмотрев, передали документы дальше.

— А показания адмирала здесь имеются? — поинтересовался один из баронов.

— Нет, его пока не допрашивали. Лекари не позволяют тревожить раненого, а причин не прислушиваться к их мнению, нет.

— Герцогиня, как я понял, в признаниях виконта, герцог Белиц ни разу не упоминался. Тогда почему мы должны сейчас обсуждать этого уважаемого человека? — спросил граф Кауш, видимо взявший на себя роль адвоката герцога. В том, что следователь выявил вину барона, виконта и адмирала он, видимо, не сомневался, а потому не стал дожидаться, пока допросные листы до него дойдут.

— Вы, наверное, недостаточно внимательно слушали короля, который только что сказал, что вчера герцог ему солгал, а потом вообще отказался отвечать на вопросы. Доверять высокому сановнику, который лжет и имеет от своего сюзерена тайны, ни один правитель не может. Но и бездоказательно обвинять герцога в чем-либо, король не хочет. Вот выяснить причину столь странного поведения герцога, и предлагается нашему Совету Пэров.

— У каждого человека имеются секреты и тайны, которыми он не хотел бы делиться с посторонними, и тем более обсуждать их. Что же удивительного в том, что и герцог Белиц не желает рассказывать о некоторых своих мыслях и поступках?!

— Вы были бы правы, если бы король спрашивал герцога о его личных делах. Но речь шла о нарушении закона, уголовном преступлении и даже о безопасности королевства, а герцог от ответа уклонился. И тем самым поставил под сомнение свою благонадежность и верность королю. Поэтому я сейчас буду задавать герцогу Белицу вопросы, на которые он должен будет ответить. Судить о том, затрагивают ли вопросы личную жизнь герцога, вы можете сами. И так, герцог Белиц вы знали о том, что адмирал Стрил Номар хочет убить меня?

— Знал, но разве это редкость, когда люди ненавидят друг друга? Думаю, среди присутствующих тоже найдется немало враждующих друг с другом. Возможно, и они мечтают убить соперника.

— Это вы подсказали адмиралу обратиться за помощью к барону Косану?

— Возможно, я и упомянул в разговоре с адмиралом о бароне, как известном дуэлянте. В этом я тоже не вижу преступления.

Судя по всему, герцог за ночь хорошо обдумал свое положение и сумел спланировать свою защиту.

— А у вас лично, было желание меня убить?

— Я уже говорил, что желания у людей, могут быть разными, но это не преступление, если они не реализуются.

Пока привязать герцога к провокации с дуэлью не получалось. И если смотреть на это дело со стороны, то он вроде как, ни в чем и не виновен. Хотя непонятно, откуда у герцога взялось желание убить молодую герцогиню, с которой раньше он никогда не сталкивался? Может, она уже начала мешать тем, кто собрался сам захватить трон?

— Скажите герцог, а планы или намерение убить короля, у вас есть?

— Что за чушь! С чего бы у меня возникло подобное желание? — с видимым возмущением воскликнул герцог. Однако после первого же предложения все, имеющие медальон пэра, почувствовали ложь.

Получив амулеты вчера вечером, многие уже успели проверить на своих домочадцах его работу, так что сомнений в том, что герцог лукавит, у пэров не возникло, что явственно отразилось на их лицах.

— Вы только что солгали, — тут же указала герцогу Ольга. — Присмотритесь к тем, кто сидит рядом с вами, и увидите, что они это тоже поняли благодаря амулетам.

— Это оскорбительно! Я не буду больше отвечать на ваши провокационные вопросы.

Вариант, что герцог откажется отвечать, был весьма вероятен, и меры противодействия этому, с королем были обговорены заранее. Ольга быстро глянула на Гарлина, напоминая ему, что пора вмешаться.

— Герцог Белиц, надеюсь, вы понимаете, что отказываясь отвечать на вопрос о верности королю, вы сами признаете свою вину! — вмешался в допрос монарх. — У вас еще есть попытка развеять все сомнения в вашей благонадежности. Я повторяю вопрос: вы хотите меня убить?

— Нет!

Солгал, и это почувствовали все присутствующие. А Ольга снова взяла на себя ведение заседания:

— Герцог, вы опять сказали неправду. Но поскольку это поняли все присутствующие, повторять вопрос не буду. Однако теперь хотелось бы узнать: вы совершали какие-либо действия, которые могли навредить королю?

— Нет.

И снова все почувствовали ложь, хоть выражено это было и не так ярко, как при ответе на первый вопрос.

— И снова вы солгали. Надеюсь, вы понимаете, что пэром вам уже не быть, хотя решать это, конечно, будет король. Сейчас вас должна беспокоить ваша дальнейшая судьба и, возможно, судьба ваших родных и близких. Чем больше вы будете лгать, и отмалчиваться, тем неприятнее для вас будут последствия.

— Подтверждаю, — поддержал Ольгу король. — Считайте, что вы уже лишены герцогского титула. Вопрос стоит в том, перейдет ли он одному из ваших потомков, или все ваши владения перейдут под прямое королевское управление. Ваша ложь, так же как и молчание, будут означать, что вся семья Белицев участвовали в заговоре против короля.

Возможно, герцог рассчитывал, что значительная часть пэров поддержит его просто из чувства солидарности и с целью поддержать дворянские вольности в ущерб королевской власти. Однако амулеты, показывающие, когда человек лжет, спутали все его планы. Участие в заговоре против короля, которое явно следовало из ответов герцога, мало кем одобрялось. Очередная смута в государстве, большинству присутствующих была не нужна. Оценив настроение находящихся в зале, герцог решил, что лучшее, что он сейчас может сделать, это честно ответить на вопросы.

Выслушав откровения герцога, Ольга пришла к выводу, что его вина не слишком велика. Герцог, как выяснилось, тоже имел среди своих предков особу королевских кровей. Пока королевская власть была сильна, он и помыслить не мог, претендовать на трон. Но переворот, устроенный братом короля герцогом Орхи, а затем и смерть узурпатора, навели на мысли о том, что он, в сложившейся ситуации, тоже имеет шансы занять престол. Конкретные шаги герцог предпринять не успел, да и вообще, его способность к решительным действиям, вызывала сомнение. Но тут, на одном из приемов, устроенным в честь прибытия на коронацию его семейства в столицу, он разговорился с адмиралом, который пожаловался на низкую оценку королем его заслуг в деле возвращения трона законному правителю. Но самое главное, тот признался в ненависти к Ольге. Сам герцог Белиц тоже опасался соратницу короля, а потому с удовольствием подсказал адмиралу способ избавления от нее. Так и получилось, что сложившиеся честолюбивые планы и чувство ненависти, привели к вполне конкретным действиям в виде найма убийцы-аристократа.

Король, и большая часть пэров, мнение Ольги о том, что проступок герцога можно отнести к преступлению средней тяжести, не разделяли. Уже сами мысли о смещении, а то и убийстве короля могли привести на плаху. А тот факт, что преступники эти мысли начали реализовывать, многократно усиливал их вину.

Заговорщикам повезло, что Гарлин был добрым и мягким человеком, и ему не хотелось начинать свое правление с репрессий, так что он фактически помиловал и адмирала и герцога. Адмирал лишился всех наград, полученных в честь коронации, так же как и самого адмиральского звания. Теперь он являлся обычным бароном Номаром, и ему запрещалось покидать поместье без соответствующего разрешения. Герцогу Белицу пришлось отказаться от своего титула в пользу своей старшей сорокалетней дочери. Сыновей у него не было, так что рано или поздно, титул все равно должен был перейти к ней. Будь король более суров, семья вообще могла остаться без владений. В данном случае, чистосердечное признание главы семьи облегчило наказание. Сообщника барона — виконта Салоса будет судить уже давно имеющаяся, специально предназначенная для рассмотрения подобных дел, а также споров между дворянами выборная Коллегия. Не дорос еще виконт для того, чтобы его судьбой озаботился король или Совет Пэров.

Закончив дело герцога Белица, приступили к обсуждению нескольких проблем, возникших в провинциях, правда, занимались этим недолго. И организаторам следовало подумать о том, как лучше проводить подобные собрания в будущем, и новоявленным пэрам хотелось в спокойной обстановке оценить то, каково это быть пэром и как это звание может сказаться на их личных перспективах, а так же на благополучии их семей. Вот и не стали затягивать. Под конец собрания, слово взял король. Еще раз, поздравив пэров с прибавкой к титулу, он сказал:

— Напоследок нам надо решить один организационный вопрос. Подобные заседания мы будем проводить регулярно. Но каждое из них надо подготовить, выбрать для обсуждения наиболее острые проблемы собрать сведения, чтобы наше коллективное решение по ним оказалось взвешенным, принятым со знанием дела. Для этого требуется секретариат, который и будет этим заниматься. Ответственным секретарем я назначаю пэру, герцогиню Орхи. На случай ее отсутствия, у нее будет заместитель — баронесса Рузола Ниспа. Если у вас возникнут какие-либо вопросы или проблемы в промежутках между заседаниями, обращайтесь в секретариат, который будет располагаться в особняке, конфискованного у графа Флори, вернее, у бывшего графа. Который, как вы знаете, активно поддерживал моего дядю во время нашего противостояния. Возможно, и сами заседания, мы тоже будем проводить там. Но это вопрос будущего.

И вновь, не искушенные в бюрократических играх пэры лишь порадовались, что чиновничья работа обошла их стороной. Король вышел из зала, а за ним на выход потянулись и остальные. Правда, к выходу из дворца, направились не все. Один герцог и четыре графа свернули к приемным покоям, намереваясь о чем-то переговорить с королем в приватной обстановке. Судя по тому, как они поглядывали друг на друга, у каждого было какое-то свое личное дело.

Ольга тоже не спешила уходить. Перед тем как выйти, Гарлин взглядом попросил ее остаться. Да она и сама понимала, что нужно подвести итоги первого дня и обговорить последующие действия. В покои королевской четы она прошла через мало кому известный проход. Часовые молодую герцогиню пропустили беспрепятственно, да еще и попытались встать по стойке смирно. Попытка, впрочем, была остановлена взмахом руки.

— О, ты уже тут! — воскликнул Гарлин, увидев входящую Ольгу. — А я послал дворецкого на твои поиски.

— Боюсь, что не найдет он меня.

— Ничего, это даже хорошо. Посмотрю, как он будет действовать в затруднительной ситуации.

— Там тебя еще графы и герцог домогаются. Видно, чего-то хотят.

— Ничего, подождут. Они что думают, королям и питаться не надо?! Идем, пообедаем, а то Вемона все без нас съест.

— Ты что, сменил повара? Тот, с кем я знакома, показался мне весьма разумным, и морить голодом короля, вряд ли додумался бы.

— Вот сейчас и посмотрим, насколько твое суждение верно.

В столовой одиноко сидела перед пустыми тарелками Вемона.

— О, да ваш повар решил вас вообще голодом уморить! — воскликнула Ольга. — Попросите у него хоть корочку хлеба.

Просить, однако, никого не пришлось. Не успел Гарлин усесться рядом с женой, а Ольга напротив них, как слуги внесли множество кастрюлек, из которых и начали наполнять тарелки.

— У тебя кто-нибудь проверяет еду на наличие яда? — поинтересовалась Ольга, касаясь своего перстня с прозрачным топазом краем ложки, смоченной в супе из какой-то птицы.

Топаз никак не изменил своих оптических свойств, обозначая тем самым, что в еде нет известных ядов и неизвестных магических плетений. За годы путешествия, ее два раза пытались отравить. Один раз безуспешно, легким наркотиком во время празднования нового года, и второй раз ее усыпили в таверне, неподалеку от Раминака. С тех пор, она почти всегда проверяла все блюда сделанным самой амулетом.

Маги Раминака имели обширный архив, который включал в себя и описания всевозможных способов отравления человека. Соответственно и магические заклинания определяющие яды, у них были одними из лучших на Гемоне. Вот результат богатого опыта магистров с помощью наставника, и оказался заключен в небольшом драгоценном камне перстня.

— Опасаешься, что отравят? — с улыбкой спросил Гарлин, наблюдая за Ольгой. — Всю мою еду и напитки проверяют на входе в эту столовую.

— Одобряю. Но этого недостаточно.

— Почему?

— Того, кто проверяет еду на наличие яда, тоже можно подкупить, или шантажировать чем-нибудь. И он после проверки, может незаметно добавить отраву. А еще на твою посуду можно нанести яд, который после того как он подсохнет, трудно заметить. В результате, к примеру, суп для всех будет безвредным, а для тебя — ядовитым. Поэтому всегда сами проверяйте еду в своей тарелке.

— Гарлин! Я хочу назад, в Акергу. Там было так хорошо и уютно! — жалобно проныла Вемона.

— Я и сам хотел бы, чтобы все было как прежде. Но, сама знаешь, это невозможно, — вздохнул король.

— Не унывайте. Скоро смута в головах аристократов закончится, и опасность покушения уменьшится, — попыталась успокоить королевскую чету Ольга.

— Да не закончится эта смута никогда! — воскликнула Вемона. — Моя фрейлина, дочь графа Изла, уже хвасталась, что ее отец теперь пэр, и будет управлять государством вместе с королем, а потом так и вообще и без молодого и неопытного короля управится. Дура какая-то! Кто же при королеве такое говорит?! Может, мне ее прогнать из фрейлин?

— Да ты что?! Таких фрейлин, что выбалтывают секреты своих родственников нужно держать все время при себе, холить их, лелеять и всячески поощрять, — воскликнула Ольга. — А то, что некоторые пэры полагают, что теперь будут управлять государством, даже хорошо. Если, по их мнению, от короля мало что зависит, значит и мешает он им не слишком сильно. Вот пусть между собой они и соперничают.

— Как ты оцениваешь первое заседание Совета? — поинтересовался Гарлин.

— Все прошло, как и планировалось. Все пэры — вполне управляемы. Но нужно на каждого подготовить досье, чтобы в случае чего знать, как можно на кого-нибудь надавить, или наоборот, чем поощрить. Ну и их взаимоотношения между собой нужно отслеживать.

— И кому поручить сбор подобных сведений?

— Я знаю только одного подходящего человека — это начальник полиции Зерник.

— Аристократы с полицейскими даже разговаривать считают для себя зазорным. А уж делиться с ними какими-либо тайнами, для них вообще дикость.

— Ой Гарлин, прислуга знает о своих хозяевах больше, чем те сами о себе. А уж найти, как разговорить простого человека, полицейские сумеют. Разумеется, действовать тут надо осторожно и деликатно, чтобы какой-нибудь аристократ не узнал, что о нем собирают сведения. Но Зерник, на мой взгляд, это понимает, и сумеет подобрать таких подчиненных для этого дела, которые умеют работать с людьми мягко.

— Ну что ж, попробуем привлечь Зерника, посмотрим, что получится.

— Гарлин, опять чуть не забыла, дворец Орхи в столице, тоже мне перешел?

— Разумеется! Все имущество моего дяди теперь принадлежит тебе. В канцелярии уже должны были все документы оформить. Зайди, получи.

Глава 25

После обеда с королевской семьей, Ольга отправилась в канцелярию, где получила бумаги на теперь уже свое имущество, а затем поехала в расположение подчиняющейся ей роты. А то даже как-то неудобно: имеет жилплощадь, а обитает в доме графа Гиди как какой-нибудь бомж. Пришла пора вступать во владения, а чтобы на корню пресечь всякие возможные недоразумения, не помешает пятерка гвардейцев.

Дворец Орхи в столице, имел богатую историю. Как узнала Ольга, лет двести назад он был построен для сестры очередного короля которая, не успев переехать к своему будущему мужу — принцу королевства Илана, осталась вдовой. Переворот, устроенный в том государстве, расположенном на крайнем западе континента, увенчался успехом, и вся правящая семья оказалась вырезана. Тогдашний король Ларии свою младшую сестру любил, а потому построил для нее небольшой, но очень красивый особняк, если так можно назвать четырехэтажное строение с декоративными башенками, окруженное небольшим парком и многочисленными флигелями, имеющими различные хозяйственные значения. Второй раз замуж сестра короля не вышла, а бастарды, если они и были, большой особняк, расположенный в центре города неподалеку от резиденции короля, в наследство не получили. С тех пор здание и парковый участок числился во владениях короны. Одно время там располагалась штаб-квартира гвардейцев, затем, по какой-то причине, его передали армейскому командованию, и уже отец Гарлина подарил своему любимому младшему брату герцогство Орхи и в придачу к нему этот дворец. И вот теперь особняк, принадлежавший королевской семье, вновь поменял владельца.

Как только кавалькада, состоявшая из кареты, в которой находилась Ольга, и десяти конных гвардейцев подъехала к воротам парка, в глубине которого виднелся светлый фасад здания, тяжелые чугунные створки без скрипа приглашающе раскрылись. Привратник, увидев выглядывающую в окошко Ольгу, низко поклонился, тем самым введя ее в размышления о причинах такого поведения. Вряд ли работники особняка ее видели раньше. Так с чего бы такое уважительное приветствие?

Она вышла из кареты, которая остановилась у центрального входа и прошла в приемный зал. Навстречу ей уже спешил невысокий полный мужчина лет сорока, вызывающий ассоциации с колобком.

— Приветствую вас в вашем доме госпожа! — произнес он, и низко поклонился.

— Вы меня знаете? — удивленно спросила Ольга.

— О том, что дворец подарили новой герцогине Орхи, знает вся столица. А догадаться о том, кто приехал в карете в сопровождении гвардейцев, нетрудно.

— А сами вы, кто будете?

— Ферк Сандо, ваша светлость, — мужчина вновь поклонился. — Раньше я служил управляющим дворца.

— А теперь?

— Это зависит от вашей светлости.

И вновь глубокий поклон.

— У меня пока нет других претендентов на эту должность. Так что возможно, вы и дальше будете служить управляющим. Сколько сейчас человек тут работает? И перестаньте непрерывно кланяться.

— Четыре горничных, повар, помощница-кухарка, мальчик подай-принеси, тоже к кухне относится, истопник, конюх, садовник, два охранника на воротах и я.

— А не мало вас для такого большого дома?

— Так их светлости здесь редко когда бывали. Да и семья у них была небольшая, мы справлялись. Иногда, правда, старый герцог прием устраивал, тогда приходилось нанимать дополнительную прислугу.

Опасения Ольги по поводу расходов на содержание дворца, к счастью, не оправдались. В ближайшее время проводить какие-либо мероприятия типа торжественных приемов и балов, она не собиралась, тем более что вообще планировала уехать из столицы, и тратить уйму денег на содержание ненужных работников, не хотелось. Но, видимо, бывший герцог придерживался такой же точки зрения, и минимизировал затраты на поддержание своего столичного дома, который посещал нечасто. Перечисленные люди, пожалуй, соответствует представлению о минимальном количестве прислуги, необходимом для поддержания порядка в помещениях, и обслуживания немногочисленной герцогской семьи.

— А не опасались привлекать посторонних для устройства приемов? Непроверенные люди, мало ли кто среди них затесался! Украдут чего-нибудь, а вам отвечай.

— Так мы же не просто работников с улицы набираем, а у почтенного Скара Нэрила. У него считай, все знатные дома прислугу арендуют, в случае нужды. А там у него все строго, если кто хоть немного оплошает, сразу уволят, в лучшем случае, а то и в городскую стражу сдадут, как преступника.

— Думаю, прежние порядки сохранить и в дальнейшем. А пока проводи меня в кабинет. Есть тут такой?

— Как же не быть, ваша светлость, конечно есть! Прошу вас, вам на эту лестницу.

Ведомая управляющим, Ольга поднялась на второй этаж и подошла к резной двери светлого дерева. Дверь оказалась закрыта, но у сопровождающего оказалась связка ключей, одним из которых замок и был открыт.

— У вас ключи от всех дверей дома? — поинтересовалась Ольга, входя в большую и светлую комнату с письменным столом у окна, несколькими стульями, двумя креслами, диваном и шкафами вдоль стен.

— Да, ваша светлость. Но закрываются только личные покои герцога, его жены и сына, и вот этот кабинет. Еще, когда у нас гости, то их комнаты тоже закрываем, но такое редко бывало.

— До недавнего времени тут должны были проживать жена покойного герцога и его сын, вы видели их?

— Совершенно верно, ваша светлость, видел и разговаривал. Но дней десять назад их куда-то увезли гвардейцы.

— Король конфисковал все их имущество, но взамен подарил какое-то баронство. Скорее всего, в него их и отправили. А здесь их охраняли?

— Да, ваша светлость. Их поселили в отдельном флигеле, и выходить из него не разрешали.

— Дворец обыскивали после смерти герцога?

— Нет, ваша светлость. Мы все ждали, когда к нам нагрянут гвардейцы но, так никто к нам и не явился. Наверное, у вас были другие дела, когда вы единолично правили столицей, потому и не распорядились.

— Да я и не вспоминала об этом дворце!

— Король, когда вернулся, тоже думал о том, как навести порядок в королевстве, вот про нас и забыли. А после того, как дворец передали вам, кто ж будет сюда ломиться?!

То, что дворец перешел к новой владелице не разграбленным, со всеми своими дорогими коврами, картинами, мебелью и, возможно, деньгами, тайниками и секретами было, конечно, неплохо. Однако мысли о кладоискательстве пришлось пока отогнать. Первым и самым важным делом была проверка лояльности всех слуг.

Начала Ольга с управляющего, затем, по очереди проверила и остальных работников особняка. Как и ожидалось, никто из них не отличался особой преданностью лично старому герцогу, так же как и членам его семьи. Все они добросовестно выполняли свою не особо обременительную работу по поддержанию территории и помещений дворца в порядке, и единственным их желанием на текущее время, было сохранение своего места. Такое положение дел полностью устраивало новую владелицу, так как не надо было думать о том кем и как заменить слуг, если бы они вдруг оказались ненадежными.

Закончив с приемом собственности, и весьма довольная новым приобретением, Ольга отправилась к особняку графа Гиди, собираясь забрать свои вещи. В новом доме было все готово для комфортного проживания в нем. А раз так, то и затягивать с переездом не следовало. Странно будет выглядеть, если имея в столице личный дворец, герцогиня будет гостить у графа. И так уже в некоторых кружках аристократического общества шепчутся о ее связи с виконтом Адриком, намекая на скорую свадьбу. Саму Ольгу подобные слухи, вроде, как и не волновали, но на личную жизнь Адрика могли оказать негативное влияние. А как раз этого и не хотелось бы, особенно с учетом желания главы семейства Гиди женить сына.

Как выяснилось, возможность переменить свое местожительство, появилась весьма своевременно. Когда Ольга сообщила графу о том, что теперь она будет жить в собственном дворце, граф ничуть не удивился этому событию, поскольку оно было ожидаемым. И в свою очередь сказал, что и сам собирается отправиться в свое поместье, причем уже завтра утром. Так что не появись у Ольги собственного жилья, ей пришлось бы все равно куда-нибудь переезжать. Ибо одно дело ухаживать за раненым виконтом, как это было ранее, и совсем другое, жить под одной крышей с совершенно здоровым молодым мужчиной причем, если не брать в расчет слуг, наедине. Тут уж сплетни охватили бы все слои высшего общества. А зачем давать повод, если имеется возможность их избежать? Правда, кое-какие вопросы по поводу отъезда графа возникли.

— А как же заседания Совета Пэров? — спросила Ольга. — У нас подготовлено столько вопросов, что обсуждение их растянется недели на две!

— Я только что разговаривал с королем на эту тему. Мое имение и предприятия тоже требуют присмотра, вот я и поеду заниматься делом, которое знаю. А в совете вместо меня будет заседать Адрик. Нечего ему в провинции сидеть! Так он никогда не женится. А в столице балы проходят один за другим, глядишь, и влюбится в кого-нибудь.

Так что, собрав свои немногочисленные пожитки, с легким сердцем, Ольга и ее маленький отряд, отправились в свой дворец.

До ужина было еще далеко, и времени заняться делом, было еще достаточно. Тройка наемников отправилась знакомиться с привратниками, а так же изучать систему безопасностизамка, которая должна была оберегать людей и имущество от воришек и бандитов. Шарч, как только понял, что они прибыли в новый дом, сразу же побежал осваивать новую территорию, и знакомиться с ее четвероногими обитателями. Ну а сама Ольга, вместе с Ринком решили осмотреть помещения на предмет наличия в них сейфов, тайников и каких-либо заначек с ценными и интересными вещами.

Начали с самой перспективной в этом отношении комнаты — кабинета. Долго искать не пришлось. Магический взгляд сразу помог отыскать сейф, расположенный в стене. Строго говоря, таких сейфов оказалось целых два. Один — небольшой, объемом примерно с кубический метр, а второй представлял собой скрытую кладовку. Оба тайника располагались между стенками, которые разделяли кабинет, и спальню, в которой, судя по убранству, отдыхал сам герцог. Догадаться о том, что между двумя комнатами есть пустое пространство, было трудно даже магу, поскольку пройти из одной комнаты в другую можно было только через наружный коридор, а оба эти помещения оплетали заклинания от прослушки, от магического наблюдения, защитные, и тому подобное. Все это вносило искажения в многомерное пространство и скрытые ниши удалось определить лишь благодаря высокой чувствительности и избирательности магического зрения Ольги.

Дверца маленького сейфа находилась под картиной с изображением замка Орхи, а вход в кладовку находился в одной из двух декоративных пилястр. Причем обе двери были заперты, и ключей к ним, к сожалению, у Ольги не было. Вызванный по этому поводу управляющий сообщил, что ключ от маленького сейфа, старый герцог всегда носил с собой, так же как и ключи к замкам ящиков письменного стола. А вот о секретной кладовке он даже не упомянул. Похоже, он вообще не знал о ее существовании.

Отправив управляющего заниматься своими делами, Ольга занялась взломом собственных хранилищ. Делала это она, правда, аккуратно. Еще в первый год своего пребывания на Гемоне, она обзавелась набором отмычек, который отобрала у бандита по имени Грымза, теперь уже покойного. И даже уже успела воспользоваться этими инструментами во время ограбления королевского мага. С тех пор она так и возила эти отмычки с собой. Места они занимают мало, лежат себе в пространственном кармане, не мешают, а необходимость их применения, может возникнуть неожиданно, вот как сейчас, например.

Опыт взлома у нее был, конечно, никакой, можно сказать, но умение смотреть сквозь преграды, давало возможность видеть устройство запирающего механизма и, соответственно, позволяло осуществлять взлом даже при отсутствии необходимых навыков.

Устройство замков у ящиков письменного стола показалось проще, чем у тех, что запирали сейф и кладовку, потому и начать Ольга решила с них. В крайнем случае, если в результате неумелых действий что-то там заклинит, можно сломать весь стол. Но это уже на крайний случай. Портить такую красивую мебель — вандализм. Впрочем, прибегать к радикальным методам не пришлось, и уже минут через десять после начала работы, замок верхнего ящика щелкнул спрятавшимся внутри него засовом.

Предположив, что все замки стола могут открываться одним ключом, Ольга тут же попробовала найденную конфигурацию отмычек и на остальных замках. В результате, довольно быстро, все ящики оказались открыты.

Большая часть их содержимого оказалась документами и канцелярскими принадлежностями. Документы, как выяснилось при беглом осмотре, касались финансовой и организационной жизни дворца. Кроме них обнаружились черновики каких-то писем, видимо личных, а еще в верхнем ящике находилось несколько кошельков, туго набитых серебряными монетами. Правда, более тщательная проверка выявила, что в одном кошельке находится не серебро, а золото. Видимо это деньги были предназначены на текущие расходы по обслуживанию дворца. Кстати, этот вопрос еще следует обговорить с управляющим.

Подобрать отмычку к замку маленького сейфа, как и ожидалось, оказалось сложнее, но и он не устоял против усилий начинающей взломщицы, хоть времени на его открытие и ушло значительно больше. Хорошо еще, что оба сейфа не были снабжены магической защитой. Но тут герцог уповал, видимо на скрытность. Не зря же сами хранилища ценностей и их дверцы были замаскированы так, что сразу их и не обнаружишь. А охранная магия сама по себе подсвечивает в магическом зрении, и тем самым демаскирует скрытые объекты.

Открытый сейф разделялся на отсеки полками. Ценностей в нем оказалось не так уж и много. Правда, это смотря с какой точки зрения на них смотреть. Пятьсот золотых монет, шкатулка с ограненными драгоценными камнями, пять амулетов неизвестного назначения, и стреломет, подобный тем, что удалось добыть по пути в Раминак. Даже какой-нибудь барон средней руки оценил бы трофеи, как целое состояние. Да и Ринк, активно участвующий в осмотре добычи и подсчете полученного богатства, вовсе не считал нежданный прибыток маленьким.

Замочная скважина дверцы кладовки, замаскированной под поверхность пилястры, скрывалась под декоративной завитушкой, которая проворачивалась на оси. Отыскать ее было еще сложнее, чем сами сейфы, но магическое зрение и тут помогло. Зато на открытие этого замка, времени ушло меньше, чем на сейф. Видимо, приобретенный опыт сказался.

Правда, содержимое небольшой комнаты, в которой при открытии дверцы автоматически включился свет, немного разочаровало. Хотя опять-таки, все относительно. Сабля с черным клинком, магически обработанная одежда, и несколько непонятного назначения амулетов стоили немало. Просто Ольга в глубине души ожидала обнаружить что-нибудь таинственное и загадочное, а находящиеся тут вещи были того же типа, как уже имеющиеся в наличии у нее самой. Впрочем, чего еще ожидать от замка, в котором герцогская семья почти и не жила!

Тайники, после того как изучила их содержимое, Ольга запирать не стала. Каждый раз как понадобится, возиться с отмычками не хотелось. Правда, деньги и амулеты она изъяла и поместила в собственный пространственный карман. Но вопрос с ключами, конечно, так или иначе, придется решать. Либо удастся найти ключи от сейфов, либо придется менять замки.

Подгоняемые любопытством, наши искатели сокровищ обошли все комнаты этажа, но ничего интересного больше не нашли. А потом пришел зов от Шарча, который обнаружил под зданием подвал, и даже ухитрился пробраться в него. Но сразу спускаться в него Ольга не стала, сначала отыскала управляющего, и поинтересовалась о назначении этого подземелья и есть ли там что-нибудь интересного.

Как выяснилось, внизу хранилось вино, а также кое-какие продукты в устроенном там леднике. Подвал запирался, ибо и вино и окорока являлись соблазном для слуг. Вот чтобы их не искушать, доступ к продуктам и ограничили.

Окорока и сыры Ольгу не заинтересовали, а на вино ей захотелось посмотреть. Помнится, в Раминаке, многие маги увлекались виноделием, и очень часто, улучшенное с помощью заклинаний вино, имело превосходный вкус, и стоило оно при этом, очень дорого. Вдруг и у герцога скопилась коллекция элитных вин! Управляющий с готовностью вызвался проводить новую хозяйку, и ключи от подземелья, у него тоже имелись.

Вниз вела узкая и крутая лестница, и спускаться пришлось довольно долго. Уже у двери, ведущей в хранилище скоропортящихся продуктов, было прохладно. А ведь на улице, несмотря на то, что лето еще не пришло, было жарко. А за дверью вообще от холода сразу мурашки по коже пошли. Одеты ведь все были по погоде, легко. Ольга, правда, адаптировалась быстро, и вскоре, перестала мерзнуть. А Ринк и управляющий начали понемногу дрожать, поэтому подробно осматривать содержимое отдельных помещений не стали, а сразу направились в винный погреб.

И надо сказать, что доставшаяся в наследство коллекция порадовала. На специальных стеллажах лежали тысячи бутылок вина различных сортов и годов производства. По словам сопровождающего, все находящееся тут спиртные напитки изготавливались с применением магии, и каждая марка имела свой неповторимый вкус и аромат.

— Интересно, зачем герцогу было нужно такое большое количество вина, если он в этом дворце почти и не жил? — произнесла вслух Ольга.

— Иногда он тут все-таки устраивал приемы, а элитное вино — не тот продукт, который можно приобрести впопыхах. Тут лучше заблаговременно подготовиться, — пояснил управляющий. — У герцога были несколько проверенных поставщиков, с помощью которых и образовалась такая внушительная коллекция. В основном, конечно, вино шло в подвалы замка Орхи, расположенного неподалеку от города Орига, но и нас не забывали.

— К сегодняшнему ужину подготовьте несколько бутылок, буду пробу снимать.

— У вас есть какие-нибудь предпочтения? — поинтересовался управляющий.

— Я вообще-то не любительница спиртного, так что опыт дегустаций у меня небольшой. Поэтому доверюсь вашему вкусу. Или вкусу покойного герцога. Вы ведь помните, что ему нравилось?

— Слушаюсь, ваше сиятельство. На сколько персон накрывать стол?

Ольга ненадолго задумалась, потом ответила:

— На пять.

— Мы ожидаем гостей?

— Нет. Ужин будет чисто в семейном кругу: я, вот этот мальчик, который является моим пажом, и трое охранников, что прибыли вместе со мной.

Управляющий оставался все таким же невозмутимым, но аура показала его удивление, когда он услышал о составе семейного круга. Ольга давно уже не воспринимала наемников как обычных охранников. Совместное путешествие и сражения давно сделали их товарищами по оружию, которые прикроют спину в случае необходимости. И менять без необходимости, сложившиеся отношения, ей не хотелось.

К ужину все собрались в малой столовой. Наемники успели просмотреть все комнаты замка, ничего интересного или опасного не обнаружили, зато выбрали себе по комнате в крыле, предназначенном для служащих старшего звена. Там же в одном из помещений проживал и управляющий.

Поначалу охранники за столом чувствовали себя скованно, все-таки одно дело питаться и ночевать в трактирах, а то и просто на земле, и совсем другое сидеть за одним столом с герцогиней. Но увидев и, главное, почувствовав, что Ольга так и осталась приветливой девушкой, какой она была, когда еще являлась обычной нанимательницей, быстро освоились, и дальнейшая трапеза прошла в непринужденной обстановке. Тем более, что вино надежды оправдало. Вполне сопоставимое с тем, что довелось попробовать в Раминаке. А вот наемники ничего подобного никогда и не пили. Так что вечер удался.

Второе заседание Совета Пэров прошло уже по накатанному сценарию. В этот раз обсуждались проблемы провинций. Собственно, все неурядицы, как выяснилось по ходу обсуждений, являлись следствием неприязненных отношений между самими дворянами, а также их конфликты с городами, расположенными по соседству. Раньше все спорные вопросы решались королевской администрацией, а в отдельных случаях приходилось вмешиваться и королю лично. И, как это обычно бывает, одна из сторон спора оставалась неудовлетворенной принятым решением. Собственно, одной из целей создания Совета Пэров и являлся перевод недовольства проигравшей стороны с короля на Совет, в который сами же дворяне и входят.

Вела заседание, как секретарь, Ольга. Гарлин хотел приучить членов совета такому порядку, на случай своего отсутствия на Совете. И лучше это делать сразу, пока пэры еще не разобрались в тонкостях проведения заседаний.

Рядом с Ольгой сидела Рузола. За спинами ответственных секретарей и немного сбоку расположились за столами парень и девушка — недавние выпускники столичной школы писарей и каллиграфии, которые вели полную запись высказываний каждого члена совета, причем каждый работал над собственной версией.

Поначалу новоявленные пэры норовили высказаться как можно быстрее, перебивая друг друга, и тем самым превращая обсуждение в базар. Дворяне Ларии не имели опыта подобного рода собраний, и не знали как себя на них вести, а некоторые из числа высшей аристократии вообще считали зазорным для себя выслушивать мнение людей, стоящих по происхождению ниже них. Очередность высказываний, так же должна была соответствовать их собственным представлениям на этот счет. Ольга изначально предполагала, что порядок на первых порах установить, будет нелегко. Поэтому она заранее озаботилась амулетами, которые должны были помочь ей приучить пэров к соблюдению регламента.

На столе каждого члена Совета находился амулет-светильник, который хозяин места должен включить при желании высказаться. Но говорить дозволялось только при загорании второго подобного светильника, который управлялся со стола ответственного секретаря и председателя Совета. К первому заседанию систему подготовить не успели, зато к этому, все магические устройства были изготовлены и установлены, а работоспособность их проверена.

Сразу после начала заседания, все присутствующие были ознакомлены с работой амулетов и с порядком выступлений, высказываний и особенностями голосования. Но, как уже говорилось, восприняты правила были не всеми пэрами. Для того чтобы приучить аристократов к очередности высказываний, у Ольги имелся соответствующий набор амулетов тишины. Каждый подобный амулет при включении создавал область вокруг стола, через границу которой не проходил звук. Так что нарушителя было легко отключить от обсуждения.

У этой системы выявился свой изъян: наказанный молчанием при этом не слышал, что говорят его оппоненты, а значит, он не мог отслеживать ход обсуждения, да и переубедить его самого в таком случае, не представлялось возможным. Как-то не подумали о том, что зона молчания действует в обе стороны. Оно и неудивительно, сразу всего не предусмотришь. Хорошо, что проблема решалась легко: всего лишь еще одним магическим устройством — аналогом динамика, установленного на каждом столе. Заказ на изготовление амулетов уже разместили в двух мастерских столичных артефакторов, так что нужно было только подождать.

Темы заседания Ольгу не очень-то интересовали. Вникать в местечковые дрязги дворян ей не хотелось, но следить за разгоравшимися спорами приходилось внимательно, чтобы давать слово оппонентам по очереди, в зависимости от занимаемой ими позиции. Вот и не получилось, как она надеялась, заняться во время обсуждений чем-нибудь интересным, например созданием заклинания для осмотра местности перед телепортацией в другой мир или изучение плетений одного из трофейных амулетов.

главы 26 и 27

Глава 26

К третьему заседанию амулеты-динамики были уже изготовлены и установлены, сами пэры тоже вполне освоились и приспособились к новой для себя форме общения, а потому ход обсуждений принял вполне цивилизованный вид. Как следствие, нарушений регламента почти не происходило и Рузоле, которая и в этот раз следила за порядком, пришлось прибегнуть к репрессиям в отношении одного из пэров всего один раз.

Вопросов друг к другу у аристократов накопилось много, так что перерыв в работе Совета ожидался нескоро. Чтобы не терять время зря, Ольга решила проводить свои магические изыскания во время заседаний. Рузола быстро освоилась на должности заместителя секретаря, и теперь в контроле и помощи уже не нуждалась.

Самой насущной проблемой при создании портала оставалась разведка местности перед телепортацией. Вот конструированием плетения для обзора, Ольга и занялась.

Маги имели два типа магического зрения. Первый осуществлялся настройкой собственной ауры, когда при изменении части структуры ее внешней оболочки удавалось фокусировать внимание на том или ином объекте. При этом можно было менять высоту точки обзора в четвертом измерении, что позволяло изучать предметы и живых существ с разных ракурсов. Естественно, так же как и при обычном зрении все, что находилось поблизости, можно было разглядеть более подробно, а за определенной границей, находящейся от двадцати до пятидесяти метров от мага, в зависимости от способностей мага, увидеть что-либо было трудно.

Для второго способа существовало заклинание, заменяющее собой как бинокль, так и микроскоп, но только в многомерном пространстве. Как раз этот способ и использовался при создании сложных плетений и всех артефактов. В этом случае дальнозоркость и степень увеличения мелких объектов зависела от числа усложняющихся с каждым шагом плетений, которые может удержать маг. Впрочем, мало кто напрямую пользуется подобными заклинаниями. Проще купить соответствующий амулет.

К сожалению, эти приемы не позволяли заглянуть в параллельный мир. Но если способ модификации аурного зрения даже представить себе было трудно: с аурой вообще очень сложно работать, то идея по усовершенствованию заклинания имелась. По мнению Ольги, основной причиной неудач при попытках заглянуть в другой мир была малая размерность применяемых плетений.

Изучение Ларца, проводимое в последнем месяце, позволило определить, что живые существа захватывались им из конечного числа миров, а точнее из двенадцати. Если предположить, что именно такое их количество напрямую соседствует с Гемоной, то размерность пространства, в котором они расположены, больше четырех и, скорее всего, равна шести. Следовательно, и размерность плетений для заклинания, способного помочь заглянуть в параллельный мир, должна быть не меньше.

Идея идеей, но преобразовать четырехмерные плетения в шестимерные, не удавалось. Мало того, что они получались многократно сложнее, так еще и результат выглядел логически незавершенным. Вместо четкой замкнутой структуры получалась многомерная спираль, конец которой никак не удавалось состыковать с начальным витком.

Эксперименты Ольги не остались незамеченными. По окончании заседания, которое длилось около четырех часов, к Ольге подошли две пэры, причем обе были магинями. Третий и последний маг, находящийся среди членов Совета был чистым силовиком и мельтешения фрагментов плетений рядом с секретарем не заметил.

Вообще среди пэров, женщин оказалось неожиданно много — едва ли не треть от всего состава. Еще при формировании списков кандидатов в пэры, Ольга обратила на этот факт внимание и поинтересовалась у Гарлина о причинах возникновения подобного гендерного распределения. Оказалось, что состав Совета отражает истинное соотношение мужчин и женщин среди глав родов. Несмотря на то, что мужчины имели приоритет при получении имущества умершего главы, довольно часто именно женщины наследовали большую часть достояния рода. Бывало, что в семье сыновей просто не было как, например, у барона Ниспа — отца Рузолы. А в связи с тем, что число рождений на одну женщину в этом мире не превышало трех, то таких случаев было немало. Кроме того, довольно часто возникали ситуации, когда невеста имела приданое размером значительно большее чем состояние потенциального мужа и в этом случае родители девушки, обычно, оговаривали в брачном договоре ее решающую роль в управлении финансами создаваемой семьи. А поскольку «политика — это концентрированное выражение экономики», то и в Совете Пэров количественно отразилось социальное положение женщин в королевстве. Ну а то, что три члена Совета оказались магами, из которых две женщины, если не считать саму Ольгу — это уже дело случая.

— Что за заклинания вы плели во время заседания? — поинтересовалась у Ольги графиня Солсби.

Вообще-то применять заклинания на Совете, кроме тех, что используются секретарем для облегчения проведения собрания, следовало бы запретить. Мало ли, может, кто задумает повлиять на решения Совета применением магии. Но Ольгу извиняло, во-первых, отсутствие официального запрета на магию, и главное, ее плетения не являлись полноценными заклинаниями, а были просто скелетом без энергии.

— Заскучала я что-то, вот и решила развлечься. Экспериментирую с заклинанием зоркости. Хочу увеличить размерность плетений, отвечающих за дальность обзора, — не стала скрывать цели своей работы Ольга.

— Мой наставник некоторое время тоже пытался создать пятимерное заклинание зоркости, но у него не получилось. Он жаловался, что не смог соединить начало и конец плетения, — поделилась сведениями вторая магиня — баронесса Гролс.

— Я плету в шести измерениях, но у меня та же история — вместо кольца выходит спираль, — пожаловалась Ольга.

После непродолжительного обсуждения особенностей плетений, удовлетворенные ответом женщины отошли. А Ольгу в результате разговора озарило: если заклинание не получается в пространстве размерностью равной шести, значит нужно изменить его размерность. Причем делать это следует в сторону увеличения, иначе вряд ли получится дотянуться до параллельных миров.

Следующие несколько дней прошли в интенсивной работе по конструированию заклинания зоркости с размерностью равной семи. Занималась плетением Ольга и на заседаниях Совета, и дома в своем только что приобретенном дворце, засиживаясь, порой, до глубокой ночи. Основной причиной подобного энтузиазма являлось то, что экспериментальная упрощенная модель заклинания получила завершенную, замкнутую форму. И это вселяло уверенность, что на этот раз магическая конструкция окажется работоспособной.

К сожалению, увеличение размерности плетения повлекло за собой и многократное усложнение всей конструкции, а значит, резко вырос и объем работ для получения рабочего заклинания. Хорошо еще, что очень помогала часто ругаемая последнее время идеальная память, а также особенность то ли тела Ольги, то ли ее ауры сохранять в себе магические конструкции. Все плетения, сделанные накануне, на следующий день легко и быстро воспроизводились. Так что на работу, проделанную хотя бы один раз, повторно время не терялось.

Девять дней напряженной умственной деятельности подвели, наконец, к успеху. Заклинание обрело законченную форму, и было почти готово к работе. Осталось только довести до ума систему наведения, придумать способ сохранения координат миров и какой-нибудь способ их индексации. А то ведь можно заблудиться в многочисленных пространствах, и вместо того, чтобы вернуться домой, с каждым прыжком удаляться от него все дальше и дальше.

Между тем, заседания Совета Пэров шли своей чередой. Вопросы, недоразумения и споры между аристократами все никак не заканчивались. Зато уже можно было сказать, что создание Совета вполне себя оправдало. Во-первых, нарастающее напряжение между баронами графами и герцогами получило свою разрядку. Во-вторых, поскольку Гарлин только утверждал принятые советом решения, весь негатив проигравших в споре был направлен на членов Совета, а не на короля. Ну и, кроме того, тот факт, что пэры обсуждают насущные вопросы в жизни королевства, давал им иллюзию того, что они участвуют в управлении государством и поднимал их значимость в собственных глазах. И это также способствовало укреплению политической стабильности в стране. В общем, Гарлин был доволен сложившимся положением и очень благодарен Ольге за подсказанную идею с Советом.

После успеха в создании плетения зоркости, для завершения которого осталось совсем немного, у Ольги возникло желание сделать паузу перед дальнейшей работой по созданию амулета. Однако просто сидеть на заседаниях, было скучно. Желая развлечься, но при этом не нарушить принятое решение отдохнуть, Ольга решила изучить кольцо — трофей, доставшийся ей от мага, участвовавшего в похищении принцессы Оранды. Это занятие требовало внимательности и сосредоточенности, но при этом не заставляло напряженно думать о том, как сплести фрагмент заклинания, чтобы и нужная функция выполнялась, и с остальными фрагментами он стыковался так, чтобы не мешать их совместной работе.

Удлиненному кристаллу рубина, который являлся единственным украшением перстня, огранщик придал вид призмы со скошенными углами, расширяющейся к центру, что придавало ей легкое сходство с овалом и с размерами сторон примерно полтора сантиметра на один. Насыщенный цвет камня и отсутствие в нем изъянов говорили о высокой стоимости самоцвета. Но знающий человек, увидев количество заключенных в самоцвете заклинаний, а также размер и качество сформированного в нем накопителя энергии, сразу поймет, что именно магические плетения и составляют основную ценность амулета.

Перстень предназначался только для мага: простой человек не сможет ни выбрать нужное заклинание, ни активировать его. Неизвестный мастер-артефактор собрал в кристалле чуть ли не два десятка магических конструктов. Значительная их часть была широко известна магам, и являлась стандартным набором для подобного рода артефактов. Но предназначение почти половины заклинаний вот так вот с ходу определить не получилось. При повторном, более внимательном просмотре неизвестных плетений вдруг обнаружились знакомые фрагменты. К огромному удивлению Ольги, как раз над чем-то подобным она и работала последнее время. В амулете активно участвовавшего в государственном перевороте мага, находилось заклинание зоркости, с помощью которого можно наблюдать соседние миры, а так же сама магическая конструкция портала в другой мир. А это наводило на мысль, что Гемона не являлась родиной нескольких убитых магов, которые поддерживали герцога Орхи.

Зачем или почему пришлые приняли участие в перевороте, оставалось загадкой. Версий можно придумать множество: от самой простой, что это были обычные наемники, работавшие за деньги, до межмирового заговора, руководители которого поставили своей целью посадить на трон герцога Орхи. Хотя для какой цели им это могло понадобиться, так же непонятно.

Немного поразмышляв на эту тему, Ольга сочла подобное гадание бесперспективным. Жаль, конечно, что пленных не удалось захватить. Уж они-то могли прояснить эту загадочную ситуацию. Зато наличие в амулете плетений, над созданием которых она трудилась много дней, Ольгу обрадовало. Сейчас у нее появилась возможность сверить собственные подходы к созданию заклинаний для перемещения между мирами с наработками, включенными в трофейный амулет.

По окончании заседания, Ольга сообщила Гарлину свое предположение о возможном иномирном происхождении некоторых магов, поддерживавших покойного герцога. У короля эта новость вызвала как недоумение: зачем пришельцам вмешиваться в распри абсолютно чуждого им королевства, так и тревогу по поводу того, что силы и возможности нового противника были неизвестны.

Разговор происходил во время обеда, на котором присутствовали Гарлин, Вемона, Ольга и Рузола, которую королевская чета приняла в свой круг с удовольствием. Честная, открытая, искренняя в своих чувствах девушка понравилась как королю, так и королеве.

— Я так поняла, что эти заклинания, предназначенные для путешествий по мирам, наши маги не знают? — спросила Вемона после некоторых раздумий.

— Меня учили три наставника в разное время, но ни один из них не умел ни путешествовать, ни даже заглядывать в другой мир, — ответила Ольга. — Да и с Нимерой я разговаривала на эту тему. Она знала о том, что портал сделать можно, но как конкретно осуществить перенос человека из одного мира в другой, даже не предполагала.

— А вот я о такой возможности услышал только сейчас. Подозреваю, что мой учитель Грефин о подобном не слышал, — сказал Гарлин.

— А зачем тебе эти заклинания? Ведь, как я поняла, ты давно интересуешься этой темой! — вновь спросила Вемона у Ольги.

— Так ведь я сама попала на Гемону из другого мира! Вернее, меня ваш тогдашний маг Краст перенес, совершенно не интересуюсь у меня при этом, хочу ли я служить для него подопытным животным.

Слова Ольги ввели присутствующих изумление и шок. До сих пор никто из них не знал о ее иномирном происхождении. В начальный период своей жизни она опасалась сообщать об этом малознакомым людям, да и не докапывался никто, откуда она родом. Все полагали, что она из Лаэции, как и придумал Краст, составляя для нее легенду. Однако теперь, когда многолетняя работа по созданию портала перешла в завершающую стадию, скрывать факт, что ее личные интересы связаны не только с королевством, но и с Землей, было неправильно. Гарлин до сих пор хочет иметь в ее лице опору своей власти, и внезапное исчезновение его верной помощницы может нарушить его планы.

— Ты же только что сказала, что у нас никто не знает, как путешествовать по мирам! Так каким образом этот маг тебя перетащил на Гемону? — с недоумением спросил Гарлин.

— Был у Краста один древний артефакт, назначение которого он до конца так и не понял. Потом он перешел по наследству магу Венису и мне, как его ученикам. Вот с помощью этого артефакта, я тут и оказалась. Но как он работает, мы разобраться долгое время не могли. Вот только сейчас начали понимать, что к чему. Так что как создать портальный амулет, я уже знаю. Осталось только научиться предварительно, исследовать местность, чтобы не убиться при переносе. Ну и с навигацией нужно определиться. Миров, возможно, очень много, как бы, не заблудиться в них!

— Значит, ты хочешь покинуть Гемону и вернуться домой? — спросил Гарлин.

— Не совсем так. Я хочу вернуться на свою родину, хочу повидать родителей, мне нужно получить там образование, чтобы иметь возможность решить проблему с памятью, но и покидать Гемону насовсем я не хочу. Мне нравится этот мир, и я считаю его своим домом. И тебя, Гарлин, я буду продолжать поддерживать. Просто мне придется распределять свое время на два мира.

— А какие у тебя проблемы с памятью? — спросила Рузола. — Вроде я не замечала, что с тобой что-то не так!

— Я ничего не забываю. Мне приходится сознательно прикладывать к этому усилия.

— Так разве это плохо? Я была бы рада ничего не забывать!

— Человеческий мозг ограничен в объеме, и со временем он полностью наполняется нужными и ненужными сведениями, в результате наступает момент, когда перестаешь воспринимать все происходящее с тобой. Со мной такое случилось, когда я находилась в Раминаке. Я не понимала, что происходит, жила как в тумане. Если бы мне не помогли, могла бы и умереть.

— А это трудно, заставить себя забыть что-нибудь? — спросила Вемона.

— Нет, не очень, особенно когда приобретешь навык. Трудно принимать решение, что забыть, а что оставить в своей памяти. У всех людей, если что-то забывается само собой, значит, оно и не нужно, и переживать по этому поводу нечего. А когда сознательно хочешь избавиться от чего-либо в своей памяти, возникают мысли: а вдруг эти события или знания мне когда-нибудь понадобятся! Тут надо учитывать еще и то, что если ты что-нибудь со временем забыла, то это не обязательно навсегда. В случае нужды, в твоей памяти могут всплыть необходимые сведения. А вот у меня, после того как я сознательно что-нибудь забуду, так не получается, я проверяла. Надеюсь избавиться от этого недостатка, но для этого мне надо учиться.

— Понятно. Жаль, что у тебя, оказывается, такие проблемы. Но я рад, что ты не собираешься покинуть нас навсегда! — сказал Гарлин. — А еще я думаю, что заклинания из твоего трофейного амулета, должны изучить и наши маги. Чтобы в случае еще одного столкновения, они хотя бы знали, чего опасаться.

— У меня подобных перстней целых четыре штуки, так что могу поделиться. Только сначала я хочу сравнить их содержимое. А кому конкретно ты хочешь поручить исследования?

— Я и сам хотел бы поработать с подобным амулетом но, боюсь, мне не хватит на это времени. Честно говоря, даже не знаю, кому это дело поручить! Вроде в гвардии полно магов, но они все силовики, не смогут они разобраться в неизвестных заклинаниях. Только ты и остаешься. Однако тебя, как я понял, скоро будет и не найти. Уйдешь в родной мир по своим делам.

— А Грефин?

— Грефин уже не королевский маг. Я ему не доверяю. Человек, который спасая свою жизнь, спрятался во время убийства короля, не достоин этой должности!

— В Ориге живет очень опытная и знающая магиня, ее зовут Нимера. Я слышала, что когда-то ей предложили стать королевским магом, но она отказалась.

— Так она опять откажется от этой должности!

— Может и откажется. Но изучить работу неизвестного амулета, она наверняка будет рада!

Шокированные известием о иномирном происхождении Ольги друзья поначалу даже не спрашивали о том, как живут люди на ее родине, насколько её родной мир похож или отличается от Гемоны. Но они отыгрались в последующие дни. Сразу после очередного заседания Гарлин приглашал ее и Рузолу на обед, где их уже дожидалась Вемона, и вот тут уже так и сыпались вопросы один за другим. Но, как часто бывает, вскоре новизна события утратила свою остроту, и посиделки за обедом и после него перестали растягиваться аж до ужина.

Обнаружение в трофейных амулетах заклинаний подобных тем, над которыми работала в последнее время сама Ольга, значительно ускорило ее собственные разработки. Просто копировать магическую конструкцию зоркости она не стала, потому что обнаружила в нем плетения, назначение которых не поняла, и разбираться с ними планировала позже. А включать в состав амулета неизвестные конструкции она опасалась.

Прошло не так уж много времени, и последний виток плетения заклинания зоркости благополучно состыковался с его начальной частью, ознаменовав, тем самым, завершение работы. Ольга в это время находилась на заседании Совета, которое как раз подходило к своему завершению. Хорошо хоть ждать, долго не пришлось. Испытать заклинание хотелось как можно быстрее, но не в королевском же дворце это делать!

Прибыв собственный шикарный особняк, Ольга сразу направилась в беседку, расположенную в прилегающем к зданию небольшом парке. Если что-то пойдет не так, то беседку не жалко. Конечно, с ее энергетически слабой магией, хоть какой-нибудь взрыв произвести невозможно, но лучше все-таки перестраховаться: неизвестно, как может пойти взаимодействие двух миров при соединении их заклинанием.

Расположившись на удобной скамейке, Ольга вызвала сохраненную в своем теле магическую конструкцию зоркости, и влила в нее энергию, которой, как она надеялась, сильно много не понадобится. По крайней мере, в пределах одного мира она пользовалась подобным заклинанием свободно. Для того, чтобы заглянуть в другой мир, энергии потребовалось раз в два больше, чем обычно. Но сил, к счастью, для этого хватило, хоть и впритык.

Сначала Ольге открылась картина, осознать которую ей удалось не сразу. Понимание пришло позже и как бы скачком, когда воображение сформировало в мозгу картину, которую можно было преобразовать в привычные образы.

Заклинание зоркости передавало изображение прямо в мозг. Это была цветная картинка, показывающая трехмерные объекты, не имеющие четких границ, плавающие в шестимерном пространстве. Причем вид на все был из седьмого измерения, так что, образно говоря, наблюдалось все это великолепие, как бы со стороны. Вряд ли обычный, не обладающий опытом магического зрения человек, смог бы тут что-либо понять. Да и далеко не каждому магу доступно проникнуть взором в седьмое измерение. Отсюда следовал вывод, что либо путешествовать между мирами могут только способные к этому маги, либо существуют амулеты облегчающие навигацию и привязку окна портала к местности.

Доступные обозрению миры были внешне похожи друг на друга, но не абсолютно идентичны. Отличия все-таки наблюдались. Но самое главное, обнаружилось, что если разглядывать трехмерные миры из седьмого пространственного измерения, то можно было увидеть, как бы над ними, знаки непривычной конфигурации, созданные с помощью плетений. Эти знаки имели шестимерную размерность, и сомнений в том, что они имеют искусственное происхождение, у Ольги даже не возникло.

Очертания фигур были схожими, но каждая из них имела индивидуальные отличия. Больше всего это было похоже на подпись к каждому миру. Напрашивался вывод, что какая-то группа людей путешествует по мирам настолько часто, что она озаботилась навигацией и привязала к каждому миру свой собственный индекс.

Для Ольги подобная индексация миров была очень полезной. Шанс заблудиться теперь значительно уменьшился. Особенно если окажется, что надписи имеют какую-нибудь систему, которая помогает выбрать направление для целенаправленного путешествия.

Запомнив индексы Гемоны и окружающих ее миров, Ольга приступила к их детальному обследованию. Начала с себя, вернее с того места, где она в данный момент находилась.

Картина, если так можно назвать то, что довелось наблюдать, мало чем отличалось от того, что видишь при работе с обычным заклинанием зоркости. Почти такие же ауры живых существ, контуры предметов четкие, но без многих подробностей, по сравнению с той, что дает магическая конструкция с меньшим числом пространственной размерности. Зато дальность действия заклинания увеличилась.

Разумеется то, что сейчас удавалось рассмотреть совсем не напоминало то, что видишь глазами при свете дня. Скорее это можно было сравнить с фрагментами картины, попавшей под луч света от фонарика в темной комнате. Конечно, это не слишком удобно, но главное, разобраться, в какое место открывать портал, чтобы при переходе не убиться, было можно. Ведь кое-какие сведения об исследуемом мире, даваемые заклинанием, были весьма ценными, например, состав воздуха, температура окружающей среды, высота растительного покрова и так далее.

Затем подошла очередь и других миров. Рассматривать их было интересно, правда, далеко не каждый мир радовал своим разнообразием. В семи из двенадцати миров в обозримом пространстве поверхность планеты была водной. Причем, судя по волнам, это были не озера, а моря, а то и вовсе океаны. Территория еще трех миров оказалась покрыта лесом. А вот два мира порадовали наличием обрабатываемых полей. Скорее всего, один из них и являлся родной Землей.

Еще один важный факт, на который обратила внимание Ольга, это то, что точка обзора не перемещалась со временем относительно того места, где находилась она сама. Это говорило о синхронности вращения планет как вокруг собственной оси, так и вокруг Солнца, галактики, скопления галактик и так далее.

После завершения магической конструкции зоркости, почти все компоненты заклинания портала в другие миры, были готовы к работе. Это в теории. А на практике нужно было собрать все плетения в одном амулете и синхронизировать их работу, чтобы портал открывался именно там, куда смотришь магическим взглядом. Ну и накопитель нужен достаточно емкий: общее заклинание получилось энергозатратным.

Благодаря пространственным хранилищам, все ценные предметы и инструменты всегда были под рукой, а немалая коллекция драгоценных камней позволила без проблем подобрать подходящий самоцвет для амулета. Таковым оказался сапфир овальной формы в золотой оправе. В одной его части уже было сформировано хранилище энергии, а вторая пока оставалась свободной. Помня о своей магической слабости, Ольга заблаговременно наделала несколько накопителей, которые занимали не все пространство кристалла, оставляя место для другого заклинания.

Разработанные в процессе многочисленных экспериментов плетения накладывались на кристаллическую структуру самоцвета четко и быстро, так что уже через неделю амулет был готов. К этому времени и заседания Совета Пэров завершились. Конечно, множество мелких вопросов и разногласий так и остались нерешенными, но их отложили до следующей сессии, которую запланировали провести осенью. Надоело пэрам спорить друг с другом, решили немного отдохнуть. Да и свои собственные проблемы у них за это время накопились, а не у каждого был толковый родственник или помощник, которому можно довериться. Вот и разъехались по своим имениям.

Заклинание портала можно было сделать в двух модификациях. В одном случае окно портала небольшого диаметра падало сверху, и в процессе своего движения перемещало человека. Наверное, со стороны выглядело бы это забавно, когда у человека исчезает неведомо куда сначала голова, потом туловище, и под конец ноги. Или наоборот, начиналось бы все с ног, и так и так можно было сделать. Но этот способ был сложнее в реализации как раз из-за наличия дополнительных плетений по перемещению портала. И кроме того при этом возникали трудности по позиционированию человека по высоте. Рельеф местности в мирах был различным, а поверхность вовсе не обязательно должна была напоминать ровный стол. И как может аукнуться ошибка при таком способе перемещения, было не известно. Поэтому Ольга остановилась на втором способе, который был более энергозатратным из-за большего диаметра окна, но значительно проще реализовывался.

Первое свое путешествие в параллельный мир Ольга совершила вечером, в сумерках, когда еще все видно, но внезапное появление в чистом поле человека, издалека можно и не заметить. По крайней мере, надежда на это была.

После активации амулета воздух перед ней замерцал, а потом, без всяких вспышек и звуковых эффектов, открылось окно в соседний мир. Портал диаметром под два метра, имел вид выпуклой линзы с мерцающими границами, поверхность которой переливалась радужными цветами. Открывшийся с помощью этой линзы вид, был нечетким. Границы предметов с той стороны размывались и искажались из-за легкой ряби на поверхности диска. Однако, сомнений в том, что там, по ту сторону находится другой мир, не возникало. Поле, явно ухоженное, с зелеными, густо растущими невысокими побегами явно не та картина, которую можно наблюдать в центре столицы королевства.

Осознание того, что рядом возможно находится родной мир, притупило чувство осторожности у Ольги, и она, наплевав на всевозможные риски, сделала шаг в портал. Оболочка линзы немного прогнулась, а потом расступилась, плотно прилегая к телу. Чтобы преодолеть границу между мирами, потребовалось некоторое усилие, правда, сопротивление движению оказалось не слишком сильным. Особо поэкспериментировать для выяснения свойств перехода между мирами не получилось: один короткий шаг, и вот вокруг простерлось ухоженное поле.

Справа, вдалеке, видны покатые крыши одноэтажных домов небольшой деревеньки. Над некоторыми из них вился дымок, выходящий из труб. Спереди и слева — лес. По дороге в сторону строений лошадь везет повозку с возвышающейся над ней копной сена. Сзади обзор перекрывал портал, но полностью скрыть густорастущие, с мощными стволами деревья он не смог. Более внимательный осмотр выявил, что поле поделено на небольшие участки, разделенные тропками, а то и узкими грунтовыми дорожками с колеей, которую могли оставить колеса телеги, но никак не шины автомобиля или трактора. Самой техники в округе тоже не наблюдалось. Так же как и не видно было ни столбов электропередачи, ни асфальтированных дорог, ни признаков присутствия каких-либо других высокотехнологических устройств. Зато воздух был чист, свеж и пах ароматом травы, цветов и леса. Если смотреть вот так отстраненно, со стороны — приятное место. Но маловероятно, что это Земля. Слишком уж тут всепасторально.

Изучать другие миры — интересное дело. Но приключения первооткрывателя придется отложить на неопределенное время. Сейчас главная цель — найти родную Землю. Еще раз, вдохнув чистый воздух, Ольга вернулась на Гемону через все еще открытый портал.

Диск перехода продолжал висеть в дворцовом саду, лишь немного уменьшившись в диаметре, а вместе с ним повис и вопрос о том, как его закрыть. Почему-то выпал он из внимания при создании заклинания. Не найдя лучшего решения, Ольга поглотила энергию из плетений портала собственным телом. Она давно наловчилась это делать с помощью специально созданного магического конструкта. Так что уже через минуту портал схлопнулся. Но на будущее сделала себе заметку, заняться этим вопросом. Наиболее рациональным виделось решение с возвращением энергии назад в накопитель.

Оставался еще один из обнаруженных миров, похожий на Землю. Откладывать его проверку на потом, смысла не было, поэтому вскоре портал вновь замерцал перед Ольгой. Переход мало чем отличался от предыдущего. Разве что сопротивление движению в этот раз показалось более слабым.

Картина, открывшаяся после перемещения, сразу показалась знакомой, и даже в какой-то степени родной. Много раз что-то подобное доводилось видеть во время путешествий поездом или автобусом: обширные зеленые поля, перемежающиеся посадками деревьев, вдали виднелись столбы электропередач, а еще дальше передвигался колесный трактор. Сомнений не осталось — это Земля!

Глава 27

Осмотревшись более внимательно, и еще более уверившись, что дорога домой, наконец найдена, Ольга вернулась на Гемону, и закрыла портал. Без денег и документов, в одежде не соответствующей принятой на родине, путь к родному городу грозил обернуться разного рода неприятностями. Лучше, пожалуй, сначала добраться до замка графа Гиди, и уже оттуда осуществлять переход на Землю. Так она может переместиться прямо к своему дому, если за прошедшее время взаимное расположение поверхностей планет не изменилось.

Завершение работы над портальным амулетом означало начало нового этапа в жизни Ольги. Но Ольга не собиралась навсегда покидать Гемону. Ей нравился этот мир, который был во многом более чистым, честным и справедливым, чем на Земле. А потому, просто все бросить и уйти она не могла и не хотела. Она сразу предупредила Гарлина и Вемону, что добилась успеха в создании портального амулета. Естественно, обоих очень заинтересовала возможность путешествовать по мирам. Что король, что королева по очереди побывали в некоторых из них, в том числе и на Земле. Увидели, конечно, мало чего нового. Те же деревья, поля и люди, что и на Гемоне. Людей, правда, довелось наблюдать только издалека. И местных крестьян зря пугать, не следовало, а уж провоцировать к непонятному явлению и к неизвестным людям внимание властей на Земле, и вовсе не хотелось.

Король, хоть и огорчился скорому отбытию своей верной помощницы, но остаться в столице ее не уговаривал и тем более, не препятствовал ее отъезду, который, правда, случился не сразу. Сначала Ольга сделала парные амулеты связи. А то у нее не было возможности связаться с Гарлином, поскольку старый амулет, так и остался у его сестры. Так что несколько дней ушло на эту работу, а также улаживание мелких дел, связанных с ее столичным дворцом и личной ротой, которая оставалась в столице. Подумав, она решила, что связь с ее заместителем роты, а как и с управляющим дворца, тоже не мешает поддерживать. И на всякий случай она изготовила средства связи и с Зерником, который уже неплохо так укрепился в кресле начальника полиции королевства. Все это требовало времени, поэтому полторы недели Ольге пришлось упорно трудиться как какому-нибудь подмастерью. «Нелегкая доля быть герцогиней», вздыхала она про себя.

А тут еще Гарлин перед самым отправлением поручил сопроводить роту гвардейцев, которую он выделил для усиления гарнизона в ее герцогстве. В дальнейшем увеличивать численность войск до полка следовало уже силами подчиненных Ольге офицеров. Снаряжение, снабжение и содержание войск требовали немало денег, поэтому герцогству Орхи король передал в подчинение город Оригу. Соответственно и налоги с города, которые раньше поступали в столицу, теперь оставались в распоряжении Ольги. В результате герцогство стало полностью автономным и финансово независимым от центральной власти образованием. Таким образом, Гарлин завершил создание центра силы, который, по его мнению, должен был стать противовесом возможным выступлениям аристократии против него. Теперь он чувствовал безоговорочную поддержку двух мощных территориальных образований: герцогства Акерги с его портом и военным флотом, и герцогства Орхи, усиленное его собственным старанием. И это добавляло ему спокойствия и уверенности в своих силах и, безусловно, являлось сдерживающим фактором для разного рода оппозиции.

Вечером, накануне отъезда из столицы, Ольга зашла попрощаться к Адрику. Виконт уже избавился от депрессии, являвшейся следствием смерти одних его друзей и предательства других. Время залечило душевные раны, и он уже не рвался в имение графа Гиди, чтобы провести свою дальнейшую жизнь в хозяйственных хлопотах. Теперь перспектива занять какой-нибудь высокий государственный пост не вызывала в нем неприятия. А возможности для роста на политическом поприще, благодаря родству с королевой, у него были великолепные.

Адрик был дома, но судя по нарядной одежде, либо только что вернулся, либо наоборот, планировал отправиться в гости.

— Куда-то собираешься? — спросила Ольга после приветствий.

— Меня на ужин граф Солер пригласил.

Ольга за время жизни в столице познакомилась уже со многими людьми, представляющими элиту аристократического общества королевства. Графа Солера она тоже знала, тем более что тот являлся пэром, так что встречаться с ним доводилось, чуть ли не каждый день. А еще у графа была внучка — веселая симпатичная блондинка, которая не испытывала по отношению к Вемоне никаких отрицательных чувств, а потому удостоилась чести стать фрейлиной королевы.

— Мне нравится Онада — веселая, незлобивая и некапризная девушка. Думаю, для тебя это будет хорошая партия.

— Причем тут Онада? — спросил Адрик, но голос его прозвучал как-то неуверенно.

— У графа внучка на выданье, ты — наследник Гиди, брат королевы, не женат. Думаю, что приглашая тебя, граф не забывал об этих обстоятельствах. Ты уже познакомился с ней?

— Несколько дней назад Онаде исполнилось семнадцать лет. Я был в числе приглашенных.

— Вот видишь, граф явно нацелился на тебя в качестве жениха! И как тебе она?

— Хорошая девушка, добрая.

— Рада за тебя.

А в сердце будто кольнуло. Видно, старая привязанность, несмотря на прошедшее время, не исчезла до конца. Но уподобляться собаке на сене, все же не следует. Ольга грустно улыбнулась, и сказала:

— Я, собственно попрощаться пришла. Завтра уезжаю в свое герцогство. К вам тоже собираюсь заехать.

— Передай отцу, что у меня все хорошо. Когда вернешься?

— Точно не знаю, думаю, что не скоро.

— В любом случае, удачи тебе!

Дорога в поместье Орхи прошла без всяких приключений. Оно и не удивительно, что может случиться, когда тебя сопровождает рота гвардейцев?!

Замок, благодаря тому, что он был захвачен у сторонников старого герцога с помощью хитрости, получил не слишком большие повреждения. Если бы не защищающие его маги, которые применили несколько мощных заклинаний, то никакого ремонта и вовсе не потребовалось бы. Впрочем, нанятые работники уже привели помещения в нормальное состояние, так что новая хозяйка приняла дворец в целости и во вполне приличном виде.

Следующие несколько дней прошли в хозяйственных хлопотах. Пришлось принимать отчеты управляющих, как самого имения, так и различных предприятий, перешедших новой герцогине по наследству. Кроме того, немало времени заняли совещания с командирами рот и штабом пока еще не полноценного полка. Обсуждали вопросы размещения и снабжения личного состава.

Сама Ольга устроилась в бывших покоях старого герцога. Во время захвата замка кабинет и спальня серьезно пострадали но, как уже говорилось, ремонт в них закончился, старую, сломанную мебель выкинули, и из Ориги привезли новые кровати, столы, шкафы и тому подобное.

Тайников в комнатах обнаружить не удалось. В кабинете находился новый металлический шкаф, к которому прилагалась связка ключей но, увы, с совершенно пустыми полками. Как пояснил дворецкий, раньше тут стоял другой сейф, но захватившие замок гвардейцы, его взломали, и найденные деньги поделили. Сообщил эту новость он с легкой усмешкой, так что Ольга почувствовала некоторую недосказанность. Но решила разобраться с этим позже.

Продуктовые и винные погреба тоже получили немалое разорение. Но если запасы еды рота гвардейцев успела приговорить практически полностью, то с вином картина выглядела более радужно. По словам управляющего, примерно две трети запасов удалось сохранить, в том числе и особо ценные бутылки с элитным вином. Причиной этого стали как большие запасы вина, так и деятельность гвардейских командиров, которые старались поддерживать боеготовность своих подразделений и ограничивали потребление спиртных напитков подчиненными.

После завершения осмотра состояния замка и проверки работы директоров предприятий Ольга вызвала для разговора управляющего имением Жульбера Лацина. Это был невысокий, средней упитанности, как говорил Карлсон, мужчина лет сорока пяти. Старый герцог, назначая способного, тогда еще и молодого человека главным экономом, сделал его и дворянином. Хоть земли к дворянскому званию и не прилагались, в данном случае, но социальный статус Жульбера, сразу скакнул вверх, что само по себе было неплохой наградой.

Сейчас управляющий оказался в подвешенном состоянии. Он честно трудился уже лет десять на своем посту, но неизвестно как оценит его деятельность новая владелица имения. А потому с волнением ждал важного для себя разговора.

— Господин Жульбер, я не обнаружила недочетов в управлении подотчетного вам хозяйства. И уж тем более вы не совершали, каких либо злоупотреблений и хищений, по крайней мере, крупных, — начала разговор Ольга.

— Уверяю вас, мелких хищений, я тоже не совершал!

— Не спорю. Просто насчет крупных, я счета проверила, а мелкими не заморачивалась. Но я не об этом. У вас какие планы на дальнейшую свою жизнь?

— К сожалению, ничего определенного по планам, сказать не могу! Просто от меня сейчас ничего не зависит. Тут уж скорее мне у вас надо спрашивать о ваших намерениях в отношении меня.

— Похоже, перед нами обоими стоят похожие вопросы в отношении вашего будущего. Поэтому давайте сразу внесем тут ясность. Вы согласны и дальше заниматься экономикой герцогства?

— Согласен, — сразу ответил Жульбер, внутренне облегченно вздохнув.

Ольга тоже была довольна: теперь тратить время на поиски подходящего человека не придется. Недолго обсудив с управляющим основные направления его деятельности, она уже хотела закончить разговор, но тот не спешил уходить:

— У меня есть для вас новость, скорее всего приятная.

— Приятные новости я люблю! Рассказывайте.

— Как только стало понятно, что нас атакуют, мы с Эргоном — это дворецкий, вы с ним виделись уже, открыли сейф в кабинете герцога, и перепрятали находящиеся в нем документы и большую часть денег. Полагаю, теперь уже можно вернуть ценности на место.

— Да, действительно, неплохая новость. А почему не все деньги из сейфа забрали?

— Тогда бы захватчики могли догадаться, что сейф очистили, начали бы искать пропавшие сокровища, а то и пытать. Мы ведь не знали, что замок штурмуют гвардейцы короля. А так, денег немного, но они есть. А сколько их должно быть, никому из посторонних и невдомек.

— Вы приняли правильное решение, одобряю. И сейчас вы тоже правы: деньги можно уже вернуть на место. Идемте. Заодно посмотрю, что это за тайник такой, что я не смогла его обнаружить.

— Э-э, наверное, нужно взять кого-нибудь из мужчин, что бы помог золото донести.

— Такая большая сумма?

— Две с половиной тысячи золотых. И еще саквояж с документами. Но саквояж я и сам дотащу.

— А с деньгами уже я управлюсь!

Идти за ценностями пришлось достаточно долго. Сначала спустились в подвал, в дальнем конце которого, скрытая большой бочкой, с плескавшимся на дне вином, находилась тяжелая дубовая дверь, ведущая в подземный коридор. Во время осмотра замка, проведенного Ольгой в предыдущие дни, она поленилась сюда подходить и в результате пропустила столь интересную особенность подземелья. Заканчивался коридор еще одной дверью, на вид такой же мощной, как и входная. Но управляющий направился не к выходу, а остановился у каменной стены, которая в этом месте ничем не отличалась от других участков. После чего засунул руку в неприметную нишу, что-то там сделал, судя по звуку, повернул рычаг, после чего часть каменной кладки отъехала в сторону, открыв проход в небольшое помещение с деревянными стеллажами, занимавшими большую часть его объема.

— Эту секретную комнату мне показал старый управляющий, когда передавал мне дела, — пояснил Жульбер. — В ней тогда почти ничего не находилось. Всего лишь один ящик с кристаллами горного хрусталя, небольшая шкатулка с топазами и сабля с черным лезвием.

— А это тогда кто натащил? — спросила Ольга, показывая на полки почти полностью занятые разнообразными ящичками, шкатулками и всевозможного вида оружием.

— Так герцог Симон Орхи и натащил! Он тоже знал о наличии потайной комнаты.

— А что тут вообще хранится? Кроме оружия, которое я и так вижу.

— Из того что я знаю, различные амулеты и драгоценные камни. Но тут много вещей, которые герцог сюда лично поместил, поэтому мне не все содержимое этих ящичков и шкатулок известно.

— Ладно, с этим я после буду разбираться. Пока давайте заберем деньги и документы. И вы еще говорили о драгоценных камнях, покажите их. Мне, как магу-артефактору это интересно.

Самоцветы хранились в трех деревянных сундучках небольшого размера. Правда, это как считать. Если учитывать их содержимое, то маленькими их точно не назовешь. Изящную резьбу на стенках шкатулок можно было считать произведением искусства, а их содержимое просто завораживало. Красные рубины в одной, синие сапфиры во второй и переливающиеся радугой бриллианты в третьей. Кристаллы лежали плотными рядами в гнездах на деревянных пластинах, покрытых бархатом. Здесь были круглые, овальные и прямоугольные камни с размерами от пяти миллиметров в поперечнике до двухсантиметровых. Правда, бриллианты в целом были помельче, не больше сантиметра в диаметре. Но главное, что поразило Ольгу — это то, что на отдельно взятой пластине лежали одинаковые как по размеру, так и по форме самоцветы. Подобного единообразия ей до сих пор встречать не приходилось, несмотря на то, что камней она видела немалое количество. Да оно и неудивительно, в природе кристаллы растут в разных условиях, оттого и не встречается два одинаковых камня.

То, что тут лежат не стекляшки, по ауре определялось легко. Так что по всему выходило, что эти камни — искусственно происхождения. Об этом говорила и нехарактерная чистота самоцветов с минимальным количеством дефектов.

— Где герцог нашел такое богатство? Очень необычная подборка камней! — спросила Ольга.

— Эти шкатулки я впервые увидел в руках у магов, которые в последнее время постоянно находились рядом с герцогом. Думаю, они их и принесли.

— А когда эти маги здесь появились?

— Сейчас точно и не скажу. Думаю, лет пять, как они тут обосновались.

— А откуда они приехали?

— Не знаю, ваша светлость. Появлялись неизвестно откуда, а потом внезапно исчезали. Они почти ни с кем не общались, только с герцогом. Вели себя обособленно, между собой разговаривали на неизвестном языке. А я знаю все четыре языка, на которых разговаривают в нашей части света.

— А сколько их было, этих пришлых магов?

— Я видел только четырех. Обычно рядом с герцогом находился один маг, редко два. И только в последнее время, как раз перед смертью старого короля, они появились сразу все четверо.

Получалось, что все маги, попавшие на Гемону предположительно из другого мира, погибли. Одного Ольга убила во время последней ее встречи с герцогом и троих при попытке похищения принцессы Оранды. И это было скорее хорошо, чем плохо, поскольку вселяло надежду, что на этом и закончится непонятная возня вокруг трона Ларии.

Самые важные дела в герцогстве в основном были закончены, подчиненные озадачены, так что можно было ехать в гости к графу Гиди, чтобы уже оттуда попытаться попасть на Землю. Вероятность того, что родной мир найден, была почти стопроцентная. Ольга еще раз совершала переход уже отсюда, из замка Орхи. И попала на окраину небольшого районного городка. Видела линии электропередач, шоссе, движущиеся машины, вот только что написано на номерах не разглядела. Только это и оставляло маленькие сомнения в том, что этот мир является Землей.

В графство Гиди поехали давно привычной небольшой компанией, в которую входила сама Ольга, Ринк, Шарч и трое наемников, вместе с которыми путешествовала уже почти год. Расстояние между двумя замками было не очень большое так что, выехав утром, уже к вечеру члены отряда спешивались у конюшни графского дворца.

Титул гостьи, был значительнее графского и, учитывая этот факт, хозяин замка вышел встречать герцогиню самолично. На этот раз ее разместили в одних из самых комфортабельных апартаментах, располагавшихся недалеко от графских покоев. Кроме трех комнат в них имелась ванная, к обустройству которой, в свое время, приложила руки и мозги и сама Ольга. Одну из спален занял Ринк, Шарч сразу по приезду побежал проверять территорию, забежав по пути и на кухню, где его еще помнили и узнали, а потому, не скупясь, накормили отварным мясом. Охранников разместили в комнатах для служащих среднего уровня.

В честь приезда герцогини и ее пажа, был спешно организован званый ужин. Ольгу подобный подход к своему визиту несколько напрягал. В ее планах на дальнейшую жизнь важное место занимали как Земля, так и Гемона. И перемещаться между двумя мирами, хотелось бы тихо и незаметно. А тут прямо торжества устраивают! Эту проблему требовалось как-то решить, но не в данный момент времени, конечно.

Застолье прошло под пересказ столичных сплетен, и о ходе дебатов на заседаниях Совета Пэров. Не преминули поговорить и об Адрике. Новость о его увлечении дочерью семейства Солеров, привела хозяев замка в отличное расположение духа. Графа и его жену очень тревожила депрессия наследника, возникшая после ранения, а его увлечение девушкой давало надежду на то, что скоро их сын выздоровеет не только телом, но и душой, и станет как прежде веселым и энергичным. А тот факт, что эта девушка принадлежит знатному роду, позволял строить планы на скорую женитьбу.

Долго засиживаться за столом, не стали. Хозяева сочли, что гостья устала с дороги, и не противились её скорому уходу. Спать впрочем, совершенно не хотелось, да и особой усталости привычные к путешествиям что Ольга, что Ринк, не ощущали. А вот поговорить со своим другом Венисом, Ольге очень хотелось. Поэтому то, что ужин не слишком затянулся, ее обрадовало.

Венис, как обычно в после смерти своего наставника Краста, находился в башне, которая служила ему и спальней и библиотекой и лабораторией. Благо помещений в ней для этого было вполне достаточно: на каждый этаж по комнате, а всего таких этажей насчитывалось пять. Так что вполне себе приличная башня колдуна получилась.

Молодой маг уже знал о приезде Оли — его давнего и верного друга. Правила приличия предписывают гостье оказать внимание хозяевам, коими являлись граф и его жена, поэтому он терпеливо ждал, своей очереди, и чтобы не томиться в ожидании углубился в изучение очередного трактата о создании магических артефактов. Наконец, послышались легкие шаги на лестнице, ведущей в кабинет.

— Оля, как я рад тебя снова видеть! — воскликнул Венис, обнимая девушку.

— Я тоже! Как ты тут?

— Да все хорошо у меня. Лучше покажи портальный амулет!

То, что у Ольги получилось создать артефакт, о котором мечтала несколько лет, Венис знал благодаря устройствам связи. Но вживую он его, естественно, не видел. А потому сейчас он увлеченно принялся рассматривать кулон с заклинаниями и на некоторое время целиком погрузился в изучение магической конструкции.

— Как-то все замысловато! — поделился он впечатлением, спустя некоторое время. — Я не понимаю назначение некоторых участков заклинаний и, такое впечатление, что не все вижу.

— Так и есть. Некоторые плетения имеют пространственную размерность равную семи, а ты различаешь не больше шести измерений. Но амулетом ты все равно можешь пользоваться, нужно только энергию в заклинания подать.

— Покажи хоть, как он работает.

Помещение лаборатории было достаточно большим, а стеллажи и шкафы расположены вдоль стен. Так что после того как сдвинули в сторону стол и убрали стулья появилось вполне достаточно места для портала. Накопитель в амулете был полон, осталось только выбрать мир и место открытия окна.

Выбор, вполне естественно пал на Землю. Уже стемнело, а окно перехода не привлекает к себе внимания оптическими эффектами. Осталось только найти безлюдное место.

Ольга сосредоточилась, и магическим зрением проникла в мир, предположительно являющимся Землей. И еще раз убедилась, что не ошиблась. Точка обзора находилась над поверхностью, не слишком высоко, но выше крыш невысоких хрущевок, которыми был застроен этот район города. Это позволило быстро сориентироваться и найти свой дом. Во дворе оказалось довольно оживленно, так как время было еще не слишком позднее. Играли дети, мимо сновали припозднившиеся прохожие и открывать здесь портал, показалось делом рискованным. Зато родной подъезд, закрытый дверью с электронным замком, был пуст, а места на площадке первого этажа для открытия окна вполне хватало. Вот туда Ольга и шагнула, активировав амулет.

В самом подъезде стояла тишина, только с улицы доносился шум машин да голоса играющих детей. Сердце учащенно забилось. Совсем рядом, на третьем этаже находилась квартира, в которой довелось прожить всю сознательную жизнь. Ольга, забыв обо всем, помчалась наверх. Вот и до боли знакомая дверь, кнопка звонка на старом месте. Внутри раздался негромкий перезвон, и спустя некоторое время щелкнул замок, и в проеме появилась мама. Она даже не спросила, кто там! Свет от лампочки на стене подъезда бил ей в глаза, оставляя лицо Ольги в тени, да и пятый год после пропажи дочери пошел, вот и не узнала сразу.

— Вам кого? — спросила мама, вглядываясь в лицо гостьи.

— Мама, это же я, Оля! Мама, что с тобой?!

Конец четвертой части.

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://zelluloza.ru/books/11385

Оглавление

глава 1

главы 2 и 3

Главы 4 и 5

Главы 6 и 7

Главы 8 и 9

Главы 10 и 11

Главы 12 и 13

Главы 14 и 15

Главы 16 и 17

Главы 18 и 19

Главы 20 и 21

Главы 22 и 23

Главы 24 и 25

главы 26 и 27

Nota bene