Рождество во Флоренции [Елена Чернова] (fb2) читать постранично

Елена Чернова Рождество во Флоренции

Флоренция воспринималась, как сплошные статичные формы и линии. Если Милан — это динамика, то здесь: красно-коричневый купол Санта-Мария-дель-Фьоре — монументальный силуэт. Мост Ponte Vecchio — очертания желто-черных неровных кубиков мастерских и ювелирных магазинов. Река — две прямые линии, внутри которых легкий ветерок неспешно перебирает мутные воды, почти не создавая движения. Ниши, арки, полуколонны.

Настя стояла на одном из мостов. Вода в Арно и вправду была абсолютно непрозрачной. Тайны и загадки города Медичи были надежно скрыты зданиями, прятались за старыми фасадами, были замурованы в вековых стенах.

Руки немного мерзли без перчаток, Настя даже пожалела, что оставила их в номере. Кольцо, которое бывший подарил на их помолвку, как будто стало ей велико и свободно ходило вверх и вниз. Она сняла его, повернув так, чтобы поймать бриллиантом еще такой робкий первый солнечный луч.

— Какой красивый рассвет!

Неожиданный голос за спиной заставил девушку вздрогнуть и… выронить украшение.

Что? Кольцо и правда в одну секунду поймало тот самый блик утренних лучей и всполохом исчезло в темной воде реки. Анастасия повернулась к источнику голоса, не веря в то, что произошло.

Однако, рядом уже никого не было, в нескольких же метрах виднелась спина удаляющегося мужчины, итальянца в длинном черном пальто. Пройдя несколько метров, до того, как спуститься к Санто-Спирито, он обернулся и бросил на растерянную девушку быстрый взгляд.

Проишествие испортило настроение. Настя решила сменить маршрут — вернуться обратно к centro storico (историческому центру). Было ещё всего около 8 утра. Улицы были почти пустынны, камни мостовых блестели после ночного дождя, рождественские гирлянды уже не горели. Вскоре стало шумно — начали разгружать машины у магазинов и кафе, а первые прохожие пошли на работу. Начиналась обычная рутинная жизнь, а волшебство ночной Флоренции на время исчезло, испугавшись шума уборки улиц и торжества бытовых вещей.

Настя, же, не бежала сама, как обычно, в офис, в это время, а оказалась внезапно праздно слоняющейся личностью. Она зашла в открывшееся кафе и пристроилась у стойки, взяв чашку эспрессо.

Отношения, которые несколько лет стремились к свадьбе, неожиданно рухнули, как тот самый, часто упоминаемый, карточный домик. В это время она должна была быть в другом городе, украшать милый уютный дом к католическому Рождеству, печь панеттоне. Но вместо этого, отношений больше нет, Настя одна в холодной и темной Флоренции, и вот, к тому же, ее кольцо теперь утонуло в реке Арно.

Ни красота Флоренции, ни вкусная еда не трогали чувства… Отель также навевал мрачные мысли, и Анастасия пожалела, что сэкономила при его выборе. Возможно, в более роскошном номере, уют и комфорт согрели бы душу. Но номер был маленький, душный, темный, тесный, холодный, и она снова уходила на улицы тосканской столицы, теряясь в толпе, дыша морозным, но свежим воздухом, стараясь уловить хоть какое-то движение города или мыслей.

Рождественская Флоренция была действительна роскошна. На улицах светились массивные золотые гирлянды, празднично отражаясь в окнах ресторанов и кафе. Арочные двери магазинов, обрамленные елочными ветвями, были гостеприимно распахнуты. Люди торопились купить подарки своим близким. Играла музыка, шуршала упаковочная бумага. Все столики, даже уличные, несмотря на холод, в ресторанах были заняты. Рождественский вертеп на Соборной площади настраивал на праздник.

Ближе к ночи Настя зашла в один из ресторанов около Ponte Vecchio. Принесли горячие домашние хлебцы, тосканский сыр и мед. Еда обжигала, то ли залечивая, то ли наоборот раздражая сердечную рану. Флорентийский стейк заказывали только пары и компании, его аромат витал в воздухе. но был недоступен. Даже улыбка и комплименты бармена не поднимали настроение, а, скорее, подчеркивали грусть. Радость жизни вместе с кольцом, похоже, лежала на дне реки.

Вскоре, немногочисленные посетители начали расходиться, Настя подумала, что пора бы вернуться в отель и постараться забыться до утра. Пешком до отеля было около десяти минут, нужно было выйти к пьяцца Сан Марко.

Рождественские огоньки тепло сияли, указывая дорогу, стало немножко веселее. Однако, пройдя несколько метров по темной улице, девушка вдруг увидела того самого «утреннего» итальянца в черном пальто. Он запихивал в машину что-то, очертаниями напоминающее женский силуэт, заворачивал в плед.

Настя закрыла руками лицо, стараясь сдержать крик, но не удержалась. Незнакомец поднял глаза, захлопнул багажник, и быстрым шагом направился ко ней. Она побежала, но через несколько метров, упала, зацепившись каблуком о камни мостовой.

— Я хочу жить! Я только сейчас поняла, как же сильно я люблю жизнь! — пронеслось в голове у Анастасии.

— Сеньора, вы не ушиблись?

Зловещий преследователь склонился надо девушкой, но почему то, просто галантно топтался рядом, совсем --">