Прочитал 4.5 книги общее впечатление на четверку. ГГ - ивалид, который при операции попал в новый мир, где есть система и прокачка. Ну попал он и фиг с ним - с кем не бывает. В общем попал он и давай осваиваться. Нашел себе учителя, который ему все показал и рассказал, сводил в проклятое место и прокачал малек. Ну а потом, учителя убивают и наш херой отправился в самостоятельноя плавание Плюсы 1. Сюжет довольно динамический, постоянно
подробнее ...
меняется, постоянно есть какая-то движуха. Мир расписан и в нем много рас. 2. Сама система прокачки - тут нет раскидывания характеристик, но тут есть умения и навыки. Первые это то, что качается за очки умений, а второе - это навыки, которые не видны в системе, но они есть и они качаются через повторение. Например, навык ездить на лошади, стрелять из лука и т д. По сути это то, что можно натренировать. 3. Не гаремник и не философ, хотя на старте книги были подозрительные намеки на гаремник. Минусы 1. Рояли - лит рпг, куда ж без этого - то многоликий, то питомица, то еще какая муть 2. Нарушения самого приницпа системы - некоторые вещи типа магии ГГ получил тренировками (выпил зелье), создал огненный шар, создал ледяную сосульку - и это до того, как у него появилась книга. 3. Отношение окружающих к ГГ - все его игнорят, а он такой красивый и умный бегает где хочет и делает что хочет, закрывает экслюзивные задания в разных гильдиях. А еще он спасает какого то супер командира из плена орков и никто ему не задает вопросов (да его бы задрали допросами). Или например идет в гильдию магов как эльф, прячет лицо под капюшоном - и никто из учителей не спрашивает - а кто это такой интересный тут. В общем полно нереальных вещей. 4. Экономическая система - чтобы купить кольцо на +5% к возможностям надо 200-300 тыс денег отсыпать. При этом заработать 3к-6к в подземелье уже очень неплохо. Топовые эликсиры по 10 лямов стоят. В общем как то не бьется заработок и расход. 5. Самый большой недостаток - это боевка. Чел бегает в стелсе и рубит орков пачками. У него даже задания - убить 250 орков. Серьезно? И вот ГГ то стрелой отравленной убьет пачку высокоуровненных орков, то гранатами их приложил, то магией рубанет. Ну а если кто то героя достанет мечем и перебьет ему кость, то магией себя подлечит. Ну а в довесок - летучая мышь диверсант, которая гасит всех не хуже чем сам ГГ. Вот реально имбаланс полный - напрягает читать такое, нет здоровой конкуренции - ощущение что чел просто рубит всех мимоходом. В общем с одной стороны довольно оригинальная подача самого мира, системы прокачки и неплохого движа. С другой стороны ощущение картонности врагов, старнная экономическая модель, рояли на ровном месте, нет сильных врагов - тут скорее идея количество против одного ГГ.
Аверинцев С. С. Порядок космоса и порядок истории в мировоззрении раннего средневековья. С. 269–270.
89
Ольсен Г. О циклической и линейной концепциях времени в трактовке античной и раннесредневековой истории / / Цивилизации. Вып. 2. М., 1993. С. 205. Г. Ольсен пишет буквально следующее: «Мечта Оригена состояла в том, чтобы, двигаясь вперед, мы могли бы одновременно двигаться вспять» (Там же. С. 205).
61
Pichon R. Op. cit. P. 367.
90
Лактанций не был первым, кто стремился увидеть в ветхозаветной истории символы или прообразы настоящего, равно как и будущего. В «Диалоге с Трифоном Иудеем» Юстин Философ, аллегорически толкуя некоторые события ветхозаветной истории, апеллируя, в частности, к законам Моисея, обнаруживает в прошлом символы, предвещавшие Первое Пришествие Христа: «...перечисляя и все прочие постановления Моисеевы, я мог бы доказать, что они были прообразами, символами и провозвестиями того, что случилось с Христом» (Jus. Dial. 42). Подобная концепция ветхозаветного прошлого получила широкое распространение в христианской апологетике, в частности, она характерна для исторического сознания Евсевия Кесарийского: Кривушин Н. В. Ранневизантийская церковная историография. СПб., 1998. С. 61–63.
34
Соколов В. С. Историческая концепция Лактанция / / 1966. С. 337–340 литературы
62
Trompf G. W. Op. cit. P. 231–241.
7
Brandt S. Op. cit. S. 26.
35
Соколов В. С. Историческая концепция Лактанция / / Вопросы античной литературы и классической филологии. М.,
1966. C. 336.
162
Лосев А. Ф. Античная философия истории. С. 96.
8
О принятии Лактанцием христианства после его приезда в Никомедию см. вступительную статью М. Пиррена к Lactance. L'ouvrage du Dieu créateur / Ed. M. Perrin. Paris, 1974. P. 13–14; Wlosok A. Lactanz und die philosophische Gnosis. Heidelberg, 1960. S. 191 п. 28. Точки зрения о крещении Лактанция еще в Африке придерживаются: Monceaux Р. Histoire littéraire de l'Afrique chrétienne. Vol. 3. Paris, 1920. P. 292; Stevenson J. The Life and Literary Activity of Lactantius / / Studia Patristica I. Texte und Untersuchungen. Bd. 63. Berlin, 1957. S. 666.
163
Перевод отрывков из «Божественных установлений» Лактанция выполнен по изданию: Lactantius. Opera omnia / / Corpus Scriptorum Ecclesiasticorum Latinorum / Eds. Brandt S., Laubmann G. T. XIX. Wien, 1893. (Лактанций приводит цитаты из Библии в Латинском варианте. Перевод используемых Лактанцием отрывков из Ветхого и Нового Заветов выполнен нами без учета существующих версий Синодального перевода.)
135
См., например: Прокопьев С. М. Мелитон и Ориген о позитивной роли Империи в становлении и развитии христианства / / Государство и власть: проблемы истории, экономики и культуры. Иваново, 1997. С. 56–58. «Совпадение» историй христианства и Рима могло восприниматься в апологетической литературе на уровне фиксирования событийного параллелизма (расцвет Империи при Августе и одновременно с этим расцветом – Пришествие Христа); и в то же время христианская мысль (в лице Оригена) воспринимала Рим и как силу, дающую «благотворный импульс в распространении Евангелия, обеспечивая в первую очередь мир»
179
Cic. De natur. deor. II.XXIV.62.
136
Арнальдо Момильяно, впрочем, не считает уместным говорить о появлении христианской историографии в этот период, когда мы имеем дело с отдельными, достаточно консервативными по форме образцами христианской исторической мысли, и относит время ее возникновения к V–VI вв. См.: Momigliano A. Pagan and Christian Historiography in the Fourth Century A. D. P. 97.
31
Там же. С. 173.
59
Christensen A. S. Op. cit. P. 20.
137
Ibid. P. 92–93. Это мнение приводит в своем исследовании Дж. Дзеккини: «политическая победа обеспечила гегемонию культурную (по крайней мере в историографии)» – Zecchini G. Op. cit. P. 171.
32
Там же. С. 177.
159
А. Кристенсен считает, что использование Лактанцием в описании битвы у Мульвийского моста цитаты из «Энеиды» Вергилия превращает сражение из исторического акта в событие-символ, столкновение войск Константина и Максенция уподобляется битве латинян с троянцами – Christensen A. S. Op. cit. P. 40. В подобной трактовке битва усиливает проводимое Лактанцием на протяжении всего трактата противопоставление двух миров – аристократического, римского, с одной стороны, и варварского, с другой – Roller K. Op. cit. S. 37–38.
Последние комментарии
1 день 8 часов назад
1 день 15 часов назад
1 день 15 часов назад
1 день 18 часов назад
1 день 21 часов назад
1 день 23 часов назад