Ослиная скамья [Бранислав Нушич] (fb2) читать онлайн

Бранислав Нушич Ослиная скамья

Помните ослиную скамью? Это самая последняя скамья в каждом классе начальной школы. На ней обыкновенно сидят горемыки, на которых срывает свою злость учитель, получивший в тот день неприятное распоряжение из министерства или поссорившийся с женой. На эту скамью сажают плохих учеников, а в каждом классе уже заранее известно, кто будет плохим учеником. Им обязательно окажется сын мусорщика, сын фонарщика или рыбака Проки, сын рассыльного Миты или Симы-жестянщика, или сын ночного сторожа Йоцы. Ну и довольно, потому что на одной скамье больше и не поместится.

На первой и второй скамьях сидят лучшие ученики, на третьей и четвертой – хорошие, на пятой и шестой – средние, ну, а на последней, ослиной, – плохие.

Зайдите в любую школу, подойдите к первому попавшемуся на глаза ребенку, положите ему на головку руку и спросите:

– Ты, малыш, чей?

Ребенок ответит, и вы сразу же поймете, почему он сидит именно на этой, а не на другой скамье. На первой сидит, конечно, сын господина министра, а рядом с ним сын подполковника Джокича. Затем идет сын господина Перы, торговца с главного базара, далее сын господина Томы, учителя, которого министр частенько назначает ревизором, рядом сын господина окружного кассира и тут же, в виде исключения, на первую скамью забрался какой-то оборвыш, но он сын журналиста. У его отца очень острое перо, и он иногда пописывает о школьных делах.

Известно, кто сидит и на второй, и на третьей скамье: это сын господина протоиерея, сын начальника податного управления, сын Миты-трактирщика, сын коллеги учителя, сын господина Розенфельда, агента страхового общества. Этот мальчик учится довольно плохо, но из уважения к отцу-иностранцу посажен на хорошую скамью, чтобы не подумали, будто «мы, сербы, невоспитанны и грубы».

Все сословия распределены по скамьям в строгом порядке: сын хозяина бакалейной лавки, сын мясника, сын члена управления общины, сын одной вдовы, сын другой вдовы и так – до ослиной скамьи.

Стоит только войти в школу и положить руку на головку первому попавшемуся ребенку и спросить его: «Ты, малыш, чей?» – и по его ответу тут же можно определить, на какой скамье он сидит.

А в жизни разве не так? Вникните в нашу жизнь, положите руку кому-нибудь на голову и спросите его:

– Ты чей?

И, выслушав ответ, вы будете точно знать, на какой скамье он сидит. Этому нас с детства научили в школе, с этой привычкой мы входим в жизнь. В жизни тоже есть первая, вторая, третья и четвертая скамьи. Есть, конечно, и скамья ослиная.

Не надо спрашивать, кто сидит на ослиной скамье. Сидят именно те, на которых срывает свою злость учитель. Истощился, скажем, бюджет, израсходованы Деньги на разные приемы и угощения, на всякие Интриги и их распутывание. Как же поступает учитель? Он ударит по тем, которые сидят на ослиной скамье:

– Снизить им жалование на сорок пять процентов!

А сидящим на первой и второй скамьях? Э, это хорошие ученики, их надо наградить.

– Пиши указ – повысить их по службе на два чина.

Вникните, только вникните в жизнь, положите руку на голову какого-нибудь мальчугана, который сидит на первой скамье, и спросите его:

– Чей ты, малыш?

– Я сын Симы Янковича, народного депутата, – и мальчик поцелует вашу руку.

– А ты, малыш, чей?

– Я сын Томы Петровича, судьи, а мой дядя – господин министр.

– А ты, малыш?

– Моя мать вдова, но я зять господина министра.

Пройдите дальше, пройдите, не поленитесь выслушать ответы. Подойдите и к ослиной скамье, спросите первого с краю, и он вам ответит:

– У меня нет отца, он погиб на войне.

Подойдите к другому, спросите его. Он скажет вам:

– Мой отец умер. Бедняга долго сидел в тюрьме за свободу своей страны. Его били, пытали и в конце концов сломили. Он умер, а я остался.

Спросите третьего, вон того на ослиной скамье, он ответит вам:

– Я плохой ученик, вот меня и посадили на ослиную скамью. Все говорят, что в этой стране нет для меня места.

– Почему ты плохой ученик, почему плохо учишься? Чем у тебя голова забита? Чем же ты занят, раз не думаешь о школе?

– Я пишу стихи! – ответит вам третий и тяжело вздохнет.

Ах, эти горемыки с ослиной скамьи, я жалел их в школе. Мне жаль их и в жизни!