Московский доктор 4 [Тимофей Тайецкий] (fb2) читать онлайн

Московский доктор 4

Глава 1 Начало строительства

— Теперь давай один сильный удар, — сказал Андрей.

Ударил так, что мешок с песком сорвался и улетел. На экране вспыхнуло: 1000 кг. Привет, рекорд мира!

Андрей посмотрел на меня так, будто видел чудовище. Тайсон? Кто это вообще? Мои силы давно превзошли всех этих обычных боксеров.

— Ты что, биологическое оружие министерства обороны? — он даже не пытался скрыть шок.

Закатил глаза. Вот уж нет.

— Нет уж, спасибо. Я всего лишь врач. — Я улыбнулся. Смешно, правда?

Андрей только покачал головой. Он явно не понимал, как можно обладать такой силой и не использовать её для славы. Но мне это не нужно. Я был совершенен во всем, что делал, но бои — не мой путь.

Когда вышел из зала, было еще рано. Вдохнул поглубже и двинул к дому Армена. Не люблю затягивать дела.

Уже четыре дня тренировок подряд пропустили. Ну, ничего страшного, Наринэ полезно и одной побегать. Хотя, без меня ей явно не хватало мотивации.

В прошлый раз Наринэ весила где-то под восемьдесят восемь кило. Сейчас вернулся — гляжу, сбросила до восьмидесяти четырёх. Не то чтобы грандиозный прогресс, но… Ну что поделать, медленно, зато уверенно.

— Начали бежать, нечего ждать, — сказала я, кивая в её сторону.

Наринэ, пытаясь не отставать, тяжело дышала, но всё-таки нашла в себе силы заговорить.

— Как там тренировки Вульфи? — голос её дрожал от того, что лёгкие отчаянно пытались добыть больше кислорода.

— Нормально. Можешь забрать его хоть сейчас, — отозвался я.

— Всё так просто? — Она бросила на меня подозрительный взгляд. — Если обманываешь, денег не получишь.

Я усмехнулся.

— Пока ты не заставляешь его решать уравнения, он точно поймёт, что ты хочешь. — Я был уверен в своих словах. Вульфи после моего «зелья ума» стал умнее половины тех, кого я встречал за свою жизнь. Да и уживаться с ним теперь проще простого — если не быть полным идиотом.

Наринэ вытерла лоб рукавом и кивнула.

— Окей, тогда заберу его сегодня.

— Только чек заранее подготовь, — бросил я через плечо, не скрывая усмешки.

Тренировку мы закончили где-то через час. Наринэ выглядела так, словно её только что выжали как лимон. Но, несмотря на это, она не забыла про свои обязательства. На прощание вручила мне чек — приятно тяжелый, если можно так сказать, на десять миллионов.

— Ты счастливый волк, знаешь? — пробормотала она, взяв в руки поводок и глядя на радостно подпрыгивающего Вульфи.

Вульфи радостно гавкнул. Я только пожал плечами. В кармане уютно устроилась десятка миллионов, а я поймал себя на мысли, что жизнь хороша.

Когда телепортировался обратно домой и вышел из подвала, то увидел Памелу над бумагами.

Оказывается Роберт подогнал мне и Памеле дизайн и смету на новый дом. Там даже дорога в два километра асфальта включена. Бюджет вышел около сто тридцати миллионов. Сам дом стоил сто десять миллионов. Вышло дороже, чем я планировал, но, блин, глянешь на этот проект — и понимаешь, что не выкинешь ни одной детали. Всё в нём было на своём месте, как швейцарские часы. Искусство, не иначе.

— Григорий, сколько ещё бабла нужно? — Памела выглядела серьёзно.

— Дай-ка соображу, — взял я ручку. — После покупки земли осталось двадцать миллионов. За последние пару недель наварил ещё десять. Если Наринэ сбросит килограммы, мне накинут ещё сорок миллионов. Почти наберётся.

— А про фильм не забыл? Мы ж вдвоём по двадцать миллионов заработаем.

Я задумался на секунду. Тридцать миллионов — все ещё висели на горизонте.

— Ну, может, попробуем… — начало было она.

— Даже не думай больше трясти свою семью, — перебил я. — Это наш дом. Построим его сами, своими руками. К тому же, скоро мне кое-что подвалит.

— Что за подарок судьбы? — подозрительно прищурилась она.

— Помнишь директора химзавода? — ухмыльнулся я. — Он хочет со мной работать.

— С тобой? Да он же мутный тип.

— Может, и мутный, но расклад такой: Фёдор, перед тем как отбросить коньки, разделил своё добро. Половина — золото, которое мы уже раздали в городке. Вторая половина — его коллекция антиквариата. Там куча всякого ценного хлама. Картины, реликвии, ты понимаешь.

— И ты думаешь, он снова появится? — в её глазах читалась забота, но я знал, что она беспокоится больше о моей шкуре.

Я рассмеялся, притянул её к себе и наградил поцелуем.

— Детка, если этот старый перец решит мутить против меня, я позабочусь, чтобы его дни закончились в инвалидном кресле. Он не знает, с кем связался.

* * *

На следующий день мой телефон зазвонил. Экран светился незнакомым номером. Я нахмурился. Кто это ещё? Но быстро переключился: а вдруг что-то интересное?

— Алло, кто это? — спросил я, стараясь сохранить свой обычный уверенный тон, хотя сам уже напрягся.

— Привет, я Данил. Друг Роберта. Ты Григорий, верно?

Голос у него был спокойный, но какой-то настойчивый, как у человека, который не привык ждать.

— Ну да, а что надо? — ответил я, не особо радуясь тому, что на меня вышли через третьи руки.

— У меня строительная фирма. Роберт сказал, ты дом строить хочешь. Так?

— Да, всё верно. — Я поудобнее устроился в кресле. — Когда встретимся, обсудим?

— Я сейчас в центре, на главной улице. Давай быстро уладим это. Куда мне подойти?

Я усмехнулся. Такой нетерпеливый.

— Идёшь от супермаркета налево, километр. Мой дом на холме. Выглядит стареньким, не промахнёшься. Во дворе мои звери бегают. Не бойся, они не кусаются.

— Звери? Какие ещё звери? — в его голосе послышалась лёгкая неуверенность.

— Еноты. Они тут хозяева. Если их увидишь, значит, ты на месте.

— А если не туда попаду?

— Да ты точно не промахнёшься. Увидишь этих красавцев — сразу поймёшь, куда пришёл.

На том и договорились. Через минут двадцать, может, чуть больше, у ворот показался мужчина. Высокий, в джинсах и рубашке, с телефоном в руке, внимательно озирался по сторонам. Я вышел на крыльцо. Ну, думаю, гость пожаловал.

— Привет, я Григорий, — кивнул ему, протягивая руку.

— Данил, — он крепко пожал её, а потом с интересом посмотрел на енотов, которые тут же примчались на звук голосов. Один из них нагло устроился у моих ног, глядя на Данила так, словно оценивал его надёжность.

— Это и есть твои звери? — спросил он, чуть приподняв бровь.

— Ага. Это мои охранники, — усмехнулся я. — Никто лучше их дом не стережёт.

— Серьёзно? — В его голосе звучало уважение. — Они не маленькие, конечно.

— Зато сообразительные, — добавил я с гордостью. — Ну что, заходи, будем обсуждать дом.

Данил явно был впечатлён. Ещё бы, не каждый день видишь таких зверей.

— Значит так, Роберт уже дал мне твой проект и бюджет. В принципе, цена норм, но может скакнуть на десять миллионов туда-сюда. Гарантировать точность не могу. Но если сам купишь материалы, можно и сэкономить. Только возиться будешь дольше. Могу списочек дать, но сам понимаешь, это не быстро.

Я на мгновение призадумался. Конечно, можно сэкономить пару сотен косарей, но столько возни! Строить такой дом — это не как в сарай пару досок вбить.

— Лады, пускай ваша компания сама покупает материалы, — кивнул я. — Но чтоб бюджет не выше десяти лямов. Денег сейчас маловато. А если выйдете за рамки, будет давить.

— Сделаем всё возможное, — кивнул он. — Просто сейчас санкции, цены скачут. Всё зависит от обстановки.

— Ладно, справитесь, — сказал я.

Я подписал контракт с Данилом, выложил ему задаток в тридцать миллионов, даже не моргнув. Деньги для меня — как мелочь на сдачу. Через три дня его команда уже должна начать строительство. Все, что угодно: дороги, здания, даже декорации вокруг дома. Мне не придется даже пальцем шевелить, разве что изредка заглядывать на стройплощадку, чтобы проверить, как всё идёт.

Данил обещал закончить за три месяца. Если бы он задержался, я бы получил компенсацию. Мне это, конечно, было на руку. Мы с ним поболтали после подписания. Узнал, что его компания — так, малюсенькая. Уставной капитал двести миллионов, и это потолок. Конкурентов у него много, поэтому они рады любому проекту. Даже если он на десять миллионов, для них это уже праздник. Ну а мой проект — это вообще джекпот.

— Данил, ты понимаешь, что за работу получишь не меньше двадцати миллионов? — прищурился я.

— Да, да, конечно! — Он аж засиял от радости.

Этот проект был огромным для него. Построить виллу стоимостью больше ста миллионов? Это для его маленькой компании просто золотая жила. Но для меня это были легкие деньги. Подумаешь, миллион тут, десять там.

Данил, кстати, ещё не окупил свою компанию, хотя она у него уже несколько лет. Поэтому он цеплялся за мой проект с энтузиазмом, как голодный за хлеб.

Крупные компании могли бы предложить мне скидки, которых мелкие не могли позволить, но я решил не связываться с ними. Во-первых, Роберт, как друг, и так сделал мне проект бесплатно. Если бы я сам нанимал архитектора, пришлось бы выложить около пяти процентов от общей стоимости. Так что мне с ним повезло.

Телефон зазвонил. Это была Памела.

— Эй, я ключи от склада дома забыла. Можешь их привезти? — спросила она.

— Конечно, без проблем, — ответил я.

Тут вбежали мои глупые еноты.

— Хозяин, вы идёте на пляж у озера? — в голосах столько энтузиазма, что меня аж передёрнуло.

Щёки у меня задергались. Да я просто хотел отвезти ключи! Почему они такие возбуждённые?

— Хозяин, возьми нас с собой, — хором завопили они.

— Да, Хозяин, я насобираю кучу монет на пляже, обещаю!

Я тяжело вздохнул. Оставить этих двоих дома? Нет уж, они ведь все разнесут. Пришлось тащить их с собой, а заодно Ужору, Самаэля, Морозку и Аркитоса. Оставить их одних — это смертный приговор для моей мебели.

Таксист не хотел нас везти. Пришлось пообещать ему двадцать тысяч, чтобы он согласился.

И я задумался, стоит ли наконец получить права и купить машину. Ну а что? С моими питомцами иначе просто неудобно. Такси поймать ночью — тот еще квест. После позднего визита к пациенту я часто возвращался пешком, пока не удавалось словить хоть какое-то ведро на колесах.

Если уж брать машину, то не какую-то мелочь, а по-настоящему крупную тачку. Вот, например, в этой машине, в которой я сейчас сижу, зверюшки еле поместились. Аркитоса пришлось пихать в багажник, а Ужору и Морозку пришлось везти на руках. О, да, это моя команда.

— Приехали, — сообщил водитель, выдернув меня из мыслей.

Я выбрался из машины со своей шумной бандой. Ну, и, конечно, тут же стал звездой внимания. Люди смотрели на нас так, будто я — супергерой, а не просто крутой чувак с собаками.

Глупые еноты сразу начали устраивать шоу. Они умеют привлекать внимание, особенно детей на пляже. Я прошел мимо всей этой суеты и направился прямо в штаб спасателей. Там меня ждала Памела — королева этого пляжа и, безусловно, самая горячая спасательница. Неудивительно, что все мужики вокруг смотрели на меня как на захватчика их территории.

Мы с Памелой всегда демонстрировали свою любовь так, будто нам никто не мешал. Я взял ее за талию, и тут к нам подошел какой-то недовольный качок.

— Памела, это твой парень? Я думал, он какой-то нелегальный врач, — заявил он с той самоуверенностью, что встречается только у тех, кто всегда побеждает.

Мы с Памелой переглянулись, как будто этот тип вообще не существует.

Она нахмурилась:

— Арчи, чего тебе? — холодно спросила она.

— Просто думаю, что твоему парню пора начать качаться. Неужели он сильнее меня?

Я закатил глаза, а Памела прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Мы-то знали, кто действительно сильный. Ну, и, конечно, у Арчи был очевидный мотив. Этот парень все еще не смог смириться, что Памела выбрала меня, а не его.

— Памела, а зачем тебе врач? Он точно тебя удовлетворяет? — продолжил Арчи, думая, что нашел слабое место.

Щелчок. Я сорвал рубашку и продемонстрировал свою божественную форму. Мои мышцы были произведением искусства, без грамма жира.

— Кто хочет проверить мою силу? — провозгласил я, чуть ли не смеясь над его попытками.

— Вау, у него потрясные мышцы! — одна из спасательниц не сдержалась. Да, я знал, что они все тайно облизываются на меня.

Памела закатила глаза, но потом с улыбкой похлопала меня по груди.

— Прекрати выпендриваться, — сказала она, но я чувствовал, что она гордится.

Арчи не собирался так просто отступать. Видимо, думал, что сможет меня одолеть в чем-то, хоть он и выше меня на несколько сантиметров. Ну, пусть пробует.

— Давай на руках поборемся. Какую руку выбираешь? — Арчи стоял передо мной, думая, что еще может вернуть себе хоть каплю уважения.

— Левую, конечно, — ответил я, улыбаясь.

Спасательницы собрались вокруг, чтобы посмотреть на нас. Девушка подошла, чтобы расставить наши руки по местам.

— Готовы? — спросила она.

Мы оба кивнули.

— Три, два, один… начали!

Арчи тут же ухватился за стол, стараясь применить всю свою мощь. Я же просто держал руку на месте, наслаждаясь ситуацией.

Арчи собрал вокруг себя толпу поддержки.

— Вперёд, Арчи!

— Арчи, покажи силу!

— Ты что, не ел?

— Или всю энергию на баб потратил?

Ребята из спасательной команды явно были за него. Но, даже несмотря на все усилия, Арчи не смог сдвинуть меня с места. Его лицо покраснело, как перезревший помидор.

Памела не упустила шанса усмехнуться.

— Арчи, ты правда думаешь, что этого хватит, чтобы победить моего мужчину?

Арчи только сильнее надавил, но… Ну, это всё равно было как пытаться сдвинуть гору. Я слегка усилил хватку, и его лицо стало таким, будто его медленно давят тисками. Он заныкал.

— Всё! Сдаюсь! — заорал он, — Отпусти, мать твою!

Я, конечно, отпустил, а Арчи тут же начал тереть руку.

— Честно, Григорий, ты армрестлингом занимаешься или ломанием запястий? — с ухмылкой вставила Памела.

Арчи кипел, как чайник на огне. Кажется, пар вот-вот повалит из ушей. Ну ещё бы — сначала проиграть мне в армрестлинге, а потом услышать ехидный комментарий от Памелы. Это вам не просто удар по самолюбию, это настоящий нокаут.

— Ладно, — он выдохнул через зубы, явно стараясь не рявкнуть. — Армрестлинг — не моё. Но давай-ка в чём-то другом померимся силами.

— И в чём же? — я откровенно скучал, глядя на его попытки сохранить лицо. Чуть не зевнул прямо в лицо.

— В плавании! — заявил он, словно это было спасительное озарение.

— Хм, почему бы и нет, — я пожал плечами, демонстрируя равнодушие. — Только давай по-крупному. На деньги.

— Я на Григория десятку поставлю! — Памела, словно поджидавшая этот момент, быстро вставила свою ставку. Её глаза горели азартом.

— А я — пять косарей за Арчи, — подхватил какой-то их общий знакомый, который явно верил в чудеса.

— Арчи, десятка на тебя, — ещё кто-то из толпы присоединился.

Тут Арчи вытащил из кармана толстый кожаный кошелёк и с такой яростью, будто бросал вызов самому миру, швырнул на стол пачку денег.

— Ставлю сотню штук, — заявил он с вызовом.

— Принимаю, — я не остался в стороне и достал столько же. Деньги в моих руках будто бы светились, намекая: «Лёгкий заработок».

Арчи обвёл всех взглядом, потом ткнул пальцем в сторону озера:

— Стартуем отсюда, плывём до буя и обратно. Кто первый — тот и победитель.

— Договорились, — я хлопнул его по плечу, чуть сильнее, чем нужно, чтобы задеть.

Памела, поджав губы, подошла поближе. Её лицо было слишком уж невинным. Она шепнула мне так, чтобы никто не услышал:

— Осторожнее, Арчи раньше профессионально плавал. У него награды с национальных соревнований.

— Вот как? — я ухмыльнулся. Это только добавило интереса. Я наклонился к ней и легко коснулся губами её щеки. — Лёгкие деньги. Может, подольёшь масла в огонь? Уговори их ещё больше поставить.

— Ты просто чудовище, — она, смеясь, хлопнула меня по плечу.

Тем временем Арчи заметил наш момент. Его лицо стало цвета варёного рака, а кулаки напряглись так, что я почти услышал хруст суставов.

Как бы там ни было, плавание для спасателей — ежедневная тренировка. Арчи всегда был в лидерах, только Роберт может его обогнать. И он явно не верил, что я смогу его победить. Ну, ещё бы — ни бег, ни плавание не были сильными сторонами врачей, по его мнению. А я, по его взгляду, выглядел как любитель, хоть и с мускулами.

Мы вышли на пляж, та же девушка, что судила армрестлинг, дала сигнал на старт.

— Три, два, один! Пошли!

Глава 2 Чемпион — это я!

Мы с Арчи вышли на пляж. Девушка-судья, дала сигнал на старт.

— Три, два, один! Пошли!

Мы рванули одновременно. Я тут же вырвался вперёд. Несколько метров разницы — и прыгнул в воду. Мой прыжок был таким мощным, что тут же увеличил отрыв. Арчи пытался догнать, но его взрывная сила… Ну, что сказать? Она явно была меньше моей.

Моя скорость была убийственной. Настолько, что я не всплывал, даже когда должен был. Пока не добрался до буя. А потом высунул голову, как акула из воды, и поплыл обратно. Просто. Мощно.

Буй был далеко, метров на 200. Ну, для обычных людей — далеко. Но я не обычный. Арчи успел проплыть всего каких-то 150 метров. Когда мы встретились на встречке, вся толпа на пляже замерла. Все тупо замолкли. Никто больше не орал за Арчи. Да и кто бы смог, когда такой, как я, летит по воде, как ракета?

Арчи еле дополз до буя, когда я уже стоял на берегу. В два раза медленнее. Просто жалко.

Арчи? Что с ним случилось? Он был настолько плох?

Я пересек финишную черту, подхватил Памелу на руки и закружил её, как приз, который заслужил. Поцеловал её крепко, да так, что зрители только завидовали.

Арчи плёлся назад, как побитая собака. Голова ниже плеч, хвост между ног.

— Арчи, ты чего? Заболел, что ли? — подначил кто-то, насмешливо прищурившись.

— Как ты так всё слил? — добавил другой из толпы.

— Да что-то сегодня не в духе, — Арчи махнул рукой, пытаясь казаться беспечным. Но по его лицу было ясно, что проиграл он окончательно.

Это была не просто физическая слабость. Это была пропасть между нами. Он и раньше в армрестлинге мне не соперник был. А теперь ещё и в плавании я его растоптал. Теперь больше не сможет выпендриваться передо мной.

— Ты выиграл, — буркнул он, смирившись с реальностью.

Роберт подошёл ко мне. Он не видел начало. Вернулся как раз, когда всё уже закончилось.

— Григорий, ну, ты, конечно, дал! Меньше 50 секунд на это расстояние!

Я лишь пожал плечами.

— Да ты, наверное, время не так засёк, — отмахнулся, делая вид, что не верю.

— Ну что, может, проверим? — Роберт ухмыльнулся, явно надеясь на вызов.

— Зачем? — я не был настроен снова устраивать шоу. С Арчи я соревновался, чтобы его унизить, а вот Роберта уважал. Не хотел портить ему репутацию.

Но толпа уже завелась.

— Роберт, ну давай! Сразись с ним!

— Давай, давай!

— Ну, как ты хочешь меня победить? — я лениво потянулся. — В скорости плавания не сможешь.

— Давай под воду! Посмотрим, кто дольше задержит дыхание, — предложил Роберт, подмигнув. — Нет, давай лучше глубже нырнём. Без оборудования, — уточнил он, явно намекая на что-то серьёзное.

Мировой рекорд был 112 метров. Глубина без оборудования — чистая безумие.

Памела подошла ко мне, хитро улыбаясь:

— Эй, Григорий, ты знаешь, что Роберт в топ-12 мирового рейтинга?

— И каков твой максимум? — спросил я, прищурившись на Роберта.

— 72 метра, один раз в жизни, — ответил он.

— Интересно, — я кивнул, внутренне улыбаясь. На самом деле, мне не хотелось его позорить. Просто хотелось проверить, насколько далеко смогу зайти.

Роберт оставил часть спасателей на дежурстве. Остальные прыгнули на катер и рванули вглубь озера. Быстроходный катер промчался несколько километров к нужному месту.

Памела вытащила меня на палубу.

— Слушай, фридайвинг — это опасная штука. Почувствуешь себя не комфортно — сразу наверх. Не геройствуй. Давление воды может тебе барабанные перепонки разорвать, не говоря уже о лёгких.

Я лишь усмехнулся.

— Не парься. Моей жизни ничего не угрожает, кроме скуки.

Роберт швырнул мне защитные очки.

— Памела тебе уже объяснила правила?

— Да, всё понял, мама, — пошутил я.

— Запомни: безопасность на первом месте. На втором месте — все остальное.

Спасатели в гидрокостюмах ушли под воду первыми. Их задача — следить за нами. Вдруг я решу сжульничать? Ну или Роберт вдруг захочет сдаться.

Мы с Роберт одновременно прыгнули в воду. Нырнули как акулы, только без плавников. Десять метров вниз — и мне подают сигнал. Спасатель жестом спрашивает: вверх или вниз?

Я показал большой палец вверх, а потом указал вниз. Типа, ещё немного. Для нормальных людей десять метров — уже повод к маме на ручки. Но я — не обычный. В двадцать метров мне вообще было как в бассейне. Давление? Какое давление? Подумаешь, чуть жмёт. Роберт рядом, пытается не отставать.

Мы ныряли дальше. Спасатели присматривали за нами. Тридцать, сорок метров — никаких проблем. На сороковке опять тот же сигнал: вверх или вниз? Я фыркнул про себя. Ну неужели не видят, кто здесь профи?

На пятьдесят метров Роберт дал задний ход. Воздуха, видимо, не хватило или смелости. Я, конечно, продолжил. Шестьдесят метров — и только тогда решил, что пора подняться. Хотя мог бы ещё глубже. Просто не хотел растягивать удовольствие.

Роберт с трудом залез на катер. Я выбрался спустя полминуты — совершенно спокойно.

— Григорий, ты что, раньше нырял?

— Нет. Первый раз так глубоко.

— После тренировок ты и на восемьдесят метров уйдешь.

Ха! А этот Роберт всего-то до 72 метров дошёл после кучи спецтренировок. Сегодня и пятидесяти не взял. Сдался. Впрочем, это его дело. Он всегда был осторожным. Чуть что не так — сразу наверх. В фридайвинге так много людей кончает на рекорде. Один вон умер через три часа после погружения. Рекорд-то так и не засчитали. Мертвякам рекорды не нужны. Так что спорт этот — не для слабаков.

— Григорий, давай я тебя потренирую. Может, и мировой рекорд побьешь!

— Ага, конечно. — Памела фыркнула, как кошка. — Ты с ума сошёл? Григорий, я тебе запрещаю это делать!

Я пожал плечами.

— Ну раз так, то ладно. Хотя рекорды — это всё для слабаков.

Да, даже бокс не такой опасный, как эта водная штука. В боксе хотя бы противник человек. А тут — сама природа тебя тестирует. Арчи, бедняга, сидел на катере и выглядел, как будто кто-то съел его пирожное. Видимо, ждал, что Роберт унизит меня. Мечтатель.

В конце концов, я тоже уделал этого Роберта. А это значило одно — всех остальных из Береговой спасательной команды я тоже положил на лопатки.

Когда мы вернулись на берег, я и Памела засели в штабе, где нас никто не доставал. Сидим, отдыхаем. И тут появляются Сильвер и Голд, гордо тащат на шее свои банки с деньгами.

Они заработали, позируя на фотках и собирая монеты, как пылесосы. Увидели монетку — хват! Ртом прямо, а потом — бац в банку.

Прошел всего час, а банки уже под завязку забиты.

Еноты подошли, намекнули — пора бы нам освободить им место, чтобы продолжать этот их бизнес.

— Ну, давай посмотрим, сколько ты собрал, — Памела махнула рукой, зовя Голда. Тот послушно подошел, и Памела высыпала монеты из его банки. Тут она заметила что-то необычное. Среди монет одна явно выбивалась из общего ряда.

— Эй, Григорий, взгляни, это что, золотая монета? — спросила она, подняв находку.

Я слегка офигел, если честно. Взял монету в руки — тяжелая, приятная на ощупь. Прямо золото, настоящее.

— А ведь и правда золотая! — Я потер ее, очищая от песка. На лицевой стороне — крест, на обороте — какая-то башка.

Судя по внешнему виду, монета явно древняя.

— А вдруг тут где-то поблизости клад закопали? — задумчиво спросила Памела, глядя на меня.

— Ща узнаем у профи, — сказал я, доставая телефон. Позвонил Армену.

— Армен, ты свободен?

— Да, я же утром не работаю. Чего хотел? — ответил тот, звуча сонно.

— Посмотри на одну штуку для меня. Хочу узнать, откуда это.

— Фото скидывай или привози сюда.

— Щас скину.

Сделал фото и отправил ему.

Через пару минут ответ прилетел:

— Это памятная монета Ивана Грозного, сделали в XVI веке. Где вы ее нашли?

— Слушай, а сколько она может стоить?

— О, штука редкая, три-пять миллионов за одну. Мало таких осталось, дорогие они.

Я усмехнулся. Вещь редкая, значит, цена — огонь. Чем реже, тем круче.

— Если у вас до двадцати штук, могу взять по пять миллионов за монету. Если больше двадцати — четыре миллиона за штуку. А если больше сорока, то три миллиона за каждую. Сколько у вас их? — закончил Армен.

Ну что ж, похоже, мы тут на крупный клад наткнулись.

— Сильвер, ты где золотую монету-то нашел? — с ленцой вопросил я, глядя на этого хвостатого охотника за сокровищами.

Он затрещал, словно рассмеялся.

— Под скалой, — ответил он без тени сомнений.

— Памела, пошли глянем.

Мы вышли на каменистый пляж. Пляж был весь в камнях, а над ним нависал утёс метров на двадцать. Волны тут были не из робких — как бы не снесло. Вот почему тут никого не было, кроме нас.

Мы с Памелой держались за руки, осторожные, как коты на льду. А Сильвер с Голдом скакали по камням, как будто тут ровный тротуар. Вдруг Сильвер что-то вынюхал, нырнул в воду, а через мгновение уже подбежал ко мне, кинув золотую монету прямо в руки.

— Ну ты молодец, — сказал я, обмениваясь с Памелой радостными взглядами. Мы деньги-то всегда любили. Кто не любит? Тем более, когда они сами тебе в руки прыгают. И сейчас они нам нужны, как воздух.

Я похлопал Сильвера по макушке, как своего главного добытчика.

— Ну чё, есть ещё?

— Хозяин, там внизу их куча, — отрапортовал он с гордостью.

— Он говорит, там монет много, — перевёл я для Памелы.

— Осторожнее там. Волны огромные.

Она не могла помочь, так что просто предупредила и отошла. А мы с Сильвером пошли в воду. Оказалось, там и правда золотых монет немало. Вода принесла их течением, да так красиво раскидала.

Мы нашли около дюжины монет, но чувствовалось, что под илом ещё есть. Только вот их без снаряжения не достать. Пришлось возвращаться на берег.

Я раскинул руки, показывая находку Памеле.

— Гляди, Памела.

— Твой друг говорил, что за каждую такую монету дадут по пять миллионов?

— Примерно так.

— Значит, если продадим, хватит на дом?

— И ещё на машину тебе.

Честно говоря, машина у Памелы была та ещё развалина. Она купила её за пару сотен тысяч после колледжа и ездила на ней больше десяти лет. Жалкое корыто, если честно.

— Тут шестнадцать монет. Хочешь оставить одну на память? — я прищурился, поддразнивая её.

— Нет, всё продай, — отрезала Памела, нервничая, что монеты могут быть проклятыми.

* * *

Во второй половине дня я собрал все монеты и направился к Армену. Он эксперт по антиквариату.

— Армен, вот те самые монеты, что я показывал. Глянь, пожалуйста.

— Сейчас, секундочку.

Он сразу принялся за дело — достал белые перчатки, лупу и пинцет. Некоторые монеты были ржавыми.

Я посмотрел на монеты и прикинул, что их плохое состояние может неплохо ударить по цене. Они выглядели так, будто их лепили в каком-то подпольном подвале — грубые, словно кто-то топором рубил. Ни единого намёка на ту точность, с которой сейчас чеканят монеты. Эти были старыми и угловатыми, как пара кирзовых сапог.

— Григорий, ты это что, со дна моря поднял? — Армен бросил на меня подозрительный взгляд, словно я уличный торговец фальшивками.

— Ага, — не стал скрывать. Вообще-то это было озеро. Я всегда честен, особенно когда знаю, что ситуация складывается в мою пользу.

Он повертел монету в руках, затем сделал вид, что взвешивает её на глаз.

— Десять штук в хорошем состоянии. Могу предложить договорённую цену за них. Остальные — это просто куча металлолома. Проржавели сильно.

Я кивнул.

— По рукам.

Монеты были больше исторической ценности, чем какой-либо другой. Как только исчезает оригинальный дизайн — всё, считай, вещь уже не имеет никакого смысла. Я это знал, он это знал. А само золото мало чего стоит, кроме её рыночной цены.

Армен быстро выписал мне чек. Мельком глянул на цифры и на секунду застыл — девяносто миллионов. Ну ничего себе. Честно говоря, ожидал меньшую сумму.

— Эй, что это за 90 миллионов? — спросил я, глядя на него с недоумением.

Армен расплылся в широкой улыбке, словно кот, который только что поймал мышь.

— Сорок — это тебе за монеты, — ответил он спокойно. — А остальное за особые заслуги. Видишь ли, Наринэ сбросила почти 22 кг. И настроение у неё теперь в разы лучше. Твоя работа, так сказать.

Я не удержался и ухмыльнулся. Вот это поворот. Даже не знал, что повлиял на Наринэ так сильно.

— Ладно, беру чек, — сказал я, складывая его в карман. — Но запомни, это ещё не всё. Сделаю из Наринэ красавицу.

— Вперёд, тигр! — Армен засмеялся, махнув рукой. Он явно был доволен сделкой.

В этот момент зазвонил телефон. Я бросил взгляд на экран — Илья.

— Григорий, бега сегодня. Подключайся! — его голос был бодрым, как всегда.

— Это ты уж больно неожиданно. Чего так срочно? — спросил я, прижимая телефон к уху.

— Там скандал вышел. Троих участников дисквалифицировали за стероиды. Организаторы позвали меня вместо них. Надо тебя подтянуть, на всякий случай.

— Конечно, я в деле. Как насчёт билетов?

— Бродов встретит тебя у входа.

— Ладно, увидимся.

Я закончил разговор и пошел к телепорту.

* * *

Когда подходил к стадиону Бродов окликнул меня издалека. Он махал рукой, как будто рад меня видеть.

Подошёл к нему и обнял, как старого друга. Ведь это я помог Бродову устроиться на эту работу. Он мне по гроб обязан.

— Ладно, пора заходить, — Бродов кивнул на стадион.

— Бродов, что за соревнования? — спросил я.

— Национальная элита. Если Илья здесь хорошо выступит, в следующем году попадёт в Бриллиантовую лигу.

Бродов усадил меня на место и отправился за кулисы. Когда Илья вышел на поле, он заметил меня и махнул рукой.

Илья был звездой. Ну, как новорожденная комета — врывался в спринт, как вихрь. Все эти его забеги выглядели как шоу. Соревнования за соревнованиями, и вот он уже в топе лучших легкоатлетов.

Ну а рекорд на 100 метров? Лучше в этом году и не придумать. В международном рейтинге он уже круче полусотни других парней. И что? Думаете, это всё?

Да, был момент, когда он мог бы войти в тройку лучших в мире. Но, как говорится, формы меняются, и результаты спортсменов не всегда на пике.

Поэтому система баллов такая мутная. Они пересчитываются каждый год.

Последние пару недель он только и делал, что бегал по соревнованиям. Семь-восемь стартов за двадцать дней. А всё ради того, чтобы накопить очки и залететь в Бриллиантовую лигу.

На очередном забеге, Илья был готов рвать. После выстрела он вылетел вперёд, как ураган. Финишная черта — только его.

Трибуны взорвались. Кричали, аплодировали, хлопали друг другу по плечам. На экране появилось:

9.60!

С подветренной стороны, 1,1 м/с. Это было реально! Национальный рекорд упал.

— Илья! Илья! Илья! — кричала толпа.

Он не побил мировой рекорд, но этого времени хватило, чтобы свести всех с ума. Ведущий снова представил его, как настоящего героя дня.

После этого триумфа, Илья ворвался в раздевалку, сияя как новогодняя ёлка. Первым делом, он подлетел ко мне и Бродову:

— Григорий! Ты это видел? 9.6 секунды! Ты только представь!

— Видел, конечно, — ухмыльнулся я. — Жду, когда ты мировой побьёшь.

— Думаешь, смогу?

— Ещё бы, — ответил я, подмигнув. — Ты это сделаешь, можешь не сомневаться.

— О, я точно это сделаю! — Илья сжал кулак, уверенный на все сто.

— Кстати, ты уже подписал контракт? — поинтересовался я.

— Почти, всё в финальной стадии. Ты же в этом замешан, так что, конечно, соглашусь.

Как спортсмен, он не вникал в бизнес-договоры или прочую мелочёвку.

* * *

К тому времени, как наконец, добрался до дома, часы уже показывали далеко за девять. Темнота словно напоминала, что сегодня задержался больше обычного. В прихожей пахло чем-то уютным, чуть сладковатым — ваниль и корица? Наверное, Памела опять что-то пекла.

Она выглянула из кухни, как только услышала, как хлопнула дверь. В глазах читалась смесь заботы и лёгкого упрёка — этот взгляд я знал наизусть.

— Григорий, — голос её был мягким, но требовательным, — чего так поздно? Всё в порядке?

Я закатил глаза, кидая сумку на пол.

— Да так, — бросил я небрежно, — пару марафонов пробежал по району, пока ты тут без меня скучала.

Она поджала губы, но быстро смягчилась.

— Ты уверен, что марафоны? — она нарочито смерила меня ревнивым взглядом.

— Ни капли усталости, — я широко улыбнулся, подходя ближе, чтобы обнять её. Она была тёплой, уютной, как всегда. — Ну что, хочешь помочь мне принять душ?

Памела фыркнула, слегка отстраняясь, но я видел, что уголки её губ дрогнули в полуулыбке.

— Ну… только не это… — протянула она, но в голосе уже не было и тени серьёзности.

— Значит, «это», — я подхватил её на руки, пока она протестовала, но без особого энтузиазма.

Через минуту мы уже были в ванной. Её слабые возражения остались за дверью, утонув в шуме текущей воды. На щеках Памелы разлился лёгкий румянец, а я только усмехался, довольный собой.

Глава 3 Монстр в овечьей шкуре

Наконец-то началось строительство на участке. Все тянулось, как-то не торопились, а тут вдруг — взяли и начали! В первую очередь решили сделать дорогу, чтобы дальше было проще все раскатывать. Это, конечно, не могло пройти мимо меня. Ведь такие события — это же не просто мелочь, это что-то большое, важное. Как только работы стартовали, я не мог остаться в стороне. Пошел смотреть, что там да как.

Когда подошел к месту, первым делом заметил Данила. Он сидел на каком-то камне. Смотрел на стройку, всматриваясь и контролируя каждый ход. В общем, выглядел как настоящий надзиратель, прямо как в старые добрые времена.

Но у меня был свой распорядок дня. Тренировки Наринэ нельзя пропускать, она зависела от меня. Ну с этим всё прошло успешно и как-то даже обыденно. Вечером, как и планировал, собирался домой, отдохнуть, сделать что-то по мелочам. Но тут раздался звонок.

— Алло, доктор Григорий? Это глава приюта. Вы помните меня?

Ах, эта старушка. Однажды дал ей визитку — вот теперь она меня нашла.

— Да. Чем могу помочь?

— Мне нужна ваша помощь.

— Что случилось?

— По телефону не объясню. Вы сможете приехать?

Я немного замялся. Не особо-то хотелось, но отказать? Да не в моем стиле.

— Конечно.

Приют этот всегда меня напрягал. Темное место с жуткой аурой. Но отказать бедной женщине не могу. Придется ехать.

Помнил адрес наизусть. Когда приехал, она уже стояла на пороге, такая же худая и серьезная, как всегда.

— Добрый вечер, доктор Григорий.

— Здравствуйте.

Она молча повела меня внутрь, её шаги гремели по полу. Да уж, атмосфера тут, как всегда, «веселая».

— Так что происходит? — спросил я, наконец.

— После праздников с Наиной что-то странное.

— Наина? Та девчонка?

— Да, она. Раньше ей нравился учитель, которого вы лечили. Но потом её будто подменили. Она стала вести себя странно. Еда начала пропадать из кухни. Мы поставили камеру и выяснили — это была Наина.

— Может, просто не наедается? — предположил я.

— Хотела бы я, чтобы это было так, — тяжело вздохнула она.

— А в чем проблема?

Директорша нахмурилась:

— Она ест сырое мясо.

Чуть не поперхнулся.

— Что-что? Сырое мясо?

— Да, именно так.

Такого я не ожидал. Что это за странность такая? Мне нужно увидеть её своими глазами, чтобы хоть что-то понять.

— И где все дети? — спросил я, оглядывая пустые коридоры. В прошлый раз они тут толпами бегали.

— Учителя их вывели на прогулку.

Мы подошли к карантинной комнате. Через стекло увидел девочку, сидящую на кровати. Вся в белом. Мило, если бы не жуткость ситуации.

— Доктор, у вас есть идеи, что с ней?

— Пока нет. Могу я поговорить с ней?

— Конечно.

Директорша приюта открыла дверь, и я вошел. Как только вошел, она сразу захлопнула за мной дверь.

— Привет, Наина, ты меня помнишь? — я бросил на неё уверенный взгляд, как всегда, ожидая только положительный ответ.

Она подняла глаза, кивнула, но выглядела так, будто только что проснулась.

— Я здесь, чтобы помочь тебе, — улыбнулся я.

— Директорша рассказала тебе всё? — спросила она, с наигранным спокойствием.

— Она сказала, что ты ешь сырое мясо. Что за бред?

— Нет, — коротко ответила Наина, явно что-то недоговаривая.

— Значит, кто-то из вас врёт, — я оглядел её внимательно, но не увидел ничего странного. Ладно, директорша же не соврала, верно?

— Она больше не бабуля-директор, — проговорила Наина с каким-то надрывом.

— Чего? — нахмурился я. Это всё становилось всё более нелепым.

— Дети переехали, всех нас отправили в другой приют. Но я скучала по бабуле, поэтому сбежала обратно. А она заперла меня и заставляет жрать сырое мясо. Я вообще не ела… — её голос дрожал.

Нахмурился ещё сильнее. Взял телефон в руки, но, конечно же, никакого сигнала. Отлично. Ничего нового.

Подошёл к двери, постучал.

— Директорша, будьте любезны открыть дверь, — голос мой был ледяной.

В окошке замаячило её лицо.

— Доктор, я выпущу вас, если уговорите Наину поужинать, — она выглядела совершенно спокойно.

— Бабуля, вы вообще в курсе, что это незаконное задержание человека? — я усмехнулся.

— Вы же врач. Наина больна. Разве вы не должны ей помочь? — её голос не дрогнул.

— Она не больна, — сказал я, чувствуя, что что-то тут явно нечисто.

— Она больна. И ей нужна помощь, — спокойно произнесла она и ушла, оставив меня с вопросами. Эхо её шагов по пустому коридору вскоре затихли.

Я вернулся к Наине.

— Что она заставляет тебя есть? — спросил я, стараясь не выдавать своего раздражения.

Наина кивнула на коробку у кровати. Подойдя, открыл её. Сырой мозг. Прекрасно. Даже не хочу гадать кому он принадлежал — животному или человеку. В конце-концов, я врач, а не паталогоанатом.

Закрыл коробку так же быстро, как открыл. Тошнота подкатила к горлу.

— Теперь понял? Бабуля совсем с катушек слетела, — произнесла Наина. Выглядела она так, будто давно смирилась с этим абсурдом. Это я уже и сам понял, что бабка шизанулась на старости лет.

— Как долго ты тут сидишь? — спросил я, чувствуя, что пора что-то делать.

— Два дня.

— И никто тебя не искал?

— Вчера был шум. Думаю, кто-то заходил снаружи, но потом всё стихло.

Она села на кровать и обняла колени. Выглядела она ужасно нервной, да и я не чувствовал себя лучше. Болит голова. Да и вообще вся эта история начинала напоминать какой-то триллер.

— Темнеет, — она подняла голову и уставилась в окно на металлическую решётку.

Комната погружалась в мрак.

— Что бы ни случилось, дяденька, сохраняйте спокойствие, — вдруг сказала она голосом взрослой.

— И что, по-твоему, случится? — спросил я, начиная терять терпение.

Наина молча сидела на кровати, обхватив колени, как будто ожидала конца света.

— Пока не будешь орать, всё будет нормально, — спокойно бросила она.

— Может, заранее скажешь, что будет, чтобы я морально подготовился? — я усмехнулся, но что-то в её тоне мне не нравилось.

Она наконец опустила ноги на пол. Лунный свет скользнул по её лицу, делая его странно светящимся.

И тут она внезапно бросилась на металлическую дверь.

«Бам!»

Я остолбенел. Она что, пыталась убиться? Подскочил и помог ей встать.

— Наина, ты как?

Она покачала головой.

— Всё нормально.

— Уверена? Ты ведь чуть дверь не снесла! — я был на взводе.

— Да, всё нормально, — повторила она.

Наина снова встала, как ни в чем не бывало. Невредимая. Как будто она только что не врезалась в дверь. Ну, звук был реальный. Я-то знаю, что слышал. Почему она вообще не пострадала?

Осмотрел на дверь — железяка как железяка. Ладно, вмятина была, но почти не видна.

— Ты чего, решила повеселиться, раз в дверь носом въехала? — потрогал дверь, ощущая вмятины.

— Да не ради веселья. Открыть её пыталась, — спокойно ответила Наина.

— Открыть? Это ж дверь из стали, сантиметров десять толщиной. Ты её просто так не пробьешь, — я провел рукой по металлу. Дверь реально толстая.

— Не могу взломать замок, так петли сломаю, — она кивнула на дверь. — За пару дней тут трещины по стенам пошли.

— Ты что, уже два дня дверь выносишь? — я не удержался от вопроса, подозрительно глянув на неё.

Да взрослые столько не выдержат. А она — маленькая девчонка!

Наина взглянула на меня.

— Надеюсь, до полуночи мы выберемся.

— Почему до полуночи? — мне это совсем не понравилось.

— Ты не хочешь этого знать, — она как отрезала.

— Что, бабуля превратится в монстра? — поинтересовался я, поднимая бровь.

Наина промолчала и просто продолжила таранить дверь своим телом. Упрямо, как танк.

— Дай-ка я, — предложил, подходя ближе.

— Ты? — она даже не повернулась. — Ты и рядом не стоишь с учителем. Уйди с дороги.

Маленькая, ростом с метр тридцать, девчонка меня отодвинула? Да я реально разозлился. Вот теперь по-настоящему.

Разбежался и с плеча врезался в железную дверь. Молниеносный удар! Правда, сам чуть не оглох от удара. Плечо, как оторванное. Зато дверь загрохотала громко.

А я грохнулся на пол, держась за плечо. Больно было, черт возьми…

Наина подбежала к двери и оценила моё «мастерство».

— Неплохо врезал, — удивилась она.

Ну хоть кто-то оценил!

Поднялся, потер плечо и хмыкнул:

— Чувствую, сломаю себя быстрее, чем эту дверь.

— Ты сделал, что всё что мог, — сказала Наина, и снова бросилась на дверь.

*Бах!*

Один угол двери выгнулся наружу. Засов всё ещё держал, но петли уже поплыли. Я с неохотой признал, что она хороша. Пусть и не сильнее меня, но выдержки у неё больше.

Все девушки теперь такие крепкие? Я призадумался.

Наина пнула дверь, но на этот раз успеха не было.

— Дай-ка снова попробую, — решил я, что пора ещё раз показать, кто тут альфач.

Раз десять врезался ногой в дверь, и что? Ничего. Дверь не шелохнулась.

Кто, чёрт возьми, делает такие железные двери?

— Отдохну немного, — сказал я и сел на кровать, глядя на Наину. — Ты что, стала выше или мне кажется?

Она обернулась, и в темноте её глаза, казалось, сверкнули зелёным светом.

Вот это номер…

Слегка занервничал, как будто попал в ловушку с каким-то чудищем. Но кто тут настоящий монстр? Наина или бабуля?

— Лучше тебе не знать, — Наина бросила на меня взгляд, будто прочитала мысли.

— Ты что, скрываешь свою королевскую кровь? — подначил я.

— Я сказала, тебе лучше не знать, — повторила она, уже с легкой угрозой в голосе.

И тут — ба-бах! Наина вмазала по двери так, что она слетела с петель. Серьезно, куда она столько силы прячет? Дверь упала, а Наина, необорачиваясь, посмотрела на меня.

— Пора убираться отсюда, — приказала она, будто я сам этого не понимал.

Я рванул к выходу. Но тут перед нами выросла черная фигура и как метеор врезалась в Наину. Её отшвырнуло прямо в меня, и я стал отличной подушкой безопасности. Встать сразу не получилось — чувствовал себя как раздавленный блин.

Наина зашипела и вскочила, будто её укусили за хвост. Конечно, если бы он у неё был. Но затем я посмотрел на ту чёрную фигуру. О, а вот и бабуля. Только теперь она выглядела как ходячий кошмар. На её спине вырос здоровенный горб, прямо через порванную одежду. Красота.

— Наина, ты все такая же строптивая. Когда ты уже научишься играть по правилам? — бабуля говорила мягко, словно только что пригласила её на чаепитие.

Наина сверкнула глазами, стиснув зубы. У неё из пальцев вылезли когти, как у хищника.

— Никогда не буду подчиняться твоим правилам, тварь! — прорычала она.

Я сделал шаг назад.

— Эй, может, вы тут поболтаете без меня? А я пока… ну, у меня там дела, — попытался уйти, но бабуля прищурилась.

— Доктор Григорий, лечение Наины ещё не завершено. Уходить рановато.

— Лечение? — приподнял бровь. — Что-то мне не кажется, что я здесь нужен.

— Нет, ты нужен, — она посмотрела на меня, как на кусок мяса.

— Сомневаюсь, — пробормотал я. Да что эта старушка вообще от меня хочет?

— Знаешь, что она задумала? — Наина сквозь зубы обратилась ко мне.

— Не-а, — ответил я.

— Она хочет, чтобы я убила тебя.

— Что⁈ — я аж поперхнулся от её слов.

— Да, убила, — Наина кивнула, будто обсуждала погоду.

— Зачем ей это?

— Я говорила, тебе лучше не знать, — опять этот её загадочный тон.

— Она уже превратилась в монстра. Может, мне ещё что-то надо знать? Что насчет тебя, а?

Наина вздохнула.

— Да, как видишь, я монстр. Полночь, и я теряю контроль. Она надеется, что в следующий раз я убью тебя. Тогда я полностью превращусь в то, что она хочет.

— Так я, типа, жертва на заклание?

— Вот ты наконец-то понял, — Наина усмехнулась.

Я бросил взгляд на бабку.

— И что ей это даст?

Директорша приюта неестественно выгнула шею и улыбнулась, словно задумала что-то жуткое.

— Я просто хочу новое тело, молодое и сильное. Этот доктор — идеальный вариант. Сотрудничай со мной, и мы станем непобедимы!

— Даже не думай! — взревела Наина и кинулась на директоршу.

Но горб на спине старушки будто ожил. Он метнулся вперёд и ударил Наину, отбросив её назад. В момент удара этот горб откусил от Наины кусок плоти, который исчез в его пасти. Он прожевал и проглотил его с жутким хрустом.

Наина поднялась, окровавленная, но не сдалась. Эта штука выглядела как голова гигантского червя с жуткой пастью и без глаз. Но двигалась быстрее любого хищника. Какой-то демонический симбионт-паразит, который завладел телом несчастной старушки. Бабуля уже старенькая, вот походу червяк этот и стал искать замену.

Я потянул Наину за руку.

— Ну-ка, может я ее успокою?

— Да ты с ума сошёл! Не мешайся! — рыкнула она, как разъярённая кошка.

Ну, ладно, кошечка, я просто постою в стороне и посмотрю, как ты справишься.

Заметил, как на руке и шее Наины вырос густой мех. Это что, шампунь для роста волос так сработал? Может, она натиралась им, пока никто не видел?

— Наина, ты стала слишком волосатой, — поддел я. — Это что, бальзам лошадиная сила?

Она резко повернулась ко мне, и что-то в её взгляде изменилось. Раньше в её глазах было дружелюбие, а теперь там поселилась настоящая дикость.

— Отвали! — рявкнула она, явно с трудом удерживая себя в руках.

Да уж, я знал, что выгляжу слишком круто, чтобы взбесить её.

— Я вообще-то не человек, это просто моя природа, — добавила она сквозь зубы. — Это не какой-то там шампунь.

Снова сделал шаг назад — на всякий случай. Вдруг она действительно выйдет из себя?

Директорша вмешалась, подливая масла в огонь:

— Наина, не сдерживайся! Признай, ты не можешь победить свою дикость!

— Заткнись! — Наина сорвалась и рванула на неё. Быстро, агрессивно, прямо как зверь.

Но тут опухоль на теле бабули дернулась и швырнула Наину в сторону. Когти Наины впились в стену, она изменила траекторию и снова метнулась на бабку.

*Вжух!*

Когти прошли по лицу директорши. Но не успела Наина дойти, как червь на спине укусил её за плечо, и Наина отлетела ко мне.

Однако поймал её с легкостью.

— Наина, ты как? — спросил я.

— Я её остановлю, ты беги, — прорычала Наина.

— Нет-нет, это не по мне. Давай-ка лучше я, — с улыбкой посмотрел на директоршу. — А вам советую валить отсюда, пока не стало поздно. Поверьте, с последствиями справиться будет непросто.

— О, правда? — Директорша и бровью не повела. — И какие же такие последствия? Мне бы посмотреть.

Наина закатила глаза:

— Ты серьезно думаешь, что это её испугает?

Я пожал плечами. Старую ведьму трудно было запугать. Но у меня в запасе есть козырь. Затем достал артефакт призыва Кровавого Следопыта.

— Знаешь, что это? — спросил я.

— Что?

Легкий туман начал заволакивать пространство. В нем стала вырисовываться огромная фигура. Наина и директорша замерли, глядя на неё с явным страхом. Туман сгущался, и вот перед ними предстал Кровавый Следопыт.

Наина отступила на шаг:

— Это… целый оборотень?

— Ну, почти. Всего лишь полукровка, — ухмыльнулся я, поглядев на её испуганное лицо.

Кровавый Следопыт посмотрел на бабку и, прищурившись, пробурчал:

— Она, наверное, проклята. Отравленная душа, пострадавшая от заклинания.

— Эй, попроще можно? Не надо этих магических терминов, — я нахмурился. Мне хотелось понять, можно ли её ещё как-то спасти.

Кровавый Следопыт кивнул, но его тон говорил о том, что шансов мало:

— Она использовала запретное заклинание. Теперь её душа и тело поглощены тьмой. Она стала отравленной душой.

— И что, спасти её можно? — я нахмурился.

— Спасать нечего, — буркнул он. — Она уже потеряна, как человек.

— Тогда убей её, — я кивнул в сторону горбуньи с червем на спине.

Опухолевый червь на её спине напрягся, нацеливаясь на Кровавого Следопыта.

— Хм, оборотень, — пробормотала бабуля. — Твое тело подойдет мне лучше всего.

Глава 4 Помочь другу

— Хм, оборотень, — пробормотала бабуля. — Ты подойдешь мне лучше.

Кровавый Следопыт рассмеялся.

— Ошибаешься, — рявкнул он и рванул вперёд. Его огромные когти вонзились в её шею, опухоль затряслась, куски мяса разлетелись во все стороны.

— Нет! — вскрикнула Наина, несмотря на всё, что произошло, у неё явно были чувства к ней.

Но что поделаешь?

Я посмотрел на Наину:

— Она больше не человек. Она уже полностью монстр, милая.

Охотник когтями уже впился ей в кожу, а на лице директорши промелькнуло облегчение. Ну да, попрощалась с опухолью — зеленая жижа вылилась наружу.

Однако, падая на землю, она не отрывала взгляда от Наины. Ее губы дрожали, как будто она хотела сказать «Прости». Трогательная сцена, конечно. Я аж расчувствовался.

Затем мы с Наиной наткнулись на несколько половинок тел. Явно червяк не доел. Наина, вся в слезах, решила, что надо сжечь это место дотла, чтобы директорша не числилась преступницей после смерти.

Она стояла и смотрела на горящий приют.

— Наина, — я похлопал её по плечу, пытаясь подбодрить.

— Уходи, — она стряхнула мою руку.

— Да ладно тебе, послушай…

— Не хочу, — фыркнула она.

— Ну и ладно. Можешь тут остаться. Полиция уже едет. Можешь им сказать, что ты всё сожгла. Только про меня ни слова.

Повернулся, готовый уйти, но Наина тут же зацепилась за меня:

— Подожди!

— Что еще?

— Хочу помочь тебе с твоей работенкой. Ты видел, что у меня кровь оборотня. Я могу тебе помочь.

— Ты не хочешь остаться в новом приюте? — спросил я.

— Нет. Директор там жуткий тип.

— Но ты мне не нужна.

— Отлично, — она начала уходить.

Я проводил взглядом её уходящий силуэт и вдруг почувствовал, как голова начала болеть. Ах да, вот она, проблема.

— Подожди, — бросил я, прищурившись.

Наина остановилась, спиной ко мне, а на лице у неё появилась эта хитрая улыбочка.

— У меня есть знакомая. Я спрошу её, может, ей нужен кто-то вроде тебя.

— Ну давай.

Затем позвонил Селене.

— Селена, ты где?

— Что? Памела звонила, сказала, что не может тебя найти. Ты до сих пор не вернулся домой?

— Возникла пара дел. Тут со мной оборотень, она сильная. Тебе интересно?

— Оборотень? Ты серьёзно? Прямо настоящий?

— Да. Ей нужен новый дом и работа. Если не заинтересована, можешь не приходить.

— Нет-нет, я заинтересована! Где ты? Я приду.

* * *

Через двадцать минут заявились Селена и Кристина.

Как только Наина их заметила, она мгновенно спряталась за меня.

— Селена, Кристина, вы чего, пугаете девочку?

— Оборотень, это ребёнок?

— Ты что не довольна? — скривил я губы. Их вопросы начали надоедать.

— Она оборотень?

— Ну, настолько, насколько это вообще возможно.

— Она может превращаться?

Я посмотрел на Наину.

Она, сжавшись, опустила голову и пробормотала:

— Я ещё не совсем умею… И могу выйти из-под контроля.

Селена решила её успокоить:

— Всё в порядке, малышка. Григорий справится. Даже если не смогу, — она махнула рукой, — ты же знаешь, кто тут главный.

— Ошибаешься, не рассчитывай на меня, — вставил я быстро. — Я всего лишь врач, а не няня по монстрам. И, кстати, Памела про это никому не рассказывай.

— Конечно.

Они забрали Наину и мы двинулись к машине.

Когда оказались дома, было уже поздно.

— Прости, что заставил ждать, — сказал я Памеле. Поэтому я достал телефон. Села батарейка? Ну, вот и отлично.

Памела посмотрела на меня. Даже когда я марафоны бегал, по ночам «вытрясал» из неё душу. Но сегодня, после душа, отключился моментально.

Наверное, она что-то заподозрила. Видимо, не такой уж мой день был лёгкий.

* * *

— Прекрати, я ещё спать хочу…

Когда Памела приоткрыла глаза, я уже бодрствовал. Хорошо выспался, да ещё и проснулся рано. Прикоснулся к ней.

Она посмотрела на меня, смеясь:

— Плохой ты мальчик.

— Спи дальше, — фыркнул я, продолжая свою утреннюю «гимнастику». Она пыталась сдержать смех, но в итоге всё равно засмеялась. Ну как тут спать?

После утренних игр я снова ощутил себя на коне. Лёг на кровать, положив её голову себе на грудь.

— Памела, а какой у тебя любимый цвет? — спросил я, просто чтобы поддержать разговор.

— Хм… Почему?

— Да так, задумался. Мы столько вместе, а я вот про тебя такие мелочи не знаю.

— Красный. Только, если собираешься дарить мне розы, лучше на еду потрать.

— Думаю, пора контролировать твой рацион. Кажется, ты немного потяжелела.

— Я потяжелела⁈ Да ни за что…

— А вот и да. Я это чувствую. — Поднял её на руки, перевернулся и снова оказался сверху.

* * *

Занятия по боксу у Андрея подходили к концу. Но я решил продолжать. Платить за месяц? Да ну, зачем это мне. Ходил, когда было время.

Честно говоря, был ему благодарен. Научил многому. Ну, кроме тех случаев, когда нарочно лупил меня по рёбрам. Но боксёром и тренером он был первоклассным.

После тренировок, в полдень отправился к Армену. Тренировки Наринэ не ждут. Я был настроен решительно. Первым делом — бассейн. Наринэ уже привыкла, тренировки дали результат. Её кожа на животе висела так, что в профиль напоминала старое платье на несколько размеров больше. Наблюдать за этим было даже как-то забавно, но я сохранял невозмутимый вид.

— Надо срочно избавиться от этих складок, — сказала она, глядя на своё отражение в воде, — а потом подтяжка. Иначе никак.

Я плыл рядом, как акула, тихо сверкая своими мускулами под водой, будто бы не замечая её слов. В бассейне я всегда чувствовал себя на своём месте, а вот Наринэ… ей ещё было далеко до идеала.

— Наринэ, ты вообще в тачках шаришь? — спросил я, сделав плавный поворот и устремив на неё взгляд.

— А ты чё, машину собрался брать? — прищурилась она.

— Да, для девушки. Хочу подарок сделать — что-то стильное, чтобы по-настоящему впечатлило.

— И сколько готов потратить?

— Двадцать миллионов, максимум, — ответил я небрежно, как будто речь шла о мелочи.

Наринэ покачала головой, глядя на меня с недоумением, как будто я только что заявил, что пачка чипсов стоит миллион.

— Дороговато, конечно, — пробурчала она.

Ну да, она знала толк в машинах. Семейка у неё была обеспеченная, и с детства её окружали только дорогие игрушки. Правда, вкусы у неё были… своеобразные. Всё больше внедорожники да грузовики — явно не то, что нужно для хрупкой девушки.

— Мне надо что-то маленькое и женственное, — объяснил я, когда она в очередной раз предложила какой-то очередной «танк на колёсах».

После тренировки, которая прошла как обычно — Наринэ барахталась рядом, — она снова полезла на весы. Эта её мания подсчёта граммов меня порой забавляла.

— Сколько там? — спросил я, притворяясь, что мне это хоть как-то интересно, лениво оглядывая её.

— 79,5. Маловато. Надо ещё тренироваться, — её голос прозвучал с решимостью генерала, готового пойти в бой.

— Ну, ты уже можешь кожу подтягивать, — предложил я, будто эксперт по пластической хирургии.

— Нет, пока не сброшу до нормы, не буду.

— У тебя на теле килограммов пять лишней кожи висит, — добавил я с усмешкой. — Это не проблема.

— Если ещё похудею, она опять сморщится! — вздохнула Наринэ, продолжая своё вечное нытьё.

— Да ладно тебе. Кожа — штука эластичная. Всё будет нормально.

— Может быть… посмотрим через пару дней, — её голос стал чуть мягче.

Она была высокой, метр семьдесят один, и целилась на идеальные 60 килограммов. Ну, кто я такой, чтобы ей мешать?

— Ну, это твоё дело, — махнул я рукой, подчеркивая своё полное равнодушие. Советы давать могу, но влезать в её дела — это точно не моё. Она сама разберётся.

За десять дней Наринэ изменилась. Без жира её лицо стало более привлекательным, хотя и в одежде она всё ещё казалась раздутой. Мы продолжили плавать, пока её волк Вульфи, этот хвостатый танк на четырёх лапах, не подошёл к краю бассейна, как только Наринэ вышла из воды. Вульфи был почти членом семьи, да что там, его уже почти как человека воспринимали.

Когда мы уходили бегать, Вульфи оставался дома и грустил, как щенок, брошенный хозяином. Больше десяти километров он просто не осиливал, хотя очень старался.

— Как ты его так натренировал? — спросила Наринэ, глядя на довольного волчонка, который прыгал вокруг нас, радуясь каждому нашему шагу. — Даже отец его теперь обожает.

— Десять миллионов же дала мне? — спросил я, усмехаясь.

— Даже профи столько не берут! — Наринэ скривилась, явно недовольная.

— Можно нанять любого тренера, но результат будет не тот, — с гордостью заявил я, чувствуя, что мои слова ударили в цель. — Вульфи, принеси мне газировку! — сказал я с широкой ухмылкой.

Волчонок рванул с места и через пару минут вернулся с банкой в зубах.

— Вульфи, давай мне сюда! — Наринэ протянула руку, глядя на него.

— Ты чего такая жадная? — я усмехнулся, протягивая руку к банке. — Вульфи, мне отдай.

— Почему ты можешь пить, а я нет? — Наринэ посмотрела на меня с вызовом.

— Потому что я красавчик, а тебе худеть надо, — подмигнул я, отхлёбывая холодную газировку.

* * *

Пока тренировал Наринэ, стройка на моем участке не прекращалась.

Три дня — и асфальтированная дорога протянулась на два километра. Ну да, я был доволен. Всё, как я задумал.

Асфальт — штука куда круче, чем цемент. С ним меньше мороки, проще укладывать, и не нужно ждать целую вечность. Цементу же надо хотя бы неделю, а если жара — вообще беда, треснет к чертям. Ну кому это надо?

Асфальт — другое дело. Пару часов, и готово. На следующий день уже можно кататься. Да, теперь все дороги с добавками, потому что чистый асфальт вроде как «канцерогены выделяет», но кого это волнует? Я не химик, мне главное — чтобы дорога была ровная. Ценник, конечно, вырос, но для меня это не проблема. Я привык платить за качество.

Пока отдавал приказы, строители завалили стройку материалами. Фундамент закладывали мощный. Земля у побережья сырая, хлипкая. Плюс часть здания собирались закопать. Без глубокого фундамента — никуда. Да уж, дело хлопотное, но не для меня. Это забота прораба. Пусть он и копается с этим.

Как только вернулся со стройки домой, звонок. Ганс.

— Чен, ты можешь подойти? С малышкой Вилхельминой что-то не так.

— А что, Дарья не справилась?

— Это не её вина. Просто лучше, если ты сам посмотришь.

Что-то в голосе Ганса было не так. Обычно он шутит, даже когда беда на горизонте. А тут — ни намёка на юмор. Серьёзный, как никогда. Ну ладно, думаю, раз сам не справляется, поеду.

Приехал. Ганс чуть ли не за руку меня внутрь потащил. Похоже, реально переживал.

— Ганс, что с Вилхельминой?

Он промолчал, повёл меня в гостиную. Там няня Дарья держала малышку на руках.

— Дарья.

— Григорий, наконец-то.

— Дай-ка её сюда. — Взял Вилхельмину на руки. Вроде, нормальная девчонка. — Так что случилось?

— Кажется, она ослепла, — выдавил Ганс.

— Что?

Я сел на диван, достал фонарик. Посветил Вилхельмине в глаза. Ноль реакции. Щелкнул пальцами у её у уха — моментально дёрнулась, потянулась ко мне.

Ну, ясно. Похоже, не видит.

— Вы её к врачу водили?

— Ещё нет.

— Немедленно к врачу. Я с вами.

— Григорий, а если она и правда не видит? — Ганс выглядел взволнованно.

— Ну, ты же всё равно будешь её опекать.

— Да, но… я хочу, чтобы она была такой, как все. Чтобы бегала, играла. Не хочу, чтобы её жизнь была в темноте.

Он замолк, весь в эмоциях. Я вздохнул.

— Сперва обследование. Потом решим.

* * *

Я и Ганс доставили Вилхельмину в больницу. Нас тут же отправили ждать в коридоре, пока её увозили на обследование к офтальмологу. Ну, знаете, в одну из тех стерильно-белых комнат, где делают умные лица и говорят сложными словами. Гансу оставалось только сидеть рядом и нервно постукивать пальцами. Я? Спокойствие самого Будды.

И тут, как водится, появилась Флора, в её фирменном стиле — с удивлением на лице.

— Чего ты тут делаешь? — её взгляд будто сверлил меня. — Неужели снова с пациентом?

— Это ребёнок моего друга, — ответил я, немного устав от её постоянных расспросов.

— Пойдем, поговорить надо, — она потащила меня в сторону.

— Что случилось? — я уже знал, что сейчас начнётся очередной рассказ о её отце-деспоте.

— Как у вас с Памелой?

— Встречаемся, — я пожал плечами. — А что?

— Наш папа, — начала она, — он консервативен. Очень. Он может быть против ваших отношений с Памелой.

Я закатил глаза так, что чуть не увидел собственный мозг. Ну, вот серьёзно? В каком веке её батя застрял?

Флора продолжила:

— Папа властный, разговаривать с ним непросто. Он может начать давить.

— Да хоть танк на меня пускает, — я улыбнулся с явным превосходством. — Мне всё равно, кто против. Даже если это ваш отец.

— Хорошо, — Флора вздохнула. — Надеюсь, ты справишься.

Она ушла, и тут к нам подвалил Ганс. Вечно с вопросами не к месту.

— Чувак, а кто это была? Докторша симпатичная. Ты с ней спал уже?

— Это сестра моей девушки, — я посмотрел на него, как на умственно отсталого. — Успокойся.

— Ладно, ладно, — Ганс вечно включал дурачка. — Я просто волнуюсь.

Спустя час появился врач с анализами, а за ним медсестра с Вилхельминой на руках.

— Господин Ганс, — начал врач, как будто собирался объявить конец света, — у вашей дочери не всё в порядке.

— Что? — Ганс побледнел.

— У неё врождённая гипоплазия сосудистой оболочки. Она не реагирует на свет.

— Оперировать можно? — Ганс схватил врача за руку, будто тот даст ему волшебное решение.

— Она слишком мала для операции. И это врождённое. Не исправишь. К тому же у неё редкая группа крови.

— Что за группа крови? — Ганс паниковал.

— Это редкая группа крови, друг. Очень редкая, — врач говорил спокойно, хотя ситуация была не из простых.

— А дальше? — Ганс уставился на него с надеждой.

— Если хотите, чтобы Вилхельмина видела, ей придётся заменить глаза. Но группа крови настолько редкая, что ждать донора можно десятилетиями.

— Можно купить на чёрном рынке? Миллиарда хватит?

Я, не думая, шлёпнул его по голове.

— Ты тупой?

Доктор покачал головой и ушёл, а я злобно посмотрел на Ганса.

— Ты что, с ума сошёл? Это не бар. Так с врачами не разговаривают. Ещё донесут на тебя.

— За что? Я же просто спросил!

— Ты хоть знаешь, откуда на чёрном рынке органы берутся?

— Нет, откуда?

— Туристов похищают. Потом их находят без почек, печени или глаз где-нибудь в подворотне.

Ганс вытаращил глаза.

— Никогда не покупай органы на чёрном рынке, — сказал я, прищурив глаза. — Серьёзно, ты же не хочешь, чтобы из-за тебя кто-то невинный отправился на тот свет.

Я, как врач, прекрасно знал, насколько жесток этот бизнес. Торговцы органами — это самые беспощадные ублюдки на планете. Им достаточно парочки тысяч баксов, чтобы расчленить человека на запчасти.

— Слушай, Григорий, а что, других вариантов нет? — Ганс всегда был слегка чокнутым, но это не делало его плохим парнем.

Он смотрел на меня с надеждой.

— Оставь её пока в больнице, — отмахнулся я. — Предварительное обследование. Не переживай, диагнозы — они же не всегда точные. Может, просто врачи криворукие.

Когда вышел из больницы, меня чуть не сбила машина. Я успел отскочить в сторону, но машина вдруг остановилась.

— Ты что, охренел⁈ — заорал я.

Из машины вывалился мужик весь в поту. Ни «извини», ни «привет». Выхватил какого-то ребёнка с заднего сиденья и рванул в больницу.

Если бы я знал, что там ребёнок при смерти, наверное, не стал бы так орать. Но я же не ясновидящий, правда? Мне стало интересно и я решил подождать.

* * *

— Что с ним? — Флора подошла к мужику, который тащил пацана.

— Он лежал на диване, и я не смог его разбудить, — забормотал мужик.

Когда побежали по коридору, Флора светила фонариком в глаза мальчику.

— Зрачки расширены. Давление на нервы, — буркнула она. — Что у него в амбулаторной карте?

— Опухоль в мозгу. И она растёт быстрее, чем раньше, — занервничал мужик. — Флора, умоляю, спаси его! Ему всего пять!

— Он лекарства принимал? — спросила она.

— Конечно, — ответил мужик. — Но уже месяц как ничего не помогает.

— Ладно, — Флора вздохнула. — Везите его в реанимацию.

* * *

Через какое-то время они получили отчёт. Оказалось, опухоль вернулась к тому размеру, что была пять месяцев назад.

— Флора, — начал мужик, — ты же тогда уменьшила её! Сделай это снова! Деньги — не проблема! Он у меня один. Если с ним что-то случится, зачем мне вообще всё это богатство?

Флора задумчиво кусала палец.

— Есть один парень, — сказала она наконец. — Может помочь. Но я не уверена, что он согласится.

— Кто он? Я его уговорю!

— Нет, — она покачала головой. — Если он узнает, что я проболталась, ты даже не увидишь его вблизи.

* * *

Позже Флора вызвала меня на крышу больницы.

— Григорий, мне нужна твоя помощь.

— О, да? Чем обязан? — я прищурился, зная, что она опять что-то задумала.

— Нужно помочь ребёнку. Ты в прошлый раз случайно попал к нему, облегчил состояние, но опухоль вернулась.

— Ну-ну, — усмехнулся я. — Я не тот, кто это сделал.

— Если поможешь, я скажу отцу пару слов о тебе. А может, даже дам его контакты, — хитро подмигнула Флора.

Ах, эта Флора, всегда с козырями в рукаве.

— Его папаша меня знает? — я прищурился, как лев перед прыжком.

— Нет, не знает, кто ты, — ответила Флора, пожав плечами.

— Ну и отлично, молчи дальше, — хмыкнул я. — И еще кое-что.

— Что? — она выглядела настороженно.

— Помнишь ту малышку, которую мой друг в больнице оставил?

— Ага. Тоже интересовалась. Гипоплазия сосудистой оболочки. Беда. — Флора вздохнула.

— Ладно, мне нужна операционная, — отрезал я. — И никаких посторонних. Никаких камер. Вообще никого.

— Ты что, собираешься сделать с ней?

— Правило номер один: не лезь в мои дела, если хочешь, чтобы мы продолжали. — Я поднял палец, будто учитель перед своим тупым учеником.

— Ты можешь вернуть ей зрение? — Флора ахнула, будто я волшебник с палочкой.

— Ты согласна или нет? — я начал терять терпение. Дело важное, а тут вопросы на вопросы.

— Сколько времени тебе нужно?

— Полчаса, максимум.

— Ладно, я что-нибудь придумаю.

— Когда? — мне надо было знать точно.

— Чем раньше, тем лучше. Он в критическом состоянии. Сегодня ночью подойдет?

— После полуночи? — я усмехнулся. — Ночной герой? Звучит.

— Да. Больше шансов, что никто не будет мешать.

— По рукам, — согласился я. — И скинь мне её анализы, мне надо подготовить зелье.

Флора быстро отправила мне все, что нужно. Умная девчонка, знает, что со мной лучше не спорить. И доверяет, конечно, куда без этого. Хотя выбора у неё, кажется, не было.

За последние недели я стал настоящим экспертом по демоническим камням. Знал, что это штука двоякая — лечит, но и убивает, если не знаешь, как обращаться. Прямо как я — сильный, но опасный. Использовать камни для вечной жизни — это мечты дураков. Люди не демоны, и никогда ими не станут.

Но я был не простым человеком. Знал, как минимизировать риск. В нужной комбинации с другими ингредиентами демонические камни работали как часики, без побочек.

Правда, совершенные камни — это вообще отдельная тема. Они намного мощнее, но такие редкие. У меня было всего несколько штук. Берег их как зеницу ока.

Первый я выцарапал у убийцы, второй получил, когда спас девять человек из пожара. Третий — после стычки с кавказской бандой.

Сейчас у меня всё еще был кусочек второго. А третий я даже не трогал. Кто знает, когда ещё подвернется шанс. Но надеюсь смогу вернуть Вилхельмине зрение. Ганс мой друг и она мне уже как племянница.

Глава 5 Демоническое зрение

Памела вернулась вечером и увидела, что я уже дома.

— Ты никуда не выходил? — спросила она с интересом.

— Уже всё сделал и вернулся. — Резко схватил её за руку и усадил себе на колени.

— Я вся липкая, дай хотя бы душ принять.

— Вместе.

Она фыркнула. Конечно, я это сказал. Всегда так говорил. Она же знала, что со мной бесполезно сопротивляться.

В самый разгар страстей я лениво пробормотал:

— Сегодня вечером ухожу.

— Куда на этот раз?

— В больницу.

— Ты болен? Хотя… подожди, ты же врач.

— У Флоры пациент. Нужно помочь.

— Подвезти тебя?

— А то.

К девяти вечера мы уже выходили, и тут Флора позвонила:

— Ну, когда ты там уже будешь?

Добрались до больницы быстро. У дверей уже топталась Флора, и, увидев Памелу, её глаза слегка расширились.

— Памела, ты же говорила, что у вас ничего нет. А потом раз — и вы вместе?

— Что значит «вместе»? Звучит, как будто я хлам какой-то. Мы встречаемся, ясно? — Памела закатила глаза.

Я проигнорировала сарказм Флоры:

— Как с операционной?

— После 11 там три палаты пустые. Отведу туда маленького мальчика, потом и Вилхельмину приведу.

Памела только отвезла меня, а потом поехала домой. Уже около десяти Флора привела меня в операционную, переодела в халат, маску и эту дурацкую шапочку.

Через несколько минут Флора и медсестра втолкнули мальчика.

Медсестра удивилась, увидев меня:

— Ой, а вы кто?

— Уйди, — буркнула Флора. — Дай нам самим всё сделать.

— Ладно… — та поспешила выйти.

А я повернулся к Флоре:

— Приведи сюда Вилхельмину.

— Тебе помочь с операцией?

— Нет.

Она вздохнула разочарованно. Ну ещё бы — мечтала посмотреть, как я работаю, но даже шанса ей не дал.

— Удачи, мелкая рыбёшка, — пробормотала она и вышла.

Проверил пульс мальчика. Плохо дело. Опухоль давила на нерв, и мальчишка уже 12 часов как в отключке.

Не стал сразу давать ему демонический камень. Сначала влил зелье из вечной молодости из источника в Аду. Эта штука могла взбодрить даже полутруп. Я готовил его для критических случаев. Слишком рискованно было сразу что-то серьёзное делать — можно было лишь ускорить конец.

Когда пульс стабилизировался, уже спокойно дал ему порошок камня. В это время Флора внесла Вилхельмину.

— Привела. Что дальше?

— Уйди.

— Не надо помогать с её глазами? — Флора сжала зубы, явно пытаясь не сорваться.

— Нет.

— Ладно, как скажешь! — Она положила девочку на кушетку с явным раздражением.

Убедившись, что Флора ушла, я аккуратно поднял ребёнка и вытащил из «пространственного кармана» два демонических глазных яблока. На них были странные корешки, как у паразитов. Выглядело это жутковато, но неопасно. Даже наоборот — «Провидец» одни из самых безопасных существ в Аду.

Просто положил эти чистенькие глазные яблоки на её лицо, и они сами поползли к нужному месту.

— Что за чертовщину ты творишь? — раздался голос мальчика за моей спиной.

Я обернулся. Он как раз проснулся на операционном столе.

— Ты дрыхнешь, — сказал я спокойно и махнул рукой, отправив его обратно в сон с помощью заклинания. Магия, что поделать.

Когда вернулся к Вилхельмине, её новые глазки уже красиво слились с лицом. Идеальная работа, как всегда.

Вынес её из комнаты. Флора, как обычно, стояла у двери и уже успела открывать рот от удивления.

— Ты что, уже закончил?

— Ага. Всё готово. Можешь теперь катить мальчика обратно.

Флора, конечно, удивила меня своей прытью. Она сразу погнала его в реанимацию и начала собирать образцы. Я остался с Вилхельминой, присматривая за её глазами. Прошел час, прежде чем Флора вернулась, вся в шоке.

— Ты сделал это! Опухоль уже исчезает! Это невероятно!

— Конечно, я же обещал, — ответил я. — Теперь всё в твоих руках. Завтра придет мой друг Ганс, так что своди Вилхельмину на повторное обследование. Когда результаты будут готовы, просто скажи ему, что вчера была ошибка. Глаза у девчонки в полном порядке.

— Ты реально её глаза вылечил?

— Ну а зачем я здесь, по-твоему? Время впустую тратить?

— Почему бы тебе не сказать своему другу, что ты спас его дочь?

Я покачал головой.

— Он трепло. Сразу всем разболтает. А мне проблемы не нужны.

— Ты что, так сильно мне доверяешь? — Флора прищурилась, явно подозревая подвох.

— Доверяю? — я ухмыльнулся. — Да брось, у меня просто нет выбора.

И тут из угла комнаты раздался знакомый голос.

— Эм… Ганс…

Мы с Флорой подскочили на месте. У окна стоял Ганс, выглядывая из-за занавески.

— Ганс? Ты чего тут делаешь?

— Спал…

— Зачем ты тут спишь?

— Ну, в фильмах родители всегда остаются в больнице с детьми…

Я взглянул на Флору.

— Ты что, не заметила его, когда забирала ребенка?

— Свет не горел, я не увидела его, — Флора покраснела. — А ты чего не подал голос, когда я вошла?

— Спал, — ответил Ганс спокойно.

— Когда проснулся?

— Когда вы начали трепаться.

— И что слышал?

— Всё… Ты же не собираешься меня убить? — его голос дрожал.

Я бросил взгляд на окно и спросил у Флоры:

— Какой тут этаж?

— Двенадцатый, — ухмыльнулась Флора.

— О нет… — простонал Ганс, хватаясь за голову.

А Вилхельмина испуганно завопила, будя Ганса окончательно.

* * *

Ганс привёз меня домой, но на его лице всё ещё было недовольство. Такой себе мрачный вид, как будто я его кофемашину сломал.

— Григорий, я прямо-таки несчастен сейчас. Ты совсем мне не доверяешь! А я думал, что мы друзья.

Я фыркнул.

— Если бы ты не был мне другом, я бы не лечил глаза Вилхельмины.

— Почему бы не сказать, что можешь её исцелить, а не действовать как воришка.

— И что? Чтобы ты объявил всем вокруг, что кто-то может вернуть зрение слепому?

— Разве это плохо?

— Нет, это очень плохо. Лечение сложное и не бесконечное, — я пожал плечами.

— Хорошо. Клянусь, что никому не скажу. Даже Анжеле.

Я усмехнулся.

— О, нет. Поклянись лучше своим членом.

— Прекрасно. Клянусь…

Мы подъехали к дому. Ганс вышел вместе со мной и пожал мне руку.

— Григорий, спасибо тебе. Встретить тебя — это самое большое везение в моей жизни.

Махнув рукой, я добавил:

— Позаботься о Вилхельмине.

Зайдя домой, увидел Памелу. Она сидела в гостиной и ждала меня.

— Григорий, как всё прошло?

— Ну, довольно гладко.

Улыбаясь, я обнял её за талию, притянул к себе. Она вся дрожала под моими прикосновениями.

Памела дышала всё тяжелее и тяжелее… Уже через несколько минут мы снова оказались в постели. Перед этим у нас был двухчасовой марафон, но я всё равно захотел повторить. Кажется, она уже потеряла дар речи от того, сколько у меня было энергии.

* * *

Ночью нас обоих разбудил телефонный звонок.

— Ты спи, — прошептал я, поднимаясь с кровати. — Я выйду и отвечу.

Телефон жужжал. Это была Андрей.

— Привет, Григорий? Я у твоего дома.

— Чего? Ты что, грабить меня собираешься?

— Новичок в беде. Мне нужна твоя помощь.

— Что с ним?

— Он ввязался в подпольные бои и серьёзно ранен.

— Ладно, подожди, пока я что-нибудь надену. — Сказал это абсолютно спокойно. Я уже привык к подобным ситуациям.

Новичок из зала был для меня чем-то вроде эталона. Семьянин, воспитание ребёнка в одиночку — всё это. Отказался выпить со мной после тренировки, потому что всегда спешил к сыну. Уважал я его.

— Памела, мне надо уходить. Пациенту срочно нужна моя помощь.

— Хочешь, я подвезу?

— Не надо, отдыхай. Меня друг отвезёт.

— Будь осторожен.

Я схватил сумку с инструментами и вышел на улицу. Там уже стояла машина Андрея.

В голову закралось мысль: нужно получить права. Серьёзно, как можно быть таким альфачом и не иметь водительских прав? Дурдом. Особенно некомфортно, когда Памела иногда подвозит меня по ночам.

Сел в машину Андрея и спросил:

— Где он?

— В моём фитнес-центре.

— Почему не в больнице?

Андрей бросил на меня странный взгляд.

— Он нелегальный иммигрант.

— А? — Я приподнял бровь. Явно не ожидал такого. Новичок-то, блин, был белым.

С чего бы это? Ведь обычно нелегалы — это азиаты или южане.

Андрей объяснил:

— Он старший брат одного из моих учеников.

— Так зачем же он в подпольных боях участвовал?

— Денег хочет заработать на гражданство для сына. А это дорого.

Ну, теперь всё стало ясно. Яснее некуда. Теперь понятно, почему Андрей иногда с ним тренировался. Новичок явно не купался в деньгах. Нанять Андрея как тренера? Да это же чистое разорение. Я, например, за его услуги выкладывал несколько сотен тысяч в месяц. А это, знаете ли, недёшево.

Машина остановилась у спортзала. Всё здание — темное.

Вдруг — бац! Человек свалился с неба.

Андрей и я — оба в шоке.

— Новичок! — первым очнулся Андрей и бросился к нему. Но было уже поздно. Всё. Конец. Он был без признаков жизни.

Я подошел, посмотрел на тело и покачал головой.

— Он мертв, — сказал я спокойно.

Он был полностью мёртв. Даже если бы я захотел его спасти, времени на это у меня не было.

Не могу сказать, что это приятное зрелище — видеть, как человек падает и умирает прямо на глазах. Но что поделать, такова жизнь.

На лице Андрея я не увидел, грустит ли он или злится. Как каменный. Он вызвал полицию без лишних эмоций.

Полиция примчалась быстро. Это был участок Леонида. Ведёт не Михаил, но большинство ребят я всё равно знал. Привычное дело.

Меня и Андрея затащили в отделение. Допросили.

У Андрея в машине стоял видеорегистратор, так что подозрений в нашу сторону не было. Он рассказал копам почти всю правду. Я же сделал умное лицо и сказал, что не в курсе, что вообще происходит.

Под утро нас отпустили.

Отчет о смерти был опубликован. Суицид. Ну да, чего ещё ожидать?

Я не знал, что могло заставить его сделать это. Недавно ведь и сам был в подобной ситуации. Если бы не встретил Ивана, возможно, был бы в таком же положении, как он.

Выжить в чужой стране — это не прогулка в парке. А уж если хочешь устроиться прилично — забудь. Шансы на успех так же малы, как у таракана в обувной мастерской.

— У него ведь остался ребёнок? — спросил я, прищурившись.

— Планирую усыновить, — Андрей смотрел прямо перед собой, как робот.

— Разве у этого ребёнка нет дяди?

— Он погиб в бою.

— Ну, если что, зови меня, — я снисходительно кивнул.

Андрей посмотрел на меня, затем кивнул в ответ. И тут зазвонил мой телефон. Иван, конечно же.

— Григорий, у тебя пациент. Вот адрес, — сказал он.

— Пока. — Я бросил прощальный взгляд на Андрея и поехал по адресу. Это был не новый пациент. Адрес-то я знал. Это была телеведущая и её приёмная дочь. Это тот самый небоскреб, где я еще повстречал сестер-убийц. Правда, в прошлый раз они сбежали от полиции.

Дойдя до двери телеведущей постучал. Открыли. Зашёл. Та же картина, что и в прошлый раз.

Беспорядок. Синяк на лбу у телеведущей. А дочка её сидит на диване.

— Ого… У вас тут Третья мировая война что ли произошла? — съехидничал я, оглядывая всё это безобразие.

— Доктор Григорий, у меня утром работа, — начала телеведущая, пытаясь выглядеть убедительно. — Вылечи меня. Я не могу идти на работу с таким лицом.

Я, конечно, был в настроении пошутить, но терпеть нытье — не моё. Тем более, когда передо мной стоят такие… хм, «приоритеты».

— Начну с твоей дочери, — сказал, игнорируя её просьбу.

Она аж вспыхнула от возмущения. Ах, эта вечная игра в «я важнее».

— Сначала вылечи меня! — Почти вскрикнула она. — Я не могу появиться на телевидении с синяками!

Ну конечно, как же она сможет сиять на экране с помятым лицом. Я лишь бросил на неё презрительный взгляд и вернулся к дочери. Ей, как ни странно, было явно хуже.

— Я плачу тебе! — она уже начинала переходить границы.

— И что? — я лениво поднял бровь. — Подам на тебя в суд за жестокое обращение с детьми. Не хочешь объяснить это своему агенту?

В одно мгновение её лицо потемнело. Да, с репутацией не шутят. Грех не пользоваться таким козырем. Ведущая замолчала, поняла, что со мной спорить — себе дороже. Даже не интересно, если честно.

Повернулся к её дочери. Ну что ж, милое личико, жаль только, что с синяком.

— Я помню тебя, — сказала она, глядя на меня. — Ты спас меня в прошлый раз.

— Тут больно? — спросил я, легонько надавив на синяк.

Она едва заметно вздрогнула, но кивнула. Травмы у нее были не страшные, так, пара синяков. Ничего, что моя магическая мазь не исправит. Нанес ей на лицо и оглядел её руки. Ожоги тоже были, но мелкие, ерунда. Короче, женская драка на завтрак — дело привычное.

Сделав своё дело, наконец, повернулся к «любимой» мачехе.

— Триста тысяч, пожалуйста, — сказал я, лениво протягивая руку.

Её глаза буквально вспыхнули. Как будто я был виноват в том, что она нарвалась на меня.

— Ах да, — добавил я, выдав вежливую улыбку. — Я сфотографировал травмы вашей дочери. Надеюсь, что в следующий раз не придется отправлять их в полицию. Серьезно, подумайте о своем будущем. Контролируйте эмоции.

Ну, тут уж она поняла, что шутить со мной — плохая идея. Я был на шаг впереди.

— Доктор, можно ваш номер? — девочка взглянула на меня своими «невинными» глазками.

Честно? Эта девчонка была умнее, чем выглядела. Не наивная она, нет. Видел я таких. Как она может драться с мачехой так успешно? Редкая смекалка.

— Нет, — сказал я, чуть улыбнувшись.

Заходя в лифт, заметил ещё одну знакомую фигуру. Женщина, живущая напротив. Галина, если память не изменяет. Та самая, что бегала с сестрой и оставляла за собой трупы. А мне они соврали, что актрисами работают. Вспомнил их разборки — ни на что другое это не походило.

Как только двери лифта начали закрываться, Галина быстро вошла. Она не теряла времени зря.

— Доктор, мы снова встретились, — сказала она, загоняя меня в угол.

Я понял, что влип, сразу, как только глянул на неё. Высокая, почти моего роста. Ну, конечно, на шпильках, чтобы ещё больше давить на психику. Костюм сидел так, будто был создан специально для неё: строгий, но с такими акцентами, что глаз оторвать невозможно. Низкий вырез, юбка едва прикрывает колени — да это же не одежда, а настоящее оружие массового поражения. Волосы? Каштановые, вьющиеся, и, конечно, наброшены на плечо с той ленивой грацией, как у героинь старых нуаров.

Она идеально вписывалась в категорию «опасная женщина» — те самые, что сначала сводят тебя с ума, а потом собирают с пола в виде очередного трофея.

И тут она пошла в наступление. Подошла вплотную, буквально вторглась в моё личное пространство и, не спеша, провела пальцем по моей груди. Как будто мы уже были на той стадии отношений, где не надо спрашивать разрешения.

— Чаю хочешь? — Голос мягкий, вкрадчивый, но такой уверенный, будто она уже знает, что ответ будет положительным.

Я чуть не расхохотался от такого нелепого контраста, но вовремя взял себя в руки.

— Нет, спасибо. Я занят. — Мой голос прозвучал ровно, даже круто, хотя внутри меня всё сжималось. Дышать стало чуть сложнее, но я делал вид, что контролирую ситуацию.

Она приподняла бровь и улыбнулась. Нет, это была не улыбка, а хищный оскал под видом дружелюбия.

— Ты о чём-то волнуешься? — её голос был мягким, но в нём скользнул какой-то пряный яд.

— С чего бы? — Я изобразил самую наглую ухмылку, на какую был способен. Главное, не показать, что эта женщина пробралась мне под кожу.

Она усмехнулась, и её взгляд будто искал слабое место. Улыбка — опасная, как нож в тёмном переулке. Любой другой на моём месте уже потерял бы голову.

— Расслабься, — проговорила она, чуть склонив голову в сторону. — Ты не в моём списке целей. Пока. Но кто знает, как всё может измениться?

Намёк был настолько прозрачным, что я невольно задержал дыхание. Но тут она резко изменилась. Её взгляд стал ледяным, а в голосе исчезла сладость.

— Но если ты вздумаешь нести чушь в полиции, — произнесла она тихо, но с таким стальным оттенком, что по спине пробежали мурашки, — я не гарантирую, что останется от тебя.

И прежде чем успел ответить, она врезала мне кулаком в грудь! Да это же нападение!

Глава 6 В поисках сокровищ

И тут Галина врезала мне кулаком в грудь!

Больно, зараза! Я рефлекторно оттолкнул её, но она не сдавалась. Схватила меня за запястье, пытаясь вывернуть. Только вот я и не думал уступать. Одним движением положил руку ей на грудь и прижал к стене. Вот и вся агрессия.

Она попыталась вырваться, но уже держал её крепко. Она не ожидала такого поворота. Думала, что я слабак? Ха! Даже не дал ей шанса.

Она подняла ногу, целясь в самое дорогое, но я был быстрее. Моя рука уже поймала её за колено.

— Галина или как вас там, можете повторить, что вы там сказали? — не смог сдержать сарказм.

Она явно не ожидала такой прыти от меня. Думала, что легко припугнёт и всё. А тут — бац, урок преподалией. Моё превосходство говорило само за себя.

— Доктор Григорий, вы такой сильный… — её голос дрожал от восхищения. Она облизнула губы, пытаясь соблазнить меня этим жестом. Тепло её дыхания обжигало.

Но мне было всё равно. Не собирался я связываться с такими типажами. Как только двери лифта открылись, повернулся и ушёл. Что бы ни было дальше — это не моё кино.

Она попыталась остановить меня, но я уже был настроен решительно.

— Давай поедим? — она схватила меня за руку.

— Прости, занят. Прощай, — сказал я, стряхнув её руку. — Давай просто притворимся, что никогда не встречались. Ты меня не видела, и я тебя тоже. Договорились?

Последнее, чего мне хотелось, так это связываться с наёмной убийцей, у которой ещё и сестра в этой же теме. Лифт — это одно, но кто сказал, что я смогу отбить её в реальной драке?

Она была хищницей, а хищники не играют честно. Они убивают из-за угла, а мне жить в страхе не хотелось.

И всё же, когда уходил, почувствовал её взгляд. Да, передо мной была идеальная смесь ангела с демоном в теле. Но её аура? Она говорила одно: «Не трогай меня, если хочешь жить».

Я выбрал жизнь.

Пока шел завибрировал телефон.

Директор химзавода с ходу начал говорить:

— Григорий, сегодня полнолуние. Готовьтесь. Я за вами заскочу попозже, — услышал я напоминание.

Ну да, отлично. Этот тип, снова на связи. Хотя, по правде говоря, я уже знал, где этот болван Фёдор заныкал свой антиквариат. Ловкач тот еще, но я не хуже. Иллюзорную печать сокрытия, конечно же, сделала Мымра Гаргамовна. Она теперь прислужница Самаэля, так что мне давно всё известно. И я знаю, как с этой печатью разобраться.

Тут главное — чтобы директор не устроил какую-нибудь глупость или не решил меня кинуть. Тогда у нас всё сладенько сложится.

* * *

К вечеру директор действительно явился. Я, как всегда, не мелочился — взял всех своих демонов. Ну, кроме Бельфегора, его не вытащишь из моря. Зато остальные в машину директора влезли, что тот аж напрягся. Вид у него был как у человека, который забыл, зачем вообще живет.

— Григорий, это что за зверинец? — он таращил глаза.

— Чтобы ты, друг мой, не придумал предательство. Ну и чтобы ты не пытался меня грохнуть, когда сокровища найдем, — с усмешкой бросил я.

— О, ну теперь я больше тебя боюсь, чем того, что предашь меня ты…

Ну, Бим и Аркитос — те ещё ребята. Один их вид пугает до полусмерти. Уж если кого куснут, то полжизни отнимут, минимум.

Директор, бедолага, был, конечно, хилым. Оружия не взял — об этом явно жалел. Видно, что стремался по полной.

— Да брось, — успокоил я его, — не волнуйся так. Я всего лишь о своей шкуре думаю. А не о том, чтобы тебя кинуть.

— А я всё равно боюсь. Как мне не бояться? — промямлил он.

— Ну, мы ведь на доверии сотрудничаем, а? Ты должен верить мне.

— Можно я вернусь за ружьём? — его голос задрожал.

Я усмехнулся. Этот его вопрос в момент испарился. И он сосредоточился на вождении. Странно, ведь именно доверие ко мне заставило его пойти на это дело. Я же, в конце концов, раздал пострадавшим от пожара всё найденное золото. Не мелочился. Это был ключевой момент, который его и подтолкнул.

Хотя, конечно, сейчас мы искали антиквариат на миллиарды. Директор нервничал, не ослеплюсь ли я от жадности, когда доберемся до них. Смешной парень.

Он вел машину в напряжении. Но и я был на чеку. Всё-таки это было наше первое сотрудничество, и я не знал, чего от него ждать.

Фёдор заныкал своё добро в горах. Далеко. Очень далеко. Настолько, что кажется, Фёдор и сам туда не добрался бы без помощи.

Мы остановились у подножья горы. Пора было идти пешком.

— Григорий, слышал, ты хочешь виллу на побережье построить? — пробормотал директор, пытаясь отдышаться.

— Точно.

— Потому и срочно деньги нужны, да?

— Можно и так сказать.

На самом деле, на виллу у меня и так хватало. Но одного дома маловато будет для такого человека, как я. Нужно больше денег, чтобы жить так, как я привык.

— А ты-то зачем сюда попёрся? Тоже денег впритык? — спросил я, наблюдая, как он пыхтит от нагрузки.

— Для моего химзавода. Сотрудникам нужны деньги, поэтому я здесь. Пф-ф… Ты и вправду в отличной форме. Это все маги такие подкачанные?

— Тебе просто нужно чаще тренироваться, — лениво бросил я, закатывая глаза. Это как смотреть на двоечника, который пытается подтянуться на турнике.

Мы шли дальше, и директор вдруг решил раскрыться как в дешёвом сериале.

— У меня есть жена, — сказал он, будто это кого-то волновало.

— Да, у большинства людей есть хотя бы одна, — отозвался я, насмешливо поднимая бровь.

— И ребенок тоже есть.

— Ну и что?

— Так вот, если ты решишь меня предать, подумай о моей семье. Не убивай меня, ладно?

Я просто промолчал. Как тут ответишь на такую глупость?

Гора была настоящим испытанием. Тропинки? Ха, их тут не было, просто направления. Иногда приходилось идти наугад. Но я-то был в отличной форме, в отличие от этого дохляка. Конечно, мы взяли снаряжение — ботинки, веревки, кирку. Всё как надо. Только, похоже, ничего из этого ему не помогало. Он пыхтел, как старый пылесос.

— Как далеко еще? — спросил я, пытаясь не зевнуть.

Директор вздохнул.

— Километров десять, два холма ещё. Мы должны дойти до полуночи, иначе придется ждать полнолуния.

Я усмехнулся.

— Тебя на спине нести?

Он, этот вечный нытик, даже воодушевился.

— А ты сможешь?

— Километр могу, но тогда один из артефактов мой, — я хитро улыбнулся. Он даже не представлял, как я люблю торговаться.

— Забудь об этом, я сам дойду, — пробормотал он.

Мы шли дальше. Путь был скользкий, тропа коварная. Да и я сам иногда терял равновесие. Но это ничего. А вот директор выглядел так, будто еще чуть-чуть, и его можно будет оставлять здесь. И даже эти тупые еноты-близнецы прыгали по горе, как горные козлы. Даже ящер Аркитос, и тот бегал с таким энтузиазмом, будто у него под лапами не было этой чёртовой грязи.

Шли мы долго, с перерывами на директорово нытье. В итоге я таки подхватил его, как мешок с картошкой, и донёс до места. Пещера, наконец, перед нами. Время — 11:30 вечера. Сама пещера выглядела так, будто из неё вот-вот вылезет что-то страшное и злое.

Директор грохнулся на землю, тяжело дыша.

— Это здесь, — сказал он, как старый знаток местности.

Я только фыркнул. Ну да, раз он уже тут бывал, мог бы не прикидываться знатоком географии. Лес кругом был такой, что я сам фиг бы нашел пещеру.

— Только при полнолунии можно найти её, — начал объяснять он, но мне это уже рассказывали. Мымра объяснила все ещё до того, как мы сюда пошли. И, конечно, знал, что нас ждет впереди.

За пределами пещеры, конечно, был магический барьер. И он не просто так. Ну, умно, что тут скажешь.

Мы вдвоем нацепили каски с фонариками. Неудивительно, а то со своим человеческим зрением мозги себе повышибали бы в этой тьме.

— Магический фосфор взял? — спросил я у директора, кидая на него снисходительный взгляд.

— Конечно, — с легким превосходством ответил он. — Я ведь немного маг. Всегда что-то имею при себе.

— Тогда сыпь впереди. Давай, не тормози.

— Зачем?

— Просто сделай, что сказано. Вопросов много задаешь, — я закатил глаза. Порой он меня бесил своим недоверием.

И фосфор, разумеется, мы взяли не просто так. Перед входом в пещеру повсюду эти адские паразиты. Уродцы, пришедшие прямиком из Ада. Не смертельные, конечно, но неприятные. Прилепятся — и всё, считай, они с тобой. То зуд дикий устроят, то боль адскую.

Правда, им нужна была влажная среда, а на свет они летели, как мухи на дерьмо. В полнолуние их целый рой собирался у входа в пещеру. Умно с их стороны не вылезать наружу, где их можно разглядеть и грохнуть.

Директор достал мешочек с фосфором. Такой весь из себя серьёзный.

Чуть-чуть посыпал, потом спросил:

— Куда его сыпать?

— На вход. И сразу зажги.

Он активировал фосфор магией, и тут началось. Вокруг сразу мелькнули огоньки. Паразиты метнулись к свету, как мотыльки.

— Что это за фигня?

— Адские паразиты, — отозвался я, как будто каждый день их видел. Хотя, честно, видел впервые. Но кто бы узнал? Я слышал о них от Мымры, так что сделал вид, что всё в порядке. В аду бывал, такие вещи уже не впечатляют.

— Григорий, ты, кажется, знаешь это место лучше, чем я, — с подозрением в голосе проговорил Директор.

— Учи матчасть, парень.

Тут из глубины пещеры вылетела тень.

— Осторожно! — я толкнул Директора в сторону, пока он тупил. Выглядело эпично.

Это была борзая. И не просто, а какая-то облезлая, без шерсти, вся в язвах. Вид у неё был, мягко говоря, не очень.

Бим тут же подскочил к ней. Он был вдвое больше этой дохлятины. Она явно не в лучшей форме. Кто знает, сколько она тут торчала? В любом случае, силы свои она явно прикидывала не лучшим образом. Увидела Бима и тут же сделала ноги в пещеру.

Ну, а наш кобель, естественно, помчался за ней. Глупые еноты и Аркитос тоже бросились следом. Прямо стадо.

— В пещере много ответвлений, — заметил Директор с тревогой. — Они не заблудятся?

— Да брось, найдут выход, — ответил я легко. — Пошли, пора и нам.

Пройдя немного дальше, мы наткнулись еще на пару борзых. Точнее то, что от них осталось. Бим и компания явно сделали своё дело. Как всегда.

— Умно было взять их с собой, — сказал Директор. — Нас двоих тут легко могли бы подловить.

Я улыбнулся, полагая, что это и так очевидно. Вдруг черная тень выпрыгнула из-за спины Директора. Но у меня реакция звериная. Схватил его за шкирку и оттащил, отбрасывая тварь ударом.

Ещё одна борзая. Но она долго не протянула — мой удар убил её на месте.

— Чем они тут вообще питаются? — пробормотал он, глядя на останки.

— Споры зомби, — выдал я, как ни в чем не бывало.

— Какие еще споры зомби?

— То, что прямо у тебя на руке, друг.

Директор аж подпрыгнул. Шлепнул себя по ладоням, а потом уставился на стену. Там какие-то скользкие грибы росли. Вонючие, как мои старые ботинки.

— Если они попадут внутрь тебя, будешь как ходячий мертвец. Прямо как в кино.

Директор отчаянно начал тереть руки об одежду. Страх на лице, как у ребенка, который узнал, что в мороженом нет шоколада.

— Почему ты не сказал раньше⁈ Я что, заразился?

— Расслабься. Всё будет нормально, если не начнешь это жрать. Ну или если у тебя нет ран.

— А если эти псы вырвутся, устроят нам биологический кризис? — Директор смотрел на меня с ужасом. Наверняка вспомнил все фильмы про зомби.

— Нет, нет. Они не заразны. Эти псы не переживут даже дня на солнце. Сгорят, как вампиры.

— Тебе вообще не страшно? — продолжал он выносить мне мозг.

— Серьезно? Я что, похож на труса? Держи себя в руках, ты же вроде мужик.

— Ну, рядом с тобой я себя совсем неловко чувствую.

Я лишь хмыкнул. Видал и не такое. Эти зомби-дворняги — фигня.

Внезапно перед нами вспыхнули два красных огонька.

— И что это за фигня? — Директор моментально спрятался за меня, как ребенок.

— Да всё нормально, — я пожал плечами. — Это мой питомец, Аркитос.

Директор включил фонарик и уставился на ящера, который жевал труп какой-то борзой. Неприятное зрелище, даже для меня.

— Он не заразится, жуя труп зараженной собаки? — Директор был явно на грани паники.

— Нет, это для него просто закуска, — фыркнул я.

Аркитос был не простым питомцем. Высший демон с кровью дракона, его огненная кровь сжигала всё на пути. Даже споры зомби ему не страшны. Просто мелкие паразиты, ни больше, ни меньше.

Тела собак валялись повсюду, словно кто-то их специально рассадил, как пугала. Но для Директора мои монстры были страшнее этих зомби. Даже самые мелкие, как Морозка и Ужора, рвали их на части, как хрустящие чипсы.

Некоторые растерзанные трупы явно принадлежали глупым енотам. Только они могли разорвать пса пополам. Не иначе на одеялах у меня дома тренировались.

Директор нервно озирался, словно у меня была целая армия монстров на поводке.

— Уррр, уррр!

— Сильвер что-то нашел, — я безошибочно узнал голос енота. В отличие от Директора, я всегда знал, кто из них подал голос.

— Что нашел?

— Что думаешь? Сокровища Фёдора, конечно. Мы ведь за этим пришли, — я ухмыльнулся.

Когда мы с Директором вошли в просторный зал, сразу заметили здоровенный сейф. Тонна минимум. Ну, это и была цель нашего похода.

— Сейф, — пробормотал я.

— Ты пароль знаешь? — спросил Директор, явно пытаясь выглядеть полезным.

— Ага, конечно. — Я закатил глаза. — С чего бы мне его знать?

— Может, взломаем? — Директор посмотрел на меня с надеждой, как щенок. — Кирка сгодится?

Он схватил какую-то мотыгину и начал ковырять сейф. Разумеется, сломал её за секунду. Вот же гений.

— Ага, сейф мотыгой открыть — блестящая идея, — сказал я, смотря на обломки. — Тонна-то — не проблема для тебя, а?

Директор только буркнул что-то себе под нос. Тащить сейф пешком по горам, конечно, было бы уморительно. Но не для меня.

— Вертолет бы не помешал, — добавил я, почесывая подбородок. — Хотя кто нам его пришлет?

Пришлось признать: с сейфом нужно было разбираться на месте. Либо открыть его здесь, либо выкинуть. И, конечно, поделить всё сокровище между мной и Директором. Ну, может, я оставлю ему пару монет, если будет паинькой.

— Ладно, дай-ка попробую, — я подошел к сейфу, напряг свои стальные бицепсы. Сейф даже не шелохнулся. — Ого, это не просто железяка, — сказал я. — Легированная сталь. Ну, ещё бы. Даже бомба бы его не взяла. Есть идеи?

— Могу кое-что попробовать, — сказал он, уже ближе подползая к сейфу. Ну давай, удиви меня.

Он протянул руку к сейфу, и вдруг из его ладони поползли какие-то светящиеся щупальца. Я прищурился. Мда, вот уж спектакль.

Щупальца полезли в сейф, но вскоре исчезли. Директор убрал руку и сделал трагичное лицо.

— Ну, как успехи?

— Слишком сложно, — он покачал головой. — Эти щупальца не справились.

Вдруг моя правая рука начала вести себя странно. Рот Обжоры на моей ладони опять что-то учуял. Он всегда появлялся, когда пахло бедой или едой. Похоже, в сейфе было что-то… вкусненькое.

Рука поднялась сама по себе, я не успел моргнуть.

— Эй, что ты делаешь? — Директор выглядел озадаченным.

Моя рука увеличилась в размерах, и откуда-то вылезла гигантская пасть. С хрустом вгрызлась в угол сейфа и оторвала кусок металла.

— Что за чёрт? — прошептал Директор.

Он явно думал, что это какое-то мощное заклинание. Ха, заклинание. Моя рука уже сжевала килограммов десять легированной стали, и не собиралась останавливаться.

Нужно будет разобраться с этим Ртом, когда вернусь. Хватит с меня сюрпризов.

Очевидно, объяснить, что это была магия просто смешно. Даже для меня.

Директор ухмыльнулся, наблюдая за тем, как моё заклинание творило чудеса, хотя и не понимал, в чем дело. Да и я, если честно, тоже не особо горел желанием объяснять.

— Ты видел это? — ухмыльнулся я, оглядываясь на него.

В этот момент Рот Обжоры, словно гигантская мясорубка, закончил жевать сталь сейфа и решил прихватить ещё кусочек. Вот тебе и аппетит.

— Мда, сейф явно не впечатлил его. Может, он хочет съесть то, что внутри? — протянул я, чувствуя, как моя правая рука слегка потяжелела. Не сильно, но заметно.

Потрогал руку. Ощущалась металлической. Это точно моя рука? Или это уже какая-то стальная хрень?

— Интересно, он впитывает свойства металла или просто увлекается сейфами? — задумался я вслух, глядя, как Рот завершает трапезу.

После пары аппетитных укусов он остановился. Правая рука вернулась в нормальное состояние. Всё, хватит обжираться. Сейфа больше нет — минимум сто кило металла ушло в утробу.

Директор подошел и вытащил всё, что осталось в сейфе. Там было столько всего интересного, что даже я на миг отвлёкся. Теперь осталось только разделить их между собой.

Глава 7 Продажа добычи

Сокровища Федора найдены. Особенно меня заинтересовала одна штука. Картина. Древняя, с редким оформлением из сандалового дерева. Завёрнутая в пластиковый пакет, чтобы не намокла. Развернул. Пейзаж тушью, с надписью «Шишкин бор».

— Шишкин? — фыркнул я. — Это место такое?

Я раньше не слышал ни о таком месте, ни о таком художнике. Но картина явно антикварная. Вижу же.

— Ты это выбрал? — Директор наклонил голову.

— Ага. Беру. Картина — это круто. — Даже не стал долго думать.

— Тогда я заберу эти часы, — Директор потянулся за старыми карманными часами.

— Ну а я возьму книгу, — я схватил старую книгу, страницы уже пожелтели до черноты. Должна быть интересная.

У меня был один критерий: бери всё, что выглядит старым. Старое — значит ценное.

Мы молча разбирали свои трофеи. В итоге, каждый взял по 15 предметов, но один всё-таки остался. Ну, как тут не сыграть в камень-ножницы-бумага? И да, я победил. Забрал последний приз.

Кто из нас урвал больше ценного, понятия не имел. Но мне было плевать. Главное — удовольствие.

Мы сложили свои сокровища в рюкзаки и направились обратно.

После нескольких часов плутания по горам мы, наконец, выбрались на дорогу. Свежий воздух!

— Григорий, ты отличный напарник, — расслабленно улыбнулся Директор. — А я-то думал, ты меня кинешь.

Если бы решил его кинуть, он бы уже давно хрустел на зубах моих питомцев. Но мы оба были настороже — ведь это наше первое совместное дело.

* * *

Когда вернулся домой, Памела увидела меня, измазанного в грязи с ног до головы.

— Ну что, Григорий, как там охота за сокровищами? — усмехнулась она.

— Да как по маслу, — я кинул рюкзак на пол. — Вот, всё тут.

— И что это? — Памела попыталась рассмотреть мои находки.

— Понятия не имею. Спрошу у экспертов позже.

— А ты не собираешься поспать? Ты ведь не спал всю ночь.

— Спать? Я? Да мне вообще норм. Ты что, на работу собираешься?

— Угу. А ты, кстати, не забудь почистить Бима и остальных. Они грязные. И, пожалуйста, скажи мне, что они не сожрали Директора?

— Да не-е-е. Не хочу, чтобы у них было несварение. — Я ухмыльнулся.

Памела только покачала головой, понимая, что я бы всё равно не позволил такому случиться. Ну, почти.

Она ушла на работу, а всё что мне нужно сделать — позвонить Армену. Пусть оценит мои сокровища, а то времени у меня на это точно нет.

Достал телефон, быстро набрал номер и закинул ноги на стол.

— Армен, у меня тут коллекция антиквариата собралась. Сам не могу понять, сколько она стоит. Оценишь?

— Конечно, — ответил он, как будто уже привык к моим запросам.

Пока болтал с ним, глянул на другую картину «Клякса чернил». Прикинул, что лучше оставить её себе. В новую спальню пойдет как родная. Остальное? Пусть Армен оценит. Может, несколько десятков миллионов наскребем.

* * *

К обеду я уже был у него. Влетел в его кабинет с кучей барахла в сумке. У Армена глаза на лоб полезли.

— Это всё продавать собираешься? — спросил он, явно офигевая от количества.

— Такой план, — я пожал плечами.

Он начал шарить в моих богатствах. Первым попался фарфоровый кусок. Блюдо, что ли.

— Это белый фарфор, китайский, середина 16 века. Состояние отличное. На рынке можно за десять миллионов отдать, — оценил он.

Я кивнул, довольный. Неплохое начало. Но это только разминка. Мин, Цин, Линь… Китайский фарфор — вот где настоящие миллионы крутятся.

Армен тем временем продолжал лекцию о фарфоре. Китайский фарфор был круче всех — твёрже, чётче.

Следующий предмет — медная курильница для благовоний. Армен снова оживился.

— О, это итальянская штуковина. 14 век. Тут написано «Медичи». Вероятно, из дома банкирского дома Медичи. Надо бы проверить, но думаю, она стоит от тридцати до тридцати пяти миллионов.

Я чуть не засмеялся вслух. Думал, фарфор вытянет, а тут медная курильница в разы дороже. Прекрасно!

Далее он взял старую потрёпанную записную книжку. Я уже потерял интерес, но он все же прокомментировал:

— Португальский. Морской дневник 16 века. Автор какой-то моряк, Джакомо Коломбо. Не особо ценно.

Я только кивнул. Мелочи.

Так он перебирал мои вещи, оценивая одно за другим, пока всё ценное и бесполезное не оказалось в двух кучках. Курильница — чемпион, зеркало — аутсайдер с ценником в один миллион.

В итоге, 12 предметов оказалось приличной ценности. Общая сумма где-то от восьмидесяти миллионов до миллиарда. Похоже, день у меня сегодня удался.

Что касается этих четырех штук, решил их оставить себе. Ну а как продавать — тут не всё так просто. Мне же нужно сначала понять, сколько они реально стоят, и одного мнения Армена для этого не хватает. Пришлось обращаться в контору, которая шарит в оценке таких предметов, или хотя бы попросить Армена договориться с его людьми, чтобы сделали нормальный отчет.

Армен, конечно, эксперт, но его оценка — это только начало. Точность у него хорошая, где-то 80%, но для окончательной цены нужно дополнительное исследование.

Я согласился, чтобы Армен забрал вещи к себе в фирму для более серьёзной оценки. Мы даже контракт подписали. Чисто чтобы всё было официально, без грязных игр. Армен имел право первоочередного выкупа и сразу дал мне тридцать миллионов задатка. Не кисло, да? Но если кто-то предложит больше, то могу продать другим, правда, пришлось бы вернуть деньги Армену с процентами. Такой вот деловой подход.

С ним у нас были нормальные отношения, но бизнес есть бизнес — контракт мы соблюдали строго.

Как только закончили с бумагами, началась светская беседа.

— Как думаешь, Григорий, когда Наринэ сбросит вес?

— Ещё около десяти дней, — я прищурился, вспоминая её плачевную форму.

— Ты заставил её скинуть со 150 кг до 70 кг за 20 дней, а теперь целых десять дней на то, чтобы сбросить с 70 до 60 кг?

— Потеря веса — дело тонкое, Армен. Сначала уходит вода и жир, это быстро. А вот теперь у неё почти нет лишнего веса, и процесс идёт медленнее. Кстати, я бы уже сейчас посоветовал ей операцию на коже сделать. Бегать с этой «шкурой» всё труднее.

— Наринэ сказала, что сделает операцию, когда достигнет своей цели. Сейчас не хочет.

— Да пусть как хочет. Не моё дело. Я за её вес отвечаю, не за внешний вид.

После этого я пошёл тренировать Наринэ.

— Так, у тебя руки крепкие, Наринэ. Увеличим нагрузку на них.

— И что мне делать?

— Будешь боксировать во время пробежек. Ноги работают, а руки — бьют. Вперёд, погнали.

Тренировка началась. Наринэ серьёзно выполняла мои инструкции. Полчаса пробежки с боксерскими ударами. Потом плавание баттерфляем.

— Григорий, я всё-таки решила сделать операцию по липосакции. Есть советы? — Наринэ выглядела задумчивой.

— Ну, шрамы останутся, — я пожал плечами. — Но если хочешь, чтобы всё зажило быстро и красиво, можешь обратиться ко мне. Я это тоже умею.

Она закатила глаза:

— Не мечтай. Как только я похудею, ты больше не получишь ни одной задачи от меня.

— Как скажешь. Только после операции забудь про острую еду и воду три дня. И отдых перед операцией нужен.

— А зачем отдых?

— Мышцы расслабить. Если продолжишь в том же темпе, они натянутся, а после операции может выйти, что они встанут не туда. Это будет неприятно. Лучше сделай массаж перед операцией.

Вот так я её наставлял. И вскоре мы закончили тренировку. Попрощавшись, как обычно, я пошел домой.

* * *

— Привет, красавчик, — Памела приподняла бровь, заметив, что я вернулся с парой вещичек. — Что, не получилось втюхать?

— Большую часть загнал. А эти… ну, фигня полная, даже для коллекции не годятся, — небрежно кинул пару штуковин на стол и, не задумываясь, сразу прыгнул на диван рядом с ней. Чего мне размениваться на мелочи?

— Григорий, ты в курсе, что Бим опять жирком оброс? — Памела нахмурилась.

— Ну, сколько он там весит? Ты взвешивала его вообще? — я поднял бровь, не особо придавая этому значение.

— В последний раз было 65 кило, но давно его не проверяла, — она явно не на шутку беспокоилась.

— Бим, тащи весы, и сам встань на них, — сказал я, погладив его по голове. Всё равно впустую бегает, вот пусть и работает.

Бим, веселясь как щенок, убежал и вернулся, неся весы в зубах. Вот, кто меня не подведёт. Он поставил их перед нами и залез на платформу. Мило.

— Ого, 78 кило, — я удивился. — Ну, парень, ты теперь не просто собака, а целый бегемот.

— И это ещё не всё, — ухмыльнулась Памела. — Сегодня водила его в штаб спасателей. Они там двух овчарок купили, и между ними и Бимом — просто пропасть.

Я скривился. Ну, да, с обычной овчаркой Бима и не сравнить. Эти собаки 40 кило весит в лучшем случае, а мой пёс в два раза тяжелее. Настоящий гигант.

— Бим, умник ты мой, — потрепал его по голове. Он завалился на бок, довольный как кот, и пощурился. Этот пёс всё понимал, чувствовал и был по-настоящему умным. Не зря я его выбрал.

Вдруг Сильвер, один из енотов, запрыгнул на диван, решив привлечь внимание Памелы. Он прижался к ней, делая вид, что он не хуже Бима.

— Только тронь диван своими грязными лапами ещё раз — сдеру с тебя шкуру, — прищурившись, предупредил я. Небось опять с братцем Голдом по помойкам шарились, как настоящие еноты. Сильвер сразу же приуныл, всем своим видом показывая, что он раскаивается. Ну да, конечно.

— Ох, хватит тебе, — Памела погладила его. — Он же не специально.

Я только фыркнул. Ну да, не специально. Эти еноты слишком умны для того, чтобы что-то делать случайно.

* * *

В последние дни у меня было полно свободного времени. Мой тренер по боксу, Андрей, отпустил меня. Наринэ лежала в больнице, готовясь к операции, а я собирался встретиться с Иваном в его отеле.

Иван недавно подвел мне пару пациентов. Один заплатил двести тысяч, другой — всего сотку.

Вдруг позвонила Памела — корм для питомцев заканчивался. И кто еще должен был этим заняться, если не я? Но, ладно, это ж мелочь, корона с головы не упадет. Решил заскочить в супермаркет, благо по пути.

Когда уже вышел из супермаркета, взгляд случайно упал на машину Леонида. Этот мент, похоже, вечность тут зависал. Он сидел на скамейке и наслаждался напитком. Чёрт, а у него-то жизнь явно не хуже моей. Увидев меня, он тут же помахал рукой.

— Григорий! — крикнул он.

Я одёрнул тупиц енотов:

— Не вздумайте корм стащить. Если хоть одна упаковка будет вскрыта, будете на диете весь день!

После этого плюхнулся рядом с Леонидом.

— Ты, смотрю, расслабляешься?

— Моя смена почти закончилась. Жду с нетерпением, — он потянулся, как кот на солнышке.

— Заходи потом ко мне, посидим, — предложил я, прищурившись.

— Памела уже вернулась, да? Не хочу мешать, — с улыбкой отмел моё предложение Леонид.

— Ну и ладно. В другой раз всех соберём, отметим как следует, — ухмыльнулся я, довольный.

Леонид любезно подвез меня и енотов домой. Вот что значит настоящий друг! Всё-таки собачий корм — вещь не из лёгких. Эти огромные мешки будто из бетона сделаны.

Когда наконец добрался до дома, загрузившись этим добром, телефон зазвонил. Конечно же, именно в тот момент, когда руки заняты. Поставил мешки у двери, вытянул телефон из кармана и, взглянул на экран. Ну, конечно, Армен. Кто же ещё?

— Привет, Армен, — произнёс я, пытаясь звучать бодро.

— Привет, доктор Григорий, — в его голосе звучали тёплые нотки, что я сразу заподозрил что-то хорошее. — Мы закончили оценку твоей коллекции. И, кстати, есть хорошие новости. Уже отправил тебе полный отчёт, и знаешь что? Цена на 20% выше, чем я изначально говорил. Поздравляю.

Я не сдержал ухмылку. Ну, ещё бы. Мои вещи всегда стоят дороже, чем кажется на первый взгляд. Армен мог бы сразу к этому привыкнуть.

— Отлично. Тогда можешь вычесть оплату за оценку коллекции из продаж. Считай, тебе бонус за хорошие новости.

— Конечно, договорились, — он замялся на мгновение, и я понял, что разговор ещё не закончен. — Ах, да, можешь завтра зайти?

— А это ещё зачем? — я нахмурился, почувствовав подвох. — Мы ведь уже всё подписали. Или ты хочешь, чтобы я расписался под контрактом ещё раз?

— Нет-нет, контракт в порядке. Это про Наринэ.

Я вздохнул. Наринэ — это всегда драма.

— И что с ней теперь? — поинтересовался я.

— Она сделала подтяжку, — начал Армен, а я едва не выронил телефон.

— Подтяжку?

— Да. Но теперь всё тело покрыто шрамами. Она говорит, что если бы знала заранее, то не стала бы худеть.

Я усмехнулся. Конечно, Наринэ. В её стиле.

— И что ты хочешь от меня? Утешить её? Или, может, волшебной палочкой помахать, чтобы всё исчезло?

— Помоги удалить шрамы, — попросил Армен, будто это самая простая задача на свете. — Тогда она перестанет жаловаться.

— Я ей предлагал это ещё в прошлый раз, помнишь? — напомнил я, вспоминая, как долго уговаривал её не торопиться. — Но она отказалась.

— Теперь, думаю, она согласится, — уверенно заявил он, и мне даже стало немного смешно.

Пожал плечами, понимая, что выхода всё равно нет.

— Хорошо. Буду там завтра.

* * *

На следующее утро направился к дому Армена. Утро было ясное, но прохладное. Часы показывали около десяти, а внутри у меня уже разливалось какое-то тихое торжество. Казалось, что этот день обещал быть моим.

Когда вошел, Армен сидел за массивным деревянным столом, заваленным бумагами и какими-то коробками. Он поднял голову, улыбнулся краешком губ и кивнул в сторону кресла.

— Доброе утро, Армен, — поздоровался я, усаживаясь напротив.

— Доброе, — ответил он спокойно и протянул мне чек. — Вот деньги за твою коллекцию.

Взял чек, мельком посмотрел на сумму и поднял брови.Сумма приличная.

— И ещё вот, — он подтолкнул ко мне лист бумаги. — Это дополнительный контракт. Весной твою коллекцию выставят на аукцион. Если ставка взлетит хотя бы на 50% от той цены, по которой я её купил, ты получишь 10% от разницы.

Кивнул, скользнув взглядом по тексту контракта. Все стандартно. Такие вещи давно стали привычным делом в нашем кругу. Продавцы часто жаловались, что их обманули, если кто-то заработал больше на перепродаже. Судебные разбирательства — это лишние хлопоты, которые никому не нужны. Контракты вроде этого были компромиссом: никто не обижен, и бизнес идёт дальше.

— Всё честно, — сказал я, чтобы заполнить тишину. Взглянул на чек ещё раз. Миллиард. Плюс те тридцать миллионов, что я уже получил. Впечатляющая сумма. Деньги любили тишину, а ещё больше — уверенность, что они находятся в правильных руках.

— Неплохо, — пробормотал я, сдерживая улыбку. Для вида проверил цены онлайн. Да, всё сходилось. Армен не из тех, кто врёт по мелочам.

Он подался вперёд, сплетя пальцы в замок.

— Кстати, насчет моей просьбы, — начал он, глядя мне прямо в глаза. — Сможешь удалить шрамы у Наринэ?

Я медленно кивнул, чуть нахмурившись. Шрамы после операций по удалению лишней кожи — штука неприятная. Многие прятали их под одеждой, пользовались косметикой. Лазеры оставляли лишь тонкие линии, но те всё равно были заметны, если присмотреться.

— Это возможно, — подтвердил я.

— Заплачу десять миллионов, если уберёшь шрамы, — спокойно предложил он.

Я усмехнулся, чувствуя, как уголки губ сами собой тянутся вверх.

— Сделаю, но деньги мне не нужны.

Армен прищурился, пытаясь понять, шучу я или нет.

— Тогда что тебе нужно?

— Ничего, — пожал я плечами. — Считай это жестом доброй воли.

Он внимательно посмотрел на меня, а потом всё же кивнул. Умел же этот человек молчанием высказывать больше, чем некоторые тратят на это слова.

Его экспертиза моей коллекции была бесплатной, а это уже немало. В этом мире за всё нужно платить, и если тебе что-то делают бесплатно, нужно отблагодарить. Армен был бизнесменом, как и я, и я уважал правила игры.

Теперь осталось разобраться с Наринэ.

Глава 8 Покупка автомобилей

Когда я открыл дверь спальни Наринэ, она сидела у окна в одном лифчике. Сразу видно, что вернулась в форму. Она всегда была пышной, но сейчас выглядела лучше, чем когда-либо. После подтяжки кожи её тело казалось ещё тоньше и изящнее. Даже вены были видны под кожей.

Бросил взгляд на её грудь. Интересно, она тоже их подтягивала? Раньше они не были такими впечатляющими. Но теперь…

Когда вошел, лицо Наринэ моментально потемнело, как будто уже успел ей чем-то насолить, хотя я и шагу не сделал. Впрочем, это было привычным делом, так что удивляться не стал. Мы с ней, можно сказать, всегда находились в состоянии холодной войны.

— Ты что, стучаться разучился? — прорычала она, сверля меня взглядом.

Я лишь усмехнулся, закинув руки за голову и развалившись в дверном проеме. Пусть немного поварится в своём раздражении.

— Эй, я же твой тренер, забыла? Могу являться, когда захочу. Не ты меня нанимала, не тебе меня увольнять.

Наринэ скривилась и, явно пытаясь выставить меня за дверь, махнула рукой, как будто отгоняла.

— Ты мне больше не нужен, — процедила она сквозь зубы, делая всё возможное, чтобы не сорваться.

Я покачал головой, наслаждаясь этим моментом. Ей явно не хватало терпения, а у меня его было с избытком.

— Это не тебе решать, когда я тебе понадоблюсь. Я сам скажу, когда можно будет отдыхать. Пока же — собирайся, будем работать.

— Я не в настроении драться, — буркнула Наринэ, с явным намёком на то, что не собирается подчиняться.

— Да дело не в драке, — я усмехнулся, наклоняясь немного вперёд. — Нам нужно поговорить о твоих шрамах. Твой отец попросил меня помочь. Хочешь ты этого или нет, но мы займемся этим прямо сейчас.

Наринэ напряглась, её лицо стало как каменное. Похоже, ей эта тема была неприятна.

— Я уже была у врача, — сказала она, потирая шею. — Он сказал, что эти шрамы никогда не убрать полностью.

Я прищурился, хитро улыбаясь, словно кот, нашедший мышь.

— Ага, понятно… Ну, знаешь, я уже взял с твоего отца кругленькую сумму. И догадался, что ты будешь сопротивляться. Но вот что: хочешь ты этого или нет, я эти деньги уже получил. Так что либо мы начинаем сейчас, либо…

Достал чек и помахал им перед его лицом. Выражение Наринэ мгновенно сменилось с угрюмого на яростное.

— Ты мошенник! Это грабёж!

Я лениво приподнял бровь, оставаясь невозмутимым.

— Мошенник? Когда это я тебя обманывал? Ты просто не хочешь моей помощи. Это твои проблемы, не мои. И уж точно не твоего отца, который, как видишь, заботится о твоем будущем.

Она заскрежетала зубами, явно стараясь не дать волю эмоциям.

— А что, если не получится? — спросила Наринэ, с подозрением глядя на меня.

— Ну, если не получится, — кивнул я, всё ещё с той же спокойной улыбкой на лице, — это будет моя проблема, а не твоя. Так что расслабься.

Она долго смотрела на меня, прищурив глаза, будто пытаясь что-то прочитать на моём лице, а затем неохотно кивнула.

— Ладно, — выдохнула она, сдаваясь. — Когда начнём?

— Да хоть сейчас. Зачем тянуть?

Наринэ была явно не в духе, но выбора у неё не оставалось.

— И что мне делать? — спросила она, раздражённо покосившись на меня.

Я лениво потянулся и усмехнулся.

— Раздевайся и ложись.

Наринэ покраснела, как будто ей предложили что-то невероятно неприличное.

— Ты что, больной? Извращенец, да? — взорвалась она, но это прозвучало больше из-за смущения, чем злости.

— Да брось, — закатил я глаза, подавляя смешок. — Я тебя уже в купальнике видел столько раз, что это всё давно перестало быть интересным. Чего ты смущаешься?

Она снова замялась, глядя куда-то в сторону, потом нехотя сняла рубашку и скрестила руки на груди, будто прикрываясь.

— Всё не так просто, — пробурчала она себе под нос, но я сделал вид, что не услышал.

— Ну да, ты, конечно, другой стала… Только потому что скинула лишний вес, — я рассмеялся, явно наслаждаясь тем, как она смутилась ещё сильнее.

Наринэ стиснула зубы, но всё-таки подчинилась, сняла одежду и легла на кушетку. Щеки её вспыхнули, как красные яблоки.

— Что дальше? — буркнула она, стараясь не смотреть на меня.

— Повернись на спину и расслабься, — сказал я, потирая руки, как будто собирался сделать нечто серьёзное. — Ты что, давно не трахалась, что ли?

Её глаза вспыхнули гневом, но она промолчала, лишь стиснув челюсти.

— Сволочь, — прошипела она, когда я подошел ближе.

Я лишь пожал плечами и вздохнул.

— Да ладно, перестань. Нам обоим надо это быстро закончить, так что не затягивай.

Процесс занял меньше времени, чем ожидалось. Я работал быстро и уверенно, её тело напряглось под моими пальцами, но это было дело привычное. Закончив, я резко встал и хлопнул её по плечу.

— Всё, одевайся.

Наринэ уставилась на меня, явно удивленная.

— Уже? Всё? — спросила она, словно ожидала чего-то ещё.

Я поднял бровь, подбирая одежду.

— Ты мазь захотела ещё разок, что ли?

Она что-то буркнула себе под нос, натягивая брюки. Затем посмотрела на меня, всё ещё раздражённая.

— Это всё?

Я кивнул.

— Да. Но если понадобится повторить — звони. Не стесняйся.

— Что это вообще должно значить? — недоверчиво спросила она, прищурившись.

Махнул ей рукой, поворачиваясь к двери.

— Ничего особенного. Ладно, я сваливаю.

И с этими словами я вышел, оставив её переваривать произошедшее.

* * *

На следующий день мне позвонила сама Наринэ.

— Когда ты свободен? — спросила она.

— Когда тебе надо? — ответил я, лениво растягивая слова.

— Чем скорее, тем лучше.

— Вчера же ты сказала, что я тебе не нужен, — усмехнулся я.

— Ты идешь или нет?

— Прекрасно, — не стал спорить я.

Зашел к Наринэ, а она — хоп, скинула одежду быстрее, чем я успел сказать хоть что-то. Не то чтобы меня это смущало — такие сцены у нас были привычными. Обычно, как встречались, то сразу язвили друг другу или шутили.

Но в этот раз все было серьезно, и мы сразу перешли к делу.

Наринэ молча смотрела, пока я закончил лечение. Потом, не утруждая себя лишним, натянула белую рубашку и короткую юбку. Естественно, без белья.

— У тебя еще есть планы? — спросила она, явно не спеша.

— Я в автошколу. Учусь на права, — сказал я, поднимаясь с кресла.

— Сколько времени потребуется, чтобы шрамы исчезли? — снова она.

— Около недели.

— Каждый день будешь приходить?

— Нет, раз в два-три дня.

Я уже собирался уходить, когда она снова окликнула:

— Эй, Григорий…

— Что? — обернулся я.

— Забудь, можешь идти, — бросила она через плечо.

— Что за дура, — пробормотал я себе под нос, выходя.

* * *

Через какое-то время я таки получил свои водительские права. Здесь это было довольно просто. Просто потратил пятьдесят с лишним часов на практику в автошколе, чтобы пройти курс. Ну и сдал, конечно, все с первого раза. Как иначе?

Заплатил по полной программе, ведь плата взималась по часам. Тренера брали по две тысячи в час. В целом, пофиг, можно было взять и любого знакомого с правами. Но зачем париться, когда есть деньги?

Правда, автошколы тут хитрые, деньги им важнее всего. Плати больше — быстрее получишь. Но не беда — сдал и теорию, и вождение с первой попытки. Неделя ожидания — и права у меня в руках.

Первое, что пришло в голову? Конечно же, купить тачку!

Позвонил Антону:

— Антон, ты свободен?

— Что случилось?

— Машину хочу купить.

— Ладно, где ты сейчас?

Он подъехал через пару минут.

— Григорий, какую тачку присмотрел?

— Для начала, не мне. Для Памелы. Её машина уже не та. Как думаешь, что ей подарить?

— А на какую сумму рассчитываешь?

— Если не доходит до миллиардов, — сказал я с улыбкой.

Машины тут стоили дешево, и Антон явно в этом разбирался лучше. Он предложил что-то вроде грубого внедорожника или спортивной модели с плавными линиями.

Он явно фанат тачек, хоть и не суперпрофессионал, но умеет быстро оценивать плюсы и минусы по системам безопасности, двигателям и другим заморочкам.

Подумав он предложил:

— Очень дорогие машины не подойдут. Памела работает спасателем на озере, ей будет неловко в тачке за миллиард кататься. Я бы предложил что-то за двадцать-тридцать миллионов.

Для Памелы такое авто было бы топовым. А я, конечно, хотел подарить что-то особенное, так что такая цена казалась мне вполне приличной.

— Ягуар. Новейшая версия 2023 года, — предложил Антон.

Это уже звучало как нужно.

Я быстро нашел фотки этой машины в интернете. Ну, модель красивая, что тут сказать. Стоит где-то 18 миллионов, может, 25, если с наворотами. Но оно того стоит, решил я, хотя, если честно, в тачках ничего не шарю. Если Антон рекомендует, значит, крутая.

— Беру, — сказал я уверенно.

— Может, сходим глянем вживую?

— Ага, почему бы и нет.

* * *

Мы с Антоном завалились в автосалон. Место огромное, десятки машин блестят под софитами, и за зданием еще тестовый трек — километров десять, наверное.

Как только мы вошли, к нам тут же подлетела высокая женщина в костюме. Стандартная встреча клиентов, ничего особенного.

— Привет. Чем могу помочь?

— Ягуар есть в наличии?

Ее глаза засияли, словно ей только что предложили отпуск на Мальдивах за счет компании.

— Конечно! А кто у нас покупатель?

— Я, — начал было я, но Антон меня перебил.

— Сперва посмотрим.

Женщина сразу на меня взгляд перевела, ну еще бы. В ее глазах читалась мысль: «Этот парень явно купается в деньгах».

— Хотите чего-нибудь выпить? — спросила она, пытаясь быть пафосной.

— Водичку со льдом.

— И мне тоже, — добавил Антон.

Пока она приносила нам воду, я осматривал Ягуара. Красивая штуковина, не спорю, но когда она начала перечислять характеристики — мозги просто отключились. Всё равно я ничего в этом не понимал. Антон, конечно, кивал головой, задавал вопросы, будто он тут профессиональный гонщик. А я? Я тут просто для понтов.

— Можно нам прокатиться? — спросил я, прервав это бесконечное техно-бла-бла.

— Конечно, — сказала она с энтузиазмом.

Я сел на переднее пассажирское сиденье, Антон за руль. Если честно, для меня машина — это просто средство, чтобы доехать из точки А в точку Б. Неважно, сколько она стоит — миллион или сто. А вот для Антона это была целая мечта, и он наслаждался каждым моментом. В общем прокатились, провели тест-драйв. В общем неплохо.

Вышли из машины, и я сразу спросил:

— У вас тут красная есть?

— Вы хотите красную? — Женщина прищурилась, явно оценивая мой вкус. — Думаю, вам больше подойдет серебристая или синяя.

— Это для моей девушки, ей нравится красный.

От этих слов она буквально позеленела от зависти. «Почему мне не достался такой мужчина?» — читалось на ее лице. Ну, что сказать, не повезло.

— Красная есть, но это топовая модель, самые лучшие характеристики.

— Ладно, сколько?

— Двадцать пять миллионов. Кредит и страховка еще сверху.

— Кредит мне не нужен, — усмехнулся я.

— Простите? — она чуть не выронила планшет.

— Плачу сразу, — отрезал я.

Она кивнула, видно было, что просто тает от моей уверенности.

— Тогда следуйте за мной для оформления. — Она вручила мне свою визитку: — Если что-то нужно, я всегда на связи,круглосуточно, — с легким намеком добавила она.

Взял визитку, улыбнулся:

— Благодарю, — ответил я, хотя раньше бы точно не упустил такую шикарную даму.

Оформил машину за считанные минуты.

— Неплохо, — сказал Антон, расслабленно развалившись в моем новом авто.

— Ага, мне еще нужно себе внедорожник прикупить, — сказал я.

— Что, еще одну машину?

— Да. Эту же девушке подарю, как и говорил.

— И сколько хочешь потратить на себя?

— Просто большой внедорожник, без понтов.

— Без других пожеланий?

— Нет. Главное — размер.

В итоге я взял себе пикап Форд за двадцать миллионов и попросил Антона пригнать его ко мне домой. Ну а я на Ягуаре отправился прямиком к моей девушке.

Доехал до озера через полчаса.

— Памела, я на шоссе у озера. Выйди на минутку, — позвонил я ей.

— А? Что ты там забыл? — её голос был удивлённым, как будто я только что предложил слетать на Марс.

— Просто соскучился по тебе, вот и приехал, — ответил я, как будто это было самое естественное дело на свете. Не важно, что раньше я мог не появляться неделями, а тут вдруг решил заявиться без предупреждения.

Прошло всего несколько минут, и она появилась на горизонте — в купальнике и спасательном жилете. Ну да, классика Памелы. Работа в спасательной команде заставляла её всегда быть наготове, даже если это был обычный обеденный перерыв.

Она подошла к шоссе, но явно выглядела растерянной. Видимо, не заметила меня сразу. А может, не ожидала, что я здесь серьёзно тусуюсь.

— Григорий, ты где? — спросила она через телефон, оглядываясь по сторонам.

— Я тут, — сказал я небрежно, наблюдая, как она озирается.

— Где? Я тебя не вижу, — Памела ещё сильнее нахмурилась, её взгляд пробегал по обочине, но никак не задерживался на красной машине, которую я только что припарковал.

— Видишь красную машину на обочине? — уточнил я, уже поднимая руку, чтобы помахать ей из окна.

— Ну да… — она наконец заметила спортивную красавицу.

— Загляни внутрь, — усмехнулся я.

Памела осторожно подошла к машине, и когда увидела меня, развалившегося в кожаном салоне, её глаза широко распахнулись от удивления. Я не спешил. Уже открыл дверь, чтобы она поняла — это всё не сон, а реальность.

— Как ты тут оказался? — спросила она, смеясь и прикрывая рот ладонью.

— А что, нельзя? — подмигнул я ей, чуть приподняв бровь.

— Чья это машина? — теперь в её голосе прозвучала нотка недоверия.

— Твоя, — ответил я с таким видом, будто подарил ей нечто обыденное, вроде шоколадки.

— Не смеши меня, — её глаза расширились ещё больше, а на губах появилась недоверчивая улыбка.

— Серьёзно, подарок тебе, — продолжал я, как будто всё это было частью тщательно спланированного розыгрыша.

Памела замерла, её лицо постепенно менялось от удивления к шоку. Она огляделась, а затем её взгляд упал на логотип Ягуара. Да, Памела, это не шутка. Эта малышка стоит больше, чем её прежняя тачка, собранная на заводе, где, казалось, скрещивали велосипед с трактором.

— Ну как, нравится? — спросил я, когда она бросилась ко мне на шею.

Ответ был не в словах, а в её поцелуе. О да, эти моменты стоили каждой потраченной копейки. Как говорится, счастье не купишь… но его можно заработать. И оно точно выглядело как Ягуар.

— Хочешь прокатиться? — я обвил её за талию, почти втянув в машину, её смех был как музыка для моих ушей.

— Ты её сам перегнал сюда? — в её голосе снова мелькнуло недоверие.

— Конечно, не на самолёте же её привёз, — ухмыльнулся я.

— Но у тебя нет прав! — она не сдержала смех, хлопнув меня по плечу.

— Ну да, и что? Я их уже получил, так что всё в порядке.

— Ты что, учился ездить? — её глаза блестели, как у ребёнка, получившего новую игрушку.

— Ага, последние пару дней.

Говорят, что мужчины тащатся от машин, но глядя на Памелу, я понял, что женщины любят их ещё больше. Она уже сидела за рулём, её пальцы нежно касались руля. Её старый хлам никогда не мог предложить такого.

— О да, она влюбилась, — пробормотал я себе под нос, глядя, как она осторожно гладит панель.

Когда мы возвращались домой, она ехала на новенькой машине. Теперь она явно чувствовала себя настоящей гонщицей. Её глаза всё ещё светились азартом.

— Григорий, у нас гость? — спросила она, когда заметила пикап, припаркованный у дома.

— Нет, это моя, — ответил я спокойно.

— Ты купил себе ещё одну машину? — её удивление не знало границ.

— Ага, сразу две.

— Почему не взял себе что-нибудь покруче?

— Надо возить енотов и всю эту компанию, — пожал я плечами. — Взял что-то побольше, чтобы всем места хватило.

— Но ты купил мне такую дорогую… Мне даже немного неловко, — её голос стал чуть тише, а в глазах появилась лёгкая неуверенность.

— Расслабься, Памела. Мы же семья. Не парься по мелочам, — отмахнулся я, как будто это был пустяк.

Я не заморачивался с машинами. Средство передвижения — и точка. Какая бы дорогая она ни была, это всё равно просто тачка на колёсах. Ну да, стоимость может быть разной, но по сути — всё одно.

Знаешь, у всех свои фетиши. Кто-то любит дома, кто-то машины. А кто-то — и то, и другое.

И в ту ночь Памела была на взводе. Больше, чем обычно. Видимо, хотела показать, как сильно ценит меня. Но вот только… как мы начали заниматься сексом, у меня зазвонил телефон. Проклятье, не вовремя! Сначала я его игнорил, но он не унимался.

— Ответь уже, — простонала Памела. — Бесит ведь.

Я нехотя протянул руку и снял трубку.

— Чё надо? — раздраженно буркнул.

— Григорий, помоги мне, — донёсся голос Ганса.

— Я занят. Ты в курсе, что прерывать людей в такие моменты — преступление?

— Похоже, ты запыхался, — Ганс явно забавлялся.

— Ещё раз прервешь меня на этом — и твоя голова отправится в унитаз, — пригрозил я.

Ганс тут же передала трубку.

Послышался детский голосок:

— Дядя Гриша!

— Вилхельмина, солнце, что случилось? — сразу смягчился я.

— Дядя, можешь помочь?

— Конечно. Что нужно?

— Привези Сильвера и Голда.

— Не вопрос. Когда?

— Завтра.

— Отлично. Спокойной ночи, Вилхельмина.

Памела приподняла бровь:

— Кто это был? У тебя голос резко изменился.

— Девочка, — ответил я.

— А, ну ясно.

— Видел её недавно, — добавил я как бы невзначай.

— Ты что, извращенец? Думаешь о других телках, пока лежишь на мне?

— Ей всего год, — хмыкнул я.

— Терпеть тебя не могу, — фыркнула она.

На следующий день я взял семью и двинулся к Гансу. Чую опять что-то произойдет. С ними никогда не бывает просто. Поэтому на всякий случай взял всех своих питомцев.

Глава 9 Визит к Гансу и на стройку

Взял питомцев и поехал к Гансу. Моя новая тачка шикарна. Зад сиденье просторное, еще в кузове много места. В общем, все уместились. Енотам даже люк открыл, чтоб головы высунули. Правда, спокойствия эти двое не знали. Вдруг — бац! — стекло вдребезги.

— Голд! Ты офигел? Это новая тачка! — завопил я, глядя в зеркало заднего вида. Она хоть и стоила всего немного, но всё равно новая, чёрт возьми.

Даже ребёнок бы так не делал. Уже надрал бы им обоим уши. Но, видимо, поняв свою ошибку, Голд притих.

Когда мы подъехали к дому Ганса, он, увидев мою тачку, подумал, что это кто-то чужой. Но как только Голд высунулся в окно, всё стало ясно. Ганс побежал открывать ворота.

— Григорий, когда успел новую машину купить? Надо будет — подгоню тебе что-то получше. Эта модель… так себе.

— Не начинай. У тебя только спорткары, они мне не нужны. Не для моих енотов. Видишь, что с окнами? Стекла в твоих машинах влетят в копеечку и нервы потреплют.

— Ха… Дядя Григорий! — Вилхельмина выбежала навстречу, чуть не споткнувшись.

Я поймал её на лету.

— С тех пор как ты вылечил её глаза, — начал Ганс. — Она, кажется, стала умнее. Теперь болтает, как пулемёт.

— Ага, — кивнул я. Правда, не был уверен, связано ли это с её глазами. Технически, они не могли сделать её умнее. Но Вилхельмина реально похорошела. Две недели назад лепетала, а теперь уже болтает как взрослая.

Раньше Ганс волновался, что с девочкой что-то не так, поэтому и вызвал меня. Но я ничего плохого не нашёл. Всё было окей.

— Кстати, а где Анжела? Давно её не видел, — спросил я, посмотрев по сторонам.

— Мы расстались… Хотя нет, правильнее сказать, развелись, — Ганс тоскливо вздохнул, словно это его так сильно задело.

— И что, почему? — я наклонился к нему, делая вид, что мне это интересно.

— Её жизнь пошла не по тому пути, который ей хотелось, — он взглянул на Вилхельмину, словно это была её вина.

Ганс, честно говоря, изменился с появлением ребёнка. Становился всё ответственнее, прямо идеальный папаша. Хотя раньше его было не узнать.

Да и Анжела… Она была та ещё штучка. С Гансом она попробовала всё. Хотя стоит признать, она явно «жила на широкую ногу». Настоящий шедевр легкомысленности. А Ганс? Ну, он тоже был не ангел.

И тут вдруг — крик.

— А-а-а-а! — это была няня Дарья.

Мы с Гансом рванули в гостиную. Я, конечно, впереди, как положено.

— Что произошло? — я выглядел круче всех, хотя и не понимал, в чём дело.

— Григорий, твой змей… твой змей! — Дарья показывала на Самаэля, который уже полз по направлению к змейке Ганса. Да, его угораздило завести домашнюю змейку, безобидного ужика. Никак Самаэль змеиную самку почувствовал. Половина её хвоста уже была во рту Самаэля. Этот чертяка растёт так быстро, что раньше был с мой палец, а сейчас уже питон!

Маленькая змея вырывалась, будто последний раз. Ещё немного, и её бы уже не стало.

— Самаэль, ты что творишь? — я, естественно, подошел и наступил на хвост этой рептилии. Он моментально выплюнул змею и скрылся под диваном.

— Вот гад, — прошипел я. Видимо, Самаэль пытался просто напугать змею. Типичный он.

Ганс уже привык к моим необычным питомцам. Всё-таки даже змеи мне подчиняются. Кстати, ту змейку Ганс сам пытался сделать умной, как Самаэля. Только вот от неё толку было чуть больше, чем от игрушки Вилхельмины. Она служила ей, можно сказать, живой соской. Удобно, правда? Вилхельмина постоянно тащила змею в рот. Хорошо, что зубов у неё нет, иначе бедная змея давно осталась бы без кожи.

— Мне жаль маленькую змейку, — фыркнула Вилхельмина, прижимая бедную змею к себе. Та явно не была готова к таким «обнимашкам». А Вилхельмина? Она нашла Самаэля под диваном, вытянула его и, не долго думая, укусила. Молодец! Самаэль быстро понял, что чувствует змейка, когда её кусают.

— Прекрати пугать змейку, или я тебя съем! — Вилхельмина была сурова. Настоящая маленькая хищница.

Ганс усмехнулся и погладил её по голове:

— Вилхельмина, давай тащи Сильвера и Голда к соседям.

Вилхельмина в мгновение ока оказалась на спине Сильвера, и этот умный енот повел её прямо к соседскому поместью. Настоящий скаковой енот, без единого рывка.

* * *

Ближе к двум часам дня мы с Гансом уже прошли через ворота поместья Ракши. Это сосед Ганса, куда пошла играть Вилхельмина. Кажется он был каким-то индийским бизнесменом, сколотившим состояние из-за западных санкций. В воздухе витал аромат роскоши, смешанный с легким запахом недавно скошенного газон. Всё вокруг кричало о деньгах — от идеально подстриженных кустов до сверкающих окон огромного особняка. Ганс, казалось, чувствовал себя как дома. Он широко улыбался, словно знал что-то, чего не знал я.

— Приветствую, Ракша! — бодро начал Ганс, ослепительно улыбнувшись. Его голос звенел от самодовольства. — Это мой друг, Григорий. Он владелец тех самых енотов. Надеюсь, они тебе не слишком досаждали?

Я заметил, как Ганс кинул взгляд на Ракшаа, словно уже знал его реакцию заранее. Его самоуверенность всегда казалась мне чересчур громкой, но в этом была какая-то притягательная сила.

Ракша, этот статный мужчина лет пятидесяти, ухмыльнулся в ответ:

— Да нет, всё в порядке, — сказал он с лёгким смешком. — Умяли по стейку и теперь дрыхнут у бассейна.

Затем его взгляд упал на меня:

— Ну да, Григорий, — продолжил он, повернувшись ко мне, — ваши еноты — это самые умные животные, которых я только видел.

Я только кивнул, сдержанно улыбнувшись. Ганс тем временем уже пытался сыграть на этом, словно эта похвала касалась лично его.

— Ты ещё не видел других зверей, — перебил он, закатывая глаза, — это лишь малая часть его зверинца.

Ракша не смог сдержать своей деловой натуры. Он быстро перешёл к делу, его глаза загорелись предложением, которое он вынашивал с момента нашего прихода.

— Григорий, — начал он, с явной решимостью, — я готов предложить вам десять миллионов за этих енотов.

Мне оставалось лишь усмехнуться. Было забавно, как некоторые люди думали, что можно просто взять и купить всё на свете за деньги.

— Боюсь, это невозможно, — ответил я спокойно, пытаясь не слишком явно показать своё пренебрежение. Ну серьёзно, как можно продать таких уникальных существ? Для меня они были больше, чем просто питомцы.

Ракша, однако, не собирался сдаваться так легко.

— Двадцать миллионов, — добавил он, не отводя от меня взгляда, в котором читалось настойчивое желание заполучить их любой ценой.

— Мистер Ракша, давайте сменим тему, — я говорил уже без улыбки, давая понять, что этот разговор подошел к концу. У таких людей, как он, вечно были деньги на первом месте. Но мои собаки не продавались.

Он, конечно, мог предложить ещё больше. Но в его глазах я уже видел понимание — торг тут был бесполезен. Он кивнул, приняв моё решение.

— Григорий, — снова заговорил Ракша, явно решив сменить тактику, — у вас явный талант к дрессировке. Не поделитесь секретом? Хочу, чтобы мой пёс был таким же умным, как ваши.

Я фыркнул, стараясь не рассмеяться. Всё это действительно выглядело смешно, если не сказать абсурдно. Люди думали, что есть какой-то волшебный способ сделать их питомцев такими же, как мои.

— Да бросьте, — сказал я, отмахиваясь с явным сарказмом. — Просто пинаю их, когда они косячат.

Ракша удивлённо прищурился, явно не ожидая такого ответа. Казалось, он пытался понять, шучу я или говорю серьёзно. А я просто стоял, наблюдая за его реакцией, слегка улыбаясь про себя.

Во-первых, я точно знал, как поставить всех на место. Нагоняй? Да это мой коронный номер.

Так что Ракша перестал спрашивать. Он понял, что я ему ничего не расскажу.

Я и Ганс вернули Вилхельмину и этих двух туповатых близнецов. Ракша проводил нас до выхода.

Вилхельмина, когда проснулась в объятиях Ганса, сразу же уставилась на меня, как на спасителя. Ну, в принципе, так и есть.

— Дядя Гриша, обними меня! — она уже протягивала руки.

Подхватил её, как истинный герой. Не привык отказывать дамам, даже маленьким.

— Проснулась?

— Дядя Гриша, ты уходишь?

— Да.

— Голд и Сильвер тоже уходят?

— Ага.

— Когда ты придёшь снова?

— Вообще-то, ты сама можешь завалиться ко мне домой.

Вилхелmмина повернула голову к Гансу, будто спрашивала разрешения, как будто без него нельзя.

— Пап, можно мне к дяде Грише?

— Конечно, — Ганс явно не умел отказывать. Неудивительно.

— Григорий, может, останешься на ужин? — спросил он, надеясь меня удержать.

— Не-а, у меня свои дела, — отмахнулся я. Мне некогда по ужинам шляться. Надо ещё на стройку наведаться и проверить как там всё.

* * *

Когда приехал на стройку на побережье, меня встретил этот трудяга Данил. В строительной каске, как всегда. Мало таких ответственных мужиков, почти вымерли, как динозавры.

— Привет, Григорий, — он всегда был рад меня видеть. Ну а кто не был?

— Как дела с моим проектом? — спросил я, разглядывая его бригаду.

— Уже налили кучу бетона, арматуру вбили. Сейчас воду перекрываем у главного здания, — Данил явно старался впечатлить меня своей осведомлённостью.

— Знаю, зачем вы это делаете, — сказал я, ухмыляясь. Они ж не просто так воду перекрывали.

— Григорий, честно говоря, земля здесь — полный отстой. Растениям будет тяжко выжить.

— У тебя есть идеи? — спросил я, как будто мне это было важно. Но пусть выкрутится.

— Ну, когда закончим, выкопаем ил из реки и раскидаем его по территории. Он хорош для почвы, но это только рядом с виллой. Дальше всё равно пустыня будет.

— Тогда выкопай побольше ила. Засыпь побольше земли. Деньги не проблема.

— Проблема в том, что нам не разрешено трогать реку в таких масштабах.

— И что, нет решения?

— Есть, — ухмыльнулся Данил. Он явно готовил что-то хитрое. — Река, которая впадает в море, узкая. Если её расширить, будет больше ила и можно яхту запустить.

— Интересно, — я прищурился. — И сколько это стоит?

— По моим подсчётам, около семидесяти миллионов за весь проект. Но у меня есть контакты, можно за пятьдесят всё сделать, — предложил он.

Я взглянул на Данила. Всё это стоило мне на треть дешевле, чем планировалось. Выгодная сделка, но я, конечно, не спешил это афишировать.

— Какие-нибудь пожелания? — спросил я, лениво разглядывая его.

— Ну, я бы хоте построить ещё и небольшой причал, — Данил старался выглядеть деловым.

— Сколько это стоит? — Я прикинул, что речь пойдет о солидной сумме. Мои деньги — не его проблемы, но всё же.

— Десять миллионов.

— Ладно, надо спросить кого-то по этому поводу, — я знал, что уже решил вопрос. Просто цену надо уточнить. Не люблю, когда меня облапошивают, даже на копейку.

— Конечно, — Данил кивнул. Он же видел, что я не из тех, кто отказывает. Мужик явно понял, что я не мелочусь, если взялся за дело.

* * *

Декан Лаврентий Павлович нашёл квартиру профессора Смирнова. Дверь, конечно, нараспашку. Этот парень всегда был неряхой.

Он постучал, ничего. Ну, ясное дело — не дождался ответа и толкнул дверь. Волна вони сразу ударила в нос. Лаврентий Павлович поморщился. Он знал, что Смирнов не аккуратист, но чтобы настолько?

— Смирнов, ты тут? — крикнул Лаврентий Павлович. — Это я, Лаврентий Павлович, твоё спасение!

Смирнов выглядел как помойка. Взлохмаченный, небритый, глаза красные, как у совы. Жалкое зрелище. Лаврентий Павлович фыркнул.

— Я слышал, ты проспорил на футболе, но терять работу не вариант, — Лаврентий Павлович был разочарован, но всё ещё пытался играть роль наставника.

Смирнов в ответ только сжал кулак и начал трястись. Лаврентий Павлович прищурился. Да, стареет, но ещё фору даст любому. Он на добрых пять сантиметров выше и шире Смирнова. Да и кто тут кого пугать собрался?

— Ну что? Собрался ударить? — Лаврентий Павлович усмехнулся, подняв бровь.

Смирнов вдруг улыбнулся. Не та улыбка, что нужна в такой момент. Он протянул руку. Лаврентий Павлович, расслабившись, схватил её, но тут же вскрикнул. Ощущение было такое, будто ладонь поджарили.

— Чёрт! Пусти! — Лаврентий Павлович выдернул руку и взглянул на неё. На коже теперь красовался странный знак — круг с демоном посередине. Лаврентий Павлович побелел.

— Что ты сделал? Что за чертовщина⁈ — он пятился назад, а Смирнов стоял как статуя с тем же мерзким оскалом на лице.

Лаврентий Павлович не стал дожидаться продолжения шоу. Он повернулся и рванул к лифту. Кнопку он нажимал с такой скоростью, как будто от этого зависела жизнь.

Дзинь… Лифт приехал. Лаврентий Павлович влетел внутрь и тяжело выдохнул. Он дрожащими руками набрал номер Селены.

— Привет… Аааа! — вопль сорвался с его губ. Лифт вдруг резко пошел вниз.

— Лаврентий Павлович? Что случилось? — раздался голос Селены из телефона, но Лаврентий Павлович уже её не слышал.

* * *

Тем временем Смирнов осознал изменения в своем теле. Его ладонь обжигала, когда раскалённая монета впилась в кожу. Жилки на поверхности руки пульсировали, соединяя его с этой адской монетой.

Он понял, что держит не просто монету, а самую настоящую проклятую штуку. Она вытягивала удачу из людей, а вместе с ней — и их души. Теперь удача жертвы становилась его, а вот они оставались без неё, умирая один за другим.

Но была одна проблема: проклятие всегда начинало с владельца. С тех пор, как Смирнов нашёл эту монету, всё вокруг него рушилось. Только когда появлялись новые жертвы, удача начинала возвращаться. Чем больше погибших, тем удачливее он становился.

Однако монета не могла бесконечно поглощать души. В какой-то момент её лимит заканчивался, и тогда она отпускала всех, кого держала.

Теперь же Смирнов понял: он больше не контролировал свою жизнь. Монета контролировала его.

В прошлый раз, когда приходил Григорий, он изгнал злых духов из заброшенного класса. Это привело к тому, что удача Смирнова упала до самого низкого уровня. Его стали преследовать всевозможные неприятности и опасности.

К тому же, это обернулось самым страшным последствием: он оказался одержим Проклятой Монетой.

Она начала сливаться с его телом, и, конечно, это открыло ему глаза на истинную историю монеты. В ней все еще обитали несколько древних душ, которые не давали ему покоя, лишая сна по ночам.

Когда перед ним снова возник Лаврентий Павлович, его охватил ужас. На этот раз Лаврентий Павлович предстал перед ним в виде души. Он не смог противостоять Проклятой Монете Смирнова и был полностью поглощен ею.

— Отпусти меня… Я не хочу умирать… Я не хочу умирать… —

Голос эхом отдавался в голове Смирнова, словно нескончаемый вопль, который, казалось, никогда не стихнет.

* * *

Когда Селена прибыла на место происшествия, её сердце сжалось от тревожного предчувствия. Она едва успела заметить, как из лифта вытаскивали тело декана. Всё вокруг напоминало о трагедии: шокированные лица людей, тихий шум разговоров полицейских и металлический скрежет дверей лифта. Лаврентий Павлович погиб. Это казалось каким-то злым роком.

Селена заметила Антона, стоявшего чуть в стороне:

— Антон? — голос Селены дрожал, ей было сложно скрыть тревогу.

— Селена? Как ты здесь оказалась? — Антон удивленно приподнял брови и тут же подошел ближе, заметив её бледное лицо.

— Что случилось? Как он умер? — Её слова звучали резкими, и она едва могла удержать себя от паники.

— Авария в лифте, — вздохнул Антон, быстро оглядываясь на то место, где ещё недавно лежало тело. — Трос оборвался. Лифт упал с двенадцатого этажа. Ты знала его?

Селена попыталась собраться с мыслями. Лаврентий Павлович… Этот человек был для неё не просто работодателем.

— Он нанял меня в качестве консультанта по безопасности для университета, — медленно проговорила она. — Но у нас не было официального контракта, только устное соглашение.

Её голос дрогнул. Грудь сжалась от чувства надвигающейся катастрофы. Если декан мёртв, то и её работа рухнет, как и этот лифт. Всё закончиться в одно мгновение.

— Думаю, что его смерть была не случайной, — Селена тихо добавила, снова вспоминая тот момент, когда ей пришёл звонок. Он что-то хотел сказать ей, но… всё прервалось.

— Ты хочешь сказать, что это было убийство? — Антон явно напрягся, не до конца понимая, о чём она говорит.

— Не обязательно убийство, — задумалась Селена, прокручивая всё в голове. — Но что-то не так. Он звонил мне прямо перед этим. Что-то случилось до того, как оборвался трос.

— Убит злым духом? — в глазах Антона промелькнула смесь недоумения и скептицизма.

— Злым духом? — Селена фыркнула, не в силах сдержать сарказм. — Духи не убивают людей средь бела дня.

— Значит, ты собираешься выяснить правду? — Антон посмотрел на неё с явным интересом.

— Я не уверена, что смогу, — честно призналась она. — Но я попытаюсь. Можешь достать мне копию заключения судебно-медицинской экспертизы?

— Конечно, — кивнул Антон, но в его взгляде читалась тревога.

Селена глубоко вздохнула, её лицо приняло серьёзное выражение.

— Я найду того, кто это сделал, — сквозь стиснутые зубы прошептала она, полные решимости глаза загорелись. — Он украл не только его жизнь, но и мою работу.

Глава 10 В поисках жемчуга

— Эй, мой батя хочет, чтобы я кое-что тебе передал, — Аркитос влетел ко мне, словно ящер с моторчиком.

— Что такое? — я посмотрел на него снисходительно.

— Батя сказал, что ему нужно много Камней-Сокровищ.

— Камней чего? — я приподнял бровь, ожидая что-то поинтереснее. Лорд Фофан всегда умел удивлять.

— Жемчуг, — Аркитос серьёзно кивнул.

— Жемчуг? Он что, решил заняться чёрным рынком в Аду? — сарказм так и лился из меня.

— Ну… это всё, что он сказал.

— И сколько ему нужно? — уточнил я, закатывая глаза.

— Тысяча килограммов, — Аркитос как всегда был мертвенно серьёзен.

Тысяча килограммов жемчуга? Этот парень точно вляпался во что-то крупное. Или его отец.

— И зачем ему это? — я пытался уловить смысл этой абсурдной просьбы.

— Не знаю, но звучит срочно, — он помахал хвостом.

— Насколько срочно? — я прищурился, чувствуя подвох.

— Очень. Прямо очень-очень срочно.

— А про качество он что-то говорил? — я пытался понять, насколько это серьезно.

— Ничего не сказал.

— Ну, если ничего не сказал, значит, и не надо. — В голове уже прикидывал, как быстро можно скинуть ему партию самого дешёвого жемчуга. Видно, бабла столько, что он даже не парится.

Хотя, если честно, я сам особо не шарил в этом рынке. Разница в цене между качественным жемчугом и ширпотребом могла быть колоссальной. Некоторые жемчужины стоили как целое состояние, а другие продавались на развес, словно картошка.

Я вытащил телефон и набрал Зураб.

— Зураб, — сказал я в трубку.

— Чего тебе? — его голос, как обычно, был грубым.

— У тебя есть контакты, кто может скинуть жемчуг?

— Нет, — ответил он без единой капли энтузиазма.

— Окей, — уже собирался класть трубку, но тут он вдруг вспомнил: — О, кстати. У меня волосы начали расти в некоторых местах, но лысина всё равно есть. Слушай, когда ты мне там лечение повторишь?

— Через пару дней, сейчас занят, — я махнул рукой, хотя он этого и не видел.

— Так мне, значит, с этими клочками на башке ходить? — Зураб звучал явно раздражённым.

— Можешь побрить всё, — не удержался от ехидства.

— Ты чего? Я их только начал отращивать! Никаких брить, — он возмутился, как будто я предложил ему ободрать себя до кости.

— Вешаю трубку. Занят, — сказал я сухо, почти отрывисто, не оставляя ему ни малейшего шанса продолжить.

С другой стороны линии раздался короткий вдох, но Зураб быстро сориентировался:

— Если это действительно важно, могу поручить ребятам разведать, — предложил он с долей сомнения, явно пытаясь угодить.

— Отлично, займись этим. Я пока с другими поговорю.

Сделав глубокий вдох, сразу же перешел к следующему делу. Набрал Ольгу. У нее был талант к поиску чего угодно, а сейчас мне нужна была её помощь.

— Ольга, как дела?

На другом конце провода послышался её голос, полный ехидства:

— Ну, ты никогда не звонишь просто так. Если уж берёшь трубку, значит, тебе что-то нужно. Чего, подружка твою голову совсем заняла? Забыл про старых подруг?

Я закатил глаза. Её сарказм всегда был на высоте, но не время было для шуток.

— Эээ… Да ну, просто дел по горло, — слабо попытался оправдаться, хотя вряд ли это звучало убедительно.

— Ага, конечно, — её смех пронзил тишину. — Ладно, давай выкладывай, чего тебе надо, хватит увиливать.

Она явно знала, что я не из тех, кто звонит для пустых разговоров.

— Ты знаешь кого-нибудь из ювелиров? Мне нужно много жемчуга. И очень много, — сказал я, надеясь, что она не станет задавать лишних вопросов.

— Жемчуга? Ты что, подарки раздавать решил или в колдовство ударился? Ладно, не хочу знать. Знаю одного продавца, спрошу. Какого качества и сколько тебе надо?

— Качество не важно. Главное — объём. Тысяча килограммов.

— Тысяча? — её голос чуть повысился от удивления. — Серьёзно? Я думала, ты в лечебные дела полез, вроде традиционной медицины. Но похоже, тут явно что-то большее.

Мы поговорили и закончили разговор.

Ольга всегда была любопытной, но умела держать свои вопросы при себе. Через десять минут зазвонил неизвестный номер. Я усмехнулся. Надеялся, что дольше придется ждать.

— Здравствуйте, это Григорий? — прозвучал незнакомый, но уверенный голос.

— Да, а вы кто?

— Меня зовут Рабинович, я ювелир. Ольга попросила связаться с вами. Вас интересует покупка жемчуга?

— Да, — коротко ответил я, переходя сразу к делу. — Сколько стоит?

— Вас интересует искусственный жемчуг или натуральный?

— Ну и какие цены? — начал я терять терпение.

— Искусственный — три тысячи восемьсот рублей за килограмм. Натуральный — двадцать восемь тысяч.

Я поморщился. Восемь раз дороже. Но что поделать, искусственный мне не годился — если уж делать дело, то с размахом. Лорд Фофан не оценит подделок.

— Натуральный, — ответил я без тени сомнений.

— Сколько вам нужно?

— Тысяча килограммов.

На мгновение тишина повисла в воздухе. Рабинович, кажется, прифигел. Я почти видел, как он напрягся на другом конце линии.

— Для такой партии мне понадобится два дня. Устраивает? — осторожно произнес он, явно стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Два дня? Подумаешь, ждать-то мне не впервой. Окей.

— Раз уж вы покупаете так много, могу предложить скидку, — осторожно предложил Рабинович, пытаясь расположить меня к себе.

Я не стал медлить, перегибать палку не хотелось, но и упускать шанс на хорошую сделку было глупо.

— Двадцать четыре тысячи за килограмм устроит? — нахально заявил я, проверяя, насколько он готов уступить.

— Согласен, — быстро согласился Рабинович, почти не раздумывая.

«Чёрт», — подумал я, — «мог бы, наверное, ещё ниже сбить». Но не стал жалеть об этом, главное — дело сделано.

Положил трубку и на мгновение задумался. Зачем Лорду Фофану столько жемчуга? Это для какого-то древнего ритуала или, может, сокровища? Адский жемчуг? Или он каким-то образом прорывается сюда, в наш мир? Вопросов становилось всё больше, но, как всегда, ответов было куда меньше.

* * *

— Сто двадцать восемь миллионов! Продано один раз, продано два раза! Поздравляем господина Ракшу с приобретением красного вина 1838 года.

Даниил-Старший с восхищением взглянул на Ракшу. Только он мог позволить себе потратить 128 миллиона на бутылку вина. Ракша был руководителем морской судоходной компании.

В этот момент у Ракши зазвонил телефон.

— Привет, Махиндра?

— Господин Ракша, я только что узнал кое-что важное.

— Что именно?

— Этот доктор покупает натуральный жемчуг.

— А? Ты знаешь, зачем ему так много?

— Нет, но ему нужно довольно много, на самом деле одну тонну.

Ракша повернулся к Даниилу-Старшему и спросил:

— Даниил-Старший, у тебя есть тонна жемчуга?

— Да, у меня более десяти ферм по выращиванию жемчуга в Таиланде. Я даже могу достать вам сто тонн.

— Нет, я имею в виду натуральный жемчуг.

— Натуральный? Зачем так много?

— Это подарок для кого-то.

— Для того доктора?

— Да.

— Конечно. Я помогу достать их.

Натурального жемчуга всегда было недостаточно на рынке, спрос на него значительно превышал предложение. Несмотря на то, что Даниил-Старший был крупнейшим ювелиром в регионе, у него не было целой тонны натурального жемчуга. Однако, с его влиянием, добыть одну тонну не представляло большой сложности.

* * *

— Привет, сколько у тебя натурального жемчуга? Я хочу все.

— Рабинович, у меня нет натурального жемчуга. Хочешь искусственный?

— Что? Разве ты не купила 100 килограммов натурального жемчуга полмесяца назад?

— Да, но кто-то купил их все сегодня.

— Хорошо. Я спрошу другого человека.

Рабинович обратился к другому ювелиру:

— Привет, мне нужно немного натурального жемчуга.

— Извини, я их все продал.

— Что? Кому?

— Даниилу-Старшему. Он покупает натуральный жемчуг. Я продала ему весь свой жемчуг.

— Хорошо.

Рабинович не сдавался. Он опросил еще нескольких ювелиров, но получил тот же ответ.

«Хм… Почему мистер Даниил-Старший покупает натуральный жемчуг? Может быть, есть какая-то инсайдерская информация о том, что цена на натуральный жемчуг скоро вырастет?» — задумался он.

Рабинович бы не подумал об этом, если бы речь шла о искусственном жемчуге, поскольку его предложение всегда превышало спрос. С другой стороны, натуральный жемчуг был в дефиците.

Следовательно, если бы месторождение жемчуга попало в шторм или у крупного ювелирного бренда был какой-то план, цена на натуральный жемчуг выросла бы.

Это была именно догадка Рабиновича. Иначе зачем Даниилу-Старшему и тому доктору покупать натуральный жемчуг?

Должно быть, произошла утечка инсайдерской информации, хотя Рабинович еще не получил эту новость.

После некоторого размышления Рабинович принял решение. Он также купит больше натурального жемчуга. Кроме того, он свяжется со всеми ювелирами региона, а не только с Москвы.

Что касается того доктора, Рабинович уже не хотел ему ничего продавать.

* * *

Телефон зазвонил, и на экране высветилось имя Рабиновича. Я ухмыльнулся, не предвещая ничего хорошего.

— Григорий, мне жаль, но наша сделка накрылась, — голос Рабиновича звучал как будто он только что котенка похоронил.

— Это ещё почему? — я не любил сюрпризы, особенно такие.

— На рынке жемчуга всё пошло кувырком. Ювелиры скупают натуральный жемчуг, а у меня — ни крупинки.

— Сколько у тебя есть? Куплю всё, что осталось, а там уже разберёмся, — ответил я с уверенностью полководца, который знает, что победа в кармане.

— А сколько денег ты предложишь?

— Ты сам называл двадцать восемь тысяч за килограмм.

— Теперь это не цена, — он сказал это так, будто я на дворе только что с дерева спустился.

— Ну так сколько теперь? — уже начинал терять терпение. Не люблю, когда время тянут.

— Тридцать пять тысяч за килограмм, — и тишина.

Я вздохнул. Ладно, бизнес есть бизнес. Придется играть по его правилам.

Через зубы сказал спокойно:

— Договорились.

— Постой… Я ошибся, — голос его стал подозрительно лживым. — Сорок штук за кило.

Ах, вот оно что. Он решил, что раз я согласился так быстро, то у меня в рукаве какой-то козырь. Смешно. Парень явно думал, что я владею секретной инфой о рынке. Типа он готовится сделать ход, а я в теме.

— Ты с дуба рухнул? Это ж бандитизм! — взорвался я.

— Это рынок, дружище, — с напускным спокойствием ответил Рабинович. — Мы же не заключали контракт, так что можем менять цену как угодно. Я — могу. Ты — тоже.

— Всё, не хочу больше эту ерунду! — Я ненавижу, когда меня пытаются обвести вокруг пальца. Это я делаю, а не со мной.

— Пока, — и он бросил трубку.

Чуть не разнес телефон о стену. Но вовремя вспомнил, что этот гаджет купил буквально вчера.

* * *

— Босс, мы приобрели достаточное количество жемчуга, но в результате цена на натуральный жемчуг резко возросла. Сейчас она составляет тридцать четыре тысячи за килограмм, и мы затратили больше средств, чем ожидали, — один из помощников осторожно положил перед Даниилом-Старшим документы с отчетом.

— Так высоко? Есть ли какие-либо инсайдерские новости? — Даниил-Старший прищурился, его спокойный, но проницательный взгляд, казалось, искал в этих бумагах нечто большее, чем просто цифры.

— Нет. Мы провели проверку. Вся эта шумиха возникла исключительно из-за вашего заказа. Многие ювелиры решили, что вам известно что-то, и начали действовать в панике, полагая, что у вас есть доступ к секретной информации.

Даниил-Старший усмехнулся, откинувшись на кожаное кресло. Он всегда находил это забавным. Обычно он не имел дела с натуральным жемчугом, так как его бизнес был сосредоточен на искусственных камнях. Однако, будучи владельцем крупнейшего бренда, он устанавливал правила на рынке, даже не пытаясь это сделать. Когда кто-то из его уровня внезапно начинает закупки, паника среди конкурентов неизбежна.

— Да, конечно… Им не терпится узнать, что я задумал, — пробормотал он себе под нос и снова перевел взгляд на ассистента. — Но через пару дней, когда они поймут, что ничего не происходит, цена снова упадет, не так ли?

— Именно так, босс. Как только они осознают, что не было никакого сговора или инсайда, цена незамедлительно вернется к прежнему уровню.

Даниил-Старший кивнул, слегка барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Всё это напоминало ему шахматную партию, где он контролировал все ходы.

— Хорошо. Тогда опубликуйте несколько фальшивых новостей. Пусть думают, что что-то происходит. Нам нужно избавиться от парочки слишком умных игроков на рынке.

— Как скажете, — помощник склонился в легком поклоне и поспешил к выходу, оставив Даниила-Старшего наедине с его мыслями.

Даниил-Старший взял телефон со стола, размышляя о следующем шаге. Влияние, которое он имел на рынок, всегда вызывало у него улыбку. Одно его решение могло резко поднять цены или обрушить их в одно мгновение. Казалось, эта игра была для него слишком легкой.

Он набрал номер и, дождавшись гудков, произнес:

— Ракша, у меня есть достаточное количество жемчуга. Всё прошло по плану.

На другом конце провода раздался спокойный голос:

— Отлично. Теперь позвони ему напрямую.

— Я? — Даниил-Старший на мгновение замер, не скрывая своего удивления. — Разве это не должен сделать ты? Почему я должен связываться с Григорием?

— Потому что так нужно. Не задавай лишних вопросов, Даниил-Старший. Это важно.

Даниил-Старший всё ещё не понимал, почему ему приходится звонить доктору лично. Конечно, он был благодарен за помощь этого человека в прошлом, но можно было бы отплатить ему позже. Это дело явно выходило за рамки обычной благодарности.

— Хорошо, — Даниил-Старший нехотя согласился.

* * *

— Ольга, этот твой продавец жемчуга — полный идиот.

— Чего? — Ольга слушала по телефону, явно растерявшись.

Я вздохнул, добавив побольше драмы.

— Рабинович, этот жлоб, просто поднял цену на ровном месте. Ни с того, ни с сего.

Голос Ольги помрачнел:

— Я с ним разберусь. Он меня ещё вспомнит, — её тон был ледяным.

Ольга, конечно, была не просто подружкой Рабиновича. Она работала в мире высокой моды. Её бренд закупал аксессуары и украшения. В общем, она была для Рабиновича настоящей золотой жилой. Потерять её — значит потерять всё. Легко.

После того как я выложил всё накопившееся за день, настроение ощутимо поднялось. Голова стала легче, а мир вокруг — чуть ярче. Но, как водится, долгого покоя мне не полагалось. Телефон завибрировал, вытаскивая меня из этого мимолётного блаженства. Номер на экране был незнакомый. Я нахмурился, но всё же ответил.

— Кто это? — бросил я, не скрывая раздражения.

На том конце линии раздался уверенный голос:

— Привет, это Даниил-Старший.

— Здравствуй, Даниил-Старший, — протянул я, с трудом припоминая, где мог встречать этого типа. — А мы вообще знакомы?

— Слышал, тебе жемчуг нужен?

Я застыл. Информация была… специфическая. И какому-то Даниилу-Старшему явно не по адресу.

— А? Откуда инфа? — спросил я, прищурившись, как будто мог через телефон увидеть его лицо.

— У меня тут тонна натурального жемчуга, — спокойно продолжил он, игнорируя мой тон. — Хочешь?

— Цена? — решил я, что лишняя информация не повредит.

— Восемнадцать тысяч рублей за килограмм.

— Ты шутишь? — я едва не рассмеялся, хотя в голосе звучал скорее сарказм. — Ты вообще в курсе, что на рынке за килограмм натурального сейчас отдают в разы больше? За такие деньги мне разве что бусины из детского набора для творчества предложат.

Но этот парень явно был серьёзен.

— Всё по-честному, — уверенно ответил он. — Цена выросла из-за того, что я выкупил много партии заранее.

— Угу, — хмыкнул я, чувствуя, как внутри разгорается любопытство, перемешанное с недоверием. — И зачем ты мне это рассказываешь? Мы даже не знакомы.

— Мне это не важно, — отрезал он. — Я тебя знаю — и этого достаточно.

— Знаешь? — повторил я, поднимая бровь. — Это всё ещё не объясняет, зачем ты предлагаешь мне товар по такой смешной цене.

— Могу прислать пробную партию прямо к твоему дому, — перебил он, будто не слыша моих сомнений. — Посмотришь, проверишь. Деньги переведёшь потом, если устроит.

— Прямо домой? — удивился я, чувствуя, как ситуация начинает казаться мне всё более странной.

— Да. Час времени, и всё будет у твоей двери.

Внутренний голос кричал, что тут что-то нечисто. Но любопытство оказалось сильнее.

— Ладно, записывай адрес, — выдохнул я, решив дать этому «Даниилу-Старшему» шанс.

Продиктовал ему свои координаты. Он тут же ответил:

— Жди. Через час доставят.

И сбросил, не дожидаясь моего ответа. Я посмотрел на экран телефона, потом в окно, обдумывая, что за игру он затеял.

Глава 11 Эликсир молодости

Я задумался. Кого попросить проверить жемчуг? Но тут звонок от Наринэ.

— Эй, лентяй! Три дня тебя не видела. Ты что, про работу забыл?

— Занят. Забегу, когда освобожусь. Да и дел всего на пару дней.

— Скучно тут без тебя. Никого нет, чтобы трепаться. Я кстати сейчас в Москве. Приехала погулять.

— О, здорово, но я реально занят.

— Чем таким?

— Кстати, знаешь оценщика ювелирки?

— Ты что, кольца себе покупаешь?

— Жемчуг. Купил кое-что, надо проверить.

— Я могу.

— Ты что, серьёзно?

— Да.

— Окей. Заходи. Ты же знаешь, где я живу?

Наринэ бросила трубку и примчалась через полчаса, притащив с собой Вульфи. Этот мелкий волчонок тут же начал носиться по комнате с моими двумя енотами, Сильвером и Голдом.

Наринэ огляделась.

— Где твой жемчуг?

— Ещё не привезли. Подожди.

Она фыркнула, осматривая комнату.

— У тебя здесь тесно. Сильвер и Голд не развернутся. Приведи их ко мне — места там много.

— Вот и спроси у них сама. Захотят — пойдут.

Наринэ обратилась к енотам:

— Пошли ко мне. У меня корм лучше.

Еноты её проигнорировали. Ну да, ещё бы. Зачем им её дом, когда тут у них свои демонические кристаллы?

Я иногда подкидывал им немного кристаллов, знаете, чтобы не забывали, кто тут босс.

Наринэ всё равно кипела от злости.

— Почему ты и твои еноты такие раздражающие? — она всё никак не могла успокоиться.

И тут в дверь постучали. Открываю. Передо мной мужик в рабочей одежде, а за ним ещё парочка таких же.

— Привет, кого ищешь?

— Вы Григорий? Мы доставщики. Тут посылка для вас, жемчуг, — он чуть не растёкся в улыбке.

Я кивнул. Достал паспорт — пусть проверяет. Он его сверил, помычал и:

— Извините, куда выгрузить жемчуг?

— В подвал кидай, — махнул рукой, как будто мне каждый день тонны жемчуга привозят.

Рабочие перетащили коробки в подвал. Каждая с логотипом, вес по два кило. Понятное дело, это не мелочь.

— Эй сколько ты вообще жемчуга набрал? Я думала, ты купил что-то эксклюзивное на сто тысяч.

— Твоя задача — просто проверить, натуральные или нет, — усмехнулся я, видя, как её подгорает.

—Тогда зачем я притащила целую кучу инструментов? Это и так видно по блеску.

— А кто тебя просил их брать? Сама же потащила, — не мог не подлить масла в огонь.

Она, конечно, взбесилась, но, как всегда, сделала свою работу.

— Всё это натуральное. И да, качество топовое. Но ты же врач, зачем тебе столько жемчуга? В ювелиры метишь?

— У меня другие планы, — я загадочно улыбнулся. — Ладно, свободна. Иди домой.

— Ты меня выгоняешь?

— Ну да. Это мой дом, и моя девушка скоро вернётся. Не хочу, чтобы она неправильно поняла.

— А если я не уйду?

— Сильвер, Голд, проводите эту леди, — я даже пальцем не шевельнул, как её уже гневно выталкивали из дома.

Наринэ вышла, топнув ногой, и я остался наедине со своим жемчугом. Всё аккуратно сложил в «пространственный карман» и позвонил Даниилу-Старшему:

— Привет. Посылку получил, так что жду ваш счёт для оплаты.

Не успел повесить трубку, как во двор въехала машина. Оттуда выпрыгивают Ганс, Ракша и их мелкие. Вилхельмина — та ещё егоза — сразу ко мне подбегает:

— Дядя Гриша, мы к тебе в гости!

— Господин Даниил-Старший, у меня тут гости. Переведу позже, — говорю, повесив трубку.

Подошёл к Гансу и Ракше, как будто встречаю самых дорогих людей на планете.

— Ракша, что за случай привёл вас ко мне?

— Дочери хотели увидеть енотов. Мы решили заскочить. Григорий, вы ведь не против?

— Да я только рад, что им нравятся мои питомцы.

Ракша протянул мне бутылку вина, такую, что грех не взять.

— Это для вас, Григорий.

— Спасибо, — взял, конечно. — Прошу, проходите.

— Григорий, твой дом маловат. Сильверу и Голду тут даже бегать негде. Может, отдашь их мне? — лениво протянул Ганс.

— Знаешь, тот, кто сказал это пять минут назад, уже вылетел отсюда? — усмехнулся я, глядя на него.

— Дядя, думаю, папа прав. Посмотри на бедняжек, — ухмыльнулась Вилхельмина, явно издеваясь над этими тупыми близнецами.

— Вилхельмина, можешь одну мне отдать? — с серьёзной миной заявила Регина, дочь Ракши.

— Без проблем. Вот, бери Сильвера, а завтра поменяемся, — Вилхельмина даже не моргнула, ответив в том же тоне.

— Вилхельмина, хочешь фокус покажу? — Регина пододвинулась к ней и начала коряво показывать «исчезновение пальца». Детский сад.

Но Вилхельмина веселилась как ребёнок. Хотя, стоп, она же ребёнок. Ладно, проехали.

— Дядя, папа, Регина крутая! Как она палец убрала? — Вилхельмина чуть ли не в экстазе прыгала.

— Эй, я тоже так умею, — Ганс начал строить из себя фокусника, хотя выглядел как полный дилетант.

Порой он был инфантильнее всех детей. Его трюки были даже хуже, чем у трёхлетки.

— Папа! Я вижу! Ты не убрал палец, это большой палец другой руки! — Вилхельмина аж подпрыгнула. — Пф, не считается. Папа, ты глупый!

Ганс скривился от её слов и протянул руку ко мне:

— Григорий, покажи им настоящий фокус!

— Я не фокусник, — отрезал я, не планируя поддаваться на его дешёвые провокации.

Но Ганс был настойчив. Ему явно было проще, если я опозорюсь перед ребёнком.

— Не разочаровывай малышку. Давай что-нибудь покажи, — не унимался он.

— Ладно. — Я раскрыл ладонь. — Видишь, ничего нет?

— Ничего.

Я сжал кулак и, разжав его снова, показал им жемчужину.

— Ого! — дети ахнули в унисон.

Ганс сразу полез ко мне с обыском. Придурок.

— Где спрятал?

— Хватит меня лапать, — я шлёпнул его по руке. Он не успокаивался.

— Ты же заранее подготовил это, да?

Я сжал кулак ещё раз, и когда разжал, в ладони уже была горсть жемчужин.

Глаза Ганса чуть не выпали.

— Ты что, реально маг?

— Это единственный трюк, который знаю, — сказал я, пожимая плечами, и снова сжал кулак. Жемчужины исчезли.

Ракша не мог оторвать взгляд.

— Григорий, ты действительно талантлив, — наконец-то вымолвил он, продолжая смотреть на мою руку, словно искал подвох.

— Дядя, покажи ещё раз! — Вилхельмина не унималась.

— Голд, принеси мне ведро, — скомандовал я.

Енот вскоре притащила ведро в зубах. Я разжал левую руку.

— Видишь? Ничего нет?

— Ничего, — дети замерли в ожидании чуда.

Я сжал кулак, и жемчужины стали сыпаться, как из рога изобилия. Каждая новая жемчужина добавлялась к слою в ведре.

— Григорий, где ты прятал эти жемчужины? — с любопытством спросил Ганс.

Ракша тоже смотрел с восхищением. Магия вблизи — это всегда сложнее. А я, конечно, один справлялся.

— Григорий, научи меня этой магии! — заявил Ракша.

— Нет, ты слишком туп для этого, — бросил я мимоходом, взглянув на Ганса.

— Не говори так при детях. Ты же унижаешь меня! — отмахнулся Ракша.

Я просто развлекался. Никаких секретов раскрывать не собирался.

* * *

Вечером Памела вернулась домой. Ганс и Ракша ушли, а я уже чувствовал усталость.

— Пафф… Это был утомительный день, — произнесла она, зевнув.

— Что случилось?

— Выходные. Людей было слишком много. Неприятностей — тоже.

— Если так тяжело, может, бросишь это дело? — предложил я, посмеиваясь.

— Нет, — мгновенно ответила Памела.

Я бы не заставлял её стать домохозяйкой.

— Кстати, я уезжаю на день, — сказал я.

— А? Куда?

— То самое место.

— О… Ты имеешь в виду, куда ты раньше пропадал?

— Ага.

— Я тоже хочу это увидеть…

Я горько улыбнулся. Привести её туда? Ни за что. Это же Ад.

Только я знал, как туда попасть, и был не в восторге от идеи.

— Памела, я согласен на всё, но только не на это.

— Понимаю, — кивнула она. — Когда ты уезжаешь?

— Сегодня вечером. Пойду туда пораньше и вернусь тоже пораньше.

— Хорошо, — сказала она, и я обнял её, поцеловав в волосы.

В голове у меня уже вертелись мысли, но вдруг почувствовал, как тело начинает исчезать.

— Чёрт… опять это, — выругался я.

Памела ещё не заметила, что меня не стало, и тут же потеряла равновесие, упав на диван. Она, конечно, сразу поняла, что я исчез.

— Человек, наконец-то ты пришёл. Если бы ты пришёл чуть позже, всё бы кончилось, — сказал мне лорд Фофан, стоя прямо передо мной.

Я вышел из магического массива.

— Эй, это тот камень-сокровище, который ты хотела, да? — спросил я, вытащив жемчужину.

Лорд Фофан кивнул:

— Да, именно он. Но не говори мне, что ты принёс только одну.

— Много, — ответил я, доставая все жемчужины и раскладывая их перед ним. — В Аду их называют камнями-сокровищами? Они очень ценные?

— Всё, чего нет в Аду, драгоценно. Много лет назад человек принёс кое-что сюда, — объяснил он.

— И что с ними делать? — спросил я.

— Я готовлю источник молодости. Один из ингредиентов — камень сокровищ.

— А что такое «источник молодости»? — заинтересовался я.

— На вашем языке это делает людей молодыми. На нашем — возвращает нас к силе, — ответила Лорд Фофан.

Мои глаза заблестели.

— Сколько ты заработаешь?

— Не переживай, я дам тебе немного, — улыбнулся он. — Я потратил почти половину состояния, чтобы сделать две бутылки «молодости.» Пойдём, следуй за мной.

Здание напоминало огромную игрушку для котов — круглое, с дыркой посередине. Красные Кристаллы в стенах. Красивенько, но мне больше нравились бриллианты. Я посмотрел наверх — красная луна висела прямо над головой. Светила так, будто собралась запечь кого-нибудь.

— Ну и видок, — пробормотал я.

Фофан, этот бес, уже вовсю возился с какой-то печью. Там зеленое пламя танцевало. Я прищурился: что он там творил? В печь полетели жемчужины, и огонь стал еще темнее.

— Понял, — хмыкнул я. — Жемчужинами он топит огонь. Экономно, ничего не скажешь.

— Это только во время красной луны можно создавать Источник Молодости, — Фофан изрек, будто преподает мне тайные знания.

Я кивнул, делая вид, что слушаю. Над печью был воздуховод, и из него начала стекать какая-то густая, кроваво-красная жидкость. Прямо как в дешевых фильмах про вампиров.

Фофан продолжал добавлять жемчужины, а я стоял, глядя на то, как пламя становилось всё больше. Тьма буквально обволакивала его, но Фофан выглядел невозмутимо. Что ж, демоны ведь привыкли к огню, правда?

Жидкости становилось всё больше, она заполняла каменную чашу. Я уже приготовился что-то умное сказать, когда Фофан рявкнул:

— Доставай контейнер! Сейчас всё кончится.

— Чего? — я на секунду застыл. — А?

— Ха! Ты, что, контейнер забыл? — она посмотрела на меня с презрением.

— Эээ… — я вспоминал, что у меня было — точно! Вино! Ракша же дал мне красное вино!

Схватил его, вылил содержимое на землю и подставил бутылку под поток жидкости. Даже дышать боялся, как будто это был последний шанс.

— Ну и всё? — спросил я, когда жидкость перестала капать.

— Всё, — Фофан кивнул. Я с облегчением заткнул бутылку пробкой и спрятал её обратно в «карман»

— А пить это можно прямо так? Ну, типа, молодеешь и всё такое?

— Людям пить прямо нельзя, — усмехнулся Фофан. — Разбавлять надо. Одна капля — и ты моложе на год. Но если жахнешь сразу, то рискуешь стать младенцем.

— Ну, неплохо, — я кивнул. — Звучит как лайфхак. А что насчёт тех Кристаллов в стенах? Они драгоценные?

— Лунные Кристаллы, — Фофан посмотрел на меня, как на идиота. — Думаешь, я просто так их развесил?

— Хм… Тогда выкопай мне один. Хочу сделать подарок девушке.

— Тебе они не нужны, — вздохнул он.

— Ну, это не твои проблемы, — ухмыльнулся я. — Должен же я быть романтичным мачо хоть иногда, не так ли?

Фофан кивнул:

— Окей, я попрошу Жасмин отправить его демоническому ювелиру. Он сделает тебе демонический кулон.

— Эй, демонический кулон? Надеюсь, у него нет побочек? — Я скривился, вспоминая ту катастрофу с проклятым брильянтом. Больше таких сюрпризов Памеле точно не нужно.

— Успокойся, герой. Это же для твоей женщины, никакого вреда быть не может, — сказал Фофан с таким спокойствием, будто речь шла о новой футболке.

— Ладно, есть ещё вопрос. Как мне управлять этой правой рукой?

— Ты не спрашивал Жасмин? Она умеет такие штуки чинить.

— Звал, и, знаешь, голова потом как у пьяного. Не хочется снова это пережить.

— Слабак. У тебя просто силы маловато.

— И как её усилить?

— Больше заклинаний юзай. Ну, вы же людишки тренируетесь, чтобы мускулы накачивать. Простой метод, но действенный. Хочешь побыстрее? Зови Жасмин чаще. Это ускорит дело.

Фофан прищурился, глядя на мою правую руку.

— Кстати, моя кровь теперь там течёт. Она тупая, действует на рефлексах. Но как только научишься собирать души, сможешь управлять.

— Собирать души? Первый раз слышу.

— Я научу тебя, расслабься.

Тут меня пронзил запах жареного мяса. Ммм, аппетитно.

— Блин, да тут прям пахнет шикарно, — не сдержал я довольную улыбку.

— Пошли, ужин уже приготовили, — Фофан двинулся вперёд.

Мы вышли, и я увидел эту огромную тварь, жарящуюся на огне, который выдувала жена Фофана. Печь? Скучно. У неё был свой стиль — адский гриль.

— Эй, человек, ты прибыл! — Демоница, не стесняясь своих трёх метров роста, хлопнула меня по спине. Ощущение будто кирпичом по спине.

— Я это для тебя поджарила. Ешь — станешь сильнее.

— Надеюсь, без рогов и чешуи в комплекте? — усмехнулся я.

— Ха-ха! Ты забавный, — она зарычала от смеха.

— Если не доем, могу забрать с собой? — кинул я взгляд на здоровую тушу. Мяса там было на год вперёд.

— Конечно, но учти: только ты и твои демоны могут его есть.

— А почему?

— Люди без демонической крови не выдержат этого мяса, особенно приготовленного моим дыханием.

Что ж, надо признать, мясо было офигенным. Или это магия демоницы, но вкус — просто улёт.

Я умял килограммов двенадцать, но, глядя на оставшиеся тонны, понял, что закончу только через пару лет. Хорошо, что демоны могут доесть за меня.

Провёл я там сутки. Получил новое заклинание и кулончик от Жасмин. Кулон, мастерски сделанный, и на нём красный камень в сто карат. Выглядело шикарно, светился каким-то жутковатым красным светом.

Цепочка — как будто невесомая, металлическая и незаметная.

Ну что же пришла пора возвращаться в мир людей.

* * *

— Ах! — взвизгнула Памела, подпрыгнув как пружина. Не ожидала моего появления, да?

— Это я, — быстро сказал я, пытаясь сбавить накал.

— Ты чего, с ума сошёл? Напугать до смерти хочешь? — Она слегка успокоилась, но глаза всё ещё округлены.

— Ладно-ладно, не кипятись, — усмехнулся я и достал кулон, сверкая им перед её лицом. — Это для тебя.

— Ого, какая красота! — Памела не отрывала взгляда, затаив дыхание. Конечно, не каждая дама способна устоять перед таким шедевром.

— Это рубин? — её голос прозвучал чуть дрожащим.

— Ха, нет, но гораздо круче. Это единственная такая штука в мире, — я наклонился ближе, словно собираясь раскрыть самый важный секрет. Люблю такие моменты.

— Особенная вещь?

— Ещё бы! Наденешь — и она твоя навсегда. Никто не сможет её украсть, — я сказал это с таким пафосом, что сам себе понравился.

— Магия? — Памела нахмурилась, но любопытство не отступало.

— А то! Только так.

— Значит, не смогу снять?

— Ну, снять-то сможешь. Но потерять? Никогда. — Я подмигнул, явно наслаждаясь каждым своим словом.

— Надень на меня! — её глаза засветились, как у ребёнка, которому пообещали мороженое. Она не могла дождаться.

Когда я аккуратно прицепил камень на её шею, он будто засиял ещё ярче. Прямо произведение искусства.

— Ощущение странное… я чувствую камень, но он будто невесомый, — её голос стал мягче, она была под впечатлением.

— Ты выглядишь сногсшибательно, — усмехнулся я, зная, что говорил абсолютную правду.

Она приоткрыла рот, дышала тяжело. Видел, как она ждала, что я сделаю следующий шаг. Ну, конечно, кто бы устоял?

Чувствовал себя супергероем, возможно, из-за того, что пару часов назад ел адское мясо. Это явно придало мне сил. Лёгким движением обнял Памелу и прижал к себе. Чувствовал её, как перо. Всё потому, что в Аду изменился, вернувшись другим человеком.

Мы провели ночь вместе, и даже это не могло меня полностью удовлетворить. Но по её просьбе я остановился.

Позже, когда мы уже спали, из стены внезапно высунулась голова Черныша.

— Григорий, — проскрипел он.

Я дёрнулся, чуть не подпрыгнув на месте. Это был не первый раз, но всё равно никак не мог привыкнуть.

— Черныш, что тебе надо? — тихо спросил я, боясь разбудить Памелу.

— Завтра мне нужна твоя помощь.

— В чём дело?

— Помнишь, я говорил тебе про того парня-растения?

— Да, и что?

— Помоги мне его вылечить.

Это было что-то новенькое. Обычно это я у Черныша что-то просил, а тут, наоборот. Ну, раз уж так, у меня не было причин отказывать.

— Ладно, посмотрим, что там у тебя. — Я кивнул, решив согласиться. Надо же сперва оценить, с кем имеем дело.

Глава 12 Лекарство от старости

На следующий день направился в больницу, готовый к новым подвигам.

Иду по больничному коридору, размышляя о своем, когда вдруг замечаю знакомую фигуру у окна. Ну конечно, Флора. Как же без неё.

— Эй, Григорий, ты что тут забыл? — она бросила взгляд через плечо, ухмыльнувшись.

— Слушай, а почему я тебя вижу каждый раз, когда прихожу в эту дыру? — вздохнул я, ускоряя шаг. — Больница огромная, а ты везде! Как ты это делаешь?

Флора рассмеялась, будто это был какой-то её личный трюк.

— Медсестра сказала, что ты снова чудишь. Вот я и пришла.

Мы с ней сталкивались здесь слишком часто. Настолько, что народ в больнице уже привык ко мне, как к мебели. Да и я тут как дома, не без этого.

— Ты мне так и не сказал, что делаешь здесь, — продолжала допытываться Флора, не отставая.

— Кого-то ищу, — сказал я, прищурившись. Моя интонация дала понять, что больше раскрывать планы не собираюсь.

— Друг? — она приподняла бровь.

— Нет, — я покачал головой, уже продумывая, как бы избавиться от её общества побыстрее.

— Кто тогда? — Флора явно не собиралась так просто сдаваться.

— Пациент, — саркастически ответил я. — Мужик, сорока лет, в коме пять лет. Его дочь навещает его через день.

— Я помогу найти, — Флора встрепенулась, будто предвкушая приключение. — Ты собираешься его лечить?

Я лишь пожал плечами, взглянув на неё через плечо.

— Сначала гляну на него, — сказал я небрежно. — Может, и вытащу. Но честно, с пациентами в коме дел особо не имел.

Флора кивнула, как будто мои слова её особенно впечатлили. Больница была забита до отказа, и персонал наверняка даже не всех пациентов знал поименно. Так что её удивление вполне объяснимо.

— Белов Петр, — сказала она, когда мы подошли к нужной палате. — Попал в аварию пять лет назад. С тех пор в коме. Это он?

— Он, — подтвердил я, приподнимая бровь.

Мы вошли в палату. Обычная больничная койка, три других пустуют. А на одной лежит наш пациент, как живой труп. Рядом с ним сидела женщина, осторожно массируя ему мышцы. Мило, не так ли? Хотя от этого он явно не проснется.

Женщина подняла взгляд, встретив нас настороженным, но спокойным взглядом. Скорее всего, это была его дочь.

— Да? — она произнесла коротко, взглядом спрашивая, что нам нужно.

Флора, как всегда, решила взять инициативу в свои руки:

— Это новый невролог, супер-пупер спец по коматозникам, — с важностью начала она. — Говорят, творит чудеса. Решил всех тут пересмотреть.

Я слегка приподнял руку, чтобы остановить её поток слов.

— Привет, — кивнул я женщине.

Она тоже кивнула в ответ.

— Это мой отец. Вы сможете его разбудить?

— Не обещаю ничего, — ответил я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри не был так уверен. — Но дай-ка я сначала посмотрю.

Пациент выглядел, мягко говоря, не лучшим образом. Пять лет без движения — мышцы истощены, кожа бледная, как у восковой фигуры. В общем, перспективы так себе.

— У тебя есть его медкарта? — спросил я, окинув пациента быстрым взглядом.

— Да, но сейчас не с собой. Завтра принесу, — сказала дочь.

— Окей, завтра так завтра, — кивнул я, отметив про себя, что возвращаться сюда еще раз мне не особо хочется.

Мы с Флорой вышли из палаты.

Она снова подступила с вопросами:

— Григорий, ты как вообще выбираешь пациентов? Ты же их не знаешь?

Я усмехнулся:

— По дружбе, как и твой случай.

Флора посмотрела на меня с надеждой в глазах:

— Ты сможешь его вытащить?

— Не знаю, — пожал я плечами. В глубине души сам сомневался, но не собирался это признавать. Придется импровизировать.

И тут зазвонил мой телефон. Устало выдохнул, глядя на экран.

— Привет, это Рабинович. Можем поговорить? — раздался голос с другой стороны.

— Нам не о чем разговаривать, — сказал я, уже готовый сбросить вызов.

— Пожалуйста, Григорий, всего минуту!

Я замолчал, позволяя себе секунду размышления.

— Ладно, минуту, — сказал я с явным раздражением.

— Готов продать вам весь мой жемчуг по себестоимости.

— Он мне не нужен, — отрезал я.

— Восемнадцать тысяч. Самая низкая цена!

— Я сказал, не нужен. Уже все купил.

— Григорий, да вы не можете так со мной! — Рабинович едва сдерживал ярость. — Вы знаете, сколько я вложил, чтобы помочь вам с покупкой натурального жемчуга? Как вы можете так поступать?

Я лишь усмехнулся, слушая его трясущийся голос. Бедняга. Решил, что может перехитрить меня? Как бы не так.

Рабинович вляпался по уши. Он скупил столько жемчуга, думая, что вот-вот разбогатеет. Думал, рынок вот-вот взлетит, и уже мечтал, как будет купаться в деньгах. Но новости пришли, и не те, что он ждал. Даниил-Старший свернул покупки раньше времени, и Рабинович остался с жемчужинами на руках. Ужас, правда?

К тому моменту, когда его мозг наконец сообразил, что происходит, было слишком поздно. Он уже залез в долги, да ещё под высокие проценты. И что теперь? Рыночная цена восстановилась, но порядок на рынке — нет. Натуральный жемчуг никому не нужен. Он-то был уверен, что сможет продать, но вот беда — банки не ждут. Они проценты накидывают каждый день.

И всё бы ничего, но его партнер — модный дом Ольги — тоже отвернулся. Контракт разорвали, и всё, прощай доходы. Теперь он ещё и банкам должен. Честно? Мне было его жалко. Немного. Совсем чуть-чуть.

Я ухмыльнулся.

— Ты же сам отказался продавать мне жемчуг. Я купил у других. Теперь это моя вина?

— Григорий, прошу, это моя ошибка. Простите меня. Дайте шанс.

— Время вышло, прощай, — ответил я, положив трубку.

Не собирался тратить на него больше ни минуты. Рабинович сам себя загнал в эту яму. Что ж, пусть копается. Я же не собирался его вытаскивать.

Выйдя из больницы, сел в машину и поехал к Ивану.

Зайдя к нему, меня сразу встретила тетя Таня. Она, как всегда, радостная, почти подпрыгивая на месте.

— Григорий, — протянула она маленький сверток, — это пирог, который я испекла для вас. Маленький подарок.

— А? — ответил я, едва понимая, зачем мне это.

— Григорий, — подал голос Иван из-за стойки, — Таня мне тоже дала один. Это реально вкусно?

Я фыркнул.

— Главное — внимание, — сказал, взяв сверток. — Спасибо.

* * *

*Береговая спасательная команда*

— Памела, у тебя такое красивое ожерелье! — воскликнула женщина-спасатель, не в силах оторвать взгляд от кулона.

Другие женщины также собрались вокруг, не в силах скрыть своего восхищения.

— Это настоящий рубин? — спросила одна из них.

— Конечно, нет! Сколько может стоить такой огромный рубин? — возразила другая.

— Возможно, он создан человеком, — предположила третья.

— Но он так прекрасен! Его прикосновение и блеск не кажутся искусственными, — добавила четвертая.

Зачем женщины носят красивые украшения? Помимо того, что они подчеркивают их красоту, это также способ продемонстрировать свою индивидуальность. Памела не была исключением. Она была польщена похвалой со стороны своих коллег.

— Это так прекрасно. Памела, можно я посмотрю? — попросила одна из девушек.

Она взяла кулон и начала внимательно изучать его.

— Огранка такая точная, — отметила она.

Когда девушка подставила его солнечному свету, камень засиял ослепительным цветом. От этого захватывающего дух оттенка все девушки вскрикнули от удивления.

Они не могли не испытывать ревности. Все они были знакомы с Григорием, но не ожидали, что он окажется настолько щедрым.

Он не только подарил Памеле спортивную машину, но и такое дорогое ожерелье. Если бы они знали, что этот доктор настолько богат, они бы постарались заполучить его первыми.

Ни одна из женщин не могла отвести взгляд от кулона. Честно говоря, оно было слишком соблазнительным, особенно для девушек.

Надев его, Памела стала еще красивее.

Женщины не могли отвести глаз, но она все равно была довольна взглядами окружающих. У каждого была своя уязвимость, включая Памелу. Люди всегда подсознательно сравнивали себя друг с другом, начиная с внешности и заканчивая фигурой.

По пути домой Памела также купила бутылку красного вина.

Набрала номер и позвонила:

— Григорий, когда ты вернешься? — спросила она.

— Скоро. Есть проблемы? — ответил он.

— Нет. Разве я не могу позвонить просто так? — спросила она.

— О, я вернусь как можно скорее, — пообещал он.

* * *

Когда я вернулся домой, то обнаружил, что Памела приготовила ужин при свечах.

Пока мы сближались, раздался звонок Ганс, испортивший момент.

— Григорий, ты знаешь, что за вино дал тебе Ракша? — спросил он.

— Нет, почему? — ответил я.

— Это красное вино 17-го века из винного погреба французских виноделов, — пояснил Ганс.

— И? — спросил я.

— Эта бутылка только что была продана за 120 миллионов на весеннем аукционе красного вина. Ее купил Ракша, — ответил Ганс.

Я был ошеломлен. Вспомнил, как вылил его в Аду, чтобы наполнить бутылку загадочной жидкостью.

— Григорий, что произошло? — Памела уставилась на меня. Судя по её лицу, она была в полном замешательстве. Моя физиономия, видимо, тоже прилично перекосилась. Ну а как ещё, когда ты только что понимаешь, что выкинул 120 миллионов на ветер?

— Чувствую, как будто потерял 120 миллионов, — выдавил я сквозь зубы, делая драматическую паузу.

В этот момент Ганс, не подозревающий о моём финансовом крахе, продолжал надоедать по телефону:

— Григорий, ну что за дела? Ты реально собираешься пить это вино в одиночку? Ты хочешь, чтобы я подошёл, или сам приедешь?

— Может, завтра. Мы с Памелой тут ужинаем при свечах, знаешь ли.

— Что? Ты уже открыл вино? Брат, оставь немного для меня!

— Да расслабься, мы его даже не трогали. Почему ты раньше мне не сказал? — пожаловался я.

— Я сам узнал только сейчас.

Да было уже поздно! Я лично вылил на землю вино стоящее 120 миллионов. Но я наполнил ее из «Источника молодости» в Аду. Там было на донышке, поэтому я добавил туда из вина купленного Памелой. Вроде никто не заметит подмены.

По словам демона Фофана, та жидкость имела небывалые свойства. Не зря же он тонну жемчуга на это перевел. Надеюсь, Ганс не заметит.

* * *

На следующий день я поехал к нему с этим зельем.

— Ты что, всю бутылку один выдул? — Ганс чуть не прослезился, увидев, что от вина осталось полбутылки.

— Тебе стоит радоваться, что хоть что-то осталось, — я закатил глаза.

Ну, не знал же он, что это теперь вместо вина там жидкость из Источника молодости! Пусть думает, что оно ценнее всяких там погребов лягушатников.

— Это мне Ракша подарил. Может, его тоже позовём выпить?

— Ты серьёзно? Полбутылки на троих?

— Я не пью, — снова закатил глаза. Нет уж, если один раз можно использовать источник молодости, то я точно не собираюсь тратить его сейчас. Это для будущего меня — великого и стареющего. Когда с Памелой состаримся, тогда и глотнём.

Но так как это был подарок от Ракши, было бы некрасиво не пригласить его на дегустацию.

— Эй, Голд, сходи за господином Ракшей!

Хотя, честно говоря, я так и не понял, почему он мне эту бутылку подарил. Мы с ним всего пару раз встречались, да и то, мельком. Но ладно, пусть будет.

Через некоторое время Ракша пришёл. Да ещё и Голд прихватил с собой на спине его детей.

— Григорий, ты сказал Голду пригласить меня? — удивился Ракша.

— Да, а что он тебе сказал?

— «Чмр-Чир». Ты можешь это перевести?

Увидев вино на столе, он довольно улыбнулся.

— Ракша, а почему ты дал Григорию такую дорогую бутылку? Он же не разбирается в винах!

— Я бы скорее вылил это в унитаз, чем тебе дал, — ответил Ракша с безразличным тоном.

— Что, я тебя чем-то обидел?

— Ну, может, потому что я видел, как к тебе заходило минимум десять разных женщин за эту неделю.

Я налил им вина, а сам просто наблюдал, как Ракша смотрит на меня.

— Ты не пьёшь? — уточнил он.

— Мы с Памелой вчера выпили половину. Если честно, для нас с ней это уже не имеет значения.

— Ладно, да будет вам счастье, — поднял бокал Ракша. По его лицу было видно, что аромат вина ему очень нравится. Даже лучше, чем он ожидал.

Когда он сделал глоток, я заметил, как он тяжело выдохнул. Было видно, что он наслаждался. Но в этот момент, кажется, до него что-то дошло.

— Григорий, это ведь не оригинальное вино, да? — подозрительно спросил он.

Ну, конечно, это не французское, но вкус был такой, что даже лучшие вина нервно курили в сторонке.

Я сидел, пялился на Ракшу и не мог поверить своим глазам. Она что, реально заметила разницу?

— Э-э-э…

— Можешь мне сказать, из какого погреба это вино? Я никогда ничего подобного не пробовал. Это потрясающе!

Я хотел ответить, но тут Ганс, как всегда, решил сделать шоу. Он схватил бутылку и глотнул прямо из горла. Красавец, что сказать.

Я быстро выдернул бутылку у него из рук.

— Ты чего творишь? Нельзя так пить!

— А почему нет? Это же просто вино, — он пожал плечами.

— Ты должен смаковать, понимаешь? Это не виски и не водка! И как мы теперь должны пить после того, как ты облизал всё горлышко?

Хорошо хоть мы были у Ганс дома. А то если бы это было где-то на публике, думаю, он бы уже валялся где-то в канаве.

Вино, конечно, крепкое, но это тебе не коктейль с джином. Просто градусы. Никакой магии.

Ганс и Ракша потихоньку допили своё и завалились на диван. Не то чтобы они совсем в отключке, но явно в ударе. Я, тем временем, во дворе играл с детьми. Ну, как играл — просто следил, чтобы никто не разбил себе лоб. В бутылке, кстати, оставалась ещё треть. Я так, на всякий случай, приглядывал.

Часа через два Ракша проснулся. Я краем глаза заметил, как он потянулся, словно мир вокруг него стал на порядок ярче. Голова у него явно не гудела, наоборот — вся такая свеженькая. Я даже отметил про себя: «Да он вроде даже помолодел».

Он посмотрел на Ганса, который ещё похрапывал, как будто бегемота душат.

— Григорий, — сказал Ракша, выйдя во двор, — прости, я что-то вырубился. Вообще не понимаю, как так.

Я пожал плечами и ухмыльнулся.

— Может, просто устал?

* * *

Честно говоря, это всё выглядело странно. Ракша днём обычно не пил. У него была железная выдержка. Даже водки полбутылки ничего бы не сделали, а тут какое-то вино его вырубило? Ну да, конечно.

Однако странность была не в том, что он уснул. Он выглядел… по-другому. Молодее, что ли.

За обеденным столом он заметил, как её дочери таращились на него с недоумением.

— Папа, ты выглядишь ещё красивее! — сказала она.

— Нет, папа стал моложе, — поправила её вторая дочь.

Ракша просто усмехнулся и отмахнулся от их слов. Но заметил, как в уголках глаз уже не было тех самых морщинок, с которыми он давно смирился.

Вечером он стоял у двери ванной и замер перед зеркалом.

— Куда делись мои гусиные лапки? — пробормотал он сам себе.

Его лоб был гладким, волосы блестели. Прямо модель, а не отец семейства. Ещё утром седина выдавала возраст, а теперь даже намёка не было на неё.

И знаете что? Он потрогал свой живот. Шесть кубиков, понимаете? С тех пор как ему исполнилось тридцать, его «кубики» ушли в прошлое и превратились в пивной животик. А тут? Прямо снова как в двадцать!

* * *

На следующее утро Ракша проснулся и понял, что стал моложе и стройнее. Его мышцы, которые он накачал в школе, вернулись в прежнюю форму.

Это было так неожиданно, что он не мог отвести глаз от своего отражения в зеркале. Его сердце билось чаще: неужели это всё из-за той загадочной бутылки вина?

Ракше было 40 лет, но он выглядел на 30. Разница была не очень заметной, но всё же очевидной.

Если вино и правда было причиной, то Ганс, наверное, выпил его больше, чем он. Ему стало интересно, как сейчас выглядит его друг.

Ракша быстро оделся и пошел в поместье Ганса. Там он увидел мускулистого парня, который загорал у бассейна в одних шортах.

— Ганс? — окликнул его Ракша.

— Кто ты? Ракша, это ты? — Ганс поднял голову, но не узнал Ракшу.

— Ганс, твоё тело… — начал Ракша.

— Я не знаю. Я тоже не понимаю, что происходит, — ответил Ганс.

— Ты выглядишь на десять лет моложе! — воскликнул Ракша.

Гансу было 28 лет, но из-за образа жизни он выглядел на 35. А сейчас он казался совсем юным. Как такое идеальное тело могло появиться?

Ракша понял, что изменения в теле Ганс были более значительными, чем у него. Его собственное тело тоже изменилось, но не так сильно.

— Это вино Григорий? — спросил Ракша.

— Разве это не ты дал ему ту бутылку? — удивился Ганс.

— Это оригинал, но вино было другое. Или, может быть, он что-то добавил в него, — предположил Ракша.

Ганс замолчал. Ракша внимательно посмотрел на него и спросил:

— Ганс, ты что-то знаешь?

— Хм… нет, я ничего не знаю, — ответил Ганс.

— Честно говоря, я завидую твоей фигуре, — сказал Ракша с улыбкой.

Ганс тоже был рад, что вернул себе прежнее тело. Но им хотелось узнать о вине больше.

Глава 13 Пироман

Утром я поцеловал Памелу на прощание — нежно, но с намеком на своё превосходство. Потом решил, что пора кормить моих питомцев. Достал адское мясо и раздал Ужоре, Самаэлю, Биму, Морозке, Аркитосу и этим глупым енотам. Я же заботливый хозяин, да.

Сам тоже куснул немного. Неплохо. Вкус, надо признать, шикарный. Кто бы сомневался?

И тут, как назло, в дверь постучали. Ну, думаю, что за идиот в такую рань? Открыл — а там какой-то тип. Вижу, что-то ему нужно.

— Григорий, помогите! — Этот бедолага начал ныть, как только рот раскрыл.

— Кто ты такой вообще?

— Рабинович.

Вздохнул, чувствуя, как бровь предательски поднимается. Так вот как выглядит этот ювелир.

— Я не могу тебе помочь. И не хочу, если честно.

— Пожалуйста! Умоляю!

Я терпеть не мог этого Рабиновича. Он был таким же ненадежным, как и его жалкие попытки вести бизнес. И вот теперь, когда он все профукал, пришел ко мне решать свои проблемы.

— Мне нужна была тонна натурального жемчуга, — начал я, напоминая ему о прошлой сделке. — Ты мне его не дал, я нашел у других. Всё, вопрос закрыт.

— Но я должен банкам и ростовщикам. Если ты не поможешь, я кончился!

— Это твои проблемы, не мои, — сказал я и выставил его за дверь. Вот только закрыть ее не успел. Этот клоун достал пистолет и наставил на меня.

— Если мне конец, то и тебе не будет просто, понял, говнюк? — прорычал он, трясясь от своей смелости.

— Рабинович, ты хоть понимаешь, что делаешь?

— Мне всё равно. Если я сдохну, то и ты пойдешь со мной.

Тут я без лишних разговоров врезал ему ногой. Слабак даже не понял, что не снял предохранитель. Угрожает мне, да? Как будто я куплюсь на его дешевые понты.

Пнул его, он согнулся пополам. Ну, что тут сказать? Просто смотрел на него, холодно, как настоящий мачо. Зачем марать руки об такого слабака? Пуля — это, конечно, мелочь, но я всё-таки предпочитал избегать лишних дырок в своем шикарном теле.

Рабинович отступил, сел в машину и укатил, как настоящий трус. А я вызвал копов. Не люблю мусор на пороге оставлять.

Приехали Леонид и какая-то полицейская.

— Григорий, слышал, ты тут с грабителем бодался? — Леонид сразу к делу.

— Да, было дело, — кратко рассказал, что произошло.

— Клянусь, Григорий, я найду этого подонка и накажу его.

— Леонид, а это твоя напарница?

— Да, это Роза. Новенькая.

— Приятно познакомиться, Роза, — кивнул ей, как джентльмен.

— И мне, Григорий. Леонид много о вас рассказывал. Похоже, вы с ним близки?

— Ещё бы.

— Мы не будем вас больше беспокоить. До свидания.

— Удачи, — я махнул им, провожая взглядом.

Когда Ужора и его компания наконец-то доели завтрак, я убрал их миски. Достал остатки красного вина, подумал: отнесу Ивану. Ему сейчас пригодится. У старика последнее время кровь зашкаливает, возраст берет свое. Я бы ему, конечно, программу тренировок составил, но да кому я рассказываю — Иван же только ест, спит и снова ест. Он и ложку-то с трудом поднимает, не то что себя.

Диеты тут тоже не помогут, в его возрасте это вообще вред. Надо было раньше думать.

И тут как назло звонок. Данил-прораб, конечно, звонит с очередными вопросами про подвал.

— Григорий, мы почти закончили обводку подвала. Может, зайдете, посмотрите? Если что не так — скажите сразу. Потом будет сложнее переделывать, когда начнем верхний уровень.

— Ладно, подойду, — сказал я, откладывая все свои дела ради этого проекта.

Взял питомцев, зашел в подвал и телепортнулся на стройку у берега моря.

* * *

Рабинович был неподалеку. Его тачка стояла так, будто он уже был готов к бегству. Едва Григорий ушел из дома, он тут же направился к нему в дом. Н-да, этот парень — та ещё крыса.

Огляделся, конечно, как всегда, в поисках чего-нибудь ценного. Наткнулся на бутылку вина. И не просто вина, а красного 1642 года! Чёрт, как Григорий просто оставил это на столе?

Рядом лежал рубиновый кулон. Рабинович, не долго думая, схватил и его. Мозгов у него, конечно, как у петуха, но жадность всегда на уровне.

Недавно такой кулон ушел с аукциона за 120 миллионов. Настоящий он или нет — он, конечно, не знал, но глаза у него загорелись.

Схватил всё и, как последний гений, побежал на кухню. Включил газ…

* * *

Я и Данил болтали. Да, я ему доверял. Когда возникала какая-то проблема, Данил сразу же мне сообщал. Если я вдруг начинал нести бред с просьбами, он объяснял всё спокойно.

В подвале у меня было два этажа. Второй я отвел для Черныша — моему личному монстру. Даже водный проход проложил к морю.

На первом этаже пришлось раскошелиться. Кусок закаленного стекла шесть на два метра влетел мне в миллион двести. Но оно того стоило. Подвал полностью преобразился. Подводный мир моря можно было разглядывать прямо через стекло. Прелесть!

Эта часть особенно нравилась мне и Памеле. Как говорится, живешь один раз, почему бы не сделать красиво? Рыбки всякие там плавают, прямо как аквариум, но только море.

— Данил, ты говорил, что знаешь толковую бригаду по водоснабжению? Свяжись с ними, надо кое-что доделать.

Данил слегка замялся, будто ему некомфортно.

— Хозяин, прости, я напутал. Обсудил с их шефом, и он взбесился из-за цены. Теперь они не хотят с нами работать.

— Понял. Забей, я что-нибудь сам придумаю.

— Мне правда жаль.

— Да ладно, забудь.

В этот момент на стройке тормознула крутая тачка. Из нее вылезли Ганс и Ракша. Я был немного в шоке, увидев их. Они добрались за мной аж за столько километров. Значит очень срочно.

— Ты… Ганс? Ракша?

— Хватит придуриваться. Мы знаем, что это твоих рук дело.

— Эээ… Что? Я не понял.

Честно говоря, я немного переборщил с «вином молодости». Думал, что они просто помолодеют на пять лет. Но, похоже, сделал их младше лет на десять.

Особенно Ганс. Был упадочный тип, а тут вдруг превратился в атлета с красивым лицом. Я-то к таким переменам привык, но все равно.

— Ладно, не буду разбираться, — Ганс хлопнул меня по плечу. — Это твой новый дом?

— Ага, — кивнул я.

— Ничего себе, велик. Деньжат-то ты, наверное, нехило вложил.

— Ну, как потомок крестьян, чувствую тягу к земле.

— Место классное, — вставил Ракша, оглядывая окрестности.

Да, вид был шикарный: горы, море — всё как надо. Парни явно впечатлились.

И тут мне позвонил Леонид:

— Григорий, у тебя проблемы с домом.

— Что? Какие проблемы?

— Твой дом взлетел на воздух.

— ЧТО⁈

Я был в полном ступоре. Какого черта значит «взлетел на воздух»? Когда я, наконец, добрался до остатков, понял, что мне не показалось. Мой дом действительно взорвался. Пожарные уже были на месте и заливали остатки огня.

Дом сгорел к чертям. Всё исчезло… кроме подвала с телепортом. Хоть что-то, да уцелело.

— Приятель, скажи мне, почему дом взорвался? — обратился я к пожарному.

— Взрыв газа, — ответил он.

— Утечка газа?

— Да, нет, просто газ забыли отключить.

— Но я даже плиту сегодня не включал!

Пожарный пожал плечами, не зная, что сказать.

Ганс с Ракшой к тому времени уже успели вернуться на своем частном реактивном самолете.

— Григорий, похоже, у тебя пока нет крыши над головой. Можешь пожить у меня, — предложил Ганс.

— Да и у меня найдётся место, — подмигнул Ракша, явно довольный, что может выручить.

Тем не менее, я не был в настроении для всех этих мелочных глупостей, что окружали меня в последнее время. Раздражение копилось, словно грозовые тучи перед бурей. Вот-вот готов был взорваться. И, поверьте, мое лицо ясно отражало это состояние.

Дом? Да что в нем было ценного? Всё самое важное я, как умный человек, держал в «пространственном кармане». А от мыслей о сгоревшем доме становилось только хуже. Картинка пепелища перед глазами не давала покоя. Хмуро осмотрелся, и взгляд упал на дом соседа Димы. Его машина мирно стояла на парковке. Может, хоть он поможет?

Я достал телефон и быстро набрал его номер.

— Дима, ты дома? — бросил я, едва он поднял трубку.

— Нет, а что такое? — в голосе его прозвучала лёгкая тревога.

— Да так, твоя тачка тут у обочины, стоит. В ней регистратор есть?

— Ага, есть. А тебе зачем? — подозрение заскользило в его голосе.

— Кто-то сжёг мой дом к чертям, — произнес я спокойно.

Конечно, кто-то сжёг. Это не случайность. Ни одна ветка сама собой не загорится так.

— Чего? — Дима явно ошалел. — Я сейчас приеду.

Минут через десять Дима уже был на месте. Молодец, оперативный мужик. Сразу привёз с собой ноутбук и вытащил SD-карту с видеорегистратора, чтобы я мог сразу глянуть запись. Вот за что я его и ценю — не задаёт лишних вопросов, просто делает, что надо.

Мы все столпились перед экраном ноутбука на капоте автомобиля и включили запись.

На записи девять утра, чья-то тачка подкатила к моему дому. Ну и кто это?

Рабинович. Чёрт, вот уж не ждал такой подставы. Этот гад, не стесняясь, влез в мой дом. Минут через десять он выскочил, довольный как кот, что утащил рыбу. В руках держал бутылку моего вина. Моего вина, мать его!

Ганс и Ракша, которые стояли рядом, только обменялись взглядами, но их глаза говорили больше, чем они сами. Интерес появился, хотя они виду не подали. Хорошо играют.

Рабинович ушёл, и ровно через минуту после этого дом взорвался. Классика жанра.

— Григорий, это твой враг? — спросил Ганс, наконец нарушив молчание.

— Теперь он мой враг, — мрачно пробормотал я, глядя на дымящийся остаток своего дома.

Не прошло и пары минут, как Леонид и Роза подъехали. Взяли SD-карту в качестве доказательства. Я лишь пожал плечами. Ганс и Ракша продолжали сверлить меня взглядами, явно ожидая, что я придумаю план. Они всегда так — ждут, что я найду решение.

— Ну что, каков твой план? — спросил Ракша, осматривая место взрыва.

— План? Подожду, пока менты этого урода поймают. Что мне ещё остаётся? — ответил я без особого энтузиазма.

— Если хочешь, я помогу, — предложил Ракша, а его взгляд стал более серьёзным. Он не бросает слова на ветер.

— Я тоже могу, — встрял Ганс. Он, как всегда, говорит, не подумав. — Слушай, раз уж он стащил твоё вино, давай предложим за вино высокую цену на чёрном рынке. Уверен, что этот тип попытается толкнуть его.

Я ухмыльнулся, глядя на него.

— Вам что, так нужна эта бутылка?

— Э-э… Нет, конечно. Мы просто вернём её тебе, — Ганс забормотал, пытаясь вывернуться.

— Если вдруг случайно окажется у вас, подарите старым родственникам. Вам оно всё равно не пригодится.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился Ракша.

— Один раз выпил — и всё, больше толку нет.

Ракша нахмурился и поднял бровь.

— Это вино может лечить болезни? — спросил он, явно заинтересованный.

Я прищурился.

— У тебя кто-то болеет?

Он замялся, но в конце концов выдохнул:

— Это моя жена…

Я покачал головой, уже понимая, к чему всё это ведёт.

— Ладно, давай историю её болезни, — сказал я, решив не затягивать.

— Ты собираешься лечить мою жену? — спросил он, его голос дрожал от надежды.

— Обещай, что об этом никто не узнает после её выздоровления, — глядя ему прямо в глаза, произнёс я.

— Да, обещаю! — выпалил он с неподдельным энтузиазмом.

— Ладно, жду отчёты, — кивнул я, уже возвращаясь к своему обычному тону.

Ракша буквально подпрыгнул от радости.

— И дай мне 24 часа. Я найду этого типа для тебя. Как хочешь его: живым или мёртвым?

Я закатил глаза, усмехнувшись.

— Я законопослушный гражданин. Подожду, пока менты разберутся.

Когда наконец остался один, то понял, что времени на отдых не осталось. Проклятый Рабинович! Выдохнув, я позвонил Зурабу.

— Эй, Зураб! Найди мне кое-кого.

* * *

Я договорился со страховщиком. Пришлось заплатить немного, но остальное покроет страховка. Миллион? Пф, не такие уж и деньги для меня, но всё равно внутри всё кипело.

Вдруг позвонил Иван:

— Ха-ха… Слышь, Григорий, твой дом сгорел? Может, ко мне в отель на время?

— Отвали! Лучше уж бомжевать, чем снова ночевать в твоей дыре, — я едва сдерживал смех.

Только Иван мог так нагло общаться со мной. Остальные даже не пытались.

Мне нужно найти новый дом. Раз уж арендовать, так хотя бы чего-нибудь покрупнее. Я уже был в агентстве, на связи с поддержкой, когда звонок от Ольги прервал мои мысли.

— Григорий, я слышала, твой дом подожгли?

— Даже ты уже знаешь? — удивился я.

— Тебе нужно жильё, да?

— Уже нашёл.

Хотя, если честно, я хотел немного отдалиться от неё. Не потому что она плохая, а потому что… мораль. Не могу встречаться с Памелой и одновременно тусоваться с другой.

Я ведь не из тех, кто заводит гарем. Когда был холост, да, мог себе позволить немного разнообразия. Но сейчас? Я серьёзно отношусь к отношениям.

— Кстати, агентство, в котором ты сейчас, на самом деле принадлежит нам. И угадай, кто тут главный?

— Э-э… — я замер. — Ты хочешь сказать, что меня сейчас записывают на камеры?

— Нет, но все твои данные у меня перед глазами.

— Отлично… — вздохнул я, понимая, что от неё уже не отделаться.

— Как насчёт той виллы, где вы с Денисом когда-то жили?

— Сколько стоит аренда?

— А это уж тебе решать.

Я на мгновение задумался.

— Знаешь, во время пожара у меня пропало полбутылки дорогого вина. Поджигатель стащил. Найдёшь его — это пойдёт на пользу тебе и твоему папе.

— Спасибо.

— Но не только тебе это известно.

— Я в порядке, Григорий, — рассмеялась Ольга. — Мне льготы по здоровью не нужны.

— Поверь мне, после этого вина отказаться будет невозможно.

— И что же это за последствия?

— Слушай, лучше просто наслаждайся моментом. Ах да, когда мы с моей девушкой можем заехать на виллу?

— Я уже отправила кого-то прибраться, — сказала она. — Можешь въезжать хоть сегодня. Но ты точно не расскажешь мне про это вино?

— Скажу, если сможешь его достать. А если не сможешь — только расстроишься. Так что лучше молчок.

— Ладно, попробую найти.

Подогнал машину к пляжу у озера и едва успел заглушить мотор, как Сильвер и Голд, мои еноты-артисты, не дожидаясь моей команды, распахнули двери и, будто вихрь, выскочили наружу. Сразу понеслись к воде, весело подпрыгивая на песке. Эти двое — настоящие местные звёзды. Как только их заметили, толпа девчонок и детей тут же окружила их, восторженно щебеча и пытаясь сделать фото.

Смотрел на эту картину с лёгким недоумением. Неужели мои пушистые бандиты настолько популярны? В чём их фишка? Может, надо и мне автографы раздавать, раз уж мы тут такие знаменитости.

— Привет, Григорий, — услышал я звонкий голос. Обернулся и увидел спасательницу. Высокая, загорелая, с хвостиком на затылке. Звали её, кажется, Катя. Или Таня?

— Привет, — коротко кивнул. Мы с ней раньше особо не общались, разве что перекидывались парой фраз.

— Приехал к Памеле? — спросила она, будто знала меня как облупленного.

— Ага, — буркнул я, не особо желая вдаваться в подробности.

— У тебя тачка крутая, — её взгляд скользнул по моему внедорожнику, и я заметил лёгкую улыбку на её губах. — Настоящая мужская машина.

— Ха… — не удержался от короткого смешка. Так и хотелось уточнить, что тут «мужского», но промолчал.

— Интересно, каково это — сидеть в такой большой машине, — продолжила она, игриво оглядывая меня.

Я поднял бровь. Что это за странный поворот?

— Григорий, могу я опробовать твою машину? — её голос прозвучал неожиданно серьёзно.

Я застыл, тупо глядя на неё. Серьёзно? Что за приколы? Она думает, что я сейчас выдам ключи и мы устроим что-то… эээ… нестандартное на заднем сидении? М-да, творческая девушка.

— Извини, я занят, — сказал я, улыбаясь своей фирменной «неотразимой» улыбкой. — Как насчёт в следующий раз?

— Конечно, — она улыбнулась так, будто и не слышала отказа. — Я покажу, где Памела.

Словно ничего особенного и не произошло, она пошла впереди, ведя меня к зданию с кабинетами.

— Памела, Григорий пришёл, — объявила она, открывая дверь и тут же исчезнув, будто ей тут делать больше нечего.

Памела, в строгом белом халате, сидела за столом. Увидев меня, приподняла бровь.

— Григорий? С чего это ты решил приехать?

— Памела, — я решил не терять времени. — Мы ведь не ходили вместе по магазинам, верно?

Она удивлённо посмотрела на меня, чуть склонив голову.

— Ты что, приглашаешь меня пройтись по магазинам? — в её голосе послышалась лёгкая насмешка.

— Возможно, — я улыбнулся, слегка приподняв одну бровь. — Думаю, это будет полезно.

— Но я работаю, — с деланным сожалением ответила она.

— Я скажу Роберту, — хмыкнул я. Роберт всегда был разумным мужиком, знал, когда стоит уступить.

— Сегодня много туристов, — заметила она. — Сомневаюсь, что он отпустит меня.

— Подожди здесь, — бросил я через плечо и направился к кабинету Роберта. Стучать? Нет, это не мой стиль.

Роберт поднял глаза, когда я вошёл. Увидев меня, он расплылся в улыбке.

— Григорий, ты что, решил, что на пляже лучше, чем дома?

— Не совсем. Мой дом немного… подгорел. Сгорели все вещи Памелы. Думаю, полдня отгула — это минимальная компенсация.

Роберт задумался, поигрывая ручкой, потом кивнул.

— Ладно, если оставишь Бима и своих енотов. Дети их обожают.

— Без проблем. Заберу вечером.

— Договорились.

Глава 14 Бутылка на миллиард

В магазине я вернулся к Памеле с кучей пакетов, и она подозрительно глянула на меня.

— Григорий, ты что, разбогател за сегодня?

Она явно пыталась понять, почему вдруг решил идти с ней по магазинам. Я ведь всегда решал все вопросы быстро: зашёл — купил — ушёл. И всё.

— Ха-ха, — я нервно улыбнулся. Потерял сегодня больше, чем ты можешь представить. — Покупай, что хочешь.

— Думаю, уже хватит.

— А как насчёт нового белья? И пижамки?

— У меня и так куча всего. А пижамы? Я же уже сто лет одну и ту же ношу. Привыкла к ней. Ты же знаешь.

— Окей, пижаму можно и не надевать, — подмигнул я.

Она нахмурилась:

— Григорий, что случилось?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты ведёшь себя странно. Что-то произошло?

— Нет, ну что могло произойти? Просто решил, что должен чаще заботится о тебе. Раньше я отказывался идти с тобой по магазинам, а теперь буду это делать чаще.

— Ты точно уверен, что ничего не случилось?

— Да что может случиться? — закатил я глаза. — Есть такая традиция — новому дому нужны новые шмотки.

Аккуратно пытался её подвести к тому, что наш дом сгорел. Однако она этого не знала и подумала про виллу в Сочи.

Памела вскинула бровь и спросила:

— Да? Но ведь до завершения стройки ещё два месяца, разве нет?

— Ну, лучше быть готовыми заранее. Будем устраивать тусовку, так что хозяйке надо выглядеть шикарно.

— Григорий, ты уже потратил два миллиона.

— Это мелочь! Кстати, ты ещё не выбрала духи.

— Духи? Ты же знаешь, я их не ношу. У нас много животных, а это вредно для их обоняния.

— Окей, а обувь? Весной появятся новые коллекции.

Она уже поняла, что сопротивляться бесполезно, и я легко увёл её в бутик с новыми брендами.

У Памелы был самый дикий поход по магазинам за всю её жизнь. Да, семья у неё была не бедная, но она не из тех, кто тратит деньги направо и налево. Модные журналы? Ну да, читала иногда. Бренды? Почему бы и нет, но только с умом. В общем, Памела была та ещё разумная девушка.

И вот, несмотря на свою рациональность, сегодня ей пришлось слить на шмотки и туфли больше пяти миллионов. Да, вы не ослышались — пяти! И это после того, как она убеждала себя, что вещи она брала не такие уж и дорогие — в пределах пары сотен тысяч за штуку. Ну, кроме одних туфель за четыреста с лишним. Как тут устоять?

Я, как альфач, понятное дело, таскал её покупки и складывал их в машину, пока она продолжала охоту. Ей казалось, что я готов скупить для неё весь торговый центр. Что тут сказать — она была недалека от правды.

Памела, как и полагается женщине с мозгами, начала волноваться, не слишком ли я щедр и могу ли себе позволить такой размах.

— Ладно, по-моему, хватит уже, — предложила она, устав от бесконечного шопинга.

Я подошёл ближе, наклонился к её уху и, не сдерживая ухмылки, прошептал:

— А как насчёт белья? Хочу увидеть тебя в новом белье.

Памела вспыхнула мгновенно.

— Глупый! — прошипела она сквозь зубы.

Когда мы вернулись на озеро, где работала Памела, тамошние дамы чуть не лишились дара речи. Все эти фирменные пакеты, что я нёс, вызывали завистливые взгляды. Девчонки мечтали о таких шмотках, но могли разве что копить пару месяцев на одну из них.

Честно, мне самому было не в кайф таскать эти сумки. Да и в багажник всё уже не влезало, пришлось перекинуть часть в машину Памелы. Но выглядело это круто — весь этот хоровод женских мечт у меня в руках.

Я повернулся к Памеле, которая всё ещё пыталась оправиться от шопинга:

— Слышь, Памела, не лети как угорелая, давай за мной. Есть одно место, куда надо заехать.

— Куда это? — Памела всё ещё сомневалась. Но поехала за мной.

Она, наверное, думала, что я собираюсь сделать ей предложение. Типа везу её куда-то для романтики. Я, конечно, красавчик, но не настолько. Хотя, её мысли развеселили. Мы закрутили несколько поворотов и остановились перед шикарной виллой.

— Это дом твоего друга? — спросила она, явно озадаченная.

— Нет, это наш временный дом, — сказал я, пытаясь скрыть смешок.

— Ты серьёзно? А зачем? У нас же и так отличный дом! — Памела не понимала, что происходит.

— Ну, знаешь, там был мелкий пожар… В общем, всё сгорело.

Она сначала молчала, а потом всё поняла: все её вещи — сгорели дотла.

— Всё пропало? — спросила она, ошеломлённая.

— Всё пропало, — бросил я.

— Ты был дома в тот момент? — Памела выглядела взволнованно. Интересно, о чем она думала? — Ты был ранен?

— Нет, — спокойно ответил я.

— Ну и хорошо, что ты не пострадал, — она обняла меня, а я только ухмыльнулся. Конечно, я не пострадал. Я же не такой, как остальные.

Тут кто-то кашлянул. Обернувшись, я увидел Павла. Ну конечно, Павел — помощник Фрица.

— Эээ… Павел, а ты чего тут делаешь? — я не особо скрывал своё удивление.

— Господин Фриц попросил передать вам кое-что, — Павел выглядел так, будто ему это было важно. Смешно. — Я подумал, что вы, скорее всего, не собрали всё необходимое, так что решил принести это сюда.

— Ну, молодец, Павел. Спасибо, — я слегка кивнул, показывая, что можно быть свободным.

Павел оказался достаточно умным, чтобы уйти, едва передав вещи. Я за это его уважал.

Памела восхищённо оглядела виллу. Не могу её винить. Вилла и правда была неплохая. Отличное место, с которого открывался вид на половину Барвихи. Мы были на склоне холма, утопающего в зелени. Словно картина. А что? В моём стиле.

Там был и бассейн, и все современные прибамбасы.

— Григорий, а наш новый дом на море лучше этого? — Памела всё еще не могла отвести глаз.

— Ещё как лучше, — хмыкнул я. Её невинность всегда умиляла. Конечно, наш дом будет круче. Вилла вообще маленькая, никуда не годится.

Да и снаружи места маловато. Даже арендованный дом был просторнее. Сильвер и Голд могут играть только на крыше. Не серьезно.

Роберт, мой архитектор, спроектировал для нас новый дом, который был раза в три-четыре больше этой развалюхи. У каждого дома были свои преимущества, но наш был в разы лучше.

Берег моря — это не Барвиха. Тишина, красота. Я буду как король в своем замке. И да, если там расширили реку, мимо нашего дома смогут проплывать малые и средние суда. Было бы просто шикарно.

А ещё Бельфегор смог бы заплывать из моря до причала. Вот это была бы настоящая семья, а не то, что сейчас, где все кучкуются в арендованном доме.

* * *

Ночью Рабинович спрятался на заброшенной фабрике с бутылкой вина в руке. Красное, конечно. Куда без этого?

Он уже знал, что полиция на него охотится. Покушение на убийство, поджог, кража — в этот раз, похоже, ему не сойдет всё с рук.

Раньше его держали в отделении пару дней, и на этом всё заканчивалось. Сейчас ему светило не меньше нескольких лет в тюрьме.

Его план был прост — заработать немного бабок и смыться из страны. Найти себе какое-нибудь укромное местечко в стране третьего мира, где за ним никто не погонится.

Но тут он заметил свет снаружи фабрики.

Рабинович напрягся, наклонился и начал осматривать всё снаружи. Машина. Несколько мужиков в черных куртках вышли и один из них держал чемодан.

И тут его телефон завибрировал. Он сразу выключил вибрацию, чтобы не спалиться. Но принял звонок и поднес трубку к уху:

— Мы здесь. Где ты?

Рабинович промолчал. Надо было убедиться, что это те, кого он ждал.

Если честно, ему было непонятно, зачем кому-то тратить миллиард на бутылку вина. Хотя, если быть точнее, на треть бутылки. Люди странные.

Но этот кто-то был готов заплатить.

— Я здесь, внутри фабрики, — наконец ответил Рабинович. — Только один из вас может войти.

Мужик с чемоданом вошёл. Он окинул взглядом Рабиновича, который прятался в тени.

— Где оно?

— Покажи деньги сначала, — Рабинович был осторожен. В конце концов, сделка на миллиард.

Человек бросил чемодан на стол перед Рабиновичем.

Рабинович аккуратно открыл чемодан, слегка потяжелевший от новеньких красных купюр. Пятитысячные — самый крупный номинал. Они выглядели так, словно их только что напечатали — хрустящие, пахнущие свежей бумагой с легким сладковатым ароматом. Рабинович ощутил это странное чувство удовлетворения, которое всегда возникает при виде огромной суммы денег.

Он медленно вытащил одну из пачек, пересчитал, пробежался глазами по купюрам. Все сходилось. Сунул её обратно и извлёк другую — на всякий случай. Да, миллиард рублей были здесь, на месте.

— Где-то, что я хочу? — холодно спросил мужчина, не поднимая глаз на своего собеседника.

Мужчина напротив явно нервничал, но старался держать лицо. Рабинович неожиданно бросил в него бутылку, и тот с трудом, но успел поймать её в воздухе, едва не выронив. Ещё немного, и сделка могла бы закончиться прямо сейчас, но мужчина поспешно проверил бутылку, крутя её в руках.

— Рабинович, я всего лишь посредник, — заговорил он, немного сбивчиво, но стараясь выглядеть уверенно. — Вам не нужно так опасаться меня. Сделка завершена, и, кстати, могу кое-что добавить. В Москве вас ищут многие. Вам стоит быть осторожнее. Я не хочу, чтобы завтра прочитал в новостях, что вас нашли мёртвым.

Рабинович изучающе посмотрел на мужчину. У того была хорошая репутация в этом районе, что в криминальных кругах нечасто встретишь. Такой обычно не врёт и держит слово. Решив, что этот разговор завершён, Рабинович взял деньги и вышел, бросив напоследок мимолётный взгляд через плечо.

Как только дверь за ним закрылась, мужчина в чёрном вытащил свой мобильный и быстро набрал номер.

— Алло? Всё в порядке, товар у меня.

— Отлично. Доставь его на Барвиху, там мой босс. Деньги переведу сразу после.

— Понял, — коротко ответил мужчина, оглядываясь по сторонам, прежде чем прервать звонок.

Хотя он и купил бутылку у Рабиновича, его всё ещё мучил вопрос: зачем заказчику понадобилась эта, казалось бы, простая бутылка вина? Не полная, а лишь треть её содержимого, да ещё и за такую цену?

Если бы это было знаменитое красное вино — тогда бы вопросов не возникло. Но остатки в бутылке? Стоили ли они такой суммы? В его голове всё ещё не складывался этот пазл, но он был человеком, который не задаёт лишних вопросов, особенно когда речь идёт о таких суммах.

Когда он приехал к дому господина Ракши, около особняка уже стояли две машины с тонированными окнами. Он крепче сжал бутылку, чувствуя, как напрягаются пальцы. На пороге появился молодой человек, показавшийся ему знакомым.

— Павел, могу я вам помочь? — осторожно спросил он, не отпуская бутылки.

— Господин Фриц сказал, что хочет, чтобы бутылка оставалась у вас, — спокойно ответил Павел.

Мужчина нахмурился, но продолжил:

— Извините, но бутылка уже имеет владельца.

Павел лишь кивнул:

— Господин Фриц готов предложить за неё больше.

Глаза мужчины заблестели на мгновение, но тут из поместья вышел сам Ракша, сопровождаемый охраной.

— Ты, должно быть, посыльный, верно? Где мой товар? — громко спросил он, не терпя промедлений.

Мужчина не осмелился спорить с этим человеком. Он сразу передал бутылку в руки Ракше, стараясь не показать волнения. Тот вытащил деревянную пробку, вдохнул аромат. Да, это было оно.

Павел тихо подошёл к Ракше.

— Здравствуйте, господин Ракша. Меня зовут Павел, я представляю господина Фрица.

— Здравствуйте, — отозвался Ракша, едва заметно кивнув. — Чем могу помочь?

— Господин Фриц тоже заинтересован в этой бутылке. Может, вы готовы её продать?

— Извините, но я не привык делиться тем, что мне нравится, — с лёгкой улыбкой ответил Ракша, крутя пробку в руках.

— Может, вас заинтересует цена? — Павел явно надеялся, что деньги убедят Ракшу. — Два миллиарда, как вам?

— Ха… Ты действительно считаешь меня нищим? — усмехнулся Ракша, даже не пытаясь скрыть презрения.

— Три миллиарда? — Павел всё ещё надеялся на успех.

— Павел, — медленно проговорил Ракша, явно наслаждаясь ситуацией. — Мне нужно отдохнуть. Прощай.

— Пять миллиардов! — выкрикнул Павел в отчаянии.

— Прощай, Павел, — сказал Ракша, возвращаясь в свою усадьбу, не оглядываясь.

Павел, выругавшись про себя, схватил телефон и набрал номер.

— Господин Фриц, вино уже у Ракши. Я предложил ему пять миллиардов, но он отказался.

— Пять миллиардов, и он всё ещё не согласился? — в голосе Фрица звучала явная досада.

Он нервно теребил свои волосы, размышляя, стоит ли игра свеч. В конце концов он позвонил Григорию.

* * *

— Алло, это ты Григорий?

— Нет, президент у аппарата. Фриц, зачем звонишь? — отозвался я, лениво откидываясь на кресло. Этот звонок уже напрягал, а я ещё даже не знал, зачем.

— Григорий, скажи мне честно, что в этой бутылке? Вино или что-то покрепче?

Я только усмехнулся:

— Ты достал её?

— Нет.

— Ну, тогда пусть Павел зайдёт. Я тебе тоже отдам. Выпей с Ольгой.

— А что есть еще бутылка? И что там?

Я закатил глаза, понимая, что это будет долгая беседа:

— Эта штука омолаживает на десять лет. Но фокус в том, что работает только один раз. Можешь поделить с тремя или четырьмя людьми.

Уже слышал, как у него сердце ухнуло куда-то вниз.

— Григорий, ты шутишь, да?

— Если не надо — забудь. Я через полчаса спать иду.

— Подожди! Подожди! Я сам приду!

Не прошло и десяти минут, как Фриц уже дышал у моей двери. И не скажешь, что старик.

Сунул ему бутылку, почти не глядя:

— Никаких вопросов. Один шанс на человека. Делите с тремя-четырьмя, но больше — эффект слабее. Выпей с Ольгой, если хочешь. Я, честно говоря, не знаю, как долго она действует, так что думай сам. И… я спать.

— Григорий, я тебя люблю! — Фриц чуть не задушил меня в объятиях.

— Да ну тебя. Иди и не забудь позвать Ольгу.

* * *

Вернувшись домой, Фриц не стал долго раздумывать. Скинув пиджак на спинку стула, он сразу потянулся к телефону. Набрал номер, поднеся трубку к уху.

— Ольга, ты где? — Голос его звучал спокойно, но решительно.

— В офисе. А что? — ответила дочь, судя по всему, слегка раздражённо. Её день явно не располагал к неожиданным звонкам.

— Бросай всё и едь сюда, — сказал он с таким тоном, что не терпел возражений.

— Пап, что случилось? — В её голосе появились тревожные нотки.

— Важное дело, поверь. Просто приедь, — коротко бросил он и положил трубку, даже не дожидаясь ответа.

Ольга решительно захлопнула крышку ноутбука, на ходу натягивая пальто. Если отец говорит, что дело важное, значит, так и есть. По пути она перебирала в голове возможные варианты: проблемы с бизнесом, проблемы со здоровьем, что-то серьёзное? С каждой минутой её беспокойство только росло.

Когда она добралась до дома, увиденное выбило её из колеи. Во дворе, в шезлонге под зонтом, сидел Фриц, расслабленно потягивая вино. Вокруг всё дышало покоем: лёгкий ветерок шевелил листья деревьев, где-то на фоне журчал фонтан. На мгновение она даже подумала, что попала не туда.

— Папа, что за дела⁈ — взорвалась Ольга, направляясь к нему быстрым шагом. — Ты меня ради этого вызвал?

Фриц не спеша отставил бокал и жестом предложил ей присесть.

— Садись, выпей со мной, — произнёс он с таким видом, будто не замечал её возмущения.

— Ты серьёзно? — Ольга осеклась, но всё же присела. — Ладно, раз я уже здесь, — буркнула она и взяла предложенный бокал.

Сделав первый глоток, она чуть прищурилась, пытаясь понять, что за вкус.

— Ого! А это откуда? Такое сладкое… — Она подняла бутылку, разглядывая этикетку, и, нахмурившись, продолжила: — Французское? Но их вино так не пахнет.

Не дожидаясь ответа, она плеснула себе ещё и обратилась к отцу, уже с налётом сарказма:

— Ты меня позвал ради бутылки вина? Ты серьёзно?

Фриц усмехнулся, его взгляд блеснул хитростью.

— А ты как думаешь? — ответил он, расплываясь в загадочной улыбке.

— Ну, раз такое вкусное, я тебя прощаю, — выдала Ольга, чокнувшись с ним. Она сделала ещё пару глотков и позволила себе немного расслабиться, откинувшись на стуле. — Жаль, что такие моменты случаются редко, — пробормотала она уже спокойнее.

Фриц наблюдал за ней с видом охотника, который знает, что его сеть вот-вот сработает. Вскоре Ольга начала клониться к столу, сон смыкал её веки. Ещё несколько минут — и она уснула, облокотившись на руку.

Фриц отставил бокал и жестом позвал слуг, появившихся бесшумно, как тени.

— Отнесите её в комнату, — спокойно произнёс он и, словно ничего особенного не произошло, вернулся к своему вину.

Глава 15 Лечение Риши

Утром Ольга проснулась с ощущением, будто спала веками. Она потянулась, чувствуя себя полной энергии. Зашла в ванную, включила свет и…

Что за⁈ В зеркале на неё смотрела какая-то молодая девчонка. Она резко потерла глаза. Но отражение не исчезло. Она ещё раз глянула, но ничего не изменилось.

— Это я? Да быть не может…

Она ущипнула себя за щёку. Да, боль чувствовалась, но что-то тут не так.

Ольга плеснула воды в лицо, посмотрела снова. Та же молодая физиономия.

— А-а-а!

Всё ещё в пижаме, она выскочила из комнаты и направилась к отцу, который спокойно завтракал.

— Папа!

Фриц повернулся, улыбаясь, и… Ольга вновь застыла.

— Папа… ты… ты тоже стал моложе?

— Утро доброе, дочка. Как спалось?

— Папа… ты выглядишь лет на десять моложе. Это сон?

— Ха-ха… насладись, дочка. Молодость не вечна.

— Папа, ты же знаешь, что это значит? Вчерашнее вино… оно сделало нас моложе?

— Бинго! — Фриц кивнул, будто это был пустяк. — Не веришь? Сходи к Григорию, может, он знает, как это вернуть обратно.

Ольга не верила своим глазам. Её лицо выглядело на десять лет моложе! Она хотела бы закричать, но, очевидно, возвращаться к своему прежнему облику тоже не хотелось.

— Все в офисе это заметят, правда?

— А зачем? Оставайся дома несколько дней, потом вернёшься и скажешь, что сделала пластику. Делают же так многие. Кому какое дело?

Ольга снова взглянула в зеркало, не в силах сдержать восторг и потрясение. Её лицо выглядело невероятно молодым.

— Кстати, папа, ты узнал, кто поджёг дом Григория?

— Пока нет, но этот тип далеко не убежит, — сказал Фриц, уверенно откидываясь в кресле.

В жизни каждого богатого человека есть свои тёмные уголки. Фриц знал, что и у Григория, и у него таких уголков было предостаточно.

* * *

Памела сегодня решила не появляться на работе. Хотя накануне накупила кучу барахла, поняла, что этого мало.

Вчера вечером Павел ещё привез им кое-что из нужных вещей.

Но, как выяснилось, им всё ещё не хватало… женских штук, корма для собаки.

А я остался дома, чтобы хоть немного навести порядок. Хлам везде, к тому же, нужно разобраться с документами. Не успел толком начать, как на пороге появились Ракша и какая-то женщина. Она была в инвалидной коляске, судя по всему — это Риша, жена Ракши. Он говорил, что привезет её, чтобы я проверил её здоровье.

Ракша как всегда критически оглядывал виллу, словно проверяя её на прочность.

— Григорий, если хочешь, могу устроить тебя в месте покруче. Честно говоря, это место не намного лучше твоей старой хибары, — начал он, как обычно без всяких предисловий.

Я улыбнулся и пожал плечами, махнув рукой в сторону раскиданных коробок:

— Да брось, Ракша. Я тут временно, на месяц-другой, пока новый дом не достроится. Этот мне просто знакомые подогнали, — и добавил с лёгким усмешкой, — вроде как по скидке.

Но Ракша не унимался. Такой уж он человек — всегда стремится всё исправить.

— У меня ведь тоже дом свободный. Я же тебе ещё вчера говорил! Чего ты тут в этой времянке сидишь?

Я рассмеялся и махнул в его сторону рукой:

— Ракша, ты сюда ведь не за этим пришёл? Лучше давай проверим твою жену.

Я подошёл ближе к Рише, которая сидела тихо, но глаза её были усталыми и настороженными.

— Привет, Риша. Я Григорий. Рад знакомству! — сказал я, протягивая руку.

Она слабо улыбнулась, но ответила вежливо, хоть и с видимым усилием:

— Привет, Григорий…

Сказать честно, сразу заметил её недоверие. Ну, чего ещё ожидать? Она явно считала, что её муженёк пригласил очередного шарлатана. В голове у неё, наверное, крутилась мысль: «Какой идиот может вылечить рак? Это же бред!»

Но, конечно, она держала это при себе.

— Ладно, Риша, тебе сейчас нужно немного отдохнуть, — сказал я и щёлкнул пальцами. Он тут же отключилась, словно выключатель повернули. Глаза закрылись, и она погрузилась в глубокий сон.

— Григорий, ты как это сделал⁈ — Ракша был просто ошарашен. — Она же с тех пор, как заболела, вообще не может нормально спать!

— Да расслабься, это всего лишь гипноз, — отмахнулся я, словно делал такие штуки каждый день.

— Один щелчок — и готово?

Лишь усмехнулся, проигнорировав его, и принялся осматривать женщину. Историю её болезни он мне скинул ещё вчера, так что я был в курсе, с чем имею дело. Ничего приятного, конечно, но уже не впервой.

— Как она? — Ракша был на пределе. Нервничал так, что его руки чуть дрожали.

— Терпимо. Но придётся подождать, пока зелье подействует. — Я достал заранее приготовленное зелье и аккуратно ввёл его женщине. — Теперь отвези её в больницу. Пусть обследуют. Лекарство давай ей на ночь.

— Это всё? — Ракша выглядел так, будто ожидал какого-то чуда на месте. Впрочем, его взгляд явно говорил о разочаровании.

— А ты что, думал, я прямо здесь ей мозги вскрою? — подмигнул я.

— Ну… если честно, я ожидал чего-то более сложного.

— Это зелье специально для неё сделано, — сказал я спокойно. — Первая порция остановит рост рака, а следующие — добьют его окончательно.

— То есть сейчас в больницу везти?

— Да, пусть проверят, что и как. А если что-то пойдёт не так, звони.

— Что-то может пойти не так? — Ракша заметно напрягся.

— Да не переживай. Всё должно быть нормально, но знаешь, как это бывает… — я ухмыльнулся, разводя руками.

* * *

Ракша, хоть и пытался сохранить спокойствие, видно было, что сильно нервничал, когда вёз Ришу в больницу на обследование. Он всё время косился на неё, явно переживая, что лечение не сработало и она уже на грани.

В больнице всё шло как обычно — суета, врачи, медсёстры, носилки. Но внимание всех было приковано к тому моменту, когда из кабинета наконец вышел главврач. В руках у него были анализы, и лицо его было, как всегда, непроницаемым. Он был настоящий светила в своей области. Он был тем человеком, чьё мнение никто не оспаривал. Если главврач сказал, что пациенту осталось три месяца — значит, пора готовиться к худшему. Но если он давал надежду — шансы на успех резко увеличивались.

— Доктор, как она? — выдохнул Ракша, словно всё это время держал дыхание.

Главврач хмуро посмотрел на бумаги, будто размышлял, стоит ли говорить правду прямо сейчас.

— Доктор, скажите! Сколько ей осталось? — Ракша был на грани. Его голос дрожал, и всё тело словно замерло в ожидании приговора.

— Мне нужно ещё раз осмотреть Ришу, — наконец произнёс главврач, не поднимая взгляда от бумаг.

— Почему? Разве вы её не осмотрели? — Ракша был совершенно сбит с толку, и в его глазах появилась отчаянная растерянность.

— Возможно, мы взяли не тот образец, — нахмурившись, сказал врач, глядя на бумаги перед собой. — Поэтому в результатах есть ошибки. Здесь говорится, что активность раковых клеток резко снижается, будто они впадают в спячку. Это не укладывается в рамки обычного поведения таких клеток. Они же не могут просто так остановиться.

Глаза Ракши засверкали надеждой. Он резко выпрямился, обратив всё внимание на врача.

— Вы хотите сказать, что её состояние улучшается? Раковые клетки ослабевают, верно? — Голос Ракши дрожал от волнения, но он изо всех сил пытался держать себя в руках.

Главврач, однако, был куда более скептичен и быстро погасил его энтузиазм.

— Господин Ракша, боюсь, это ошибка. Сотрудники лаборатории могли перепутать образцы и взяли материал у другого пациента.

Ракша замер. Его сердце забилось быстрее. Всё внутри кричало о том, что врач ошибается. Он не может просто так списать это на лабораторную путаницу. Это было слишком важно.

— Но, что если это правда? Что если лечение работает?

Врач вздохнул и развёл руками.

— Господин Ракша, я понимаю ваше желание увидеть положительные результаты, но давайте подождём. Я хочу провести ещё один анализ, на этот раз точно убедившись, что образец принадлежит Рише.

Ракша, не отрывая взгляда от врача, наконец кивнул. Это был разумный шаг, но внутри него всё переворачивалось от нетерпения и страха. Он потерял слишком много, чтобы просто ждать ещё.

— Ладно, делайте, как считаете нужным. Но скажите, это займёт много времени?

— Нет, повторный тест займёт около часа.

Ракша сидел на жёстком стуле в больничной палате, слушая гул кондиционера. Это ожидание сводило с ума, но он знал, что не может позволить себе терять самообладание. Когда врач вернулся с новым отчётом, его лицо было мрачным, и это заставило сердце Ракши на мгновение остановиться.

— Господин Ракша, вы давали ей какие-нибудь лекарства, кроме тех, что прописали мы? — спросил врач, пристально глядя на него.

— Нет, конечно нет, — солгал Ракша, даже не моргнув. Способность лгать, оставаясь спокойным, была одной из черт, выработанных за долгие годы в бизнесе.

— Мне кажется, что состояние Ришы нестабильно. Я бы порекомендовал оставить её здесь под наблюдением. Мы не знаем, как будет развиваться ситуация, а в больнице мы сможем быстрее оказать необходимую помощь, если что-то пойдёт не так.

— Нет, — Ракша резко прервал врача. — Я заберу её домой.

— Но, господин Ракша…

— У меня есть личный врач, — не дал ему договорить Ракша. — И все необходимые условия для ухода. Не стоит об этом беспокоиться.

Врач, похоже, хотел продолжить спор, но, увидев твёрдое намерение Ракши, только тяжело вздохнул.

* * *

Спустя пару часов Риша очнулась. Её бледное лицо осветилось слабым светом вечерних ламп, а глаза медленно осматривали знакомую обстановку.

— Ракша… — прошептала она, повернув голову.

Ракша сразу же оказался рядом, словно ждал этого мгновения.

— Риша, ты проснулась, — тихо сказал он, улыбнувшись с облегчением.

— Где дети? — Риша медленно выпрямилась, выглядывая через окно. — Почему они не здесь?

— Я отправил их к дедушке с бабушкой. Они в безопасности, не волнуйся.

— Но я скучаю по ним, — её голос прозвучал жалобно. — Я хотела бы, чтобы они были рядом со мной. Ты ведь знаешь, что времени осталось не так много…

— Риша, не говори так, — он взял её за руку, его голос был полон мольбы. — Ты ещё поправишься. Григорий сможет вылечить тебя.

Она устало покачала головой, её глаза наполнились недоверием.

— Ракша, ты правда веришь в это? Ты стал таким наивным. Неужели ты серьёзно думаешь, что какой-то шарлатан сможет помочь? Раньше ты был более здравомыслящим.

Он криво улыбнулся, чувствуя, как внутри него сжимается сердце. Если бы Григорий услышал её слова, он бы точно разорвал с ним все связи. Но Ракша был готов ко всему, лишь бы спасти её.

— Риша, выпей это. Просто один раз. Ради меня.

Она вздохнула, взяла в руки пузырёк с чёрным зельем и, бросив на него взгляд, отхлебнула.

— Если это тебя успокоит, то ладно, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Но я не верю, что это что-то изменит.

— Отдыхай, — прошептал Ракша и, наклонившись, поцеловал её в лоб. — Тебе нужно восстановить силы. Я рядом.

— Ложись тоже, — тихо добавила она, закрывая глаза.

* * *

Риша медленно открыла глаза, едва веря своим ощущениям. Окружающая тишина казалась ей непривычно спокойной. Она поморгала несколько раз, стараясь понять, почему ей так легко. Беглый взгляд на часы подтвердил то, что казалось невозможным — она спала целых десять часов. ЦЕЛЫХ десять часов! Для неё это было чудом.

В последние годы её сон редко длился больше получаса. Её будила боль, резкая и невыносимая, будто что-то глубоко внутри мозга рвало её на части. Опухоль давила на нерв, лишая её не только покоя, но и нормальной жизни. Порой малейшая эмоция вызывала в голове такую бурю, что она не могла сдержать крик. И вот сейчас, проснувшись, Риша с удивлением поняла, что никакой боли нет. Совсем.

Она осторожно постучала себя по голове, как бы проверяя: «Неужели всё так, как кажется?» Но, к её изумлению, боль не возвращалась. Ещё больше удивил её другой факт — она была голодна. Настоящий, животный голод, который не испытывала уже очень давно.

Риша с трудом припомнила, когда в последний раз хотела так есть. Лечение превратило её аппетит в жалкие остатки. Её заставляли есть, когда она сама отказывалась. В основном её кормили через капельницы, потому что обычная еда вызывала отвращение. Химиотерапия уничтожала её тело, но не опухоль. И каждый день после очередного сеанса становился для неё новым испытанием на прочность.

— Ракша! — позвала она, голос её прозвучал слабее, чем ей бы хотелось, но всё равно чётко.

В комнату почти сразу вошёл Ракша. Он подкатил к кровати инвалидное кресло, как делал это каждый день.

— Риша, как ты себя чувствуешь сегодня? — спросил он с мягкой заботой в голосе.

Но на этот раз Риша не торопилась сесть в кресло. Она медленно приподнялась и… встала. Её ноги, такие слабые и дрожащие, всё же удержали её тело. Ракша тут же рванул к ней, чтобы помочь, но она оттолкнула его руки, как бы говоря: «Дай мне попробовать самой».

— Это так странно… — прошептала она, — но сегодня я чувствую себя… лучше. Намного лучше. Ракша, я хочу есть. Я… голодна.

Ракша нахмурился. За все годы борьбы с болезнью он ни разу не слышал от неё таких слов.

— Ты уверена? — спросил он недоверчиво, присматриваясь к ней, словно боялся, что она вот-вот рухнет на пол.

— Да, уверена, — Риша кивнула. — Я умираю от голода. Есть что-нибудь поесть?

Ракша всё ещё выглядел озадаченным, но не стал спорить.

— Я сейчас поищу что-нибудь на кухне, — сказал он, уже разворачиваясь к двери.

— Нет, — неожиданно возразила Риша. — Я сама пойду.

Её голос прозвучал твёрдо, и она направилась к выходу, оставив Ракшу ошеломлённым. Риша, которая едва могла передвигаться последние месяцы, сейчас уверенно шла к кухне. Ракша следовал за ней, на всякий случай готовый подхватить, если она вдруг потеряет равновесие. Но этого не случилось.

Когда они дошли до гостиной, Риша нацелилась на вазу с фруктами. Она схватила яблоко и с аппетитом начала его есть, откусывая с такой жадностью, будто это было её первое яблоко в жизни. С каждым укусом она ощущала, как голод только усиливается.

— Ракша, — сказала она, дожёвывая последний кусок, — после этого яблока я хочу мяса. Я так хочу мяса.

Ракша выглядел сбитым с толку.

— Сейчас утро, — осторожно напомнил он, — ты уверена?

— Да, уверенна. Я хочу мяса. И прямо сейчас.

— Ладно, закажу стейк, — кивнул Ракша, — кухня займётся этим.

Он направился к телефону, но прежде чем набрать номер, решил позвонить Григорию — врачу, который занимался лечением. Как-то Ракша не мог отделаться от мысли, что произошедшее должно быть результатом какого-то чуда.

— Григорий, — быстро проговорил он в трубку, — у Ришы явные улучшения. Она ест. И хочет мяса. Есть ли что-то, на что мне нужно обратить внимание? Чего ей нельзя есть?

— Избегайте алкоголя, — ответил Григорий. — Всё остальное можно. Если хочет мяса — дайте ей.

— Даже вина нельзя?

— Нет. Дайте ей после полного выздоровления, — пояснил Григорий. — И приведите её ко мне для повторного осмотра. Надо провести тесты.

— Хорошо, когда тебе удобно?

— Сегодня. У тебя есть время?

— Конечно, — Ракша торопливо согласился. Риша была важнее всего.

Риша же в это время уже сидела за столом, уплетая стейк. Её аппетит удивлял даже её саму. Она не помнила, когда в последний раз наслаждалась едой так, как сейчас.

— Ракша, — сказала она, проглатывая очередной кусок, — как думаешь, что со мной произошло?

— Не чувствуешь? — спросил он в ответ. — Тебе стало лучше. Григорий всегда говорил, что это возможно.

— Это он меня вылечил? — Риша всё ещё не могла поверить в свои ощущения.

— А кто ещё? Григорий может творить чудеса. Он и сына нашего вылечил.

— Он пришёл в себя? — Риша была поражена. Это стало для неё новостью.

— Да, он уже на ногах. Тебе повезло, Риша. Ты встретила Григорий. Но помни, что об этом нельзя никому рассказывать. Григорий не хочет лишней огласки.

— Почему? — удивилась она. — Вылечить рак — это же огромная слава и богатство.

— Ты правда думаешь, что вылечить рак так просто? Он не может помочь каждому, Риша.

Она задумалась, затем кивнула:

— Ладно, ты прав.

Ракша улыбнулся и, посмотрев на жену, добавил:

— Когда полностью восстановишься, у меня для тебя будет ещё один сюрприз.

Глава 16 Вот так встреча

Ракша снова привел ко мне свою жену, чтобы проверить её состояние.

— Твоя главная проблема сейчас — это слабость. Нужно жрать побольше. Белковая еда сделает тебя сильнее. А насчёт волос… не хочешь лечение? Но оно, конечно, не бесплатное.

Риша повернула голову к Ракше, как будто искала спасение.

— Конечно, — ответил он, не задумываясь.

Риша из-за химиотерапии потеряла волосы и прятала это под париком. И, поверьте, никто не хочет быть лысым, особенно женщина.

— Не бойся потолстеть, — продолжал я, откидываясь назад с самодовольной улыбкой. — Тебе нужно много питательных веществ. Так что оставайтесь на обед? Памела не вернётся, так что я все равно буду один.

— Конечно, если ты не против, — согласилась она, при этом слегка смущаясь.

Я приготовил целую кучу еды и большую кастрюлю риса. Ракша и Риша просто смотрели на меня, пока я уплетал всё это, будто я одинокий волк в стае овец.

— Григорий, я не знал, что у тебя такой аппетит, — сказал Ракша, удивлённо глядя на меня.

— Да, я всегда много ем, знаешь ли, — подмигнул я.

— Григорий, кажется, я тоже начинаю есть больше, — заметила Риша, зачерпнув ещё риса.

Готовил я неплохо, но не как шеф-повар, который получил звёзды Мишлен. Но Риша ела с таким удовольствием, что даже сама удивилась.

— Здорово, что ты можешь есть. Это значит, что твой желудок в порядке, — подметил я, с облегчением вздохнув. — Плохо, если с ним что-то не так.

— Григорий, я слышал, ты ищешь команду гидротехников? — спросил Ракша, явно заинтригованный.

— Да, — ответил я, закусывая.

— Дай мне разобраться, — предложил он.

— Ну не знаю…

— Не отказывайся. Ты спас Ришу, я что-то должен сделать для тебя.

— Хорошо, — кивнул я, не собираясь отказываться от такой халявы.

После обеда они ушли, а я задумал пройтись на свежем воздухе, чтобы помочь своему пищеварению. Так я спустился в подвал сгоревшего дома и телепортнулся к участку у моря. Затем поплёлся к поместью Армена.

— Привет, Армен, — сказал я, когда вошёл.

— Григорий! Какой сюрприз! Я слышал, что твой дом сгорел. Думаю, ты занят, — он был удивлён.

— Ха! Почему весь мир знает о моём горе? — усмехнулся я. — Кстати, где Наринэ?

— В её комнате.

— Пойду поищу её.

— Конечно.

Когда открыл дверь, то увидел Наринэ, сидящую на подоконнике только в бюстгальтере. Мяч, который она бросила, полетел в мою сторону, и я ловко поймал его.

— Наринэ, ты что, собираешься меня убить?

— Здорово было бы избавиться от человека, который даже не умеет стучать, — её глаза сверкнули от злости.

— Когда ты в последний раз занималась спортом? Смотри, сколько у тебя лишних складок на животе.

— Лень двигаться, — призналась она.

— Это не очень хорошая привычка, — сказал я, уверенно покачивая головой. — Выбери занятие. Я буду тренироваться с тобой до конца дня.

— Бокс. Хочу выбить из тебя всё дерьмо, — заявила она с вызовом.

— Конечно, давай боксировать, — согласился я, с ухмылкой.

— И тебе не позволено сопротивляться, — добавила она с хитрой улыбкой.

Я пожал плечами. Честно говоря, я и не думал, что Наринэ способны причинить мне хоть какой-то вред. Мы взяли два комплекта защитного снаряжения и надели их.

Поначалу Наринэ была полна энтузиазма. Она просто забрасывала меня ударами, как будто это был бой без правил. Но через десять минут она поняла: сдвинуть меня с места — задача не из легких. Она думала, что сильна, но я был еще сильнее. Чувствовала, как ее кулаки бьют меня в грудь, словно по куску железа. Даже ощущал, как ее удары отскакивают от моих металлических мышц.

— Я закончила, — выдохнула Наринэ, вся в поту. Сняла перчатки и швырнула их на пол.

Прыгая в бассейн, она бросила на меня взгляд:

— Ты не собираешься спуститься и смыть с себя пот?

— Нет, я приму душ, когда вернусь домой, — ответил я с ухмылкой. — Я ухожу.

Черныш следовал за мной, как щенок.

— Григорий, помоги мне перенести мои вещи. Мне нужно перенести их в новый дом.

* * *

Рабинович, бедняга, понял, что дело обстоит куда хуже, чем он думал. Он представлял меня просто докторишкой, а не мачо, способнымконтролировать весь город. Какое влияние может оказать доктор? Ха!

На деле всё оказалось иначе. Рабинович осознал, что за ним охотятся все банды и полиция. Даже телеканал запустил новость о том, как он прячется. Он не смел показываться днём, боясь взгляда всех этих людей.

Теперь он сидел в пригороде и осмеливался покупать еду только ночью. Кучка наличных рядом с ним была его единственным утешением. Он всегда таскал её с собой, как трофей. И кулон, который держал в руках, заставлял его забыть о проблемах, пусть и на минуту.

Он знал, что этот заброшенный сарай, построенный бродягами, — не лучшее место, но сейчас это было его укрытие. Ночью Рабинович покинул свое логово, решив отправиться в круглосуточный супермаркет неподалеку. Схватив несколько продуктов, он был готов заплатить, но тут на экране телевизора, установленного рядом с кассой, показали его фотографию как разыскиваемого преступника.

Кассирша посмотрела на Рабиновича, который уже инстинктивно направил на нее пистолет.

— Дай мне ключи от своей машины, — произнес он, не особенно вдаваясь в детали.

Кассирша, казалось, не собиралась сопротивляться. Она передала ключи, и он быстро схватил их, прежде чем выбежать из магазина.

Сигнализация загудела, как будто весь мир решил его остановить. Рабинович в панике рванул на машине. Дороги были темными и запутанными, он просто крутил руль, запихивая в рот фастфуд, не понимая, куда едет.

Как-то он в итоге оказался на Барвихе. Припарковав свою машину на склоне холма, он заметил виллу, погруженную в темноту. Похоже, она пустовала, и он может спрятаться там на несколько дней.

Рабинович забрался на крышу и спустился в гостиную через трубу камина. Но тут его настигло ужасающее чувство.

Без причины он резко повернул голову и направил пистолет за спину. Прямо перед ним стояло огромное существо…

Бах!

Он выстрелил. Гигант отступил на шаг. Но прежде чем Рабинович осознал, что происходит, его с огромной силой толкнули сзади. Он сильно ударился головой о лестницу.

* * *

Проснулся я от громкого выстрела. Памела рядом дернулась, глаза на лоб, свет включила мигом.

— Памела, стой, не двигайся, — сказал ей, стараясь не выдать тревогу. Перекатился на бок, рукой нащупала биту. Чувствовал себя, как в старом боевике — герой, которому все нипочем.

Спустился вниз, а там Рабинович — лежит на лестнице. Застыл, будто кто-то меня на паузу поставил. Проверил его — нет, мёртв.

И тут заметил, что кровь-то на Голде. Выстрелили в него. Хм, кто-то явно искал проблем.

— Григорий! — Памела выглянула из-за угла, не в своей тарелке.

Я бросил взгляд на неё:

— Всё окей, можешь спускаться.

Она спустилась, глаза округлились, как увидела Рабиновича на полу и футляр с ожерельем.

— Это же моё ожерелье! — сразу заявила.

— Вернулось, блин, как бумеранг, — пробурчал я себе под нос. Что делать с этим дальше?

— Что теперь?

— Вызывай копов.

Позвонил в полицию. Кто врывается в дома ночью, тех, конечно, на вилы надо бы. Но пока обойдемся законом.

Ольга с адвокатом примчалась быстрее полиции. Как она так быстро узнала, я фиг знает. Наверное, у неё все пути пробиты.

— Ольга, ты-то как тут оказалась?

— Есть у меня дружок на Барвихе, — подмигнула она. — Он сообщил, что в доме, который на моё имя, стрельба. Это мой адвокат. Он тебя прикроет. Если что, говори через него.

— О, привет, адвокт. Короче, мы с моей девушкой спали, а этот тип вломился. Вдарил по моему питомцу, тот ответил, и чел головой об лестницу — фаталити.

— Как там Голд? — спросила Ольга, взглянув на повязки.

— Живой, уже подлатал его.

Адвокат усмехнулся:

— Ольга, Григорий, вам волноваться не о чем. Всё в рамках закона. Я даже могу не присутствовать.

Потом заявилась полиция. Забрали показания, увезли тело Рабиновича. Всё гладко. Богатые районы, тут копы работают без лишних вопросов. Их дело — нас защищать.

* * *

После этого случая ничего необычного не происходило. В последнее время был занят переездом Черныша. Ему пришлось открывать пространственную трещину в новом доме. Не мог он переносить всякие тяжелые вещи как это делают духи. В своей дыре — легко, а во внешнем мире фиг. Поэтому без меня ему никуда.

Кстати, ещё каждый день ходил тренировать Наринэ. Она становилась стройнее, а уверенности в себе у нее было хоть отбавляй. Думаю, это от меня переняла.

Сегодня вернулся домой, потянулся и увидел на дороге знакомую фигуру. Лиля, помощница тренера Андрея. Припарковал машину, открыл окно.

— Привет, Лиля, — махнул я, как король всемогущий.

Она обернулась, прикрывая глаза от солнца газетой. Хм, шпильки, усталая… Видать, день у неё был не фонтан.

— Как ты здесь оказался? — Лиля посмотрела на меня так, будто увидела призрак.

Я кивнул на пассажирское сиденье.

— Залезай. Куда топаешь? Подвезу, — предложил я, зная, что отказать мне трудно.

Лиля села в машину, и, как всегда, заднее сиденье было забито моими любимыми зверушками. Неудивительно, я ж их в спортзал таскаю. Она и глазом не моргнула.

— В спортзал меня отвези. Слушай, ты давно там не появлялся, — заметила она, бросив взгляд на меня, полный упрёка.

Я пожал плечами.

— Да, дома дела навалились, времени вообще не было. А ты-то чего под солнцем паришься на Барвихе?

— Машина сдохла, — ответила она коротко.

Ну, раз уж так, отвёз её в спортзал. Заодно решил сам заглянуть, посмотреть, как там Андрей.

Мы поднялись. Тишина — пустота. Я хмыкнул.

— Куда все подевались? — Лиля обернулась ко мне с недоумением.

Я кивнул в сторону ринга.

— Может, там? Пошли глянем.

И точно, все собрались там. Андрей на ринге, но… не в лучшей форме. Как-то непривычно видеть его в роли боксёрской груши. Против него здоровенный амбал, два метра роста, лапы длинные, как щупальца.

Андрей только защищался, удары его этот парень легко уклонял. Я никогда не видел Андрея таким… разбитым.

Наконец рефери остановил этот цирк. Мужик сдёрнул перчатки и бросил их перед Андреем. Хмуро глянул на него — это что за дешёвый спектакль? Бросать перчатки — это вообще за гранью приличий.

Никто в зале и слова не сказал. Андрей спустился с ринга с мрачной рожей.

А этот тип встал в центре ринга, поднял руки и начал выпендриваться:

— Эй, народ! Я тут открыл спортзал наверху. Заходите, если интересно. А ещё у нас есть чемпион, победитель прошлого года «Золотой пояс». Если повезёт, вас может потренировать он.

С этими словами он свалил с ринга, но напоследок кинул взгляд на Андрея:

— Девочка, бои — это не для женщин.

Я сжал кулаки, но держался. В этом здании полно спортзалов, все друг друга знают. Редко кто решается на такое хамство.

Андрей, конечно, тренер по фитнесу, но ещё и бокс и борьбу ведёт. Правда, больше для любителей. Не профессиональная арена, конечно.

Но этот тип явно пришёл, чтобы заварить кашу.

— Андрей, ты как? — спросил я, прищурившись, видя синяки на его лице.

— Да нормально, — пробормотал он. — А ты-то как тут оказался?

— Просто зашел поздороваться, — бросил я, небрежно оглядев всё вокруг. — Что это за тип?

— Как видишь, пытается украсть моих клиентов, — вздохнул Андрей.

— И зачем ты с ним дрался? — нахмурился я, недоволен тем, что он проиграл.

— Он меня словами подначил, пришлось ответить, — тренер устало пожал плечами. — А ты что, тренироваться пришёл?

— Раз уж я здесь, то давай часок поработаем, — сказал я, словно делая ему одолжение. — Ты в состоянии?

— Я не ранен, — он широко распахнул глаза, как будто сомневался, что я это спросил.

Он явно был в порядке, но его настроение… ну, сами понимаете.

Мы начали тренировку. Я видел его удивление. Андрей не мог не признать, что я стал лучше, даже спустя несколько дней отсутствия.

— Григорий, ты реально подрос, — удивился он. — Скорость и мощь у тебя снова на уровне.

Его защитная экипировка только что спасла его от моих ударов. Я видел, как он напрягался, пытаясь блокировать мои атаки. Один точный удар — и кто-нибудь бы уже валялся на полу.

Андрей махнул рукой:

— Стоп! Дай передохнуть. Ты зверь. Правая рука у тебя точно из железа?

— Хочешь проверить? — подмигнул я.

Он потянул меня за руку, начал мять мышцы.

— У тебя там бетон, что ли? Ты вообще расслабляешься?

— Это я ещё силу не использую, — усмехнулся я.

— А ну-ка напряги! — он вжал пальцы сильнее, но даже сдвинуть их не смог. Сталь, чистая сталь.

Мы сошли с ринга. Андрей побежал за своим очередным «полезным ужином». Ему приходилось жрать как конь — десять раз в день минимум.

— Будешь? — спросил он.

— Конечно.

Мы оба были не прочь пожевать, а Лиля уже приготовила для нас гору еды. Интересно, что мой аппетит оказался ещё больше, чем у Андрея. Но он уже привык — я всегда был в форме, какая там диета.

Когда уже собирался уйти, ко мне подвалил лысый тип в футболке.

— Эй, приятель, почему бы тебе не записаться в наш зал? У нас лучшие тренеры, профессионалы. Владелец — золотой пояс!

— Золотой пояс? Да мне как-то всё равно на ваш пояс, — лениво отмахнулся я.

— Брат, ты должен уважать чемпиона по боксу, — лысый сделал шаг ближе. — Извинись.

— Ты? Чемпион? — я даже не сдержался, рассмеялся в лицо. — И ты хочешь, чтобы я перед тобой извинялся?

О, как же меня раздражали эти типы. Переманивают клиентов. Да им это всё равно боком выйдет, в долгосроке они ничего не добьются.

Лысый, кажется, уже не знал, куда девать свою злость. Ещё немного — и пар из ушей пойдёт. Решил по старой доброй классике толкнуть меня в грудь. Но получилось забавно: сам отлетел на пару шагов, а я даже не шелохнулся.

— Жалкий, — бросил я презрительно, лениво развернувшись к лифту. Вся эта сцена уже начала утомлять.

Но нет, этому ослу, видимо, показалось мало. Рука его легла мне на плечо — нелепая попытка удержать.

— Ты не уйдёшь, — выдал он, глядя на меня исподлобья.

Я, не торопясь, схватил его за запястье и слегка выкрутил. Даже стараться не пришлось.

— Не трогай меня, — сказал спокойно, будто говорю ребенку, чтобы тот перестал трогать раскалённую плиту.

— Аааа… отпусти! — завопил он на весь коридор. Какой-то школьный драмкружок, ей-богу.

Я отпустил, но добавил лёгкий толчок в сторону. Будто пыль с плеча смахнул. Лысый отлетел, покачнулся, но снова выпрямился, надулся, как лягушка перед прыжком.

И вот тут он окончательно меня рассмешил. Решил, что может перекрыть мне путь, быстро обежал меня и встал перед лифтом. Выглядит героически, но нелепо. Для пущего эффекта достал рацию, как будто это могло хоть что-то изменить.

— Босс, я у входа в зал. Меня уделали их люди, — проговорил он в рацию, растянув слова, будто передавал сводку с фронта.

Как раз в этот момент из здания появились Андрей и Лиля. Увидев их, я чуть улыбнулся. Ну, сейчас начнётся.

— Григорий, что случилось? — голос Андрея был холодным, но видно, что он уже порядком раздражён. Неудачный день, что тут скажешь.

— Этот клоун меня преследует, — выдал лысый, кивая в мою сторону.

— Клоун? — я усмехнулся, едва заметно качнув головой. Ситуация мне уже наскучила, но отступать было бы глупо.

Андрей посмотрел на меня и тут же вспыхнул. Видимо, этот фарс окончательно вывел его из себя.

— Слушай, дружок, ещё раз увижу тебя в моём центре — ползти отсюда будешь, — процедил он, сжимая челюсти.

И тут, как по заказу, двери лифта открылись. Из него вышла компания человек семь или восемь. Весёлое окончание вечера гарантировано. Серьёзные парни: кожанки, холодные взгляды. Один из них — тот самый, с кем Андрей недавно дрался на ринге. А рядом с ним его брат-близнец, только злее, если это вообще возможно.

Ну что ж, вот и интересная часть вечера подъехала.

Глава 17 Визит в океанариум

Качки вышли из лифта и сразу стали наезжать на нас.

— Андрей, что это значит? Ты, типа, травишь наших людей? — начал злой двойник.

— Это вы тут проблемы ищете, — Андрей смерил его ледяным взглядом. — Пришли в мой центр и тырите клиентов. Ты вообще правила знаешь?

— Правила? В спортзалах есть правила? Или это твои личные? — ухмыльнулся этот. — Мы профессионалы. Мы «есть» правила. Если тебя что-то не устраивает, давай на ринг. Либо прямо здесь, мне всё равно.

— Сражайся за меня, — сказал Андрей и повернулся ко мне.

Я слегка кивнул, зевнув. Да, меня это всё достало. Идеальный момент выпустить пар.

— Ты сразишься со мной? Ты даже мою собачку не одолеешь, — усмехнулся громила.

— Драться будешь со мной или трепаться, — сказал я спокойно.

— Ты? Будешь драться со мной? — Громила заржал, за ней — его банда. Ну, дураки.

Я, конечно, был ниже этой горы на голову. Но размер тут точно не главное, да и весовые категории меня не волновали. В отличие от этих ребят, я-то знал, что смогу.

— Если не хочешь драться, скажи сразу и не выпендривайся, — бросил я ему.

— Только не плачь потом, — фыркнул громила.

— Договорились.

Громила повернулся к Андрею:

— Простой бой — скукотища. Давай устроим официальную дуэль. Я ставлю сотку.

Андрей кивнул:

— Я тоже ставлю сто тысяч на моего друга.

— Выбирай место, — громила по-прежнему пыталась выглядеть грозно.

— Да без разницы.

Он посмотрел на меня и нарисовал в воздухе угрожающий жест:

— Ну что, раз уж здесь всё началось, давай в твоём зале. Мелкий, не вздумай сбежать.

Мы вернулись в фитнес-центр. Андрей затащил меня в свой кабинет.

— Андрей, я же все приёмы у тебя перенял. Ты, наверное, боксёр лучше меня. Думаешь, я смогу его победить? — спросил я с ленцой.

— Если сделаешь, что я скажу, точно сможешь, — Андрей смотрел серьёзно. — Твоё тело крепче любого из нас. Он, конечно, опытнее — у него золотой пояс. Но ты должен соревноваться на его поле: сила, скорость, выносливость. У тебя есть все шансы.

* * *

Двадцать минут спустя этот громила приволок своих ребят из спортзала.

На нём были только шорты. Мышцы выпирали так, будто он забыл их дома выключить. Встал перед всеми, как гора, и сразу стало понятно — этот монстр может сломать одним взглядом.

Я тоже натянул боксёрские перчатки. Скинул куртку, запрыгнул на ринг. Да, у меня тоже неплохие мышцы. Красивые даже, я бы сказал. Но рядом с этим шкафом — как котёнок рядом с тигром.

Только этот тигр из спортзала был размером с двух. Два метра и почти 90 килограммов мяса.

Судья тоже залез в ринг. Не из нашего клуба — пригласили кого-то нейтрального.

Время боя? Да кому оно нужно. Судья просто следил за правилами. Кто нарушит, тот проиграл.

— Начали, — буркнул судья.

Громила сразу полез в атаку. Ну, конечно. Видно, торопился меня развалить. Я защитил голову обеими руками. Его удары были мощными, но… бесполезными. Бил, как бешеный, но мне хоть бы что.

— Измени тактику, — крикнул кто-то из его. — Он голову прикрывает, бей в корпус!

Громила задумался. Видимо, это для него было открытием. Два шага назад, размах, и он снова понёсся ко мне.

— Гриша, он идёт! — закричала Андрей.

Я спокойно опустил руки. Увидев, как этот бугай несётся ко мне, отвёл правую руку назад и смачно приложил его левой. Удар пришёлся прямо в цель.

Громила потерял равновесие, ноги взлетели в воздух, и он впечатался в барьер. Отличный момент для второго удара. Хук — и дело сделано. Он рухнул, как мешок, из его носа текла кровь. Больше не поднялся.

Тишина. Все просто обалдели. Даже судья не знал, что делать.

— Судья, считай! — крикнул Андрей.

Мужик тут же упал на колени перед громилой.

— Десять, девять, восемь…

На «пять» он вдруг пошевелился. Протёр кровавую рожу.

— Ты в сознании? — спросил судья.

Тот слегка кивнул.

— Сколько пальцев?

— Три.

— А это?

— Два.

— Ладно, продолжаем.

Народ в спортзале вздохнул с облегчением. Но было видно, что они уже по-другому на меня смотрели. Этот чемпион с золотым поясом никогда не был нокаутирован. А тут какой-то мелкий чуть не отправил его спать на любительском ринге.

— Я тебя убью! — рявкнул громила, зло щурясь. Его плечи угрожающе вздрагивали.

Посмотрел на него с лёгкой усмешкой. Ну, давай, попробуй.

Он кинулся на меня, размахивая кулаками. Один его удар пролетел в воздухе и врезался мне прямо в лицо. Я даже не заблокировал удар.

В зале начался дикий восторг. Никто и не думал, что кто-то сможет стоять после такого удара.

Я сделал шаг назад, качнул головой и усмехнулся. «Ну, красавчик, перестарался», — тихо пробормотал себе под нос.

Думал, выдержу любой удар, но этот качок вмазал так, что у меня вся левая щека будто взорвалась. Больно? Ещё бы. Синяк будет точно.

Он, похоже, не ожидал, что я устою на ногах. Он реально удивился. Мол, как этот парень вообще не свалился?

Я не стал долго думать. Рыкнул для пущего эффекта и зарядил ему кулаком. Этот гигант сразу руки поднял — хотел заблокировать.

— Бах!

Он снова рухнул на землю. Кажется, его шея была не в восторге от такого поворота событий.

— Ох… — стон его был жалок. Но этот парень, как на пружинах, тут же вскочил, даже не дожидаясь судьи.

Не успел он опомниться, как мой кулак снова прилетел ему прямо в лицо. И вот, с гримасой боли, он вылетел за пределы ринга, как пробка из бутылки.

— Григорий — победа! — Судья схватил мою руку, как будто я только что спас мир.

Качок, бедняга, уже третий раз валялся в нокдауне, а на этот раз даже защитные барьеры не спасли. Парень улетел за ринг и не смог продолжить бой. Жаль, конечно, но это бокс.

Обычно бой заканчивался нокаутом с одного удара, если противник не поднимался за десять секунд. Были, конечно, и другие варианты — типа три нокдауна или нарушение правил, но сегодня — всё по классике.

— Ну, ты как? — Народ из его команды, весь в панике, столпился вокруг него.

Судя по виду, тот был серьёзно потрёпан. Особенно после того, как вылетел за ринг. Никто не ожидал, что чемпион с Золотым поясом так позорно проиграет.

Тем временем, моя банда была на вершине мира. Все рванули ко мне с ринга, обнимали и поздравляли.

— Григорий, ты просто монстр! — Кто-то шутливо воскликнул.

— Ты лучший, — услышал я с другой стороны.

Андрей тоже был доволен. Его взгляд говорил сам за себя. Всё шло по плану, ну, почти. Если не считать того удара по моему лицу. Сам виноват, конечно, мог бы заблокировать, но решил понтануться. Знал бы, что так ударит, был бы осторожнее.

Да, мы в перчатках, но поверьте, когда летит кулак весом под 200 килограммов — это как получить камнем по морде. И, да, это была не шутка. На ринге можно легко покалечиться или вовсе уйти в другой мир.

Парни тихо уволокли поверженного с поля боя. Для них это было полным провалом. Они ведь надеялись на победу, а теперь остались с носом. Сомневаюсь, что они ещё решатся нарываться на нашу команду.

Я сошёл с ринга. Андрей, как всегда заботливый, кинул мне полотенце.

— Как ощущения? — спросил он.

— Неплохо, — ответил я, вытирая лицо.

— Больше так не делай. Никогда не принимай удар специально, даже если думаешь, что слабее. На этот раз обошлось синяком, а в следующий можешь словить сотрясение.

— Ладно, ладно, прости, — усмехнулся я, зная, что он прав.

— Но ты всё равно был крут, — добавил он, одарив меня довольной улыбкой.

Свалить противника с Золотым поясом тремя ударами — это тебе не шутки. Даже для меня. Ага, не просто так я на вершине.

— Кстати, ты получил свою сотку?

— Конечно, не осмелились бы отказаться, — ухмыльнулся я. — Ну что, устраиваем вечеринку на эти деньги? Угощаю.

— Ты победил, тебе решать, — он кивнул, смеясь.

* * *

Когда я завалил этого подонка в фитнес-центре, все вокруг сразу успокоились. Ну, конечно, кто бы не успокоился, когда перед ним стоит я? К восьми вечера я уже был дома. Вечер — мое время, а тут синяк под глазом. Смешно.

— Ты чего? Что у тебя с лицом? И ты пахнешь алкоголем, — Памела сразу заметила, хотя я и не скрывал.

Я провел пальцами по щеке. Мое суперское домашнее средство, конечно, помогает, но не чудо. Синяк за несколько часов не исчезнет.

— Да так, мелочь в спортзале, — махнул я рукой, будто это неважно.

— Это твой крутой тренер тебе так? — Памела знала, что у меня тренер — зверь. Но я? Я ведь круче.

— Нет, — усмехнулся я.

— Так ты же ему накостылял, да? — В её глазах читалась надежда. Конечно, она хотела знать, что её мужчина всегда побеждает. Ну а как иначе?

— Я ему такую травму оставил, что до старости помнить будет, — кивнул я с самодовольной улыбкой.

— Вот это я понимаю! — Памела подмигнула и хлопнула меня по плечу. — Иди, прими душ, поздно уже.

Как всегда, в самый неподходящий момент зазвонил телефон. Я взял трубку, уже предчувствуя что-то нехорошее.

— Иван, не смей мне говорить, что сейчас какой-то пациент, — сразу предупредил я.

— В яблочко! — раздался в ответ радостный голос.

— Я не выйду. Я устал.

— Пять миллионов на кону.

Я помолчал. Ладно, пять миллионов — это уже серьёзно. Но выходить всё равно не хотелось.

— Ещё один пациент? — Памела уже почувствовала, что я колеблюсь.

— Ага.

— Ты выпил немного. Давай отвезу тебя.

— Не-не, не надо. Поймаю такси.

— Ну и как ты его здесь поймаешь? — Памела была права. Мы жили на вилле, и до дороги нужно было ещё добраться. Обычно я брал свою тачку или ехал с Памелой.

— Ладно, уговорила, — сдался я.

— Куда ехать?

— В гостиницу «Москва», — отмахнулся я.

Памела сразу успокоилась. Всё-таки отель — это не какое-то захолустье. Она знала, что мои пациенты бывают самыми разными. Но в гостинице — всё должно быть цивильно.

Когда мы добрались до отеля, я, конечно, предложил Памеле пойти со мной.

— Пошли вместе.

— Нет, я подожду тебя здесь. Пациент может не захотеть видеть кого-то ещё. Да и зачем тебе лишние проблемы?

Она была права. Не все клиенты готовы к дополнительным лицам. Тем более Памела не врач, это её дело не касалось.

Я зашёл в лифт, и следом за мной вошли ещё двое. Одна — богатая дама, сразу видно. Как только она почувствовала запах алкоголя от меня, сделала два шага назад. Ну что ж, бывает.

Второй тип был в капюшоне, посмотрел на меня, потом на даму. Мы ехали в напряжённой тишине. На пятом этаже этот тип вырвал сумку у дамы и рванул из лифта.

Я, не напрягаясь, выставил ногу. Он сразу растянулся на полу. Попробовал подняться, кинжал достал. Типичный трус.

Одним движением я вывернул ему руку. Косточка хрустнула, и он завопил, как девчонка. Я взял сумку и, как джентльмен, вернул её даме.

— Мадам, это ваше.

— Спасибо! — Она улыбнулась и только тогда начала рассматривать меня. — Вы врач?

— Да.

— Пациент здесь?

— Угу.

Мы вышли на одном этаже. Вот это совпадение — она остановилась прямо напротив двери моего пациента.

Постучал в дверь. Ждал недолго — открыли. На пороге стоял тип, лет сорок, в полотенце, весь такой мрачный и с бородой, будто у него в душе только что горячая вода закончилась.

— Ты кто? — рявкнул он на меня.

— Доктор, — бросил я небрежно.

— Ты что, бухой? Мне врач нужен, а не алкаш.

Хм, вот же, настроение испортил.

— Не твоё дело. Не нужен — уйду.

— Стой! Заходи, — буркнул он, а сам пятится. Вошёл я, а тут мне в затылок — два ствола.

Оглянулся. Два гориллы в чёрном с очками, ну да, классика. Очки, кстати, ночные. Как у муравьёв.

— Ты что творишь? — я насмешливо выгнул бровь.

— Это для безопасности. Мало ли что.

— О, как мило! — усмехнулся я. — Ты меня позвал и не доверяешь? Сам-то понимаешь, как это тупо?

Он на меня исподлобья глянул:

— Мы тут на двадцать первом этаже. Если не хочешь вылететь в окно…

Но он не успел договорить.

Тут его гориллы как по команде подскользнулись на моём «броске». Пара движений — и оба легли, как подкошенные. Вот она, красота точного удара.

— Эй, ты, не трясись там, — пнул одного из телохранителей ногой, чтоб убедиться, что спят крепко.

А бородач уже в углу стены жмётся, паникует. Вижу, как глазами шныряет.

— Ты что там мямлишь про окно? — спокойно подошёл к нему.

— Эээ… Я пошутил, — голос у него дрожал, как стёкла при землетрясении.

— Шутишь? — я присел перед ним на корточки, похлопал его по щекам. — Ну-ка, повтори про двадцать первый этаж. Что там с ним?

— Эээ… Упадёшь… умрёшь.

— Молодец, умеешь считать. А теперь скажи, что со мной будет?

— Я… Я пошутил! — Бородач начинал сдаваться, но я не спешил отпускать.

— А два пистолета мне в голову — это тоже шутка, да?

— Да! Правда! — Он чуть не разревелся, особенно когда змей вокруг него стал скользить. Самаэль прямо в лицо ему заглядывал.

— Самаэль, — вдруг бросил я ему.

Змей как бы зевнул, выплюнул ему в лицо нечто, и тут же запахло мочой. Бородач обмочился на месте. Ну всё, это был конец его пафоса. Я встал, довольный, и ушёл.

— Ты закончил? — Памела прищурила глаза, в её взгляде светилась хитрая искорка, как будто она знала что-то больше, чем я.

— Нет, — буркнул я, мой голос был мрачен, как грозовое небо. — Только что отпинал одного пациента. Старый, противный тип.

Памела нахмурила брови, явно пытаясь понять, что могло так меня взбесить.

— Почему? — спросила она, но я не был в настроении объясняться.

— Да брось, забудь об этом, — ответил я коротко, потянув её за руку. — Пошли отсюда.

Она ещё пару секунд колебалась, но потом всё же позволила увести себя. Мы вышли на улицу, под свет фонарей, скрываясь от всех вопросов.

Когда мы вернулись домой, усталость постепенно растворялась под действием алкоголя. Памела была рядом, её смех был тёплым, расслабляющим. Она всегда знала, как меня отвлечь. Ещё один заход с ней? Легко.

* * *

На следующее утро, как обычно, она проснулась первой. Я слышал, как она шевелится, но лежал неподвижно, притворяясь спящим. Памела тихо поднялась с постели и посмотрела на меня, как будто что-то задумала.

— У тебя пациентов нет? — её голос был мягким, но с оттенком вопроса.

— Утром нет, — пробурчал я, не открывая глаз. Серьёзно, кто встаёт так рано?

— Отлично, — сказала она довольным тоном. — Спи дальше. Я сделала тебе завтрак. Встанешь — поешь.

— Окей, — пробормотал я, особо не напрягаясь. Я всегда ценил её заботу, пусть и не показывал этого.

Она направилась к двери, но, прежде чем выйти, снова обратилась ко мне:

— Синяк уже прошёл. Что за мазь ты использовал?

Я улыбнулся краем губ, открыв один глаз:

— Своими руками сделал. Хочешь?

— Дай мне немного. Сохраню на всякий случай, — она наклонилась, коснувшись моих губ. Её поцелуй был лёгким, словно дуновение ветра. Потом она ушла на работу, оставив меня в комнате, пропитанной её ароматом.

Ещё около часа валялся в постели, пока телефон не начал настойчиво вибрировать. Я нехотя схватил его и поднёс к уху.

— Привет, — сказал я, едва открыв глаза.

— Григорий, чем занят? — на другом конце провода был Денис, и его голос, как обычно, звучал слишком бодро для утра.

— Сплю, — честно ответил я, всё ещё надеясь, что он отстанет.

— Поможешь мне? — спросил он с таким тоном, что я знал — отказ не принимается.

— Что делать? — вздохнул я, понимая, что выходных сегодня не будет.

— Можешь приехать в океанариум?

— А могу сказать «нет»? — с сарказмом спросил я, хотя знал ответ.

— Нет, конечно, — его голос стал серьёзным.

Закатил глаза и сел на кровати, чувствуя, как усталость постепенно отпускает.

— Ладно, — сказал я, уже начиная прикидывать, как долго это займёт. — Адрес скажи.

— Морской океанариум Москвы.

— Окей, буду скоро.

Бросил взгляд на часы. Девять утра. Время вставать.

Немного побродив по дому, умылся, почистил зубы и накинул что-то из одежды, что не выглядело слишком помятым. По дороге включил музыку, чтобы хоть как-то взбодриться.

У входа в океанариум меня ждал Денис в своей привычной форме.

— Григорий, ты уже тут? Класс! — он улыбнулся широко, словно я только что спас ему жизнь.

— Денис, ты тут работаешь? — спросил я, удивлённый его видом.

— Нет, я волонтёр, — он хмыкнул, подмигнув. — Пошли скорее, нужно помочь с животными.

В этот момент Аркитос резко прыгнул на Дениса, и он чуть не потерял сознание от страха.

— Аркитос, хорош валять дурака, — я не мог сдержать усмешку, наблюдая за этой сценой. — Он не кусается… обычно.

Но Аркитос решил доказать обратное и приоткрыл пасть, показывая внушительные клыки.

— Григорий, в следующий раз оставь его дома, — Денис криво улыбнулся, потирая ушибленную ногу, которую ящер задел хвостом. — Этот зверь на удивление злопамятный.

Аркитос обиженно хлестнул Дениса ещё раз по ноге, видимо, решив, что один удар был недостаточным.

— Эй, не обижайся! — Денис пританцовывал от боли, пытаясь усмирить зверя. — Если бы ты был послушным, я бы ничего не сказал!

— Ладно, Денис, — махнул я рукой, отпуская парня. — А я сам займусь этим монстром.

Я пнул Аркитоса.

— Если ты снова укусишь кого-то, я дам тебе воду только через месяц, — сказал я, глядя на него с презрением.

Затем я повернулся к Денису.

— Зачем ты меня сюда позвал?

— Тут тюлень заболел. Ты можешь помочь мне его проверить?

Я усмехнулся.

— Ты что, думаешь, я ветеринар?

Собирался уходить, но Денис схватил меня за рукав.

— Григорий, ты же маг. Неужели ты не должен лечить животных?

— Я не ветеринар и не маг.

— Но ты такой хороший врач! Ты сможешь вылечить тюленя!

— Я никогда раньше этого не делал и понятия не имею, как это делать.

— Плачу миллион!

Я поднял брови.

— Где тюлень? Отведи меня туда. Я люблю животных!

Вдруг заметил, что Аркитос исчез.

— Денис, найди его! Этот ублюдок уже натворил дел раньше. Не могу даже вспомнить, сколько головной боли он мне доставил.

Ящер действительно был опасным. Я боялся, что он начнет убивать в океанариуме. Вот тогда мне точно не поздоровится.

Глава 18 Знакомство с родителями Памелы

Ветеринар в океанариуме стоял возле огромного тюленя и смотрел на него так, будто перед ним лежала головоломка, которую он не в состоянии решить. Тюлень издавал жалобные звуки, а вокруг уже собралась небольшая толпа сотрудников. Все обсуждали, качали головами, но толку было — ноль.

Я стоял в стороне, наблюдал за этим цирком и думал, вмешиваться или нет. Но когда животное снова громко застонало, у меня внутри что-то щёлкнуло. Пора спасать ситуацию.

— Эй, дайте-ка я, — сказал я, подходя ближе.

Ветеринар выглядел так, будто я только что предложил ему разряд молнии в лицо. Но спорить он не стал — слишком уж отчаянной выглядела обстановка. Я взял перчатки, бегло осмотрел пациента и тут же понял, в чём дело. Это было настолько очевидно, что я невольно покачал головой.

Через минуту тюлень уже перестал мучительно ворочаться и вместо этого спокойно растянулся на полу бассейна. Животное выглядело куда лучше, а ветеринар — как человек, который только что увидел магию. Если бы не стены вокруг, он точно свалился бы от шока.

— Это… всё? — пробормотал он, вытаращив глаза.

— Ага, всё, — я снял перчатки и бросил их на стол. — Руки приложил, вот и всё.

В этот момент подошёл дрессировщик. Парень был улыбчивый, с загорелым лицом и глазами, полными благодарности.

— Эй, а может, ты останешься у нас ветеринаром? — с энтузиазмом предложил он. — У тебя явно талант!

Я чуть не расхохотался в голос.

— Ветеринар? Серьёзно? — я вскинул бровь, глядя на него. — Парень, я врач. Понял? Врач, а не какой-то там «специалист по тюленям». Я тут временно, так что планов менять карьеру нет.

Парень виновато улыбнулся, но, похоже, моя уверенность его ничуть не смутила. А ветеринар, всё ещё ошеломлённый, стоял рядом и молчал. Видимо, переваривал, как это я так быстро справился.

* * *

Больница.

— Вот ваш рецепт. Теперь вы можете сходить в аптеку за лекарствами. Их три, и принимать их нужно один раз после обеда и один раз после ужина. Если у вас возникнут вопросы, вы можете задать их сотрудникам аптеки, — объяснила Флора своему пациенту.

— Хорошо. Спасибо, доктор Флора.

Флора тяжело вздохнула и, подняв голову, увидела, что в ее кабинет входят родители.

— Папа, мама, почему вы здесь? — воскликнула она, явно удивленная. Хотя они и предупреждали ее о приезде, это произошло слишком неожиданно. Они также не сообщили ей точную дату.

— Конечно, мы здесь, чтобы увидеть тебя. Как работа? — спросил отец.

— Просто отлично, — ответила Флора. — Почему бы вам сначала не прогуляться на свежем воздухе? Я освобожусь не так скоро.

— Нет, мы не видели тебя за работой. Мы подождем тебя здесь, — настаивал отец.

У Флоры не оставалось другого выбора, кроме как продолжать обход пациентов. Она действительно чувствовала себя неловко в присутствии родителей.

— Вообще-то, я подам заявление об отпуске, — наконец сказала она.

Когда они вышли из больницы, Фор взглянула на родителей:

— Куда мы теперь идем?

— Ты ведь знаешь, где живет твоя сестра Памела, верно? — спросил отец.

— Э-э… — задумалась Флора. Действительно ли, они были здесь только для того, чтобы увидеть Памелу.

Флора была очень опытной. С девятого класса и до колледжа она меняла парней чаще, чем одежду.

Памела же, с другой стороны, была более замкнутой. Тогда она ещё не сформировалась как личность и была немного ниже среднего роста. Особенно по сравнению с блистательной Флорой, Памела казалась простой.

Когда она поступила в колледж, то внезапно стала красивой. Но из-за своих прошлых привычек и характера она так и не смогла завести парня.

Родители даже подозревали, что она лесбиянка. Услышав, что у неё появился парень, они одновременно испытали облегчение и беспокойство.

Им было лень расспрашивать о том, с кем встречается Флора. Она всегда причиняла боль другим. Парни никогда не могли причинить ей боль. Они просто хотели, чтобы их дочь не была слишком сурова с парнями.

С Памелой всё было по-другому. Обычно она была громкой и дерзкой, но на самом деле у неё был чувствительный и ранимый характер.

Именно поэтому они особенно беспокоились и приехали в только ради неё.

— Я просто вспомнила, что мне нужно позвонить, — придумала оправдание Флора. Она хотела позвонить без родителей.

Но мать лишь улыбнулась ей:

— Есть кто-то, кого ты не можешь позвать при нас?

— Э-э… нет, — смутилась Флора. Стоя перед своей, казалось бы, мягкой, но на самом деле властной матерью, она не знала, что делать. — Неважно. Это ничего не значит.

Ее мать была умной деловой женщиной. Даже ее отец, бывший депутат, сдался ей, не говоря уже о Флоре. Мать всегда была пугающим родителем.

Их машина подъехала на Барвиху. Мать была немного удивлена:

— Они живут здесь?

— Да.

— Парень Памелы богат?

— Нет, они живут здесь временно. В их прежнем доме случился пожар, поэтому они снимают дом у своего друга.

— Почему они не снимают собственное жильё? — недовольно спросил отец. — Мужчина скорее будет жить в крошечной квартирке, чем брать взаймы у кого-то. Я не уважаю таких, как он.

— Папа, он довольно успешен. У него тоже высокий доход. Я слышала, что они купили участок земли и строят новый дом. Но это займёт ещё два месяца, а за это время нельзя снять подходящий дом у агента по недвижимости, поэтому они заняли у друга, — объяснила Флора.

Она говорила искренне, потому что пообещала Григорию сделать всё возможное, чтобы выставить его в выгодном свете перед своими родителями.

— Вау, ты много знаешь. Ты знаком с этим человеком? — мать многозначительно посмотрела на Флора.

— Мама, ты думаешь, что твоя дочь шлюха?

— В детстве тебе всегда нравилось воровать вещи Памелы.

— Это было давным-давно, — раздраженно сказала Флора.

Машина припарковалась перед домом, и все вышли.

* * *

Я сидел в гостиной и уже видел их и их трёх жалких охранников через стекло. Ну, по крайней мере, так мне казалось. Оказалось, я проглядел маленькую Флору, которая маячила сзади.

И вот я вылетел на улицу:

— Флора, а ты тут что делаешь? Тебя эти идиоты похитили? — я прищурился. Я узнал этого бородатого мужика из гостиницы. Он вызывал меня, как врача, но из-за его грубости я не стал его лечить.

— Э-э… давайте я вас всех познакомлю… — промямлила Флора, пытаясь избежать конфликта.

И тут, откуда ни возьмись, позади меня раздался голос Памелы:

— Мама, папа…

Я напрягся и обернулся. Вот и она. А когда снова посмотрел на гостей, они уже ухмылялись, как коты, съевшие канарейку.

— Что ты там сказал? Можешь повторить? — статный мужчина усмехнулся, поглаживая свою бородёнку, видимо, пытаясь придать себе важности.

Флора уткнулась лицом в руки, явно жалея, что оказалась в этом эпизоде. А Памела, словно не замечая этой напряжённой атмосферы, радостно приветствовала родителей.

Охранники стояли в сторонке, пытаясь не рассмеяться. Ну, конечно, мне же не сложно заставить всех дураков выглядеть ещё глупее.

Я прищурился, глядя на этих троих, и жестом подозвал свою свиту: Голда, Сильвера, Бима и Аркитоса. Четвёрка демонов тут же окружила бедолаг-телохранителей с явными намерениями устроить им весёлую жизнь.

— Григорий, что ты там опять задумал? Заходи уже! — позвала меня Памела. — Я хочу тебя с родителями познакомить.

Ну что ж, не могу же я её разочаровать.

— Здравствуйте, — натянуто улыбнулся я, хотя, если честно, мне было по барабану, что они там думают.

— Папа, это мой парень, Григорий. Можешь называть его просто Гриша.

Снаружи кто-то из охранников умудрился вскрикнуть:

— Спасите!

Памела, даже не оглядываясь, прокричала:

— Аркитос, хватит играть с ними! Идите все сюда! — потом посмотрела на меня: — Ты опять устраиваешь свои выходки?

Мои демоны неохотно отступили, взглянув на меня с грустью. Они явно не ожидали такой развязки.

— Памела, а чем Григорий зарабатывает на жизнь? — спросил ее отец, поднимая бровь. — Он доктор?

— Да, папа, он врач.

— А в какой больнице он работает? Случайно, не коллеги с Флорой?

Он явно пытался задеть меня, но я был готов. Не успел он договорить, как его палец коснулся чего-то прохладного, и он завопил:

— Змея! Змея!

Памела подошла и спокойно выбросила Самаэля, моего змея, за дверь.

— Папа, это всего лишь Самаэль. Не надо так нервничать.

— Памела, — протянула мать, — а я-то думала, ты змей боишься.

— Привыкла уже, — равнодушно ответила она. — Они все милые ребята.

— Ну да, наверное, он звериный укротитель, — ехидно заметил отец, снова пытаясь подколоть. — С такими талантами ему бы зоопарк открывать, а не врачом работать.

— А я заметил, что ты последнее время лекарства пьёшь, — сказал я, переходя в наступление. — Они плохо на сердце влияют. Проблемы с потенцией — дело обычное, так что не стесняйся, обращайся.

Он моментально побледнел. Его глаза расширились, лицо стало багровым.

— Что за ерунду ты несёшь⁈ Моё здоровье в идеале! Я не принимаю никаких лекарств!

— О, может, я и ошибся, — с фальшивой скромностью проговорил я, приподняв уголки губ.

— Папа, — подала голос Флора. — Если что, он правда хороший врач. У него руки золотые.

Я едва сдержал смех. Этот момент явно не понравился ему, и лицо его исказилось от гнева. Теща же, напротив, смотрела на мужа, явно зная больше, чем хотелось бы ему.

Он был обязан держать марку. Всё-таки он мужик, муж и отец. Надо выглядеть достойно, особенно перед женой и дочерью.

Признаваться в своих косяках? Ха, да никогда. Памела, конечно, догадывалась, что у нас с ним случился небольшой конфликт.

— Папа, мы приготовили ужин, — сказала она, как ни в чём не бывало. — Давай поедим, а потом решим, кто круче. Григорий, кстати, отличный повар.

Я улыбнулся, ожидая реакции старика. Ну давай, удиви меня.

— Уверен, что на всех хватит? Телохранители тоже голодные.

— О, не переживай, этого точно хватит, — уверенно ответила Памела.

Позвали тех дуболомов с улицы. Когда мы вынесли пароварку, даже Флора, сестра Памелы, не удержалась от комментария.

— Григорий, ты реально столько ёшь каждый день? Не боишься, что наберёшь килограммов десять только от одного ужина? — удивлённо спросила она.

Я только усмехнулся. Да что мне эти углеводы? Если бы кто-то знал, как я прокачан. Большинство из них едят свои стейки с картошкой и думают, что крутые. А я? Я ем, что хочу, и выгляжу так, как хочу.

И нет, Памела точно не располнела. Она в такой форме, что любой фитнес-инструктор заплакал бы от зависти.

Ее отец не успокаивался. Подозрительно косясь на меня, он подкатил новый аргумент.

— Памела, тебе не тесно жить с ним и этими его животными? Может, отдашь мне пару собак? Вот тех, больших.

— Папа, это не собаки. Это еноты.

Тут он чуть еду не выплюнул.

— Е-е-еноты⁈ — закашлялся он.

— Да, еноты.

— Они же опасные! Немедленно отправляйте их в зоопарк, или ты расстаёшься с ним, точка.

Памела резко изменилась в лице. Вот это, папаша, ты зря.

— Папа, у тебя есть серьёзная причина вмешиваться в наши отношения? Я счастлива с Григорием. И не собираюсь расставаться с ним из-за такой чуши.

Я посмотрел на него с победоносной усмешкой. Ну что, старик, может, сдашься уже?

Флора сидела в сторонке и наблюдала за этой немой битвой. Она, похоже, была в курсе, что эти разборки не кончатся мирно. Их отец был на грани срыва.

— Он тебе не пара! Он недостаточно хорош для тебя! — проревел он, едва сдерживая ярость.

— Папа! — Памела хлопнула по столу. — Уважай его, ясно?

Ситуация накалялась. Даже его жена не выдержала.

— Это уже слишком, — спокойно вставила она. Она, конечно, не собиралась защищать меня, просто хотела, чтобы всё закончилось миром. Если бы продолжилось в том же духе, драка была неизбежна.

Если честно, у меня уже тоже голова начинала болеть. Если бы я знал, что это отец Памелы, я бы действовал по-другому с самого начала. Но время сожалеть прошло. Конфликт уже был разгорячён.

Правда, я не хотел, чтобы Памела ругалась с родителями из-за меня. Единственное, что я мог сейчас сделать, это не ухудшать ситуацию.

— Памела, мы с твоим отцом возвращаемся в отель, — бросила мать с легкой улыбкой.

— Мам, в каком отеле вы остановились? Мы завтра навестим вас, — Памела бросила вопрос, даже не посмотрев на меня. Хм, ну и ладно.

— Москва, — спокойно ответила она.

Памела напряглась. Ну, естественно, ты же не ожидала этого, дорогая. Она бросила взгляд на меня, потом на отца. Видимо, вспомнила, как я рассказывал вчера про тупого пациента.

— Вы что, уже встречались прошлой ночью? — наконец выдала она. Ха, не стоило лезть в наши взрослые дела, малышка.

Молчание. Никто даже не пытался ответить. Ее отец весь вечер выглядел так, словно кто-то крутил его на гриле. Ох, этот мужик реально обделался. В прямом смысле. Ну, неловкий вечер, что сказать?

— Ладно, нам пора. Не приходи завтра в отель. Мы с твоим папой хотим немного погулять, поразвлекаться. Ты нам только мешать будешь, — бросилатеща, словно это было последнее предупреждение. Памела только кивнула. Я бы на её месте обиделся, но не сегодня.

— Ну ладно, — пробормотала Памела. Да, сдавайся, детка.

* * *

Когда они вышли мать уже переключилась на Флору:

— Флора, куда ты направляешься? Могу подкинуть.

И тут отец, как всегда, решил блеснуть своей идиотией.

— Этот придурок точно расскажет Памеле, что вчера произошло. Я ему этого не спущу! — заорал он.

— Хватит, — жена даже бровью не повела. — Ты и так уже достаточно опозорился.

— Кирилл, ты знаешь какого-нибудь убийцу? Убей этого мудака для меня! — он сорвался на телохранителя. Жалкое зрелище.

— Господин Руперт, я всего лишь телохранитель. Убийц я не знаю, — спокойно ответил Кирилл.

— Кирилл, не слушай его, — вмешалась женщина. Сразу видно, кто здесь главный.

— Да, госпожа, — кивнул Кирилл. Они же все слушаются только её.

— Жена, а почему ты мне не помогла во время ужина? — Руперт выглядел, как ребенок, который потерял игрушку.

— А зачем? Он вообще не так уж и плох. По крайней мере, он выше среднего.

— Как он справляется с делами? — продолжал Руперт. — Мне кажется, он бесполезен.

— По крайней мере, он умеет зарабатывать деньги и защищать Памелу. И к ней он относится очень даже хорошо.

— А почему я этого не заметил? — Руперт заерзал на месте.

— Ты не видел машины снаружи? У Памелы «Ягуар», а у него «Пикап», — жена бросила взгляд в окно.

— Может, Памела сама купила себе и машину, и его пикап. — Руперт фыркнул, но как-то неуверенно.

Жена только закатила глаза.

— Однажды Памела просила у меня денег, но через день сказала, что они ей уже не нужны.

— Этот парень явно охотится за твоими деньгами. Он хочет, чтобы Памела унаследовала твоё имущество, а потом он заберёт всё, не напрягаясь.

Флора сидела на переднем сиденье и просто наблюдала. Похоже, её даже не волновали эти разговоры.

— Флора, ты уверена, что Григорий сможет вылечить твоего отца? — мать переключилась на неё.

— Конечно, уверена. Он лучший врач, которого я когда-либо видела.

— Тогда почему он работает нелегальным врачом? — с подозрением спросила мать.

— Потому что нелегальные врачи зарабатывают больше, чем обычные. Он точно зарабатывает больше меня, — Флора сказала это с полной уверенностью.

— Ты слышала? — вмешался Руперт. — Жадный ублюдок. Деньги для него важнее всего.

— Руперт, ты точно не хочешь, чтобы он тебя лечил? — его жена прищурилась.

— Он не единственный хороший врач в мире. Почему я должен его просить? — Руперт уже начинал сомневаться.

— Он согласен лечить тебя бесплатно, — спокойно сказала она.

Молчание. Он просто не нашел слов.

— Кирилл, ты знаешь парочку хулиганов? Найди кого-нибудь, чтобы его избить, — снова взвыл Руперт.

— Господин Руперт, если хотите его избить, лучше нанять целую банду. Пара человек не справится.

— Разве ты не профессионал? Почему ты его не победишь?

— Он очень силён, — спокойно ответил Кирилл.

Жена поспешила успокоить мужа:

— Хорошо, дорогой. Ты уже на пенсии. Если не хочешь, чтобы политические газеты раскрыли твою связь с бандами, то тебе лучше успокоиться.

Руперт был уже немолодым человеком, лишенным денег и власти, но его вспыльчивый характер всё ещё был с ним с тех времён, когда он был депутатом.

Ему просто не нравился Григорий, и он считал по его мнению, тот воспользовался его дочерью.

Что касается матери, то она тоже не была в восторге от будущего зятя, но не настолько, чтобы пытаться разлучить влюблённых.

Глава 19 Хитрый тесть

В тот момент я и Памела были заняты сексом.

Но она, не останавливаясь, продолжала своими расспросы:

— Что вчера произошло между тобой и моим отцом?

— Ничего, — ответил я, стараясь не выдать сарказм. Можем не говорить об этом? Как я вообще мог ей признаться, что заставил её папашу обмочиться?

Я был полностью поглощён… процессом. Так что не оставил ей возможности продолжать допрос.

* * *

Тогда родители Памелы, заявили, что хотят провести день наедине. Но Памела, конечно, всё равно притащила меня.

— Мама, папа, куда собираетесь? — задала она вопрос, хотя ответ и так был очевиден.

— Просто прогуляться, — отмахнулась мать. — Занимайтесь своими делами, не нужно нас сопровождать.

Памела бросила на меня взгляд, и я тут же включился:

— Памела специально взяла выходной, чтобы провести день с вами. И у меня, кстати, тоже сегодня ничего важного.

Родители — существа хитрые. Если говорят, что им что-то не нужно, значит, нужно ещё как. Понял я это давно.

Ну, я-то не дурак. Если не удастся подлизаться к Руперту, всегда можно попробовать тещу обработать.

— Это семейное дело. А ты тут при чем? — недовольно пробурчал Руперт, явно надеясь избавиться от меня.

— Ой, да ладно тебе, Руперт, — вмешалась теща. — Мы с Памелой по магазинам пойдём. А ты с Григорием развлекайтесь как хотите.

Лица у меня и у Руперта вытянулись. Что она, решила нас стравить?

— Мам, — Памела явно нервничала, — папа ведь даже не знает здешних мест. Куда они пойдут?

— А мне нравится эта идея, — вдруг заговорил Руперт, меняя своё мнение. — Давай устроим это.

Я только глянул на него и понял — этот старый хитрец что-то задумал.

— Ну что, зятек, — ухмыльнулся Руперт, — уже решил, куда меня потащишь?

Я сжал зубы:

— Руперт, куда бы вы хотели поехать?

— Я на тебя полагаюсь.

— Ладно, — согласился я, но в душе уже планировал, как заставлю его пожалеть.

— Эй, — распорядился Руперт на охранников, — вы трое тоже с нами.

Я кинул на них предупредительный взгляд. Мол, не вздумайте мне тут создавать проблемы. Они переглянулись, явно недовольные. Это был их худший день.

Руперт просто обожал устраивать геморрой, и они это знали. Но знали и то, что сделать меня они точно не смогут. Увольнение выглядело бы как неплохой выход…

— Григорий, позаботься о моём отце, — Памела как всегда была наивна.

— Не волнуйся, — ответил я с ухмылкой, — я о нём позабочусь как надо.

* * *

Прошло минут тридцать, пока я скучал в холле отеля, и вот, наконец, появляется Руперт.

— Слушай, парниша, — начал он, прямо как мудрый старец из фильма, — я с тобой откровенен. Памела точно не для тебя. Так что будь умным и держись подальше.

— Ты снова угрожаешь? И чем на этот раз? — ухмыльнулся я, зная, что этот старик не сможет меня пронять.

— Хм! — фыркнул он, явно не в настроении продолжать. Но потом добавил:

— Сколько тебе нужно, чтобы ты оставил Памелу в покое?

Я уставился на Руперта, словно он только что вылез из дешёвой мыльной оперы.

— У тебя что, мозги в заднице?

— Ты за это заплатишь, — процедил он сквозь зубы, пытаясь казаться грозным.

— Да ну, посмотрим, — я не сводил с него глаз, наслаждаясь своим превосходством. Пахло страхом, который Руперт явно старался спрятать.

— И что теперь, будем тут сидеть? Они скоро вернутся, — его голос дрожал, как у ребенка перед первой контрольной.

— Ну, пойдём тогда, чего уж, — я развёл руками. Руперт, я и трое его телохранителей покинули место.

— Куда мы едем? — он сел в мою машину, пытаясь выглядеть хладнокровно, но не справился.

— Да просто оглянись вокруг, — я уклонился от ответа. Пусть помучается.

— Ты же сказал, что будет весело, — он уже начинал ныть, и я понял, что поездка скоро станет интересной.

— Сколько тебе лет, малыш? — ухмыльнулся я, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — У тебя вообще есть силы на что-то весёлое? Расслабься и наслаждайся видом.

— Я не старый! Мне всего 50! — оправдывался он, но я знал, что ему это уже не поможет.

* * *

— Мам, ты точно уверена, что они не подерутся? — спросила Памела, переминаясь с ноги на ногу в магазине. Мама с улыбкой примеряла туфлю, не обращая внимания на тревогу дочери.

— Конечно нет. Если вы поженитесь, никакого конфликта быть не может. Он же идеален, — отрезала она, как будто это было прописано где-то в законе.

— Я ещё не решила выходить за него, — Памела покраснела и нервно теребила подол. — Мы встречаемся меньше месяца.

— Ах, деточка, твои глаза говорят всё. Я видела таких, как ты. Ты на крючке, — мама говорила с таким авторитетом, как будто знала ответ на все вопросы. — Григорий такой, — продолжала она. — Он заставляет тебя чувствовать себя зависимой. И даже не понимает, что делает это. Пока ты любишь его, я позабочусь о тебе, — отмахнулась мама, словно это был пустяк.

— Но папа…

— Забудь о нём. Он старый и ворчливый. Как он может кого-то судить? — ответ мамы прозвучал как окончательный вердикт.

* * *

— А-а-апчхи!

— Руперт, ты не простудился? У меня в машине есть таблетки. Хочешь? — ехидно спросил я, зная, что он чувствовал себя, как последний простак.

Руперт выглядел как человек, которого вытащили из кровати не для того, чтобы спасти мир, а для чего-то куда более приземленного. Он порылся в бардачке.

— Ах!

Я усмехнулся, когда Руперт чуть не наложил в штаны, увидев, как из чемодана выскользнул Самаэль.

— Охрана! Мой пистолет! Отдай пистолет! Я пристрелю этого кретина!

— Господин Руперт, мы не вооружались. Ваша жена приказала.

— Руперт, как ты вообще ухитрился склеить мать Памелы, если ты такой трус? Или она тебя защищала, потому что ты весь такой жалкий? Признаю, это уникальная стратегия, — не удержался я от комментария.

— Ты не имеешь права судить мои отношения с ней! — завопил он, как оскорблённый школьник. — И вообще, ты должен ко мне уважительно относиться. Я старше тебя! Называй меня «господин Руперт».

— Ладно, «господин Руперт». — Тут зазвонил мой телефон. — Алло?

— Григорий, у меня пациент.

— Я занят. У меня тут старик с ужасным характером. Сегодня у меня на тебя времени нет.

— Подожди, — перебил Руперт. — Я бы хотел взглянуть на твоих пациентов. Погнали.

Я знал, что Руперт — тот еще зануда, но уговорить его не приставать было как говорить стене: бесполезно. Пришлось тащить его с собой, как назойливого клиента, от которого не избавиться.

Мы, я, Руперт и его три амбала вышли из машины. Место уже наводило скуку — старье какое-то. Я повернул голову, чтобы на всякий случай удостовериться, что этот клоун понимает, куда мы идем.

— Руперт, ты вообще уверен, что тебе со мной по пути? — бросил я, немного прищурившись.

— Зови меня господин, — заявил он, выпучив глаза, как будто это должно было меня впечатлить.

Я просто проигнорировал его. Да и зачем вообще тратить слова? Вокруг ни души, а улица больше походила на съемочную площадку для дешевых фильмов о бандах.

Если с Рупертом что-то случится, объяснять это Памела? Ох, с этим делом я точно не хотел заморачиваться. Учитывая его уровень бесполезности, не так уж и страшно было бы.

— Вам троим лучше следить за этим старичком, — буркнул я его охране, придавая себе как можно более мрачный вид. Надо же соответствовать обстановке.

Один из этих молчаливых шкафов, тоже начал паниковать.

— Господин Руперт, может, пора нам сматываться?

— Ты что, совсем идиот? Зачем я тебя нанял? Чтобы ты меня защищал! — Руперт, как всегда, не мог упустить возможность поорать. Видимо, хотел продемонстрировать свои лидерские качества.

— Господин Руперт, вообще-то нас наняла ваша жена… не вы, — один из телохранителей попытался внести ясность, но это, похоже, было для Руперта загадкой века.

— И какая разница?

Я почувствовал, как мозг начал стучать в черепе от боли. Пора заканчивать с этой комедией. Я свернул с дороги и первым шагнул в темный переулок.

Место выглядело настолько заброшенным, что казалось, здесь давно уже никто не ходил, кроме может быть призраков и таких же смельчаков, как я.

Мы двинулись дальше, пока не наткнулись на ржавую дверь, ведущую в заброшенное здание, которое когда-то, наверное, было фабрикой. Я сомневался, что мой пациент действительно внутри, но всё равно постучал. Гулкое эхо от удара вернулось быстрее, чем я ожидал.

Дверь приоткрылась. Из неё высунулся тип с суровым лицом. Он окинул меня взглядом, а потом оценил мою компанию.

— Ты кто такой?

— Врач. Слышал, что кому-то здесь требуется помощь, — спокойно сказал я.

— А они?

— Это новички. Ученики, так сказать.

Он на секунду завис, но потом кинул мне черную маску.

— Надень это.

— Что за шутки? — Я нахмурился.

— Внутри есть вещи, которые тебе лучше не видеть.

О, да. Банда, фабрика, незаконные дела. Скорее всего, оружие или наркотики. Классика.

— Почему бы вам не вывести пациента? Так безопаснее, — предложил я, не особо надеясь на адекватный ответ.

— Он не может двигаться, — пробурчал охранник.

Вот тут я уже начал терять терпение.

— Забудьте. Я не буду лечить пациента. Всё, я сваливаю.

— Подожди! Я хочу войти и посмотреть, — возмутился Руперт, решив, видимо, поиграть в храброго героя.

— Руперт, ты вообще понимаешь, где мы? Ты в курсе, во что можем вляпаться?

— Мне плевать. Я хочу войти. Дайте мне маску.

Я пожалел, что взял с собой этого неадекватного идиота. Как же он меня бесил! Так и хотелось свернуть ему шею прямо здесь и сейчас.

— Ладно, — пробурчал я и натянул маску.

— Телефон давай, — охранник уставился на меня. Я вздохнул и отдал свой телефон. Видимо, они думали, что я сейчас начну снимать их кино.

Завели меня в эту их фабрику. Тишина нагнетала. Ужасное место, реально жутко. Через несколько минут мы вошли в какую-то ледяную комнату. Может, это было хранилище. Как только дверь с грохотом закрылась за мной, я понял, что это всё-таки ловушка.

— Мы уже пришли? — с сарказмом бросил я, понимая, что нахожусь в полной жопе. — Можно маску снять? Эй, кто-нибудь вообще тут⁈

Я снял маску. Легким движением руки. И сразу понял — нахожусь в ледяном холодильнике. За спиной железная дверь, тяжелая как мои мысли о глупости ситуации.

Посмотрел вперед и увидел Руперта. Этот хитрый лис стоял за толстым стеклом, ухмыляясь.

Повернул ручку двери. Как и ожидалось — заперто. Ну, кто бы сомневался.

Постучал.

— Открой, клоун.

Руперт помахал мне, как будто я был на экскурсии.

— Ну, как там, малыш, комфортно?

— Ты за это ответишь, — усмехнулся я. Уже предвкушал, как заставлю его пожалеть.

— Ещё бы. Удивлён? — его самодовольная рожа мелькнула за стеклом.

Я вмазал по двери. Жаль, она оказалась крепче, чем я думал. Кулак заныл. Дверь даже не дрогнула. Чёрт бы её побрал.

— Если пообещаешь оставить Памелу в покое, я выпущу тебя, — его голос из-за стекла уже раздражал.

— Руперт, ты как ребёнок. Это вообще не смешно. Открывай, пока я добрый.

— Зови меня господин Руперт, — сказал он с серьёзным видом, словно это меня впечатлит.

— Да хоть господин бог, — усмехнулся я. — Ты же понимаешь, что не сможешь держать меня тут вечно? Давай, открывай, и мы забудем этот цирк.

— Держать вечно? — он ухмыльнулся. — Не могу. Но могу сделать тебе пару неприятных часов.

— Ну, я и тебе доставлю столько же удовольствия, когда выберусь. Обещаю, — я усмехнулся, сжав кулаки.

Он отступил от окна, явно наслаждаясь своей маленькой победой. Но я-то знал, что это временно.

Температура падала, но меня это не волновало. Жареное мясо монстра согревало меня лучше любой куртки. Руперт, видно, не в курсе, с кем он связался.

* * *

— Как думаешь, он сдастся? — Руперт взглянул на своего сообщника.

— Не знаю, господин Руперт, не могу обещать, — пробормотал тот.

— Как долго его можно там держать? — Руперт продолжал нервничать.

— Три часа максимум, потом начнётся риск для жизни, — охранник был явно не в восторге от этой затеи.

— Окей, окей. Не собираюсь его убивать, — Руперт уже начал сомневаться, на что сам подписался.

Телохранители стояли рядом, выглядя так, словно хотели оказаться где угодно, только не здесь.

— Слушайте, не переживайте, — Руперт махнул рукой. — Всё будет нормально. Он не замёрзнет.

— Не уверен, что нормально. Температура минус десять градусов. Тут и обморожение недалеко, — буркнул сообщник.

— Пусть страдает. Главное, чтобы держался подальше от Памелы, — Руперт снова начал свою песню.

— А вы уверены, что это сработает?

— Да, — выдавил Руперт. Хотя сам уже сомневался, не зашёл ли он слишком далеко. Это скорее выглядело как месть.

* * *

Через полчаса Руперт снова подошел к камере. Заглянул в окно.

— Донг! — постучал по стеклу. Но меня всё ещё не было видно.

И вдруг в дверь резко ударили. С таким звуком, что Руперт свалился от неожиданности. Я стоял прямо за дверью, усмехаясь.

— Ну что, Руперт, испугался? Думаешь, я тут вечно сидеть буду?

— Посмотрим, как долго ты продержишься, — бросил он, сдерживая злость.

Я откусил очередной кусок мяса монстра. Жар разлился по телу. Мне не было холодно.

— Удачи, Руперт.

* * *

Бум, бум, бум! — раздалось за дверью.

— Этот парень сможет выломать дверь? — спросил охранник.

— Ни за что! — ответил второй. — Это стальная дверь толщиной 15 сантиметров. Даже 15 килограммов тротила не смогут её взорвать.

— Если только у него нет инструментов, — добавил первый.

— Там нет ничего, кроме льда.

— Лёд⁈ — все поняли, в чём проблема.

— Господин Руперт, нам лучше уйти, — сказал охранник.

— Почему?

— Если выйдет, он нас убьёт, — ответил охранник.

— Он может взломать дверь?

— Возможно, он сможет сломать дверь, завернув лёд в одежду, — серьёзно сказал охранник.

— Сколько времени ему потребуется, чтобы открыть её?

— Не знаю, но оставаться здесь опасно.

На двери появились вмятины. В их головах продолжали звучать удары. Все они были в ужасе от того, что им приходилось стоять снаружи и смотреть.

Если бы существо внутри поймало их, они были бы расчленены.

Если бы они знали это, они бы не стали помогать Руперту. Они не получили никаких преимуществ, и вместо этого разозлили Григория.

Все трое посмотрели на Руперта, и он был разочарован. Он явно выиграл, заманив Григорий в ловушку. Почему им нужно убегать, как будто они проиграли?

Но оставаться здесь было опасно.

Григорий был в ловушке больше часа. Если бы он вырвался, никто не знал, что бы он сделал.

— Уходим, — сказал Руперт. — Я не хочу его видеть.

Четверо сбежали с фабрики.

* * *

— Руперт, почему ты вернулся так рано? — Жена удивлённо выглянула из-за книжного шкафа, сжимая в руках томик какой-то детективной истории. Её глаза широко распахнулись, а брови взлетели вверх, словно она не ожидала его увидеть ещё как минимум пару часов. — Где Григорий? Почему он не с тобой?

Руперт тяжело опустился на диван и отбросил шляпу на ближайший столик, которая тут же покатилась на пол. Его лицо выражало смесь усталости и раздражения, будто весь день пошёл наперекосяк.

— В Москве нет весёлых мест, — буркнул он, разглядывая свои пыльные ботинки. — Я думал, что этот парень хоть что-то знает, но нет. Полный провал. Ошибка за ошибкой, начиная с того, что я вообще предложил ему эту прогулку.

Жена, вздохнув, подошла ближе, склонив голову набок. Её взгляд скользнул по его нахмуренному лицу, а затем остановился на его руках, которые нервно теребили подлокотник.

— Ты просто не там искал, — заметила она, отставив книгу на полку. — Когда мы поедем домой? Устал, да?

Руперт хмыкнул и откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу.

— Не так скоро, как ты надеешься, — усмехнулась жена, и её голос прозвучал чуть громче, чем она сама того ожидала. — Мы в Москве! Столице! Как можно уехать, не прогулявшись по её улицам, не вдохнув этот воздух с привкусом истории?

Руперт лишь покачал головой, но промолчал. Жена тем временем оживилась, будто в её голове уже сложился идеальный план завтрашнего дня.

— Я хочу завтра посетить Аллею Славы, — заявила она, сложив руки на груди. Её глаза блеснули от предвкушения, и даже голос стал чуть звонче.

— Аллею Славы? — Руперт скептически приподнял бровь. — Опять ходить, смотреть на каменные лица? Да это же просто мучение.

— Мучение? — она картинно округлила глаза, будто его слова стали для неё громом среди ясного неба. — Да ты просто ничего не понимаешь! Это же часть нашей культуры, нашей истории. Ты увидишь, тебе понравится. А ещё там рядом отличное кафе. Мы можем там посидеть, выпить кофе… ну, если ты переживёшь этот «ужасный поход».

Он хотел было возразить, но лишь закатил глаза и махнул рукой.

— Ладно, сдаюсь. Пусть будет Аллея Славы, если это сделает тебя счастливой. Только кофе действительно должен быть хорошим.

Глава 20 Прогулка по воде

Завернул я этот лед в свою рубашку, но через полчаса — всё, тряпка порвалась. Порванная рубашка уже не могла прикрыть лед. Чёртова тряпка, не выдержала меня, конечно.

Пришлось пускать в ход кулаки. Да, это, скажу вам, было больно. Бить толстую дверь своими руками — не самое умное решение, но я попробовал. Пара ударов — и всё, мои кулаки на пределе. Я, конечно, поднялся, но долго не продержался. Дверь просто бетонная, а я не какой-то там супергерой, знаете ли.

Остался только один вариант.

Рот Обжоры! Только эта штука может открыть дверь.

Я достал свиток для соединения душ. Читал его раньше, ну, пару раз точно, но не помнил всё до конца. Взмахнул свитком, и… ну, особо не надеялся на успех.

Попробовал пошевелить правой рукой. Не сработало.

Когда активировал Связь с Душой, почувствовал, будто пытаюсь втыкнуть огромную вилку в маленькую розетку. Ну вы понимаете — размер имеет значение.

Попробовал ещё раз — и снова провал.

Наверное, я лупанул слишком много магической силы. Пришлось заново настроить.

Попробовал снова. Неудача.

Ещё раз. Неудача.

После десятка попыток голова уже пошла кругом. Невыносимо холодно, дрожь по всему телу. Чувствовал себя как замороженный пирожок. Решил восстановить силы — достал кусок мяса и начал жевать.

Опять попробовал связаться с Пастью Обжоры. И тут меня пронзила дикая боль, рука задрожала. Быстро остановился. Боль пришла быстро, но и ушла не менее молниеносно. Как будто ничего не было.

Не слишком ли часто я использую магию? Хрен его знает. Но надо было попытаться ещё раз.

И знаете что? Всё прошло гладко. Почти как по маслу.

Да, получилось! Связь установлена!

Теперь я чувствовал, что в правой руке что-то поменялось. Мог ею управлять, как собственной. Да и выглядела она теперь мощнее — блестела, как металл. Я мог не только управлять Ртом Обжоры, но и ощущал его чувства.

Голод. Идиотский голод!

Но железная дверь его не интересовала.

Я вздохнул поглубже и шандарахнул по двери.

Бум!

Закаленное стекло разлетелось в щепки, а дверь вмялась, выпуская холодный воздух. Этот удар был сильнее всех моих предыдущих вместе взятых.

Я снова собрал силу и ударил.

Вся стена зашаталась, звук от удара разнесся по всему холодильнику эхом. С грохотом дверь вылетела наружу, и я наконец смог вдохнуть свежий, тёплый воздух.

Ночь была тёмной, но такой приятной. Когда выбрался с фабрики, на улице было тихо. Никого.

Ну да, понятно — район-то заброшенный. Кто сюда полезет? Руперт, скотина, не только запер меня в морозилке на восемь часов, но и свалил на своей машине. А телефона у меня нет. Так что только пешком до дома.

Через час всё-таки добежал до дома. Пятьдесят километров. Как нефиг делать.

— О, ты вернулся, — Памела встретила меня в дверях, вся такая милая. — Ну как с папой? Повеселился?

— Ну, было весело, конечно, — я улыбнулся ей, типа всё классно.

— Как прошло?

— Мы вроде как уже помирились, — пожал я плечами, улыбаясь. — Завтра даже ещё раз встретимся.

— Серьезно? Это просто супер! Наконец-то не надо переживать, — она обняла меня, наконец-то расслабившись. — О, а что с телефоном? Я не могла тебе дозвониться.

— Телефон сел, — ухмыльнулся я. — Оставил его у твоего отца, завтра заберу.

— И куда вы ходили?

— Мужской секрет, — подмигнул я. — Не спрашивай.

— Ладно, хорошо, что у вас всё наладилось.

— Я тоже рад. Думаю, с твоим стариком мы станем хорошими корешами.

— Ты ел?

— Сейчас съем тебя, — ухмыльнулся я, притягивая её к себе.

— Ты грязный, сначала душ.

— Нет, душ потом. Сначала еда, — я уже спустил бретельки с её плеч.

Памела только что-то промычала в ответ. А я уже спустил бретельки с Памелы и целовал ее. Несколькими движениями позже она уже стонала…

* * *

На следующий день я проснулся чертовски рано. Не потому что хотел, а потому что мой внутренний будильник напоминал мне, какой я неутомимый альфач.

Памела, как обычно, заслонилась от солнца, что светило прямо в комнату. Мы ночью как следует повеселились, а она всё равно удивлялась моей активности.

— Григорий, ты что, не спишь? — её голос был ленивый, она явно хотела подольше поваляться.

— Я договорился с твоим папашей сегодня куда-нибудь сгонять. Надо подготовиться, — сказал я, расправляя плечи, как будто готовлюсь завоевать весь мир. — Ты можешь подбросить меня до его отеля?

— Хорошо, — Памела с трудом вытащила себя из постели. Она не ожидала, что я и её отец за один день станем как родные. Но ей это, похоже, нравилось.

— Разве ты не вернулся на своей тачке вчера?

— Я был не в лучшей форме, так что оставил машину у твоего бати.

— Не в лучшей форме? Тогда почему ты до полуночи трудился?

— Не заморачивайся с деталями, — я уверенно махнул рукой, пока она заканчивала макияж.

— Почему такая спешка? Папа с мамой будут здесь ещё несколько дней.

— Нет, это должно быть сегодня, — я зловеще прищурился.

— Особенный день? — она посмотрела на меня с подозрением.

— Это секрет, — я улыбнулся загадочно.

— Опять эти ваши мужские секреты? — Памела фыркнула, но ничего больше не сказала.

Мы приехали в отель, где я собирался продолжить свои великие дела. В лифте меня уже ждали старые знакомые — телохранители Руперта. Когда они увидели меня, на их лицах отразился полный спектр эмоций — от страха до желания сбежать.

— Привет, дуболомы, — я широко улыбнулся. — Скучали по мне?

— Э-э, Григорий… — их глаза забегали, как у крысы, загнанной в угол. Я мог бы поклясться, что они уже пытались найти выход.

— У меня тут появилась идея, куда можно заглянуть сегодня. Не забудьте появиться.

Улыбки у них стали такими кислыми, что я бы подумал, что они только что съели лимон. Я положил руку на плечо одного из них.

— У нас тут свои дела, — проговорил второй, быстро выходя из лифта. — Ты, оставайся с Григорием, поиграйте там.

Тот бросил на них взгляд полнейшего разочарования. Я не мог не улыбнуться. Ему некуда было деться, и это радовало меня больше всего.

Памела, конечно, ничего не поняла. Она думала, что мы просто друзья так играем. Ну да, у них на побережье все такие.

С охранником на буксире мы постучались в дверь номера Руперта.

— О, Григорий, Памела! — воскликнула теща, открыв дверь и тут же обняв Памелу. — Какие планы на сегодня?

— Руперт и я решили прогуляться. Веселимся, как всегда, — сказал я с таким видом, будто это обычный вторник.

— Что? — теща удивлённо посмотрела на Руперта. Он вчера говорил, что не особо жаждет проводить время.

— Руперт, пора, — я хлопнул его по плечу. — И да, верни мой телефон и ключи от тачки.

Руперт нервно передёрнулся.

— Эм, я себя неважно чувствую. Может, в другой раз?

— Всё в порядке. Пусть Григорий прогуляет тебя, — вмешалась Памела. — Мам, пойдём завтракать.

— Памела, ты не на работу сегодня?

— Мам, давай на пляж у озера съездим днём?

— Идём вместе, — Руперт тут же оживился.

Я усадил его обратно, улыбаясь, как настоящий победитель.

— Расслабься, Руперт, мы сами справимся. Мама, Памела, веселитесь.

— Мы постараемся. И тебе не скучать!

Охранник и Руперт сидели, явно чувствуя, что их день только что пошёл под откос.

Улыбка у меня на лице сияла, как будто вчера ничего не произошло. Хотя внутри буря — от меня веяло холодом. Я здесь не для игр.

— Григорий, мне жаль. Честно. Вчера я просто пошутил, — Руперт аж глаза округлил от страха.

— Да ладно, не возражаю, — ответил я с ленивой усмешкой.

— Серьезно?

— Конечно. Я вообще не против, — кивнул я с самым серьёзным лицом, будто собрался проповедовать.

— Я плохо себя чувствую, не хочу никуда идти, — Руперт вдруг заныл.

— Тогда я расскажу твоей жене и Памеле, что вы со мной вчера вытворяли.

— Ты же сказал, что не возражаешь! — Руперт вскинул руки, как будто я его подловил.

— Чтобы я не возражал, тебе придётся поиграть со мной сегодня.

— Ты что, в ледяную комнату меня? Я слишком стар для таких штук. Запри его, он моложе! — Руперт буквально пытался продать своего охранника.

— Ой, да ладно вам, — я сделал вид, что очень искренний. — Никого я не запру. Даже вреда вам не причиню. Честное слово.

— Правда? — Руперт пытался угадать, шучу я или нет.

— Конечно.

— Обещаешь, что не запечёшь меня в этой ледяной тюрьме?

— Абсолютно.

— Клянись именем Бога! — Руперт уже готов был молиться.

— Клянусь! Не запру и не трону тебя даже пальцем.

— Ты ведь не собираешься меня кормить чем-то мерзким? Или натравливать своих зверей?

— Да нет, конечно, — заверил я, потешаясь над его испуганной рожей.

Но, несмотря на мои уверения, Руперт выглядел так, будто готовился к худшему. А охранник вообще выглядел как человек, который уже пожалел о всех своих ошибках жизни.

Я вывел их обоих из отеля. На улице нас уже ждала машина.

— Давайте, садитесь, — распорядился я.

Они сели и тут же напряглись, увидев двоих своих приятелей в салоне. А ещё пару здоровых типов и самку тираннозавра для настроения.

— Привет, вам тоже. Как дела? — спросил я, не сдерживая ухмылки.

Их лица побелели, как простыни. Руперт и они метнулись к дверям, но те уже были заблокированы.

— Григорий, ты обещал, что не причинишь мне вреда! Я отец Памелы! — Руперт почти молил.

— Ха! Да кому ты нужен, старый ты чёрт, — я усмехнулся и кивнул водителю. — На причал, Андрей.

Когда мы приехали к пристани, я первым вылез из машины, вытаскивая за собой Руперта.

— Григорий, а куда мы направляемся? — спросил он, оглядываясь по сторонам.

— На водную прогулку.

— Подожди… Я видел новости! Там шторм, в десяти километрах от берега! — Руперт уже начал паниковать.

Я молча повёл его к прокату лодок.

— Нам нужна яхта. Руперт, будь другом, дай свою кредитку.

Руперт только молча уставился на меня, как на проклятие.

Скоро у нас была маленькая яхта, метров семь в длину, не больше. Внутри одна каюта, стоимость — как пара машин с пробегом.

Андрей с корешами помогли затолкать их на борт, и мы отплыли.

— Григорий, ты что, нас утопить решил? Ты же знаешь, это незаконно! — Руперт уже готов был тонуть от паники.

— Да брось. Кого я топить буду? — я крутанул штурвал. — Не смеши меня.

— Смотри, впереди тучи… Там буря! Мы не можем туда идти!

Я лишь пожал плечами и продолжил курс. Стоял на палубе маленькой лодки, как капитан корабля мечты. Волны вокруг поднимались, а небо над головой темнело. Шторм приближался, но я даже не думал притормозить.

— Григорий, пожалуйста, останови лодку! — Руперт уже дрожал, как осиновый лист. Остальные тоже прижались друг к другу. Вот они, бедняги.

Мы были в дюжине километров от центра шторма, и лодка начала покачиваться, как в каком-то аттракционе. Весело, правда? Я закрепил рулевое колесо, быстро и четко, и выкинул всех из кабины на палубу. Мой шоу-тайм начался.

— Ну что, ребята, готовы встретиться с бурей лицом к лицу? Захватывающе же, не так ли? — Я усмехнулся, глядя на их побелевшие лица.

— Ты с ума сошёл! Мы все утонем! — проблеял Руперт, пытаясь найти спасение в моих глазах. Глупец.

— А ты как думал? Конечно, опасно. Надень спасательный жилет, красавчик, — я подмигнул ему, делая вид, что сочувствую.

— Григорий, пожалуйста, давай вернемся. Я обещаю, не буду мешать тебе с Памелой! Честно! Дам своё благословение! — У Руперта глаза чуть ли не выскочили на лоб от страха.

Я качнул головой, наслаждаясь их паникой. Никогда не видел таких трусов.

— Ребята, настоящие мужчины не прячутся от шторма. Шторм — это проверка! — я вышел на палубу, глядя на небо, как герой боевика на постере. Руперт уже весь мокрый от слёз и воды.

— Я не хочу быть настоящим мужчиной! — простонал он.

— Поздно, — сказал я, улыбаясь. — Слишком поздно. Раз уж мы здесь, давайте поживём на полную катушку.

— Охрана! Если вы хотите выжить, остановите его! — Руперт истерил как маленькая девчонка.

Я взял биту, которую припрятал специально для таких случаев, и размахнулся. Руперт и его друзья тут же замерли. Не думал, что так боятся простой биты.

— Кто хочет первый? — Я размахнулся и сломал дубинку об палубу. — Давайте, попробуем сломать руку!

— Григорий, успокойся! Мы же друзья! Мы… вернемся на сушу, и можешь отомстить! Но ты же нас сейчас убьешь! — умолял Руперт, чуть не на коленях.

— Ах, запереть меня в морозилке — это была шутка, да? — я прищурился.

— Ты же сам сказал, что тебе всё равно!

— Ну да. Я тогда не бил тебя. Пока что. Но всё может измениться.

Руперт нервно сглотнул. А тут еще огромная волна. Лодку подняло метра на четыре и швырнуло обратно в воду. Всех раскидало по палубе, как тряпичных кукол. А я? Я держался за перила одной рукой и наблюдал за этим цирком.

Небо потемнело совсем, а волны начали злиться по-настоящему. Возвращаться? Уже поздно.

Когда огромная волна перевернула лодку, все оказались в воде. Ладно, не паниковать. Я быстро вытащил Руперта из воды. Телохранители сами справятся. Это ж не моя забота, они всё-таки не цветочки, утонуть сразу не смогут.

— Ты, ублюдок, ты нас всех погубишь! — Руперт с трудом выплёвывал воду, пытаясь ругаться.

Я лишь усмехнулся, наслаждаясь его беспомощностью.

— Что, попался на крючок, а, Руперт?

— Ты, *барь… ты, *барь… — Руперт яростно выругался в мой адрес. — Психопат, идиот… ты нас всех убьёшь.

Кхе, кхе.

Нахлынула волна, и Руперт захлебнулся несколькими глотками воды.

Я следил за остальными, чтобы их волной не смыло. Все натянули спасательные жилеты, так что пока волноваться было не о чем. Лодку нам конечно же разломало и уже не пригодна для плаванья.

Честно говоря, шторм сам по себе не особо пугал. Он ворвался неожиданно, бушевал минут пять, и с таким же шумом испарился. Волны ещё немного качали нас, но вскоре море стало таким спокойным, что это больше напоминало пьяное покачивание, чем остатки ярости стихии. Однако настоящее испытание началось после. Солнце выглянуло из-за облаков с таким энтузиазмом, будто оно решило изжарить нас до состояния угля. Жарило так, что кожа буквально трещала.

Руперт, начал ворчать.

— Григорий, ты же взял рацию? — забормотал он, вытирая лоб рукавом. — Давай, зови спасателей, живо.

Я глянул на него с прищуром.

— О, правда? Ты думаешь, это так просто?

Он покраснел. Его панама, наполовину сползшая набок, придавала ему вид человека, который уже в глубокой стадии отчаяния.

— Ты хочешь сказать, ты её не взял? — в его голосе звучала искренняя паника.

Я пожал плечами.

— Ну, а зачем? Всё равно бы нам никто не поверил, что мы тут без еды и воды.

Руперт уставился на меня, словно увидел инопланетянина.

— Ты серьёзно? Мы как-никак в десятках километров от берега! Ты псих? Как мы теперь выберемся⁈

Я усмехнулся, показывая на свои плавки.

— Плавать будем. На мне же плавки.

— Ты ненормальный! — воскликнул он, закрыв лицо руками. — Мы же не дельфины! Это тебе не бассейн!

— Эй, ну хватит ныть, — бросил я, оборачиваясь к остальным, которые валялись по бортам лодки, как рыба, выброшенная на сушу. — Ну что, живы?

— Так себе, — хрипло ответил один из них, поднимая голову. — Жалеем, что вообще связались с тобой.

— Немного плаванья ещё никого не убило, — бодро сказал я, сворачивая из своей рубашки в импровизированный головной убор.

— Да это десять километров! — взвизгнул Руперт. — Солнце шпарит, нас тут зажарит живьём!

Я театрально вздохнул и посмотрел на него.

— Это всё про настрой, мой друг. Главное — верь в себя.

Руперт ударил кулаком по воде, разбрызгивая капли всем в лицо.

— Да к чёрту твой настрой! Даже марафонец столько не осилит!

Через час, когда все уже еле держались на воде, я всё ещё плывал рядом, как профессиональный тренер. Иногда подныривал под них, дразня их.

— Ну, что притихли? — крикнул я, оглядывая уставшие лица. — Мы ещё и двух километров не прошли!

— Чёрт тебя подери, Григорий… — простонал Руперт, выплёвывая воду. — Ты нас просто похоронил!

К этому моменту я уже понял: они решили, что умирать будем вместе. Впрочем, их собственная судьба казалась им намного более решённой, чем моя.

Солнце поднялось в зенит, вода стала теплее кипятка. У всех уже не было сил даже проклинать меня. Их движения становились всё медленнее, а глаза — безнадёжнее.

И тут вдали я заметил что-то тёмное. Сначала подумал, что это мираж, но чем дольше смотрел, тем отчётливее видел.

— Эй, смотрите! — закричал я, указывая рукой.

Все тут же встрепенулись. Руперт прищурился, стараясь разглядеть.

Глава 21 Вечеринка дома

— Эй, смотрите! — закричал я, указывая рукой на воду.

Они, измученные, подняли головы. Тёмный плавник, торчащий над поверхностью воды, заставил их мгновенно замереть.

— Косатка! — завопил Руперт, широко распахнув глаза. — Это косатка! Мы трупы… нас съедят…

— Давайте-давайте, шевелитесь! — подстегнул я, пытаясь скрыть смешок.

Видели бы вы их в этот момент. Парни, которые ещё минуту назад едва двигали руками, вдруг словно обрели второе дыхание. Руперт, загребая с диким энтузиазмом, вызывал ассоциации с моторной лодкой. Казалось, если бы ему дали шанс, он бы побил мировой рекорд по плаванию в открытой воде.

Но, увы, этот всплеск энергии продлился недолго. Спустя пару минут они начали задыхаться, ослабли и снова чуть не пошли ко дну.

— Ну же, не тормозите! Косатка ведь сзади! — подбодрил я их.

— Не могу… Григорий, если выберешься… позаботься о Памеле… скажи им, что я их любил… — прохрипел Руперт, едва держа голову над водой. Слёзы текли по его щекам, смешиваясь с солёной водой.

— Руперт, я не драматург. Давай без соплей. Плыви!

— Не могу! Замолкни… Пусть лучше кит меня съест… — выдохнул он, делая вид, что прощается с жизнью.

— Вы точно больше не можете? — уточнил я, подплывая ближе.

— Нет, не можем! — почти в унисон простонали они.

— Точно?

— Да, блин!

Я закатил глаза.

— Да вы издеваетесь⁈ Просто плывите уже!

Подплыв ближе, я оглядел их мокрые, жалкие лица.

— Ну что, сдаётесь? — спросил я с лёгкой улыбкой.

— Демон ты, а не человек… — простонал один из охранников.

— Козёл! — добавил Руперт, тяжело дыша. — Ты откуда такой выносливый вообще?

И тут я начал подниматься. Всё выше и выше. Они замерли, глядя на меня, будто я дух воды. А я уже стоял на чём-то твёрдом и тёмном. Берег? Нет, это была та самая косатка!

— Эй, вы что, не хотите подняться и отдохнуть? — спросил я, похлопывая её по плавнику.

— Ты издеваешься? Косатка нас не сожрёт?

— Да нет, знакомьтесь, это Бельфегор. Мой питомец.

На миг стало тихо. Затем Руперт взорвался, как я и ожидал:

— Бельфегор⁈ Это всё шутка, да⁈ — Он грозно замахал кулаками, но, очевидно, сил не хватало даже на это. — Ты знал, что он здесь⁈

Я лишь протянул руку. Ворча, ругаясь и угрожая мне всеми возможными карами, они всё-таки перебрались на спину косатки. Бельфегор терпеливо ждал, слегка покачиваясь на волнах.

— Ну что, Бельфегор, к берегу давай, — сказал я ему, погладив по голове.

— Ты всё спланировал⁈ — Руперт попытался меня задушить. — Я думал, помру!

— Руперт, хочешь обратно в воду? — спокойно спросил я, глядя прямо ему в глаза.

Он мгновенно остыл, но продолжал сверлить меня взглядом, злобно скрипя зубами.

— Слушай, он же огромный… — пробормотал один из охранников, глядя на силуэт Бельфегора в воде. — Косатки ведь обычно метров десять, а этот…

— Теперь мы квиты, — ухмыльнулся я.

— Да кто ты вообще такой⁈ — не унимался Руперт. — Ты чуть нас всех не угробил!

— Ага, как будто вы не пытались сделать то же самое. Помнишь морозилку?

— Так ты правда там сидел?

— Да, восемь часов! Вернулся как сосулька! Так что радуйтесь, что я вам не устроил ночёвку на айсберге.

Руперт вдруг побледнел:

— Постой, ты что, взял мою карту, чтобы арендовать яхту⁈

— Ну да.

— Ты знал, что яхту перевернёт⁈ Деньги мои верни! Это ж сотни тысяч!

— Расслабься, Руперт, я всё верну… может быть.

Он яростно размахивал руками, но выглядел настолько комично, что я не мог удержаться от смеха.

Бельфегор, между тем, мчался вперёд с невероятной скоростью. Через час мы уже видели берег.

* * *

На пляже стояла изнуряющая жара, и спасатель, прикрыв глаза от солнца, наблюдал за водой сквозь бинокль, который лежал на подставке, будто всегда готовый к любым неожиданностям. Волны лениво набегали на берег, ничего не предвещало беды, но в один момент что-то мелькнуло в озере. Спасатель прищурился, напряжённо всматриваясь в даль.

— Чёрт возьми, — пробормотал он. — Это что там такое?

На горизонте показались силуэты. Сначала было сложно разобрать, что это — то ли лодка, то ли люди. Он отложил бинокль и бросился к спасательному штабу.

— Ребята, поднимайтесь! Кажется, там кто-то в беде!

Коллеги оживились, мигом выскочив наружу. Один из них, Вадим, первым подхватил бинокль.

— Так, так… Погоди-ка. Это что, Григорий?

— Дай-ка сюда, — Памела ловко выхватила бинокль из его рук. — Ох… Это не только он. Там ещё мой отец!

Она резко обернулась к остальным:

— Они что, сегодня выходили на воду? Но… Почему они не на лодке?

Вадим нахмурился:

— Подожди… Это что за штука под ними?

— Это… Бельфегор⁈ — Памела ошарашенно уставилась на спасателя.

— Да ладно, брось, — протянул кто-то из команды.

Но сомнения в голосах уже звучали неуверенно.

На пляже тем временем начали собираться зеваки. Туристы, завидев чёрную громаду, выступающую из воды, загалдели:

— Слушай, это кит?

— Похож на косатку!

— Это точно тот самый Бельфегор из интернета, помнишь?

— А кто на нём?

Гул толпы усиливался. Тем временем Бельфегор, с лёгкостью разрезая воду своим массивным телом, быстро приближался к мелководью. Спасатели уже стояли наготове, но вдруг осознали: помощи киту и его пассажирам не потребуется.

Когда он достиг берега, люди расступились, кто-то даже отшатнулся в испуге. Гигантская косатка, на спине которой сидели Григорий, Руперт и ещё несколько человек, медленно опустилась в воду. Пассажиры один за другим слезали, благодарно гладя Бельфегора по голове.

Руперт, сияя, прошептал:

— Какой он всё-таки красавец.

— Красавец, говоришь? — вдруг раздался знакомыйголос.

Из толпы появилась тёща Руперта. Скрестив руки на груди, она вперила в него тяжёлый взгляд.

— Руперт, это что ещё за аттракцион? Ты зачем на спине кита катался?

— Э-э… Мам, ты здесь откуда?

Памела подошла, чтобы разрядить обстановку, но тёща не унималась:

— Григорий, ты хоть понимаешь, что наделал? Почему ты не позвал меня⁈ Я бы тоже хотела прокатиться на Бельфегоре!

Григорий только тяжело вздохнул, глядя на Памелу.

— Руперт уговорил меня показать ему Бельфегора. Не думал, что всё обернётся вот так.

Тёща нахмурилась ещё сильнее.

— В следующий раз без меня не вздумайте соваться в озеро!

А Бельфегор, между тем, медленно развернулся и, едва заметно качнув хвостом, ушёл обратно в глубину, оставляя на берегу лишь легкую рябь и толпу озадаченных зевак.

— Э-э… — Руперт, и охранники чуть не расплакались. Они бы предпочли не испытывать такого.

Жена Руперта понятия не имела, с чем они только что столкнулись.

— Мам, Бельфегор — питомец Григорий. Если ты хочешь пообщаться с Бельфегором, ты можешь попросить Григория. Григорий, я прав?

— Конечно. — На лице у меня сияла улыбка. Бросил угрожающий взгляд на Руперта и телохранителей.

Только тогда настроение тещи улучшилось. Она всегда любила водных млекопитающих.

У нее был нулевой иммунитет против дельфинов и китов.

Когда она увидела, что Руперт только что ушли от Бельфегора, ей показалось, что она только что потеряла миллиард.

Было почти невероятно, что Григорий смог приручить такого дикого кита и попросить его спасти их всех.

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я собирался вздремнуть.

— Гриша, привет! Это Ракша. Мы тут подумали, я, Риша и дети… Мы можем к тебе на ужин?

— Конечно, — ответил я, но быстро добавил: — Только прихватите продуктов. У меня тут родители Памелы, а еды, боюсь, не хватит.

Ракша засмеялся и сказал, что они уже в пути. Я также позвонил Гансу, чтобы он принес свое лучшее вино. Золотой человек.

Когда гости наконец добрались до моего дома, я первым делом подошёл к Рише и обнял её.

— Как ты, Риша? Всё нормально? — спросил я, глядя ей в глаза.

— Отлично, Григорий, спасибо! — улыбнулась она и протянула мне бутылку вина. — Вот, привезли немного.

Я скептически осмотрел бутылку.

— Надеюсь, это не по миллиону за штуку? — Я до сих пор переживал из-за той истории.

Риша хмыкнула.

— Не волнуйся. Всего несколько сотен тысяч.

Я только покачал головой. Ну а что делать? Провёл всех внутрь. В доме уже было шумно.

Дети тут же ринулись к енотам и ящеру. Девочка Вильгельмина взгромоздилась на Аркитоса.

— Я повелительница-дракона! Р-р-р! — кричала она, потрясая воображаемым мечом.

Другие дети тоже не отставали.

— А я повелитель Белого Енота!

— А я повелитель Желтого Енота!

Во дворе стало как-то тесновато, шумно, но по-хорошему. Веселье только начиналось, и я, оглядев компанию, попросил охранников Руперта разжечь два гриля. Огни запылали яркими языками пламени, и возле мангалов тут же заняли позиции Ракша, Ганс и Риша. Они переговаривались о чем-то своём, перекидывались шутками, которые долетали до меня обрывками. А Руперт, Памела и её мать уже развалились у бассейна, наслаждаясь отдыхом, будто на курорте.

Внезапно ко мне подбежала Вильгельмина — шустрая девчушка лет шести с вечно растрёпанными волосами. Она дернула меня за рукав и, широко распахнув глаза, затараторила:

— Дядя Гриша, а где большая рыба? Ну, эта, чёрно-белая!

— Какая ещё рыба? — растерянно переспросил я.

Ганс, который как раз подбрасывал угли, ухмыльнулся и вставил:

— Она про Бельфегора. Про кита.

— Ах вот оно что, — протянул я, уже понимая, куда ветер дует.

С другого конца двора раздался смех матери Памелы. Она, отпивая коктейль, подмигнула:

— Сегодня каталась на нём! Зятек покатал меня. Это было что-то невероятное! Он умный, послушный, лучше любого аттракциона.

Дети тут же устремили на меня горящие глаза. Ну как тут устоять?

— Дядя Гриша, ну пожалуйста! — взмолилась Вильгельмина.

Ракша, стоявший поблизости с хитрой улыбкой, подлил масла в огонь:

— Ты ведь не разочаруешь малышей, правда?

Я махнул рукой, пытаясь уйти от ответа:

— Может быть, позже. Сейчас некогда.

Риша, которая молча прислушивалась к разговору, вдруг нахмурилась:

— Григорий, а ты уверен, что всё будет безопасно?

Я постарался ответить спокойно, чтобы развеять её сомнения:

— Спокойно. Мои питомцы людей не трогают.

Разговор плавно сменился, когда тёща внезапно обратилась к Ракше:

— Вы ведь председатель Морской палаты, да?

— Совершенно верно, — кивнул он с вежливой улыбкой. — А вы, насколько я помню, владеете сетью супермаркетов?

— Всё так. Возможно, найдём точки соприкосновения для сотрудничества, — ответила она, хотя всем было ясно, что морские перевозки и супермаркеты — это как мёд и морская соль.

Пока взрослые обсуждали свои дела, дети снова окружили меня, но я отвлёк их обещанием вкусного мяса. Вскоре аромат шашлыков уже наполнял воздух, а веселье шло своим чередом.

К вечеру всё разошлось по привычному сценарию: жаркие споры, смех, а потом тихий, но неизбежный конец шумного дня. Когда все разошлись, мы с Памелой остались разбирать последствия вечеринки. До ночи вытирали столы, собирали посуду и пытались найти хотя бы один целый стакан. Уснули уже за полночь, уставшие, но довольные.

* * *

На следующий день я отправился на стройку у моря. Хотелось посмотреть, как продвигается строительство нового дома. Этот проект был для меня больше, чем просто очередной дом — это была попытка начать всё с нуля после пожара, уничтожившего мой прежний очаг.

Едва оказался там, как я заметил фигуру Данила. Он стоял у края стройплощадки и махал мне рукой, словно старому другу.

— Григорий! — громко поприветствовал он, когда я вышел из машины.

— Привет, Данил. Как тут дела? — я крепко пожал ему руку, бросая взгляд на недостроенный дом.

Данил вытер руки о рабочий комбинезон, чуть помялся и бодро доложил:

— Основу мы завершили. Теперь начинается самое интересное — отделка и декор.

Я усмехнулся, но внутри закипала лёгкая тревога.

— И сколько на это нужно времени? Ты же знаешь, я сейчас живу у друзей. Не могу вечно оставаться у них на шее.

Данил, как всегда, был честен до жестокости. Он посмотрел на меня серьёзным взглядом, будто пытался взвесить каждое слово:

— Григорий, тут торопиться нельзя. Ты же сам выбрал место — у самого моря. Ошибёшься в расчётах или используешь не тот материал, и через пару лет всё начнёт рушиться. Тебе это надо?

— Ну, ладно-ладно, я понял. Но хотя бы примерные сроки?

— Минимум два месяца. Это если всё пойдёт как по маслу, — сказал он, разводя руками, как будто хотел подчеркнуть, что от него тут мало что зависит.

Я кивнул и направился к дому. На данный момент это была скорее груда металла и стекла, чем полноценное жилище, но проект выглядел впечатляюще. Углеродистая сталь, огромные панорамные окна — современно, эффектно, а главное, надёжно.

На берегу уже стоял деревянный мостик, ведущий к небольшому причалу. Правда, он больше походил на игрушечный — для больших яхт он явно не годился. Данил рассказывал, что нанял инженеров углубить канал. И хотя это выглядело перспективно, я только представил, сколько на это уйдёт денег, и у меня кольнуло в боку.

Мебель, техника, кухонный гарнитур, ванная… Домашний кинотеатр? Мне недавно озвучили стоимость — восемьсот тысяч. Это было просто немыслимо. В голове стучала простая цифра: тридцать миллионов. Именно столько «утекало» на этот дом.

Я остановился, глядя на стройку, слушая шум волн. Стоило ли оно того?

Зато мебель решили заказывать у Роберта. Ну а что, он с другом всё делал вручную — настоящий мастер. Мы их работы видели, и глаз не отвести: красота такая, что кажется, будто сам к ней руку приложил. Да и дешевле, чем покупать готовое.

Роберт только вздохнул в трубку, когда мы с ним общались:

— Да всё просто, ребят. Дерево живое — его чувствовать надо. А фабричные — они, как пластик, души в них нет.

— Ну, ты философ! — смеялся я.

— А как иначе? — он в трубку послышалось, как он постучал по столешнице. — Вот, попробуй не любить такое.

А тут меня ещё одна мысль осенила. Думаю: раз есть причал, почему бы яхту не завести? Ну, не новую, конечно. Новая — это как космос слетать. Но подержанная, в хорошем состоянии… В голове сразу картинка: я стою на палубе, ветер треплет волосы, а впереди — только море и горизонт. Романтика, одним словом.

Тем временем Черныш решил не отставать и затеял свою стройку. Только его новый дом выглядел… странно. Нет, правда странно. Он притащил туда целую гору костей. Не сотню-другую, а, кажется, всех, что смог найти в округе.

— Черныш, это что за безумие? — спросил я, ошарашенно глядя на то, как он таскает кости в яму.

— Ну, а как ты думал? Я, между прочим, Жнец Смерти, мне положено, — гордо заявил он.

— Кому положено? Тебе? Ты же вроде… не совсем Жнец.

— Раньше — нет. Но ты открыл мне глаза. Теперь я понимаю, что быть Жнецом круче, — важно произнёс он и уронил очередной череп в кучу.

— Окей, допустим. Но зачем скелеты?

— Я выучил заклинание мёртвой души. Они будут помогать мне строить. Ну и дизайн, конечно, подходящий нужен. Кстати, найди мне дизайнера. Хочу, чтобы было красиво!

— Да уж, конечно, — пробормотал я, глядя на это странное хозяйство.

Вот так мы и строили. Я — дом из стекла и стали, а Черныш — из магии и костей.

— Ты серьёзно⁈ — спросил я, когда увидел, как скелет с ведром цемента в руках марширует по стройке.

— Ещё как серьёзно, — лениво ответил Черныш, развалившись в кресле. — Почему у вас, людей, могут быть шикарные дома, а мне, демону, нельзя? Где справедливость?

Когда я поднялся из подвала после очередного дня стройки, раздался звонок. Иван.

— Эй, Григорий, — бодро начал он. — Есть для тебя работёнка. Пациент с заморочками. Возьмёшься?

— Что за пациент? — насторожился я.

— Подробностей мало. Но говорят, двоих врачей до тебя он довёл до психушки.

— Что, псих-убийца? — глаза сами собой сузились.

— Да ну тебя, — Иван хмыкнул. — Я бы не стал подставлять.

— Сколько платит?

— Двадцать миллионов.

— Сколько⁈ — у меня перехватило дыхание.

— Видишь, как я о тебе забочусь, — серьёзно ответил Иван.

Мы с ним дружили всего полгода, но уже выручали друг друга не раз. Могли поспорить о пустяках, но в серьёзных ситуациях всегда держались вместе. Иван всегда предупреждал, если на горизонте маячила беда.

— Конечно, возьмусь! — выпалил я. — Кто же откажется от таких денег?

— Ладно, тогда увидимся в психушке, — подколол он.

— Это ты там скоро окажешься, — буркнул я, но внутри уже разыгралась интрига: что это за пациент, который сводит врачей с ума?

Глава 22 Проклятье родословных

Старый кирпичный дом стоял за стеной, утонув в зелени. Он выглядел так, будто его построили в прошлой жизни.

— Григорий, тут смерть так и витает в воздухе, — заявил Черныш, зависнув над головой.

— Это злые духи? — спросил я.

— Да нет, ничего такого, — Черныш покачал головой. — Но тут что-то странное.

Злых духов я не боялся. Черныш, если что, может даже корабль-призрак потопить в одиночку. Для него духи — это как овцы, которых он бы с удовольствием сожрал.

Подойдя, я позвонил в колокольчик на воротах. Через секунду из тени появилась фигура и помахала рукой. Я толкнул ворота и вошёл. На пороге стоял согнутый мужчина в нескольких слоях одежды.

— Январь на дворе, а я чуть футболку не снял, — пробормотал я, оценивая жару.

Внутри дома было темно, как в пещере. Шторы задернуты, свет выключен. Разглядеть лицо пациента не получилось.

— Это вы меня вызывали? — спросил я.

— Да, — прохрипел мужчина.

— Как вас зовут?

— Капчу.

— Расскажите, что у вас случилось?

— Ты не читал, что случилось, перед тем как сюда прийти?

— Ну, про то, как вы отправили двух врачей в дурдом, слышал, — буркнул я.

— Отлично. Тогда давай договоримся: ты не станешь третьим. Мне уже надоело вызывать санитаров.

— Я не дурак, — заявил я, подняв подбородок. — С кем я только не имел дела.

— Точно? — пациент прищурился.

— Уверен, — кивнул я.

Мужчина щёлкнул выключателем, и комната залилась светом. Я тут же отметил: парень был молодым, не больше тридцати. Лицо, честно говоря, выглядело вполне здоровым.

— На больного ты не похож, — прямо сказал я.

— Готовься, — мужчина сделал паузу для драматического эффекта. — Ты вообще готов?

— К чему? — нахмурился я, когда он начал стаскивать пиджак. — Эй, ты чего раздеваешься?

— Чтобы ты всё видел, — пояснил тот, снимая рубашку.

— А я не гей, — буркнул я, глядя на него с подозрением.

— Расслабься, это шутка, — клиент улыбнулся, но всё равно продолжил раздеваться.

И вот, когда последняя рубашка упала на пол, тишину разрезал ужасный, душераздирающий крик. На груди и животе мужчины извивались три кошмарных лица. Они орали так, будто прокляли сам воздух.

— ААА! — я заорал, зажимая уши, но крик никуда не делся. — ЗАТКНИТЕСЬ И СПИТЕ! — в отчаянии прокричал я.

И тут, как по волшебству, три морды закрыли глаза и затихли. Я обессиленно выдохнул.

— Уши, уши… — пробормотал, потрогав их. На пальцах осталась кровь.

— Ты их остановил? — выдохнул пациент, смотря на меня с благоговением. — Как тебе это удалось?

— Что это вообще было? Ты мутант? — Я всё ещё пытался восстановить слух.

— Да кто ж знает! — взорвался мужчина. — Просто по-приколу нарисовал эти лица… А теперь они вот тут! Избавься от них!

— Подожди, дай отдышаться… Не говори пока, — я поднял руку, словно отмахивался от слов. — И, бога ради, оденься.

Минут через тридцать я пришёл в себя.

— Ладно, начнём сначала, — вздохнул я. — Имя?

— Капчу.

— Я Григорий. Зови меня просто Гриша. Ну, рассказывай, что там с твоей бедой.

Капчу начал пересказывать, но из этого получилось какое-то месиво из слов. Уловил только одно: парень понятия не имел, откуда взялись эти демоны. До него пациент успел довести двух врачей до психушки.

И тут зазвонил телефон.

— Да? — я ответил.

— Это Иван. Ну что, ты в порядке? Пациента видел?

— Видел, — выдохнул я. — Состояние у него… скажем так, нестандартное.

— Отлично. За двадцать я получу четыре миллиона комиссионных.

— Ах, тебе только деньги важны? — Я закатил глаза. — Всё, между нами всё кончено, Иван!

Закончил разговор и положил трубку, вновь сфокусировался на пациенте.

— Черныш, дело серьёзное? — спросил я, когда он подошёл ко мне. Лицо у него было такое, будто он привидение увидел или хуже — свою бывшую.

— Серьёзнее некуда, — ответил он, понизив голос до шёпота, чтобы никто не подслушал. — Кто-то заморочился и применил «Проклятие родословных». Теперь три души его родственников торчат в его теле.

Я скривился, пытаясь переварить эту информацию.

— И их можно как-то вытащить?

— Можно, — он бросил взгляд на бедолагу Капчу, который сидел в углу, дрожа всем телом. — Но тогда они умрут окончательно. Ты уверен, что он этого хочет?

Капчу тут же вскинул голову, побелев ещё больше.

— Григорий, ты же поможешь? Найдёшь способ, да?

Я прищурился и повернулся к нему.

— Эти три лица, что у тебя вылезают, тебе знакомы?

— Лица? Какие ещё лица?

— Ты хоть раз их разглядывал?

— Да как я на них смотреть-то должен⁈ Они пугающие! И кричат, когда появляются!

— Подними рубашку, — велел я. — Медленно. Может, они сейчас спят.

Он, дрожа, как осиновый лист, послушно начал поднимать рубашку. Я приготовился к худшему, но всё равно вздрогнул, когда увидел их. Три отвратительные рожи, словно вырезанные из кошмаров, смотрели на меня.

Я дотронулся до одной из них, и в ту же секунду проявилось больше деталей. Женское лицо.

— Мама? — выдохнул Капчу. Его глаза стали больше, чем монеты.

— Это твоя мама? — переспросил я.

— Ну… может быть, — промямлил он.

— А это кто? — я указал на второе лицо.

— Отец.

— А третье?

— Бабушка… Она меня растила.

Я отстранился, не зная, смеяться или плакать.

— Ясно. Кто-то засунул их души в твоё тело. Вопрос: зачем?

— Я… я не знаю! — Капчу чуть ли не завыл.

— Слушай сюда, — я постарался говорить спокойнее. — Я могу их вытащить, но они исчезнут. Навсегда.

— Но они же уже мёртвые? — Капчу потерянно уставился на меня.

— Умрут ещё раз. Но это всё равно не бесплатно, — я ухмыльнулся.

— А по-другому никак? — его голос дрожал.

— Это тебе не книжки с магией, Капчу! Я первый раз с таким сталкиваюсь. Дай подумать, ладно?

Он молчал, но его глаза выдали, насколько он в отчаянии. А потом резко вытащил чековую книжку и выписал чек на двадцать миллионов.

— Возьми. Это задаток.

Я только усмехнулся и отодвинул его руку.

— Не возьму. Пока не решу проблему, денег не надо.

— Это всё, что у меня есть! — он чуть ли не плакал.

— Ты что, олигарх? — Я окинул взглядом его дом. Обычная развалюха.

— Это бабушкин дом! Я тут скрываюсь от слуг.

— Слушай, оставь деньги при себе, — отмахнулся я. — Лучше придумай, кто мог это сделать.

Капчу покраснел.

— Я не знаю!

Я глубоко вздохнул и продиктовал ему номер.

— Ладно, я пошёл. Если появится ещё какая-нибудь странность — сразу звони.

Когда вышел из дома, голова раскалывалась. Проклятие родословных? Да это даже для меня звучит, как что-то из дурного сна.

Затем отправился к Ивану. Он обещал бесплатный обед, а я голодал как студент перед сессией.

— Григорий, как жизнь? — встретил меня Иван с чашкой кофе в руках.

— Да как… У пациента тяжёлый случай, — вздохнул я. — Пока не могу вылечить.

Иван тоже вздохнул, как будто это его проблема.

— Но шанс есть. Он уже задатком двадцать миллионов предлагал.

Иван аж подпрыгнул.

— Двадцать⁈ Серьёзно? Это уже не шанс, а целый лотерейный билет!

— Ну, это если я его вылечу. В любом случае меньше не получится.

— Так чего ты сидишь? Думай быстрее!

— Сначала поесть бы. — Я осмотрел стол. — Чувак, где моя еда?

Иван что-то буркнул себе под нос, потом швырнул мне бутер.

— Ты сюда только жрать ходишь, да?

Я молча открыл банку колы. Всё по делу.

Тут зазвонил телефон. Вениамин.

— Григорий, свободен? — спросил он бодрым голосом.

— Зачем? Ты заболел? — подозрительно уточнил я.

— Нет, просто хочу поужинать с тобой.

— Ну, прекрасно. Куда идти?

— Центральная, ресторан «Империя» 22-й этаж.

— Уже бегу.

Поднялся на лифте, повернул налево, и вот он — ресторан. На входе двое в чёрном. Такие серьёзные, будто перед их носом собрались все гангстеры города. Внутри пусто. Как после зомби-апокалипсиса.

— Вениамин, я у двери, — сказал я в телефон.

Один из парней у входа кивнул, будто у него прямой эфир в ухо шёл.

— Вы Григорий?

— Да.

— Проходите. Господин Вениамин ждёт вас внутри.

Я зашёл и понял: Вениамин — единственный клиент. Сидит у окна, как король. Подошёл к нему.

— Можешь подавать блюда, — сказал он официанту. Важно так.

— Григорий, слушай, — начал Вениамин. — Я подписал контракт на фильм. Про тебя и твоих друзей.

Я чуть не подавился.

— Чего? Ты хочешь, чтобы я снимался?

Вениамин ухмыльнулся:

— Если хочешь, пожалуйста. Но вообще-то речь не про тебя.

— Тогда о чём?

— Про кита. Хочу его одолжить для съёмок.

Я представил ленивого Бельфегора на площадке. Как он развалится посреди сцены, откажется двигаться и потребует жрать.

— Ты уверен? Он вообще-то не актёр.

— Я заплачу ему по высшему тарифу для животных.

— Так компьютерная графика же у вас есть. Реалистично и всё такое.

Вениамин фыркнул:

— Ты знаешь, сколько стоит минута компьютерной графики? Реальное животное дешевле и лучше. Так что, сколько ты хочешь?

Я задумался. Бельфегор, конечно, будет злиться, но с другой стороны…

— Ладно, сколько ты платишь?

— Полтора миллиона в час.

Я чуть не упал.

— Что ты сказал?

— Снимем около тридцати часов за три-четыре дня. Всё зависит от того, как пойдут дела.

Я закатил глаза:

— Ты точно не можешь больше заплатить?

Вениамин рассмеялся.

— Григорий, я режиссёр, а не богач!

— Цена нормальная. Я бы согласился, — сказал я, пытаясь не выглядеть слишком заинтересованным. — Когда начнём снимать?

— Дам знать. Актёры пока готовятся. Кстати, у Виктора тоже роль.

— Виктор? И кого он играет?

— Грабителя. Водитель, который сваливает с места ограбления. Его в конце пристреливают кавказцы.

Я чуть не выплюнул кофе. Смешно и грустно одновременно.

— А мой персонаж доживёт до финальных титров? — спросил я, сощурившись.

Вениамин рассмеялся.

— Конечно, доживёт! Я тебе это гарантирую.

Затем я сменил тему.

— Кстати, ты нанял двух телохранителей?

— Угу. На одном мероприятии какой-то парень попытался пробраться ко мне. Охрана его остановила, но он успел ранить одного из них. На следующий день я сразу нашёл этих двоих.

— Ты в порядке? — уточнил я, хотя он выглядел живым и здоровым.

Вениамин кивнул.

— Всё нормально. Только нервы потрепал. В моём возрасте такие штуки заставляют чаще думать о… ну, сам понимаешь.

Понимал. Никто не хочет думать о смертности, особенно когда всё уже есть. Даже я боялся.

Вениамин вытащил контракт и протянул мне. Я быстренько подписал, стараясь не задерживаться на «мелком шрифте».

— Кстати, ты ещё общаешься с Илоной Пурпурной? — спросил он, сверкая глазами.

Я задумался. Кинобизнес — это жёсткий рынок. Илона, по сути, попала сюда благодаря мне. У неё не было связей. Если не дать ей шанса, всё, ради чего она старалась, окажется пустышкой.

— Если есть возможность, дай ей роль. Она хорошая актриса, — сказал я как можно проще.

— У неё даже заметной работы тут не было. Думаешь, она справится? — Вениамин явно сомневался.

Я пожал плечами.

— Главное, чтобы её запомнили. Мосфильм кишит такими, как она. Без яркой роли она просто исчезнет.

Вениамин посмотрел на меня с хитрым прищуром.

— У тебя к ней ещё остались чувства?

— Она просто хорошая актриса, — ответил я сдержанно.

Чувства? Да вроде нет. Когда-то у нас что-то было, но разошлись без обид. Я даже сказал ей, что встречаюсь с другой, а она пожелала мне счастья. Искренне ли это было? Не знаю. Но я бы хотел, чтобы она выкарабкалась. По крайней мере, не сидела бы без работы.

— Думаешь, она потянет главную женскую роль? — продолжил Вениамин.

— Роль репортёрши?

Он кивнул. Репортерша в сценарии была смелой, пробивной. Как раз та, кто может потягаться с главным героем.

— Если считаешь, что она справится, я не против, — сказал я.

Хотя, если честно, выбор за Вениамином.

Я никогда не был частью Мосфильма, но даже я знал: выбор актёров — это не только прихоть режиссёра. Да, он мог сам подобрать второго или третьего на главные роли, но с главной героиней всё сложнее. Там были такие критерии, что волосы вставали дыбом.

— Это мой фильм, — заявил Вениамин, лениво откинувшись на стуле. — Я тут главный.

Я посмотрел на него. Чуть не забыл, что этот мужик — легенда Мосфильма. Его фильмы собрали миллиарды. Он не делал сиквелы, хотя крупные студии и умоляли.

Мосфильм — это как джунгли. Если ты умеешь снимать так, что кассу разрывает, тебе разрешат что угодно. Вениамин был королём этих джунглей. Мог вырезать сцены, менять сценарий, менять всё, что угодно. Остальным режиссёрам оставалось только мечтать о такой свободе.

— Вениамин, если она получит шанс, я буду вам благодарен, — сказал я.

— Благодарен? Тогда давай скидку на кита в два раза.

— Во сне своём, — пробормотал я.

В этот момент в комнату вошёл охранник в чёрном костюме.

— Господин, вас хочет видеть женщина.

— Кто?

— Линда, актриса из Америки.

Вениамин махнул рукой:

— Скажи ей, что я занят.

— Вениамин, мне пора, — сказал я, вставая.

— Ну ладно, — Вениамин обнял меня. — Только не тащи с собой этого омара.

— Поздно, — я ухмыльнулся.

— Ты придурок, — засмеялся он. — Этот лобстер стоит восемьдесят штук.

Я вышел из ресторана, достал телефон и набрал Илону.

— Григорий, что за праздник? Ты вспомнил про меня? Девушка бросила? Если что, я готова утешить.

— Я только что говорил со Вениамином. Возможно, у тебя есть шанс на главную роль в его новом фильме.

— Правда? Главная роль? Я?

— Эй, подожди радоваться. Ничего не обещаю. Но шанс есть. Героиня — которая всё делает сама. Подготовься.

— Григорий, спасибо! Ты лучший! Если что-то нужно — хоть всё остальное…

Илона всегда умела подколоть. Её голос звучал тепло, а я пытался не думать о её длинных ногах. Всё-таки у меня уже были отношения, и я не собирался их разрушать.

И тут прямо передо мной появилась пара ног. Длинных, стройных ног.

Я поднял взгляд.

— Линда?

— Ты же видел меня раньше, — улыбнулась она.

Да, я её помнил. Лечил однажды. Она подозревала ЗППП. Смотрел её тело, конечно. Но тогда это был взгляд врача. А сейчас… Скажем так, немного другой взгляд.

— Привет, Линда, какой сюрприз! — сказал я, глядя, как она появляется на пороге.

— Григорий, ты ведь близок с мистером Вениамином? — начала она без предисловий.

— Нет, я его личный врач, не более, — пожал плечами я.

Она хитро прищурилась:

— Можно задать пару вопросов? У тебя есть минутка?

Я покачал головой:

— Если это про мистера Вениамина, то вряд ли я чем-то помогу. Занят я. До свидания.

Линда сделала обиженное лицо:

— Григорий, ну давай поговорим по-человечески!

— Нет, — отрезал я. Если бы это было пару лет назад, может, я бы не отказался на пару часов «поговорить» с ней. Но сейчас… Нет.

И тут Линда достала козырь. Она схватила меня за руку, вытащила из сумочки пачку денег и сунула мне в ладонь. Я на секунду опешил, но быстро взял себя в руки.

— Так, и что ты хочешь узнать? — спросил я, взвешивая пачку в руке. Полмиллиона, не меньше.

«Деньги не пахнут», — подумал я, хотя и удивился, что она таскает с собой столько наличных. А если ограбят? Хотя кому в здравом уме придёт в голову грабить Линду?

— Говорят, у Вениамина новый проект. Это правда? — она с надеждой уставилась на меня.

— Правда, — коротко кивнул я.

— А кто у него в команде? Ты знаешь?

Я рассмеялся:

— Линда, я врач! Думаешь, Вениамин рассказывает мне о своих делах?

Линда нахмурилась. Она явно ожидала большего.

— Если это всё, что ты можешь сказать, верни деньги.

Я пожал плечами:

— Ты знала, что я врач. Это же не новость, правда?

Она стиснула зубы, злость буквально светилась у неё на лице. Честно говоря, платить столько за такую информацию было глупо. Особенно, если учесть, что это её годовой гонорар за одну из её «особенных» ролей.

— Интересно, что сделает Вениамин, если узнает, что его врач берёт взятки? — холодно сказала Линда.

Я ухмыльнулся:

— Линда, если ты считаешь, что — это взятка, расскажи ему об этом. Правда, сначала приготовь речь.

Её наивность поражала, почти как её привычка выдумывать проблемы.

Я оставил её стоять в дверях, кипящую от злости. Честно? Она и сама была не без греха. Если бы Вениамин узнал, она бы лишилась не только роли, но и репутации.

* * *

Тут у Линды зазвонил телефон.

— Линда, у меня есть для тебя дело. Возьмёшься? — это был её агент.

Её агент славился своим умением добывать деньги для своих подопечных… но чаще всего такими методами, от которых лучше краснеть в одиночестве.

Линда задумалась. Её карьера зависла где-то между «почти звезда» и «никому не интересна». Она зарабатывала немало, но тратила ещё больше. Светская жизнь, платья, тусовки. Всё это стоило кучу денег.

— Личная работа? — уточнила она, закусывая губу.

Агент хмыкнул. Она знала, что это значит. Ещё одна ночь, закрытые глаза, а потом утро с чемоданом денег. Это могло исправить её финансы.

Но, честно? Линда всегда была на распутье между тем, чтобы бороться честно, и тем, чтобы продать себя за роль.

Это было примерно так, будто Линда сунула Григорию пару сотен тысяч и сказала: «Гриша, разузнай мне всё».

Такое у неё случалось. Иногда она искала информацию, как собака на охоте. Роль же не достанется просто так.

Даже самые крутые звёзды, поверьте, далеко не всегда начинали с белого листа. Линда это понимала.

— Сколько это стоит? — спросила она, задумчиво прикусив губу.

— Десять миллионов. — Агент сказал так, будто продавал скидочные купоны на кофе.

Она вскинула бровь.

— Серьёзно? Это дешёво.

Линда кивнула. Её глаза чуть блеснули. Она умела считать выгоду. Ей нужно было знакомство. И не просто «привет-пока», а что-то полезное. В Мосфильме без связей ты никто. А у неё, бедняжки, за плечами только Америка и агент, который толком ничего не делал.

— Дай мне адрес.

Ну что ж, игра началась. Через полчаса она уже стояла перед шикарным особняком на Барвихе.

Глава 23 Проклятый артефакт

Через полчаса Линда уже стояла перед шикарным особняком на Барвихе.

Особняк был как из фильма. Бассейн — размером с олимпийский стадион. А вокруг — служанки, дети, смех, как в глянцевой рекламе.

Она прошла мимо одной из служанок на шпильках, вскинув подбородок. Шпильки звенели, а гордость так и текла через край.

Когда она вошла внутрь, то буквально уткнулась носом в роскошь. Вазы, картины, даже дверные ручки кричали о деньгах. На стене висела картина, которую Линда оценила бы дороже своей трёхмесячной прибыли.

И тут появился он. Ганс. Полуодетый, в свободных брюках, будто только что сошёл с пляжа.

— Привет, Линда. — Его улыбка была наглой, как у кота, стащившего рыбу.

Она прищурилась.

— Мы знакомы?

— Ну, могли видеть меня в журнале. — Ганс поправил волосы, явно любуясь собой.

Линда мысленно добавила ему баллов. Журнал, огромный дом… А вдруг он и правда звезда?

— Можно просто Ганс. Так меня называют друзья, — сказал он, широко улыбаясь.

— Ганс, у тебя шикарный дом. — Она обвела комнату взглядом и закусила губу. — Покажешь, что ещё тут есть?

— Лучше покажу свою комнату. Там ещё интереснее.

Она наклонилась ближе, чуть расправив декольте.

— А тебе не кажется, что тут уже довольно… интересно?

Ганс сглотнул. Его взгляд явно не искал собеседника. Через секунду он схватил её за талию, и начались сцены из тех самых фильмов.

Но тут в гостиной раздался визг. Маленькая девочка стояла в дверях с выражением полного ужаса.

— Господин Ганс! Это уже слишком! — Служанка, похожая на строгую няньку, ворвалась следом. Она тут же закрыла Вильгельмине глаза.

Ганс застыл.

— Мы просто… ну… говорили. Линда, давай в мою комнату.

— Я звоню дяде! — выпалила Вильгельмина, доставая телефон. — Забери меня отсюда, я не хочу такого папу!

— Подожди, Вильгельмина! Это всё недоразумение! — Ганс попытался перехватить телефон, но она была быстрее.

Через минуту в трубке раздался знакомый голос Григория.

— Ганс, что на этот раз?

— Всё не так, как ты подумал…

— Папа с женщиной делают гадости прямо в гостиной! — крикнула Вильгельмина, перебивая его.

И связь оборвалась.

Линда повернулась к Гансу, немного растерянно.

— Что это было?

Он тяжело вздохнул.

— Да ничего. Просто очередной эпизод моей весёлой жизни.

* * *

Некоторое время спустя я всё-таки нарисовался.

— Дядя! — Вильгельмина тут же бросилась ко мне, как только увидела. Вцепилась, как маленькая коала. Я подхватил её, прижал к себе, оглянулся на Ганса и Линду. Ага, двое стоят, переглядываются. У Линды лицо такое, будто она не ожидала меня тут увидеть. Хотя, честно, я тоже не ожидал.

Я опустил Вильгельмину и подтолкнул её к Дарье.

— Выведи её на улицу, пусть побегает. Ей тут не место.

Потом повернулся к Гансу и Линде.

Линда первая подала голос:

— Привет, Григорий. Снова встретились, да? — Улыбается, но я её насквозь вижу.

— Ха, — усмехнулся я. — Ганс, пойдём поговорим. Лицом к лицу.

— Только, пожалуйста, не бей меня, ладно? — Ганс сразу занервничал.

— Ты хочешь, чтобы я тебя прямо здесь приложил? — спросил я, разводя руками.

— Линда, мы на минутку. — Ганс уже рванул к двери.

Мы вышли на улицу. Линда осталась стоять у окна. Прямо как собака, которая хозяина провожает. Надо было ещё хвостиком махнуть.

— Слушай, Ганс, мне плевать, что у тебя там за любовные треугольники. Но о Вильгельмине подумать можно было? Ты вообще в своём уме, когда устраиваешь такое прямо в гостиной?

— Григорий, это был один-единственный раз! — Ганс заламывал руки, будто я ему сейчас приговор выдам. — И мы только целовались, ничего серьёзного!

— Ах, только целовались, значит? — Я скептически покосился на окно, где маячила Линда. — Ты её хоть знаешь?

— Нет… но я за неё заплатил. Сто пятьдесят тысяч долларов, между прочим. — Он замялся. — Ты её, что ли, тоже знаешь?

— Она была моей пациенткой.

— Ну и в каком она была состоянии?

Я задумался. Сказать правду? Но ведь это не моё дело. Есть врачебная тайна, всё такое.

— Ерунда. Но, Ганс, слушай сюда: в следующий раз, когда начнёшь «играть», не забудь презерватив надеть. Я не собираюсь лечить твои болячки, понятно? — Я хлопнул его по плечу. — Сегодня Вильгельмина едет ко мне. Заберёшь её завтра.

— Хорошо. Я больше так не буду. Честно.

— Если повторится, сам лично отвезу тебя в травму.

Ганс сглотнул. Ну и ладно. Я развернулся и пошёл обратно в дом.

— Дарья, давай сюда Вильгельмину. Сегодня у тебя выходной. Иди домой, навести Диму.

— Вы хорошо объяснили это господину Гансу? — Она вскинула бровь.

— Очень доходчиво. Уверен, повторения не будет.

* * *

— Ганс, он всего лишь врач. Почему ты так его боишься? — Линда едва слышно бормотала, лежа на груди Ганса. Её голос звучал мягко, словно она искренне заботилась о нём, но в глазах светился холодный расчет.

— Не пытайся, Линда, — Ганс посмотрел на неё так, будто она была прозрачной, — так по-детски играть на разнице между мной и Григорием. Ты думаешь, я не вижу, что ты делаешь? — Он усмехнулся. — Мы с ним братья, а ты… ты — никто. И если ты ещё хоть раз попробуешь сунуть нос в наши дела, можешь забыть про Мосфильм. Навсегда.

Линда с трудом скрыла дрожь, разлившуюся по её телу. Она натянула на лицо извиняющуюся улыбку, хотя внутри всё кипело.

— Прости, Ганс. Я не это имела в виду. Правда.

Ганс скривился. Он видел таких, как Линда, десятки раз. Она могла притворяться сколько угодно, но для него она была просто ещё одной куклой — красивой, да, но совершенно предсказуемой. Такие, как она, думали, что контролируют ситуацию, но для Ганса они всегда оставались высококлассным товаром, который можно купить за деньги. И ничего больше.

Отношения Ганса с Григорием были совсем другой историей, слишком сложной, чтобы объяснять её какой-то Линде. Эти двое прошли вместе огонь и воду, их связывали не просто деловые отношения, а нечто гораздо глубже, почти родственное. Григорий был единственным человеком, перед которым Ганс действительно испытывал что-то похожее на уважение.

Линда быстро почувствовала, что её ошибка будет стоить дорого. Когда они закончили, Ганс вывез её из своего поместья с сухой холодностью, не оставив ни шанса на продолжение. Она получила ровно то, что заслужила: чек и дверь.

Её охватила ярость. На что она рассчитывала? На благодарность? На теплое прощание? Нет, она знала, что Ганс — не тот, кто будет рассыпаться в любезностях. И всё же обида жгла изнутри. Она понимала, какую мощь олицетворяет Ганс. Он был не просто богачом, а влиятельным акционером — крупнейшей компании-агентства, через которую проходили самые яркие звёзды. У Ганса были связи, о которых другие могли только мечтать.

«Если бы я смогла подписать контракт с киностудией…» — мелькнула в её голове мысль, но она тут же натолкнулась на реальность. Линда совершила ошибку, недооценив Ганса. Она считала его очередным богатым негодяем, но он оказался умнее, чем она ожидала. Никто из тех, кто пробился на вершину, не был настоящим дураком.

Одной неосторожной фразой Линда раскрыла свои намерения. Ганс понял всё сразу. И теперь она осталась с пустыми руками, злясь только на себя.

* * *

Памела мылась в душе, а я болтыхался в бассейне во дворе. Вокруг меня тусовались все мои демоны, включая Черныша. Ну как тусовались — сидели, умничали, а я головы ломал.

— Опять эта головоломка. Три злых духа — не проблема. Уничтожить их раз плюнуть. Но как их отделить от человека, чтобы никому не навредить? — я говорил вслух, больше себе, но Аркитос не смог молчать.

— Да убей его, — гордо выдал он, будто гениальную мысль.

— Аркитос, это шедевр! Но давай всё же подумаем ещё, — я с сарказмом посмотрел на него. — У кого-то есть идеи получше?

Черныш — наш главный мозговой центр — молчал. Остальные демоны так вообще делали вид, что их тут нет.

— Черныш, ты-то хоть скажи что-нибудь!

— Хозяин, — начал он, как всегда важно, — этот парень заражён «Проклятьем родословных». Три духа — это его родственники: папа, мама и бабушка. Их насильно привязали к его телу. Они уже стали его частью. Это как пытаться отрезать пальцы и ожидать, что они будут шевелиться.

— Пф, восточная мудрость говорит: если хочешь, чтобы пальцы шевелились, найди способ! — буркнул я. Сдаваться не входило в мои планы. Тем более речь шла не только о жизни этого парня, но и о моих деньгах.

— Слушай, человек, я тут подумал… а нет, не подумал. Есть хочу, — простонал Ужора, плюхнувшись на землю.

Я закатил глаза. Эти черти никогда не напрягали мозги по доброй воле.

— Ладно, — сказал я. — Так и быть. Тому, кто найдёт решение, годовой запас демонических кристаллов!

Ну тут понеслось! Все загалдели, перебивая друг друга, но их идеи становились только глупее. Даже хуже, чем у Аркитос.

— Да вы издеваетесь⁈ — я хлопнул себя по лбу.

Тут на террасе появилась Памела, завернувшая Вильгельмину в полотенце.

— О чём вы так шумите? — спросила она, поправляя мокрые волосы.

— Да, пациент у меня странный.

— Что с ним?

Памела всегда была любопытна, особенно к моим медицинским делам.

— Он не болен. К нему прилипли три злых духа.

— Так это экзорцизм? Разве ты не можешь?

— Если бы всё было так просто! Эти духи — его родня. Они полностью слились с его телом.

— И что, они ему вредят?

— Не-а. Только на груди три рожи болтаются. Как свет увидят — начинают орать так, что всем вокруг сотрясение, кроме него. Зрелище, скажу тебе, ещё то.

Памела смотрела на меня с недоумением.

— Эм… ясно. Ладно, я уложу Вильгельмину спать. А ты долго в бассейне не сиди.

Когда она ушла, я снова плюхнулся в воду. Чем больше думал, тем больше раздражался. Вода была прохладной, что немного помогало. Но ненадолго.

Поплавал, переоделся, решил пробежаться.

Обычно по ночам я бегать не любил, но сегодня был такой день. Или ночь. Уже и восьми не было, а улицы у берега опустели. Ветерок с моря освежал, мысли в голове всё кружились.

Если раньше я не мог уснуть, то шёл «тратить энергию» с Памелой. Но сейчас с нами была Вильгельмина, так что пришлось бегать.

Было темно, и я, как обычно, шел по тропинке, думая о чем-то своём, как вдруг прямо передо мной появился человек в капюшоне. Лица не видно, фигура подозрительная. Ну и я, конечно, налетел на него, как лось на витрину.

Парня откинуло на метр. Он упал, как мешок картошки.

— Ой, чувак, извини! Ты живой? — потянулся я, чтобы помочь ему подняться.

Но тут случилось странное. Как только я коснулся его руки, пальцы будто в кипяток сунул.

— Ой-ёй, что у тебя за лапа такая⁈ — я отдёрнул руку. А на коже у него — клеймо, странный знак.

— Григорий, это демоническая метка, — напомнил Черныш в моей голове. — Этот тип — точно не святой.

Парень вскочил, как ошпаренный, и бросился бежать.

— Эй, стой! — крикнул я ему вдогонку, но тут на дорогу вылетает машина, и прямиком в меня.

Еле увернулся, откатившись на обочину. Водила высунул голову:

— Эй, брат, ты цел?

— Цел, как огурец, — отмахнулся я, но парень-то уже убегал! Я тут же рванул за ним.

Он, конечно, быстрый, спору нет. Но я тоже не лыком шит.

— Эй, ты куда это⁈ — орал я, стараясь не отставать.

Профессор Смирнов (я уже понял, что это он) вдруг начал ускоряться. Силы его, правда, ненадолго хватило. Запыхался, да и побежал как-то коряво.

— Чёрт! Почему он всё ещё жив⁈ — бормотал он, явно про меня. А у самого взгляд нервный, пальцы подрагивают.

Тут фонарный столб, как назло, упал прямо на меня. Удар — мама не горюй. Меня приплющило, как блин.

Профессор Смирнов остановился, разулыбался:

— Ну, всё, готов! — сказал он, самодовольно.

Но не тут-то было! Я поднялся, отряхнулся, как после лёгкой прогулки.

— Эм… Это как⁈ — вытаращился он.

Я только хмыкнул, скинул столб и посмотрел ему прямо в лицо.

— Это ты⁈

Ну конечно, я вспомнил его. Этот тип тогда крутился у заброшенного колледжа, когда мы с Селеной там были. Странный был чел, но тогда я ещё не понял, что он совсем на голову больной.

Профессор Смирнов понял, что попал, и рванул дальше. Но я не собирался его отпускать. Мы неслись, как два марафонца, пока он не добрался до парковки. Там его силы окончательно иссякли.

— Ну всё, приехали, — сказал я, подходя ближе. Но тут — бац! — машина сзади вылетела и врезалась в меня.

Я отлетел на несколько метров, но, конечно, не сдался. Увернулся от следующего удара, перекатился и встал.

— Григорий, он выпускает злых духов и управляет машинами, — шепнул Черныш. — Здесь драться нельзя.

Ну, спасибо за совет, а что теперь делать?

Я стоял на парковке и думал, сколько же тварей этот Профессор Смирнов успел выпустить. Серьёзно, у него там какой-то бесконечный запас злых духов?

Фары десятка машин ослепляли глаза. Это были не просто машины — они все были одержимы.

— Черныш, за дело! — крикнул я.

Черныш прыгнул вперёд, словно чёрная молния, и расправился с парой духов. Вроде полегче стало, но тут я почувствовал, как метка на моей руке начинает жечь.

— Вот зараза… — пробормотал я, уворачиваясь от очередной бешеной тачки. На этот раз успел вовремя, спасибо моему боевому чутью.

Профессор Смирнов, как обычно, собирался смыться. Да он больше бегун, чем экзорцист.

— Черныш! Завали их всех. А я догоню этого типа, — крикнул я, указывая на Смирнова.

Черныш мурлыкнул, довольный, и снова принялся за работу. А я побежал за Смирновом.

На выходе с парковки я догнал его. Ну как догнал… Прыгнул на него и завалил на землю. Профессор завыл, но тут же выпустил ещё одного злого духа.

— А вот это зря, — сказал я и активировал Рот Обжоры на правой руке. Дух не успел и пискнуть — был проглочен моментально.

Профессор взглянул на мою руку и побледнел.

— Ты кто вообще, а? — прохрипел он.

— Твой ночной кошмар, — хмыкнул я.

Профессор фыркнул и, разумеется, выпустил дюжину духов.

— Вот же упёртый! — выругался я, управляя Ртом Обжоры.

Но проблема в том, что даже у Прожорливой Пасти есть предел. Она стала «наедаться».

— Да ладно? Ты что, на диете? — пробормотал я, чувствуя, как на лбу выступает пот.

А тут ещё позади Профессора появилась толпа духов. Бесчисленная, мать её, толпа.

— Охренеть… — только и выдавил я.

Не думая, достал мешочек с кристаллами и разбил его. Порошок разлетелся, и тут начался натуральный фейерверк. Злые духи вспыхивали, словно новогодние огоньки, а их энергия летела ко мне, к метке на левой руке. Странное ощущение — как щекотка, только приятнее.

Профессор Смирнов побледнел ещё больше. Лицо у него стало как пепел.

— Ну, давай, что ещё можешь? — ухмыльнулся я, глядя на него.

Профессор, конечно, попытался сбежать, но тут… Треск. Его нога сломалась! Просто так, на ровном месте. Он упал и шмякнулся лицом об асфальт.

Я застыл. Серьёзно? Это всё? Даже не смешно.

Из его руки выпала странная монета. Она покатилась ко мне, и в этот момент Рот Обжоры вдруг снова захотел есть.

— Ты издеваешься? — спросил я, глядя на свою руку.

Но делать нечего. Прожорливая Пасть схрумкала монету в три укуса, как печеньку.

Черныш появился рядом, довольный как кот.

— Ты сегодня что-то медлишь, — сказал я ему.

— Эти духи были слишком хороши, чтобы их уничтожать. Я заключил их в тюрьму. А вот ты, взрыватель кристаллов, испортил всё веселье, — ответил он, подбирая обломки душ.

— Если бы я ждал тебя, меня бы уже порвали на куски, — отмахнулся я.

Черныш хмыкнул, продолжая собирать остатки. Эти штуки быстро испарялись, так что он торопился. А я просто стоял, уставший, но, чёрт возьми, довольный.

Но вдруг трава начала расти прямо на глазах. Вот честно, сидишь такой, а она уже выше. Я аж присвистнул.

— Черныш, это из-за душ? Типа удобрение такое? — я ткнул пальцем в густую зелень.

— Ты что, какие ещё души? Души траву не кормят.

— А что тогда? — я нахмурился.

— Может, твои кристаллы, — важно заявил Черныш.

Я бы и рад, но с кристаллами этими мало что понимал. Знал только, что демонов они выносят на ура. А тут оказалось, что и от сорняков пользы больше, чем думал. Надо бы опыты провести, но когда? В последнее время злых духов столько разнесли, что из ушей светятся.

— Черныш, а ты в курсе, что с тем типом произошло?

— Демонический артефакт. Раритет.

— И чего он делает?

— Это проклятая монета, — объяснил Черныш. — Всё просто: тебе — удача, всем остальным — хана. Потрогал монетку, и сосед уже падает в канализацию, а тебе — джекпот.

— Тогда почему хозяин этой штуки сам в лепёшку разбился?

— Эх, Григорий, ну ты даёшь. Монета ж сохраняет души жертв. Хоть они духами станут, хоть кем — их удача при них. Ты почистил слишком много душ, и хозяин монеты остался без запаса. Вот ему и конец.

— А это пятно на руке? Оно что, навсегда?

— Ты чего разнылся? Всё проходит, даже пятна. К тому же монета исчезла, расслабься.

— Слушай, а световые нитки, которые в пятно влетали? Чего это было?

— Понятия не имею, — буркнул Черныш.

Я только плечами пожал. Сегодняшняя схватка с профессором показалась лёгкой, но далась непросто. Не благодаря врагу — это точно. Проклятая монета подкинула мне столько неудач, что чуть не погиб.

Думать, что будет дальше, я боялся. Пить, подавиться и умереть? Легко.

И тут — женский крик. Помощь, срочно. Ну, как тут откажешь?

Глава 24 Приглашение на вечеринку

И тут — женский крик.

Я знал эту даму. Это была Линда.

Только выглядело всё не очень: несколько мужиков прижали её к земле, платье на ней было разорвано. Ну, вы понимаете.

«Что ты тут делаешь одна ночью, а?» — подумал я, но времени на вопросы не было. Надо было действовать.

Подлетел к первому, кто собрался прыгнуть на неё, и врезал ногой так, что он отлетел.

— Эй, убейте этого чёртового парня! — взревел один из их компании.

Но вместо того чтобы убить меня, он получил в нос. В общем, через десять секунд вся шайка лежала на земле, едва шевелясь.

Я протянул руку Линде, помог подняться.

— Полицию вызвать?

Она молча поправляла платье, размазывая слёзы по щекам.

— Я звезда, — сказала она, наконец, и голос у неё был ледяной. — Если об этом узнают, моей карьере конец.

Платье на ней висело кое-как. Лямка порвалась, юбка порвалась, щека красная, волосы взъерошены. Казалась она крепкой снаружи, но внутри всё было иначе, это видно сразу.

Посмотрел на этих четверых на земле. Они стояли под вопросом.

— Ах… ах… ах… ах… — сказал я им. Ну, то есть не сказал, а так: посмотрел и ногой подвинул. Навсегда вывел их из строя, так сказать.

— Давай провожу, — предложил я. — Ты же вроде недалеко живёшь?

Она кивнула. И мы пошли.

Линда вдруг споткнулась, вздрогнула и чуть не упала. Взгляд опустился вниз — проклятый каблук сломан. Чёрт.

Не раздумывая, снял свои ботинки и протянул ей.

— Надень.

Она застыла на секунду, будто не веря, что кто-то может просто взять и помочь. Затем губы дрогнули в слабой, но искренней улыбке.

— Спасибо.

Шли молча, только ветер шептал что-то невнятное в уличной тишине. Добрались до её дома. Лёгкий свет из окна, запах ночного города, а в воздухе — что-то неуловимое, напряжённое.

Залез в карман, достал баночку мази и протянул ей.

— Намажь на лицо.

Она покосилась на меня с лёгким удивлением.

— Ты всегда носишь с собой мазь?

И снова эта улыбка. Слабая, уставшая, но живая.

— Я врач.

— Хочешь войти?

На секунду задумался, но мотнул головой.

— Нет. Мне пора.

Она смотрела, как ухожу, будто хотела что-то сказать, но передумала.

— Григорий… Спасибо.

Повернулся на ходу, не сбавляя шага.

— Больше не гуляй одна ночью.

Дверь за спиной закрылась. А я пошёл домой.

Время — без десяти полночь. Тихо открыл дверь, стараясь не шуметь, но тут же услышал звук шагов. Из спальни в полутьме выплыла Памела, в одной пижамке, с растрёпанными волосами, потирая глаза.

— Григорий, ты на себя посмотри! Ты весь в грязи, как будто по канализации ползал!

Я заглянул в спальню.

— Вильгельмина спит?

— Да.

Кивнул, потянулся, разминая затёкшую шею.

— Тогда пошли в бассейн.

Она прищурилась, подозрительно скрестила руки.

— Ты шутишь?

— Вовсе нет.

Прежде чем она успела сбежать, подхватил её на руки.

— Григорий! — взвизгнула она, барахтаясь. — Я в пижаме!

— Ничего, вода всё исправит!

— Не смей, придуро…

Плюх!

Холодная вода разлетелась во все стороны, оглушив ночь всплеском. Памела вынырнула, отплёвываясь и яростно откидывая мокрые волосы назад.

— Григорий, ты сумасшедший!

Рассмеялся, отряхивая воду с лица.

— Ага. Но признай, весело же!

Она покачала головой, но в уголках губ появилась улыбка.

* * *

А потом раздался звонок телефона. Резкий, противный, прямо в ухо. Сквозь сон попытался понять, где вообще нахожусь. Диван. Значит, не в постели. Голова гудит, спина затекла, в ногах валяется какое-то одеяло.

Семь утра. Семь, мать его, утра!

Протянул руку, схватил трубку, прижал к уху:

— Алло?

— Григорий, это я, Мович.

Тот самый пациент у которого на пузе живут три орущих лица.

— Ты в своём уме? Знаешь, который час?

— Знаю, знаю! Прости, но это важно! — Голос у него дрожал, как будто он стоял на краю пропасти. — Ты нашёл способ меня исцелить?

Закрыл глаза. Хотелось снова провалиться в сон, где не существовало никаких проблем.

— Пока нет, — выдавил сквозь зевок.

— Пожалуйста, ты должен! Я не могу больше здесь находиться!

В трубке послышались всхлипы. Настоящие, мокрые, жалкие.

Честно? Паникёров терпеть не могу. Поэтому, чтобы его хоть как-то успокоить, ляпнул первое, что пришло в голову:

— Не парься, всё решу за десять дней.

Тут же понял, что ошибся.

— Серьёзно⁈ — Мович чуть не задохнулся от восторга.

Вот идиот. Сам себя загнал в угол. Обещание-то громкое, а плана — ноль. Если облажаюсь, Мовича можно будет выжимать, как мокрую тряпку.

Тут за окном засветились знакомые рожи — родители Памелы. Стояли, махали, как дети на ёлке.

— Позже перезвоню, — пробормотал в трубку и пошёл открывать дверь.

— Чего так рано? — пробурчал, всё ещё пытаясь прийти в себя.

Тёща прищурилась:

— А чего это ты на диване спал? Опять Памела выгнала?

Тесть тут же подхватил:

— Поссорились? Разводиться собрались?

— Дочка Ганса тут ночевала, — выдохнул я, начиная терять терпение. — Диван — единственный вариант.

Тёща кивнула, словно я только что спас котёнка из горящего дома:

— Ты заботливее, чем я думала.

Честно? Почувствовал себя героем. Спать на диване ради чьей-то дочки? Медаль мне, что ли?

Тесть фыркнул:

— Мать, твои стандарты заботы — днище.

— По крайней мере, он лучше тебя, — мгновенно парировала она. — Когда Памеле и Флоре было по три месяца, ты спал, как медведь зимой.

Тесть замолчал. Видимо, ей было достаточно одной точной подачи, чтобы отправить его в нокаут.

— Памела ещё спит? — сменил он тему, глядя на часы.

— Скоро проснётся, — кивнул я.

И точно, через десять минут в дверях появилась заспанная Памела, протирая глаза.

— Папа, мама… Доброе утро…

— Памела, мы уезжаем домой, — тёща тяжело вздохнула.

— Уже? — я удивился. — Может, ещё немного останетесь?

— Не получится, — махнула рукой. — У меня дел полно.

Тесть, конечно, рвался остаться, но когда тёща сказала своё веское слово, сопротивляться было бесполезно. Пришлось собраться и уйти. Вид у него при этом был такой, будто его заставляют шагать на эшафот.

Мы отвезли их в аэропорт. Дорога тянулась в напряжённой тишине, нарушаемой только деланным покашливанием тёщи и тяжёлым дыханием тестя. Когда пришло время прощаться, он неожиданно схватил меня за локоть и потянул в сторону, подальше от всех. Его лицо было красным, губы сжаты в тонкую линию.

— Послушай, парень, брось Памелу. Иначе в следующий раз… — зашипел он, буравя меня взглядом.

Надо же, насколько классический сюжет. Я даже усмехнулся:

— Выбросите меня в море на корм рыбам?

Он нахмурился ещё сильнее, складки на лбу стали глубокими, как трещины в асфальте.

— Да, именно так. И я не шучу.

Я сделал вид, что задумался, и с самым серьёзным видом уточнил:

— Могу помочь с формулировкой. Что-то вроде: «С грузом на шее», а?

— Прекрати, я серьёзно. В пустыне брошу!

— Давайте уже сразу в космос, чтобы наверняка.

Телохранители за его спиной синхронно закатили глаза, явно привыкшие к таким сценам. Один из них осторожно тронул босса за плечо: мол, пора, самолёт не будет ждать вечно.

Памела всё это время наблюдала за нами, скрестив руки на груди. Её взгляд был пристальный, подозрительный, и, честно говоря, немного пугающий.

— Что ты сказал моему отцу? Он выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

Я пожал плечами, нацепив самую невинную улыбку:

— Да так, предложил в следующий раз вместе отдохнуть. Но, видимо, ему мои варианты не понравились.

Памела сузила глаза.

— Ты же понимаешь, что он всерьёз может тебя в пустыне оставить?

— Конечно. Надеюсь, выберет место с красивым видом.

Она покачала головой, но я успел заметить, как её губы дрогнули в сдержанной улыбке.

Памелу пришлось подбросить из аэропорта в офис ее работы. Она за рулём — это что-то из разряда фантастики, так что выбора у неё особо не было. Несмотря на то, что ранее я купил ей шикарную тачку.

Машина ровно урчала, солнце заливало улицы густым мёдом. Раздался звонок.

— Григорий, завтра вечером у меня в компании шоу. Хочешь прийти? — голос Ольги был лёгким, почти игривым.

— Какое ещё шоу? — прищурился, перехватывая руль поудобнее.

— Модный показ. Можешь взять свою девушку.

Мода? Не моё. Лучше бы кинчик позырили. Но вдруг Памеле понравится?

— Памела, хочешь на модный показ завтра? Подруга приглашает.

— Конечно! — в голосе послышался азарт.

Ну да, женщины. Им только скажи «новая коллекция», и всё — глаза горят, мысли заняты только платьями, а кошельки дрожат от страха.

— Нам, наверное, надо одеться прилично? — уточнила Памела, бросив на меня быстрый взгляд.

— Думаю, да. Может, за платьем сходим вечером?

— Отличная идея!

Она уже мечтала, прикидывала, выбирала.

Позже зазвонила Ирина, жена Ивана и комендантша тюрьмы.

— Григорий, Филимон Чикатилов уже в тюрьме. Когда хочешь его «навестить»?

Почти подавился воздухом.

— Уже⁈ Я думал, на суд полгода уйдёт.

— Он главарь банды, судьи не стали тянуть. Доказательства были, приговор вынесли быстро.

— На сколько?

— Пожизненно. Без права на УДО.

Чуть нахмурился.

— Шанс выйти есть?

— Теоретически да, — сказала она. — Но не волнуйся. Он столько не проживёт.

Ну да, в тюрьме у него врагов — целая армия. Да и свои могут захотеть, чтобы он там сгнил.

Но этого мало. Чертовски мало. Я не мог просто сидеть и ждать, пока кто-то его прикончит. Это было бы слишком скучно.

Тогда обратился к своим демонам:

— Ребят, а что может быть адски больно, но без следов?

— О, господин! — Лиса Морозка заговорила с азартом. — У меня подруга в Аду, она просто фанатеет от пыток. Может помочь!

— Она сейчас там?

— Конечно. Убей его, и его душа сразу к ней отправится.

Покачал головой. Нет, убивать — слишком просто. Этот маньяк заслуживает кое-что поизощрённее.

Змей Самаэль ухмыльнулся.

— У меня идея.

— Давай.

— Я могу пробудить у него неутолимое сексуальное желание.

Завис на пару секунд.

— В смысле?

— В буквальном, — Самаэль хмыкнул. — Он будет гореть от желания, но не сможет его удовлетворить. Ни с кем. Никогда.

Губы сами по себе растянулись в медленной, хищной улыбке. Но я вздохнул.

— Не, Самаэль, это максимум закуска.

— Пусть он вечно голодает! — предложил Ужора.

— Всё ещё не то. Думайте дальше.

— Ты чего мудришь? — вмешался Черныш. — Почему просто не напугать его до смерти?

— Слишком палевно.

Я начал перебирать варианты.

— О! А заклинание старости? Кто-нибудь знает?

— Нет.

— Нет.

— Нет.

Я хлопнул себя по лбу.

— Никто⁈

— Для демонов оно бесполезно, — пояснил Ужора. — Мы его не изучаем.

— А для людей?

— Человек умрёт от старости за месяц.

Хм… это уже интереснее.

— Ужора, у тебя есть кто-то, кто знает это заклинание?

— Откуда мне знать? Думаешь, я слежу за этими ничтожными червями?

Я закатил глаза. Ну что за демон, а?

— У меня идея, — снова подал голос Черныш.

— Давай уже.

— Некроманты разводят насекомых, которые высасывают костный мозг. Жертва теряет жизненную силу, медленно и мучительно.

Я задумался.

— Их можно обнаружить?

— Если сделать рентген, возможно. Но их можно спрятать.

Мне понравилось. Надо только научиться их призывать.

Я снова набрал Ирину.

— Дай мне пару дней. Хочу кое-что подготовить.

— Не торопись, — ответила она.

Я повесил трубку и поехал в отель Ивана. Когда вошёл, за стойкой сидела тетя Таня.

Лишь усмехнулся, глядя на тетю Таню. Опять она за него всю работу делает.

— Кстати, Иван свалил играть, — сказала она. — Вряд ли он сегодня вернётся.

— Он хоть сказал, куда пошёл? — я приподнял бровь.

— Не-а.

— Ну и ладно, — вздохнул я. — Тётя Таня, я пошёл.

— Осторожнее там.

— Конечно. Спасибо, тётя Таня, — кивнул и направился к выходу.

* * *

Вёл машину, стараясь не забивать голову всякими мыслями. Дорога тянулась монотонной лентой, фары выхватывали из темноты разметку, редкие машины проносились мимо. Всё шло спокойно, пока в салоне не раздалось вибрирующее жужжание. Телефон.

Одним глазом глянул на экран. Регина.

— Привет, Григорий, это я, — голос был странный. Усталый.

— А, привет. Что-то случилось?

— Ты сейчас свободен?

— Ну… в целом да. А что?

— Я не уверена… — она замялась, а потом выдохнула, — Чувствую себя как-то… вяло. И мне это не нравится.

— Что значит «не нравится»?

— Беспокоюсь, что это… ну… рак может вернулся.

Сердце пропустило удар. Пальцы сами собой сжали руль. Чёртова болезнь.

От рака хоть какой-то шанс бывает, если поймать его вовремя. Химиотерапия, операции, ремиссии….

— Ты обследование прошла? — голос вышел напряжённее, чем хотелось.

— Нет… — она нервно сжала губы, будто я мог это видеть. — Боюсь.

Стоп. Чего? **Регина — и боится? ** Эта женщина глядела в глаза самой смерти и даже не моргала. Она прошла через ад и вернулась, черт возьми. А тут… страх?

— Ты ведь не думаешь… — начал я, но она меня перебила:

— Думаю.

Тяжёлый вдох.

Видел я людей с этим диагнозом. Это даже не кошмар, это хуже. Это когда тело медленно, но неизбежно сдаётся, пока ты в нём заперт.

Но она же не обследовалась. Просто сама себя накручивает.

— Да у тебя, скорее всего, просто стресс. Или недосып. Или… возрастные штуки.

Она не выглядела убеждённой.

Ладно. Надо срочно отвлечь её.

Свернул к ближайшему супермаркету, взял бутылку вина и поехал в университет. Когда добрался, она всё ещё читала лекцию. В зале, среди студентов, сидели Лиана и Эльвина. Я пристроился у стены, ожидая конца.

Как только лекция закончилась, ко мне тут же подлетела Лиана.

— Григорий, ты пришёл за мной?

Я замялся.

— Э-э-э…

— И вино принёс! Отлично, поужинаем при свечах!

— Прости, Лиана, но нет. Это для Регины.

Она фыркнула и, недовольно покачав головой, удалилась.

Регина вышла из аудитории, заметила меня, оценивающе взглянула и кивком позвала за собой. В её кабинете пахло кофе и бумагами.

Заперев дверь, она повернулась ко мне:

— Григорий, осмотри меня.

Кивнул.

— Где слабость?

— Левая рука.

Подошёл, взял её за запястье.

— Напряги.

Она послушалась. Вроде нормально.

— Что ела сегодня?

— Бутерброд утром, жаркое днём…

— С Иваном связывалась?

— С этим мудаком? Ни за что.

Ну хоть что-то хорошее. Усмехнулся, покачав головой.

— Регина, расслабься. Это не рак.

Она шумно выдохнула, как будто только что сняла с плеч невидимый груз.

— Правда?

— Да. Просто усталость. Если хочешь, сходи в больницу, но диагноз будет тот же.

Она нахмурилась, всё ещё не до конца веря, а он снова взглянул на бокал с вином, покрутив его в пальцах. Темно-красная жидкость переливалась в тусклом свете лампы.

— А теперь бери бутылку и выпей.

Регина сузила глаза, настороженно посмотрела на него, словно я предложил ей прыгнуть в пропасть.

— У меня сахар чуть повышен, ты что, убить меня хочешь?

— Тогда просто вылей остатки. Никому не давай.

Она ещё внимательнее посмотрела на бутылку, потом на меня.

— А что в этом вине?

Я усмехнулся шире, глаза хитро сверкнули.

— Магия. Доверься мне.

Регина закатила глаза, но всё же кивнула.

— Ладно. Всё равно я на взводе из-за новой должности.

Он удивлённо вскинул брови.

— Ты теперь директор?

— Да. Профессор Брюсов погиб в лифте, и меня выбрали.

Я замер на секунду, переваривая информацию.

— О… Поздравляю… наверное.

Регина вздохнула, нервно поправляя прядь волос за ухо.

— Ничего хорошего. Ко мне недавно приходили две дамы. Утверждали, что он нанял их консультантами по безопасности. Требовали миллион.

— И что ты сделала?

— Выгнала их, конечно. Они ещё пригрозили, что проклянут меня.

Чуть не поперхнулся воздухом, торопливо ставя бокал на стол. Кажется это были Селена с Кристиной.

— Эм… Я их знаю.

Регина замерла, пристально глядя на него.

— Что⁈

— И он их правда нанял.

Выражение её лица резко изменилось. Сначала это было недоумение, потом злость, а затем—стремительно надвигающаяся паника.

— Григорий… Ты серьёзно?

— Ага. Помнишь те странные несчастные случаи в старом корпусе?

Регина медленно кивнула, словно не до конца понимая, к чему он клонит.

— Да…

— Они это остановили.

Она тихо выругалась и потерла виски, словно голова разболелась от этой новости.

— Значит, я только что выкинула профессионалов?

Я немного виновато улыбнулся.

— Ну… да.

Регина закрыла глаза, глубоко вдохнула, а затем выдохнула, как человек, готовящийся броситься в самую гущу проблем.

— Ладно. Придумаю, как всё разрулить.

Я снова усмехнулся, наблюдая за её реакцией.

— А пока — выпей вино. Или вылей. Только не оставляй.

Она взяла бутылку в руки, покрутила её, будто пытаясь увидеть в стекле какую-то подсказку. Потом бросила на меня подозрительный взгляд.

— Григорий, если я превращусь в жабу, я тебя убью.

— Договорились.

Когда вышел из универа, у моей машины уже стояла копша. И явно была не в восторге. Я прищурился. В руках у неё блокнот. Ну, конечно, штраф.

Рванул к машине.

— Э, что-то не так с моей тачкой? — выпалил я, тяжело дыша.

Офицерша лениво посмотрела на меня.

— Это временная парковка. Вы опоздали на тридцать минут.

И, не моргнув, прилепила штраф на лобовуху.

— Да ёкарный бабай! — выдохнул я.

— Простите, что? — моментально напряглась она.

— Ничего! Вам показалось! — отмахнулся я.

Уже тянулся к дверце, но тут она вдруг заявила:

— Покажите документы. У меня есть подозрение, что вы нелегал.

Я застыл.

— Чего?

— Есть подозрения, — повторила она.

Хлопнул себя по лбу. Ну всё, началось.

— Отлично. Я подаю на вас жалобу за расизм.

— Теперь я подозреваю, что вы под веществами. Пройдёмте со мной.

Я глубоко вздохнул.

— Окей. Но я беру с собой своих питомцев.

Она закатила глаза.

— Господи, хоть кенгуру приводите.

Как только открыл дверь, из машины вывалилась целая армия пушистиков. Лисы, собаки, даже еноты — с интеллектом пятилетнего ребёнка.

Копша застыла.

И тут Голд сделал ход конём. Подлетел к ней, схватил её за ноги и… «поскакал».

— Ааааа! — заверещала офицерша, пытаясь сохранить достоинство, болтаясь в воздухе.

Я даже немного зауважал Голда.

Но тут копша выхватила ствол.

— Стоять! Вы напали на офицера полиции!

Я закатил глаза.

— Это ты стояла как столб. Да и фигура у тебя подходящая.

— Отлично! Теперь это ещё и личное оскорбление.

— А я всё ещё подаю жалобу за расизм.

— В машину!

Ну, наконец сели. Но тут новая проблема.

— Он голову уберёт? Я дороги не вижу!

Я обернулся.

— Ты про собаку? А куда он её денет?

Бим улыбался. Остальные питомцы теснились сзади.

— Зачем столько животных⁈

— Нравится мне так. Не твоё дело.

Весь путь до отделения Бим её облизывал.

Я, конечно, не смеялся. Почти.

В отделении нас встретил Леонид.

— Григорий? Как ты тут оказался?

— Да вот, задержан за нападение на офицера.

Леонид оглядел офицершу с мокрым лицом, взглянул на меня, потом на Бима.

— Бим? Ты что, опять?

— Он на неё помочился.

Леонид помрачнел.

— Не объясняй. Я знаю, что ты сам ему это подсказал.

Я пожал плечами. Ну а что я мог сказать? Леонид меня слишком хорошо знал. Конечно, он сразу понял, что у нас случилась стычка, а потому я велел Биму разобраться.

— Ладно, на этом всё, — отрезал он.

— Но капитан… — женщина-полицейский явно не хотела так просто сдаваться.

Леонид метнул на неё взгляд:

— Если хочешь, чтобы тебя в следующем месяце перевели ко мне в команду, просто слушайся. Или можешь дальше патрулировать улицы.

Коллеги смотрели на него с уважением. Эх, куда катится этот мир?

— Григорий, мне нужно идти, — сказал Леонид, освобождая меня от наручников.

— Ну и ладно, — махнул я рукой. Мне-то что, он и так выглядел занятым.

Леонид и его напарник прыгнули в машину и укатили. Даже не попрощались. Ну а я тоже решил больше не задерживаться здесь.

Когда вышел из отделения мне позвонили:

— Григорий, у вас с девушкой есть парадный наряд? — поинтересовалась Ольга.

Я заморгал.

— Эээ… Мы хотели вечером взять напрокат.

— Не нужно. Вы с ней сегодня вечером поедете в отелье.

— Это ещё зачем?

— Вам сошьют костюмы. Вы мои важные гости, а в прокатном тряпье будете выглядеть жалко.

— Но показ-то завтра! Успеем?

Ольга фыркнула:

— Если мои дизайнеры не справятся, зачем они мне вообще нужны?

— Ну, раз так… Где это отелье?

Я никогда о нём не слышал, понятия не имел, где он находится. Поэтому поехал за Памелой.

Глава 25 Старые знакомые

Садясь в машину, Памела подозрительно прищурилась:

— Почему едем туда?

— Одежду нам сегодня бесплатно сошьют. Нужно помериться.

Отелье оказалось здоровенным белым зданием, похожим на замок, в центре какого-то шикарного парка.

Когда я подъехал, нас тут же затормозили.

— Простите, но кто вас приглашал? — спросил охранник, глядя на нас с Памела и хвостато-пернатую шайку, которая нас сопровождала.

Памела поёжилась. Она, конечно, из богатой семьи, но в таких местах раньше не бывала.

— Нас позвала Ольга, — сказал я.

— У вас есть приглашение?

— Эээ… нет.

— Тогда извините, но вход запрещён. И будьте добры, отъехать, тут за вами машина.

Я обернулся. Сзади нас застрял спортивный автомобиль. Из него вылезла Линда, приподняла очки, поправила волосы.

— Григорий? Ты чего здесь?

— Подруга позвала. Но забыла прислать приглашение.

Линда хмыкнула, вытащила свой билет и показала охраннику:

— Они со мной.

Тот сразу подобрел. Узнал ее, знаменитость всё-таки.

— Хорошо, но вы отвечаете за них. Если они устроят беспорядки, пострадает ваша репутация.

Я усмехнулся:

— А мы уже собирались залезть с ногами на стол и поесть руками. Придётся вести себя прилично.

Как только Линда привела нас в отелье, она сказала:

— Григорий, я ухожу. Пока.

Я кивнул и пожал ей руку:

— Пока.

Когда она ушла, Памела тут же заворчала:

— Она симпатичная.

Я закатил глаза.

— Но не такая красивая, как ты.

Как бы я мог похвалить другую женщину перед своей девушкой? Если бы я это сделал, то в следующем году праздновал бы годовщину собственной смерти.

Памела закатила глаза, но на лице появилась та самая милая улыбка, от которой я бы мог сдохнуть.

— Куда теперь? — спросила она.

— Дай-ка я уточню.

Я набрал Ольгу:

— Мы уже в отелье.

— Внутри? Ах да, я забыла сказать, нужна пригласительная карточка для входа…

— Мы внутри. Линда нас провела. Теперь не знаем, куда идти.

— Секундочку, подойду.

Через минуту Ольга появилась. Сперва взглянула на Памела так, будто я её с какой-то там версией Химеры познакомил.

— Ты, наверное, Памела. Ты красивая.

— Здравствуйте, Ольга, — Памела улыбнулась и пожала ей руку, стараясь не смущать меня перед её другом.

Ольга была какой-то яркой. У неё было то чувство энергии, как у человека, который только что вернулся с марафона, но не устал.

Раньше она была женщиной-дьяволом. А теперь… Ну, я не знаю, но какой-то совсем другой человек.

— Вот, держи эту карточку, чтобы тебе больше не мешали на входе, — сказала она и протянула мне золотую карту.

Даже если карта выглядела обычной, золото всё-таки что-то значило.

— Спасибо, — сказал я и взял карточку.

— Пойдем, познакомлю с моими дизайнерами.

Когда мы вошли внутрь, мы точно выглядели как два фермера, которых случайно привезли в модный квартал большого города. Вокруг всё было богато, как на картинке.

Мы прошли мимо сцены, на которой модели в разных нарядах репетировали. Это не был обычный подиум. Он был круглым, с какими-то странными углами. Модели не шли на каблуках, а двигались с таким изяществом, что я и смотреть на них не решался.

Я мельком взглянул на одну, а Памела уже ущипнула меня за бок. Ого, она это заметила.

Ольга, заметив, как я сдерживаюсь, только тихо улыбнулась.

Мы пошли дальше, и вот мы уже в закулисье. Ольга достала рацию.

— Триша, Наташа, Альберт, идите сюда.

Не было ни одного человека, который бы осмелился запаздывать перед женщиной-боссом. Даже топовые дизайнеры дрожали перед ней.

Тут вошли трое дизайнеров, каждый — как отдельная картина. Триша, например, выглядела так, как будто не расчесывалась недели три. Пару темных точек возле глаз — дымчатый макияж. Стройное тело и фиолетовая помада.

Наташа была такой… нежной. Видно, что любит привлекать внимание, потому что одета была просто с ног до головы как будто на показ. Уже накрасила губы, пока Ольга даже не успела что-то сказать.

А Альберт? Альберт был вообще как с картинки. Борода, волосы аккуратно заплетены. Весь такой аристократ.

Ольга представила их:

— Это мои главные дизайнеры. Кто будет делать костюм для вас?

Я посмотрел на Памелу и сказал:

— Может, Триша возьмется за костюм Памелы?

— А ты? — спросила Ольга.

Наташа с улыбкой взглянула на меня и послала воздушный поцелуй.

— Привет, красавчик.

Я вздрогнул. Конечно, не был против таких людей, но… это было как-то не мое. Как-то не привычно.

— Пусть Альберт.

— Спасибо. — Альберт выглядел так серьезно, что аж перебор.

Ольга тут же попрощалась с нами:

— Конечно. Григорий, Памела, подождите, я ненадолго.

* * *

После всего Памела была очень довольна. В ту ночь Памела кое-что мне доказала.

Говорят, кони умирают от работы. Но в ту ночь она меня выжала до капли. Ну, конечно, оба мы понесли потери.

На следующий день я всё ещё был бодр, а Памела еле шевелилась, словно старый инвалид.

Я привёл свою группу демонов к Гансу утром. Вечером ведь нужно было с Памелой на показ мод.

Так что я оставил их у Ганса.

Когда Вильгельмина увидела эту толпу, то просто выпрыгнула из рук няни. Няня Дарья чуть не выпала из кожи, но Вильгельмина, как всегда, успешно приземлилась. Всё-таки профессионал.

Затем Вильгельмина повела своих питомцев на прогулку, да так, что все начали заглядываться.

* * *

Регина проснулась и поняла, что не спала так хорошо уже давно.

Она помнила, как прошлой ночью выпила вино, которое ей принес Григорий. Планировала всего пару глотков. Но как-то так вышло, что всё продолжала пить и пить. Чуть ли не до дна. Не могла остановиться.

Она давно не пила, а тут выпила почти всю бутылку.

Когда она проснулась, не помнила, как заснула. Но проспала всю ночь на диване. Если бы её здоровье было нормальным, она бы неделю в больнице лежала после такого.

Но странно: боли не было. Только расслабление, а тело как будто восстанавливалось. Она встала, увидела, что бутылка красного вина каталась по столу. Наверное, она встала во сне и задела её.

Пол тоже был в вине.

Вытирая стол, она вспомнила, что ей сказал Григорий: если не допьёшь — выливай. Так что она, видимо, всё-таки осушила бутылку.

Но когда она посмотрела на себя в зеркало, чуть не сошла с ума.

— Эй, а где мои белые волосы? Почему они теперь чёрные?

Неужели кто-то ночью пробрался и покрасил ей волосы? Да кто такой дурак был бы?

И пигментные пятна на коже тоже уменьшились. Совсем.

Регина смотрела на себя и поняла, что её внешность изменилась сильно. Сильно так.

Она подумала о вине. Григорий был так серьёзен, когда её давал. Может, это как-то связано с этим?

Тогда она ему позвонила.

* * *

— Алло, Григорий?

— Привет, Регина! Как ты?

— Я в порядке, — сказала она. — Вообще-то, я почти забыла это чувство. Я никогда не чувствовала себя так.

— Ты выпила вино? — спросил я.

— Да, я думаю…

— И что? Чувствуешь себя моложе? — я подшутил.

— Да! Это точно. Я реально моложе.

— Ты сейчас должна быть лет 60, да? Ну, где-то так. Я точно не помню.

— Григорий, ты хочешь сказать, что я стала моложе?

— Ну да, на 30 лет. — Я чуть улыбнулся. — О, а ты бутылку допила?

— Нет! Ты же сказал, если не смогу допить, то вылить… Если это вино так действует, может, стоит ещё раз попробовать?

— Это один раз действует. Если ты первый раз уже напилась, то всё, больше эффект не будет. И если эта бутылка попадёт в чужие руки, меня ждут проблемы. Так что всё, хватит.

— Я поняла. — Регина замолчала, но видно было, что её это удивило. Она была в шоке от того, что я могу такое делать, но больше не спрашивала.

В конце концов, я помогал ей, когда мог. Но вот на некоторые вопросы ответить было невозможно. И я готов был к этому, готов был к ее скепсису, но это не делало всё легче.

— О, Регина, — сказал я, пытаясь сделать свой голос чуть мягче, чтобы не выдать раздражение. — У вас там есть отделение психиатрии?

На другом конце провода вмиг воцарилась тишина. Потом донёсся его голос, уже не такой уверенный, как обычно.

— Что случилось?

Прямо сейчас у меня был только один пациент. И его состояние меня сильно беспокоило. Овощ, даже слов таких не хватало. Я понятия не имел, что с ним делать.

— У меня есть пациент. Он овощ. Я не знаю, что с ним делать, так что думаю, стоит поговорить с экспертом, — сказал я, почти сдавшись.

— Без проблем. Когда ты свободен? — улыбнулась Регина, и я почувствовал, как напряжение немножко отступает. — Похоже, я всё-таки не права. Ты не всемогущий.

— Я не Бог. Очевидно, не всемогущий, — отрезал я.

— Ладно, не буду тебя отвлекать. Самой работать надо, — сказала Регина, и в ее голосе проскользнуло что-то немного весёлое. — Удачи.

И, не дождавшись ответа, она повесила трубку.

— Бах!

Грохот стука в дверь машины вывел меня из равновесия. Я моментально обернулся и увидел его. Бородатого байкера — того самого, с кем я в баре дрался. Он пинает мою машину, как будто это всё, что нужно для полноценного дня. Этот парень… Он даже не сдержался — прямо передо мной показал средний палец. Как будто меня не было.

Только вот он не уехал. Он выпустил чёрные газы из трубы и притормозил. Прямо передо мной. Показывает мне снова этот палец, сводит губы в усмешке, как будто я — это просто кегля на дороге.

Хотелось бы нажать на газ и сжать его в клочья. Но… Всё-таки это не тот автомобиль. Если я его сейчас утоплю в асфальте, потом ещё долго буду разгребать последствия.

— Да ну его к чёрту.

Но вот он снова. Притормозил, жмёт на тормоза так, что колёса чуть не сгорели, снова кидает взгляд с изрядной долей презрения. Он рисует в воздухе круг, указывает на себя, потом на меня, сжимает кулак.

«Давай встретимся, где будем только мы».

Я еле сдержался, чтобы не вырваться и не проорать, что думаю о его предложении, но лишь кивнул. Я не собирался сдаваться.

Ты хочешь подраться? Если я не сломаю тебе ногу, то назову своё имя задом наперёд!

И в этот момент донёсся звук от другой машины — она, как удар молнии, ударила байкера и отправила его в воздух. Бородатый взмыл, как фанерный столб. Потом как-то неуклюже перевернулся и рухнул, весь в крови.

Машина виновника была уже далеко. Просто испарилась в темноте. Чёрт.

— Чёрт!

Я не знал, как мне быть. Но вроде бы всё-таки выбрал правильное — быстро припарковал машину и бросился к байкеру. Проверить, жив ли он. Голова, лицо — всё в крови, но, похоже, парень не умер. Хорошо, что живой, но выглядит, как будто прямо с обочины взялся.

Еле-еле оказав первую помощь, вытащил телефон и набрал скорую.

Через пару минут приехала скорая и полиция. И среди полицейских…. Та самая, с которой я вчера встречался. Тот самый день, тосамое отделение.

— Как ты тут оказался? — её взгляд был не из приятных.

— Почему это не могу быть я? — постарался сделать свой ответ максимально спокойным, но чувствовал, как кровь бурлит.

Она всё-таки не сдержалась.

— Ну, расскажи, что случилось?

— Я не хочу ничего рассказывать.

Серьёзно. Кому это нужно?

— Ваша машина припаркована здесь и мешает движению. Штраф хотите?

— Я пытался его спасти.

Она перевела взгляд на машину, прищурилась.

— Спасение не даёт права нарушать правила.

— Это тупо, — я даже не пытался скрыть раздражение.

Она ухмыльнулась, но по её лицу было видно, что она на грани.

— Ты ещё и расследованию мешаешь.

— Можешь что-то сделать, кроме как угрожать?

— Мне что-то ещё нужно? — она сжала кулаки, но её голос стал более уравновешенным.

— А ты не хочешь перейти из дорожного в отдел расследований? Там Леонид.

Она моментально зажглась. Глаза — как два огня.

Как только женщина-полицейский скрылась из виду, я уже почти сел в машину, собираясь уехать, как вдруг зазвонил телефон.

— Григорий, привет, как дела? — в трубке раздался бодрый голос моего знакомого. — У нас с Фрицем через два дня вечеринка! Хочешь прийти? Будет куча симпатичных девушек!

Вениамин как всегда — как живчик. Он, конечно, может и радоваться жизни, но вот что-то мне подсказывало, что его радость на самом деле — пустота, которую он пытался чем-то заполнить. После того как он снова восстановил свои способности, уважение к нему было всё меньше. И, похоже, он пытался компенсировать это алкоголем и гулянками.

— Не, я пас, — ответил я, уже подумывая, как бы не отвечать на следующий звонок. — У меня сейчас стабильные отношения. Зачем мне лишние проблемы?

— Как жалко! Ты ещё пожалеешь, — в голосе друга была такая искренняя скорбь, что даже мне стало не по себе.

— Не пожалею я, — сказал я, но сам же почувствовал, что, возможно, немного вру. — Лучше ты будь осторожнее. Не хочу потом лечить тебя от всяких… неожиданных последствий.

— Да расслабься, я осторожный, — ответил он, и я в этот момент невольно засмеялся.

— Осторожный, ага. Ты уже просто старый, — с поддевкой добавил я. — Не переусердствуй там.

Сбросил звонок и уже собирался уезжать, как вдруг услышал громкое пение. Посмотрел в сторону и увидел женщину на обочине. Это была Линда. В шляпе, с темными очками, она сидела на маленьком стуле, бренчала на гитаре и пела в микрофон. На её лице было не то смирение, не то отрешённость — как будто мир не имел значения, и она пела для себя. Остальные прохожие, конечно, не обращали внимания, а её это, похоже, вообще не парило.

Припарковался чуть подальше, опёрся на окно и просто слушал. Когда песня закончилась, она не сделала паузу, а тут же начала следующую.

Я достал из кармана деньги, смял несколько купюр в руках и кинул ей в шляпу.

— Эй… Ты классно поёшь, — сказал я, уже развернувшись, чтобы уехать. — Пока.

Она подняла деньги, посмотрела мне в спину, когда я уже удалялся, и вдруг произнесла, сама не веря своим словам.

— Он дал мне деньги… Он что, думает, что я уличный музыкант⁈

В этот момент её телефон снова зазвонил.

— Дорогая, где ты? — раздался с той стороны знакомый голос её менеджера.

— Вхожу в роль, — сухо ответила она.

— Чего⁈ — отреагировал тот, очевидно, не веря своим ушам.

— Ничего, что случилось? — спросила она, абсолютно не растерявшись.

— Сегодня показ мод. Ты идёшь?

— Достань мне приглашение, — с вызовом произнесла она.

— Без проблем.

Я уже отъехал от того места и как раз думал о том, как бы спокойно провести остаток дня, когда снова зазвонил телефон. На экране — незнакомый номер.

— Алло?

— Привет, Григорий, ты занят? — послышался знакомый, но напряжённый голос. Это был Зураб.

— Зураб? Ты что, номер сменил?

— Мне нужна помощь. Я в беде.

— Где ты?

— Ты один? Рядом никого нет?

— Нет, — настороженно ответил я. — Кто тебе нужен?

— Я могу тебе доверять?

— Если начнёшь нести бред, я просто повешу трубку.

— Ладно, ладно! Я в той лесной хижине, где мы были в прошлый раз.

— Жди, скоро буду, — я был уверен, что это всё уже в прошлом, что Зураб и его босс успокоились, но, как оказалось, — фиг там. Они не успокоились.

Но он был моим другом. И я не мог оставить его в беде.

Когда я уже был в пригороде, вдруг… хрясь! Огромное дерево, стоявшее в центре дороги, перегородило путь. Мне ничего не оставалось, как выйти и оценить, можно ли его сдвинуть.

И тут… свист.

Я напрягся и резко повернул голову в сторону. Из-за кустов выглядывал Зураб, весь в крови.

— Ты же сказал, что ждёшь в хижине⁈ — не сдержался я.

— Там небезопасно, — буркнул он, как-то слишком равнодушно.

— То есть ты мне наврал? — не мог поверить я.

— Не зацикливайся на мелочах. Давай, пошли, — сказал он и снова попытался скрыть боль за безразличием.

— А моя машина⁈ — я взглянул на свою тачку, стоявшую вдалеке.

— Никто твоё корыто не тронет, не переживай, — слабо улыбнулся он.

Я подошёл ближе и заметил его рану. Пуля. Прямо в бедро.

— Зураб… Ты что, только что из горячей точки?

Он только выдохнул, глядя в пустое пространство.

— Лучше не спрашивай, — ответил он, — Босс мёртв, ребята разбежались, я остался один.

Новость о смерти босса Зураб прилетела неожиданно, как кирпич на голову. В первый момент даже не поверилось — слишком уж он был из тех, кого ничто не берет. А тут вдруг вот так просто взял и умер.

— Слушай, не хочу знать про твои разборки с бандой, — отмахнулся я, пытаясь хоть как-то переварить эту информацию. — Лучше скажи, где можно тебя подлатать.

— Э-э-э… — Зураб замялся, глядя в сторону.

— Да ладно тебе! Всего пару дней не виделись, а ты уже растерял всю свою хватку.

В голове крутилась мысль: **денег-то у него нет сейчас.** И, судя по его лицу, у него были такие же мысли.

— Значит, должен, — я выдохнул, пожав плечами. — Раз уж ты сюда пришёл, у тебя два варианта: либо платишь, либо даёшь расписку. Сам знаешь, я не тот, кто прощает долги.

Зураб нахмурился, но спорить не стал. Видимо, понял, что я настроен серьезно. Не как в тот раз, когда мы с ним по лесу бегали, прячась от тех, кому он задолжал.

— Где ты сейчас живёшь? — спросил я.

— Пещера.

— Пещера? — переспросил я, чуть не поперхнувшись воздухом. — Ты серьёзно? Всё настолько хреново?

— Не знаю, кому доверять, — пробормотал он. — Ты один остался, кто меня ещё не предал.

На мгновение воцарилась тишина.

— У меня есть немного денег, могу отдать.

— Не надо, — он отвёл взгляд. — Даже если есть, я боюсь что-то купить.

— Ты что, врагов себе нажил? Федералы на хвосте или кто похуже? Ты же весь трясёшься.

— Как скажешь, — тихо выдохнул он. — Давай просто замолчим. Я покажу, где прячусь.

— Ладно. Пошли.

Я подхватил его под руку и потащил вперед. Он едва передвигал ногами, но хотя бы держался на них. Хоть что-то.

Пещера оказалась далеко. Слишком далеко. Когда добрались, меня не покидало странное ощущение. Будто что-то здесь не так. Воздух был густым, тяжелым. Слышалось какое-то рычание, а внутри что-то скреблось, копошилось.

Я переглянулся с Зурабом. Тот побледнел.

Заглянули внутрь — и тут у нас глаза на лоб полезли.

В пещере, прямо среди разбросанных вещей Зураба, стояла огромная чёрная тень. Чемодан разорван в клочья, одежда разбросана, остатки еды валяются на полу.

— Чёрт возьми!

Зураб тоже выругался.

Перед нами стоял медведь. Здоровенный бурый монстр, килограммов под пятьсот, если не больше. Настоящий король леса.

Он медленно повернул голову, посмотрел на нас своими маленькими, но жутко умными глазками. И тут же рявкнул так, что внутри все сжалось в комок.

— БЕГИ! — заорал Зураб.

Я схватил его ипобежал, но внезапно он вскрикнул. Глянул назад. Его нога… она была в пасти у медведя.

Мгновенно кинулся обратно. Сердце стучало, как барабан. Страх? Был. Но думать о нём времени не оставалось.

Медведь дёрнул головой, и Зураб упал. Он был жив, но держался из последних сил.

— Ах ты, тварь! — рявкнул я, бросаясь на зверюгу.

Медведь встретил меня лапой. Разорвал рубашку, грудь обожгло резкой болью, кровь мгновенно залила бок.

Но я не отступил. Вмазал кулаком по морде.

Медведь даже не сразу понял, что его ударили. Просто стоял, как живая гора, смотрел на меня сверху вниз, будто решая, стоит ли меня добивать сразу или поиграть перед этим.

За спиной послышался тяжёлый хрип Зураба. Я стиснул зубы. Этот грёбаный медведь выбрал не тех, с кем можно так просто расправиться.

Оглавление

Глава 1 Начало строительства

Глава 2 Чемпион — это я!

Глава 3 Монстр в овечьей шкуре

Глава 4 Помочь другу

Глава 5 Демоническое зрение

Глава 6 В поисках сокровищ

Глава 7 Продажа добычи

Глава 8 Покупка автомобилей

Глава 9 Визит к Гансу и на стройку

Глава 10 В поисках жемчуга

Глава 11 Эликсир молодости

Глава 12 Лекарство от старости

Глава 13 Пироман

Глава 14 Бутылка на миллиард

Глава 15 Лечение Риши

Глава 16 Вот так встреча

Глава 17 Визит в океанариум

Глава 18 Знакомство с родителями Памелы

Глава 19 Хитрый тесть

Глава 20 Прогулка по воде

Глава 21 Вечеринка дома

Глава 22 Проклятье родословных

Глава 23 Проклятый артефакт

Глава 24 Приглашение на вечеринку

Глава 25 Старые знакомые