Сохрани. Уничтожь [Мария Хронос] (fb2) читать онлайн

Сохрани. Уничтожь

Пролог

Анфелим. Август 193 года с даты открытия гена Ингмара

— Ну, чего ревешь? Такой красивый парень, а такой нюня!

Киран поднял голову. У парапета, на котором он сидел, прижав колени к груди, стояла старуха в потрепанном цветастом плаще. Влажный ветер, веющий с моря солью и холодом, беспокойно трепал седые длинные космы.

— Красивый?... — Киран кисло улыбнулся. Старуха явно плохо его разглядела в наступающих сумерках. Его лицо было обезображено глубоким шрамом, рассекающим правую сторону от лба до середины щеки — неровная бугристая полоса прерывалась лишь у глаза, который теперь был затянут мутной белой пеленой.

— Ох ты, — старуха, шаркая, подошла и оперлась о парапет, встав так близко к Кирану, что ему в нос ударил горький запах табака, пропитавший её одежду. — Ну, издалека ты выглядел симпатичным.

Киран фыркнул и вытер левую щеку. Правую трогать боялся — шрам снова саднило. Он болел всю последнюю неделю, хотя Вэлли в клинике не находили никакой патологии.

— Так чего ревешь? — старуха порыскала по карманам и выудила длинную курительную трубку.

— А ты не очень догадливая, да? — усмехнулся он, наблюдая, как ее кривые длинные пальцы деловито забивают табак.

— Хочешь, чтобы я угадала? — прищурилась старуха.

Он молчал, пока она заканчивала приготовления и раскуривала трубку, пуская длинные струйки сизого дыма. Наконец, повернувшись лицом к морю, она выдохнула в очередной раз, и вместе с дымом из ее рта вырвались слова:

— Ты пришел на ярмарку в поисках чуда. Но так и не нашел ничего для себя.

Киран уставился на свои кроссовки, ковыряя пальцем грязь, присохшую к люверсам.

— Ярмарка кончилась, а ты все здесь. Что ж, не теряешь надежды?

Он шмыгнул носом и пожал плечами вместо ответа.

— Я тоже не спешу домой. Не все разошлось. Осталось вот три вещички. Хочешь взглянуть?

Киран недоверчиво покосился на старуху. Что она могла ему предложить? Ни один артефакт на свете, даже самый древний, не был способен исправить уродство, сотворенное Нельт. Разрушающая Ри запеклась у него под кожей, и кто знает, сколько ещё времени будет причинять боль. Может быть, это на год или на два. Может быть — на всю жизнь.

— Валяй, — сказал он, хотя бы для того, чтобы странная старушенция уже отстала. — Показывай свое барахло.

Она улыбнулась — во рту не хватало половины зубов. Морщинистая рука юркнула в безмерный карман плаща, чтобы потом протянуть Кирану три несчастных колечка: почти одинаковые на вид, узорчатые, без камней, и явно не из ценного сплава. Но от них несло Ри так сильно, что Киран ощутил мягкую вибрацию воздуха, даже не успев протянуть к ним руку.

— Выбери только одно.

— И что в них?

Старуха пожала плечами.

— Одно сделает тебя невидимым лишь на мгновение. Второе — подарит красоту до полуночи. А третье… Третье сделает тебя счастливым навечно. Выбирай мудро!

Киран усмехнулся, смерив торговку недоверчивым взглядом.

— Ты же жаловалась, что не смогла их продать? Почему даёшь только одно?

Она недовольно сморщилась, тыкая в его сторону трубкой.

— Выбирай, несносный мальчонка! Не то вовсе передумаю.

— Красота до полуночи? Бессмыслица, — хмыкнул он. — Счастье… Счастье не бывает вечным. Исчезнуть — пожалуй, единственное, чего я хотел бы по-настоящему.

Торговка склонила голову набок, пронизывая его изучающим взглядом. Сумерки сгущались, и Киран не видел наверняка, но на миг ему показалось, что её маленькие глаза блеснули тем серебристым оттенком, который изредка отражался в его поврежденном глазу — болезненный след запечатанной Ри.

— Уверен? — качнула она головой.

— Давай уже, — рассмеялся Киран. — Не то вовсе передумаю.

Она цокнула языком, но, помедлив, выдала ему одно кольцо, остальные спрятав в карман.

— Сколько ты просишь? — он достал бумажник и уже собирался открыть, когда старуха ответила:

— Расплатишься, когда явишься в следующий раз.

Киран замер, недоуменно моргая.

— В следующий раз? С чего ты взяла, что он вообще будет?

Старуха причмокнула и покачала головой.

— Сейчас ты еще не готов.

Киран неоднозначно потряс бумажником в воздухе.

— Думаешь, тут недостаточно?

Она лишь засмеялась, кутаясь в плащ, сплошь состоящий из заплаток. Засунула в рот мундштук, и, не прекращая дымить, поковыляла прочь — в сторону пустынной площади, где всего каких-то пару часов назад было не протолкнуться меж бесконечных палаток. Киран не стал ее звать. Пожал плечами, пряча бумажник в карман джинсов, и опустил взгляд, вертя меж пальцев загадочное кольцо. Должно быть, оно было зачарованно Эрру — если, конечно, старуха не соврала и оно и вправду могло сделать его невидимым. Но для артефакта с иллюзией вибрация Ри была слишком мягкой. Слишком… неправильной.

Черт знает, что вообще это было.

Киран вздохнул, опуская кольцо в карман, спрыгнул с парапета и медленно побрел через площадь к припаркованной поодаль машине.

Как бы он ни хотел исчезнуть, в этом мире все еще оставался тот, кто нуждался в нём.

Исчезать было слишком рано.

***

Июль 194 года

— Святые! — Лавли облегченно выдохнула, протягивая Крис коричневый фартук. — Хорошо, что ты здесь. Тут часа два торчал жуткий парень с шрамом на пол лица. Я была уверена, что он собирается нас ограбить.

Крис усмехнулась, перекидывая завязки за шею.

— О, ты бы с ним справилась, Лав.

— В одиночку — ни за что. Ты с ним не пересеклась на выходе? — Лавли оперлась о барную стойку, следя за тем, как Крис завязывает фартук за спиной.

— Не-а. Больше никаких происшествий?

— Ну-у, за исключением того, что Фанни больше не выйдет на смену…

— Проклятье, — Крис застонала, поднимая глаза к потолку. — Час от часу не легче.

— Может, нам и самим пора сваливать из этой дыры, — Лав пожала плечами, вздыхая.

В глубине зала раздался смех, а затем звон стекла и ругань. “Драгон Пиллс” жил своей обычной жизнью: в полумраке разливался густой запах рома, смешанный с дымом, звенел лёд в полупустых бокалах, с тихим шипением открывались бутылки пива. Старенький телевизор крутил футбольный матч, собирая вокруг себя стайку мужчин, спорящих между собой и ругающих судью такими словами, что окажись в этом месте мать Крис хотя бы на долю секунды, ее бы немедленно схватил приступ.

Но для самой Крис все эти резкие запахи, тусклый свет, смех, крики, вечная брань и дерьмовые люди сделались слишком привычными за последние месяцы. Настолько привычными, что мысль об уходе она день за днём отодвигала все дальше — хотя изначально и пришла в “Драгон Пиллс” с оговоркой, что все это лишь на короткое время: чуть подработать и провести время с Лав, перед тем, как найти что-то по-настоящему серьёзное.

— Твою мать! Да вы почините уже свой несчастный телек когда-нибудь?

— Эй! Эй, барменша! Что за дела? Там сегодня финал!

Крис покосилась на телевизор. Изображение на нем пошло полосами, звук задрожал, сбиваясь — Лав поспешно взяла пульт и беспорядочно замолотила по кнопкам. Но проку от этого не было. Телевизор трещал. Возмущение болельщиков только усиливалось.

— Каждый раз, когда приходит эта странная бабка, — прошептала Лав на ухо Крис, кивком показывая на седую старушку, сидящую неподалеку от телевизора с огромным пивным бокалом. Она со слабым любопытством поглядывала на экран и курила длинную трубку, с наслаждением втягивая густой сиреневый дым. — Телек каждый раз сбоит, как только она садится рядом. Попробуй её отвести.

— Что?! — тихо возмутилась Крис. — Что я, по-твоему, должна сделать? Прогнать её?

— Давай, давай, кошечка, — Лав толкнула ее локтем в бок. — Что-нибудь придумай. Как ты умеешь.

Крис вздохнула, откладывая в сторону тряпку, которой было уже начала натирать бокалы. Вышла в зал, и, помявшись, подошла к странной старухе. Та задумчиво улыбалась, рассеянно глядя на недовольных болельщиков. Крис окинула взглядом её одежду: из-под затертого разноцветного плаща выглядывало оборванное чёрное платье в пол. Рукава грязные, длинные седые волосы сбились в колтуны. Подобные посетители были не самыми частыми гостями “Драгон Пиллс” — из-за близости к бизнес-центру сюда все больше заглядывали офисные клерки после работы. И хоть Лав сказала, что старушка приходит не в первый раз, Крис не могла вспомнить, встречала ли её здесь раньше.

Задержала дыхание, предчувствуя, что как только подойдет ближе, флер старческой вони остро ударит в нос.

— Прошу прощения, — робко начала она, едва слышимая за криками у стойки.

Она обманулась. Старушку окутывал только сладковато-горький аромат дыма.

— Прошу прощения! Госпожа! Можно вас попросить?

— А? — она приставила ладонь к уху и глупо улыбнулась.

Крис закатила глаза.

“Глухая, что ли?!”

— Прошу прощения, госпожа! — Крис наклонилась к ней и прокричала почти во все горло. — Не могли бы вы отсесть немного подальше?

Старушка отстранилась и недоуменно посмотрела на Крис, качая головой.

— Это зачем это?

— Дело в том, — Крис помялась, наблюдая за колечком дыма, дрожащим почти у самого ее носа, — Что этот столик очень любит один уважаемый господин. Он скоро придет, и мы хотели бы… Вы не откажетесь занять соседнее место? Вон там, чуть дальше, у двери. Мы готовы компенсировать неудобства. Как насчёт ещё одного бокала? В подарок от заведения.

Старуха хрипло рассмеялась, вынимая трубку изо рта и тыча в сторону Крис мундштуком.

— Уважаемый? Да что ты, детка? И с чего этот твой господин заслуживает уважения, больше, чем я?

За спиной раздался звон разбивающегося стекла и грозный голос Лавли. Крис сжала кулаки. Если Лав была права, и старушка и правда использовала какую-то странную Ри, чтобы расстроить телевизор, то был только один способ это проверить.

Она скрестила пальцы и окутала старушку щитом — тот вспыхнул золотом, озаряя сумерки бара переливающимися бликами. Посетители зашептались, старушка едва заметно нахмурилась — но телевизор наконец-то замолчал, а через секунду раздался возбуждённый голос комментатора и одобрительный гул.

Крис мрачно глядела на старушку исподлобья. Та встретила ее взгляд невозмутимо, будто совсем не понимала, что происходит.

— Здесь запрещено использовать Ри, — Крис указала на дверь, где висел предупреждающий знак. — Вы должны покинуть бар, иначе мне придется вызвать охрану.

Ложь, выученная на зубок, сорвалась с ее уст с привычной непринуждённостью. Никакой охраны здесь и в помине не было — хозяин экономил на персонале, как мог, и поэтому принципиально брал на работу одних только Инри. По-хорошему, и оплачиваться такая работа тоже должна была вдвойне, ведь и Крис, и Лавли приходилось иметь дело не только с обслуживанием клиентов, но и с защитой — раз за разом они предупреждали погромы, разнимали пьяные драки и выпроваживали буйных перебравших, запихивая в кольцо щита и таща на улицу до самой парковки.

— Вы должны покинуть бар, — уже громче повторила Крис, не сводя глаз со старухи. Та мягко улыбалась, вытащив трубку изо рта и склонив голову набок, разглядывая Крис, как забавную зверюшку. — И вам лучше сделать это добровольно. Пожалуйста, не вынуждайте меня…

Но она не успела договорить. Телевизор сошел с ума, выкручивая громкость на максимум: динамики захрипели, но вместо шума стадиона и криков комментатора зазвучал напряжённый тон дикторши.

— Вчера вечером была предпринята попытка покушения на Галара Астеля во время его выступления в Эгитене.

За барной стойкой кто-то смачно выругался.

Лавли замерла, прижав пульт к груди. Крис уставилась в телевизор, забыв про старуху и щит, и даже болельщики, ещё минуту назад готовые разнести всё к чертям, теперь застыли молча, наблюдая за сюжетом так пристально, будто ведущая говорила о покушении не на поп-звезду, а по меньшей мере на президента.

— Галар Астель не пострадал. Удар принял на себя телохранитель из состава сопровождения — его состояние остается тяжёлым, но стабильным. Полиция пока не даёт комментариев о расследовании, но по заявлениям очевидцев, на концерте случился взрыв, характерный для применения Нельт высокой степени разрушения. Тем не менее, Служба Контроля Безопасности Населения сообщает, что на месте событий не было зафиксировано срабатывания сигнального чипа.

На экране мелькнуло фото разрушенной сцены. Крис невольно поежилась, глядя на обугленные обломки, но затем, когда фото сменилось и показали Астеля, растрепанного и укутанного в плед, но, как всегда, ослепительно улыбающегося, у неё под ребрами что-то задрожало. Астель! Сияющий, недосягаемый, с его голосом, проникающим в самое сердце…

Она вспомнила, как слушала его на старом плеере в ночь перед экзаменом. Как его песни помогали ей не сойти с ума от одиночества и тоски, когда умерла её собака. Как она пересматривала его клипы, ловя каждое движение, как раз за разом рисовала его — и, пока улыбка Астеля была с ней, мир не казался таким уж пустым и холодным.

— Охренеть, — громко выдохнула Лав, когда телевизор заткнулся, повергнув бар в гробовую тишину. — Вот это я понимаю, работа для Инри.

Они с Крис пересеклись взглядами. Крис со слабой усмешкой окинула взглядом посетителей и вернула взгляд Лав, пожимая плечами.

“Ну да. Сопровождение. Элитная охрана. Лучшее место, чтобы построить блестящую карьеру защитницы. Не проводить ночи, выслушивая пьяную брань перебравших клерков, а быть нужной… по-настоящему”.

Телевизор снова замерцал, изображение дёрнулось и вернулось на канал с матчем.

Толпа зашумела, кто-то крикнул “давай!” — и мир будто ожил, после странной паузы возвращаясь к привычному ритму. Крис обернулась — но старухи уже не было. Только лёгкое облачко сиреневого дыма ещё тянулось в воздухе, растворяясь под потолком.

Крис вернулась к стойке, и, взяв в руки тряпку, принялась начищать бокалы до блеска.

Глава 1. Удача

Август 194 года

“Это изначально была очень дурацкая затея”.

Сообщение прочитано.

Ответ высветился мгновенно, словно Лавли все утро только и делала, что сидела с телефоном в руке.

“Лучше попробовать и жалеть, чем жалеть, что не попробовала. Сделай это, кошечка! ”

И, следом:

“Держу за тебя кулачки”.

Крис тяжело выдохнула и откинула затылок к холодной стене. Несмотря на то, что в помещении из последних сил работал кондиционер, народу было битком, и духота стояла невыносимая. Узкий коридорчик, заполненный другими желающими пройти собеседование, тянулся вдаль на добрых десять метров, упираясь в неприметную дверь. Здание в целом было чрезмерно тесное, неуютное, и отдавало стерильным запахом больницы. Почему-то Крис вовсе не так представляла себе место, где будет проходить собеседование на роль телохранителя, которому выпадет шанс вживую поработать с самим Галаром Астелем.

Галар Астель! Крис снова вздохнула, но уже мечтательно, прикрывая глаза и представляя его улыбку. Его глаза, мерцающие, словно небо, полное звёзд. Длинные золотистые волосы, разметавшиеся по плечам… Интересно, он будет собеседовать лично? Крис мотнула головой, пытаясь сбросить наваждение фантазий и сосредоточиться. Нет, конечно, Галар Астель не станет заниматься такой ерундой! Это вообще не его забота. Наверняка на собеседовании её встретят какие-нибудь хмурые дядьки в черных костюмах. Начальники сопровождения, службы безопасности, может быть, кто-то из будущих коллег. Но никак не сам Астель!

И все же…

— Сколько можно уже, — раздражённо пробормотала светловолосая пышная женщина в черном брючном костюме. Она стояла по правую руку от Крис, обмахиваясь своей карточкой, как опахалом. — Я больше не выдержу. Деточка, ты давно здесь стоишь тоже, да?

Крис не сразу поняла, что женщина обращается к ней — их разница в возрасте на вид была не настолько большой, чтобы просто так стерпеть обращение “деточка”. Но когда женщина придвинулась, с напором вторгаясь в пространство Крис, та ответила уже от безысходности:

— Да. Давно.

— Не собираешься уходить?

Крис помедлила с ответом, задумчиво окидывая взглядом собравшихся. Часть кандидатов составляли совсем юные фанатки — их было видно невооружённым глазом. Крис была готова поспорить, что некоторые из них и совершеннолетия едва ли достигли. Может, даже воспользовались иллюзией Эрру, чтобы пробраться сюда, в надежде, что их и вправду станет собеседовать сам Астель. Но настоящих соперников тоже было предостаточно. Рослые, крепкие Инри в строгих костюмах смотрели вокруг холодно и отстраненно — и в их глазах, и в их уверенных позах, и в их многочисленных шрамах читался недюжинный опыт. Настоящий боевой опыт. Крис же с её прошлым и делать тут было нечего. Кто на неё посмотрит? Быть отсеянной вместе с вон той стайкой фанаток — вот её участь.

Она опустила взгляд, сжимая в руке телефон. Лав снова присылала какую-то воодушевляющую ерунду.

— Нет. Я не собираюсь уходить.

— Можно тебя попросить? — тихо проговорила женщина, подходя ближе и пристыженно озираясь. — Меня приспичило, просто край. Если вызовут, вот… — она протянула Крис свою карточку. — Можешь сказать, что я отошла, и чтобы меня вызвали потом следующей? Пожалуйста. Просто уже не могу, сейчас разорвет.

Крис вздохнула, принимая из её рук карточку с номером двадцать четыре. Ее собственный номер был сорок два — но в кабинет вызывали не по порядку, и разгадать принцип, по которому выбирали следующий номер, Крис не удалось и за два часа.

Она не успела ничего сказать женщине — та исчезла в коридоре, смешавшись с толпой, и Крис повертела в руках ее карточку, уже раздумывая над тем, чтобы просто отложить ее на скамейку и уйти. Но, лишь мельком взглянув на анкету, застыла, не веря своим глазам.

На обороте значилось: “Кристоль Спаркс. Возраст: тридцать лет. Опыт работы: сопровождение Галара Сиана”.

Кристоль Спаркс.

Пальцы Крис вспотели, оставляя на карточке влажные пятна.

На сопровождении опыт госпожи Спаркс не заканчивался, но Крис зависла на этой строчке, читая ее снова и снова.

Сопровождение. Галара. Сиана.

Это же звезда мирового уровня!

И это…

Стопроцентный пропуск в сопровождение Галара Астеля.

Сердце заколотилось быстрее. Она достала мобильник, быстро сделала фото и отправила Лавли.

“Вот кто пытается пройти. Серьезно думаешь, у меня есть шансы?”

Ответ не заставил себя ждать.

“ТВОЯ ПОЛНАЯ ТЕЗКА?? СЕРЬЕЗНО??”

Она печатала что-то ещё, но дверь в конце коридора приоткрылась, и в проёме показалась голова девушки с короткой стрижкой.

— Номер двадцать четыре! Здесь есть номер двадцать четыре?

Крис громко сглотнула.

***

— Продолжается расследование дела о покушении на жизнь Галара Астеля. Напоминаю, что в прошлую среду во время концерта исполнитель был подвергнут атаке неизвестного Человека с Выявленным Геном Ингмара. Специалисты утверждают, что на месте была применена Нельт, однако ни один сигнальный чип в районе атаки не сработал. Предположительно, преступник извлек чип до нападения. СКБН подключены к расследованию, сообщает полиция. Напомним также, что во время нападения Галар не пострадал, однако его телохранитель был госпитализирован с ранением. Как сообщают врачи, состояние пострадавшего на данный момент удовлетворительное.

Ютан щелкнул пультом, переключая канал.

— И ведь день и ночь это крутят, а коридор все равно полный.

Киран усмехнулся, лениво покачиваясь на стуле.

— Думаешь, фанаткам есть дело до нападения? Им только повод дай прикоснуться к прекрасному. Зуб даю, там каждая фантазирует, как Астель собеседует её лично.

Армони приоткрыла дверь и высунула наружу разве что кончик носа. Оценив обстановку, живо юркнула назад и захлопнула дверь.

— Да откуда их столько!

— Так ты возись с ними поменьше, — буркнул Ютан. Он сидел, скрестив руки на груди, и хмуро разглядывал бумажки на столе перед собой. Анкеты. Бесконечные анкеты. Чёртов ворох анкет! Если они всерьез должны рассмотреть всех кандидатов до единого, то тут и до конца месяца не управиться.

— Да там больше половины — фанатки, — Киран зевнул так, что хрустнула челюсть. Армони, не спавшая ночь, тоже с трудом подавила зевок. — Клянусь, если отсеять по полу, там останется два с половиной человека. Может, так и сделаем, а?

— Хочешь прослыть шовинистом? — Армони, державшая в руке плотную стопку анкет, свернула ее в трубку и легонько дала Кирану по затылку.

— Ай! — он перестал раскачиваться на стуле и обиженно посмотрел на Армони снизу вверх, потирая голову. — Ну тогда возьми первую попавшуюся! Пусть даже гребанную фанатку. Скажи, что закрыли набор преждевременно.

— С удовольствием, — елейно улыбнулась Армони. — Только возиться с ней придется тебе.

— Что? Нет. Ну уж нет! Я и так потерял Зена, а теперь еще и возиться с соплячкой?!

— Вот именно! Ты потерял Зена, — в голосе Армони прозвучала укоризна. Киран одарил ее прожигающим взглядом, но она сделала вид, что ничего не заметила.

— Почему бы Рэду самому не заняться этим дерьмом… — буркнул Киран, легонько пиная ножку стола кроссовком.

— Выступление через неделю. Думаешь, у Рэда мало дел? — подал голос Ютан.

— Так! Ладно! — Армони всплеснула руками. — Все варианты одинаково хороши и одинаково дерьмовы, да? Мы хотим закончить уже или как?

Киран и Ютан одарили её мрачными взглядами. Армони присела на краешек стола, отпихнув бумаги, и уставилась на Кирана из-под сиреневой челки.

— Давай так. Следующая кандидатка станет твоей напарницей, если ее имя будет начинаться на “К”.

— Рэд поседеет, когда узнает, как вы выбираете напарника, — покачал лысой головой Ютан.

Киран рассмеялся.

— Так она точно окажется чокнутой фанаткой.

— Хорошо, тогда следующая кандидатка с именем на “К” и нормальным опытом в резюме.

— И ее первым заклинанием будет Щит Штерна, — добавил Киран. Этот крос редко использовался новичками, по крайней мере, мало кто готов был его продемонстрировать на пробах — обычно кандидаты предпочитали что-то более простое, но более отточенное, чтобы не ударить в грязь лицом.

Но Армони сразу согласилась.

— Идёт.

Киран прищурился, явно заинтересованный назревающим пари.

— Я не стану играть в одиночку. Если следующая вошедшая не будет соответствовать требованиям, ты проиграла. Нет, тогда вы оба, — он перевел взгляд на Ютана. — Вы оба проиграете. Каковы ваши ставки?

— Я не играю в ваши игры, — буркнул Ютан.

— Нет, он играет, — отрезала Армони. — Если следующая не пройдет по условиям, мы…

Она на мгновение задумалась, прежде чем выпалить:

— Мы расформируем пару. Я возьму новенькую, а Ютана отдам тебе.

Киран недоверчиво посмотрел на Армони.

— Хочешь оставить Нельта в паре с Вэлли? Не самый практичный союз.

Армони поморщилась.

— Ну тогда Ютан возьмёт новенькую, а я буду с тобой. Святые, Киран, ты согласен или нет?

— Тогда любую? Ты примешь любую следующую кандидатку, кроме той, что на “К”?

— Армони! — взгляд Ютана был полон мольбы и отчания.

— Ладно, у меня будут свои условия. Мой кандидат начинается на “С”, имеет хороший опыт и… Покажет Щит Штерна, — она улыбнулась, наблюдая за тем, как Ютан закрывает лицо руками и глухо стонет.

— Рэд съест вас живьём, когда узнает.

— Рэд не узнает, — Армони с довольной ухмылкой протянула Кирану ладонь, и тот пожал ее в ответ.

— Ставки сделаны, господа, — прищурившись, улыбнулся Киран. — Ставок больше нет.

Армони потянулась к стеклянной вазочке, в которой был сложен ворох мелких бумажек с номерами, и наугад вытащила одну. Подошла к двери, и, высунув голову в коридор, весело прощебетала:

— Номер двадцать четыре! Здесь есть номер двадцать четыре?

***

Крис уставилась на приоткрытую дверь. Сердце бешено колотилось где-то в горле.

— Номер двадцать четыре, — повторила девушка, высовываясь в коридор ещё дальше и оглядывая собравшихся. — Есть здесь двадцать четвёртый?

Крис обернулась. Женщина, оставившая карточку, не возвращалась. Может, застряла в очереди в туалете, может, ушла насовсем. В любом случае — тишина. Люди переглядывались, пожимая плечами.

Крис медленно опустила взгляд на карточку, что сжимала в руках.

Кристоль Спаркс. Тридцать лет. Сопровождение Галара Сиана.

Снизу, из-под этой внушительной анкеты, сиротливо выглядывала ее собственная.

Кристоль Спаркс. Двадцать два года. Бар “Драгон Пиллс”.

Пальцы дрогнули.

Это нечестно. Это неправильно, Крис.

Все тайное всегда становится явным.

— Что, его нет? Двадцать четвертый струсил? — девушка с сиреневой челкой, казалось, смотрела прямо на неё.

— Я, — отозвалась Крис, тихонько отложив карточку с номером сорок два на край скамейки. И, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и ровно, уже громче сказала:

— Я — номер двадцать четыре.

Комнатка в конце коридора оказалась каморкой с крошечным слуховым окошком под потолком, телевизором, подвешенным в углу, и узким длинным столом, за которым сидели три человека. Ни один из них не был похож на сурового дяденьку в строгом костюме — все, как один, носили спортивную одежду с эмблемой Астеля и выглядели весьма молодо. Пожалуй, они скорее походили на спортивную команду старшекурсников из университета, чем на серьезных сотрудников сопровождения, которых представляла себе Крис.

Тем не менее, их изучающие взгляды заставляли ее спину покрываться холодной испариной.

Скраю слева от неё присела худенькая девушка с короткими сиреневыми волосами — та, что произносила номера. С другого краю расположился широкоплечий лысый мужчина с угрюмым вытянутым лицом.

А в центре… В центре сидел человек, от вида которого Крис растерялась. И так слишком взволнованная своим нечаянным обманом, она не сразу нашлась, как реагировать: смотреть на него прямо или отвести взгляд, чтобы он не подумал, что она пялится? Наверное, этого мужчину можно было бы назвать красивым, если бы правая сторона его лица не была вспорота глубоким шрамом — неровная темно-красная линия начиналась на лбу и шла вниз через глаз, обрываясь на середине щеки. Сам глаз сохранился, но был словно подернут туманом, и было сложно сказать, видел ли что-то светлый зрачок, смутно видневшийся за белой пеленой. Каштановые волосы длиной чуть ниже подбородка заправлены за уши, пряди откинуты со лба — он явно не стеснялся своего уродства и не пытался его скрыть.

Может быть, даже гордился — это ведь говорило о самом что ни на есть боевом опыте. Пожалуй, для телохранителя это можно было бы счесть чем-то вроде медали за отвагу.

Крис твердо решила, что будет смотреть ему прямо в глаза и не отведёт взгляда.

— Итак, номер двадцать четыре, — улыбнулась девушка с сиреневыми волосами, и Крис увидела в ее глазах странное детское озорство. — Ваша анкета?

— Д...да, — спохватилась Крис, протягивая карточку своей тёзки. Ее руки слегка дрожали, и она надеялась, что присутствующие спишут это на обычное волнение перед собеседованием.

— И ваше имя, — девушка ликующе улыбалась. — Кристоль! Буква “К”!

Лысый мужчина фыркнул, а тот, что со шрамом, закатил глаза, откидывая голову чуть назад, и издал еле слышный стон.

— К-кристоль Спаркс, все верно, — натянуто улыбнулась Крис, с трудом понимая реакцию собеседников. Почему девушка так радуется? И чем разочарован мужчина со шрамом?

Может, они что-то поняли? Могли ли они знать, что в очереди было две Кристоль Спаркс? А что, если…

По спине прокатилась капля холодного пота.

Что, если это было подстроено? Если все это было какой-то изощрённой проверкой?

Крис сжала руки за спиной, пытаясь унять нервную дрожь.

— Но фамилия… — шепотом обратился мужчина со шрамом к своей соседке, чуть наклоняясь к столу.

— Имя, Кин. Мы говорили про и-мя, — самозабвенно протянула та.

Мужчина вновь разочарованно откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, фыркнув и презрительным взглядом окинув кандидатку.

Кристоль громко сглотнула.

— Итак, Кристоль, — девушка вновь обратилась к ней. — Вижу, у вас очень приличный опыт. Сопровождение Галара Сиана! — Она присвистнула. — Да вы знаете свое дело, не так ли?

Человек, названный Кином, недовольно цокнул языком, забирая из рук соседки анкету с номером двадцать четыре. Чем дольше он хмурился, тем сильнее дрожала Крис. Даже голос её дрожал, и она изо всех сил пыталась это скрыть, когда произнесла:

— Д-да. Думаю, я подхожу вам больше, чем кто-либо другой.

Лысый мужчина усмехнулся. Кин и его соседка многозначительно переглянулись.

— Кристоль, — заговорил Кин, странно улыбнувшись. — Прошу вас, продемонстрируйте ваши способности. Всего лишь небольшой перформанс для нас. Не нужно усердствовать.

Крис кивнула, выдыхая. Небольшой перформанс? Не нужно усердствовать? Да ведь судить ее будут именно сейчас, по ее первому кросу! Она должна проявить себя — сейчас или никогда! Нет, она не станет надеяться, что фальшивая карточка даст ей стопроцентную гарантию. Она использует все свои козыри.

По-детски скрестив пальцы — Крис до сих пор не избавилась от этой привычки, несмотря на насмешки преподавателей, — она сделала шаг назад, прижавшись к двери, так, чтобы между ней и столом оказалось как можно больше места. Вдыхая и выдыхая, она сконцентрировалась, создавая из воздуха и пыли мутно-золотистый, переливающийся в теплом свете лампы Щит Штерна.

Он должен получиться идеально. Должен. Сейчас, или никогда.

Вдох, вдох. Ещё вдох. Выдох! Щит образовывал высокий купол, унизанный золотистыми точками, похожими на капли росы.

Она слышала, как девушка с сиреневыми волосами радостно завизжала, хлопая в ладоши. Лысый хмыкнул. Кин протяжно застонал, прикрывая руками лицо.

— Достаточно, Кристоль! Достаточно, благодарю вас! — его голос, казалось, был полон разочарования.

Выдох.

Щит схлопнулся, растворившись в воздухе золотистой пыльцой.

— Ну что ж, Кристоль Спаркс! — девушка поднялась из-за стола и обошла его, приближаясь к Крис. — Конечно, вы выглядите куда моложе своего возраста, что, клянусь, сперва навело на кое-какие мысли…

Крис сжала вспотевшие ладошки.

— Но вы сейчас полностью оправдали себя и всё, что написано в вашем резюме. Великолепно! Поздравляю!

— П… Поздравляете?...

— Конечно! — она взяла руку Крис в ладонь и энергично потрясла. — Поздравляю! Вы приняты в сопровождение Галара Астеля!

Глава 2. Секрет

— Вашим напарником станет господин Кин.

— Господин… Кин? — Крис перевела взгляд на мужчину со шрамом, в то время как девушка не переставала трясти ее руку. Трудно было понять, что шокировало больше: тот факт, что она в действительности получила это место, или то, что её напарником станет человек, испытывавший к ней презрение с самого первого взгляда. Это так четко прослеживалось в его многострадальных взглядах и разочарованных возгласах, что Крис делалось не по себе. Конечно, ей приходилось подвергаться остракизму и в школе — но ведь там она отличалась от всех и была белой вороной, так что поведение одноклассников хотя бы можно было понять. Но тут другое: этот человек ещё не знал её, а она не знала его. Не было ни единой причины относиться вот так к незнакомому человеку, особенно, когда проводишь с ним собеседование. Это как минимум непрофессионально! И с этим человеком ей придется работать в паре? Что она сделала, что он смотрит на неё вот так? Если она ему так не приглянулась, почему он не мог просто сразу отказать ей?

— Киран Кин, — кивнула девушка, показывая на мужчину со шрамом. Тот даже не сделал вид, что хотя бы пытается быть приветливым — лишь одарил Крис ледяным взглядом, поднимаясь с места. — Он Нельт и работает с Астелем уже год. Поверь, вы подружитесь! Мы все подружимся. Меня зовут Армони, я Инри. А Ютан — наш Вэлли. Мы — часть команды сопровождения Галара.

— Очень приятно, — кивнула Крис. — Приятно познакомиться. Но мне ведь… Придётся работать с господином Кином только поначалу? Мы же будем сменяться, верно? — она не смогла скрыть в голосе робкой надежды.

Армони улыбнулась, а Кин, собиравший со стола бумаги, беззвучно рассмеялся. Крис видела, как дрожали его плечи, а когда он поднял голову, то отметила, что его улыбка даже на обезображенном лице выглядит удивительно чарующе. Да, определенно, до того, как этот Нельт получил шрам, он наверняка разбил не одну сотню сердец.

— Он не такой страшный, как может показаться на первый взгляд, — ответила Армони и с сочувствием похлопала Крис по плечу. Киран фыркнул, а Ютан криво улыбнулся, покачав головой.

— Когда сможешь приступить, Кристоль? — Армони обезоруживающе улыбнулась. — Готова выйти завтра?

***

— Похвастаешься матери? — Лавли весело звенела ложечкой в чашке, размешивая сахар, и с лица ее не сходила озорная улыбка. В глазах необычайного изумрудно-зеленого цвета плясали задорные искорки.

— Вот еще, — фыркнула Крис. — Скажу ей, а завтра мой обман раскроется, и что потом? Ты же её знаешь. Она мне будет припоминать это еще лет двадцать.

На фудкорте было немноголюдно, но шумная стайка подростков за столиком поодаль создавала иллюзию переполненного зала. Они то и дело хохотали, выкрикивали спонтанные фразочки и громко включали на телефоне звук из какого-то нашумевшего ролика. Крис поежилась, сдерживая порыв встать и уйти прямо сейчас.

— Раздражают? — повела бровью Лав, имея в виду ребят. — А представь, каково будет на работе! Фанбаза сейчас — сплошь подростки.

— А вот и нет! — насупилась Крис, и Лавли расхохоталась. Крис невольно залюбовалась ее широкой улыбкой.

— Ну конечно. Прости. Процентов девяносто — подростки, и еще десять — пожилые женщины лет двадцати двух, вроде нас с тобой.

Крис усмехнулась, мотнув головой.

— Я справлюсь, — выдохнула она, приподнимая руки ладонями вверх и прикрывая глаза, будто медитируя. Но тут же снова открыла глаза и уставилась на Лавли.

— Служба безопасности. Они же должны меня как-то проверять, да? Наверняка нетрудно найти ее настоящее фото. О-о-о, — она застонала, схватившись за голову. — Они найдут. Они её точно найдут. Они поймут, что я — просто тезка. Что со мной будет, Лав?

Лавли отхлебнула кофе, глядя на Крис поверх чашки все с той же хитринкой в глазах.

— Это мошенничество? Меня могут привлечь за такое? Да что ты смеешься?!

— Успокойся, Крис. Расслабься. Дыши, — Лавли с трудом подавила смех. — Это же не корпорация с тайнами государственного уровня. Ну перепутали вы анкеты второпях, и что с того? Ты же и в самом деле Кристоль Спаркс. И Инри. Причем очень мастеровитая. Только полные идиоты решат втягивать полицию из-за какой-то мелкой ошибки.

— Мелкой ошибки? — Крис всплеснула руками. — Да она служила у Галара Сиана! Четыре года, Лав, четыре!

— А ты работала в баре, — пожала плечами Лав. — Четыре месяца. Тоже, в общем-то, опыт.

— Лав… Это даже звучит глупо, — Крис протяжно выдохнула, и плечи ее понуро опустились. Подруга, поняв, что сплоховала, придвинулась ближе, и, низко склонившись над столиком, накрыла ее руку своей теплой ладонью.

— Все будет хорошо. Слышишь? Ты не зря столько тренировалась. Опыт это дело такое… Наживное, знаешь, — она махнула ладошкой. — Помнишь, как говорил препод по новой физике? Главное — мана. А у тебя ее — ух!

Крис невольно улыбнулась. “Маны”, как выражался их преподаватель из Нового университета, у нее действительно было много. Её запас сил был удивителен для такого юного возраста — она могла удерживать тот же Щит Штерна несколько часов без передышки, что давалось далеко не каждому студенту.

— Если они не полные придурки, то точно это оценят, — уверенно кивнула Лав. — Я с тобой, кошечка. Буду на связи весь день, поняла меня? Пиши и звони сразу, как только увидишь Астеля.

— Может, я его вообще не увижу.

— Даже думать не смей, — перебила ее подруга, шутливо нахмурившись. — Ты поклялась, что заставишь его расписаться на моей футболке, помнишь? Клятва фаната — это святое!

***

— Не хочешь ничего мне сказать? — Кин приподнял бровь, глядя на нее сверху вниз и скрестив руки на груди. Крис вздрогнула, опустив глаза под напором его тяжёлого взгляда.

Они стояли в светлом кабинете на четырнадцатом этаже бизнес-центра: здесь они должны были встретиться с Рэдом — менеджером Астеля, который курировал все, что связано с Галаром, начиная от покупки нижнего белья и заканчивая заключением трудовых договоров с персоналом.

Кругом царила стерильная белизна. Сквозь огромные окна от пола до потолка проникали яркие солнечные лучи. Крис щурила глаза, ослепленная непривычным обилием света. Единственным темным пятном в кабинете был Кин — но поднимать глаза на него было страшно.

— Кристоль? — настойчиво повторил Кин. Крис бросила на него короткий взгляд и заметила, как пальцы на его руках крепко сжались.

— Не знаю, — пробормотала она. — Что вы хотите услышать?

Он тяжело вздохнул, опуская руки и подходя к столу. Присел на краешек и повернул к себе монитор, что-то щелкая на клавиатуре. Крис окинула его взглядом: спортивные черные штаны, затертые, бывшие когда-то белыми кроссовки и черная футболка с неприметной эмблемой Астеля на груди делали его не просто темным пятном в этом кабинете — он казался чем-то настолько инородным в обстановке бизнес-центра, что Крис в ее классической белой рубашке, тёмно-синий юбке почти до колен и туфлях на крохотном каблуке вписывалась сюда куда больше. Наверное, человек со стороны мог бы решить, что это Крис принимает здесь на работу Кина, но никак не наоборот.

Он закончил печатать и повернул монитор так, чтобы Крис могла видеть экран.

— Ты же не думала, что я поверю, будто тебе тридцать?

Крис ни о чем не говорило фото, которое высветилось на мониторе. Она слишком плохо запомнила женщину из очереди в лицо. Но все же была уверена, что на фото именно она —та самаяКристоль Спаркс. Опытная Кристоль Спаркс. По-настоящему взрослая Кристоль Спаркс.

Конечно, это она. Кто ещё мог там быть?

В горле пересохло, и Крис закашлялась, чувствуя, как нещадно краснеют щеки.

— Я не стал заморачиваться, но думаю, ребята без труда отыщут и твой настоящий профиль. Дать им еще пару часов, или расскажешь сама? — Кин протянул ей стакан воды и выжидательно уставился на неё. Крис сделала несколько глотков, и, прокашлявшись, наконец встретила взгляд Кина, с той стойкостью, с которой стоило принимать неизбежное.

— Я — Кристоль Спаркс.

Он закатил глаза, откидывая голову назад.

— Святые праотцы. Да, милая, ты — Кристоль Спаркс, а я — Галар Астель. Продолжишь в том же духе при Рэде — и мы дружно дождемся полицию.

Крис сжала стакан крепче.

— Не нужно никакой полиции. Я не сделала ничего противозаконного.

Его лицо исказила кривая улыбка. Он молчал, словно ожидая её исповеди. Но горло Крис снова сжалось, и она через силу сделала еще несколько быстрых глотков.

— Меня зовут Кристоль Спаркс. Мне двадцать два. Я живу в Анфелиме с самого детства. Закончила школу Саго Марини и Новый Университет по специальности “Защита промышленных предприятий”. Работала… Четыре месяца. В баре.

Кин молчал. Она прочистила горло, прежде чем добавить:

— Это всё.

По его лицу было сложно понять, о чем именно он сейчас думал. Взгляд его блуждал по комнате, не останавливаясь ни на чем конкретном. Длинные пальцы барабанили по столешнице. Наконец взгляд остановился на Крис, а рука вытянулась навстречу к ней, ладонью вверх, и поманила, словно призывая подойти к нему ближе.

Крис встретила его жест открытым недоумением.

— Документы, — уточнил Кин, нетерпеливо сжимая и разжимая пальцы. — Твои настоящие документы. Ну? Не думаешь же ты, что я поверю такой врушке на слово?

Опомнившись, она спешно нырнула в сумочку, и, выудив сиреневую папку, дрожащими руками вручила ее Кину. Несколько минут он внимательно изучал ее диплом, карточку ЧеВГИ, медицинскую справку и одинокий отзыв с прошлого места работы.

— “Драгон Пиллс”? — он усмехнулся, дойдя до отзыва. — Милое местечко.

— Бывали там?

Кин неопределенно пожал плечами и вернулся к бумагам. Дойдя до аттестата, долго разглядывал отметки, и, не поднимая глаз, буркнул:

— Школа Саго Марини. Она ведь обычная? Не для ЧеВГИ?

Крис смущенно кивнула. Не многие разделяли мнение ее матери о том, что в школах старого формата образование более традиционное, а значит, и более “правильное”. Каждый раз, когда речь заходила об этом, Крис приходилось виновато оправдываться, словно учеба в Саго Марини была не прихотью эксцентричной матушки, а ее собственным детским желанием. Но Кин больше ничего не сказал о школе. Только окинул Крис изучающим взглядом — прищурился так, будто раздумывал, пора ли уже вызывать полицию, или стоит потомить ещё немного.

Крис пошатнулась, нащупывая кресло позади себя. Мягкая обивка шершавым теплом коснулась ладони.

Выдыхай.

Он ничего тебе не сделает.

Полиции нет дела до какой-то ошибки.

— Как видите, это я. Кристоль Спаркс и правда мое имя. Просто… Произошло недоразумение. Перепутали анкеты, — Крис сжала губы и выдохнула через нос.

— Но ты ведь поняла, что здесь ошибка. Когда Армони сказала про опыт, — голос Кина смягчился, и несмотря на слова, в нём не слышалось укоризны. Крис, сев в кресло и сложив руки меж колен лодочкой, слабо кивнула, не поднимая глаз. Ее взгляд сосредоточился на пятнышках на кроссовке Кина. Нельт легонько покачивал правой ногой, и Крис зацепилась взглядом за этот маятник, как за спасительный круг.

— Послушай, Кристоль. Сейчас сюда придет Рэд, и я не собираюсь рассказывать ему всё, что только что узнал. Мне плевать, хочешь ли ты получить автограф Астеля на заднице, на груди, или где вы, фанатки, еще мечтаете — это не мое дело. Но ты должна понять, что способ, который ты выбрала…

Он выдержал долгую паузу.

— Ты слышала о недавнем покушении?

Крис подняла голову.

— Да.

— Мой напарник в госпитале. Это серьёзно. Все это — не весёлое приключение. Это настоящая, тяжёлая, опасная работа. Ты же понимаешь? Понимаешь, что нападение может повториться?

— Я понимаю, — Крис сжала кулаки. — Я к этому готова!

Кин бросил на неё оценивающий взгляд. Помолчал, прикусывая губу, отводя глаза к окну и снова поворачиваясь к ней, словно искал в себе смелость согласиться на эту авантюру. Но в конце концов, помявшись с минуту, выдал:

— Покажи, на что способна.

— Показать… щит? — почти шепотом переспросила она, скрещивая пальцы.

— Я перечислю кросы. Покажи все, что назову. Так быстро, как только сможешь.

— Но… — Крис растерянно обвела взглядом кабинет. — Прямо здесь? Сейчас?

— Рэд скоро придет, — нетерпеливо напомнил Кин. — Хочешь, чтобы я передумал?

— Я готова! — воскликнула Крис, вскакивая с кресла. — Давайте!

Он слез со стола и выпрямился, запустив руки в карманы. Мотнул головой, безмолвно приказывая Крис отойти подальше. Она попятилась и встала у стены, так, что теперь между ними было расстояние не меньше, чем в десять шагов — достаточно, чтобы показать щиты во всей красе.

Все её тело сжалось в предвкушении. Она сжимала пальцы почти до боли. Кин несколько секунд молчал, но когда открыл рот, названия кросов посыпались из него с такой скоростью, что Крис едва успевала сориентироваться.

— Заградительный. Бытовой. Штерн. Сепия. Белый. Штерн. Шевелись, Инри!

Щиты не успевали растворяться, наслаиваясь друг на друга —золотая пыль меркла в сепии, бытовой щит мерцал голубым — все переливалось и ослепляло, смешиваясь в безумной какофонии света. Крис вспотела, судорожно дёргая руками. Едва поспевала дышать.

— Сепия. Штерн. Притяжение!

Притяжение. Чёртово притяжение!

Крис знала, что этот крос был одним из низших — в университете ему не уделяли внимания, считая, что подобное Инри должны проходить ещё в школе. Но ей, проходившей свой путь в одиночку, притяжение так и не удалось освоить как следует.

Она умела делать его только одним способом. Самым кривым. Через Щит Штерна.

— Притяжение, Инри! — настойчиво повторил Кин.

И Крис обхватила щитом первое, что увидела — его самого.

И потянула.

Рывок дался с трудом.

Но стоило дёрнуть с места — и крос легко понес Кина на неё, с такой скоростью, что Крис едва успела растворить щит прежде, чем они оба впечатались бы в стену.

Но все равно — было слишком поздно. Когда крос оборвался, Кин уже по инерции влетел в Крис, подхватвая ее и прижимая к себе.

Они вместе качнулись назад — но Кин удержал равновесие, одной рукой уперевшись в стену.

— Твою мать, — выдохнул ей на ухо, тяжело дыша. Выпустил её из объятий и навис над ней — Крис осталась стоять меж его вытянутых рук, в пугающей близости от его лица. Она ошарашенно смотрела на него, не в силах пошевелиться. Белый глаз слабо мерцал неестественным серебром.

— Что ты творишь? — он почти что шептал. На губах не было и тени улыбки.

Она… Провалилась?

Неужели на этом — всё?...

Кровь бешено стучала в висках. Сердце ещё гоняло Ри по венам, заставляя ладони горячо пульсировать. Крис облизала пересохшие губы.

— Притяжение, — только и смогла выдавить она. — Как вы просили.

Кин одарил её грозным взглядом, но уже через секунду его губы дернулись, будто он пытался скрыть просящуюся улыбку. Отстранился, наконец освобождая Крис, и она выдохнула, хотя каждая клеточка её тела все ещё была сжата в ожидании его вердикта.

— Ты… — он покусал губы, подбирая слова. — Святые, Инри. Я дам тебе шанс. Всего один шанс, поняла? На следующей неделе концерт, и если ты покажешь себя хорошо… Будем считать, что недоразумение с анкетами забыто.

Сердце в груди застучало размашисто и гулко. Ей показалось, что оно бьется не под ребрами, а где-то совсем на поверхности, сразу под ее кожей — подними руку, и сможешь коснуться. Её… Берут? Берут в сопровождение? В самом деле?...

— Господин Кин… — охрипшим голосом пробормотала она и прокашлялась, пытаясь вернуть себе способность внятно говорить.

— Гёзьбедин Кин, — передразнил он, скорчив гримасу. — За тобой должок, Кристоль, так что не расслабляйся.

— Да, — Крис поднялась с места, вскидывая голову. — Да, конечно! Спасибо, господин Кин… Спасибо! Я… Я даже не верю, что вы согласились… Ох. Святые. Я не знаю, что сказать.

Она нервно рассмеялась, сжимая руки на груди.

— Конечно, согласился, — буркнул Кин. — Проигрыш есть проигрыш.

— Что?

— Ничего. Пока что этот разговор останется нашим секретом. И я его забуду, если ты справишься. Но Кристоль, сейчас я хочу, чтобы ты уяснила: сопровождение — это не игра. Если для тебя это только гонка за трусами Астеля — прошу тебя, лучше уйди сейчас.

— Да! То есть — нет, для меня это не гонка! Я обещаю, я… Я со всей серьезностью! Я… Я выложусь на максимум! Ох, господин Кин! Что я могу сделать, чтобы отблагодарить вас?

Он поморщился.

— Для начала — начни называть меня по имени, если не хочешь раздражать меня еще больше.

— По имени?

— Киран, — напомнил он. — И только на “ты”. Свое выканье оставь Галару. В сопровождении никто так не общается.

— Киран, — повторила она, не спуская с него очарованного взгляда. — Спасибо. Спасибо!... Вы… Ты не пожалеешь, я обещаю!

Глава 3. Святыня

— Ты взяла вещи?

— Вещи?...

— По списку. Тебе Армони не скинула?

Крис смущённо потерла лоб. Вообще-то Армони действительно присылала ей список с тем, что ей следует захватить с собой на подписание договора. Предполагалось, что сразу после встречи с Рэдом Киран отвезёт ее в резиденцию Астеля. Но каковы были шансы, что договор действительно подпишут? Крис и думать забыла о каком-то там списке — все мысли были заняты только тем, что случится, когда вскроется её обман.

А теперь… Теперь у нее в руках был подписанный договор. Она не знала, какие отношения были между Кином и Рэдом, но, казалось, менеджер доверял Кину безраздельно: зайдя в офис, он почти не взглянул на Крис, и — она могла поклясться — лишь сделал вид, что бегло читает документы. Кин предусмотрительно подсунул на подпись исправленную версию договора: в нем значился номер карточки не тридцатилетней Кристоль Спаркс из очереди, а её, настоящий номер.

Быстрый, острый росчерк Рэда — и вот Крис официально начинала свой испытательный срок в качестве сопровождающей Галара.

— Я даже… Если честно, я и… не надеялась.

— Ясно, — Киран вздохнул, запрокинув голову и сунув руки в карманы.

— Но я могу съездить прямо сейчас, — встрепенулась Крис. — Тут чуть меньше часа на метро.

— Чуть меньше часа? — бровь Кирана взметнулась вверх. — Где ты живёшь? В преисподней?

Крис опустила глаза, скручивая договор в трубочку.

— Ладно. Моя машина внизу. Поедем к тебе, а после сразу к Астелю. На сборы у тебя будет десять минут, поняла? Не набирай шмоток, одежду все равно выдадут на месте.

Крис покосилась на футболку Кирана, на которой красовалась полустертая эмблема Астеля. Если именно такую одежду выдают телохранителям, то, пожалуй, она хотела бы иметь возможность отказаться.

Киран проследил за её взглядом и усмехнулся, бросив ответный взгляд на ее юбку.

— Думала, тебе дадут шанс посверкать чем-то посимпатичней? Не морщи нос, милая. Персонал обязан носить шмотки с его клеймом. Ты скоро привыкнешь.

Он направился к выходу, и Крис засеменила следом.

— В первую очередь одежда должна быть удобной. Ты еще оценишь подобные костюмчики, я тебе обещаю.

— Я понимаю. Нет, не то чтобы я собиралась… сверкать перед Галаром, — слукавила она. — Не то чтобы это вообще было важно!

Они вместе зашли в лифт. Киран нажал кнопку и встал лицом к двери. Крис встала по левую руку от него, и в блестящей поверхности дверей увидела их отражение: высокий ухмыляющийся парень с изуродованным лицом, стоящий в своей спортивной одежде расслабленно и спокойно, и светловолосая девушка рядом, ростом ему по середину плеча, с алыми щеками, ссутулившаяся и зажатая. Как же она ошибалась, когда думала, что ее строгая одежда придаст ей уверенный вид профессионала! В ней ни на секунду не прослеживалась даже капля той силы, что читалась в одной только позе Кирана.

Крис вздохнула и выпрямилась, принуждая себя расправить плечи.

— “Драгон Пиллс”, — вспомнил Киран, глядя в отражение вместе с Крис. — Ты же там не только пиво разливала, а?

— Не только, — пискнула Крис. Прочистила горло, пытаясь придать голосу уверенности, и уже громче добавила: — Я делала всё, чем в таких местах должна заниматься охрана. Так что я умею работать с людьми! И с особо агрессивными в том числе.

Киран ничего не сказал, только хмыкнул, качнув головой.

Когда сели в машину, он вбил адрес Крис в навигатор и включил радио. Снова крутили сообщение о попытке покушения на Астеля: в короткой новостной сводке не было ничего, что Крис не слышала раньше. Но затем двое ведущих устроили что-то вроде обсуждения версий, и Крис, увлеченная их диалогом, подкрутила громкость на панели, чтобы не приходилось вслушиваться.

Киран мельком бросил на нее недовольный взгляд, но промолчал. Он хмуро смотрел на дорогу, пока Крис, затаив дыхание, вся обратилась в слух.

— Если это кто-то из поклонниц, то каковы ее мотивы? Очевидно, чтобы пойти на такой шаг, нужно гореть далеко не любовью к своему идолу.

— От любви до ненависти один шаг! Нам мало известно о романах Астеля, но те крупицы, которые есть в интернете, наводят на мысли.

— А с этого момента поподробнее!

— Как насчет истории некоей госпожи И.? Она утверждает, будто не просто встречалась с Астелем, а даже была от него беременна! Однако Галар, узнав о ситуации, отреагировал очень некрасиво!

— О, ну, Рейн, в интернете полно подобных историй…

— Эта особо примечательна тем, что героиня сопровождает свой рассказ фото. Большинство сделаны исподтишка, и лица видны лишь частично, но многие читатели безошибочно распознают на фото Астеля рядом с женщиной, и… Я бы сказал, фото сделаны в очень интимной обстановке!

— Та-а-ак, и что же, по твоей версии, молодая мать-одиночка в расстроенных чувствах решается отомстить любовнику?

— Ну, мы все равно упираемся в вопрос, каким образом ей удалось скрыть Нельт от куратора, но…

— Чушь, — фыркнул Киран, убавив громкость так, что Крис теперь едва ли могла различить голоса ведущих.

— Почему?

— Астель ни с кем не встречается. По крайней мере, за все время, что я на него работаю, рядом с ним не было никого, кроме персонала. Ни друзей, ни родных. И уж подавно никаких любовниц. Он только и делает, что сочиняет, репетирует и выступает. И всегда — под нашим надзором. Уж поверь мне, если бы это была обиженная фанатка, мы бы вышли на неё в первую очередь.

— Никого?

Он так одинок! Подумать только. Звезда, великолепная, блестящая и недостижимая, светит на своем небосклоне совсем одна! Как это печально, и в то же время… Красиво. В этом была какая-то горькая, но в то же время правильная, логичная красота. Крис с трудом представляла себе Астеля, которого видела на сцене не раз, в какой-нибудь домашней, милой обстановке: кушающим мамин суп или играющим с братом в приставку. Нет, он действительно не казался тем, кто был способен на такое времяпровождение. Он был светом. Он был звездой. Иногда он… вообще не казался человеком.

— Он же чёртов Галар, — отозвался Киран, уверенным движением выворачивая руль. Крис проследила за его руками: на костяшках темнели следы недавних ссадин.

— Кто знает, сколько ему вообще лет? Мне порой кажется, он просто уставший от жизни дед. Давно отлюбивший свое. Во всех смыслах.

Он покосился на Крис, явно ожидая её реакции. Она промолчала, поджав губы.

— Говорят, с возрастом у них далеко не все части тела остаются молодыми, — он ухмылялся, не отрывая взгляда от дороги. — Что станешь делать, если ему на самом деле семьдесят, а? Сразу уволишься?

— Хватит меня дурачить, — надулась Крис. — Он появился на сцене только пять лет назад. Ему вряд ли больше тридцати.

— Откуда тебе знать, чем он занимался все эти годы? Может, выступал где-то ещё, а потом поменял имя и внешность? А может вообще не пел раньше, а занимался какой-нибудь другой галарской хернёй…

— Галары имеют только один гений, — мрачно ответила Крис. Она не могла себе признаться, но мысль о том, что Астель на самом деле может быть куда старше, чем кажется, заставляла ее испытывать смесь отвращения и ужаса. — Глупо полагать, что Галар с талантом в музыке столько лет игнорировал бы свою суть.

— Да, но говорю же, он мог просто сменить имидж. Представь, столько лет выступать! И даже самое милое на свете личико в зеркале может набить оскомину…

— Тебе-то откуда знать? — съязвила она, но тут же прикусила язык. Киран все ещё смотрел на дорогу, не поворачиваясь, но Крис видела, как крепко сжались на руле его пальцы.

Проклятье…

— Прости… Я не… Я не это хотела сказать.

В салоне повисла тишина. Крис сжала договор так сильно, что заскрипела бумага.

— Я хотела сказать, ты… Ты ведь не Галар. Тебе не понять, можно ли устать от чего-то, если живёшь так долго. Я не хотела сказать, что твое лицо… Это… Это странно прозвучало. Я не собиралась намекать на твои… недостатки.

“Молодец, Крис. С каждым словом закапываешь себя еще глубже. Давай, давай, самое время начать тыкать в уродство своего нового напарника. Когда еще, как не в первый день испытательного срока?”

Крис отвернулась и прижала тыльную сторону ладони к щеке, тщетно пытаясь приглушить жар пылающего лица.

— Давай поспорим, — Киран сказал это так непринужденно, словно вовсе не слышал неловкую попытку Крис оправдаться. — Узнаем, сколько ему лет на самом деле. Если он старше тридцати, то ты исполнишь мое желание.

— А если нет?

— А если нет, я проиграл, — он широко улыбнулся. — Тогда наказание выбирать тебе.

Крис ненадолго задумалась, покусывая щеку изнутри.

— Ну давай же, фанаточка. Чего ты хочешь?

— С чего ты вообще взял, что я его фанатка?

— Ой, да брось. Я видел заставку в твоем телефоне.

— Подумаешь! — фыркнула она. — Делать предположения, основываясь на такой ерунде!

— Хочешь свидание с ним?

Крис замерла. Сердце забилось сильнее, заставляя кровь снова прилить к щекам.

— А ты… Ты можешь это устроить? — робко спросила она.

И тут же стыдливо сжалась, услышав смех Кирана.

— Кто я, по-твоему? Волшебная фея?

Крис отвернулась к окну, делая вид, что увлеченно рассматривает городские пейзажи.

— О, сколько надежды было в твоих глазах! Даже не пытайся теперь отнекиваться, Инри. Ты фанатка. Я сразу это понял! У меня чутье на таких, как ты.

— Ну… Даже если и так, — смущенно пробормотала Крис. — Это никак не помешает мне работать, ясно? Я хорошая защитница. Сильная. У меня исключительный диплом.

— Я посмотрю, какая ты сильная. Но больше меня заботит другое. Ты хоть сможешь не разевать рот, когда окажешься рядом с Астелем? Придется смотреть по сторонам, а не на него. Если это окажется для тебя слишком сложно…

— Не окажется!

— Мгм.

Киран странно улыбнулся и заглушил двигатель.

— Ладно. Итак… Желание?

— Если ты проиграешь… — Крис ненадолго задумалась. — Ты поможешь подстроить так, чтобы мы остались с ним наедине! Хотя бы на часик!

— Инри, ты вообще понимаешь, что Астель это не зверюшка в контактном зоопарке? Предлагаешь мне запереть тебя с ним вопреки его воле?

— Откуда тебе знать, какой будет его воля! — надула губы Крис.

Киран рассмеялся, снимая ремень безопасности.

— Ладно, ладно, фанаточка. Как бы там ни было, ты все равно проиграешь.

***

— Ты что… Пойдешь со мной?

Киран невозмутимо зашёл в подъезд следом за Крис, мельком окидывая взглядом свежевыкрашенные стены.

— Если я останусь в машине, за десять минут ты не управишься.

— Откуда ты знаешь!

Он пожал плечами.

— С девчонками всегда так. Дай вам волю, и десять минут превратятся в сто десять.

Крис надула губы, скрещивая руки под грудью. Киран вызвал лифт. Лицо его оставалось невозмутимым.

— Боишься показывать чужаку фанатское логово?

— Ничего я не боюсь.

— Боишься.

— Нет там никакого фанатского логова!

— Тогда чего напряглась?

— Просто. Я… не готова к гостям. И вообще это… странно.

— Странно?

Она не ответила и зашла в лифт. В ее одинокой квартирке вообще никогда не бывало гостей — ну, за исключением Лавли, само собой. Но Лавли это особый человек, почти как сестра. А вот другие люди… Да в этой квартире у неё в гостях не бывала даже собственная мать. Что уж говорить о каких-то малознакомых мужчинах!

И как объяснить этому проклятому Кину, что он своим вторжением буквально посягал на ее святая святых?

Крис нервно перебирала в руке ключи, уставившись себе под ноги.

— А какое желание ты загадаешь?

— А?

— Ну, если Астелю окажется больше тридцати.

— Это сюрприз.

— Нечестно. Ты знаешь, что тебя ждёт, а я — нет.

Киран нахмурился, отведя взгляд к потолку.

— Ты… — лицо его вскоре посветлело, и он озорно заулыбался. — Станешь моей служанкой на один день.

— Эй!

— Что?

— Это не одно желание! Целый день выполнять твои хотелки, это… — она запнулась, ощутив, как спину пробирает неприятным холодком.

— Так. Мне не нравится то, о чем ты только что подумала, — Киран скрестил руки на груди.

— Ни о чем я не подумала.

— Я сказал — “служанку”, а не “рабыню”, ты чувствуешь разницу, Инри? Уж с задачами вроде принести кофе или почистить кроссовки ты должна справиться.

— По-твоему, это смешно? — Крис покраснела, слишком живо представляя, какой позор ее ждет.

— По-моему, это охренеть как смешно, — смешок Кирана вызывал зудящее желание ткнуть его в бок чем-нибудь поострее. — И учти, Инри, пари, заключенное в сопровождении — это святое. Только посмей нарушить договор, если продуешь.

— И что тогда?

— Что тогда? — он смотрел на нее с таким недоумением, словно она спрашивала, с какой стороны по утрам поднимается солнце. — В самом деле не догадываешься?

— Что? Из-за невыполненного обещания увольняют?

Киран улыбнулся, подняв бровь.

— Не забывай про наш секрет, фанаточка. Твое увольнение устроить проще простого.

Двери лифта распахнулись. Крис спешно пошла вперёд по коридору, не оборачиваясь, но по звуку легких шагов прекрасно слышала, что Киран неотступно идет за ней.

Как только они зашли в квартиру и Крис включила свет в прихожей, Киран удивленно присвистнул. Что он ожидал увидеть, раз был так поражен обычной квартирой? Она не была обставлена как-то по особому изящно: просто мебель из самого популярного мебельного Анфелима и декор, по большей части собранный на блошиных рынках. Может, его удивил легкий беспорядок? Крис огляделась, придирчиво выискивая недочеты. Да, тут и там разбросаны провода, карандаши, бумажки и смятая одежда. Но разве это не вполне нормальная атмосфера для обычного жилья?

— Ты говорила, что живешь одна? — подал голос Киран, разуваясь следом за Крис.

— Я не говорила.

— Но ведь одна, да?

— Это имеет значение?

— Значит, я угадал. Неплохие хоромы для одинокой фанатки.

Они вместе прошли в гостиную. Здесь на диване были разложены почти все ее блузки — перед выходом Крис полтора часа выбирала ту, что была на ней сейчас. Заметив, что среди блузок затесался лифчик, она живо собрала все в кучу и рванула к шкафу, прекрасно чувствуя затылком пристальный взгляд Кирана.

— Я же говорила, что не готова к гостям! — проворчала она, ощущая, как лицо заливается жаром.

— Да брось. Как будто я лифчиков фанатских не видел.

— Что?! — Крис мельком поймала свое отражение в зеркалах над диваном и сама ужаснулась тому, как покраснело ее рассерженное лицо.

— Что? А… В том смысле, что они постоянно летят на сцену. Иногда приходится бретельки с ушей снимать, как лапшу.

— Как ту, что ты вешаешь мне на уши? — фыркнула Крис. — На концертах Астеля запрещено бросать что-либо на сцену! Если ты думаешь, что я не знаю правил…

— Где здесь туалет? — перебил ее Киран, явно не желая хоть как-то реагировать на ее слова. Крис кивком указала путь прямо по коридору.

Пребывая в полном раздрае, она открыла список и принялась запихивать вещи в спортивную сумку. Нижнее белье. Много нижнего белья. Термобелье… Да на кой черт в такую жару вообще понадобится термобелье?! Проклятый Кин со своими пари и дурацкими шуточками. Интересно, все в сопровождении такие болтливые? Тот лысый Вэлли на собеседовании вовсе не показался разговорчивым. А девушка с фиолетовыми волосами похожа на Кина. Такая говорливая и веселая. Интересно, а сам Астель… Астель тоже такой?

Она замерла у открытого шкафа с сумкой в руке, на мгновение прикрыв глаза и попытавшись представить улыбающегося Астеля. Нет, она много раз видела, как он улыбается: на сцене, на интервью, на фото с фанатами. Но представить егопо-настоящему улыбающимся,искренним, таким настоящим, близким… Крис не сдержала мечтательный вздох. Может быть, она увидит его таким совсем скоро. Надо срочно, срочно рассказать обо всем Лавли! Она вернулась к телефону и взгляд её снова упал на список. Киран дал ей всего десять минут… Нет. Она расскажет сразу после того, как собственными глазами увидит Астеля. Тогда она будет уверена в том, что всё происходящее ей не снится.

В квартире стало подозрительно тихо. Крис прислушалась: ни плеска воды, ни шуршания, ни звука шагов. И куда подевался этот проклятый Нельт? Ладно, ей же проще. Никто не будет подкалывать и отвлекать идиотскими шуточками…

В груди вдруг похолодело, и только после пришло осознание. Крис бросила сумку и вихрем полетела по коридору. Только не это! Только. Не. Это!

От ее резкого толчка дверь в мастерскую распахнулась с грохотом. Но Киран, стоявший к ней спиной, даже не вздрогнул. Он склонился над её столом, что-то рассматривая, и Крис прекрасно знала, что именно.

— Не смей! — она выхватила из его рук портрет, на котором была изображена сама Крис и Астель. — Да кто тебе… Кто тебе разрешал сюда заходить!

— Невероятно, — Киран выпрямился и невозмутимо посмотрел ей прямо в глаза. Крис едва не задохнулась от возмущения, пряча картину за спину.

— Это ты сама нарисовала?

— Да как ты…!

— Как я догадался? О, я понял еще в коридоре, что ты человек искусства, — его улыбка только ещё больше выводила из себя. — По жеваным бумажкам с набросками.

Жеваным… Бумажкам? Вот что он первым делом заметил? Поэтому присвистнул тогда, в коридоре? Крис недоверчиво покосилась на него, отступая спиной к стене и по-прежнему крепко сжимая раму портрета.

— Да брось, хватит, — поморщился Киран и кивнул на стены, увешанные плакатами. На каждом из них красовался Астель. — Все равно что прятать икону, стоя посреди церкви.

Он окинул взглядом мастерскую. Помимо плакатов, набросков и картин с Астелем здесь неаккуратными стопками копились пухлые изрисованные скетчбуки, и Крис оставалось только надеяться, что Киран еще не заглянул ни в один из них.

— Выметайся отсюда, — прошипела она, аккуратно отставляя картину к стене. Ее автором была не она — эту картину подарила ей Лав, заказав ее у какого-то неизвестного художника к дню рождения Крис, а потому была особенно ей дорога.

Киран улыбнулся, поднимая руки так, словно признавал поражение.

Глава 4. Напарник

Дорога до резиденции Астеля была долгой, и почти весь путь они молчали. Сначала Киран пытался заводить разговор — задавал какие-то нейтральные вопросы о ее бывшей работе, о любимых кросах и подобной чепухе. Крис, потрясённая и угнетённая тем фактом, что ее святыня только что была осквернена, отвечала мрачно и односложно. В конце концов диалог затух, и, укачиваемая собственным несчастьем, Крис вскоре задремала, проснувшись уже на подступе к резиденции Астеля.

Это было величественное трехэтажное здание кремового оттенка, сделанное под старину: здесь были и характерные колонны, и узорчатые окна в коричневых рамах, и изящные башенки. В окружении зеленой изгороди эта прелесть казалась иллюстрацией из детской книжки, и легко было представить, что вот-вот из кремового замка явится прекрасный принц, чтобы приветствовать своих гостей.

— Опять они, — хмуро процедил Киран, когда кованные ворота медленно распахнулись и машина с тихим шуршанием въехала на подъездную дорожку. Крис в недоумении уставилась вперед. Да уж, полицейские авто явно никак не вязались с образом замка прекрасного принца.

— Неужели… Что-то случилось, — с упавшим сердцем пробормотала она.

Киран отстегнул ремень безопасности, заглушив двигатель.

— Очередной допрос, — дверь со щелчком открылась. — Ставлю десятку, эти кретины получают премию за каждое слово в своем гребаном отчете, и им плевать, насколько бесполезным он будет.

Он не потрудился достать ее вещи из багажника, так что Крис сделала это сама и догнала его, запыхавшись, уже на подступе к парадной лестнице.

— Допрос? Но разве не вы пострадавшие? Все, кто присутствовал на концерте?

Киран пожал плечами.

— Члены семьи — первые подозреваемые, или как там говорят?

— Члены семьи?...

— Для Астеля нет никого ближе его сопровождения, — Киран странно улыбнулся, и Крис не поняла, было ли сказанное иронией. Но они уже поднялись и вошли в дверь, так что ее внимание мгновенно переключилось.

Вот это хоромы! Крис невольно раскрыла рот, глазея по сторонам. Огромные залы напоминали по масштабам залы главного музея Анфелима, даже отделаны были с похожим пафосом. Изящные резные панели, огромные люстры, низко свисающие с потолка, насыщенная синева, благородное дерево и море позолоты — та мелькала везде, от дверных ручек и статуэток до мебельных ножек. Крис не успевала рассматривать всё, быстро несясь за Кираном и едва поспевая за его широкими шагами. Когда он привел её в большую гостиную и резко остановился в дверях, Крис едва не врезалась в его спину. В комнате стояли несколько человек: все, как один, разом повернулись, как только Киран переступил порог.

— А вот и долгожданный господин Кин, — причмокнул высокий незнакомец в черных брюках и белой рубашке. Крис не видела его раньше. Окинув взглядом остальных, поняла, что из присутствующих ей знакомо только лицо девушки с сиреневыми волосами, той самой, с собеседования. Кажется, её звали Армони? Она смотрела только на Кирана, будто вовсе не замечая Крис, и взгляд этот был полон тревоги.

— Детективы, — притворное радушие сладким ядом сочилось из уст Кирана. — Давненько вас не было. Уже соскучились! Поди, целых два дня прошло!

— Не ёрничай, Кин, — второй незнакомец, одетый точно так же, как и его напарник, с той лишь разницей, что его рубашка была чуть более мятой, приблизился к Кирану. — Мы просто делаем свою работу.

— Да неужели? — Киран схватил Крис за руку и забрал у нее сумку. — А я делаю свою, детектив. И прямо сейчас я должен позаботиться о новичке. Так что, если позволите…

Он было направился к лестнице, оставив Крис стоять посреди гостиной в растерянности. Но детектив в мятой рубашке грубо схватил его за локоть, так что Кирану пришлось остановиться. Он резко развернулся, и Крис была готова поклясться, что в блеклом глазу, щеку под которым расчерчивал шрам, что-то яростно блестнуло: словно из ножен выхватили сталь, и солнечный луч полоснул по острию вспышкой серебряного огня.

— Я уже давал показания, — Киран ответил тихо, но таким твердым и холодным голосом, что по спине у Крис пробежали мурашки. — Кончайте с этим цирком.

— Появились новые детали, господин Кин, — пока Детектив-Мятая-Рубашка держал Кирана за локоть, его соратник сделал шаг к ним обоим и заговорил мягко и вкрадчиво. — В свете этих деталей нам хотелось бы уточнить ваши показания.

— А мне плевать на эти детали, — Кин рывком освободился из объятий цепкой руки. — Я уже сказал все, что было нужно.

— То есть вы отказываетесь сотрудничать со следствием, я правильно вас услышал?

Снова блеск стали.

— А я теперь в роли подозреваемого?

— Что вы, что вы, господин Кин…

— Киран, — в разговор вступила Армони, подходя к троим у лестницы, словно пытаясь разрядить своим присутствием скопившееся в воздухе напряжение. — Это просто формальность. Ни к чему закатывать сцены.

— В самом деле? — Киран перевел на неё обезумевший взгляд, но уже через мгновение повеселел. Крис смотрела во все глаза, не проронив ни слова: наблюдать за молниеносной сменой выражения лица Кирана было жутковатым, но при этом невероятно завораживающим зрелищем.

— В самом деле, просто формальность? — Киран всплеснул руками и одарил широкой улыбкой присутствующих. Но его веселье явно было притворным. — Значит, и тебя тоже допросили повторно? И Ютана? И Вин? И Санар? Допросили всех? Или только меня, Армони? Потому что я, черт тебя подери, грёбаный Нельт?!

В гостиной воцарилась тишина. Крис боялась сглотнуть — звук бы получился таким громким, что наверняка привлек бы внимание. Она невольно сжалась и отвела взгляд от разъяренного Кирана, в чьем слепом глазу, казалось, полыхал серебристый огонь.

— Черт бы вас побрал. Идёмте, — наконец процедил Киран, опуская сумку Крис на пол. Детективы, переглянувшись, кивнули друг другу, и, сопровождая Нельта, быстро покинули комнату.

Крис растерянно проводила глазами их спины. И этот человек — её напарник?

— Вспыльчивый говнюк, — подтвердила ее мысли Армони, устало вздохнув. — Кристоль! Прости за такую встречу. Надеюсь, мы не оставили настолько плохое впечатление, что ты передумаешь. Ты ведь уже подписала договор? Да ведь? Да?

Крис кивнула, растерянно улыбаясь. Хотелось бы ей отказаться от общества неадекватного Нельта раз и навсегда? О, да! Могла ли она позволить себе по первой прихоти покинуть сопровождение Астеля? Да ни за что в жизни! Она будет бороться за это место. Ей и так оно досталось с большой удачей и огромными уступками, так что она была обязана воспользоваться своим шансом по максимуму!

— Рада снова видеть вас… тебя, — поправила она сама себя на ходу. — Рада, что мы теперь… Коллеги.

— О, да, — когда Армони смотрела на Крис, в ее глазах загорался странный плутовской огонек. Что это? Азарт? И почему Крис вызывает у Армони подобные чувства?

Армони энергично потрясла ее за руку.

— И я рада. Очень рада! Великолепно, что у нас теперь перевес по девчонкам. Это… — она обернулась, показывая на двух мощных женщин за спиной. — Винар и Санар. Винар предпочитает, чтобы ее звали просто Вин.

Вин носила короткую стрижку ёжиком, как и Санар. У Вин волосы были выкрашены в голубой, у Санар — в рыжий. Их спортивные костюмы различались по цветам, а еще у Вин была проколота левая бровь, но во всем остальном женщины были полностью идентичны. Винар и Санар были близнецами, и Крис была уверена, что волосы они красят только ради того, чтобы их без труда могли различать посторонние.

— Очень приятно, — Крис сдержанно кивнула.

Вин одарила ее доброжелательной улыбкой, подходя ближе и протягивая руку. Несмотря на то, что она была в спортивном костюме, застегнутом наглухо, Крис все же видела, как плотно рукава обхватывают широкие плечи, и вполне могла предположить, насколько развита у Вин мускулатура.

Однако рукопожатие не оказалось тяжёлым и сдавливающим — она пожала её ладонь ласково, как будто подбадривающе.

— Здравствуй, Кристоль, — голос у Вин был мягкий, но с лёгкой хрипотцой.

— Вы можете звать меня Крис.

И, со смущенной улыбкой поправила себя:

— То есть, ты. То есть… Вы все. Можете так меня звать.

Вин добродушно рассмеялась, а Крис бросила быстрый взгляд на Санар. Та все ещё стояла поодаль, скрестив руки на груди и глядя на Крис исподлобья.

— Как скажешь, Крис. Не тушуйся так, мы все здесь свои. Киран не такой страшный, каким кажется, но если уж совсем с катушек съедет, ты всегда можешь договориться с Армони о замене…

— Никаких замен, — Армони тоже скрестила руки на маленькой, по-мальчишечьи плоской груди.

— Ах, да, — Вин стукнула себя ладонью по лбу. — Ваше пари…

Армони страшно выпучила глаза, поджав губы и подавшись вперёд, словно хотела ударить Вин, но сдерживалась изо всех сил.

— Тихо тебе!

— Пари? — Крис поочередно смотрела на обеих. — Какое пари?

— Никакое, — махнула ладошкой Армони. — Это так… местное баловство.

— Да что греха таить, я и сама поспорила на тебя, — рассмеялась Вин. — И вижу, что Санар теперь должна мне десятку.

Санар раздражённо потерла шею.

— И… И на что же был спор?

— На то что Киран при…

Армони зажала Вин рот ладонью — для этого ей пришлось встать на цыпочки. Вин еле слышно давилась хохотом, а затем Армони резко отскочила, скорчив гримасу и тряся ладонью в воздухе.

— Ты ее облизнула? Фу! Ты ее только что лизнула!

Вин не переставая хохотала.

Санар тем временем вышла вперёд, подхватив с пола сумку Крис, и, склонив голову набок, внимательно посмотрела новенькой в глаза.

— Не хочешь осмотреться, пока твой напарник занят?...

***

— Не обращай внимания на эти глупости про пари. Временами тут бывает уныло. Это лишь способ хоть немного скрасить будни. Не принимай на свой счёт.

— Уныло? — не поверила Крис.

Концерты, бесконечные туры, интервью, встречи со знаменитостями, награждения… Жизнь в сопровождении никак не вязалась в её голове со словом “уныло”.

Санар пожала плечами.

— В турах повеселее. Но пока Астель киснет здесь и сочиняет — чуток уныло.

Они вместе поднимались по лестнице на второй этаж, туда, где по словам Санар, располагались комнаты сопровождения. Все они были в непосредственной близости от спальни самого Астеля, и Крис прикусила язык, когда с него чуть не сорвался нетерпеливый вопрос про Галара.

— Ладно. Я не в обиде. Киран… Уже немного рассказал мне о правилах вашей игры.

Санар многозначительно хмыкнула.

— Но и в самом деле, — задумчиво пробормотала Крис, поднимаясь на очередную ступеньку. — Зачем снова допрашивают Кирана? И почему только его?

— А ты не понимаешь?

— Он Нельт, — отозвалась Крис, ступая за Санар по широкому коридору, устланному красной дорожкой. Их шаги утопали в мягком ворсе. — Ну и что? Он же был в сопровождении во время концерта. Он защищал Астеля, разве нет?

Санар вздохнула, остановившись у двери цвета темной вишни. Таких дверей рядом располагалось ещё несколько — эта отличалась лишь особой ручкой, исполненной в форме тигра, держащего в зубах меч в ножнах. Крис пригляделась: кажется, на каждой двери зверь отличался. На двери справа ручку украшал дракон, а слева — лисица.

— Всё было не совсем так, — Санар эффектно щёлкнула пальцами, и над дверью голубоватыми искрами растворился простой бытовой щит. Обхватив пальцами миниатюрный меч, торчащий из пасти тигра, она потянула ручку вниз, и дверь распахнулась с тихим щелчком.

— Это твоя комната.

***

— А как, Санар? Как все было? — быстро оглядевшись в нехитро обустроенной спаленке с просторной кроватью, шкафом, низеньким столиком и тяжёлыми вишнёвыми шторами на узорчатых окнах, Крис в нетерпении обернулась к своей спутнице. — Везде пишут, что сопровождающие были на сцене…

— Пишут то, что мы им говорим, — буркнула Санар, присаживаясь на край кровати и вытягивая длинные ноги. Красный спортивный костюм был ей немного коротковат, и Крис увидела между носком и задравшейся штаниной узкую полоску светлой кожи.

— Точнее то, что говорит Рэд. А Рэд Кирану доверяет. Все доверяют Кирану… И… Ни к чему мутить воду, пока полиция не разберётся.

Все доверяют? Крис покосилась на Санар, пытаясь понять, о чём та думает, уставившись в ковер на полу. Она говорит так, будто Кирану доверяют все, кроме самой Санар… Его действительно стоит подозревать? Если так, то Крис должна знать об этом в первую очередь.

— Так… Его не было там? На сцене?

— Он… — Санар задумалась, дёргая себя за штанины и разглядывая ноги. — Он исчез за две минуты до того, как прилетел Пульсар. Как ты понимаешь, во время публичных выступлений категорически запрещается покидать зону видимости. Но он это правило нарушил. И за него поплатился Зен.

Крис не сразу осознала, что сидит рядом с Санар с открытым ртом. Киран? Тот самый Киран, что всю дорогу трезвонил ей о том, что сопровождение — это не шутки? Да как и зачем он посмел отойти от Астеля?!

Санар пожала плечами.

— Никто по-настоящему не знает, что произошло. Понятное дело, Кин говорит, что был там, но парадокс в том, что его никто не видел в ту минуту. Никто не видел, как он покидал сцену, и никто не знает, где он был в момент атаки. Камеры не фиксируют его нигде, а в момент вспышки просто отключаются.

Крис рассеянно проследила за птицами, разлетающимися в стороны за окном. Киран… Первый подозреваемый? Но как ему удается… Как ему удалось скрыть использование Нельт? Да и зачем ему вредить Астелю? Какая-то бессмыслица.

Санар вдруг встала на ноги и хлопнула Крис по плечу. Та немного подскочила на кровати от неожиданности.

— Прости, что вот так ошарашила тебя с самого начала. Пойми, я ничего против него не таю, никакой злобы или ещё чего. Просто все его так безоговорочно любят, что предпочитают об этом случае вовсе не говорить. Но я считаю, что раз он не виновен, зачем что-то скрывать, не так ли?

Крис кивнула.

— Ты просто спросила, а я рассказала правду, вот и всё.

Санар словно снимала с себя груз вины, оправдывая свой поступок. Как будто то, что она рассказала правду, делало ее плохой в глазах остального сопровождения.

Да что за чертовщина здесь происходит?

— Обосновывайся. Дверь в ванную, если что, вон там, за гобеленом. Ее никто с первого раза не замечает, — она слабо улыбнулась. — Отдохни, пока можешь, Крис. Как только твоего напарника отпустят детективы, он сто процентов захочет на ком-нибудь отыграться за унижение.

***

— Галар Астель не соизволил отужинать с нами, — поймав ее ищущий взгляд, громко заявила Армони. — Присаживайся. Что, у Галара Сиана небось были другие порядки?

— Галара… Сиана? — рассеянно пробормотала Крис, усаживаясь на стул с высокой резной спинкой. Ее пригласили на место, что пустовало по правую руку от Кирана, аккурат возле ещё одного пустого места во главе длинного дубового стола. Наверняка именно здесь должен был восседать Астель. Должен был…

— Ну да. Ты же была в его сопровождении аж четыре года, я правильно помню?

— А… Д… Да.

Не то чтобы Крис не умела лгать, скорее, не была готова к экспромту. О том, что ее соратники захотят побольше узнать о Сиане, которого Крис видела разве что на фото, она даже не успела задуматься. Голова была слишком занята Кираном, его выходкой на концерте, разговором с детективами и… предвкушением встречи с Астелем. Конечно, предвкушением в большей степени.

— Ну, как там у него все устроено? — заговорщицким шепотом спросила Армони, пригибаясь к столу. Она сидела прямо напротив Крис, и увильнуть от ее взгляда было так же трудно, как и от ее расспросов. — Он и вправду заставляет всех своих носить белье только красного цвета? Всегда было интересно, откуда такой фетиш… Вы же не ходили по его резиденции в одном белье? — Армони хихикнула, сморщив нос. Крис замялась, уткнувшись в тарелку. Мясо с овощами под густым красным соусом выглядело и пахло аппетитно, но она была не уверена, что под пристальным взглядом Армони ей удастся съесть хотя бы кусочек.

— А правду говорят, что он в контракте прописывает телесные наказания?

Если не грянет гром и крыша дома не треснет пополам, то кажется, ничто не заставит эту настырную женщину заткнуться.

Крис набрала побольше воздуха в грудь.

— На самом деле…

— Ага, — громко перебил ее Киран. — А по выходным он устраивает оргии всем составом. Прямо на крышке рояля. Арм, где ты нахваталась такого бреда?

Крис, услышав его голос, слегка вздрогнула и осторожно подняла голову.

— У меня знакомая работает с Иларом, а он знает девчонку, которая работала у Сиана.

Киран застонал, прикладывая ладонь ко лбу.

— Какие достоверные источники, Арм.

Вин, сидящая справа от Армони, фыркнула, покачав головой, и продолжила уничтожать содержимое своей тарелки.

— Вот поэтому и интересно узнать из первых уст! — Армони принялась резать мясо на аккуратные кусочки.

— Кристоль подписала договор о неразглашении, — невозмутимо соврал Киран. — Как неожиданно, правда?

Армони разочарованно надула губы.

— Но могу сказать точно, что никаких подобных вещей у Сиана нет, — примирительно улыбнулась Крис. Когда Киран лгал так спокойно, она и сама начинала верить в свой вымышленный опыт.

— Ну вот. Никому верить нельзя, — Армони вздохнула, задумчиво пожевав кусочек мяса, и Крис с облегчением поняла, что интерес к Сиану наконец остыл.

Все за столом замолчали, занятые трапезой. Домашний персонал, облаченный в неприметные темно-синие костюмы с едва заметной белой буквой “А” на нагрудных кармашках, поднес ещё несколько блюд — на них покоились фрукты и сладости. Крис, ощущая, как напряжение, вызванное расспросами Арм, потихоньку рассеивается, набралась смелости и тоже взялась за еду.

А когда тарелка была пуста, подняла голову и завертелась по сторонам, опомнившись:

— А где Санар?

— Она в смене с Ютаном. Видишь ли, из-за нехватки одного игрока наши пары сбились. Сущая неразбериха. Хорошо, что ты теперь тут и все снова вернётся на круги своя, — Армони промокнула губы салфеткой и с довольным видом откинулась на высокую спинку.

— Санар всегда в паре с Вин. Я — с Ютаном. А ты…

— С Кираном, — закончила за нее Крис, покосившись на своего спутника. Он отставил полупустую тарелку в сторону, дав знак персоналу, и посуда тут же исчезла. Вытащив телефон, Киран открыл цветастое приложение, от которого у Крис зарябило в глазах, и сунул ей под нос.

— Вот. Это наше расписание. Сейчас скину и тебе. Видишь черные квадраты? Это мы с тобой. Сиреневый — Армони с Ютаном. Голубой — Вин и Санар.

Крис послушно кивнула, всматриваясь в пляшущие квадратики.

— Вот на этой вкладке можно посмотреть расписание отдельно для нашей группы. Вносить корректировки могу я или сам Рэд. Изменения могут произойти в любое время, так что обновляй почаще. Ты всегда должна быть наготове, ясно?

Дождавшись ее кивка, Киран щёлкнул на ещё одну вкладку.

— Это внутренний чат. Сюда пиши, только если что-то срочное и связано напрямую с работой. Запомнила? Какой у нас цвет?

Проклятье. Он ее совсем за дурочку держит?

— Чёрный, — Крис плохо скрывала раздражение в голосе. — Мы — это чёрный.

— И когда наша первая смена?

— Наша первая смена… — она увеличила график. — Послезавтра?

Киран забрал телефон, встретив ее взгляд с довольной улыбочкой. Убедившись, что Армони и Вин отвлеклись на свой разговор, он наклонился чуть ближе и прошептал:

— Уже скоро его увидишь. Молю тебя, только не обмочись на радостях.

Послезавтра! Крис едва не подпрыгнула на месте от радостного предвкушения. И как ей пережить завтрашний день? Кажется, она будет тянуться бесконечно долго! Святые праотцы! Интересно, и как это произойдет?

Она… Она сможет остаться с ним наедине?

Ей пришлось незаметно ущипнуть себя под столом, чтобы вернуться в реальность. Нельзя расслабляться. Нельзя сейчас утопать в грёзах! Поймав на себе ехидный взгляд Кирана, Крис попыталась сделать самый спокойный вид, на который только была способна.

Но, кажется, выходило не слишком здорово.

— Святые праотцы, — Киран усмехнулся, качая головой. Каштановая прядка выбилась из-за уха и покачивалась у лица в такт его движению. — Да тебя придется связать, чтоб не прыгнула на него с разбегу.

Глава 5. Куратор

— Да это издевательство! — проворчала Крис, уже в четвертый раз поднимаясь с матов. Огромные зеркала, сплошь занимающие целую стену спортзала, услужливо подкинули ей картинку: тощая, красная от натуги девчонка со съехавшим набок крысиным хвостиком на макушке разъяренно одергивает голубой костюмчик из флиса — горделивая буква “А”, сложенная из белых звёздочек, красуется на спортивной кофточке во всю грудь.

— Тренироваться сразу после ужина! Ты не мог хотя бы предупредить?

— Что, разомлела от сытости, милая? — Киран усмехнулся, засунув руки в карманы. На нем был почти идентичный костюм, но в остальном он сейчас был полной противоположностью Крис — волосы даже не растрепались, на лице ни грамма румянца, расслабленная поза и спокойный, уверенный взгляд. Словно он не отрабатывал кросы в зале, а ждал кофе в очереди! Выпендрежник.

— Крис, — рыкнула она, вновь принимая стойку и скрещивая пальцы.

— Что?

— Меня зовут Крис!

— Я знаю, как тебя зовут.

— Тогда прекрати звать меня “милая”!

Он фыркнул, пожимая плечами.

— Как скажешь, фанаточка.

Мощная волна его Ри оттолкнула Крис на маты прежде, чем она успела выставить щит. Опять! Да это же просто нечестно!

Киран вздохнул, прикрывая глаза, и сжал переносицу большим и указательным пальцем.

— Да-а… За неделю тут не управиться.

— Ты просто мог бы… Подать какой-то сигнал? —отозвалась Крис, всё ещё лёжа на спине и глядя на Кирана снизу вверх.

— Сигнал? — он протянул ей руку, и Крис нехотя за нее уцепилась. — По-твоему, тот, кто хочет убить Галара, перед атакой салюты должен выпускать?

— Ну хотя бы для начала, — с мольбой прохныкала Крис, поднимаясь. — Мне нужно просто чуточку приноровиться!

— Для начала перестань скрещивать пальцы, как будто тебе четыре. И ни один телохранитель не трясет руками, как полоумный! Ты в элитной охране, а не на школьной дискотеке.

— Да ничем я не трясу!

Киран хмыкнул.

— Зачем тебе эти крючки? Что, без них совсем никак? — он взял ее руку в свою и бесцеремонно потряс, разглядывая пальцы с таким недовольством, будто само их наличие у Крис было кощунством.

Крис нахмурилась, обиженно выдергивая руку. Хотела ляпнуть в ответ какую-нибудь колкость, но только открыла рот, как ее прервал звенящий голос:

— Извини! Я опоздала.

По огромному залу прямо к ним быстрым шагом направлялась прекрасная рыжая незнакомка — веснушчатое лицо, свежий румянец, слегка растерянная, но очаровательная улыбка. Мерцающие зеленые глаза с длинными, подкрашенными черной тушью ресницами смотрели только на Кирана, словно он был здесь один.

Киран немедля бросился ей навстречу, и когда они оказались на расстоянии шага, подался всем телом вперёд — Крис показалось, что он вот-вот обнимет гостью, но та едва заметно отпрянула, и они лишь легонько коснулись друг друга руками в знак приветствия. Ещё несколько секунд стояли молча. Крис теперь не видела незнакомку из-за спины Кирана — та была очень невысокого роста — но наблюдала за их отражением в зеркалах, и могла поклясться, что эти двое смотрят друг на друга так, будто умеют общаться, не открывая ртов.

— Давно начали? — наконец негромко заговорила девушка, отряхивая зелёный плащ от капель. Крис стояла поодаль, но и отсюда ясно слышала свежий запах дождя и сирени, что вился вокруг незнакомки.

— Нет. Ты ничего не пропустила. Ничего… особенного. Ты что, без зонта?

— Я спешила. Ничего, Ярсег меня подвез.

— Ярсег, — руки Кирана вернулись в карманы. Поза его сделалась напряженной, он слегка отстранился, поджимая губы. Собеседница выглянула из-за его плеча, явно не желая обсуждать таинственного Ярсега.

— Твой напарник… Ой, это напарница? Кажется, она тебя заждалась.

Киран с запозданием обернулся, словно с трудом вспоминал о существовании Крис.

— Да… Так и есть. Эй, Крис!

Удивительно. Он всё-таки умел называть ее по имени.

Крис медленно начала идти в их сторону, когда Киран вновь крикнул:

— Будь добра, принеси мне воды!

***

Когда Крис вернулась с водой, то застала Кирана и его знакомую странно хихикающими. Девушка встала у стены, противоположной от той, что была завешана зеркалами — там располагался длинный ряд низких скамеек. Киран смотрел на собеседницу с улыбкой, которая вовсе не была похожа на ту саркастичную ухмылочку, к которой успела привыкнуть Крис. Эта улыбка преображала его лицо так сильно, что даже шрам не мог скрыть дьявольского обаяния. Девушка заглядывала ему в лицо снизу вверх и улыбалась в ответ.

Расстояние между этими двумя неумолимо сокращалось.

Крис поморщилась. Ей вдруг захотелось разрушить эту идиллию — так сильно, что аж зудело под кожей.

— Киран! — убедившись, что он смотрит прямо на нее, и что улыбка на его лице наконец-то сменилась раздраженным разочарованием, Крис весело потрясла в воздухе полной бутылкой.

— Кто это? — спросила она, как только Киран вернулся к тренировке.

— Мой куратор.

— Не познакомишь нас?

— Ее зовут Эйла.

— И зачем здесь твой куратор?

Крис перевела взгляд на девушку, что уже уселась на лавку, и, перекинув ногу на ногу, делала быстрые записи в блокноте.

Киран одарил напарницу таким взглядом, будто она спросила такую глупость, что даже отвечать на такие вопросы ему было стыдно.

— Нет, — покачала головой Крис, читая ответ в его глазах и не веря. — Ты же не станешь… Ты не можешь!

— Почему это? — его лицо исказила хищная улыбка.

— Ты не можешь использовать кросы разрушения против людей, — дрожащим голосом ответила Крис, пятясь назад. Киран сделал шаг ей навстречу, и она, отступая, едва не упала, споткнувшись о маты.

— Не могу использовать во вред, — он закатал рукава по локоть, явно обозначая боевую готовность. — Но ты ведь сможешь отразить мои атаки. Разве нет?

— Но я…

— Куратор как раз проследит за соблюдением мер безопасности.

— Она тоже Инри? — проблеяла Крис с надеждой в голосе. Если Эйла подстрахует её, создав дополнительные щиты, то идея звучит вполне пристойно…

— Нет, — отрезал Киран. — Ее задача наблюдать, а не вмешиваться в тренировку.

— Но это безумие… — выдохнула Крис, сжимая крестом указательные и средние пальцы сразу на обеих руках. И едва только она успела воссоздать самый надёжный щит, который только могла — Щит Штерна — мощная силовая волна окатила золотистую оболочку, едва не снеся её.

Но щит устоял.

Киран даже не шелохнулся, заставляя волну повториться снова. И снова.

Крис со злостью сжала зубы почти до скрежета. Пальцы болели. Щит Штерна был самым отработанным ее кросом — но долго удерживать его целостность в сопротивление напору Кирана было не слишком просто.

— Шесть баллов, — с улыбкой крикнул ей Киран. Из-за плотного щита его голос зазвучал приглушённо, но этот едкий сарказм Крис различила бы и через тысячу щитов. — Всего шесть баллов, Крис! Это даже не настоящее разрушение!

— Да он издевается, — прорычала Крис, усиливая щит вдвое. Пусть она завтра будет вымотана, как тряпка, но она покажет ему, на что способна!

— Оооо, — протянул Киран, замечая, что его волна почти не заставляет оболочку щита вибрировать. — Что-то новенькое, фанаточка?

Но если она думала, что после этого Киран ослабит импульс, она жестоко ошибалась. Противостояние продолжалось — и Крис казалось, что какими бы большими ни были ее запасы Ри, у Кирана сил было куда больше. Пусть он и не приступал к серьезным разрушительным кросам — силовая волна могла разве что откинуть ее в стену, но, смягченная щитом, вряд ли бы причинила серьезный ущерб — Киран явно был скорее марафонцем, чем спринтером. Это было необычно для Нельта. И это было… Полным разочарованием для Крис.

Уж она-то надеялась, что ее высокая выдержка будет отмечена, как изюминка! Как редкая, только ей доступная особенность!

Ага, как же!

Киран улыбнулся, будто читая ее мысли. Понимая, что просто так поединок не прекратить, Крис напряглась всем телом и вскинула руки вверх, скрещивая их в воздухе. Он хочет выжать из нее максимум? Хочет посмотреть, на что она способна? Что ж, она покажет, на что способна!

Щит трансформировался, приобретая форму наконечника стрелы, повернутого в сторону Кирана. Ещё усилие — и волна, направленная на Крис, отразилась от искаженного щита, и молниеносно направилась обратно.

Киран, явно не ожидая подобного поворота, едва успел сгруппироваться в воздухе, прикрывая голову руками. Подхваченный своим же кросом, он летел прямиком в дальнюю стену зала.

На секунду сердце Крис было охвачено ликованием. Но лишь на секунду.

У него же нет проклятого щита!

Ничто не смягчит удар, когда он с размаху врежется в стену…

От него останется гребаная лепешка!

Крис в ужасе понеслась вслед, на бегу вскидывая руки, чтобы создать подушку.

Удар!

— Киран! — Эйла рванула к подопечному через весь зал, громко стуча каблучками. Огненные волосы знаменем взвились за спиной.

— Киран! О, святые… Киран! Милый! Ты в порядке?

— Милый? — на лице Кирана появилась плутовская улыбка, когда он открыл глаза и потер ушибленный затылок. — Давно ты меня так не называла.

И Эйла, и Крис облегчённо вздохнули — почти одновременно.

— Ты в порядке? Можешь встать?

— Киран… Прости… Я… Я не должна была…

— Ты видела? — он состроил обиженную мордашку, тыча пальцем в Крис. — Между прочим, она и убить меня могла. Но к ней почему-то никаких кураторов не приставляют.

Эйла закатила глаза, упирая руки в бока и цокая языком.

— Противодействие Нельт является исключительно самозащитой, — выдала она нудным тоном дикторши из утренних новостей. — Вообще-то ты сам должен был озаботиться о защите, прежде чем применять крос такой силы.

Она протянула ему руку и помогла встать на ноги, хотя и не было похоже, что он нуждался в поддержке. Подушка Крис сработала хорошо — Киран получил пару ссадин, проехавшись по стене локтями, но его падение все же сильно смягчилось.

— Я думала, вот это, — Эйла постучала пальцем себя по щеке, явно имея ввиду шрам Кирана, — должно было уже тебя научить технике безопасности.

— Он получил этот шрам на тренировке? — не смогла сдержать удивления Крис.

Кураторша не ответила. Киран едва заметно поморщился.

— Пытался подмигнуть не той девушке. Она оценила.

— Серьезно?!

— Ага. С тех пор стараюсь не стрелять глазками. Особенно этим, — Киран подмигнул блеклым глазом, и Эйла фыркнула, качая головой.

Судя по ухмылке, Киран явно не собирался рассказывать Крис правду. Но если его поразила собственная отраженная Ри, то было понятно, почему он не мог излечиться. Только Нельт наносила такие шрамы, которые не могли убрать даже Вэлли. Пластические операции тут подавно были противопоказаны: вмешательство могло привести к непредсказуемым последствиям. Крис знала это, потому что у отчима был подобный шрам на коленке. Он часто ныл перед непогодой и доставлял массу неудобств, но все, что можно было сделать — это принять обезболивающее. В конце концов мама, не приемлющая вида чужих страданий, от отчима просто ушла.

— Киран… Прости, — снова выдавила Крис, замечая, как тот болезненно шипит, касаясь ушибленного локтя. Эйла деловито схватила подопечного за руку и прошлась пальцами по стесанной коже. От ее прикосновений царапины исчезали, оставляя после себя только маленькие едва заметные пятнышки.

— Забудь, — отмахнулся Киран. — Я недооценил тебя, а ты… Показала, что я был не прав. Будем считать, что квиты. В конце концов, я и вправду должен был предположить, что ты воспользуешься отражателем. Но почему-то…

— Не думал, что я справлюсь?

— Не думал, что осмелишься.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, не отводя глаз. Эйла, все ещё держащая Кирана за руку, смотрела на них со стороны, и Крис чувствовала ее взгляд почти физически — казалось, он прощупывал до самых костей.

— Ну, вы двое, кажется, здесь закончили? — она деловито отряхнула невидимые пылинки с плаща, отпустив руку Кирана.

— А ты спешишь? Что, взяла второго подопечного?

— Нет, но мне ещё нужно провести инструктаж с Ярсом.

— Ярс, Ярс, Ярс, — Киран недовольно закатил глаза. — Тебя послушать, так он и шагу без тебя не может ступить.

— Увы, но с новичками так и есть, — Эйла натянуто улыбнулась, покосившись на Крис. — Тебе ли не знать. Ну, было приятно познакомиться!

— Крис, — подсказала ей Кристоль. — Кристоль Спаркс.

— Да… Спаркс, — Эйла торопливо махнула ладошкой. — Очень приятно. До скорого, Киран! Ещё увидимся!

Подхватив с лавки блокнот и телефон, Эйла упорхнула так же быстро, как и появилась, оставив после себя лишь лёгкий аромат дождя и сирени.

***

Когда Крис поднялась на второй этаж, Киран уже стоял у ее комнаты, привалившись к двери плечом. В руке держал какую-то толстенную книгу в мягкой обложке, затертую и с загнутыми уголками.

— Держи, — протянул ей, отлипая от двери.

— Что это?

— Руководство по сопровождению. Настольная книга новичка.

Крис окинула взглядом голубую обложку: ни одной надписи, только белая эмблема Астеля в углу.

— У тебя вечер. Завтра экзамен.

— Что?! — она ошарашенно уставилась на Кирана, надеясь увидеть на его лице хотя бы намек на улыбку. Это ведь шутка, да? Он не может сказать такое всерьез!

Но Киран только пожал плечами.

— Концерт уже близко, фанаточка. Ты сама вписалась в эту затею, помнишь? Так что сдавай экстерном. Или мне придется сказать Рэду, что ты…

— Я сдам! — перебила его Крис, вцепясь в учебник, как в последний оплот надежды. — Кто принимает экзамен? Сам Рэд?

Киран одарил её насмешливым взглядом.

— Сам я, Инри. А я страшно, страшно придирчив.

Крис надула губы, прижимая к груди учебник. Киран пошел к соседней двери, ручку которой украшал дракон, и исчез в полумраке комнаты.

Глава 6. Защищай меня

— Инри? Фанаточка. Эй.

Крис показалось, что она слышит чей-то недовольный голос. Мужской голос. Но этого не может быть. Она живёт в квартире одна! Неужели так громко галдят под окнами? Перекатившись на другой бок, Крис подтащила к себе одеяло и накрыла голову подушкой.

Но подушка тут же съехала с лица, заставив ее недовольно сощуриться.

— Да-а, желание работать так и рвется через край.

Работать!

Крис подскочила и села в постели, во все глаза уставившись на стоящего над ней Кирана. Тот придерживал подушку, снятую с ее лица, и смотрел на Крис так, будто она только что дезертировала с поля боя. Презрительно. Разочарованно.

Уничтожающе.

— Что ты здесь делаешь? — растерянно моргая, она прижала к себе одеяло, словно то могло защитить ее от гнева напарника.

— Чем ты занималась всю ночь? — спросил он в ответ и нахмурился, перебирая смятые листы на столике рядом с кроватью. Поддел пальцем скетчбук, и прежде, чем Крис успела что-либо сказать, взял его в руки и потряс в воздухе.

— Конфисковано.

— Нет! Не трожь! — она вскочила, путаясь в одеяле, и вцепилась в Кирана, но тот задрал руку со скетчбуком так высоко, что ей пришлось встать на кровати в полный рост, чтобы попытаться его выхватить. — Отдай!

Киран невозмутимо уворачивался от ее нападок и только морщился, когда она тщетно тянула его за футболку.

— Разлагаешь дисциплину, Инри. Знаешь, который час? Время завтрака уже прошло. Останешься без еды.

— Останусь, — согласилась Крис, все ещё не оставляя попыток вернуть свое сокровище. — Только верни! Отдай, Киран!

Он покачал головой и отошёл от кровати. Крис слезла, но на полу оказалась в ещё более проигрышной позиции. С такой высоты скетчбук не достать. Если только…

Она стиснула зубы, отвела руку за спину и скрестила пальцы. Щит вряд ли получится сделать небольшим, чтобы захватить только скетчбук. Но даже если она сможет стащить Кирана с места и повалить, он будет дезориентирован, он просто не успеет дать ей отпор…

И, едва щит вспыхнул, она вцепилась покрепче, таща Кирана Притяжением.

Он грохнулся на кровать, матерясь, и как только щит растворился, Крис дернула скетчбук из его руки.

Но хватка Кирана оставалась железной.

— Бешеная, — фыркнул, смеясь, и почти лениво наблюдал за тем, как она пытается вырвать свое добро. — Инри, это нападение на старшего по званию!

— А это — ограбление! — прорычала она.

— Не ограбление, а конфискация. А продолжишь в том же духе — твой испытательный срок закончится сегодня.

Крис оставила бесплодные попытки и растерянно плюхнулась на кровать.

— Что?...

— Что слышала, — он поднялся и сел, приглаживая растрепавшиеся волосы.

— Но это же просто нечестно. Это же личное… Киран… Это… Моё!

— Вот именно. Соблюдай правила, Инри, если не хочешь, чтобы твое личное стало общественным достоянием. Верну, когда выучишь свой урок, — он недовольно цокнул языком и поднялся на ноги. Крис, все ещё тяжело дыша после схватки, сопровождала каждое его движение испепеляющим взглядом. — Ну, какого черта расселась? Готовность — десять минут. Живо! Ты должна была быть в зале уже час назад!

***

Когда она переоделась и вышла, Киран все же смягчился и отвёл ее вниз, в столовую, где её ждал одинокий завтрак — на удивление горячий и аппетитный, словно приготовленный только что, отдельно для неё. Крис радостно схватилась за приборы, но есть под давлением тяжёлого взгляда Кирана нормально не смогла. Этот извращенец стоял над ней, как надзиратель, пристально наблюдая за каждым движением ее вилки, за тем, как она кладет в рот кусочек, как жуёт и как сглатывает — Крис несколько раз чуть не подавилась, и Киран каждый раз заботливо ставил перед ней стакан воды, невозмутимо делая вид, что не происходит ничего странного. В конце концов Крис просто бросила попытки, оставила недоеденным вкуснейший круассан с яйцом, беконом и томатами, и, все ещё жуя, на ходу вытерла рот салфеткой и молча пошла вон из столовой. Киран тяжело шагал следом, она слышала его дыхание за спиной, и узкий коридор, ведущий в спортзал, напоминал ей коридор тюрьмы, по которому заключённый идёт на смертную казнь после своего самого последнего завтрака.

— Если я сдам сейчас, ты вернёшь мне скетчбук? — мрачно спросила Крис, когда свет, бьющий из приоткрытых дверей спортзала, уже коснулся носка ее кроссовка.

— Всерьез надеешься сдать? — обернувшись, она увидела, как Киран с усмешкой приподнимает бровь.

Крис ничего не ответила и шагнула в полосу света.

На скамейке уже ждала Эйла, одетая в сиреневую атласную рубашку и короткую черную юбку-карандаш, открывающую вид на изящные ноги. В дальнем углу зала уже тренировались близняшки, упакованные в серые спортивные костюмы, которые, как всегда, как будто были им немного не по размеру: штанины и рукава то и дело задирались, обнажая белоснежную кожу. Сёстры о чем-то спорили меж собой, попутно создавая странные щиты — те вспыхивали алым и розовым, и Крис не могла вспомнить, чтобы встречала такие кросы прежде.

— Пытаются выдумать новые кросы, — ответил на ее немой вопрос Киран. — Не обращай внимания, тебе ещё рано таким заниматься. У тебя другая задача, помнишь?

— И как всё… Как все будет происходить?

— Защищай меня, — Киран пожал плечами, запуская руки в карманы серых спортивных брюк. — Я — твой Астель.

Крис с недоумением покосилась на него, переводя взгляд то на Эйлу, то на близняшек. Киран стоял вместе с Крис у самого входа, и на них все ещё никто не обращал внимания. Эйла что-то черкала в блокноте, время от времени сверяясь с телефоном.

— Что? — переспросила Крис.

— Защищай меня, — повторил Киран. — Покажи мне, что можешь. Впереди полный зал, — он вытащил руку из кармана и провел ладонью по воздуху впереди, очерчивая контур невидимой толпы. — Куча народа. Папарацци. Я — твой Астель. Мне нужно попасть… Мммм… Прямиком в руки Эл. Ну? Веди меня, фанаточка.

Крис нахмурилась, скрещивая пальцы. Завела руки за спину, и, создав щит Штерна над Кираном, медленно пошла вперёд.

— Спину ровнее, — от его голоса позади Крис каждый раз дергалась, как от удара током. — Голову выше. Ты сопровождаешь звезду, а не мешок с дерьмом тащишь.

— А ощущения одинаковые, — процедила Крис. Киран не ответил, но когда она обернулась и бросила на него короткий взгляд, увидела, что его плечи дрожат от беззвучного смеха.

— Смотри вперёд, дурочка, — все ещё смеясь, он махнул головой, и Крис отвернулась, продолжая свое позорное шествие. Эйла подняла голову, наблюдая, как Киран медленно ступает за Крис, облаченный золотом щита, и, подхватив со скамейки сумочку, принялась в ней что-то искать.

— Хочу сделать фото, — Киран остановился и принялся поправлять волосы и одежду, будто и в самом деле стоял под прицелом камер.

Щиты бликуют. Всегда бликуют на камерах. Крис должна была снять щиты, но неприятное предчувствие заставило ее встать ближе к Кирану — он поморщился и жеманно махнул ладошкой.

— Ты мешаешься в кадре.

Крис закатила глаза.

— Что за кривляния, Инри? — он скрестил руки на груди. — Что за поза?

Она тяжело вздохнула и встала ровно, сложив руки за спиной и поставив ноги на ширину плеч. Смотрела вперёд, дожидаясь, пока невидимые папарацци сфотографируют псевдо-Астеля, и в следующую секунду произошлоэто.

Пистолет.

Эйла выдернула его из сумки слишком быстро. Крис бросилась назад, прикрывая собой Кирана. Попутно вызвала для него новый щит — но не успела накрыть себя, получив пулю прямо в живот.

— Ай!

— Твою мать, Инри! — Киран расстроенно застонал.

Шарики из пистолета летели снова и снова, попадая в руки, живот и бедра — Эйла на удивление метко стреляла куда угодно, кроме лица. И это было больно! Это было чертовски больно! Прежде, чем Крис собралась, чтобы сделать щит и для себя, она получила с десяток болезненных ударов, и была готова поспорить, что на месте каждого останутся неслабые синяки.

— Куратор же не участвует в тренировках! — обиженно закричала она, оборачиваясь.

— Беда всегда приходит, откуда не ждёшь, — парировал Киран. — Ты умерла, Инри! Миссия провалена!

— Да иди к чёрту!

Киран рассмеялся и махнул Эйле, чтобы та прекратила огонь. Весь пол был усеян желтыми шариками. Крис напряжённо свела челюсти, шагая вперёд.

— Идём! Я не довела тебя!

— Ты труп. Куда я пойду с трупом?

— Меня ранили, но я ещё жива, ясно? У нас же в команде есть Вэлли?

— Это исключительный случай. Сегодня ты в защите одна, Инри. Надеяться не на кого.

— Черт! Шагай уже, пока я не потащила тебя силком!

Киран покачал головой, но прошел с ней остаток пути. И, когда они остановились рядом с Эйлой, Крис выдохнула, растворяя щиты, и уперла руки в колени.

— Ты не сдала.

Киран стоял над ней, скрестив на груди руки, и криво улыбался, наблюдая, как она пыхтит, отклеивая мокрую футболку от вспотевшей спины.

— Черта с два, — выпалила Крис. — Задача была — довести до Эйлы. Я ее выполнила. Ты жив!

— Но какой ценой, — он скривился, подойдя ближе и задрав ее футболку спереди почти до самого лифа. Крис дернулась, отталкивая его руки, но по его хмурому лицу поняла, что с ее животом что-то не так. Склонилась, осматривая кожу, ожидая увидеть кровоподтёки — но следов практически не было. Тем не менее, Эйла прикоснулась к ней, обдав вибрирующим теплом, и планомерно прошлась по рукам и ногам — везде, где Крис ранили ее чёртовы пластиковые пули.

— Ну? — когда Эйла закончила, Киран снова скрестил руки на груди и выжидающе притопнул кроссовком. — Считаешь себя достаточно подготовленной, Инри? И ведь это даже не Нельт.

— Так покажи мне Нельт, — с вызовом ответила Крис. — Дай мне ещё один шанс!

Киран переглянулся с Эйлой, будто спрашивал у нее разрешения. Задумчиво посмотрел на свои кроссовки, снова поднял взгляд на Крис и прищурился, склонив голову набок.

— Настоящую Нельт? Уверена?

Крис сложила руки на груди, подражая его позе и тряхнула челкой.

— Да!

***

— Я не буду сражаться во всю силу, — предупредил Киран, отступая от нее к зеркальной стене. Эйла забилась в угол зала, чтобы не попасть под огонь его кросов, хотя близняшки по просьбе Кирана соорудили над ней сразу два Заградительных щита.

— Почему? — Крис постаралась, чтобы в ее голосе облегчение не прозвучало слишком явно.

— Не сегодня, — Киран поморщился, глядя, как Крис разминает пальцы. — Ты уверена, Инри? Может, позвать близняшек на подстраховку?

— Уверена! — зло отозвалась Крис. Она не была уверена. Ни в том, способна ли справиться с настоящим разрушением, ни в том, что ее проклятый напарник не убьёт ее прямо здесь — учитывая его поведение на концерте, она понятия не имела, что вообще можно от него ожидать. Но её уверенность с каждой минутой крепла только в одном: она не может провалить этот чертов экзамен.

Не ему.

Не сегодня.

Киран вытащил руки из карманов и велел ей создать самый крепкий щит, на который она была способна. Крис создала щит Штерна и стиснула зубы, ожидая нападения.

— Такой тонкий? — крикнул ей Киран с насмешкой. — Режущий вспорет его, как мыльный пузырь!

— Режущий не возьмёт Штерна! — прокричала Крис, на всякий случай уплотняя грани.

— Ой, да что ты!

Серебро полоснуло воздух — и золотая пыльца брызнула в стороны. Взвилась, повинуясь движению Режущего, и осыпалась на голову Крис.

— Инри! Не зевай!

Ещё один Режущий. И ещё. И ещё.

Киран не целился точно в нее — изящно кромсал воздух справа и слева, заставляя стену позади разрываться щепками. Крис запоздало подставляла новые щиты — но они снова и снова лопались, разлетаясь на золотистые искры.

— Сильнее, Инри! Ну же! Это все, на что ты способна?

Голос Кирана вывел её из странного ступора.

Марафонец. Не спринтер.

Как долго он сможет швырять в неё Режущие?

И как долго она сможет воссоздавать свои щиты, оказавшиеся такими хрупкими, такими бесполезными против его Ри?

Она делала их снова — и они рассыпались в пыль.

“В ситуации, когда защита превосходит силы противника, имеет смысл перейти в справедливое противодействие, чтобы обезвредить источник угрозы. Закон становится на сторону сопровождающего в случае, если нападающий использует Нельт”.

Цитата из учебника врезалась в мозг, и Крис лихорадочно соображала, что сейчас станет справедливым противодействием. Использовать Отражатель? Его действие спонтанно. Крос может повернуться вспять против Кирана совершенно не так, как желает того Крис — и может ему навредить. Притяжение? Насколько опасно тянуть к себе Нельта, пока тот потрошит зал воздушными лезвиями?

Справедливое. Противодействие.

Очередной Режущий прошел над ухом так близко, что едва не срезал ей прядь волос.

Во рту пересохло. Крис трясущимися руками изобразила в воздухе подобие круга — и, собрав три формулы в голове воедино, закутала в щиты себя и Кирана, и дернула Притяжением со всей дури.

Они разлетелись в разные стороны зала — Крис унесло к зеркалам и мягко отпружинило, в то время как Киран, чей щит она быстро сняла, врезался в стену, от которой сам оставил острые щепки.

— Киран! — Эйла истошно закричала, барабаня по Заградительным щитам.

Крис, едва живая от страха, побежала к напарнику. Тот ничком лежал на полу — и, казалось, совсем не дышал.

***

— Хороша. Чертовски хороша, — Киран ухмылялся, слизывая бегущую по губам кровь. Эйла терпеливо вытаскивала щепки из его кожи и тут же залечивала ранки — но работы было так много, что Крис, виновато сидящая рядом, решилась помочь. Оставив лицо на откуп Эйле, она взяла Кирана за руку и старалась как можно аккуратнее вытащить огромные занозы. Близняшки принесли аптечку, услужливо подсунули Крис антисептик и дали Кирану бутылку воды.

— И почему ты не взяла Заградительный? — в голосе Вин звучала укоризна.

— А? — отозвалась Крис, вытаскивая очередную щепу. — Заградительный?...

— Ну да. Режущий — единственная семерка по Нельт, которую ничем не покроешь, кроме семерки по Инри. Только Заградительный и помог бы… Погоди. Ты не знала?

Крис замерла, растерянно уставившись на Кирана. Заградительный?... Но Киран приказал ей создать самый крепкий щит, на который она только способна… И она по привычке выбрала Штерна, пребывая в полной уверенности, что уж десятибальный щит выстоит против любого разрушения!

Самый крепкий щит.

Киран не уточнял, какой именно. Она могла выбрать что угодно.

— О, Крис. Не говори, что ты не… — начала было Вин, но Киран, поймав взгляд Крис, живо ее перебил.

— Я запретил ей брать Заградительный.

— Что?...

— Это была ее задача. Импровизировать ограниченным набором кросов.

Киран лгал так спокойно и непринужденно, что у Крис нервно задёргался глаз.

Вин протяжно застонала.

— Твои импровизации когда-нибудь тебя в гроб сведут! Или тебя, или новичка! Ну что тебе мешает сделать все по-старинке?

— Любовь к искусству, — криво улыбнулся Киран.

Вин фыркнула и закатила глаза.

— Концерт через неделю, — уже серьезнее сказал он и отхлебнул из бутылки. Кровь попала в воду и слабо окрасила алым. — Мне слабаки в команде не нужны.

— Мммм, — протянула Санар. Крис сидела на полу вместе с Кираном и Эйлой, к близняшкам спиной — те возвышались над ними, бросая на всю тройку широкие тени. Но даже не видя лица Санар, Крис чувствовала в этом её мычании усмешку. Человек, сам подставивший своего напарника, заявляет, что ему ни к чему слабаки! Тренирует так жёстко, чтобы быть уверенным, что в случае опасности Крис справится и в одиночку?

— Она ведь справилась, — Киран сказал это почти что с гордостью. Но не дал Крис прочувствовать вкус победы: его похвала сорвалась на протяжное шипение. Это Крис приложила к его руке ватку, смоченную антисептиком. — Погоди, Крис… Лучше дай Эл все сделать.

Крис отпустила его ладонь и осталась сидеть рядом, теребя ватку в руках. На той остался алый отпечаток его крови.

— Как ты это сделала? — Вин явно обращалась к Крис. — Двустороннее притяжение? Обратное притяжение? Что это? Впервые вижу.

— Я сложила два кроса, — Крис не поднимала глаз. — Точнее, три, если считать сам щит. Не уверена, что смогу такое повторить. Я была… Слишком зла.

— Я бы такое попробовала, — хмыкнула Вин.

— В следующий раз озаботьтесь Заградительными по всему периметру зала, — холодно сказала Эйла, вынимая очередную щепу. Крис видела, что пальцы ее подрагивают — и это явно не было влиянием Ри.

***

— Ещё слишком рано для ужина, — Крис окинула взглядом пустую столовую.

— Нормально. Тебе нужно набраться сил, — Киран заставил ее сесть за стол и ушел на кухню. Он вернулся через несколько минут, пообещав, что ждать придётся совсем недолго, и сел рядом, откидываясь на высокую спинку стула с видимым облегчением. — Поешь хорошенько и отоспишься до завтра. Иначе на смене сдохнешь.

— Мы… куда-то поедем?

— Нет. По крайней мере, пока таких планов не было. Но тебе придется держать Заградительные весь день, это, по-твоему, не работа?

Крис потупила взгляд. Она все ещё держала в руках злосчастную ватку, и, когда Киран это заметил, быстро сунула ее в карман спортивных брюк.

Они даже не переоделись после экзамена. Сидели посреди помпезной столовой, мерцающей позолотой, прямо вот так — в пыльных спортивках и белых футболках. И футболка Кирана все ещё была покрыта красными пятнами.

Крис задумчиво рассматривала его лицо и руки. После лечения Эйлы было сложно сказать, что ещё полчаса назад Киран с размаху впечатался в раскуроченную стену. Кажется, он сломал нос и получил сотрясение, но, слава Святым, Эйла была опытной Вэлли, и подлечить такое ей ничего не стоило.

Но что стало бы, будь размах Притяжения чуть сильней?

Крис вздрогнула, представив себе новостную сводку. Инри убила Нельта. С ума сойти.

Она могла его убить.

— О чем думаешь, Инри? — голос Кирана звучал слишком весело на контрасте с её мрачными мыслями. Крис подняла взгляд и столкнулась со странным блеском в его глазах. Раненый глаз мерцал серебром, карий излучал живое тепло. Тепло?

— Зачем ты соврал?

— М-м-м?

— Тогда, в зале. Когда сказал, что запретил мне использовать Заградительный.

Киран нахмурился, скрещивая руки на груди.

— А сама-то как думаешь?

— Теперь они решат, что ты поступил со мной очень жестоко. Станут думать, что ты…

— А тебе не плевать, что обо мне станут думать?

Крис замолчала, опустив взгляд и теребя краешек футболки. В голове снова и снова проносились сцены их странного сражения: как Режущие вспарывают щиты, как Крис обхватывает щитами Кирана и себя, как отталкивает в противоположные стороны…

— Мне просто повезло, — тихо пробормотала она, едва размыкая губы.

— Это еще почему?

— Ты, видимо, растерялся и не успел сделать ни одного Режущего, когда я тебя обхватила. Но если бы успел, то легко бы вспорол щит, и я бы не смогла…

— Но я не успел. А ты смогла, — он улыбнулся одним уголком рта. — Проехали, Инри. У тебя все получилось. Победителей не судят.

Крис тихонько вздохнула, вспоминая, с какой легкостью Киран вызывал Режущие один за другим. Без малейшего движения рук, казалось, даже пальцами не шевелил… Ему как будто ничего не стоило стоять и сражаться там часами, и в то, что он просто был дезориентирован щитом Штерна, которым она внезапно окутала его, верилось с трудом. Смутная догадка о том, что Киран просто поддался ей, болтающаяся до этого где-то на задворках сознания, оформлялась теперь все четче и становилась уже нерушимой догмой. Крис мотнула головой, пытаясь переключиться, но, запустив руку в карман, нащупала внутри злосчастный комочек ваты — и мысли ее вновь пошли по еще более мрачному направлению.

— Я… Я же могла… тебя…

— Не могла, — поморщился Киран. — Не страдай ерундой. Я Нельт, помнишь? При малейшей угрозе моей жизни я сам мог тебя убить.

— Ты не имеешь права использовать кросы разрушения против людей, — тихо сказала Крис. — А защита против Нельт является…

— Справедливым противодействием, — закончил за нее Киран. — Я рад, что ты всё-таки открывала учебник. Думал, ты рисовала Астеля всю ночь.

В столовую принесли ужин. Еды было так много, что Крис начала оглядываться в поисках других сопровождающих — но здесь была только она и Киран. Весь этот пир был только для них двоих! От запаха жареного мяса у Крис заурчало в желудке. И, едва только тарелки опустились на стол, она с аппетитом накинулась на еду.

Киран ел медленно, наблюдая за Крис со смесью удовлетворения и странного любопытства.

— Ага, налегай на мясо, — подвинул поближе тарелку, когда она справилась с первой порцией. — Ты потратила много Ри.

— Инри восстанавливают орехи и овощи, — торопливо жуя, заметила Крис.

Киран рассмеялся.

— Ты веришь в эту гастро-ритуалистику?

— А ты — нет?

Он одарил её мягкой улыбкой, кивая на тарелку.

— Я верю в то, что ты уминаешь уже вторую тарелку чистого мяса, и даже про салат забыла.

— Просто я такая голодная! — простонала Крис. Будь это обычный ужин и обычный день — она бы ни за что не позволила себе с набитым ртом сказать хоть слово, да и наверняка отказалась бы от добавки из вежливости. Но это был далеко не обычный день. Далеко не обычный ужин. Сейчас ей хотелось облизать пустые тарелки, которые она оставляла за собой, обсосать испачканные пальцы и разгрызть косточки, словно она вышла из зала не сопровождающей, сдавшей нельтовский экзамен, а каким-то диким животным.

Киран зачарованно проводил последний кусочек, исчезающий у неё во рту, и протянул салфетку, чтобы Крис промокнула губы.

— Ммммм, — блаженно протянула она, вытягивая ноги и откидываясь на спинку стула. — Я буду переваривать это вечность.

— Твой организм переработает это в Ри за четыре часа, — Киран тоже откинул голову назад, вытянул ноги под столом и прикрыл глаза, сложив руки на животе.

— Ки-ран, — позвала она, тихонько толкая его кроссовок своим.

— М? — он повел бровью, но глаз не открыл.

— Я сдала. Вернёшь мне скетчбук?

— Фффф… — он шумно выдохнул, барабаня пальцами по животу. — Не знаю, Инри, не знаю. Дай мне ещё немного времени.

***

— Может расскажешь мне какие-то подробности? — они вместе поднимались на второй этаж. Киран выглядел задумчивым и молчал, блуждая взглядом в пустоте перед собой.

— А, — он остановился, выуживая из кармана смартфон. — Приложение с расписанием. Я так и не скинул тебе…

— Нет, — перебила его Крис. — Я думала, может расскажешь что-то… Что-то особенно важное, о чем мне стоит знать, ну… Перед встречей… С ним?

Они уже стояли возле ее двери — тигр на ручке приветливо блестел позолотой. Кирана будто осенило: он тряхнул головой, выбираясь из небытия своих мыслей, и посмотрел на Крис со странным огоньком в глазах. Точнее — в глазу. Карий глаз сощурился, мерцая знакомой хитринкой, в то время как правый, белесый, сейчас оставался мутным и равнодушным.

— Ты же помнишь, что на Астеля идёт охота, да?

Крис замерла, вся обратившись в слух.

— Под подозрением сейчас все, даже персонал. Персонал — особенно. Астель очень боится, что ему могут навредить те, кому он больше всего доверяет.

Крис молча кивнула.

— С некоторых пор Галар боится, что его могут отравить. Поэтому теперь… Введено новое правило. Сопровождающие, что делят с ним трапезу, обязаны отведать первый кусочек с его тарелки.

— О, — только и смогла вымолвить она.

— Что? Струсила? — судя по его лицу, он явно ждал, что Крис начнет возмущаться.

— Нет. Вовсе нет! — она горделиво подняла подбородок. — Я выполню эту задачу с честью.

— Ну да. Безумие и отвага.

— Что?

— Ничего, — он усмехнулся, засунув руки в карманы. — Надо было раньше сообразить, что фанатки настолько самоотверженны. Из вас же можно целую гвардию сделать. Отряд самоубийц.

Крис фыркнула, щелчком руша защиту, стоявшую на ее двери. Сегодняшнее пробуждение было жестоким уроком: оставлять дверь без щита в этом доме было равносильно приглашению войти внутрь даже без стука — особенно для некоторых особо любопытных Нельтов.

— Ладно. Выспись хорошенько, — Киран кивнул в знак прощания и отправился к соседней двери, ручку которой охранял дракон.

Крис проследила за его движениями: кажется, на его комнате никаких защитных кросов вовсе не было. Она открыла дверь в свою комнату, машинально запустила руку в карман — и нащупала внутри крохотный и все ещё чуть влажный комочек ваты.

***

Искупавшись и переодевшись, Крис рухнула в постель абсолютно без сил. С трудом дотянувшись до телефона, оставленного на столике, проверила расписание и поставила будильник — к счастью, Астель, судя по всему, не был любителем ранних подъемов. Уже погасив экран, вспомнила про Лавли. Конечно, Крис обещала написать ей, как только увидит Астеля, но… Подруга за столько времени не получила от нее ни весточки, и не позвонила, не написала сама? Было очень на нее не похоже. Открыв чат, Крис, немного подумав, все же написала короткое:

“Меня приняли”.

Нажала “отправить”. Сообщение не прочитано.

Конечно, не прочитано. Вряд ли Лав и вправду сидит целые сутки с телефоном в руках. Уже вечер, наверняка у нее смена. Ладно. Она ответит завтра. Обязательно ответит.

Крис хрустко зевнула, и, отложив телефон, повернулась на живот, запустив руки под подушку. Через минуту сон принял ее в свои благодатные объятия — и, конечно же, ей снился невероятный Астель.

Глава 7. Астель

С самого утра день шел кувырком.

Сначала она чуть не проспала будильник. Все мышцы так болели после вчерашнего, что Крис еле-еле заставила себя скатиться с кровати, когда в дверь уже барабанил Киран — начищенный, уложенный, свежий, как утренняя роса. Черт знает, как ему удавалось выглядеть после вчерашней тренировки таким бодрым! Он всучил ей свежий комплект одежды — черные брюки карго, черная водолазка и мастерка с фирменной эмблемой. Крис одевалась в такой спешке, что два раза упала, путаясь в штанинах. Потирая ушибленные коленки и прихрамывая, вышла в коридор, где Киран, наградив ее уничижительным взглядом, молча повел ее в сторону апартаментов Астеля.

Дойдя до заветной дубовой двери с ручкой в виде головы льва, они дождались, пока Армони снимет щиты, и, получив отчёт о том, что ночь прошла без происшествий, наконец шагнули в покои Астеля.

Это были отдельные апартаменты внутри дома: четыре комнаты, представляющие спальню, кабинет, широкий зал, где уже был накрыт стол для завтрака, и ещё одну комнату, где полагалось проводить время персоналу, пока Астель спал, ел или творил: здесь были расположены кресла, столик и узенькая тахта.

Астель уже сидел в зале за накрытым столом, и, не вставая, одним лишь только жестом пригласил их присоединиться.

— Галар Астель, — выдохнула Крис, прижимая руку к груди и кланяясь. — Очень… Очень большая честь для меня…

— Да, да, — он махнул рукой, кивая, — Кристоль Спаркс, кажется?

Галар. Астель. Называет. Её. Имя.

Крис громко сглотнула, провожая каждое движение Галара взглядом. Ослепителен! Нет, он действительно не человек! Было видно, что Галар только недавно проснулся и едва успел посетить ванную, но даже с этими слегка спутанными волосами, даже будучи немного заспанным — как же он был прекрасен! Точеные черты лица, пушистые ресницы, изящные руки с тонкими длинными пальцами! Длинные локоны по пояс, невероятно переливающиеся на свету белым золотом, светлая, сияющая, такая гладкая кожа…

Нет, то, что она видела на сцене, и близко не сравнится с тем, каково это — видеть его вот так, на расстоянии вытянутой руки! Сердце заколотилось так бешено, что Крис забыла, что пришла сюда сопровождающей. Что должна была ставить щиты, что должна была соблюдать регламент, что должна была делать вид невозмутимого профессионала… Сейчас она не была сопровождающей. Она была просто Кристоль Спаркс — отчаянной фанаткой, беззаветно влюбленной в своего кумира.

Она судорожно вздохнула, и в этот момент Киран кашлянул, пытаясь напомнить о своем присутствии.

Крис заморгала, с трудом отводя взгляд от Астеля.

— Прошу вас, присаживайтесь, друзья. Разделите со мной трапезу.

Крис вздрогнула, вспомнив о вчерашнем разговоре с Кираном перед сном. Поспешно присела за стол, и, увидев, что Астель уже потянулся к еде, живо схватила вилку, ухватила кусочек из его тарелки и отправила себе в рот.

За столом воцарилась тишина.

Крис успела пережевать и сглотнуть, но не ощутила вкус блюда — то, как на нее посмотрел Астель, разом заставило все ее тело вспыхнуть, а сердце с глухим стуком упасть куда-то вниз.

Киран подавился смешком, прижимая ко рту салфетку.

Чертов предатель!

— О… Галар Астель, я… — залепетала было Крис, как только до нее дошло осознание происходящего.

— Как вижу, понятие манер госпоже Спаркс неведомо, — хмуро перебил ее Галар, протягивая ей свою тарелку. — Полагаю, нам стоит поменяться блюдами, раз мое вам понравилось больше.

— Галар Астель, я… просто… Простите! Нет, не стоит… простите ещё раз!

— Стоит, стоит, — настоял Астель. — Уж не думаете ли вы, что я продолжу трапезу из тарелки, в которой побывал чужой прибор?

Крис, покраснев до кончиков ушей, отдала ему свою нетронутую тарелку. После чего Галар невозмутимо приступил к трапезе, а следом за ним и Киран: чертов Нельт, как нарочно, не поднимал на Крис взгляда, хотя та прекрасно видела, как он тщетно пытается спрятать довольную ухмылочку.

Вот ведь сволочь!

“Ты же знаешь, что я тебя ненавижу?!” — мысленно посылала ему сигнал Крис, вцепившись в свою вилку так, что побелели пальцы. Он ещё поплатится! Стоит им только остаться наедине, стоит только Астелю отойти в кабинет — она ему такое задаст! Да надо было не мелочиться и размозжить ему голову ещё вчера на тренировке! А то она, сердобольная, испугалась, что этот проклятый сучонок разобьётся… Было бы за кого волноваться!

Киран, словно услышав ее внутренние тирады, вдруг поднял голову и очень внимательно посмотрел Крис в глаза. Так открыто и честно, что она, так и не успев прожевать еду, поперхнулась от его наглости. Закашлявшись, принялась стучать себя по груди, и Киран учтиво подал ей стакан воды.

Она сопроводила его жест уничтожающим взглядом.

— Рэд задерживается, — недовольно пробормотал Астель, глядя на часы.

— К нам присоединится Рэд? — Крис обернулась на дверь, слыша вдалеке смутный звук.

— А вот и он, — подтвердил ее догадку Киран.

Дверь легко поддалась от одного лишь толчка. Крис вскочила с места, но было уже поздно: на пороге возник незнакомец.

Астель нахмурился, сверля взглядом Крис.

— Госпожа Спаркс действительно Инри? Почему на моих дверях нет ни единого щита?

— Я… Простите, Галар Астель!

Щит мгновенно материализовался у входа, и человек, что стоял там, оказался в плену голубого полупрозрачного кокона.

— Что за…

— Крис, это всего лишь Рэд. Освободи бедолагу, — тон Кирана опять звучал издевательски-насмешливо.

— Рэд? Я же видела его тогда, в офисе! Это не Рэд!

Мужчина, замкнутый в защитном коконе, был приземист, толсти лысоват. Он вовсе не походил на того высокого, остролицего молодого мужчину с густой черной шевелюрой, что приходил на подписание договора. Но тогда почему Киран смеётся? Почему Астель смотрит на нее так, будто готов испепелить? О, эти голубые глаза, горящие яростью! Крис была готова тут же провалиться под землю, лишь бы не видеть больше этого взгляда!

— Спаркс, — подал голос незнакомец, и Крис, к своему стыду, действительно узнала голос Рэда. — Опусти щиты.

— Рэд — Эрру, — пояснил Киран, поднимаясь с места. — Он не всегда показывает свое истинное обличье. Издержки профессии.

Крис растерянно глядела то на незнакомца, названного Рэдом, то на Кирана. И совсем не смела поднять глаз на Астеля. Она и без того ощущала кожей, как он прожигает её взглядом, полным злого упрека.

Сдавшись, Крис рассеяла щит. Рэд, смахивая с вельветового коричневого костюма испаряющиеся голубоватые пылинки, прокашлялся, и, сделав вид, что ничего особенного не произошло, подсел к столу и завел разговор с Астелем о ближайшем концерте.

— Чего рот раскрыла? — вполголоса шепнул Киран, кивнув на дверь. И Крис, спохватившись, тут же создала новый щит, чтобы их больше никто не смог потревожить без спроса.

***

После того, как Рэд минут двадцать обсуждал с Астелем подробности тура, — Крис все это время сидела молча, нервно сжимая вспотевшие руки, — менеджер их покинул, напоследок странно подмигнув Крис. Черт побери, и что это подмигивание означало? Знал ли он, каким способом она попала в сопровождение? Или просто пытался приободрить непутёвого новичка? Проклятье! И что теперь скажет Астель?! Интересно, он приберег наказание на конец дня? Ждёт, когда Крис опозорится ещё больше?

— Я пробуду в кабинете до заката, — равнодушно сказал Астель, поднимаясь из-за стола. И, повернувшись к Крис, с нажимом добавил: — Прошу вас, не забудьте создать шумоподавляющий барьер.

— Да… Да-да, Галар Астель, сию минуту! — она подскочила с места, всем своим видом выражая боевую готовность.

Но как только дверь за Галаром закрылась, она наложила Заградительный щит и замешкалась, прислушиваясь.

— Что? Не знаешь, как работать с шумом? — хмыкнул Киран, встав за ее спиной и заставив Крис подскочить от неожиданности.

— Все я знаю, — прошипела она сквозь зубы.

— Ааа. Не терпится послушать золотой голосок? — он прислонился плечом к двери, скрестив ноги в лодыжках и засунув руки в карманы.

— Что если… Я скрою только наши голоса для него? Он же не обидится, если мы, ну… — Крис замялась, ощущая, как кровь предательски приливает к лицу.

— Регламент взаимодействия, Инри, — строго напомнил Киран. — Страница пятнадцать. Что мы делаем, когда Астель требует Шумодав?

Крис тяжело вздохнула.

— Делаем двусторонний Шумодав.

— Именно.

Она повиновалась. Сделала все, как полагается: теперь из-за двери не было слышно ни шороха. Киран удовлетворенно мотнул головой и подтолкнул Крис в комнату для персонала.

— Не хочешь ничего мне сказать? Галар боится, что его могут отравить? Сопровождающие обязаны откушать из его тарелки?! — недовольно зашипела Крис.

Раздраженно толкнула Кирана в спину, но он не отреагировал. Остановился в дверях, и, закашлявшись, быстрым шагом направился в ванную, так ничего и не сказав.

Оставшись одна, Крис заходила по комнате туда-сюда, выжидая. Из-за двери доносился плеск воды. Прошло уже пятнадцать минут, а он все не выходил… Искупаться решил там, что ли? Крис вернулась в зал, подошла к двери кабинета Астеля и замерла у Заградительного щита.

Астель… Его голос… Он совсем рядом!

Ну что случится, если она просто снимет кусочек Шумодава с одной стороны? Услышит его неудачные распевки? Да у Галара просто не может получаться что-то неудачное! Его Ри обрекала его на идеальность!

Крис воровато обернулась на дверь — Кирана все еще не было. Одним только Святым известно, сколько он еще там просидит! А у Крис есть шанс прямо сейчас… Прикоснуться к прекрасному, к настоящему голосу, льющемуся даже не из динамиков, раздающемуся не на сцене, а здесь, в интимной обстановке комнат, так трепетно, так близко…

Она осторожно пошевелила в воздухе сжатыми пальцами, от напряжения высунув кончик языка, и…

Грохот. Такой грохот, будто шкаф упал навзничь, не иначе. А затем — крик. Истошный. Пронзительный.

Так кричат, умирая от боли.

Крис вздрогнула, в панике развеивая Заградительный. И, не медля ни секунды, распахнула тяжёлые двери.

***

Звуки смолкли. Крис застыла в дверях, едва сдерживая себя: она была готова кинуться к Астелю сию же секунду, обнять, спасти, излечить, защитить от любого страдания…

Но ничего из этого ему было не нужно.

Он сидел в кресле посреди развороченного кабинета, среди бумаг, разбросанных всюду и летающих в воздухе. Листы опадали вниз печальными белыми крыльями, и Астель, словно разочарованный и уставший бог, смотрел на них равнодушно, как и должно смотреть богам на свои неудавшиеся творения.

Крис моргнула, ещё несколько секунд возвращая себе здравый рассудок. Тяжёлое старое фортепиано в углу вполне себе цело. В порядке шкаф, и стол, и кресло, и аппаратура в углу — по крайней мере, нигде не было видно ни осколков, ни щепок, ни оборванных проводов. Что могло грохотать так оглушительно? Что вообще здесь произошло?...

— Да что здесь происходит?! — Астель взметнулся с кресла с таким ревом, что от высокого звенящего голоса не осталось и следа. Этот голос был похож на вой ветра в злую пургу — и таким Астеля Крис точно не видела никогда.

— Что ты себе позволяешь, Спаркс?! Ты тугая на ухо, или просто мозгов не хватает осмыслить, что от тебя требуется? Вон! Вышла вон! Я сказал набросить Шумодав, что тебе не понятно?!

Крис даже не дрожала — все тело ее обратилось в камень. В огромный, холодный, недвижимый камень, внутри которого ледяным ядром плотно обосновался ужас.

Она не обернулась. Не нашла в себе сил. Просто почувствовала слабую вибрацию воздуха и поняла — Киран встал за ее спиной.

Теплая рука опустилась на плечо.

— Галар Астель.

— Научи манерам госпожу Спаркс, — процедил Астель сквозь зубы. При виде Кирана злоба его не утихла, но он как будто попытался взять себя в руки. — И выметайтесь оба! Пока я не доложил о вашей халатности Рэду.

Крис выдала что-то вроде поклона, и Киран, грубо вытолкнув ее из кабинета, быстро закрыл двери, словно боялся, что оттуда вот-вот вырвется разъяренный призрак.

Впрочем, разъяренный Галар был куда хуже любого призрака.

Разъяренный Галар!

Сказать Лавли, она никогда не поверит.

Крис с трудом переводила дух, прижимаясь к дверям спиной.

— Что ты, мать твою, творишь? Инри?! Регламент для кого придуман? Ты думаешь, я тебя эту писанину заставлял учить ради шутки? Эй! Я с тобой разговариваю!

— Он… Кричал. Я думала, он в беде.

— Думала? Если ты вообще способна думать, скажи, на кой черт ты сняла грёбаный Шумодав?!

Крис, дрожа, скрестила пальцы, пытаясь сделать нормальный, двусторонний Шумодав, но Ри подчинялась плохо. Тело не слушалось. Сердце колотилось слишком сильно, в ушах шумело. Нужно выровнять дыхание, иначе ничего не получится.

— Инри.

Помотала головой, сжимая пальцы в кулак.

— Сейчас. Я сейчас…

Ничего. Ни капельки. Ри дрожала, собираясь было в руках, но, едва вырываясь из ее поля, растворялась, подобно капле молока в озере.

— Посмотри на меня.

Она не хотела смотреть. Знала, что там увидит: осуждение, взгляд “я-же-говорил”, бестолковый, ненужный сейчас упрек. Она и сама все понимала.

Но вопреки ее желаниям Киран схватил ее за подбородок, сжимая пальцами щеки, так, что губы Крис сложились сплющенным бантиком, и повернул ее голову, принуждая посмотреть себе в глаза.

— Святые праотцы. У тебя что, паническая атака? Дыши вместе со мной. Смотри на меня. Вдох. Глубоко. Задержи… Выдох.

Он повторял это: “вдох, выдох” несколько раз, пока Крис и в самом деле не приноровилась и не начала дышать в его темпе. Это и вправду помогло. Через несколько минут она смогла направить Ри, чтобы установить и Заградительный, и Шумодав, и, когда дело было сделано, она вышла в комнату для сопровождения, и, сев на тахту и поджав к себе колени, уткнулась в них носом и беспомощно расплакалась.

Киран молчал. Она чувствовала его присутствие рядом, но прошла, кажется, целая вечность, прежде, чем он осмелился сказать первое слово.

— Эй. Инри, — он сел рядом, аккуратно поглаживая её по спине. — Перестань. Первый день… Новичкам всегда сложно. Не думай, что ты очень уж отличилась. Хочешь, расскажу, как прошел первый день у меня?

Она хлюпнула носом, и, подняв голову, отерла рукавом лицо.

— Новичкам сложно?! Думаешь, мне сложно, потому что я новичок? Или потому что я фанатка, а значит, заведомо тупая? И поэтому надо мной можно издеваться, ставить на меня ставки, разыгрывать, подставлять! Разве не ты должен был научить меня всему? Как себя вести, как и когда ставить щиты, что говорить и что делать?! Почему ты, тот, на кого я должна полагаться, так поступаешь со мной? Зачем вообще ты согласился меня принять, если я так тебя раздражаю? Ах, да! Потому что это весело! Потому что это наверняка очередное идиотское пари — сколько часов продержится девочка из фан-группы!

Киран молчал. Лишь смотрел на нее, не мигая. Но когда она сказала про пари, лицо его едва заметно дрогнуло — Крис отметила это с мрачным удовлетворением. Она наверняка попала в самую точку.

Но если причина ее появления здесь — пари, то кто вел себя более глупо? Она, фанатка, жаждущая быть ближе к своему кумиру, или телохранители сопровождения, которые на столь ответственное место допускают первую попавшуюся девочку с улицы?!

— Справедливости ради, я предупредил тебя насчёт Шумодава.

— Да, предупредил. А до этого обманул. Зачем? Чтобы лишний раз выставить меня дурой? Я… Я не понимаю! Это какая-то месть? Обижаешься, что я вчера победила тебя на глазах у твоей любовницы?

Киран живо заткнул ей рот ладонью, прикладывая палец к своим губам:

— Тише-тише-тише.

Крис отпихнула его руку.

— Кроме нас здесь никого нет!

— Все равно, не стоит… разбрасываться такими словами, — он криво улыбнулся. — Эйла мне не любовница. Отношения подопечных с кураторами… это очень непрофессионально.

Было видно, что он лукавит. Крис не была мастером любовных дел — но о неразделённой любви знала куда больше, чем ей самой бы хотелось.

— Значит, бывшая любовница, — констатировала она. Киран вскинул брови в немом удивлении, но комментировать ее вывод не стал.

— Я не обижаюсь на поражения в спарринге, ясно? Наоборот, буду рад, если ты и впрямь будешь достойной соперницей. А эта история с отравленной едой… Извини. Это просто глупая шутка. Стресс-тест. Подобному подвергаются все новобранцы. Что-то вроде посвящения.

— Дерьмовое посвящение, — хмуро отозвалась Крис, вновь вытирая нос рукавом.

— Но Астель не очень-то разозлился. Пожалуй, это и вправду было смешно.

— Если бы я не заперла Рэда в щите. Если бы вообще вовремя поставила щит. И если бы не вломилась в чертов кабинет самого Галара… — Крис снова опустила голову, упираясь лбом в колени. — Почему ты не предупредил меня, почему…

Киран вздохнул.

— Прости. Правда, прости, Инри. Я так давно не работал с новичками, что отвык от того, что про щиты надо напоминать.

Крис протяжно застонала, откидываясь затылком к стене и закрывая лицо ладонями.

— Он уволит меня. Он уволит меня, ведь так? Проклятье, я только приехала! Я только написала Лав, что… о! Наверное, и рекомендацию даст дерьмовую. И все из-за моего любопытства! О, какой же позор!

— Он тебя не уволит, — Киран улыбнулся, следом за Крис откидываясь к стене. — Он пригрозил Рэдом, а это значит, он разъярен, но к ужину остынет.

Крис одарила его мрачным, полным недоверия, взглядом. Киран пожал плечами.

— Хорошо. Пари? Если к ужину он все ещё будет не в духе, ты придумаешь для меня наказание.

Крис сощурилась, склонив голову набок.

— Тогда в следующую смену ты сам съешь кусок с тарелки Астеля.

Плечи Кирана задрожали от тихого смеха. Он протянул ей ладонь, но прежде, чем ее пожать, Крис опомнилась:

— А если я? Если я проиграю?

— Тогда ты нарисуешь меня.

— Что?

— Брось, Инри. Я видел твои работы. У тебя талант.

— Нет, я…

— Что? Умеешь рисовать только красавчиков?

Крис смотрела на него, не мигая. Зачем ему это? Она рисовала весьма посредственно… Впрочем, ладно. Это было самым лёгким наказанием из всех, что он мог для нее придумать.

— Идёт.

И ее рука скользнула в его широкую теплую ладонь.

***

Крис щёлкнула кнопкой блокировки. Три часа дня. Ещё столько времени до конца смены! Да это сдохнуть можно, как утомительно.

— Знаешь игру “Я тебя знаю”? — Киран, со страдальческим лицом утопающий в глубоком темно-синем кресле в углу, оторвался от своего телефона. Крис тоже отложила свой — однообразная лента новостей утомляла, а от Лавли по-прежнему не было ни весточки.

— И как в нее играть?

— Ты предполагаешь что-то обо мне, и если не угадываешь, получаешь наказание. Если угадываешь — наказание получаю я. Потом я пытаюсь угадать что-то о тебе.

— И что за наказание? Опять желание?

— Вообще эта игра рассчитана на алкоголь, но мы на работе. Так что есть кое-что поинтереснее.

Он выудил из кармана маленький брелок, похожий на кнопку дверного звонка. Крис с недоумением покосилась на непонятное устройство.

— Проигравшего бьёт током. Ма-а-аленький бодрящий заряд.

— Чего? — Крис ошарашенно рассмеялась. — Ты сам это придумал, извращенец?

— Сама игра довольно старая, — он повертел игрушку в руках, а затем протянул Крис, как бы предлагая попробовать. — Я просто решил вдохнуть в нее новую жизнь.

Крис приняла брелок с белой кнопкой, разглядывая со всех сторон. Никаких батареек или проводов на первый взгляд не было видно.

— Стой… эта штука… заряжена Нельт? — она перешла на громкий шепот. — Ты вообще в курсе, что использование артефактов Нельт незаконно?!

— Ой, правда? — скривился он и забрал кнопку из ее рук. — И что ты сделаешь? Позвонишь моему куратору?

Крис прикусила губу, наблюдая за движением его пальцев.

— Эта штуковина слишком слабая, чтобы причинить вред, Инри. Ну же! Неужели боишься? — на его губах играла плутовская улыбка.

— Где ты ее раздобыл? — Крис недоверчиво косилась на игрушку.

— Обижаешь. Я сделал её сам.

— Хочешь сказать, ты… Кого-то убил?

— Чего?

Он рассмеялся неожиданно громко.

— Артефакты Нельт, — вполне серьезно ответила она, — заряжаются при сильном эмоциональном всплеске. А самое сильное переживание…

— Уж точно не смерть, — все ещё смеясь, отозвался Киран. — Если хочешь знать, милая, в мире дохрена волнительных вещей. Ярость, тоска, любовь… Да даже если ты кончишь, ты и то зарядишь его с большей вероятностью, чем если кого-то убьешь.

— И ты… О, святые. И знать не хочу, как ты зарядил эту штуку, — поморщилась Крис. Киран положил артефакт на ладонь, снова протягивая ей.

— Хочешь испытать на мне? Или сначала попробуешь сама?

— Нажимай, — она пожала плечами, не ожидая, что в таком маленьком предмете и в самом деле может оказаться сосредоточено большое количество Ри.

Но когда по всему телу молнией пронеслась болезненная дрожь, она выругалась от неожиданности и тут же сама потянулась к артефакту.

— Я должна проверить, работает ли она на тебе, — проворчала она и с силой вдавила белую кнопку. Киран вздрогнул, зашипев, и Крис, развеселившись, даже ощутила некоторое удовлетворение.

— Сколько вопросов можно задавать?

— Не задавай вопросы. Строй предположения. Можешь придумать хоть целую жизнь за один ход, но если ошибёшься хоть в одном факте, получишь удар.

— А как я узнаю, что ты не врешь?

Он пожал плечами.

— Никак.

Она цокнула языком, закатывая глаза.

— И я тоже не узнаю о твоей лжи, — пожал плечами он. — Поэтому блюсти правила здесь — закон чести. Помни об этом, Инри.

Она задумалась лишь на секунду. Затем сложила ноги под собой, усевшись удобнее на тахте. Киран повернул к ней свое кресло, чтобы они с Крис сидели аккурат друг напротив друга.

— Ты вырос в семье военного. Он хотел, чтобы ты пошел по его стопам, но ты весь из себя бунтарь, поэтому наперекор всем пошёл в сопровождение. Отец от тебя не отказался только потому, что ты единственный ребенок в семье. Все дуют тебе в задницу, ожидая, что однажды ты остепенишься. Ты эгоист, любишь дешевые удовольствия и считаешь, что мир должен крутиться вокруг тебя.

Киран с минуту молчал, прежде чем громко расхохотаться. Крис с сожалением наблюдала, как кнопка ускользает из ее рук — и ежилась, уже предвкушая удар.

— Обожаю эту игру.

— Хотя бы скажешь, что я не угадала? Твой отец не военный?

— Я из семьи инженера и учительницы. У меня трое сестер, — большой палец скользнул по кнопке, и Крис дернулась от короткой обжигающей боли. — И мою задницу пороли чаще, чем ты себе можешь представить. Хотя клянусь, я хотел бы пожить той жизнью, которую ты мне придумала. Звучит притягательно.

Она обиженно потерла плечи, глядя на Кирана исподлобья. Его неподдельная радость до ужаса раздражала.

— Ну, тогда опиши мою жизнь. Жизнь чокнутой фанатки, которую ты там себе вообразил.

— О, дай собраться с мыслями. Никогда не думал о том, как фанатки вообще такими становятся. Ты, кстати, все ещё не разочаровалась в своем идоле?

— Это уже предположение?

— Нет… Нет, погоди, — он сощурился, пристально разглядывая Крис. Она поежилась, чувствуя себя червяком на предметном стекле.

— Ты… Мммм… единственная дочь. Богатенькая девочка из обеспеченной семьи. В школе тебя все обожали, ведь ты была единственной ЧеВГИ среди обычных людей. Мать душила заботой. А отец ушел из семьи, или умер, или пропал. Как бы там ни было, это твоя недосягаемая вершина. Поэтому ты стремишься заполучить любовь того, чью любовь заведомо получить невозможно.

Он едва успел договорить, как Крис выхватила кнопку из его рук.

Удар! И наконец-то он морщится, расплачиваясь за глупости, которые только что наговорил.

— И что? Тебя не любили в школе, я здесь прогадал? Ну конечно. Ещё бы такую злыдню любили, — Киран обиженно потер плечи, совсем как недавно это делала Крис.

— Не любили и не ненавидели. Они меня боялись.

— Боялись? Тебя? — он недоверчиво приподнял бровь.

— Можешь не верить, — Крис пожала плечами. — Мне-то какое дело.

— А насчёт остального?

— Мама слишком занята своими мужьями, чтобы думать обо мне слишком много. С отцом они развелись, когда мне было четыре. Недавно она родила дочь от четвертого мужа, так что нет, я не единственный ребенок… в семье. Если… это можно так назвать.

В комнате повисло неловкое молчание. Крис уже пожалела, что рассказала Кирану так много. Но, с другой стороны, что с того? Что он станет делать с этой информацией? Если ему захочется сделать Крис больно, он и так знает достаточно слабых мест — сопливые истории про семью и рядом не стояли.

— Я тоже был единственным ЧеВГИ в своей школе.

— Что?

— Не Саго Марини, конечно, но школа тоже достаточно древняя.

— Но… Почему?

Киран в свою очередь пожал плечами, отводя взгляд.

— В многодетной семье, знаешь ли, деньги не валяются по углам. Привередничать не приходится. Но меня вообще-то в школе обожали! Даже не уверен, что боялись по-настоящему. Так что не знаю, завидую я тебе или сочувствую.

— Обожали? — Крис усмехнулась, смерив Кирана оценивающим взглядом. — Тебя?!

— Ну ты же не думаешь, что я всегда был… — он покрутил ладонью у правой стороны лица. — …Таким.

Они давно забыли про кнопку. Нужды в ней не было — и вопросы, и ответы сыпались из них сами собой, подогреваемые уже не азартом игры, а простым человеческим интересом. Киран много рассказывал про школу, показывал свои детские фото в телефоне, болтал о сестрах и немного рассказал об отце, который тоже был Нельтом и учил его кросам. Крис много смеялась, слушая про детские выходки Кирана, и сама рассказывала о прошлом: правда, в основном об университете и Лавли, потому что это была самая веселая и самая лучшая часть.

Так время до ужина пролетело незаметно.

Когда телефон Кирана запищал, сигнализируя о том, что Астель готов выйти, Крис сняла щиты. Дверь почти сразу распахнулась, и вышедший к ним навстречу Астель теперь выглядел ещё прекраснее. Кожа сияла, щеки задел лёгкий румянец, глаза казались вечерним небосводом, полным мерцающих звезд. От былой ярости не осталось и следа. Он был весел и что-то напевал под нос, пока вошедший персонал заканчивал с сервировкой ужина. Киран и Крис многозначительно переглянулись.

— Я хотел бы принести извинения, — вдруг сказал Астель, когда они втроём уселись за стол. Крис, поднявшая было кусочек ко рту, так и замерла с вилкой в руке.

— Пожалуй, я повел себя грубо. Не самое лучшее первое впечатление…

— О, — выдохнула Крис. — О! Что вы, Галар Астель! Это и вправду мой первый день, поэтому я… Веду себя очень неловко, и, наверное, глупо… Но я быстро учусь! Поверьте, подобного… Подобного не повторится впредь. Это вы простите меня, это… это я должна извиняться!

Астель одарил ее таким взглядом, что сердце в груди забилось болезненно быстро. Он смотрит. Прямо. Ей. В глаза!

Святые праотцы! Она не знала, куда себя деть в эту минуту. Было одновременно и жарко, и холодно, и сразу стало не ясно, куда деть руки, и челка так некстати упала на лицо, и, наверное, она сидит сейчас вся красная, и выглядит так нелепо… Но как бы не было волнительно, пожалуйста, пусть это мгновение продлится вечность! Пусть эти голубые глаза, полные сияния звёзд, смотрят на нее ещё и ещё!

— Сегодня сочинили что-то новое? — голос Кирана заставил Астеля отвести взгляд.

— О, да, — он улыбнулся, откидываясь назад. Вся его фигура выражала удовлетворение. Крис подумала, что к другому человеку было бы применимо слово “самолюбование”, но по отношению к Астелю оно казалось слишком грубым.

— Уже думаю, не сделать ли эту песню открывающей на ближайшем концерте. Она такая… Живая. Полная надежд. Без лишней скромности, господа, возможно, это лучшее, что я сделал за все это время!

Крис заметила, как Киран закатил глаза. Так, как будто слышал подобные признания Галара далеко не в первый раз. Но что поделать, если каждая новая песня действительно выходила гениальной? Было бы странно, если бы Галар хоть раз выдал что-то, кроме шедевра! Крис подобная похвала казалась вполне справедливой, пусть даже и была сказана самому себе.

— Уже не терпится услышать, — смущённо улыбнулась Крис.

— О, вы следите за моим творчеством, госпожа Спаркс? Какой альбом ваш любимый?

— О, эээ, это сложный вопрос! — она нервно хихикнула, прикрывая рот салфеткой. — Ну, может быть, “Когда умирают звёзды”? Хотя нет, мне все безумно нравятся. Правда… Правда, очень сложно выбрать один.

Взгляд Астеля был полон такой нежности и тепла, что Крис почувствовала, как еда встала колом где-то в желудке. Это не сон? Не морок? Это все по-настоящему?

— У вас прекрасный вкус, госпожа Спаркс. Пожалуй, “Когда Умирают Звёзды”, да… Пожалуй, он идеален.

Глава 8. Подарок

Крис сидела на краю кровати, бесконечно пролистывая диалог с Лав.

“Рада за тебя, кошечка”.

И это все?

Все, что она написала в ответ на огромные радостные полотна?

Крис расстроенно отложила телефон, снимая с головы резинку и взъерошивая волосы. Лав отправила это сообщение в девять, а сейчас уже почти полночь. Нет, она серьезно не собиралась больше ничего написать? Но почему? Они же вместе так ждали этого дня! По крайней мере, Крис так казалось… Лав всегда знала о ее любви к Астелю и переживала за нее, как за родную. А теперь просто… Пустое “Рада за тебя”?...

“Ты в порядке? У тебя все хорошо?” — быстро напечатала Крис.

Отправлено. Не прочитано.

На душе неприятно заскребло. Что, если Лав и сама не ожидала, что Крис действительно справится? Не ожидала, что ее и в самом деле возьмут? А теперь… теперь просто не знает, как реагировать.

Она ведь… не завидует Крис, да?

Зависть — это точно не про Лав.

Крис отбросила телефон, покосившись на прикроватный столик. Здесь, небрежно брошенный поверх зарядки, наушников, гигиенической помады и прочего беспорядка, покоился маленький листок в клетку.

Киран настоял, чтобы она нарисовала его после ужина. У нее при себе ничего не было, но Киран, как фокусник, выудил из кармана блокнот и карандаш, словно заранее знал, чем закончится этот вечер. Крис не любила рисовать на линованной бумаге и сперва воспротивилась, сказав, что нарисует его, как только он вернет ей скетчбук.

— Ты… Заглядывал в него? — мрачно спросила она, прячась в ворот мастерки.

— Я уже и забыл о его существовании, — лениво отозвался Киран, удобнее усаживаясь в кресле. — А что? Рекомендуешь ознакомиться? Там есть что-то… особенное?

Крис зарделась, вспоминая картинки, которые старательно вырисовывала в этом скетчбуке месяц назад. Киран — последний человек на планете, которому стоило видеть подобное! Да он же будет высмеивать её до конца дней! Решит, что это её грязные фантазии в чистом виде. Чёрт! И почему она взяла с собой именно этот скетчбук? Почему не выбрала другой?

— Не смотри его, — хрипло попросила она, не глядя Кирану в глаза. — П…Пожалуйста.

Он тихо рассмеялся, и от этого смеха у нее все перевернулось внутри. Ну конечно. Ее просьба теперь его только раззадорила.

В подтверждение ее мыслей Киран подпер щеку ладонью, и, не отрывая пристального взгляда от Крис, прошептал:

— Ты умеешь заинтриговать, фанаточка.

Она все же взяла с него обещание вернуть скетчбук — Киран поклялся, что сделает это через пару дней. Но до тех пор он, конечно же, успеет заглянуть внутрь, и все время, что Крис рисовала его в несчастном блокноте, она думала только о том, как вернуть свою драгоценность до того, как окажется снова униженной перед этим придурком.

Он особо не позировал. Просто сидел в кресле, щёлкая в телефоне, пока Крис, напряженно изучая его черты, шуршала карандашом по бумаге, рисуя короткими, неуверенными штрихами. В какой-то момент ей показалось, что она и вправду разучилась рисовать кого-то, кроме Астеля. Рука так и тянулась сделать Кирану подбородок острее, нос поровнее, волосы подлиннее… Но когда она наконец закончила и смущённо протянула блокнот, Киран восторженно просиял.

— Я же говорил, Инри. У тебя талант! Спасибо. Поставлю себе на аватарку.

Он сфотографировал рисунок, а оригинал вырвал из блокнота и отдал ей.

— Зачем? Это же… твоё.

— Оставишь себе на память, — он улыбнулся, покачивая в руке телефон. — Свое я уже получил.

— Я и так вижу тебя каждый день, — буркнула Крис, тем не менее, послушно запихивая листок в карман мастерки. — Больно нужна мне такая память.

— Разнообразишь свой алтарь хоть немного. Неужели не скучно рисовать одну и ту же рожу годами?

— Зато с годами тренировок я делаю это идеально, — она надула губы. — Знаю наизусть каждую чёрточку!

Киран рассмеялся. Перекинул ногу на ногу и подпер щеку ладонью. Он глядел на нее так, будто Крис была чем-то средним между ребенком и забавной игрушкой.

— Попробуй как-нибудь присмотреться к неидеальностям, Инри. Уверен, твой талант заиграет новыми красками.

Крис потянулась к бумажке. Сделала поярче свет ночника. На портрете Киран получился задумчивым: взгляд опущен вниз, в телефон, брови немного нахмурены. Сложнее всего было нарисовать его шрам — и, кажется, Крис не вполне удалось изобразить его достоверно. Может, вообще не надо было его рисовать. Киран ведь с таким воодушевлением показывал ей свои старые фото, где шрама ещё не существовало. Интересно, как давно он его получил? И при каких обстоятельствах?

Она вздохнула, откладывая портрет. Упала на кровать, и, снова сжимая телефон, в очередной раз открыла чат с Лавли.

***

Всю ночь лил дождь. Он барабанил, барабанил, барабанил… Странно, ведь, кажется, уже утро, а он все стучит и стучит…

Стучит!

Уже утро!

— Инри! Инри, черт бы тебя побрал! Ты там что, сдохла?

Это Киран! Который час?

Крис вскочила с постели, лихорадочно нашаривая под подушкой телефон. Взглянула на время и ужаснулась. Уже закончился обед! И она… два часа как должна быть на тренировке!

— Фанаточка! Эй!

Снова затарабанил в дверь. Сколько он уже стучит? Неужто все два часа стоит там и орет? О, святые! И как она могла спать так крепко под такой грохот?

Руки живо влезли в рукава. Она наспех накинула мастерку на ночнушку и помчалась к двери — лишь бы Киран уже прекратил эту пытку.

— Инри, видят все святые предки, я сейчас сломаю эту херову дверь. Я не шучу!

— Да жива я! — выпалила она, развеяв щит и резко дёрнув ручку. Киран, видимо, упиравшийся в дверь ладонями, явно не ожидал ее появления — и, когда поддержка под его руками исчезла, пошатнулся, по инерции подавшись вперёд, и встал так близко к Крис, что расстояние между ними оказалось слишком интимным.

— Какого черта, Инри?

Он и не думал отойти назад. Наоборот — схватил ее лицо, сжав щеки пальцами, и внимательно всмотрелся в заспанные глаза.

— Ты приболела? Нормально себя чувствуешь?

— Отьпути, — сдавленно пробормотала она, пытаясь выбраться из его хватки. — Все номльно.

— Уверена? — на его лице отразилась неподдельная тревога. Он повернул ее голову вправо и влево, осматривая так, будто выискивал присосавшегося клеща. — Выглядишь не очень.

— Тьфу, — она наконец смогла его оттолкнуть. — Кто бы говорил!

Конечно, она лукавила. Выглядел Киран просто замечательно. Волосы уложены, кожа сияет, свежий черный рашгард выгодно обтягивает рельефные мышцы, а запах… Кристоль невольно захотелось вдохнуть поглубже. Что это? Его новый парфюм? Пахнет теплом, апельсином и чем-то древесным… Святые, да пахнет восхитительно! Она осторожно отступила назад, отворачиваясь. Наверняка у нее самой изо рта разит после сна, да и душ не мешало бы принять…

Вздрогнула, когда его ладонь деловито легла на ее лоб.

— Жара нет, — задумчиво пробормотал Киран. — Тогда какого черта, Инри? Ты и в самом деле просто засоня?

— Я…

— А кто вчера распинался, что лажает только в первый день, но быстро учится? “Подёбнего не повтолица впледь, плёстите, Галар Астель!” — он скорчил гримасу, писклявым голосом изображая ее манеру. Крис поморщилась, плотнее запахивая мастерку на груди.

— Или решила, что раз сегодня не с Астелем, то можно делать, что вздумается? Ты смотрела расписание вообще? Два часа как ты должна быть внизу!

— Я знаю, — она уставилась вниз, разглядывая белые ушки на своих розовых тапочках. — Прости. Я проспала все будильники. Наверное, это все волнение... Я иногда слишком много сплю после стресса. Правда… Пожалуйста, прости.

Киран раздражённо махнул рукой.

— Ладно… У тебя десять минут на сборы. Но не думай, что в следующий раз я спущу тебе это с рук!

Когда они спустились в столовую, на Крис были спортивные мешковатые штаны и черный рашгард с эмблемой Астеля — снова почти идентичный тому, что был на Киране. Внизу уже стояли Вин и Санар: Крис ещё на лестнице услышала знакомые голоса.

— Открывай, — тыкала в бок сестру Санар.

— Нет уж. Пусть Кин этим занимается, — Вин провела пятерней по голубому ёжику жёстких волос. — Если будет, как в прошлый раз…

— Что, я опять на раздаче? — усмехнулся Киран, подходя к близнецам. Те синхронно обернулись, и Вин расплылась в улыбке.

За их спинами на обеденном столе лежал ворох коробок и пакетов. Бантики, рюшечки, цветы, открытки, сердечки… Было похоже, что наступил День Влюбленных, и подарки, предназначенные парочкам со всего Анфелима, волшебным образом все оказались здесь, в поместье Галара.

— О, вот и Крис! — Вин махнула рукой, увидев Крис за спиной Кирана. — Она всё-таки жива. Я же говорила, тебе просто стоило дать ей отоспаться.

Крис неловко помахала в ответ близняшкам и опустила пристыженный взгляд.

— Их не проверили? — Киран кивнул на кучу подарков.

— Как всегда, — пожала плечами Вин. — В общем порядке. Но ты же помнишь, что было в прошлый раз. Так что Рэд настоял, что требуется… Более пристальное внимание.

— Почему бы их просто не утилизировать, — вздохнул Киран, закатывая глаза. — Он же все равно прикажет все выкинуть!

Вин развела руками. Санар смотрела исподлобья, скрестив могучие руки на широкой груди.

— Это… Подарки фанатов? — робко спросила Крис.

— Ага, — Вин вздохнула, упирая руки в бока и осматривая кучу. — Они самые. Астель редко забирает что-то себе, но открыть их все равно надо.

— Что, хочешь заняться распаковкой, фанаточка? — шепнул Киран на ухо. — Может, среди них затесался и твой, а?

Крис легонько ткнула его локтем в бок. Наверное, даже слишком легко — мерзавец даже не поморщился. Наоборот, гаденькая ухмылочка не сходила с лица.

— А что… Что было в прошлый раз?

— О, — Вин взмахнула руками в воздухе. — Прошлый раз была такая феерия. Киран тебе не рассказывал?

— Они постоянно что-то пропускают, — хмуро сказала Санар, все ещё стоя поодаль. — Иголки в шоколадках. Любовный эликсир в бутылке из-под вина. Была даже бомбочка для ванн, заряженная Нельт.

На последних словах Санар странно посмотрела на Кирана. Этот взгляд был таким тяжёлым и мрачным, что показался Крис… Обвиняющим.

— Ужасно… И так глупо! Кому вообще взбредёт в голову вредить Галару? — расстроено воскликнула Крис.

Вин пожала плечами.

— Фанатки. Кто вообще знает, что у них в головах.

Крис и Киран молча переглянулись.

— Ладно, — Киран подошёл к столу. — Я так и знал, что сегодня мой звездный час.

Он выудил из кармана перчатки, и, натягивая, рассматривал подарки, словно раздумывал, с какого начать.

— И почему именно Киран? У него что, особый иммунитет?

Киран усмехнулся, оборачиваясь и показывая пальцем на шрам.

— А по мне не заметно?

— Мы поставим щиты, но распаковывать лучше ему. Нельту проще всего почувствовать Нельт, особенно скрытую. Если какой-то из подарков заряжен, он может понять это прежде, чем раскроет коробку.

— А могу и не понять, — буркнул Кин, взяв в руки розовый свёрток.

Вокруг замерцали щиты. Крис различила крос угасания — лучше всего подойдёт, если хочешь защитить помещение от последствий взрыва.

Ещё два Щита Штерна взвились золотом вокруг Вин и Санар. Крис сотворила такие же для себя и для Кирана — впрочем, тот уже разматывал свёрток так невозмутимо, словно наличие щитов не беспокоило его вовсе.

Как будто единственная защита, которая ему требовалась — это его перчатки.

Крис задержала дыхание.

— Бинго, — из свёртка показался розовый плюшевый кролик. — И почему они все так любят розовое?

“Потому что это его цвет! У него даже альбом так называется!” — чуть не вырвалось у Крис, но она вовремя прикусила язык.

В следующем свертке был розовый свитер, очевидно, связанный чьим-то любящими руками: толстой вязки, немного неровный и смешной — но до жути прелестный. Крис с удовольствием носила бы такой сама. И неужели Астель его просто выбросит?

Потом была футболка, расписанная вручную, микрофон в розовых стразах, кукла, которую загримировали и одели так, что она напоминала уменьшенную версию Астеля. И — о, да! — картины. Очень много картин. Киран не придавал им особого значения, быстро просматривая и откладывая в сторону, но Крис разглядывала их долго и с любопытством. Сколько же трудолюбивых, усердных рук! Сколько трепетных сердец! Сколько таланта… Киран, верно, смеялся над ней, когда говорил, что она, Крис, талантлива в рисовании. Среди подарков Астелю попадались такие сокровища, что ни одно, даже самое удачное творение Крис и рядом не стояло.

Когда рука в перчатке потянулась к очередной коробке, Киран на мгновение замер.

— Что? — Вин встревоженно высунулась у него из-за плеча. — Киран! Что-то есть?

— Отойдите.

Близняшки переглянулись, и Крис заметила в их глазах лёгкий испуг.

— Чего встали? — раздражённо поторопил их Киран. — Все отойдите назад!

Вин и Санар послушно отступили. Они встали вдалеке, у самой стены, и Крис, помявшись, осторожно отошла следом за ними.

— Может… Тогда не будем его открывать? — тихонько спросила она.

— Может, это ложная тревога, — Киран уверенно принялся раздирать белый картон. — Ерунда. Иногда и моя чуйка сбоит.

— Но если Астель все равно от них избавится…

— Я же говорил, Инри, работа здесь полна рисков, — усмехнулся Киран, вытаскивая из коробки пеструю игрушку. Это был клоун с фарфоровым личиком и ручками, но, кажется, остальные части, скрытые под костюмом, были сшиты из мягкого материала.

Крис замерла, сжимая пальцы крестом, пытаясь сделать щит настолько плотным, насколько позволяла сейчас Ри. Хоть с экзамена и прошло больше суток, пальцы до сих пор изредка подрагивали — смутное эхо нервного перенапряжения давало о себе знать. Поверхность щита, что сейчас сиял, окружая Кирана, уплотнилась совсем немного, оставаясь больше похожей на полукруг тщедушного мыльного пузыря.

— Это что? — Киран потряс клоуном в воздухе, обернувшись к девушкам. — Намек на то, что Асте…

Крис резко вздернула руку вперёд, таща щит на себя вместе с Кираном внутри — с такой скоростью, на которую ей только хватило сил.

Клоун, вылетевший из его рук, разорвался позади с оглушительным треском — и тут же треск сменился гробовой тишиной.

Подействовали щиты близняшек. Звуки и запахи схлопнулись.

Ударная волна, подхватившая было золотой кокон, в котором был запечатан Киран, погасла — но он по инерции влетел в Крис.

Ее щиты, окружавшие их, столкнулись и схлопнулись.

Она потеряла концентрацию и больше не могла удерживать целостность.

— Крис…

Это было первое, что она услышала, когда на комнату снова обрушились звуки.

Его голос был хриплым.

Затем — его дыхание. Шумное. Тяжёлое.

Когда вернулись запахи, она отчетливо услышала запах апельсина.

Они лежали на полу у стены — Крис не помнила, в какой момент потеряла равновесие и как именно Киран оказался сверху. Но кажется, она слишком рано рассеяла щит. Затылок нещадно саднило.

— Чертов… бесстрашный… засранец, — прошипела она, вяло пытаясь его оттолкнуть.

Он рассмеялся — ошеломленно и нервно.

— Ребята, — кажется, это голос Вин. — Вы в порядке?

— Крис, ты не сдержала щиты? — вопрос от Санар звучал тяжелым упреком. Не сдержала щиты?! Да в какой раз уже она меньше чем за секунду тащит через весь зал Нельта, который весит добрых килограмм девяносто! Да у нее чуть грыжа не вылезла от натуги и глаза повылетали из орбит! И это Санар упрекает её, что под самый конец Крис не сдержала щиты?! Могла бы и подстраховать, в конце концов! Но нет, она же стояла и защищала себя, до остальных ей и дела не было!

— Все в порядке, — вместо неё ответил Киран, приподнявшись и встав на колени рядом с Крис. — Отделались ушибом.

Крис подниматься не спешила. В голове было мутно. К горлу подкатывала тошнота — то ли от запаха гари, что теперь начал расплываться по комнате, то ли от злости на Санар. Да и на Вин… И на самого Кирана тоже. Какие же они все придурки! Они же проходят это не в первый раз! Неужели нельзя было придумать способ побезопаснее?!

— В порядке ведь? — встревоженно повторил Киран, склонившись над Крис и что-то рассматривая в ее зрачках. — Ты можешь встать? Крис? Как ты себя чувствуешь?

— Мм…м…меня тошнит, — прохрипела Крис и сама не узнала свой голос.

— Крис. Крис! Не смей закрывать глаза!

Крис хотела послать его, но прежде, чем смогла открыть рот, ее тело размякло, и, испустив тихий вздох, она утонула в густой темноте.

***

— А Ютан?

— Ютан в сопровождении. Астель с Рэдом поехали подписывать контракт. С ней все будет в порядке?

— С вашей стороны очень непредусмотрительно иметь в команде только одного Вэлли. Особенно, когда вы тут занимаетесь… черт знает чем. Почему твой маячок сработал?

— Я ничего не делал. Эта сраная игрушка взорвалась, и я даже не уверен… А. Черт. Наверное, перестарался, когда ломал щиты на ее двери.

— Ты мог положить ее куда угодно. Почему ты так любишь ломиться в закрытые двери, Кин?

— Думал, здесь ей будет спокойнее.

Недовольный вздох. Крис не понимала, кому он принадлежит. Голос женский, и, кажется, она знает его… Запах дождя и сирени…

Как же ее зовут?

Имя плавало на обломках сознания, но Крис никак не могла за него ухватиться.

— Любовница, — сухими губами прошептала она.

— Что?

Они спрашивают в один голос. Оба склонились над ней: встревоженный Киран и бледная Эйла. Даже веснушки у нее… Такие яркие и красивые.

Эйла.

Вот, как ее зовут.

— Крис? Ты как?

— Она будет в порядке, — Эйла отстранилась, с удовлетворением посматривая на Крис. Так мастер, отступая от картины, оценивает завершенную работу. — Будет немного чувствительна к свету и звукам, но это до завтра пройдет. Тошнота уже ушла и боль тоже.

— Крис? — Киран ждал прямого подтверждения слов Эйлы, словно не вполне той доверял. Но Крис и вправду больше не тошнило. Голова была тяжёлой и мутной, все окружающее воспринималось расплывчато и нереально. Но боли не было. Наверное… Наверное Эйла права. Ей почти хорошо.

— Мне лучше, — тихо пробормотала она, и Киран выдохнул с облегчением. — Но что она здесь…

— Она Вэлли, — напомнил Киран. — Ты потеряла сознание, и нам очень повезло, что Эйла была недалеко. Ты крепко приложилась, когда рассеялся щит.

Щит.

“Ты что, не сдержала щиты?”

Злость закипела в груди с такой силой, что Крис захотелось что-нибудь разорвать.

— Ну, я сделаю фото и пойду вниз, — Эйла поднялась с места, разглаживая зелёную блузку. — Дверь и правда пострадала… Придется вынести предупреждение, Кин.

Киран посмотрел на нее так, словно она приложилась головой вместо Крис.

— Ладно. Выздоравливай, Спаркс, — Эйла махнула ладошкой и вышла.

После того, как поцарапанная дверь закрылась, Киран и Крис ещё с минуту просидели в тишине. Вновь начался дождь, и Крис вспомнила, что ещё с ночи не закрыла окно — наверное, сейчас на подоконнике выросла целая лужа.

— Ты хорошо поработала, — наконец тихо проговорил Киран. — Спасибо за… Твой щит.

Крис промолчала. Ей хотелось сказать много, очень много! Но слова, как и вспыхнувшая было злость, застряли где-то на подступе к горлу.

— Но не нужно было, Крис… Не стоило так делать. Пытаться оттащить человека, запертого в щите, с такой скоростью...

— На экзамене ты был этим воодушевлен, — криво улыбнулась она.

— Я знаю, почему ты сделала так на экзамене. И я… — он вздохнул, отводя взгляд к окну, и выдержал долгую паузу, прежде, чем продолжить. — Мне и вправду это понравилось. Понравилось, как ты импровизируешь, когда тебе не хватает знаний. Это… Не самая стандартная тактика для Инри.

Крис опустила глаза.

— Но ты слишком подсела на подобные трюки. Я про твое недо-притяжение через щиты. Это отнимает куда больше сил, чем тебе кажется. Ты хотя бы представляешь, сколько я вешу?

— Примерно как гребаный самосвал, — хрипло отозвалась Крис.

Киран улыбнулся, но взгляд его оставался туманно-печальным. Крис не нравился этот взгляд. Совсем. Он смотрел так, как, должно быть, жених смотрит на невесту у алтаря, собираясь сказать, что влюбился в другую.

— Крис, скажи… — Киран говорил тихо и вкрадчиво. — В этом университете, который ты закончила. Тебя там хоть кто-нибудь вообще учил базовой безопасности?

— Это меня-то нужно учить безопасности? — вспыхнула Крис. — Да тебе руку могло оторвать, если бы не я! Черт возьми, тебе что, не хватает ещё однойинвалидности для комплекта?!

Киран промолчал. Крис, глядя в его задумчивое лицо снизу вверх, поджала губы, физически ощущая неловкость. Кажется, это лишнее. Только Киран мог говорить о своих изъянах, только он мог смеяться над ними — стоило ей самой хотя бы намекнуть на его шрам, он всегда вот так вот замолкал, и всегда наступала гнетущая тишина.

— Прости. Я… Киран, послушай…

— Я принял решение, Крис. Я расскажу Рэду.

Она села в кровати. Потянулась к ночнику, сделав свет ярче — будто бы так она могла лучше понять странную логику своего напарника.

— Что? О чем ты?

— О нашей сделке. О том, как ты попала сюда. О том, что у тебя нет опыта и ты не должна… Ты не можешь тут работать.

— Нет! Киран! Ты обещал! — она схватила его ладони. Он до сих пор так и не снял перчаток — от них все ещё горько пахло дымом. — У тебя же… У тебя же пари! Ты сам говорил, это дело чести!

Он нахмурился, отстраняясь и убирая ее руки со своих.

— Ты знаешь?

— Какой ещё смысл соглашаться на напарницу вроде меня, — обречённо вздохнула Крис. — Не знаю, какие конкретно были условия, но, кажется, в этом замешана Армони, да?

— Черт… Крис. Это не важно. Никакое пари не может быть важнее твоей безопасности. Я… Просто идиот, что вообще согласился на это! Но я просто… увидел твои способности и понадеялся, что смогу что-то вытянуть. Думал, из тебя может вырасти что-то покруче, чем просто фанаточка со счастливым билетом.

Крис растерянно смотрела, как он опускает голову, так обречённо, будто сказанное было приговором не для Крис, а для него самого.

Будто он сам сожалел о том, что ему приходится говорить.

— Я просто понадеялся, что ты не так уж слаба, как кажешься.

— Так значит, я… По-твоему, я просто слабачка?... — голос Крис предательски задрожал. Киран поморщился, услышав это, зажмурился, тяжело вздыхая, и устало потер переносицу.

— Если это и не так, то тебе ещё многому предстоит научиться. Но учить тебя должен не я. Не здесь. Вся эта затея — полное безумие.

Крис уныло опустила руки на одеяло. Горло до боли сжало невидимой рукой — ещё чуть-чуть чуть, и подступят слезы. Нет! Она не должна реветь. Не перед ним!

— Не обижайся, Инри, но ты как котенок. Мне не натаскать тебя за неделю. И за месяц не натаскать.

— Всего лишь из-за того, что я не удержала щит? На какую-то долю секунды?..

Киран округлил глаза. Его голос стал еще тише, почти перейдя на громкий шепот — он говорил так, словно они были в комнате не одни.

— Не удержала щит? Крис! Да я не знаю, кто на твоём месте смог бы его удержать! После того, что ты сделала… Дело ведь вообще не в этом!

— А в чем? Ну, скажи прямо, Киран! Я должна знать! Что со мной не так?

Он снова вздохнул и ненадолго замолчал, прикрыв рукой лицо.

— Ты не умеешь здраво оценивать ситуацию. Действуешь хаотично. Непредсказуемо. Я честно рассчитывал, что смогу сделать из этого твое преимущество, Крис. Я уважаю импровизацию. Но твоя бестолковость порой переходит все границы. Это слишком большой риск.

Крис одарила его взглядом, полным недоумения.

— Тот раз с Астелем? Когда я сняла Шумодав? Ты это мне не можешь простить?

Киран грустно улыбнулся, отрицательно качнув головой.

— Щит Штерна. Даже тот хилый пузырек, что ты выдавила сегодня. Он вполне был способен удержать взрывную волну. Да, меня бы откинуло в стену, но он бы сработал, как подушка безопасности. Тащить меня самой вообще не было причин. Ты просто растратила силы и концентрацию. И повезло, что ты вообще смогла удерживать щит так долго, учитывая, какой вес ты на себя взвалила!

— Но игрушка была у тебя прямо…

— В руке, да! — перебил Киран. Он поднял ладонь, покрутив ее в воздухе перед носом Крис. — Как по-твоему, для чего я их надел?

Крис присмотрелась к перчаткам. Это не кожа… и не ткань. Это…

— Синтэфран?

Он кивнул.

— Знаешь, что он делает?

— Разрушает контактную связь, — обречённо пробормотала она. — Но я…

— Не подумала, — закончил ее фразу Киран. — Вот именно, Инри. Каждое твое “не подумала” имеет цену. Сейчас ты приложилась головой, а в следующий раз цена может оказаться гораздо выше. Не думаю, что я к этому готов. Мне достаточно было и Зена.

— Ну и тогда почему ты не прикрыл его? — выпалила Крис и тут же прикусила язык. Лицо Кирана превратилось в ледяную маску.

Он замолчал, и Крис, напуганная мрачной тишиной, лихорадочно соображала, как бы скорее перевести тему. Но спустя минуту Киран все же ответил:

— Даже я могу дать слабину, Инри. И если это случится снова, ты скорее всего пострадаешь. Нет, ты неизбежно пострадаешь.

— И что? — Крис вскинула руки. — Я говорила тебе, я готова! Это только моя ответственность! Мои риски! Мои решения!

Он покачал головой.

— Мы напарники, Инри. У нас одна ответственность на двоих, — он поднялся, медленно стягивая перчатки. Его взгляд блуждал по комнате и наткнулся на портрет, все ещё сиротливо лежащий на столике. — Ты ещё не готова. Я не могу взвалить на себя такое… Я не могу с тобой больше работать.

— Киран, — горячо зашептала Крис, когда он повернулся к двери. — Киран, постой! Пожалуйста!

Она вскочила с кровати — пожалуй, слишком резко. Голова закружилась. Но он не должен был уйти. Она не могла его отпустить вот так!

Киран остановился, когда она вцепилась в его руку, едва удерживаясь на слабых ногах.

— Я знаю, почему тебя не видели камеры, — горячо зашептала она, чувствуя, как к горлу вновь подступает тошнота. — Я знаю о тебе всё. Не смей говорить обо мне Рэду, если не хочешь, чтобы он узнал и твой грязный секрет.

Глава 9. Я тебя знаю

В тот вечер, когда Киран и Крис оставили Астеля на попечение своей смене и разошлись по комнатам, Крис долго не могла уснуть. Сначала пыталась дописаться до Лавли — но та даже не читала сообщения. Пытаясь унять тревожность, Крис начала ходить по комнате кругами, прокручивая в голове события дня.

“Ты можешь сегодня ночью?” — мелькнуло на экране смартфона Кирана, когда тот отошёл в уборную. Крис, отложив набросок, воровато оглянулась, прежде чем взять мобильник в руки. Не заблокирован! Какая удача!

Она быстро перешла по уведомлению — открылся чат с собеседницей, которая уже была ей знакома. Рыжую красавицу на аватарке было нетрудно узнать.

Киран 21:29

Я скучаю, Эл.

Думаю о тебе весь день. Мы можем поговорить?

Эйла 21:35

Что ты хочешь услышать от меня?

Киран 21:35

Ты знаешь, что я хотел бы услышать

Как насчёт “Я все ещё люблю тебя, Киран”?

Киран 21:37

Ладно.

Я серьезно. Надо кое-что обсудить

Эйла 21:40

Я на тренерстве. Очень мало времени. Ты можешь просто написать здесь?

Киран 21:41

Нет. Давай встретимся. Прошу тебя, это в последний раз

Эйла 21:46

Обещаешь?

Эйла 21:47

Киран, я устала. Клянись, что это и вправду последний.

Эйла 21:48

Свободен сегодня ночью?

Эйла 21:49

Я могу заехать за тобой в два часа.

Вспомнив о той переписке с Эйлой, Крис перестала наворачивать круги и перевела взгляд на часы над кроватью. Стрелка медленно подбиралась к двум.

“Я могу заехать за тобой в два часа”.

Заехать. Значит, она точно куда-то его увезет. В поместье Астеля полно лишних глаз, а голубки стесняются показывать свои запретные отношения на публике.

Вряд ли их разговор будет коротким. Но даже если у Крис будет минут тридцать — наверное, этого хватит, чтобы аккуратно проникнуть в комнату, тихо ее проверить и уйти, не оставив следов.

Она подскочила на кровати, оглушенная собственной идеей. Комната так близко. Прямо через стену. И на двери никогда нет щитов!

Может, Киран пользуется обычным замком? Или на двери есть скрытые щиты? Как вообще обходятся с защитой Нельты? Ставят ловушки?

Нет, применение подобных кросов запрещено. Хотя, зная Кирана и его дурацкие артефакты, он вполне мог воспользоваться и чем-то запрещённым.

Стрелка дернулась, переместившись на два. И, как по команде, вдалеке хлопнула дверь: Киран вышел на встречу.

Крис выждала только пятнадцать минут — и они показались ей вечностью. Выбравшись в коридор, она встала возле двери с ручкой в виде дракона и приложила ухо, прислушиваясь. Никого. В коридоре тоже тихо.

Вскинула руки, проверяя щиты. Если здесь ловушки Нельт, она вряд ли справится, но если используется какой-то механизм Инри…

Есть!

Кровяной страж.

Кровяной страж?

Сердце забухало в груди больно и тяжело. Крис попыталась сглотнуть, но во рту пересохло от напряжения. Этот крос определенно принадлежал Инри, и на ощупь был тяжёлым и древним. Скорее всего, здесь задействован какой-то предмет. Кто-то давно зарядил его для Кирана, и тот использует его вместо привычного замка. Конечно, с Кровяным стражем можно не задумываться о том, что потеряешь ключи. Зачарованный замок открывала только кровь владельца комнаты — универсальный ключ, который всегда при тебе.

Крис ощупала дверь. Дерево дышало спокойствием. Пульсация ощущалась ближе к ручке, а в пасти дракона учащалась до предела. Дракон? Кровяной страж — дракон?

Она нырнула в карман и дрожащими пальцами выудила крохотный ватный комочек.

Алые пятна давно потемнели и высохли, сменив цвет на коричневый. Примет ли такую жертву дракон? Есть ли вообще срок годности у крови, которую можно всучить Кровяному стражу?

Крис сжала комочек в руке, оглядываясь по сторонам. Тишина. Такая оглушительная, что, кажется, на весь коридор эхом разносится стук ее очумевшего от страха сердца.

Казалось, вата вот-вот растает под вспотевшими пальцами. Опасаясь подсвечивать телефоном, Крис делала все на ощупь — на мгновение ей почудилось, что дракон, приняв подношение, пошевелил пастью, недовольно клацнув зубами, но, выдохнув, поняла, что все это только игра ее воспалённого разума. Но ватка… она исчезла! Крис вновь и вновь запускала пальцы в драконью пасть. Ничего! В полости между крохотными зубами — пусто.

И это всё? Он принял? Неужели сработало?

Уже собравшись открыть дверь, Крис вновь замерла. А что, если Киран не ушел? Что, если он все это время был внутри?

В коридоре послышался неясный звук, и, не помня себя от страха, Крис резко надавила на ручку и провалилась в темноту комнаты.

Внутри, прижавшись спиной к двери, она тяжело дышала, прислушиваясь. Вот дура! А что, если это возвращается Киран? Что, если он сейчас войдёт и обнаружит ее здесь? Что она ему скажет? О, святые праотцы! Да лучше бы ей прямо сейчас провалиться сквозь землю!

Звук, похожий на шаги, приближался, и Крис, стиснув зубы и зажмурив глаза, вспоминала все молитвы, которым только учила ее бабушка. Те, что не вспомнила — додумывал сама.

Громче. Громче. Громче.

Шаги дошли до двери и направились дальше по коридору. На всякий случай выждав ещё время, и убедившись, что находится в абсолютной тишине, Крис выдохнула, наконец ощутив хотя бы призрачный намек на безопасность. Теперь можно было переключиться на комнату.

Подскочила к окну и плотно задернула шторы. Включила фонарик на телефоне и принялась обследовать комнату, изучая предмет за предметом.

Общий вид целиком был скопирован с комнаты, где жила она сама. Такая же кровать, шкаф, низенький столик. Тот же ковер на полу. Только пахнет всё иначе — слабый аромат нагретого на солнце дерева, и ещё что-то терпкое, солоноватое, запах, которого прежде она не встречала. Нужно попытаться запомнить, как все лежит, прежде, чем что-то ворошить… Крис дрожащими руками приподняла подушку, пошарила под матрасом. Прикроватный столик почти пуст — только валяется блокнот, из которого Киран вырвал для нее лист, и пачка бумажных салфеток.

В шкафу много вещей. Очень, очень много. На вид все сложено в абсолютном беспорядке. Решив, что Киран вряд ли запоминает расположение каждой тряпки, Крис немедля запустила руки вглубь шкафа.

Что-то холодное, твердое и продолговатое упёрлось в ладонь. Вытащила на свет: рамка с фотографией Эйлы и Кирана. Оба счастливо улыбаются, глядя в камеру. Киран жмурится, словно сытый кот, блаженствующий под солнцем. Лицо абсолютно чистое, нет никакого шрама. Волосы коротко подстрижены по моде, что была в ходу года два назад. И что это за странный костюм? Крис наклонила фото, чтобы свет фонарика не давал так много бликов. Похоже на какой-то наряд для выступлений, не то для цирка, не то для… театра?

Он здесь как будто совершенно чужой человек. Счастливый, милый и обаятельный — но от Кирана, каким его знала Крис, здесь разве что призрак.

Не то, что она хотела бы раскопать. Крис со вздохом принялась запихивать рамку обратно, уже раздумывая над тем, что следующей нужно проверить ванную за гобеленом, как в глубине шкафа раздалось слабое шуршание. Такое шуршание характерно для пластиковой банки, полной лимонных драже…

Или таблеток.

Крис выудила белую банку и обескуражено посмотрела на этикетку. Та была наклеена криво, и явно была не оригинальной: здесь значилось, что внутри были витамины.

Но открыв крышку, Крис безошибочно узнала белые с серыми крапинками кругляшки.

Она видела их очень давно, кажется, в совсем другой жизни — когда ещё жила с матерью и отчимом, вечно пропадающим на работе. Он был слишком занят своей больницей, чтобы заметить, что его брак трескается по швам. Что мама, в отчаянной попытке склеить то, что склеить уже было невозможно, травила себя медиаторами, в надежде заглушить слишком сильную Ри. Такая Ри передалась ей от бабушки, и должна бы по-хорошему считаться благословением — но для мамы это был приговор.

Ведь чем сильнее Ри, тем ниже шанс забеременеть.

Сильные ЧеВГИ редко бывали плодовиты.

И медиаторы, запрещённые в Ангераде вот уже как лет сорок, имели ворох неисследованных побочек — но были единственным способом хоть немного снизить показатели Ри. Ослабить природный дар. Подточить его.

Маме вовсе не казалось это кощунством.

По утрам она кашляла кровью, часто пряталась в уборной и выходила, вытирая перепачканный алым нос — Крис замечала это, но не понимала, что происходит, пока не нашла в себе смелость рассказать все отчиму. Он нашел таблетки. Разразился скандал. О, Крис тогда услышала много такого, чего, наверное, совсем не должна была слышать девочка-подросток от собственной матери! Но самое главное она все же услышала от отчима.

Медиаторы разрушали иммунитет. Уничтожали Ри. Их прием — это медленная смерть для любого ЧеВГИ.

Она дрожащей рукой высыпала себе на ладонь несколько штук, внимательно рассматривая. Не может быть. Может, она перепутала? Зачем в комнате у Нельта, который зарабатывает своей Ри, таблетки для снижения силы? Что за бред? Он же не может… Травить ими Астеля?

— Киран! — раздался голос за дверью. Крис подскочила на месте, выронив баночку. Таблетки россыпью покрыли ковер.

Проклятье!

— Киран! Ты спишь?

Стук в дверь.

Черт! Черт! Черт! Она даже не озаботилась тем, чтобы поставить временный щит! Святые праотцы, что она творит!

Крис упала на колени, впопыхах сгребая таблетки в кучу. На то, чтобы вернуть их в банку, не оставалось времени. Дверь могла открыться в любой момент.

— Кин, я по звуку слышу, ты там. Я вхожу.

Едва успев запихнуть ногой таблетки под ковер, Крис выключила фонарик и метнулась за штору. Через секунду послышался щелчок.

Тихие, почти неслышные шаги по ковру. Крис задержала дыхание, слыша, как в груди огромным набатом колотится сердце.

“Уходи, Армони! Уходи! Уходи!”

Это была единственная молитва, которую она сейчас могла вспомнить.

— Киран? — осторожно позвала Армони. — У тебя было открыто, и я… Ты в ванной?

Шаги. Тихий хруст. Кажется, Армони наступила на ковер и раздавила таблетки. Проклятье! Если Киран найдет вместо них пыль? Что он сделает? Он же поймет, что здесь кто-то был! Он станет подозревать её!

Дыши. Крис. Только дыши.

Судя по звуку, Армони открыла дверь в ванную. Щёлкнул выключатель.

Свет сейчас упадет в комнату, и она заметит! Крис плотнее прижалась к окну, молясь, чтобы ее тощая фигура не смотрелась за тяжёлыми шторами, как огромная, слишком заметная выпуклость. Дождь за окном так некстати затих, теперь лишь осторожно накрапывая по стеклам. Казалось, все звуки внутри комнаты стали громче, словно кто-то выкрутил колёсико магнитолы на максимум.

Слышно все. Дыхание Армони. Шорох ее одежды. Шаги. Звук, а которым сминается ткань спортивных брюк, когда Армони подходит к окну:

Фьють. Фьють.

Святые, святые! Армони вот-вот раскроет шторы.

Сердце колотится, барабаном отзываясь в ушах.

Пауза. Фырканье.

— Не закрыл и ушел. Совсем страх потерял.

Громкое дыхание. Шаги. Ещё шаги…

Тишина.

Долгая, невыносимая тишина.

Щелчок!

Крис выдохнула, едва сдерживая громкий стон облегчения.

Вынудила себя выждать время, прежде, чем отбросить штору — и эти минуты ожидания показались вечностью.

Проклятье, так ведь и поседеть можно за одну ночь! На всякий случай наложила на дверь временный щит. Опустилась на колени и откинула ковер.

Черт, черт, черт!

Таблетки и вправду в пыль!

Не все, и на том спасибо — всё, что осталось, Крис аккуратно обдула и уложила обратно в баночку. Но получилось все же сильно меньше, чем было — заметно даже на глаз. Интересно, он их считает? Святые, хоть бы не считал! Зачем ему вообще эта гадость!

Когда она привела комнату в тот вид, в котором ее оставил Киран — по крайней мере, постаралась, — она наконец посмотрела на время. Три часа ночи. Она потратила так много времени на поиск, и не нашла ничего, кроме каких-то чертовых таблеток! Но хуже всего было то, что теперь, когда она знала об их существовании, она абсолютно не представляла, что ей с этой информацией делать.

Пока что не представляла.

— Да. Вот сейчас уже у двери, — приглушенный голос Кирана отозвался холодом во всем теле. Крис на мгновение замерла, лихорадочно соображая. Уже у двери? Куда ей прыгнуть? В окно? Она не успеет даже выбраться на подоконник. Закрыться в ванной? Тупик.

Встретить его лицом к лицу?

— Я понимаю. Да…

Заминка.

— Черт возьми.

Ручка двери дрогнула.

Щит! Она оставила на двери проклятый щит!

— Подожди, сейчас. Что-то… Что-то не так.

Дверь открылась, и Киран вошёл прямо в голубую россыпь испаряющихся искорок. Постоял с минуту, прежде, чем шагнуть внутрь.

— Нет… Все нормально. Просто… Просто показалось. В последнее время мне часто что-то кажется.

Он закрыл дверь. Прошел к столику и включил ночник. Крис задержала в груди выдох: какое счастье, что он не стал включать верхний свет! В приглушённом свете ночника у нее куда больше шансов остаться незамеченной. Вот только сколько ей придется здесь пролежать? До самого утра? Крис осторожно сглотнула слюну.

Из-под кровати она видела только ноги в черных джинсах и белых кроссовках. Походка Кирана была странной: его как будто пошатывало. Судя по звуку, он принялся стягивать с себя мокрую одежду, при этом поставив звонок на громкую связь.

— Прости, что так вышло. Ты же понимаешь, Ярсегу была нужна помощь. Я не могла просто так оставить его… — это голос Эйлы. Крис могла узнать его безошибочно. Высокий. Звонкий. Чистый. Если бы Крис сказали, что Эйла — Галар, она бы поверила, не сомневаясь ни на секунду.

— Ярсег. Ярсег, Ярсег, Ярсег, — нараспев повторил Киран. Его голос был непривычно низким и хрипловатым. На пол, почти напротив лица Крис, упала мокрая рубашка. — Конечно, Эл. Я не дурак. И не слепой. У меня почти нет глаза, но я, черт возьми, не слепой.

Тяжёлый вздох в трубке. На пол приземлилось что-то чёрное — кажется, майка или футболка.

— Киран, это моя работа. Но даже если бы и не только работа… То что? Я знаю, тебя все это задевает. Но то, что происходит между нами… Вообще, между мной и кем-либо… Это больше не твое дело.

Снова вздох.

Ноги в кроссовках не двигаются. Киран внимательно слушает, замерев.

— Прости. Прозвучало грубо. Но… это просто правда.

— Эл… Ты счастлива?

— Киран…

— Ты счастлива с ним?

Эйла молчала. Киран напряжённо вслушивался в тишину, выжидая.

Пауза была такой долгой, что Крис уже решила, что Эйла и вовсе бросила трубку.

— Киран, если ты хотел встретиться, чтобы я в очередной раз выслушивала твою пьяную болтовню, то пожалуйста, перестань мне писать так, как будто на кону дело жизни и смерти.

Киран сел на кровать и принялся стягивать кроссовки. Каждая мышца в теле Крис напряглась. Расстояние между Крис и Кираном было настолько мало, что она сейчас вполне могла коснуться его ноги, лишь чуть-чуть потянувшись рукой.

— Нет. Нет, я не за этим тебя позвал. Я правда хотел сказать тебе кое-что… Важное.

— Ну так скажи сейчас.

— Нет. Не могу. Это касается… Тебя и меня. Как куратора и подопечного.

— На этот телефон безопасно звонить. Здесь нет никакой прослушки.

— Нет… Нет, Эл, послушай…

Он вздохнул.

— Я хотел сказать это лично. Хотел удостовериться, что… Черт, Эл. Я подумал, что ты сможешь понять. Что ты единственная, кто… О. Уффф… Проклятье. Я даже сам сейчас не уверен. Наверное, это безумие, говорить о таком своему же куратору.

— Киран… — голос Эйлы наполнила тревога. — Мне стоит начать беспокоиться? Ты что-то натворил? Что-то… серьезное?

— Нет, нет, — Киран странно рассмеялся. — Ничего такого, что… Нет, Эл. Забудь.

Эйла издала неопределенный звук.

— Это и вправду был последний раз, Кин. Пожалуйста, не тревожь меня больше.

— Но мы даже не увиделись толком. Ты пробыла со мной ровно пятнадцать минут, — невесело рассмеялся Киран. — Ты осталась должна мне ещё сорок пять.

— Я не собираюсь играть в твои игры, — в голосе Эйлы послышался металл. — В следующий раз мы встретимся только во время работы. И не смей больше пить, ты знаешь, чем это чревато. Говорю тебе как твой куратор.

— Эл…

В трубке послышался шорох, короткий гудок, а затем тишина.

— Проклятье, — прошептал Киран, отбрасывая телефон. Тот глухо упал на кровать — звук раздался так близко, что Крис снова невольно вздрогнула. Хоть бы не смахнул мобильник на пол! Если он опустится на колени и начнет его искать…

Черт! И как она будет объясняться, когда столкнется с ним нос к носу? Что вообще можно было сказать в такой ситуации?!

Киран тем временем встал с кровати и подошёл к шкафу. Сердце Крис замерло.

Шорох. Знакомый гремящий звук: таблетки громко перекатывались в полупустой баночке.

Крис, умирая от ужаса, подвинула голову так близко к краю кровати, что наверняка, если бы Киран в этот момент обернулся, он бы отчётливо разглядел в полумраке ее бледное, обескровленное лицо. Но к счастью, он стоял к ней спиной.

Голый по пояс. Босой. Влажные от дождя волосы прилипли к шее. Лопатка справа перечерчена продолговатым шрамом — похожим на тот, что был на щеке.

Таблетки были определенно у него в руках. Крис не могла этого видеть, но отчётливо представляла, как Киран, открыв банку, в недоумении смотрит на те жалкие остатки, что она успела собрать с ковра. Может быть, даже пересчитывает… Пытается понять, что произошло. О, Святые праотцы! Она прикусила губу до крови, выжидая.

Шорох. Киран запрокидывает голову, прижимая ко рту ладонь.

Он выпил? Он их просто выпил?

Его тело качнулось в сторону, будто флюгер, направляемый ветром. Приник к шкафу. Тяжело задышал, засовывая банку обратно.

И, прежде, чем он успел развернуться, Крис юркнула глубже под кровать, надеясь, что он не успел ни увидеть, ни услышать её движения.

Босые ноги вновь подошли к столику. Сел на кровать. Шуршание.

— Черт бы тебя побрал.

Странное шмыганье. Похоже на хлюпанье носом.

Он что там делает? Плачет?

Крис закатила глаза. Не хватало, чтоб этот придурок ещё проревел всю ночь! Как она вообще отсюда выберется?

“Ты не хочешь сходить в душ, или там, в туалет?” — сжав зубы, нервно подумала она.

И Киран, будто услышав ее мысли, и вправду зашагал в сторону ванной. Тихо щёлкнула дверь: она узнавала этот щелчок, в ее комнате дверь в ванную открывалась ровно с таким же звуком. Босые ноги зашлепали по кафелю все той же неровной походкой. Ещё пара шагов. Звук поднимаемой крышки.

И затем — это.

Его рвало.

Подходящий момент! Крис накинула на себя Шумодав — Киран сейчас слишком занят, чтобы обращать внимание на мерцание света в спальне. Теперь можно было не церемониться. Она шумно выдохнула, выкатываясь из-под кровати, и, косясь на приоткрытую дверь в ванную, помчалась из комнаты прочь.

Но прежде, чем уйти, она быстрым взглядом окинула спальню ещё раз.

На столике у кровати валялись использованные салфетки. Все, как одна, они были густо пропитаны ярко-алым.

***

— Я знаю, почему тебя не видели камеры, — горячо зашептала она, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Я знаю о тебе всё. Не смей говорить обо мне Рэду, если не хочешь, чтобы он узнал и твой грязный секрет.

Лицо Кирана исказила кривая улыбка.

— Знаешь? Ну расскажи мне. Даже я этого не знаю.

— Действительно хочешь прикинуться бревном? — Крис приблизилась к нему так, что ощущала на щеках его напряжённое дыхание. — Ну давай проверим, кто из нас первый решится сдать карты. Только учти, что одно из твоих вещественных доказательств я припрятала в таком месте, что ты не найдешь, даже когда впопыхах побежишь смывать все в унитаз.

Глаза Кирана широко распахнулись. Сквозь зубы тихо прошел воздух. Он легонько шипел: так сдавленно шипят от боли, если посыпать солью саднящую рану.

— Ты. Так это была ты.

Он заметил. Понял, что таблеток в банке стало сильно меньше. Ну конечно, такое сложно было не заметить. Особенно, если пользуешься этой банкой каждый день.

— Давай восстановим события, Кин, — тоном следователя заговорила она, скрестив руки на груди. — Ты расстался со своей девушкой из-за бесплодия, и решил, что если немного погасить Ри, то все наладится. Раздобыл медиаторы на черном рынке и пьешь их пригоршнями. Слабеешь так, что одолеть тебя может даже неопытная девчонка на тренировке, а три раза в день тебя рвет кровью, но ты думаешь, что успешно это скрываешь. На концерте у тебя тоже пошла кровь, ведь так? Ты не хотел, чтобы это увидели по камерам. Если узнает Рэд, то ты труп. На этот случай у тебя припрятан какой-то артефакт, наделяющий тебя невидимостью… Или вроде того. По сути, не важно, что это. Важна лишь причина.

Киран тяжело дышал. По ужасу на его лице Крис видела, что попала в точку: если она угадала не все, то как минимум она знала самое главное. Медиаторы. Он действительно принимал их сам. Кровь на салфетках, внезапный кашель. То, как он пропадал в ванной, возвращаясь оттуда бледным и мокрым. С ним происходило то же, что и с мамой, и какой бы ни была причина, Киран в итоге делал то же, что и она — медленно убивал себя.

— Ты, — он склонился к ней так, что они почти соприкасались лбами. — Решила поиграть в “Я тебя знаю?” Ты и половину всего не знаешь, Инри. Не знаешь!

— Ты первый начал эту игру. Шантаж, угрозы, интриги. Я думала, тебя такое заводит.

— Ты слишком быстро вошла во вкус.

— Я — как и ты, Кин. Просто не хочу вылететь с этой работы. Ничего личного.

Он отстранился, окидывая ее пространным взглядом — холодным и безучастным.

— Сегодня у тебя выходной. Завтра тренировка в десять. И не смей проспать.

— Так… мы друг друга поняли?

Он развернулся, направляясь к двери.

— Держи язык за зубами, Инри. И грязные воровские ручонки тоже держи при себе.

Ещё одна попытка влезть в мою жизнь — и ты пожалеешь, что родилась.

Глава 10. Пульсар

На следующий день Киран вел себя абсолютно непринужденно. Ни словами, ни действиями, ни даже взглядом он не выдавал никаких особых эмоций — просто вёл себя так, как будто вчера не произошло ровным счётом ничего.

И лишь когда в тренировочном зале появился Ярсег, лицо его наконец дрогнуло.

В зале были только они четверо: Киран, Крис, Эйла и Ярсег. Вин и Санар отсыпались после ночной смены, а Ютан и Армони были в сопровождении. Поэтому, когда между Эйлой, Ярсегом и Кираном завязался этот нелепый разговор, даже некому было пошутить или пошуметь на фоне, чтобы развеять напряжённую обстановку.

— Рад познакомиться, — словоохотливый Ярсег протянул руку Кирану, и тот сильно помедлил прежде, чем ее пожать. — Мне столько о вас рассказывали. Эйла, если честно, каждый пример из практики приводит из вашего опыта. Её послушать, так вы — ходячее учебное пособие для куратора.

— Мне воспринимать это как комплимент или как оскорбление?

Эйла натянуто рассмеялась.

— Просто Ярс ещё не сталкивался с настоящим разрушением. Не каждый Нельт может себе позволить громить машины кросами в десять баллов.

Крис в недоумении покосилась на Кирана. Громить машины?.. Это ещё какая-то сторона Кирана, о которой она не знала?

— С ума сойти, сколько отчётов я тогда заполнила, — щеки Эйлы зарумянились, когда на этих словах она поймала взгляд Кирана.

Воздух между этими двоими нагрелся и едва не искрил. Крис невольно сделала маленький шаг назад, ощущая такую неловкость, будто подсматривала за любовниками в разгар жаркой ночи.

Ярсег же, напротив, оставался слишком непринуждённым: он с большим интересом смотрел на Кирана, ловя каждое его движение открытым взглядом блестящих черных глаз. Кажется, он… восхищался им? Понимал ли он вообще, какие отношения сложились у Нельта и его кураторши за то количество времени, что они тесно проводили вместе?...

— Но это давно в прошлом. Прошу простить, Ярсег, но у меня тоже свой новичок, — Киран легонько похлопал по плечу Крис. Это было первое прикосновение к ней, которое он позволил себе за сегодня, и Крис даже вздрогнула от удивления. — Настоящего разрушения ты вряд ли увидишь.

— Это ничего! — замахал руками Ярсег, тряся кудрявой гривой черных, как смоль, волос. Его острое лицо озарила светлая улыбка. — Мы все равно пока только набиваем базовый опыт, да, Эл?

Когда он так назвал Эйлу, рука Кирана, все ещё держащая Крис за плечо, сжалась так сильно, что Крис едва не взвизгнула от боли. Сжав зубы, она метнула на напарника гневный взгляд — но тот даже не посмотрел на неё.

— Почему же не увидит? — процедила Крис. — Мы уже прошли конфетно-букетный период.

— Хочешь сегодня пожестче? — рука Кирана соскользнула с ее плеча. Он смотрел на нее с улыбкой — но Крис прекрасно видела эти мрачные огоньки в его мутном глазу. Она уже встречала их прежде.

И хорошо знала, что они означают.

Когда Ярсег и Эйла отправились к скамейкам, Киран наклонился к Крис и тихо спросил:

— Уверена, что справишься, Крыска?

Крис вспыхнула, сжимая пальцы крестом.

— Ты не оставил мне выбора, Кин. Я играла по твоим правилам.

— Напарники играют заодно, а не против друг друга.

Он отошёл на десять шагов. Крис, полная сосредоточенной злобы, усилила щит в два раза. Такой ему не пробить.

Пусть только попробует.

Если снова начнет закидывать ее Режущими, он прекрасно знает, чем это для него может обернуться.

Глядя ей прямо в глаза, Киран закатал рукава черного рашгарда.

Она уверенно встретила его взгляд. Вдохнула поглубже.

И зал озарила вспышка.

Пульсар?!

Это было не похоже на те дурацкие волны, которыми Киран проверял ее прежде. Это не было изящным лезвием Режущего. Это было не похоже на выстрел, не похоже на взрыв. Это было вообще ни на что не похоже!

Чистая энергия Нельт. Огнедышащая. Острая. Ужасающая.

Крис, несясь в пузыре своего золотистого щита прямо к стене, едва осознавала себя.

Зеркала… Стены…

Все трескалось. Лопалось. Разлеталось кусками.

Ее закружило.

Она из последних сил держала щит, понимая, что стоит ей дрогнуть — и Пульсар поглотит ее. Сомнет, как смял настенные зеркала, раскрошит в куски, разнесёт по залу красно-серебряным месивом.

Проклятье. Грёбаный Нельт собирался ее убить!

— Киран! — раздался вдалеке голос Эйлы.

— Вы же хотели увидеть настоящее разрушение.

— Спаркс! Спаркс, ты в порядке? Святые, Киран! Ты хоть понимаешь, что творишь?

— Нам… Стоит зарегистрировать десятку, Эл? — в голосе Ярсега звучал неприкрытый восторг.

Крис, тяжело дыша, растворила щит. Сверху, с потолка и со стен на нее посыпались обломки. Она в спешке прикрыла голову, пригибаясь к полу. Паркет под ногами встал дыбом.

Хруст. Причитания Эйлы.

— Спаркс. Святые! Киран, да что с тобой происходит?

Крис, отряхиваясь, с трудом распрямилась. Она почти не пострадала — пара лёгких ушибов не в счёт. Но все мышцы болели так, будто она только что своими руками остановила поезд, несущийся на полном ходу.

Побледневшая Эйла уже стояла рядом. Из-за ее плеча выглядывал Ярс, но он не выглядел встревоженным: в его глазах горело любопытство, смешанное с восхищением.

Киран все ещё стоял вдалеке.

— Все нормально, — Крис смела с плеч мелкое крошево. — Вы не пострадали?

Она огляделась, осматривая зал. Все вокруг было раскурочено, но дальняя стена и скамейки целы. Это что, Пульсар с направленной мощностью? Она слышала о таком, но видеть подобное вживую ей доводилось впервые. Да что там… Ощущать на себе силу Пульсара, пусть даже и в оболочке щита, ей не доводилось ещё никогда.

Эйла мотнула головой. И в самом деле, на ней, как и на Ярсеге, не было ни пылинки.

Грёбаный Нельт и вправду целился только в Крис. Точная злопамятная скотина.

Киран медленно подошёл, хрустя осколками зеркал под ногами. Руки запущены в карманы. На лице ни капли сожаления.

Нет, это не было похоже на нервный срыв или что-то подобное.

Холодный расчет.

— Ты же мог её…

— Все нормально, Крис? — перебил ее Киран.

Чего он ждёт? Что она станет плакать? Обвинять его? Жаловаться?

Все это означало бы только признать свою слабость.

— Все отлично, — Крис изо всех сил выдавила радостный голос. Не обращая внимания на боль, резво подошла к Кирану и подняла руку вверх, ладонью к нему. — Отлично поработали, а?

Киран улыбнулся, размашисто шлепнув ее по ладони.

— Все в порядке, Эйла, — Крис повернулась к кураторше. — Полагаю, вам с Ярсегом предстоит много работы. Но нам тут больше делать нечего. Боюсь, зал уже непригоден.

Эйла растерянно провожала взглядом их спины, когда Киран и Крис, кроша под ногами блестящие осколки, вместе покинули раскуроченный зал.

***

— Думаешь, если убьешь меня, тебе полегчает? — Крис зашипела, когда Киран приложил к ее ободранной коже вату с каким-то жутко вонючим раствором.

Они сидели в большом зале на первом этаже: Киран рассказывал, что раньше в сопровождении Астеля было куда больше народу, и этот зал почти никогда не пустовал. Сопровождающие играли здесь в настольные игры, затевали глупые споры, пели песни и грелись у камина. Сейчас зал казался огромным, пустым и холодным — глядя на него с трудом верилось, что он вообще когда-то был обитаем.

Крис сидела на огромном мягком диване с обивкой из изумрудного бархата — точнее, полулежала, потому что мышцы ныли так, что ей больно было даже держать собственный вес. Киран сидел перед ней на полу на коленях, а рядом с ним валялась распахнутая аптечка.

Персонал позаботился о камине, и теперь, когда раздавалось чуть слышное потрескивание поленьев в огне, зал всё-таки становился чуть более уютным.

— Я не собирался тебя убивать.

— Ыу… — тихонько провыла Крис, когда вата снова коснулась кожи. — Да, не собирался. Всего лишь зарядил Пульсаром. Только и всего.

— Но ты справилась, Крыска.

Крис зашипела, отдергивая руку.

— Прекрати меня так называть!

Киран невинно смотрел на нее сверху вниз.

— Разве не ты крысятничала у меня в комнате? Боюсь даже подумать, что ты изначально собиралась там найти. Искала кусочек сыра?

Крис надула губы, отвернувшись в сторону. Киран вновь взял ее руку в свои ладони. Снова приложил вату. Деловито порылся в аптечке, что-то выискивая.

— Я искала скетчбук.

Киран замер, несколько секунд глядя на Крис так, будто у нее только что вырос третий глаз.

— Скетч…бук?

И тут же рассмеялся, мотая головой.

— Чёрт, Инри… Серьёзно?

— Ты же ещё не посмотрел его! Сам сказал, что не посмотрел, — надулась Крис. — Я хотела вернуть его, пока ты ничего не увидел! Хватит смеяться! Ничего смешного!

— Ох, Инри… — все ещё смеясь, он нашел в аптечке какую-то мазь. — Вот об этом я и говорил. Ты творишь просто удивительную херню с абсолютно неадекватной мотивацией. Просто невероятно. Скетчбук!

— Куда ты его дел? — обиженно перебила его Крис.

— А? — Киран удивлённо приоткрыл рот. — Ты… Перекопала весь шкаф, но не удосужилась посмотреть на подоконник?

Ответ он понял по ее лицу. И опять засмеялся. Крис ещё никогда не чувствовала себя настолько глупо. Если и было в этом мире что-то более унизительное, чем смех Кирана над ее умственными способностями, то ей эта вещь была неведома.

— Мда-а… — мазь приятной прохладой окутала саднящую кожу. — А я уж начал думать, что привёл змею в свое логово. Все просчитала. Выждала. Раздобыла кровь. Нашла компромат! Но все прозаично… до глупости. Даже не знаю, плакать мне или радоваться, Крыска.

Крис поджала губы, молча наблюдая, как его пальцы методично втирают мазь.

— Не нужен мне был твой компромат. Я ничего не собиралась с ним делать.

— Но сделала.

— Я не дошла бы до угроз, если бы ты не начал первым.

— Я не угрожал тебе. Только сказал, что принял решение.

— Все равно, — возразила Крис. — Ты собирался нарушить свое обещание. Я просто схватила первое оружие, которое попалось мне под руку.

— Точнее, которое первое нашарила в чужом шкафу.

— Послушай, Киран… Я не собираюсь тебя осуждать. Твои… твое здоровье — это твое личное дело. Мне без разницы, что ты там будешь делать дальше с этими штуками! Я пришла играть в твоей команде. Я прикрою тебя, если нужно. Сделаю все, что скажешь. Но ведь и ты должен быть честен со мной! Ты обещал мне дать срок до концерта. Обещал! И должен содержать обещание. Разве это не справедливо?

Руки Кирана, к тому моменту уже оборачивающие бинт вокруг ее ладони, замерли. Он поднял голову, внимательно посмотрев ей в глаза.

— Справедливость? Честность? Всерьез считаешь, что можешь говорить о таком, Крыска? После того, что сделала?

Крис выдохнула, откидываясь на подушки и прикрывая глаза.

— Ты не дал мне и шанса нормально переубедить тебя.

— Ты и не пыталась сделать это нормально.

Она болезненно застонала, свободной рукой потирая больное плечо.

— Эл ещё в зале. Давай позову её. У тебя наверняка растянута каждая мышца. Повезет, если ничего не разорвано.

— Не надо. Иначе она поймет, что я на самом деле слабачка.

— Ты не слабачка. Просто кое-кто переборщил, — Киран грустно улыбнулся, заканчивая с бинтом. — Она и так это поняла. Видок у тебя… тот ещё.

Он склонил голову набок, окидывая Крис оценивающим взглядом. Достал из аптечки пачку салфеток, и, поднявшись и сев рядом на диван, принялся что-то тереть на её щеке.

— Просто чтобы ты знала: я контролировал Пульсар. Если бы твой щит оказался недостаточно прочным, я бы смог…

— Ты пытаешься убедить в этом меня или себя?

Улыбка. Настоящая, не похожая на игру. За эти дни, проведенные с ним, Крис казалось, что она научилась отличать его маски от настоящих эмоций. Если в прошлой жизни он был актером, то явно хорошим. Но все же не идеальным.

— Пульсар — это же… десятка? — задумчиво пробормотала Крис. — Как ты вообще смог его сделать на медиаторах?

Тихий вздох.

— Вот именно, Крыска. Я ничего не принимал с самого утра. Только чтобы проверить тебя по-настоящему. Так что не смей заявлять, что это было на эмоциях.

— Холодный расчёт?

— Холодный расчёт.

Их взгляды пересеклись. Крис все еще смотрела на него с недоверием, и Киран, заметив это, снова вздохнул, качая головой.

— У нас сегодня ночная смена. Ты не можешь пойти в сопровождение в таком состоянии.

— Попроси Ютана.

— Он и Армони сейчас с Астелем. Мы должны сменить их минута в минуту, у него не будет времени на лечение.

— Проклятье. Эйла была права. Очень непредусмотрительно иметь в сопровождении только одного Вэлли. Особенно когда мы тут занимаемся чёрт знает чем.

Киран улыбнулся. У Крис что-то заворочалось внутри. То ли от тепла его улыбки, то ли её просто разморило теплом камина… Или в кровь выплёскивался дофамин после пережитого стресса. Крис отвела взгляд, пытаясь сконцентрироваться на чем-то, кроме гладящего её по щеке Кирана.

— Я знаю кое-кого, кто тебе поможет, — он убрал руку и отложил салфетку. Та была черной от пыли. — Пойдём. Пока тебе нужно отдохнуть.

***

Он отнес её на второй этаж на руках. Крис не противилась — самой преодолеть ступеньки в таком состоянии казалось задачей посложнее, чем сдержать чёртов Пульсар. Она прятала нос, уткнувшись в ложбинку между его плечом и шеей, и блаженно вдыхала аромат апельсина и теплого дерева. Каштановые волосы легонько щекотали ее лицо. Тоже пахнут вкусно. Надо спросить, каким шампунем он пользуется. О, святые! Нет, дофамин после стресса наверняка выплеснулся просто в невероятных количествах. Иначе она не могла объяснить, почему в руках Кирана она чувствовала пьянящую, жаркую негу, почти полностью притупившую боль.

Когда её голова коснулась знакомой подушки, она разочарованно застонала. Лицо Кирана, склонившееся над ней, выглядело встревоженным. Какая забавная морщинка собирается между его бровей, когда он вот так хмурится…

— Крис?

— Я в порядке.

Святые праотцы. Почему, как только он отстранился, резко стало так плохо?

Мышцы скрутило. Крис сдавленно промычала, хватая его за руку.

— Не уходи.

— Я не ухожу, Крис. Мне только нужно вызвать врача.

— Мне просто нужно поспать. Просто… Нужно…

***

— Чтобы ещё раз я согласился на твой вызов, Кин! Они ободрали меня на входе, как липку. Посмотри, даже стетоскоп забрали! Что я, по их мнению, должен был сделать со стетоскопом? Засунуть его Галару в зад?

— Такие правила, Джер. Прости, они все вёрнут тебе на выходе.

Оба голоса смутно знакомы. Нет, второй точно принадлежит Кирану. Но тот, кого он назвал Джером… Джер?...

— Ладно, пусть его. Справлюсь тем, чем одарили Святые. Ты ведь не просто так позвал кого-то вроде меня?

Крис открыла глаза. В комнате было сумрачно, горел только ночник. Шторы не задернуты, но за окном темень. Сколько же она проспала?

Приподнялась было на локтях, но перетруженные мышцы тут же напомнили о себе обжигающей болью.

— Зажги свет.

Киран послушно щёлкнул выключателем. Перед глазами вспыхнуло, и Крис недовольно зажмурилась.

— Опиши вкратце, что у вас. Только без вот этих твоих увиливаний! Если что-то попытаешься скрыть…

Джер замолчал. Крис осторожно разлепила веки, пытаясь понять причину внезапно повисшей в комнате тишины.

— Кристоль?

Ее глаза широко распахнулись.

— Джер… Джер Спаркс?...

Глава 11. Побочный эффект

— Вы знакомы? — Киран переводил взгляд с Крис на Джера и обратно. — Так фамилия — не совпадение?

— Но он обычный врач, — протянула Крис, вновь откидываясь на подушки. — Чем он, по-твоему, мне поможет?

— Крис — моя… — Джер запнулся, явно сомневаясь, что сможет описать их внутрисемейные отношения одним словом. И в самом деле, как это должно было звучать? Бывшая падчерица? Бывшая приемная дочь? Бывают ли бывшими дети, особенно, если они взяли твою фамилию и жили с тобой под одной крышей добрых шесть лет?

— Он второй муж моей матери, — Крис безвольно махнула рукой.

Один из лучших мужей её матери, к слову. Джер не был примерным отцом: будучи медиком, он вообще редко появлялся дома и ещё реже интересовался Крис. Но отчасти этим он был ихорош.

Впрочем, в редкие моменты коротких отпусков он любил взять Крис куда-нибудь в парк развлечений или в кино — или, бывало, мать уезжала по работе, а они с Джером могли весь день есть чипсы под телеком, болтая о всякой чепухе. Иногда Джер был потрясающе смешон. Именно он научил её играть в видеоигры, купил приставку и кучу дисков — правда, матушка потом закатила нешуточный скандал, ведь Крис дни и ночи напролет начала просиживать за джойстиком. Приставка скоро отправилась в комиссионку, а с Джером мать развелась ещё через год — но то время Крис частенько вспоминала с теплом.

Но… Джер былчеловеком.Абсолютно обычным человеком, с нулевыми показателями по маркеру Ингмара. Чем мог помочь сейчас доктор, пусть даже один из лучших, если её травмы — следствие её же собственной Ри?

— С последней нашей встречи многое изменилось, — сказал Джер, смущённо потирая бровь.

Крис помнила его волосы ещё смоляными. Теперь они были цвета соли с перцем.

— Ага. Я сильно подросла, — криво улыбнулась Крис.

— Нет. То есть, да… Но дело не только в этом.

— Джер — Вэлли, — заявил Киран. Он стоял у шкафа, опираясь спиной. Руки скрещены на груди, брови нахмурены и взгляд абсолютно серьезный. Крис вгляделась в его лицо, а потом перевела такой же внимательный взгляд на Джера, пытаясь понять, кто из них двоих придумал эту глупую шутку.

— Он доктор, — поправила она Кирана. — Но не Вэлли. Конечно, я была ещё малышкой, но уж могла бы отличить лечение Ри от обычной зелёнки.

Джер смущённо улыбнулся, беря её за руку. Крис вздрогнула от прикосновения к его сухой теплой коже, но уже через мгновение расслабилась.

Все тело мелко покалывало — тепло проникало в каждую мышцу.

— Так что у вас произошло? — не отвлекаясь от процесса спросил Джер.

— Я за…

— Я ударилась о стену в спортзале, — перебила его Крис, и Киран одарил её недовольным взглядом.

— Ударилась? — Джер тихо рассмеялся. — Сама по себе, или тебе помог твой дружок? Смотрю, врать вы любите одинаково.

Крис зашипела, ощущая, как покалывание проникает куда-то вглубь, пронизывая до самых костей.

— Я направил на неё Пульсар. Она защищалась. Штерн был отличный, но ей пришлось использовать много сил. Кажется, я перестарался.

— Перестарался? — Джер не выпустил руки Крис из своей, но обернулся к Кирану, и по пристыженному лицу напарника Крис поняла, что Джер сверлит его своим коронным осуждающим взглядом.

— Ты знаешь, что она ходила в обычную школу? Как думаешь, сколько у девочки опыта?

— Джер, — протянула Крис, касаясь его кисти свободной рукой. Но негодование отчима было не остановить.

— Три года в посредственном университете. Думаешь, этого достаточно, Кин, чтобы девочка справилась с десяткой по Нельт?

— Достаточно, — ответила за Кирана Крис. Ну какого чёрта? Сейчас он наговорит Кирану столько, что тот опять заведет свою любимую песню про то, что Крис слишком слаба для сопровождения!

— Джер, прости, но мы не виделись почти… одиннадцать лет? Откуда тебе знать про мой опыт?

Джер вновь повернулся к Крис, и, спохватившись, схватил руками обе ее ладошки. Покалывание не усилилось, но ему на смену пришло расслабление. Словно всё её тело разом только что здорово промассировали со всех сторон, а потом погрузили в теплую пенную ванну.

— Я общался с твоей матерью, — Джер сказал об этом с таким мрачным видом, будто сознавался в убийстве. — Уж прости мне мою слабость, но я… оставался в курсе. Все это время.

— В курсе?... — растерянным эхом отозвалась Крис. — Ты… Следил за моей жизнью?

Джер виновато опустил голову.

— Прости, что так и не осмелился написать тебе лично. Я просто не знал, как ты отреагируешь. У тебя был новый отчим, и… Надеюсь, я не был слишком навязчив. С подарками. Ты ведь получала их?

— Подарки? Ка… кие?

— На день рождения. Краски. Холсты. Мне казалось, ты с детства любила рисовать. Ты ведь еще не бросила?

Крис ошарашенно замолчала. Она понимала, о каких подарках говорит Джер. Они приходили через сервис анонимной доставки, но Крис никогда не задумывалась, почему мать использует именно этот способ. Никогда не задумывалась о том, почему мать, никогда вслух не одобряющая ее увлечения, на день рождения вдруг сменяла гнев на молчаливую милость, отправляя такие вещи, которые выглядели если не поощрением ее творчества, то как минимум — признанием права на существование.

— Ну да, — с натянутой улыбкой ответила Крис. — Конечно. Это был ты. А я-то думала, зачем матери отправлять такие подарки анонимно.

Они ненадолго замолчали, глядя друг другу в глаза. Сердце Крис болезненно сжималось от мысли, что все те теплые знаки внимания, что она с таким трепетом берегла, искренне считая их подтверждением настоящей любви, на самом деле никогда не принадлежали матери. Они принадлежали Джеру. Доброму, хорошему Джеру.

И почти что чужому.

Крис была благодарна ему. Но…

Лучше бы он не сознавался в этом никогда.

— Но как ты… — когда Джер выпустил её руки из своих, она оперлась на локти и приподнялась. Разогретые, полные сил мышцы больше не отзывались на каждое движение болью.

— Почему ты… Вэлли? Как это возможно? Ты никогда не был им!

Киран и Джер переглянулись.

— Это… сложно объяснить, Кристоль.

Джер смущённо потер переносицу.

— Такая удивительная игра судьбы, да? Иным Ри достается с рождения, а к середине жизни порой уже угасает. У меня же все кувырком — я никогда не владел такой силой, и вот, она открылась во мне в сорок лет. Кристоль… О том, что у меня теперь… есть дар, — он произнес это почти шепотом, — знаете теперь только Киран, ты и твоя мать. Пожалуйста, пусть всё так и остаётся. Хорошо?

— Я не понимаю, — пробормотала Крис. — Но… Зачем тебе это скрывать?

— Джер — уникум, — прервал ее размышления Киран. — Знаешь, что СКБН делают с теми, кто выбивается из формата?

— Исследуют. Ну и что? Джер… Твой случай, он же… Это же потрясающе! Это открытие может перевернуть мировое представление о ЧеВГИ! Выходит, что ген Ингмара может каким-то образом… Проявиться со временем у любого обычного человека?

— Исследуют, — фыркнул Киран. — Как у тебя все просто.

— Кристоль, — Джер снова мягко взял ее за руку. — Прости, что втянул тебя в это. Я не знал, что пациентка — именно ты… Но раз уж так сложилось… Сохрани мою тайну, прошу.

— Я… — Крис села в кровати, подобрав колени к груди. — Да мне нет нужды кого-то посвящать в твои дела. Просто… Такое открытие…

— Ага. Открытие. ПОА, уровень два, — мрачно проговорил Киран. — Пожизненный контроль. Повезет, если только прицепят куратора, но скорее всего, сгнобят в лабораториях.

— ПОА? — переспросила Крис.

— Потенциально Опасная Активность, — Киран невесело улыбнулся. — Нестабильное проявление Ри, а, как следствие, непредсказуемость. Собаки это не любят.

“Собаками” он явно называл СКБН. Служба Контроля Безопасности Населения, выполняющая функции надзора за ЧеВГИ, появилась всего каких-то лет двадцать назад и изначально несла вполне понятную и благую идею. Люди с геном Ингмара, в особенности Нельты, должны были соблюдать ряд дополнительных правил для жизни в обществе, а также подвергаться обследованиям — СКБН была той структурой, которая организовывала и контролировала этот процесс. Но позже, из-за ряда скандалов, связанных с кураторами, СКБН часто стала обвиняться общественностью в нарушении прав человека. Крис слышала в новостях, как активисты сравнивали СКБН с современной инквизицией и требовали изменить закон о надзоре для Нельтов. Очевидно, Киран, как Нельт, наверняка поддерживал эту риторику. Чип, вживленный в его тело, позволял куратору не только отслеживать силу применения его Ри, но и его точное местоположение. Даже если не планируешь причинить кому-то вред, наверное, жить с осознанием того, что ты находишься под перманентной слежкой, наверняка не очень приятно.

Но Джер… Если его Ри — это Вэлли, то какую опасность он нёс? Разве что мог исцелить кого-то без спроса. Особый контроль за Вэлли? Это же полный бред!

— Добровольцев для исследований становится все меньше. А наклеить ярлык ПОА на нестандартного ЧеВГИ — и вот тебе развязанные руки. Можно запереть в лабораторию хоть до конца времён, никто и слова не скажет.

Киран говорил так, будто сталкивался с подобными ситуациями лично. Крис перевела недоумевающий взгляд на Джера. Неужели он тоже в это верил? Страх перед СКБН? Это связывало его с Кираном?

Как эти двое вообще встретились?

— Ладно, я… — Крис примирительно подняла руки вверх, мотая головой. — Я не знаю, насколько там все сложно, не разбираюсь в юридических проволочках. Если вы считаете, что есть такой риск, у вас обоих наверняка есть причина так думать. Но просто… Моя мать? Ты в первую очередь рассказал все моей матери?

Она едва договорила, как в голове пазл сложился. До того, как в последний раз выйти замуж и родить, мать работала в суде государственным обвинителем — и наверняка через ее руки прошло достаточно дел, связанных с СКБН. Она могла в красках обрисовать Джеру его будущее, если он открыто заявит о новоприобретенных способностях.

— Она одна из немногих, кому я могу доверять. Кристоль… Ещё раз прости. Я не уверен, что у меня осталось право присутствовать в твоей жизни. Наверное, мне не стоило отправлять тебе все эти вещи…

Киран достал телефон, тактично делая вид, что очень увлечен чтением ленты.

— Не важно, Джер. Это такая ерунда. Я не злюсь и не обижаюсь на тебя. Правда. Хоть и то, что ты через мать следил за моей жизнью все это время… Немного напрягает. Совсем. Чуточку.

Он вздохнул с ощутимым облегчением.

— Ну… Ты в полном порядке. Ри полностью восстановится до завтра, но боль уже должна полностью уйти.

Крис кивнула, напрягая руки. Так оно и было: мышцы ощущались здоровыми и полными сил.

— Я провожу Джера, — Киран убрал телефон в карман, отлипая от шкафа. — Пока приведи себя в порядок. Через час начинается наша смена.

***

Она приняла душ, с наслаждением смывая с себя остатки пыли, щепок и цементной крошки. Поела в комнате в гордом одиночестве — Киран распорядился, чтобы персонал занёс ей ужин. В качестве сменной одежды ей выдали тёмно-синие штаны с эмблемами на обоих карманах и такого же цвета кофту: очень теплую, с флисовым подкладом, как будто собирали ее на северный полюс. Прежде, чем Крис успела переодеться, в комнату заглянул Киран.

— Надень термобелье. Арм пишет, Астель сегодня не в духе.

— Что? В каком смысле?

— Увидишь.

Она с сомнением покосилась на напарника, сжимая в руке кофту.

— Это опять твои идиотские шуточки?

— Ты же сказала, что будешь играть в моей команде. Напарники должны доверять друг другу, помнишь? Надевай и не спрашивай. Разберёшься на месте.

Крис вспотела, пока дошла по коридору до двери Астеля. Она послушалась Кирана, но уже заранее возненавидела его — если его план был в том, чтобы сегодня поиздеваться над ней вдоволь, наблюдая за тем, как с нее сойдёт семь потов, то шутка уже удалась.

— Как вы познакомились с ним?

Они остановились в коридоре. Киран отправил сообщение Армони и ждал, когда та снимет щиты изнутри и откроет дверь.

— С кем? А. Ты про Джера, — он улыбнулся. — В клубе по интересам.

— Да? И что это за клуб такой?

— Вы уже здесь? — сиреневая челка Армони показалась в дверях. — Как хорошо, святые праотцы. Я вся задубела. Ещё чуть-чуть, и Ютану пришлось бы лечить обморожение.

Она вышла в коридор, следом показался Ютан. На обоих были теплые костюмы, похожие на комбинезоны для лыжников.

— Я надеюсь, ты сказал ей про термобелье?

Крис приподнялась на цыпочках, пытаясь разглядеть комнату за спиной Армони. Да что такое там происходит?

— В остальном происшествий не было, но готовьтесь к тяжёлой ночке, — устало выдохнул Ютан, тяжёлой рукой похлопав Кирана по плечу. Армони, ежась, ходила на месте, пытаясь согреться.

— Пойдем, пойдем уже вниз! Хочу жрать и сидеть у камина. Нет, а лучше в горячую ванну! О, святые, да я уже пальцев не чувствую…

— Дай сюда руку, — недовольно отозвался Ютан.

Так, разговаривая, напарники удалились назад по коридору и скоро исчезли на лестнице. Киран и Крис, переглянувшись, шагнули в покои Галара.

Здесь и вправду был ледник. Разве что на стенах не было инея. Крис окинула взглядом стены, ища кондиционер: было ощущение, что кто-то выкрутил его на минимальную температуру и оставил так на весь день.

Но кондиционера здесь не было.

— Да что здесь происходит? — прошептала она, накладывая щиты на входную дверь.

Киран, приложив указательный палец к губам, на цыпочках подошёл к кабинету. Осторожно тронул дверь — та легко поддалась.

На секунду он скрылся за дверью и вышел, качая головой.

— Он в спальне. Накинь Шумодав и защиту.

Крис послушалась и сразу вернулась к напарнику. Казалось, что в первой комнате, где располагались тахта и кресло, было немного теплее — самый лютый мороз был у спальни, словно внутри ночевала сама зима.

— Не хочешь пояснить?

— Я же сказал, Астель не в духе.

— И что это значит? Он что, как грёбаный принц из сказки, в плохом настроении превращает все вокруг в лёд?

Киран пожал плечами, усаживаясь в кресло.

— Типа того.

Крис села рядом на тахту. На самый краешек — мебель была холодной и прикосновение к ней даже через одежду было не слишком приятным.

— Это невозможно.

— Также невозможно, как твой отчим, который стал ЧеВГИ в сорок.

— Галар обладает силой созидания, — как будто убеждая сама себя, пробубнила Крис цитатой из учебника. — У Галара есть только один талант. Его творения являются идеальными и несут окружающим умиротворение и радость…

— Или нет, — хмыкнул Киран, вытаскивая из необъятного кармана черной куртки термокружку. — Кофе с имбирём и перцем. Отлично согревает. Будешь?

Крис покосилась на него с недоверием.

— Я же не отравы туда насыпал.

Он сам сделал глоток, не дождавшись ее ответа.

— Ты хочешь сказать, это нормально для Галара? Ни ты, ни Армони, ни Ютан. Вы как будто вовсе не удивлены.

— Что, в сопровождении Галара Сиана все было по-другому? — хмыкнул он.

— Очень смешно, — Крис скорчила рожицу.

— Так было не всегда, — тон Кирана переменился, став серьёзней. Он сделал ещё несколько глотков, и Крис уже с завистью смотрела на кружку в его руках. — Может быть, последние месяцы… Сначала было едва ощутимо, но теперь вот. Как только не в настроении, врубает свой холодильник.

— И? Разве это не та самая ПОА? — громким шепотом заговорила Крис, обнимая себя за плечи. — Что по этому поводу думает СКБН?

Киран задумчиво покачал в руке термокружку.

— СКБН думает, что побочная активность Галара не является угрозой общественной безопасности. Или хочет так думать. С тем количеством денег, что заносит им Рэд, их мысли скорее заняты покупкой вилл на островах, чем каким-то там сочинителем девчачьих песенок.

Крис почти вырвала напиток из его руки, и, злобно сделав глоток, едва не поперхнулась от пряной остроты, обжигающей горло. Если в эту огненную жижу и вправду был добавлен кофе, то явно в несоизмеримых с перцем количествах.

— Галар — двигатель экономики, — усмехнулся Киран, наблюдая за тем, как Крис корчится в муках, высовывая обожженный язык и обмахивая лицо руками. — Никому нет выгоды от исследований его Ри. Пока он работает, он — неисчерпаемый горшочек золота. Для государства. Для СКБН. Для Рэда. Для меня.

Крис быстро вдыхала ртом ледяной воздух.

— Для тебя тоже. Но тебя ведь не золото интересует, — он скрестил ноги и склонил голову набок, подперев щеку кулаком. — Мне интересно, каков был план. Ты попала в сопровождение, теперь можешь видеть его и говорить с ним. Но что ты собиралась делать дальше? Всерьез надеялась очаровать его тем, что спасёшь от неведомого убийцы?

— А ты всерьез намеревался очаровать Эйлу, выпендриваясь перед Ярсегом? — сморщилась она.

— Что?

— Да, да, — Крис закатила глаза, скрещивая руки на груди. — Это представление с Пульсаром было вовсе не для того, чтобы показать, кто здесь главный самец.

— Это представление было, чтобы проверить твои способности.

— Или чтобы меня убить.

— Я все контролировал.

— Контролировал? — фыркнула Крис. — Да ты даже свой стояк не можешь контролировать!

Его брови поползли высоко вверх.

— Серьезно, ты не видишь, как выглядишь со стороны? Да ты пялишься на нее так, как будто готов сожрать! Только что язык не вытаскиваешь и слюна не капает. Святые праотцы! Чем ты, по-твоему, отличаешься от тупой фанатки вроде меня?

— Может быть тем, что я уже был с ней в отношениях? — Киран поставил кружку на столик, скрестив руки на груди подобно Крис.

— Втайныхотношениях, — поддразнила Крис. — Это как перепихнуться с кумиром в гримёрке. Классная ночь, а на утро тебя уже не помнят.Отношения?Она ездила к твоим родителям на ужин и все такое? Или только гримёрка и была, а, Кин?

Киран фыркнул, криво улыбаясь. Брови низко опущены, взгляд мрачный — кажется, она хорошенько его задела. Ну и поделом. Хочешь насмехаться над фанатской любовью — будь готов получить сдачи.

— А ты говоришь, как девушка с опытом. Перепихнуться в гримёрке? Не ожидал, что в твоём арсенале вообще есть такие слова.

Несмотря на окружающий холод, Крис вдруг почувствовала, что вся горит. Она отвела взгляд, пытаясь подобрать подходящую колкость, но на ум, как назло, ничего не шло. Девушка с опытом? Конечно, она была девушкой с опытом! Сколько фанфиков она перечитала, чтобы сложить представление об идеальных отношениях с Галаром? Наверное, если распечатать их и сложить стопкой, эта стопка пробьет потолок!

Свет заморгал. Лампочки над их головами зазвенели, и Крис, скрестив пальцы, попыталась создать ещё один щит.

Ничего не выходит. Она слишком слаба.

Проклятый Пульсар совсем выбил ее из колеи.

— Не надо, Крис, — заметив ее попытку, Киран положил ладонь на ее дрожащие руки. — Нет нужды. Все скоро успокоится.

Крис с сомнением посмотрела на дверь, ведущую в покои Астеля.

— Что он там делает? Почему… Почему это все происходит?

Киран пожал плечами.

— Наверное, плачет.

Видимо, сожаление слишком ярко отразилось на ее лице. Киран усмехнулся, убирая руку и вновь прикладываясь к своему огненному напитку.

— Даже не думай. Он одинок, но слишком горд, чтобы жаждать общества кого-то вроде нас.

“Откуда ты знаешь?” — пронеслось в голове Крис. “Он так смотрел на меня, когда я сказала, что слушаю его песни! Сопровождение — это его семья? Да он изголодался по вниманию! Если это и семья, то самая безразличная из всех семей, которые только можно придумать!”

— Что насчет нашего пари? Я все ещё хочу увидеть тебя своей маленькой служаночкой. Нет, клянусь, мне куда больше хочется увидеть твоё лицо, когда ты узнаешь, что твой невероятный Астель — семидесятилетний пердун. Ты правда будешь точно так же его хотеть?

— Иди к черту, Кин.

Снова эта самодовольная ухмылка. Крис захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжёлым, но поблизости не было ничего подходящего, кроме разве что подушки.

— Рэд ни за что не расскажет, хотя мне кажется, он знает наверняка. Придется добывать информацию твоими методами.

— Что значит — моими?

— Воровство, шпионаж, все вот эти крысиные штучки. Это же по твоей части, фанаточка?

Она раздражённо пихнула его кресло ногой.

— Я ни за что не полезу в его личное пространство.

— Ммм? И чем же личное пространство Астеля так отличается от моего, что в моем ты чувствуешь себя, как дома?

Их взгляды пересеклись, и в повисшей тишине возникло странное напряжение.

Крис поерзала на месте, зябко пожимая плечами.

— Значит, мы не узнаем, кто победил. Очень жаль, — Киран встал, и, сняв с себя куртку, накинул на ее плечи. Она тут же утонула в уже знакомом аромате — тепло дерева показалось таким живым, таким ощутимым, что она невольно прикрыла глаза, представляя, что сидит у камина.

Тихонько вдохнула поглубже.

Так хорошо.

— Я не знаю, как это сделать, — призналась она, утыкаясь носом в меховой воротник. — По-твоему, он держит свою карту в кабинете, прямо у нас под носом?

Киран пожал плечами.

— Если у него вообще есть карта. Может, он такой древний, что у него свиток из пергамента вместо свидетельства о рождении.

Глава 12. Сильнее страха

— Такая лапушка. Так доверчиво к тебе прильнула, — нежный голос Армони далеким отголоском пробился сквозь дрёму. — Ты ей явно нравишься.

— Ну еще бы. Ты же знаешь, девчонки от меня без ума.

Голос Кирана раздался прямо над ухом. Крис открыла глаза, подскочив на месте. Все это время она дремала… на плече у Кирана? Поморщилась, вытирая лицо. К ее стыду, щека была влажной от потекшей слюны.

— Прости, — пробормотала Крис. Киран не ответил, лишь брезгливо потер мокрый отпечаток на худи.

Армони все это время наблюдала за ними через зеркало заднего вида. Они вчетвером — Киран, Крис, Аромни и Ютан — ехали в машине уже добрых три часа: путь лежал в Эгитен, город, в котором прошлый раз оборвался летний тур Астеля. Именно в Эгитене случилось нападение, и сейчас Астель настоял на том, чтобы продолжить с того места, на котором все закончилось. Киран считал это безрассудством, Крис — смелостью. Но что бы ни думало сопровождение, решающим был голос Рэда, который счел, что повторить выступление в Эгитене будет отличным ходом и послужит высказыванием: творчество сильнее страха.

Площадку для выступления все же решили сменить, а меры безопасности ужесточить настолько, насколько это возможно. Для входа в зал будет необходимо предъявить карту, чтобы проверить статус и наличие Ри, а Нельты смогут попасть на концерт только в сопровождении кураторов.

Думая об этом, Крис встрепенулась и дернула за рукав Кирана.

— М?

— Если Джер…

Она заметила взгляд Армони в зеркале и запнулась. Достала телефон и жестом показала Кирану: “Войди в чат”.

“Если Джер стал ЧеВГИ, но скрылся от СКБН. Возможно, есть и другие такие же?” — быстро напечатала она. И следом:

“Что, если нападавший — Нельт, но такой же, как Джер?”

Киран пробежал глазами по тексту.

“Поэтому не сработал маячок. У него просто нет никакого маячка”, — пришел ответ.

Крис подняла голову и встретила задумчивый взгляд напарника. Думает ли он о том же, о чем и она? Совершают ли они ошибку, утаивая такого, как Джер, от СКБН? И… могло ли помочь это открытие пролить свет на то, что произошло на концерте?

— Эй, Арм, — подал голос Киран, делая тон максимально расслабленным, как будто спрашивал какую-то ерунду. — Что там с клоуном? Нашли, кто его прислал?

— Ратс Деливери, сервис анонимной доставки, — Армони распаковала пачку чипсов, и, засунув горсть в рот, протянула пачку на заднее сиденье. Крис забрала ее, но прежде, чем успела достать себе хоть ломтик, первой в пачку залезла рука Кирана.

— Да ну, — с набитым ртом ответил он. — Прямо таки анонимных? Неужели доблестные детективы в век тотальной слежки не могут разнести какую-то там доставку?

— За что купила, за то и продаю, — отозвалась Армони, протягивая ладошку назад. Киран вложил в нее еще горстку чипсов. — Да и не так много времени прошло. Может, еще не успели. Там наверняка куча проволочек с этой анонимностью и правами потребителя…

Киран рассмеялся.

— Знаешь, когда ты рядом с СКБН ставишь слова “анонимность” и “права”, это звучит как анекдот.

— Они опять приезжали, — заговорил Ютан, до этого молчавший почти всю дорогу. — Детективы. Тебя не допрашивали?

— Нет. Что им нужно?

— Хотели узнать, не замечали ли мы у тебя… неконтролируемые всплески.

Киран ощутимо напрягся. Крис видела, как сжалась его челюсть, как руки, расслабленно лежавшие на коленях, стиснулись в кулаки.

— Не волнуйся, мы ничего такого за тобой не замечали, — поспешно добавила Армони. — Та вечеринка не в счёт. Что происходит на девичнике, навсегда остается на девичнике!

— Технически, это был мальчишник, — усмехнулся Ютан.

— Не важно, — махнула ладошкой Армони.

Крис видела в зеркало, что она улыбалась. Явно вспоминала какое-то отвязное веселье с участием Кирана. Но сам Киран ее радостных эмоций не разделял. Он все ещё хмуро смотрел перед собой, крепко сжав челюсти.

— Им удобно сделать меня крайним, — процедил он. — Если я ПОА, то даже Пульсар можно списать на неконтролируемый всплеск.

— Ну да, — фыркнула Армони. — Настолько неконтролируемый, что даже маячок не сработал? Киран, не неси чепухи. Что бы ты там ни думал о СКБН, они все же не настолько тупы, чтобы игнорировать очевидные факты.

Киран фыркнул. Кажется, слова Армони его не особо убедили. Но и в самом деле, если СКБН решили сделать виновным Кирана, то как они объяснят момент с маячком? Чип под кожей считывает повышение уровня Ри вне зависимости от того, чем был спровоцирован всплеск. Даже если бы Ри у Кирана проявляла спонтанный характер, куратор бы узнал о всплеске — по крайней мере, если тот был такой силы, что мог навредить окружающим.

И уж конечно чип отреагировал бы на чертов Пульсар!

— А что… было на девичнике? — осторожно спросила Крис. Киран промолчал, отвернувшись к окну, но вместо него ответила Армони:

— Он тебе не рассказывал? О, я не знаю, можно ли… Киран? Ей стоит знать?

— Когда я пьянею, немного выплескивает через край, — отстраненно сказал он, не поворачивая головы. — Не разрушение. Никакого вреда, просто… Эмоции поднимаются на поверхность. Я могу передавать их через прикосновения.

— Передавать эмоции? Как это?

— Он как-нибудь покажет тебе на практике.

— Никакой практики, — строго перебил Армони Ютан. — Я больше не стану прикрывать ваши задницы. Если кто-то ещё узнает об этом инциденте… Рэд нас не просто повесит, он нас четвертует и скормит собакам!

— Ну хватит, — отмахнулась Армони. — Это же совсем ерунда, даже протечкой не назовешь! Подумаешь, передача чувства через касания. По-моему, это даже мило.

— Это вообще не мило, если подумать, что это только начало.

— Ютан…

— Яблочко от яблони, Арм.

— Ютан, я же…

— Арм, я всем сердцем верю, что Киран не желает никому вреда. Верю! И я ничего не сказал ни СКБН, ни Рэду. Мог сказать тысячу раз, но не сказал. Но ты понимаешь, что мой кредит доверия имеет пределы? Вы оба знаете про всплески. Знаете, что их провоцирует. И тут же ведёте разговоры, что неплохо было бы повторить? Ладно, у вас нет чувства самосохранения, но вы можете хотя бы подумать об окружающих?

Крис видела, как Армони осторожно коснулась руки Ютана, но ничего не сказала.

Киран откинулся на изголовье, прикрыв ладонями лицо.

Они подъезжали к Эгитену — впереди маячил дорожный знак. Небо почернело до самого горизонта, лишь на секунду озарившись далёкой вспышкой. Меньше чем за минуту машина поравнялась со знаком “Эгитен”, тут же оставив его позади.

Когда по стеклам забарабанил дождь, в салоне всё ещё висела гнетущая тишина.

***

Когда вся процессия остановилась у отеля, дождь превратился в настоящий ливень. Небо было густо-чернильным, будто стояла ночь, хотя солнце, должно быть, только едва-едва наклонилось к горизонту.

Санар и Вин отступили от Астеля. Их щиты уже становились блеклыми и дрожали — близняшки вдвоем держали их всю дорогу до Эгитена, и потому сейчас были просто вымотаны. На смену их щитам пришли щиты Армони и Крис: девушки шли бок о бок чуть позади Астеля и Рэда, а сразу за ними, неся зонты, шли их напарники.

Астель, одетый в длинный черный плащ, черную футболку, черные узкие джинсы и тяжёлые ботинки, все равно был слишком приметен. Копна длинных белых волос не помещалась целиком под черной кепкой, так что даже несмотря на солнцезащитные очки и черную маску на лице, Галара без труда смогла бы распознать даже самая невнимательная фанатка.

Да разве же дело было в одних волосах? Изящество и гибкость фигуры. Красота в каждом движении. Взмах тонкой кисти в воздухе — и слышно, как разбиваются сердца.

И в этом общем хоре разбитых сердец — разбитое сердце Крис.

О том, где остановится Астель, казалось, знал весь город. Репортёров, фотографов, фанаток и прочих зевак столпилось столько, будто концерт должен был начаться прямо сейчас — Крис давно не видела столько орущих людей в одном месте. Ливень и ветер, казалось, не пугал никого из них: они шуршали дождевиками, толкались зонтами, которые выворачивались наизнанку, либо просто прикрывали головы сумками или всем, что попадется под руку, но ни у кого и мысли не было сдаться.

Ещё бы.

Галар Астель возвращается!

— Галар Астель! Вы не боитесь нового покушения?

— Почему именно Эгитен?

— Несколько вопросов, Галар!

— Вы следите за ходом расследования?

— Правда ли, что ваш телохранитель подал на вас в суд?

— ВЫ-ШЕ ЗВЕЗД! ВЫ-ШЕ ЗВЕЗД!

— Правда, что это ваше последнее выступление?

Сопровождение упорно двигалось к отелю, рассекая толпу. Народ расступался перед золотистыми щитами Крис и Армони послушно, как расступаются мелкие рыбешки перед плывущим хищником. Но последний вопрос, долетевший до ушей Астеля, заставил процессию остановиться.

Он обернулся, выискивая взглядом того, кто сказал такую нелепость.

— Последнее выступление? — Астель снял очки и маску, с вызовом глядя в толпу. Фанатки оглушительно завизжали. Камеры щелкали наперебой — звук этот множился, почти перебивая шум дождя.

— Сегодня я здесь, в Эгитене, — Галар заговорил громче. — Чтобы заявить… Что сегодня всё только начинается!

На этих словах он развернулся, чтобы уйти, а толпа позади разразилась восторженным криком.

***

— Так что ты сделал на вечеринке? — Крис сидела на краешке своей узкой кровати, чуть откинувшись назад, оперевшись на ладони и скрестив ноги в лодыжках. Киран запихивал свои вещи в шкаф. В их общий шкаф. Несмотря на то, что для Астеля Рэд арендовал целый этаж, каждой паре в сопровождении досталось всего лишь по узенькой комнатушке с двумя кроватями, и хотя жаловаться в целом было не на что — все удобства были на месте — Крис все же была немного разочарована. Ей нравилось, что в резиденции Астеля у нее было свое местечко, где она могла уединиться, и за неделю она уже успела привыкнуть к такому положению дел.

— Не делай вид, что не слышал.

Киран поморщился.

— Ничего особенного. Слегка возбудился навеселе и внушал всем… похабные мыслишки.

Крис хихикнула.

— Мыслишки? Так это происходит? Ты трогаешь человека и он слышит в своей голове какой-то голос?

— Нет. Это не совсем мысли. Это ощущения. Они как бы… перетекают. Не знаю. Мне сложно объяснить. Ты все равно не поймешь, пока сама не попробуешь.

Крис склонила голову набок, с интересом рассматривая напарника. Он выглядел расстроенным и смущенным — если первое его настроение она уже замечала, то второе было, пожалуй, в новинку.

— Ты боишься? — вдруг спросил он, закрыв шкаф и прижавшись к двери плечом.

— Что? — Крис обескураженно смотрела, как Киран снимает с руки часы, будто готовится к показательному сеансу.

— Что я — ПОА. Что моя Ри… непредсказуема. Что я могу навредить тебе. Или кому-то ещё.

Крис улыбнулась, пряча тревогу.

— Я же Инри. Тебе ещё придется постараться, чтобы мне навредить.

Он улыбнулся, но улыбка получилась невеселой. Положил часы на тумбочку у своей кровати, стянул с себя худи и футболку. Крис уставилась на его обнаженную спину так, как будто видела ее впервые. Впрочем, тогда, в его комнате, когда она едва дышать могла от страха под его кроватью, разглядывать его спину ей пришлось по другой причине — и тогда у нее и мысли не возникло о том, чтобы радоваться открывшемуся виду.

Сейчас ей не надо было таиться. Она могла смело и громко дышать. Но грудь, словно по инерции, замерла, не смея набирать воздух.

Мышцы. Такие очерченные. Шрам, рваный и долгий. Линия позвонка, уходящая вниз. Ямочки. Аккуратные ямочки прямо над поясом джинсов…

— Ты больше не принимаешь их? — выпалила она, отводя взгляд.

Киран развернулся, вновь притягивая внимание Крис. Она упорно уставилась на кончики своих розовых носков, не желая замечать маячившую совсем рядом обнаженную мужскую грудь.

— Медиаторы, — на всякий случай пояснила она.

— Нет.

— Ты поэтому их принимал? Боялся потерять контроль?

— Нет.

Крис кивнула, делая вид, что ответ ее удовлетворил.

— Приму душ.

Киран направился к двери в ванную, но прежде, чем его ладонь легла на резную ручку, Крис вскинула голову:

— Яблочко от яблони. Что имел в виду Ютан?

Он замер у двери, глядя на Крис так пристально и пронзительно, что у нее по спине побежали мурашки.

— Твой лимит вопросов на сегодня исчерпан.

— Но…

Ответом ей была только громко хлопнувшая дверь ванной.

Глава 13. Киран

— Видишь того толстого мужика?

Киран перевел взгляд за заградительные ленты — туда, куда показывал Хас. Приземистый мужчина средних лет в коричневом костюме размахивал руками, что-то обсуждая с невидимым собеседником по наушнику.

— Это менеджер Астеля. Того самого Галара, — Хас отхлебнул холодного кофе. — От которого девочки ссутся кипятком. Верхушка чартов. Выше звё-ёзд! Слышал небось?

Киран поморщился, показушно прочищая ухо.

— Помилуйте праотцы.

Хас, смеясь, снова тыкнул пальцем в менеджера.

— Если лично пришел, видать, все серьезно. Зуб даю, этот галарчик будет сниматься у нас.

— Кин! На площадку! Готовность пять минут!

Киран поспешно всучил Хасу свой стакан и почти бегом побежал к машинам.

Сегодня задача была простой: бум, бах, татарах, как говорила его племянница. Толкнуть машину, чтобы та полетела в здание, а потом добить Пульсаром — красиво и эффектно.

— Тишина на площадке!

— Звук! Мотор!

Киран размял пальцы, слегка встряхивая ладони. Привычное тепло разлилось по телу, отзываясь на бодрящую силу Ри. На автомате встал в боевую стойку — в кадре его не будет, но за годы учебы он уже привык играть, даже если зрительский зал был пуст.

— Звук готов!

— Пульсар, сцена один, дубль один.

— Камера, мотор!

Толкнуть авто было, пожалуй, самой сложной задачей. Как бы эффектно ни выглядел Пульсар, он был самым отточенным кросом, а вот швырнуть кусок металла весом почти под тонну Кирану случалось не каждый день. Но если уж случалось, мышцы после таких подвигов болели так, что Эл приходилось проводить с ним по несколько часов, прежде, чем он снова обретал способность нормально двигаться.

Впрочем, не то чтобы Киран был сильно против.

Когда авто с оглушительным треском влетело в угол здания, он выпрямился, переводя дух. Теперь Пульсар. Забавно, что это уже десятка по шкале Ингмара, но даётся куда легче, чем толчки или притяжение.

Пальцы защекотало теплом. Серебристо-белая вспышка обожгла, рванула вперёд.

Не видя преград.

— Стоп!

— Кин! Останови его! Твою мать!

— Киран!

Время замерло. Прежде, чем услышать звук, Киран увидел его: размытый силуэт человека на площадке, прямо перед машиной.

Прямо по курсу Пульсара.

Действительно.

Твою мать.

— Иди сюда, — прошипел Киран, выдергивая Пульсар из начерченной траектории.

Мышцы резануло острой болью.

Сияние метнулось в сторону.

— Давай же.

Он в исступлении дёрнул руками.

Желудок скрутило.

Пошатнулся, едва не падая на колени.

Кто-то на площадке кричал, голосов становилось все больше — но Киран больше не различал звуки. Когда Пульсар развернулся, рванув к нему в руки, время вновь побежало вперёд, как будто кто-то снял видео с паузы — а затем стало холодно и темно.

— Киран! Киран! Открой глаза! Святые праотцы! Ты… — она захлебывалась слезами, он чувствовал ее тонкие пальцы, впивающиеся ему в плечи. Лицо горит жаром, на веках липко, влажно и тяжело. Почему она плачет? Что…

— Ты меня видишь? Киран!

С трудом приоткрыл глаз, разлепив веки. Второй… вроде тоже, но… Как будто бы кто-то положил на него пленку. Все размыто и… Наверное, что-то прилипло. Просто нужно убрать…

— Не трогай, — всхлипнула Эйла. — Тебе нельзя шевелиться.

— Эл…

Вокруг крики. Все бегут, суетятся… Обычная жизнь на съемочной площадке. Только почему у него такое ощущение, что сейчас все суетятся возле него? Как будто решили сделать из мастера по спецэффектам главного героя… Конечно, он всегда мечтал сыграть главную роль. Но, кажется, не так… Что-то было не так…

— Эл… Что…

Эйла, как будто до этого державшаяся из последних сил, вдруг сорвалась. Прекрасное лицо исказила жуткая гримаса: он никогда не видел её такой. Слезы капали прямо на его горячую кожу — кап, кап, кап.

И каждое “кап” причиняло боль.

— Лицо! Твоё лицо! — диким голосом закричала она. — О, святые, твое лицо! Твои глазааа! Кираааан…

Она всхлипывала, и в уголках ее рта собиралась слюна. Киран смотрел на нее, думая только об одном: он никогда не хотел бы увидеть её такой снова. Он хотел бы забыть то, как она смотрит на него сейчас, навсегда.

— Оо, Киран! Это же Нельт! Я не могу… Я ничего не могу сделать с этим ужасом! Я не могу!...

Киран открыл глаза, тяжело дыша. Весь в поту — даже простынь промокла. Волосы противно прилипли ко лбу, облепили шею.

Одно и то же.

Сколько можно!

Полежал, смотря в потолок, дожидаясь, когда морок кошмара рассеется. Механически подумал, что надо бы выпить таблетки — но вспомнил, что их больше нет.

Нет, нельзя даже думать. Завтра концерт. Если он будет работать не в полную силу, что-нибудь обязательно случится. Не может же концерт в городе, где в прошлый раз пострадал Зен, просто взять и на этот раз пойти по плану? Нет, что-то будет. Определенно.

У него было плохое предчувствие.

Так что лучше ему быть в тонусе в этот раз. Так и быть, уже после концерта он раздобудет ещё таблеток — по крайней мере, несмотря на побочки, с ними хотя бы спится спокойней.

Повернул голову к противоположной стене. Девчонка не спит. Ковыряется в телефоне, что-то вздыхает. Даже не посмотрела в его сторону: видно, не кричал во сне, и то слава святым.

— Подруга? — спросил он, прочистив горло. Голос после сна все равно показался скрипучим и хриплым.

— Что? — повернулась на боку, смотря ошарашенно и тупо.

— Что-то с подругой, говорю.

— С чего ты взял?

Киран вздохнул, поворочавшись в постели.

С отвращением откинул влажное одеяло к ногам.

— С матерью ты в плохих отношениях, с отцом не общаешься. Я бы сказал, что вздыхаешь по Астелю, но концерт уже завтра, а вздыхаешь не мечтательно, а тяжело. Так, как будто что-то случилось. Это подруга? Та, что из университета. Ты много про нее говорила.

Крис села на кровати, поджав ноги к груди.

— Ты чертов детектив.

— Так что с ней?

— Ничего.

Помолчала, задумчиво глядя в потолок.

— Не знаю. Когда я пришла в сопровождение, она резко начала отвечать односложно. Ничего не рассказывает. На прямые вопросы не отвечает. Дозвониться… до нее просто невозможно. Она не похожа на ту, что может резко обидеться или… не знаю, завидовать. Черт… Она моя единственная подруга. Я не знаю… Что я не так сказала? Что сделала, чтобы она вот так…? Может, я просто не умею дружить?

Киран нашарил под подушкой свой телефон.

— Давай номер.

— Ч..Что?

— Номер подруги.

— Зачем?

Вместо ответа он подошёл и забрал ее телефон из рук. Девчонка вскочила, пытаясь отбить свое добро — он вытянул руку с телефоном вверх, но не рассчитал, что эта обезьянка стоя на кровати сможет дотянуться. Пришлось отойти подальше, но дурочка не оставляла попыток.

— Что ты собрался делать?!

— Доверься мне, и увидишь.

Завязалась нелепая борьба, в которой он мог без труда одержать победу — но дал себе удовольствие понаблюдать, как девчонка корчится в бесплодных муках, беспорядочно лупя его по груди и рукам.

— Киран!

— Тсссс, — он приложил палец к губам, слушая гудки в трубке. Шорох. Наконец раздался заспанный женский голос.

— Я слушаю.

— Вас беспокоит Служба Контроля Безопасности Населения, старший сотрудник надзора Киран Кин.

Глаза девчонки округлились. Она замотала головой, затрясла в воздухе руками — Киран только отпихнул её, не отвлекаясь от девушки в трубке.

— Что произошло?

— Боюсь, это не телефонный разговор. Дело касается безопасности ваших близких. Вам необходимо встретиться с нашим представителем лично. Четверг на следующей неделе, в 18:30. Я пришлю вам адрес.

— Д…да… Хорошо.

Киран бесцеремонно бросил трубку, не прощаясь — вполне в духе бездарей из СКБН.

Кристоль словно включили громкость.

— Какого черта ты творишь?! Ты напугал ее до смерти! Что она подумает? Святые, Кин! В тебе есть хоть капля человечности?!

— У тебя был другой способ?

— Да! Сотня! Миллион способов!

— Но ты ими не воспользовалась.

Девчонка замолчала, обдирая потрескавшуюся кожу с губ.

— Она правда… Правда поверила?

Киран кивнул, возвращая ей телефон.

— Лав… Обычно не такая доверчивая.

— Твое чутье тебя не обмануло. У нее проблемы. Она как будто ждала, что Собаки могут связаться с ней в любой момент.

— Святые… Во что она влипла?

— Выяснишь в четверг. Мы как раз вернёмся в Анфелим. Попрошу Рэда дать тебе выходной.

— И что я… И что я ей скажу, по-твоему?

— Извинишься и объяснишь, что очень за нее волновалась. Ты ведь волнуешься?

Крис грустно вздохнула, опустив голову.

— Все будет нормально. В дружбе и в любви, — он вернулся в постель, засовывая свой телефон обратно под подушку, — все средства хороши.

— На войне, — поправила она. — В любви и на войне.

— Ложись спать, Инри. Завтра тот самый день, помнишь? Если дашь слабину, вылетишь отсюда к чертям. И даже не думай пытаться меня шантажировать.

***

— …Выставят свет, настроят звук, экраны, камеры. Астель почувствует сцену. Каждый зал ведь ощущается по-разному, понимаешь, это важно для артиста — привыкнуть, понять, что к чему. Да что это я, ты ведь знаешь и сама. Вряд ли ведь у Сиана все проходит как-то иначе!

Крис покраснела, беспомощно глядя на Кирана. Армони, вот ведь пакостница! Знает же, что ни у какого Сиана девчонка не работала. Сама ведь первая прибежала в тот день к Кирану, рассказать, как по-дурацки Кристоль решила их обмануть.

— Это просто какая-то чокнутая фанатка. Смотри, смотри на фото! Да они и близко не похожи. Как она просочилась под чужим именем?

Киран запустил пятерню в волосы, убирая пряди с лица.

— Придется снова объявлять набор.

— Ну уж нет, — Армони фыркнула, скрестив руки на груди. — Ты вообще-то проиграл пари, так что берешь то, что выпало. Она ведь все равно Инри, так? И, между прочим, довольно сообразительная, раз ей это удалось.

— Скорее изворотливая.

— И довольно храбрая!

— Ты хотела сказать “безрассудная”.

— Ну вот, значит, она вполне в твоём духе, — рассмеялась Армони. — Вы похожи как две капли воды. Клянусь, когда ты начнёшь ее натаскивать, поймешь, что она просто вылитый Киран Кин, которого мы знали год назад.

— Я не…

— Ну да, с той лишь разницей, что ты никогда не был в восторге от Астеля. Но кому может помешать её любовь? Да только представь, с каким рвением она будет стараться ему угодить!

Киран нахмурился, перелистывая страницы с информацией о настоящей Кристоль Спаркс.

— Фанатки бывают разными, — пробормотал он задумчиво. — Ещё неизвестно, кто напал на нас в Эгитене. Может, девчонка из этих? Хочет подобраться поближе, чтобы придушить Астеля во сне.

Армони покровительственно хлопнула его по плечу.

— Я выясню все. Дай мне ещё пару часов. Но только если я ничего не найду, клянись, что сдержишь слово и возьмёшь её. Долг — дело чести, Кин. Посмеешь нарушить обещание, и кара будет страшна.

Киран моргнул, возвращаясь мыслями в настоящее. Они вчетвером — Крис, Киран, Армони и Ютан — стояли в пустом зрительном зале, в то время как сцена была полна рабочих. Скоро приготовления должны были подойти к концу — Астель выйдет все проверить и откатает пару песенок. Этот ленивый выпендрежник почти никогда не прогонял всю программу — считал, что у него и так все получится идеально.

Но, надо отдать ему должное, обычно так оно и бывало.

Армони все ещё сыпала подколками в сторону Крис, явно получая от этого свое извращённое удовольствие. Пока Крис не видела, Киран метнул в сторону Арм недобрый взгляд, но та в ответ сощурилась и показала ему язык.

— Сложность в том, — Киран зацепил Крис за ремень джинсов и подтащил к себе, чтобы закрепить ее рацию. — Что Астель ненавидит перманентные щиты. У него на них аллергия. Ты не можешь просто выставить Штерна на полтора часа и балдеть.

— Но…

— Они слишком яркие и портят картинку. На камерах вообще бликуют, так что зрителям в дальних рядах при таком раскладе будет совсем печально.

Он убедился, что рация на ремне сидит достаточно прочно и перешёл к гарнитуре. Крис покорно ждала, пока он закрепит устройство за ее ухом, словно он делал что-то невероятно сложное, с чем она не справилась бы сама. Киран делал это рефлекторно. Сказывалась старая привычка — собрался сам, помоги собраться младшим. Хоть Крис внешне едва ли напоминала его сестер, иногда у Кирана от одного только взгляда на неё автоматически включался режим старшего брата.

— Твоя главная задача, — продолжал наставлять он, — следить за всем, что так или иначе приближается к сцене. Реагировать ты должна молниеносно. Что-то поднялось над толпой — щит. Что-то возникло у сцены — щит. Пресекло заградительную линию…

— Щит. Да, я поняла, — нетерпеливо перебила она.

— Что угодно, Крис. Даже если это плакат, букет, ещё какая-нибудь фанатская хрень. Лучше подстраховаться на пару секунд, чем что-то упустить. Ты поняла меня?

Но она уже не слышала. Все внимание девчонки было приковано к сцене: в сопровождении Рэда, Вин и Санар туда поднялся Астель.

На нем не было ни грима, ни этой пошлой одежонки, что он называл концертным костюмом — просто джинсы, кеды и черный кроп-топ. Конечно, куда Астель и без голого пупка! Но даже небольшого кусочка оголенного галарского торса фанаточке было достаточно, чтобы потечь, подобно пломбиру, оставленному на солнце.

Черт возьми, неужели и вправду он сам выглядел так же глупо, когда пялился на Эл? В жизни не видел зрелища более идиотского.

— Крис, — позвал он, беспокоясь, что прогон вот-вот начнется, и ему придется перекрикивать музыку и стрекотню Астеля, чтобы хоть что-нибудь объяснить. — Ты меня слушаешь?

Армони, стоявшая поодаль, захихикала в кулачок. Ее явно забавляло то, с каким придыханием фанаточка ловила каждое движение Астеля.

Но Киран не мог выдавить и улыбки. Все происходящее его раздражало — и раздражение росло с каждым несчастным фанатским вздохом.

— Да посмотри на меня, наконец! — он грубо дёрнул ее за ремень, потягивая назад. Девчонка вздрогнула, оборачиваясь с таким видом, будто он только что вырвал из ее рта последний кусок сочной пиццы.

— Ты знаешь, как этим пользоваться? — он постучал пальцем по ее рации. — Здесь настройка на две волны. Одна общая, а вторая — только для нас. По умолчанию стоит наша, переключаться будешь вот этой кнопкой.

Крис кивнула, краем глаза косясь на сцену. Киран снова раздражённо одернул ее.

— Прежде чем говорить, коснись наушника, чтобы активировать микрофон.

— Это вообще хоть когда-нибудь пригождается? Если я вижу опасность, то просто ставлю щит. Мне нужно что-то говорить при этом?

— “Контроль”. Говори “контроль”, если успеваешь. Чтобы я понял, что страховка тебе не нужна. Если произойдет форс-мажор, ты что-то заметила, но не справилась…

— Тогда справимся мы, — подмигнула Армони.

Киран вздохнул.

— Армони, Вин и Санар будут в подстраховке внизу. Но только мы с тобой вдвоем — на сцене. У нас будет лучше обзор, и…

— Прямо на сцене? — перебила его Крис. Судя по блестящим глазам, она была в восторге от предвкушения. Попасть на сцену и стоять рядом с Галаром! Вот это и есть ее золотой предел? Как же мало нужно для счастья.

— За кулисами, но они здесь особенные, — Армони горделиво уперла руки в бока, будто говорила о своем собственном изобретении. — Их заряжают Эрру, поэтому из зала вас будет не видно. Но зато вы сможете видеть абсолютно все.

— Односторонняя… невидимость?

Говорила так, как будто и представления не имела, что подобные кросы в принципе возможны. Да, Джер был прав. У девчонки и в самом деле слишком мало опыта. Пожалуй, прежде чем вести ее на сцену, следовало не мучить её в зале, а обложить книжками по теории разнообразия Ри — проку было бы больше.

Зазвучала музыка. О, эту мелодию Киран мог угадать с первой же ноты. Вниманием фанаточки снова завладел Астель — и на этот раз безраздельно.

Армони с кривой улыбочкой посмотрела на Кирана, и тот показушно закатил глаза.

— Чего развесила уши? — гаркнул он на ухо девчонке. Та вздрогнула, оборачиваясь. — Ты думаешь, сейчас будет концерт персонально для тебя? Поднимайся на сцену! Проверим, как ты все усвоила!

Глава 14. Выше звёзд

Утренняя репетиция по уровню напряжения и близко не стояла рядом с концертом. Да, Крис уже попривыкла к огромному залу, приноровилась к скоплению народа — техники сцены, подтанцовка, охрана и прочий персонал сновали вокруг без конца, — но все же, чем ближе подступал заветный час, тем сильнее ощущалось в воздухе знакомое, сладкое, волнительное почти до болезненности предвкушение. И от этого предвкушения ладони и подмышки безжалостно потели, а под ложечкой сосало так, будто Крис не ела недели две. Народ ещё не запустили в зал, но Рэд с удовлетворением сообщил, что снаружи очередь выстроилась уже с обеда. Крис же представляла, как посмотрит со сцены в толпу, что вот-вот соберётся в зале, и ее потряхивало так, будто это ей самой придется выступать вместо Астеля.

“Успокойся. Соберись. Киран все тебе рассказал, все сопровождение будет на подхвате. Все будет отлично”.

Она глубоко вдохнула, прикрывая глаза, и медленно выпустила воздух носом.

— Спаркс? — Рэд, как всегда появляющийся словно из ниоткуда, вырос в коридоре в облике рыжего веснушчатого парнишки. Крис уже приноровилась к смене его лиц, и даже про себя дала им всем названия: остролицый брюнет — это Острый Рэд, лысоватый и низенький — это Господин Рэд, рыжий и очень юный — это Мелкий Рэд. С подсказки Кирана она заметила, что голос в каждом из обличий у Рэда один и тот же, а ещё остаётся неизменной серьга с синим камешком в правом ухе, явно сделанная с добавлением синтэфрана.

— Какая-то беда с экранами. Передай Астелю, что задержимся ещё минут на пятнадцать. И ещё это, — Рэд впихнул ей в руки планшет с документами.

— Я?... — с недоумением покосилась на него Крис.

— Давай живо. У меня дел по горло.

Ей стоило моргнуть, как Рэд уже испарился. Он что, действительно просто растворяется в воздухе? Покачав головой, Крис направилась по коридору в гримёрку.

У дверей дежурили Вин и Санар.

— Он… там? — неуверенно показала на дверь. Санар молча кивнула, а Вин, усмехнувшись, ответила:

— Вертится перед зеркальцем, как девица на выданье. Гримерша только что отошла.

И, склонившись ближе к Крис, так, чтобы их глаза оказались на одном уровне, шепнула:

— Хочешь поболтать с ним наедине?

Крис смущённо потрясла перед ней планшетом.

— Ему Рэд попросил передать. И сказать про…

Вин, приложив палец к губам, предупредительно зашипела. Загадочно подмигнула Крис и кивком головы подала знак Санар.

Та, закатив глаза, сняла щит.

Дверь в гримёрку тихонько скрипнула, открываясь.

Пахло пудрой. Ванилью. Жженой карамелью. От сладости даже немного закружилась голова. Общий свет приглушен, но ярко горели лампы гримерного зеркала. Силуэт Астеля, сидящего к ней спиной, был очерчен их светом по контуру, и оттого выглядел немного мрачно и нереалистично — подобно ангелу или призраку.

— Знаешь, я думаю, надо немного подправить… О. Госпожа Спаркс, это вы.

Сердце Крис екнуло и провалилось куда-то вниз.

Она сглотнула, делая осторожный шаг.

— У вас что-то от Рэда?

— Да, — выдохнула она, смелее подходя к зеркалам и протягивая планшет. — Да-да. Он сказал, что… Немного задержимся. Есть ещё минут пятнадцать-двадцать.

Астель нахмурился, принимая бумаги.

Крис впервые рассматривала его в таком виде вблизи. Казалось, косметика его идеальному лицу не нужна вовсе, но… Гримёрша сработала невероятно! Так подчеркнуть все его прелести, выделить глаза, добавить столько сияния… Святые праотцы! Он и вправду выглядел, словно звезда, сошедшая с небес и представшая в виде человека!

— Выглядите… Просто замечательно, Галар Астель, — хрипло пробормотала она. — То есть, вы всегда выглядите замечательно, но сегодняшний образ… Очень подчеркивает…

Она сглотнула, окидывая взглядом его костюм. Ультра короткий белый кроп-топ оставлял голой практически всю грудь, прикрывая только горло и руки. Изысканная портупея из множества цепочек и страз переливалась на обнажённом торсе, подчёркивая линии ребер. Когда же взгляд Крис опустился ниже, к ремню кожаных брюк, она почувствовала на себе пристальный взгляд — Астель наблюдал за тем, как жадно она пожирает глазами каждый сантиметр его кожи, обильно сдобренной шиммером.

Черт. Черт. Черт!

Но разве не для этого он вырядился? Какая женщина в здравом уме вообще могла бы найти в себе силы не пялиться на такое?!

— Благодарю, госпожа Спаркс, — Астель доброжелательно улыбнулся, хотя Крис показалось, что в тоне его сквозила насмешка. — Не скрою, мне весьма приятно, что хоть кто-то в моем окружении действительно наслаждается моим… — он вновь перехватил ее голодный взгляд, скользящий по обнажённому торсу. — …Творчеством.

— Хоть кто-то? — выпалила Крис. — Да кто вообще может быть от вас не в восторге?!

Астель мягко рассмеялся, и от звука его смеха в груди у Крис нещадно заколотило. Святые! Да его смех — это уже готовый хит! Дайте ей записать его, и она будет слушать его на повторе до конца своих дней!

— Не понимаю, нарочно ли Рэд подбирает мою команду, но, видите ли, среди сопровождения нет ни одного моего фаната. Пожалуй, есть даже откровенные хейтеры. Это… забавно. Но они лучшие в своем деле, так что я не смею роптать.

— Есть фанаты, — с трепещущим сердцем прошептала Крис. — Как минимум, один.

Астель снова улыбнулся, опуская взгляд, так кокетливо, будто был смущён ее признанием. Нет, конечно, он не был смущён. Да у него были тысячи фанаток, если не миллионы! Но… как он это делал! Крис на мгновение почувствовала себя невероятной. Особенной. Самой главной фанаткой.

Той, для которой были все его песни, все его танцы, все его слезы.

Той, для которой он дышал.

Она едва не всхлипнула от счастья, прикрывая ладонями лицо.

— Я польщён, госпожа Спаркс, — когда она отняла ладони от лица, он взял ее руку в свою и легонько коснулся губами тыльной стороны ее ладони.

Галар. Астель. Держит. Ее. Потную. Ладонь!

Он почувствовал, какая она мокрая? Святые, наверняка почувствовал! Как стыдно! Стыдно, стыдно, стыдно! Но как же приятно!

— Но вы же пришли в сопровождение не для того, чтобы добыть мой автограф?

— О, нет! Конечно же нет! Мне ничего не нужно! — солгала она. — Защищать вас… Уже большая честь, Галар Астель.

Он склонил голову набок, с любопытством рассматривая ее из под пушистых ресниц.

— Но мне все же хочется подарить вам что-то особенное, госпожа Спаркс. Если не автограф, то…

Он окинул взглядом свой блестящий наряд.

— Как насчёт костюма? После шоу они всегда отправляются на переработку. Но я слышал, что персонал частенько отправляет их на фанатские аукционы…

— Святые, — прошептала Крис, до сих пор не веря в происходящее. Сценический костюм Астеля? Да на аукционах они стоят целое состояние!

— По вашей реакции вижу, что это действительно что-то… Стоящее вашего внимания. Я прав?

— Да, но… Галар, я не смею…

Он рассмеялся, поддевая большим пальцем сверкающую ниточку страз.

— Не смеете? Бросьте, госпожа Спаркс. Мне в радость сделать вам приятно. Фанатская любовь стоит большего, поверьте мне. Куда большего.

***

Выскочив из гримёрки, Крис нос к носу столкнулась с Кираном. Точнее, ее нос почти упёрся ему в грудь, но прежде, чем это произошло, Киран схватил ее за плечи.

— Гримерка Астеля, Крис? Серьезно?

Она подняла на него взгляд, судорожно переводя дыхание. Где-то на задворках сознания всплыл их давний разговор. “Перепихнуться в гримерке”...

Он что, всерьез подумал, что она заходила к Астелю за этим?!

Впрочем, едва вспыхнувший праведный гнев мгновенно был забыт. Слишком сильно было волнение после пережитого, чтобы заботиться о Кине и его похабных мыслишках.

— И почему я не удивлен, — буркнул он, хватая ее за локоть и таща вперёд по коридору — подальше от близняшек, провожающих их насмешливыми взглядами.

— Есть разговор.

— Костюм, — пробормотала Крис, когда они наконец остановились, и ее разгоряченная спина с блаженством прильнула к прохладной стене. — Он… подарит мне свой костюм…

— Чего? — из горла Кирана вырвался сдавленный смешок. — Что ты с ним собралась делать?

— Киран… Я тебя сейчас расцелую! — она бросилась ему на шею и прижалась губами к гладко выбритой щеке. — Спасибо! Спасибо! Святые… это лучший день в моей жизни!

Киран отпихнул её, морщась, и брезгливо потер лицо.

— Мне-то за что такое наказание?

— Все благодаря тебе! Ты согласился дать мне шанс, и это просто… Святые праотцы, Киран! Я сейчас расплачусь…

— Главное — не обоссысь, — скривился он. — Ладно. У меня для тебя ещё одна новость.

Он показал ей экран мобильника, и Крис не сразу поняла, что видит перед собой. Какой-то документ… Фото Астеля. Астель! Это его карта?!

— Откуда это у тебя? — не веря своим глазам, спросила она.

Киран самодовольно усмехнулся.

— Не важно. Смотри внимательней. Ничего не замечаешь интересного?

Крис приблизила фото. Астель наверняка менял свое имя — об этом свидетельствовал синий значок в уголке. Даже в графе “фамилия” было пусто. Начисто избавился от прошлого. Она бросила взгляд на строку с датой рождения, и, быстро посчитав, с восторженной улыбкой вернула телефон Кирану.

— Двадцать девять! Святые! Я выиграла!

— Что? — Киран обескураженно уставился в телефон. — Да нет же… Тридцать один! Я же считал…

— Пересчитай ещё раз, — она уперла руки в бока. — Двадцать девять, двадцать девять, двадцать девять!

Он помолчал с минуту, прежде, чем выдохнуть сдавленное:

— Чееееерт…

— Да! — Крис захлопала в ладоши, подпрыгивая от радости. — Сегодня просто великолепный день! Лучший день в моей жизни!

— Только не бросайся опять меня слюнявить, — Киран на всякий случай отступил от нее на шаг. — И вообще, рано радуешься. Самая сложная часть ещё впереди.

— Все пройдет отлично! Я это чувствую!

Киран пошел вперёд по коридору, и Крис двинулась за ним. Она едва сдерживалась, чтобы не бежать вприпрыжку — столько энергии и силы появилось в теле!

— А я чувствую иное, — лицо Кирана было мрачным, как небо над Эгитеном.

— Давай поспорим? — предложила Крис, хитро прищуриваясь. — Если на концерте случится что-то плохое…

— То ты станцуешь для меня в костюмчике Астеля, — Киран мгновенно развеселился, явно предвкушая победу. Крис нахмурилась, вспоминая ультра короткий кроп-топ.

Ставки высоки. Но она уже победила однажды. Чутье не обмануло её.

И сам Галар сегодня поцеловал ее руку!

Звёзды определенно были на ее стороне.

— Идёт, — с улыбкой отозвалась она. — Но если ты проиграешь… Ты же понимаешь, что тебя ждёт та же самая участь?

Киран хохотнул, на ходу поправляя ее гарнитуру.

— О, да, милая. Помечтай.

***

От количества народа захватывало дух. Как ни пыталась убедить себя Крис, что оттуда, снизу, ее никому не видно, от ощущения, что она стоит прямо перед глазами нескольких тысяч людей, кружилась голова и начинало подташнивать.

— Инри, как слышно?

Крис покосилась на противоположный край сцены — туда, где за кулисами прятался Кин. Коснулась гарнитуры, выдыхая.

— На связи.

— Дыши глубже, милая. Ты под защитой Эрру. Твои мокрые штанишки никто не увидит.

— Иди к черту, Кин.

В наушнике послышался смешок.

Она снова перевела взгляд в зал. Там, внизу, виднелась рыжая макушка Эйлы: ее вместе с Ярсегом пустили за заграждение, и теперь она стояла совсем близко к сцене, рядом с Вин, Санар и людьми из простой охраны. Где-то здесь же должна быть и Армони. Должна же? Крис понимала, что страховки и так достаточно, но отсутствие Армони в зале все равно вселяло в сердце неясную тревогу.

Крис выдохнула, пытаясь унять беспокойное сердце.

Ладно.

Она справится.

Она не должна проиграть.

Ещё минута — и зал взорвался криками. Вот он! Святые, как он прекрасен в лучах софитов! Как же странно смотреть на него отсюда, со сцены, когда всю жизнь Крис приходилось смотреть на него только снизу вверх…

Нет. Ей нельзя пялиться на Астеля. Люди внизу — вот, что должно занимать ее ближайшие полтора часа.

Крис сжала кулаки, закусила обветренную губу. Как же это… тяжело!

— Рад приветствовать вас снова, Эгитен! Как настроение?

Снова крики. Вверх разом ринулась сотня рук — и Крис, сложив пальцы крестом, мгновенно соорудила щит.

— Друзья, попрошу соблюдать меры безопасности сегодня, — с улыбкой сказал Астель. — Мое сопровождение встревожено обстановкой, поэтому, чтобы не раздражать ребят ещё больше… Пожалуйста, по традиции ничего не бросаем на сцену. Договорились?

Толпа загудела, выражая согласие.

— Я знаю, вы просто прелесть. Если что-то хотите передать, то можете это сделать через вот этих невероятных девушек у сцены. Девчонки, помашите, чтобы вас увидели!

Вин и Санар подняли в воздух руки. Крис заметила, что на обеих близняшках надеты перчатки: наверняка из синтэфрана.

— Крис, щит, — раздался голос Кирана в наушнике. Она, спохватившись, развеяла щит Штерна, чтобы Астеля снова было видно на экранах.

— Последний раз мы закончили не очень славно. Как вы знаете, парень из моего сопровождения пострадал. К счастью, сейчас с ним уже все хорошо, и мы с ребятами сделали все возможное, чтобы сегодня нам всем было комфортно и безопасно. И если кто-то думает, что сможет остановить нас, то я сегодня здесь, чтобы сказать одно: музыка сильнее страха! А мы?

— ВЫ-ШЕ ЗВЕЗД! — заорала толпа.

Вступление. Вот и все! Началось! Крис, качая головой под знакомую мелодию, поняла, что самым тяжёлым испытанием сегодня будет не проверка скорости ее реакции. Тяжелее всего не поддаться драйву толпы и не начать подпевать, танцуя под любимый ритм!

И совсем невыносимо… Стоять здесь, так близко к Астелю, и при этом неотрывно пялиться в зал! Даже краем глаза не следить за ним… Ведь иначе она может что-то упустить. Нет, она не поддастся соблазну. Она выиграет, и все пройдет как по маслу! И Киран… ещё спляшет в этом костюмчике!

Она нервно хихикнула, представляя, как Кин исполняет подобие Астелевского танца в одежде, которую и одеждой назвать было сложно. С его широкими плечами и развитой мускулатурой он и в рукава-то эти едва ли влезет…

— И я видел, как умирали звёзды,

Видел, как догорало солнце,

Видел как исчезало небо

Со стайками облаков;

С наших ресниц собирая слезы,

Боги шептали: ещё не поздно,

Только мы были уже, наверное

Выше небес и богов

Мы были выше звёзд

Там, где кончалась ночь

Там, где кончалось время и

Смерть уходила прочь

Выше звёзд

Мы стали выше звёзд…

Крис не замечала, как губы автоматически складывались в слова, а голова покачивалась в такт музыке — сопротивляться было невозможно. Она уже слышала этот трек сегодня во время репетиции, но сколько бы раз его не повторил Астель, Крис слушала бы его снова и снова, пока не оглохнет. Это была заглавная песня из ее любимого альбома, который, кто бы что ни говорил, останется шедевром навека.

Может, сыграл роль азарт и ее подпитывало жуткое желание выиграть у Кирана, а может, то сказывалось воодушевляющее влияние голоса Астеля, но за полтора часа усердного наблюдения за залом Крис ни капли не утомилась: не болели ни глаза, ни ноги, ни спина, хотя она почти не двигалась с места. Наоборот, во всем теле ощущалась лёгкость, даже прежняя тревога улетучилась. Крис ещё несколько раз выставляла щиты — на долю секунды, прежде чем убедиться, что прямой угрозы нет — и тут же их снимала. Предчувствие не обмануло её: все шло идеально. Кто бы ни покушался на Астеля в Эгитене в прошлый раз, сегодня он явно отказался рискнуть. Наверняка усиленные меры безопасности его отпугнули.

Крис весело притопывала ногой под последний трек. Она знала программу, это точно было завершение: сейчас Астель закончит свой блестящий танец под оглушительные крики и аплодисменты. Этот танец… Святые, как невероятно Астель двигался на сцене! Вот бы лишь краем глаза посмотреть на него, запомнить, запечатлеть в сердце!

— … Потому что я здесь

И так будет всегда!

Кипа белых волос переливалась под софитами. Астель в последний раз вскинул руки вверх и замер в эффектной позе — аккурат на моменте, когда песня завершилась на финальном аккорде.

— Крис?

Голос в наушнике.

Голос Кирана.

Она вздрогнула, поняв, что стояла с открытым ртом и пялилась на Галара, совсем забыв о зале.

Букет!

В сторону сцены летел проклятый, мать его, букет!

Проспала!

Вот идиотка!...

И — короткая вспышка.

Она раздалась над сценой, прямо над головой Астеля, и Галар тут же оказался осыпан ворохом розовых лепестков.

Он ещё не опустил руки, поэтому разорвавшейся в воздухе букет только сделал финал ещё более эффектным.

Толпа ревела. Кто-то признавался в любви. Кто-то скандировал заветное:

“ВЫ-ШЕ. ВЫ-ШЕ!”

Астель, ещё быстро и прерывисто дыша после танца, ослепительно улыбался.

Киран тапнул по гарнитуре. Крис плохо видела его лицо, но была уверена — он в ярости.

— Что-нибудь скажешь в свое оправдание?

— Киран… спасибо, — выдохнула она, покосившись на близняшек. Те были заняты тем, что послушно принимали букеты из зала.

***

— И чего ты так улыбаешься?

— Как это? — Крис довольно рассмеялась, на ходу стаскивая пиджак. Кажется, даже он промок насквозь — так она вспотела, когда поняла, что проворонила чертов букет. Но ведь все закончилось хорошо, и даже Киран, кажется, не сильно злился! Он выглядел раздраженным и немного уставшим — но точно не злым. Крис вглядывалась в его лицо, пока они вместе возвращались в свой номер, и гадала, сможет ли претендовать на победу в этом раунде.

— Во-первых, ты проиграл, потому что Астелю всего двадцать девять, — она с улыбкой загибала пальцы. — Во-вторых, мой испытательный срок подошёл к концу, и я теперь точно принята в сопровождение! И в третьих, ты… Ты должен мне танец!

Киран фыркнул, остановившись у двери.

— Ну уж нет. Это ты станцуешь для меня, Крыска.

Она тоже остановилась, упирая руки в бока.

— Все прошло идеально!

— Ты прощелкала. Мне пришлось страховать тебя, это, по-твоему, было идеально? А если бы в него полетели не цветы?

— Но ведь это были цветы! Получилось очень даже красиво!

Он кивнул на дверь, и Крис щелчком разрушила бытовой щит.

— Получилось, — буркнул Киран, входя в комнату. — Но ты проиграла.

— Нет! — она вошла, преследуя его по пятам. — Я бы проиграла, если бы случилосьчто-то плохое, помнишь? Плохое! Финал не был плохим, весь концерт прошел просто идеально!

— Не думай, что сможешь меня заболтать, Инри, — он улыбнулся, но улыбка вышла измученной.

— Кто ещё кого пытается заболтать!

— Ладно. Иди… Иди, спроси мнение со стороны. Если Вин и Санар скажут, что все прошло идеально, ты победила.

— Серьезно?

— Да, иди. Они сейчас как раз в крыле у Астеля, наверняка празднуют. Можешь присоединиться.

Крис неуверенно посмотрела на него, переминаясь с ноги на ногу.

— А ты не пойдешь?

Странно, что он просит её получить подтверждение. Не собирается даже убедиться лично, что близняшки встанут на ее сторону.

Доверяет ей?

Это на него не похоже.

— Нет.

— Но…

— Давай, давай, иди, Инри, — он подтолкнул ее к двери, поторапливая. Хотел поскорее остаться один? Крис вспомнила, что сразу после концерта Эйла поднялась на сцену и о чем-то с ним говорила. Может, она скоро должна прийти сюда? Вот уж нетерпеливые! Договорились бы о встрече где-нибудь ещё. Нечего осквернять её комнату своей похабщиной…

— Ладно, — нехотя отозвалась Крис, скрываясь за дверью. И на всякий случай предупредила:

— Я скоро вернусь!

Но далеко идти не пришлось: она встретила в коридоре Армони, и, схватив ее за рукав, горячо зашептала:

— Арм! Арм, ты же была на концерте? Я тебя не видела…

— Я была в самой гуще, — кивнула Армони. — Этот букет… Прости, вышла лажа. Я даже не уследила, откуда его бросили… Киран очень злился?

— Вроде бы нет, но… В общем, у нас пари, — затараторила она, сгорая от нетерпения. — Как, по-твоему, выступление в целом прошло идеально? Не случилось ведь ничего… плохого?

Армони с минуту смотрела на нее, прищурившись и склонив голову набок, словно пыталась угадать, на чью сторону встанет, когда озвучит ответ. Наконец, тряхнув сиреневой челкой, она протянула:

— Нуууу, знаешь… По-моему, в конце концов все вышло отлично.

Да!

Крис едва не подпрыгнула от радости.

— Спасибо, спасибо!

И тут же влетела обратно в комнату.

— Киран! Голос Армони считается? Она на моей стороне, понятно? Все прошло замечательно! Так что за тобой должо-ок! Киран?

В комнате его не было. Но дверь в ванную была приоткрыта. Крис замешкалась, решив было, что Киран там не один — но она едва отходила от комнаты и прекрасно знала, что сюда никто больше не входил.

Из-за двери послышался сдавленный вздох. Киран потянул ручку, намереваясь закрыться, но прежде, чем успел, Крис просунула ногу в проем.

— Не смей делать вид, что не слышал. Долг это дело чести, помнишь?

Она с силой распахнула дверь, желая увидеть его глаза, когда он осознает, что проиграл.

Но то, что увидела, заставило ее забыть о пари. Заставило забыть обо всем. Заставило замереть, прижимая руку ко рту.

— Проваливай нахрен, Инри, — прошипел Киран, прожигая её взглядом, исполненным боли. — Я сказал — выйди вон!

Глава 15. Маячок

— Ты что, оглохла, мать твою?!

— Меня достали твои секреты, — разозлилась она, делая шаг вперёд.

Вокруг него тяжело задышала живая серебристая волна, сметая с полок мыло, щетки и пасту. Крис оградила себя щитом Штерна.

— И что ты сделаешь? Убьешь меня? — нахмурилась она, протягивая руку. — Дай посмотреть!

— Иди к черту! — он застонал, делая шаткий шаг назад. Ноги его подкосились, и он схватился за раковину, отнимая руку от обнаженного плеча.

Крис приблизилась, разглядывая распухшую кровоточащую рану.

— Киран, это… то, что я думаю?

— Как же ты любишь совать свой нос, куда тебя не просят, — правый глаз сверкнул серебром, и зеркало над раковиной треснуло, осыпаясь осколками. Крис вздрогнула, но сделала вид, что ей абсолютно все равно — и сделала ещё один шаг вперёд.

— Это надо показать Эйле.

— Не смей, — зашипел он с безумным взглядом. — Не смей совать свой крысиный нос, ты…

Взвыл, хватаясь за плечо. Крис не понимала, что происходит, не могла и представить, что именно творится с его рукой — но боль Кирана явно была невыносимой. Он пошатнулся, припал к стене и осел вниз, тихо воя — по его щекам струились слезы, и растрёпанные, упавшие на лицо волосы быстро намокли, превращаясь в сосульки. Крис развеяла щит, накинула на ванную Шумодав и опустилась на колени рядом с Кираном.

— Как скажешь, — тихо сказала она, осторожно касаясь его пальцев в знак примирения. — Просто я подумала, она могла бы помочь унять боль…

— Медиаторы, — нервно рассмеялся он, шмыгая носом. — Вот, что могло бы унять боль.

— Они у тебя не с собой?

— Они в унитазе, — его улыбка сочилась ядом. — Кое-кто грозился раскрыть меня, помнишь?

Крис прикусила язык. Так вот зачем они были ему нужны? Неужели это… его лекарство?

— Это же…чип? — она почти коснулась кончиком пальца его плеча.

— Мой организм отторгает его, — хрипло прошептал Киран. — Довольна? Рада, что набрала компромата до конца своих дней?

Она молчала, не зная, что сказать. Довольна? Рада? Кем он ее считал, если думал, что вид страдающего человека может вызывать в ней хоть что-нибудь кроме сочувствия?

— Я потеряю работу, — продолжал Киран, вновь схватившись за плечо в болезненной судороге. — Я потеряю всё. Мне… Арррргх! Проклятье!

— Может, обезболивающее? — с тревогой спросила Крис, убирая прилипшие волосы с его лица. — Хоть что-нибудь ещё может помочь? Киран… Святые праотцы!

Он покачал головой, тихо мыча и прикрывая глаза.

— Не говори Эл. Пожалуйста. Крис. Не говори… Эйле. Она мой куратор, она не сможет… молчать. Если ей придется выбирать между мной и Собаками, она выберет Собак, она не может не выбрать Собак. А я потеряю работу. Я не могу… потерять эту работу. Крис…

Он покачнулся, и его голова упала на ее плечо. Крис замерла, когда в ванной воцарилась тишина и стало слышно одно лишь ее сердце, стучащее мучительно, больно, беспокойно и громко.

Оглушительно громко.

***

Она окутала его Щитом Штерна и осторожно протащила к кровати. Уложив на постель, пригнулась к его лицу, пытаясь расслышать дыхание. Жив. Жив. Он же не может умереть от боли, ведь правда?

Лихорадочно соображала, перебирая в голове всех, к кому могла сейчас обратиться. Эйла. По какой-то причине ей нельзя было знать про маячок, и Крис не смела нарушить запрет Кирана — пусть он и был не в себе от боли, когда просил молчать, она больше не хотела разрушить его доверие.

Крис покосилась на ванную, где в раковине покоились осколки разбитого зеркала. Это ведь низкий уровень Нельт, правда? Маячок не посчитает это существенной угрозой? Если Эйла приедет, Крис не сможет прикрыть Кирана. Запереться в комнате и не открывать куратору — не вариант. Это прямое нарушение порядка СКБН. Как Крис будет объяснять все Эйле? Как она вообще сможет объяснить его состояние кому-либо, не рассказывая при этом правды?! Скорее бы он очнулся. И сам бы разбирался со всем этим дерьмом, в которое влип!

Проклятье.

Может быть, Ютан мог помочь? Но если бы Киран мог обратиться к нему, то вряд ли пичкал бы себя медиаторами. Отторжение чипа было чем-то настолько серьезным, что он был готов терпеть даже невыносимую боль, лишь бы скрыть это! Но почему? Разве в таких случаях СКБН не просто меняют чип? Почему он решил, что из-за этого Рэд отстранит его от работы? Святые… Кто ещё? Кому Киран мог по-настоящему доверять? Вне работы, вне кураторов и СКБН?

Джер!

Проклятье, у нее даже нет номера отчима. Крис принялась обшаривать джинсы Кирана в поисках телефона.

Приложила его палец к кнопке разблокировки, и с экрана приветливо улыбнулась знакомая веснушчатая физиономия.

— Привет, Эйла, — тихо вздохнула Крис и зашла в контакты. Найти номер Джера получилось без труда, такой человек в списке был всего один — но прежде, чем набрать его, Крис перевела на Кирана неуверенный взгляд.

Сколько о Киране знает Джер? Да, у него тоже есть свои причины скрываться от СКБН, но знает ли он о том, что происходит с Кираном? Сколько Крис могла сказать ему? Что, если он сочтет ситуацию настолько серьезной, что прикажет Крис срочно обратиться к СКБН? Или сам туда заявит.

Чёрт. Киран определенно ее убьет, когда очнётся.

Если очнётся.

Крис разблокировала свой телефон, переписывая номер Джера. Она просто не скажет ему, кто пострадал и что именно произошло — просто спросит, что может помочь от боли. Просто спросит? Крис! Святые праотцы! Да как он вообще сможет что-то посоветовать, если не знает анамнез?

Крис откинула голову назад, устремив взгляд в потолок и застонав. Получилось почти в унисон с Кираном.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он.

— Святые! Ты очнулся!

— Конечно, я очнулся. Надеялась, что я сдохну?

Крис отложила телефоны на столик.

— Тебе лучше?

Он промолчал. Коснулся плеча и поморщился, тихо шипя.

— Ты же не собираешься делать глупостей, Крыска?

— Я же сказала, что буду играть в твоей команде, — обиженно буркнула она. — Пояснишь, какого черта происходит? Если все так плохо, почему ты просто не поменяешь чип?

Киран невесело рассмеялся.

— Святые, Инри. Ты меня убиваешь.

Она молчала в недоумении.

— Правда не понимаешь? ПОА, уровень первый. Нельт, не подчиняющийся контролю. Думаешь, таким как я, просто меняют чип?

Крис растерянно взмахнула руками.

— А что они должны сделать? Казнить тебя? Святые, Киран. Опять эти теории заговора? Ты иногда и вправду похож на тех сумасшедших с плакатами, которые кричат, что СКБН — новая инквизиция. Ты с кем-то консультировался на этот счёт? С кем-то… адекватным?

Киран приподнялся на локтях, смотря на Крис с таким видом, что она, даже ещё не услышав ответ, поняла: он знает. О том, что происходит с неконтролируемыми Нельтами, он знает наверняка.

— Меня казнят, Инри. Социально — меня казнят. Может, сначала поменяют чип, но он будет отторгаться снова и снова, пока мне не нацепят браслет на ногу и не посадят под превентивный арест. Хочешь знать, откуда я это знаю?

— Яблочко от яблони? — тихо ответила Крис, вспоминая слова Ютана. — Твои… родители?

Киран тяжело выдохнул и снова упал на подушки.

— Я не смогу работать. Я… ничего не смогу. Рэд мне должен, но даже этот долг не заставит его пойти против СКБН. Если узнает он, или Ютан, или Эйла, или кто-то ещё… Крис, это практически смерть.

Крис молчала, покусывая губы. Что-то здесь не сходится. Не может быть все так безумно глупо! Так безнадежно! Наверняка должен был быть какой-то выход! Если Киран — не первый Нельт, с которым это происходит, то какого черта эти проклятые учёные до сих пор не придумали какой-то более совершенный чип?! Почему он не может быть внешним, черт возьми!

— Видишь ли, простой браслет на ноге не считается достаточным контролем, — криво улыбнулся Киран, как будто читая ее мысли. — Чтобы считывать всплеск Ри, устройство должно обязательно иметь постоянный доступ к моей крови. Но у Нельтов в моей семье, черт бы нас побрал, слишком сильный иммунитет. Все, что вживляется под кожу, не держится там долго. Ни импланты. Ни пирсинг. Ни грёбаные маячки.

Когда это началось у отца, прошло два месяца, прежде, чем чип просто вывалился, как бабочка из куколки. Так что у меня ещё есть… — он потянулся к телефону, проверяя дату. — Может быть, месяц. Не знаю.

— И поэтому медиаторы помогают? Подтачивают иммунитет?

— Вроде того. У некоторых ЧеВГИ иммунитет работает с Ри в плотной связке, так что медиаторы успешно справляются и с тем, и с другим. Кажется, справляются. Чёрт знает, Крис. Я просто их пил, и они… помогали.

— Помогали? — Крис ужаснулась, вспоминая окровавленные салфетки. — Ты кровью истекал! Киран! Святые! Это ты называешь — “помогали”?!

— Маячок оставался на месте. Не кровил. Не болел. Все было хорошо.

— Ты идиот, — прошипела она, сама не понимая, от чего так сильно злится. В конце концов, это его жизнь, разве нет? Пусть разбирается со своими проблемами, как хочет, пусть хоть набьет себе желудок камнями — ей то что? Пока это не влияет на ее работу, ей абсолютно все равно, что делает этот кретин! Разве что… Он вряд ли сможет выполнять свою работу хорошо, если постоянно будет на медиаторах. Конечно, сегодня его сила пригодилась лишь единожды, но что, если на следующем концерте случится что-то более серьезное, а Киран будет слишком слаб, или его вообще скрутит в приступе кровавой рвоты? Ведь, кажется, это и произошло прошлый раз на концерте в Эгитене?

— Чёрт, — Киран застонал, и его лицо исказила болезненная гримаса.

— Опять начинается? — Крис встревоженно схватила его за руку, и он в приступе сжал ее пальцы так, что они едва не захрустели. — Святые, — она поморщилась, но руку не убрала. — И без медиаторов… всегда вот так? Да как ты живёшь вообще?

— Эта штуковина, — отдышавшись, пробормотал Киран, — Она заряжена инородной Ри. Излучает ее, проверяет реакцию крови на излучение, а потом отправляет сигнал Собакам. Только так они… могут… проверить уровень кросов. Джер говорит, что боль вызвана реакцией не столько на само отторжение маячка, сколько… На это гребаное излучение. Оно нерегулярное. Так что иногда бывает… Бывает почти не больно.

— Джер знает? О маячке, о медиаторах? Обо всем?

— Это он достал для меня медиаторы.

— Тоже мне врач!

Киран выгнулся, протяжно мыча сквозь сжатые губы.

— Но какой бы ни был, он единственное, что у нас есть, — вздохнула Крис и свободной рукой схватила телефон.

— Не звони ему.

— Я не собираюсь сидеть и смотреть, как ты подыхаешь!

— Он ничем не поможет. Он… он в Анфелиме, Крис. Завтра я встречусь с ним, как только приедем, но сейчас…

— Но сейчас я просто ему позвоню, — отрезала Крис, прислушиваясь к гудкам.

Ожидание было долгим. Джер не отвечал. А когда она попробовала ещё раз — голос в трубке сообщил, что абонент больше не в сети.

Проклятье.

Лоб Кирана покрылся испариной. Он пытался приглушить стоны, сжимая зубы, но Крис не могла спокойно наблюдать, как его тело будто ломает изнутри. Он весь дрожал. На глазах проступали слезы. То и дело его пробивало страшной судорогой — мышцы сжимались, заставляя его скручиваться в неестественных позах.

Крис убирала волосы с его лица и вытирала пот правой рукой, левую все ещё держа в его ладони. Ощущения были такие, что он уже сломал ей пару пальцев, но она привычно отмахнулась от этой мысли: если и так, завтра Ютан ее починит.

Но кто сейчас может починить Кирана?

— Обезболивающее не помогает? Киран?

Он помотал головой.

— Разве что алкоголь, — прохрипел он, силясь улыбнуться. — Поможет расслабиться.

— Тебе нельзя…

— Блядь, Инри… Я лучше тебя знаю, что мне нельзя.

Крис высвободила руку, и, вскочив, направилась к стационарному телефону, что висел на стене у входа. Смотреть на это… просто невыносимо. Если пьяный Нельт своей неконтролируемой Ри разгромит половину отеля, но при этом перестанет страдать — она согласна хоть лично возместить причиненный ущерб.

Когда заказ доставили в номер, Киран уже едва не скатывался с кровати, не помня себя от боли. Крис дрожащими руками откупорила бутылку и протянула ему.

Выпив совсем немного, Киран скривился, косясь на этикетку.

— Бенсанский джин? Отравить меня решила?

— Я думала, тебе нужно что-то покрепче. Разве нет?

Он криво усмехнулся, снова прикладываясь к бутылке.

— Святые, Киран. Скажи спасибо, что я вообще согласилась на это! — всплеснула руками Крис.

— Не бойся, милая. Я не буду буянить. Почти сразу усну. И… Инри.

— М?

— Спасибо.

Она промолчала, понуро разглядывая его кровоточащее плечо. Где-то в ванной должна быть аптечка. Надо бы сходить за бинтами и перемотать это безобразие. Наверное. Если ему не будет слишком больно.

— Я знаю, ты это делаешь не из большой любви ко мне, — Киран сделал ещё несколько глотков и горько поморщился. — Но все равно спасибо. Мне очень повезло, что именно такая как ты — моя должница.

— Такая, как я?

— Фанаточка, — улыбнулся он, и Крис заметила, что его тело ощутимо расслабилось. Он сел на кровати, прислонившись к стене голой спиной, и смотрел на Крис таким мягким взглядом, что она, поднявшаяся было, чтобы сходить за аптечкой, вдруг застыла, удивлённо моргая.

— Влюбленная по уши маленькая фанаточка. Готовая на все, чтобы запрыгнуть в постель Галара. Даже терпеть такого напарника, как я… Святые, Крис. Скажи, он правда тебе отдался в гримёрке? Тогда, перед концертом.

Крис ушла в ванную, не желая отвечать на этот вопрос. Вот же кретин! И почему эти его подколы ее так выводят из себя? Да пусть думает, что хочет! Разве она скрывает то, что она фанатка? Разве она скрывает то, что мечтает об Астеле ещё со старшей школы? Ничего особенного в этом нет! И ничего позорного!

Она вернулась с бинтами и села рядом с Кираном, молча хватая его за плечо. Сейчас ей было не страшно причинить ему боль — наоборот, хотелось перетянуть его руку так сильно, чтобы он завопил во всю глотку! Придурок!

Но прежде, чем она успела обмотать бинт хотя бы раз, ее пронзило странное чувство. Резкое, обжигающее, появившееся из ниоткуда.

Словно они снова играли в “Я тебя знаю”, и Киран нажал на несчастную кнопку.

Но никакой кнопки не было.

Огонь сорвался с его руки. С того самого места, где его кожа соприкасалась с кожей Крис — сорвался и заплясал, невидимый и горячий. Он поднялся по руке Крис, погладил ее по плечу, и прежде, чем она успела отдернуть руку, проник в ее грудь.

Внутри стало жарко и тяжело. Пламя заиграло в желудке, защекотало живот, и, вспыхнув, расплылось по всему телу. Крис, еле дыша, отшатнулась от Кирана, все ещё чувствуя, как пульсирует каждая ее клеточка.

Щеки горели. Где-то под желудком засосало, противно и вязко, так, что хотелось то ли броситься на Кирана с кулаками, то ли свернуться калачиком и заплакать.

Спину защекотала струйка холодного пота. Это… И вправду его Ри? Тот самый неконтролируемый всплеск? Эти все странные чувства… Его рук дело?

— Что… Что это? — выдохнула она, прижимая руку к груди.

— М?

— Это… только что… Святые, — она сморгнула набежавшие слезы. Накатившее отчаяние поднималось такой мощной волной, что ей хотелось не просто плакать — ей хотелось рыдать взахлёб, упав на кровать и молотя по матрасу кулаками, заходясь в истерике, словно ребенок.

— О, — Киран нахмурился, забирая у нее бинт. — Ты… почувствовала?

Крис всхлипнула и вырвала из его рук бутылку. Приникла к горлышку, вливая в себя огнедышащий джин и почти не чувствуя вкуса.

— Какая… гадость! Святые! Какая гадость! — выпалила она, отрываясь и вытирая мокрые губы.

Киран фыркнул и рассмеялся.

— Прости, милая. Я не хотел. Правда, прости.

— Как… Как ты… О, черт, — она качала головой, не переставая плакать. — Как ты с этим живёшь?!

— О, Инри. Добро пожаловать в мой мир, — он вздохнул и пьяно улыбнулся, глядя на нее из под полуприкрытых век.

Глава 16. Лавли

— Не увлекайся, — он выдернул бутылку из ее рук, когда Крис в очередной раз запрокинула голову, вливая в себя пойло из стремительно пустеющей бутылки. Она знала, каков был на вкус бенсанский джин — но в отеле его, очевидно, с чем-то размешивали, иначе она не могла объяснить, почему сейчас была способна пить его, словно родниковую воду.

Крис поморщилась от горького послевкусия и прикрыла рот ладонью, прижимаясь к стене. Они сидели с Кираном на его кровати плечом к плечу, и оба долго молчали. Киран сделал свой глоток и покосился на Крис из под упавшей на глаза челки.

— О чем думаешь?

— О том, сколько мне светит за укрывательство, — мрачно отозвалась она.

— Намерена меня сдать?

— Нет, — она потянулась к своему телефону. Тот вибрировал на столике рядом с кроватью, но стоило Крис двинуться, как комната закружилась вокруг неё, и столик заплясал, то оказываясь правее, то левее ее руки. — Проклятье.

Киран взял телефон сам и вложил вее руку.

— Не лучшее время для разговоров, — предупредил он.

— Вдруг это Лав? — Крис попыталась сфокусироваться на экране, но буквы расплывались перед глазами так сильно, что ей пришлось повернуть телефон к Кирану. — Кто… Кто это?

— Мама.

— Черт, — выдохнула Крис, прикрывая лицо ладонью.

— Поздновато она.

— Ее никогда не печет, что я в другом часовом поясе, — Крис сбросила звонок, почти наугад тыкнув в экран. — Наверняка опять будет спрашивать про Фриверан. Святые… Это никогда не закончится.

Киран молчал, покачивая в руке бутылку. Оставшийся джин призывно плескался внутри.

— Знаешь, что она делает? — пьяно хихикнула Крис, снова прислоняясь к стене. — Устраивает смотрины. Четыре года подряд. Каждый. Грёбаный. Фриверан.

— Смотрины? — он недоверчиво поднял бровь. — Я думал, эта традиция давно умерла.

— Угу. Только не для моей матери. Ей так не терпится свести меня с каким-нибудь сыном судьи, или с сыном конгрессмена, или ещё с каким-нибудь мажором из того круга, который она считаетдостаточно подходящим!

Киран хмыкнул, делая очередной глоток.

— Конечно, надо кровь из носу впарить мне какого-нибудь придурка, ведь я не молодею. Задрота, мажора, урода — а лучше, чтобы все в одном! Святые, в прошлом году действительно собрался комплект. Они притащили туда прокурора, и… О. Черт… Я… Даже не знаю, зачем я тебе все это рассказываю, — Крис хотела забрать у него джин, но Киран воспротивился, крепко сжав пальцы.

— Хватит с тебя. Берегов не видишь.

— Я в отчаянии.

— Этомоёотчаяние. Оно не останется с тобой надолго. А вот о выпитом ты завтра пожалеешь.

— Плевать.

— Ну и дура.

Она вздохнула, прикрывая глаза.

— Так зачем ты тогда приезжаешь? На этот идиотский Фриверан, — тихо спросил он, выждав долгую паузу.

— Это семейный праздник, — Крис пожала плечами. — А она — моя мать. Все, что осталось от моей семьи. Может, в глубине души я каждый раз надеюсь, что в этом году все будет по-другому…По-настоящему,знаешь. Никаких светских вечеринок, никаких женихов. Просто… Просто мы.

— Когда я получил этот шрам, я целый год искал артефакт, способный это исправить, — Киран коснулся лица кончиками пальцев. — Знал, что его нет, но все равно продолжал.

— Ты это к тому, что мне нужно поискать какую-нибудь бирюльку, что заставит мать быть хоть чуточку сострадательней? — усмехнулась Крис.

— Я это к тому, что иногда оставить пустые надежды — это лучшее, что ты можешь сделать.

Она снова потянулась к бутылке, но на этот раз Киран не стал ее отговаривать. Молча смотрел, как она опрокидывает в себя остатки джина и морщится, выдыхая и прикрывая рот тыльной стороной ладони.

— Оставить надежду, — буркнула Крис. — Невероятно воодушевляющие советы от Кирана Кина! Святые… меня сейчас стошнит.

Она легла ему на колени, закрывая глаза.

— И ты решила на меня блевануть?

— Нет. Подожди. Не знаю. Все кружится… Черт, Кин. Как же… Как же плохо.

— Я предупреждал. Ты пожалеешь.

— Заткнись.

Несколько минут тишины. Крис тяжело дышала, закрыв ладонями лицо. В голове было мутно. Слишком мутно, чтобы собрать воедино хоть одну из рассыпающихся мыслей.

— Теперь я… теперь… я соучастница.

— Ты все ещё можешь уйти.

— Черта с два я уйду!

— Тогда не жалуйся.

Он помолчал, задумчиво перебирая ее волосы.

— Аст и в самом деле этого стоит, Крыска? Оставаться здесь. Несмотря ни на что.

Крис приоткрыла глаза, встретив его затуманенный взгляд.

— Ещё раз назовешь меня Крыской, и меня точно вырвет.

В комнате снова стало тихо, только было слышно, как дождь накрапывает по окнам. Крис лежала, вслушиваясь в ощущения. Пальцы Кирана все ещё были в ее волосах. Он гладил ее как будто неосознанно, глядя в окно и думая о чем-то своем. Крис коснулась его руки, и его Ри снова вспышкой пробралась ей под кожу.

В груди разлилось тепло. Черная тревога и злая, беспомощная печаль уступили место чему-то неназванному, чему Крис никак не могла найти определения, сколько бы ни пыталась. Киран заметил, как она удивлённо смотрит на него, как держит его руку, поглаживая пальцы, словно пытается распознать его чувства поглубже, и улыбнулся.

— Уже поздно, Инри. Ложись спать. Завтра будет долгий день, — прошептал он, и его пальцы выскользнули из ее руки.

***

Утром Крис ощущала себя так, будто воскресла из мертвых. Мышцы болели, гудела голова, во рту ужасная сухость — хотелось просто лечь, прикрыть глаза и не просыпаться неделю. Но хуже всего было то, что к этому набору физических страданий прилагалось ещё и беспокойство за Кирана. Пока он не орал от боли и не корчился в предсмертных судорогах, но выглядел все равно не важно. Слишком бледный, чтобы успешно делать вид, что все хорошо. Слишком вымотанный, чтобы позаботиться о себе. На щеках едва заметная щетина, под глазами синюшность, волосы спутаны, мятая рубашка накинута наспех и воротник замялся вовнутрь. Крис молча наблюдала за тем, как он то и дело закрывает глаза, сдавленно выдыхая, и гадала: что он ощущает сейчас? Тревожит ли его чип? Снова терпит боль, или это просто похмелье?

— Вы что-то вчера рано ушли, — сказала Армони. Она сидела на переднем сиденьи и то и дело прикладывалась к бутылке с минералкой. — Киран? Решил не приобщать молодежь к плохому?

Киран издал едва слышный вздох, но ничего не сказал.

Крис подалась чуть вперёд.

— Мы просто… Отметили мой дебют вдвоем, — выпалила она первое, что пришло в голову.

— Отметили, — буркнул Ютан, не отрывая взгляда от дороги. — Я и чувствую, — он громко потянул воздух носом, — как отметили. Уже стекла запотевают.

— Он знал, что вы… что ты осудишь, — на ходу выкручивалась Крис. — Что ему нельзя поддаваться слабостям на людях. Поэтому мы отметили тихо. Чтобы о протечках никто не узнал. Просто. Между собой.

Ютан протянул недовольное “м-м-м”, а Армони, обернувшись через плечо, странно улыбнулась. О чем она думает?!

До Крис дошло, что, наверное, обстановка, которую нарисовала она в своей лжи, со стороны может показаться довольно интимной. Разнополые напарники в одной комнате уединенно празднуют окончание удачной смены… Да какая разница, черт возьми? Пусть Армони улыбается, сколько влезет! Если ложь получилась достаточно убедительной для того, чтобы никто не лез к Кирану с расспросами, то все получилось, как надо.

Крис удовлетворённо откинулась на спинку сиденья, и Киран, прикрыв глаза, тихо и протяжно выдохнул, доверительно наклоняясь к ее плечу. Крис осторожно придвинулась ближе.

Так они проехали почти весь путь: в тишине, нарушаемой лишь тихим мурчанием радио и шуршанием дождя по стеклу. Киран дремал сначала на плече Крис, а потом она предложила ему лечь поудобнее — и он с благодарностью умостил голову на ее коленях, обхватив ее ноги рукой.

Крис сидела, едва дыша, боясь потревожить его покой хоть каким-то движением, и с тревогой всматривались в черные тучи за окном.

Совсем скоро их снова встретит Анфелим.

Совсем скоро они снова увидят Джера.

Он раздобудет медиаторы. Он поможет.

Он не может не помочь.

Потерпи, Киран. Совсем скоро.

***

Крис тряслась от холода, кутаясь в тонкий бледно-голубой плащ. Погода для августа совсем уж рано испортилась: дожди из Эгитена очень скоро нагнали и Анфелим, небо постоянно было затянуто серым, а ветер хлестал так немилостиво, что впору было прятаться в перчатки и шарф, а лучше — вообще сидеть в Астелевском зале у натопленного камина. В свободное время они с Кираном именно этим и занимались, тем более, что Астель теперь часто бывал настолько не в духе, что холод расходился не только по его комнатам, но и почти по всему второму этажу, заставляя все сопровождение зябко ежиться и не снимать термобелье даже на ночь.

Киран наконец получил свои таблетки, правда, зная все о побочках, Крис все равно каждое утро вглядывалась в его лицо с опаской. Он выглядел бодрым и шутил как обычно — но каждый раз, когда замолкал, прикрывая рукой лицо, и отходил в уборную, Крис понимала, что происходит.

И это убивало ее.

Почти так же, как убивало нервное напряжение сейчас, перед встречей с Лавли.

Киран, как и обещал, отправил сообщение с местом встречи — даже не дал Крис выбрать самой.

— У тебя будет всего несколько часов. Отсюда ты быстро сможешь вернуться, и к тому же… — Киран тогда окинул ее таким взглядом, каким только взрослые смотрят на неразумных детей. — Ты наверняка указала бы какое-то ваше местечко, я прав?

Крис хотела было открыть рот, чтобы аргументировать, но Киран ее перебил:

— Это было бы слишком. Она могла бы понять, что ты замешана.

— Сам сказал, она в панике и плохо соображает, — буркнула Крис, вырывая у него из рук телефон, где была открыта карта города с отмеченной точкой: незнакомый ей перекресток где-то в получасе езды от резиденции Астеля. — Ничего она не заподозрит! Пока не увидит меня. Святые… Что я ей скажу, Киран? Это все… подло. Так подло!

— Будь искренней, Крыска. Скажи все, что чувствуешь. Людям это нравится.

Киран тогда оставался невозмутим, а Крис злилась. И злилась бы до сих пор, если бы тревога не была настолько сильна. Уже почти семь вечера, но никого похожего на Лавли и близко не видно. Где ее носит? Неужели что-то случилось?

А что, если она уже встретилась с настоящими представителями СКБН? Киран же предположил, что она ждала их звонка. Святые праотцы, да во что она влипла?!

— Лав? — робко воскликнула Крис, когда из-за угла показалась знакомая невысокая фигурка. Только она может так ходить, слегка прихрамывая на левую ногу, но не теряя при этом изящества. Нет, это точно она!

— Лавли! Лав!

Она подбежала, хватая подругу за рукав. Та выглядела растерянной и бледной. Ещё бы! идёт на встречу с СКБН! Да она напугана до смерти! Крис в очередной раз мысленно прокляла себя за то, что пошла на поводу у Кирана и не сказала подруге правду.

— Крис, — рассеянно пробормотала Лав, оглядываясь по сторонам. — Извини, кошечка, я спешу.

— Лав…

— Правда, Крис, поговорим позже, ладно? — ее ладонь легла на руку Крис. — У меня встреча, и…

— С господином Кином? — на языке от этих слов стало горько. Вот и все. Сейчас Лав вспылит и просто пошлет ее к черту!

Но подруга лишь смотрела на нее в немом недоумении, широко распахнув изумрудные глаза.

— Киран Кин, да? — тихо переспросила Крис. — С ним у тебя встреча?

— Откуда ты…

В глазах подруги промелькнул страх. Нет, это было осознание, полное ужаса! Крис схватила ее за руку крепче, притянув к себе, и быстро заговорила:

— Нет. Я не из СКБН. И Киран тоже. Прости, Лав, святые праотцы, прости меня! Киран мой напарник в сопровождении. Мы сделали так, потому что… Потому что мне нужно было понять, что происходит, Лав. Иначе бы ведь ты не пришла… Не пришла бы, верно? Святые, Лавли! Прости… Прости меня.

Лавли понадобилось добрых пара минут, прежде, чем она смогла осознать, что произошло. Густые брови медленно двинулись к переносице, а глаза яростно заблестели. Крис с трудом подавила в себе желание на всякий случай создать щит — кажется, ещё мгновение, и Лав додумается ее огреть чем-нибудь потяжелее.

— Крис… ты…

Она выдохнула, высвобождая руку из объятий Крис. Налетевший порыв ветра растрепал темные волосы и поднял полы тонкого черного плаща, превращая Лав в обозленную колдунью из сказок.

— Значит, по-вашему, это весело? Ты и этот твой… Киран, — она взметнула руками, и широкие рукава затрепетали на ветру. — Решили, что будет очень смешно разыграть дурочку, да?

— Лав! Нет, я клянусь, это ни капли не смешно! Мне тошно самой, и я до конца сомневалась, и я виновата!… Но как ещё мне было достучаться до тебя? Почему ты перестала писать, почему не брала трубки? Лав! Что с тобой происходит?!

Лавли, отошедшая было назад, замерла, немигающим взглядом уставившись на Крис.

— Ты во что-то ввязалась? У тебя проблемы? Лав, да пойми же ты, я не провидица! Как я могу быть тебе подругой, если ты мне не доверяешь? Приходится идти на такие подлости, просто чтобы…

Голос Крис сорвался, и она вдруг заметила, что плачет. Просто резко стало слишком горячо на щеках, а потом сразу холодно — ветер быстро сдувал соленые капли.

Лав все ещё ошарашенно молчала, не решаясь подойти. Лишь неловко помялась, открывая рот, но звук с ее губ так и не сорвался.

— …Просто потому что ты дорога мне, Лав. Ты моя единственная подруга, одна, та самая, на всю жизнь! Я боюсь потерять тебя, слышишь? До чёртиков боюсь! И я думала… Я думала, ты чувствуешь то же самое!

Плечи Лав опустились. Она подбежала к Крис, окутывая ее объятиями.

— Крис… Ну, Крис… Ш-ш-ш… Прости, кошечка. Я сплоховала. Я дура, дура, дура! Я знаю, Крис. Я…

Она поглаживала Крис по спине, пока та содрогалась в ее руках. Слезы не душили ее — они выходили облегчением, смывая не только страх за подругу и тоску по ней, но и все напряжение, что ей довелось пережить, пряча чужие тайны и наблюдая за чужими страданиями.

Это Лав. Родная, милая Лав. Она все ещё с ней, и она все ещё остаётся ее подругой.

Крис уткнулась в ее плечо и ещё сильнее заплакала.

***

Они забежали в кофейню, чтобы согреться. Народу было битком, и им с Лав с трудом удалось вырвать место в углу, казавшееся хоть чуточку уединенным. Лав говорила так тихо, что Крис приходилось пригибаться и почти перевешиваться через столик, чтобы расслышать ее голос.

— Я не хотела тебя расстраивать. Крис, ты добралась до своей мечты, у тебя все шло так хорошо! Сопровождение, Астель, твой первый концерт, и…

— Лав, — Крис коснулась пальцами ее ладоней, что грелись вокруг дымящейся чашки. — Пожалуйста, хватит. Я и так каждый день пишу тебе о том, что у меня происходит. Ты знаешь все.

“Ну или почти всё”, — добавила она про себя.

— Я здесь, чтобы послушать тебя. Что-то… случилось?

Лав вздохнула, потирая лоб. Обернулась по сторонам, смущённо ежась.

— Отец. Он влип в такую историю, что… Не знаю, как о таком рассказывать. Как ни крути, в общем… Он под арестом.

— Что? — одними губами прошептала Крис.

— Никогда бы не подумала, что такое скажу. Да, — Лав невесело улыбнулась. — Из всех Нельтов, что я знаю, мой отец самый законопослушный гражданин на планете. Но… вот. Дерьмо случается.

— Как… Как это произошло? — упавшим голосом спросила Крис.

Вдалеке кто-то захохотал. Слышался звон посуды. Лав снова поежилась, потирая плечи.

— На перекрестке увидел девочку. Водитель несся на красный, выезжал из-за угла. Говорят, ещё пара секунд, и случилось бы непоправимое. Не знаю, как он успел. Но в общем-то… в каком-то смысле… непоправимое и случилось.

Крис молча следила за тем, как подруга, не поднимая на нее взгляда, смотрела то по сторонам, то за окно, где вовсю лил дождь, то на чашку, царапая ногтем присохшую крошку.

— Отец никогда не пользовался толком Нельт, даже в шутку. Никогда — при мне. Помнишь, как я просила его, для тренировки?

Крис кивнула. Она смутно помнила отца Лавли — скорее, лишь общее впечатление о нем. В ее памяти он был мягким, улыбчивым человеком, спокойным настолько, что вывести из себя его не могли ни увольнение, ни кража его машины, ни плохие оценки Лав.

— А тут вспыхнул, просто — раз! — Лав щёлкнула в воздухе пальцами. — Машина всмятку. Слава святым, девочка жива.

— А водитель?

— Водитель тоже, но он пострадал. Ушибы, ссадины, два перелома. Не знаю… Будь папа просто другим водителем, который бы врезался в него — все было бы так просто… Но Нельт, Крис! Понимаешь? Эти чёртовы СКБН… — Лав запустила пальцы в растрёпанные локоны, устало откидываясь назад.

— Но это же… Была защита? — неуверенно предположила Крис. — Он же спас ребенка, черт возьми! Это разве не является… смягчающим обстоятельством?

— Вот! — воскликнула Лав. — В нормальном мире все так и должно было быть, ведь правда? Но СКБН напирают на то, что Ри была под семь баллов, пострадала техника, а хуже всего — человек! Кажется, все прочие переменные их вообще не волнуют! Ох… Святые. Крис, прости, что выслушиваешь это все. Мы уже сами сходим с ума, не хватало, чтобы ещё ты забивала голову…

— Что говорит адвокат? Кто у вас адвокат? — перебила ее Крис. Ей казалось очевидным, что при грамотно выстроенной защите отец Лавли очень скоро окажется на свободе.

— Там… Там все сложно, — Лав запнулась, смахивая со стола невидимые крошки. — Просто, понимаешь, государственный адвокат, он… Ну, не внушает доверия.

Государственный адвокат. Так вот в чем дело? Семья Лав, состоявшая только из нее и ее отца, вряд ли могла позволить себе нормального адвоката. Наверняка Лав просто некогда было отвечать Крис — она вся была погружена в заботы о том, как заработать побольше денег.

— О, Лав…

— Но все будет хорошо, — натянуто улыбнулась Лав, вскидывая голову. — Я усердно работаю, и уже скоро смогу нанять хорошего адвоката. Профессионала. Самого лучшего! Вот увидишь.

В сердце Крис закрались сомнения. Мрачная тревога, должно быть, отразилась на ее лице, потому что Лав, взглянув на подругу, тут же побледнела.

— Где ты работаешь, Лав? — хмуро спросила Крис.

— Я? — она нервно рассмеялась, отводя взгляд и пожимая плечами. — Ну, ты знаешь же. То там, то сям. Нахожу всякое… Помогаю со всяким.

— Лав. На этой ерунде на адвоката не заработать.

— Я просто, ну… Кручусь…

— Лав.

Подруга прикусила губу. Поболтала ложечкой в чашке, задумчиво глядя в черную кофейную жижу. Крис смотрела на нее выжидающе.

— Я… согласилась на опыты.

— Ты… что? Лав? Ты — что?

Крис подскочила на месте, упёршись руками в столешницу.

— Ну вот, я знала, что ты так отреагируешь, — вздохнула Лав. — Знала же. Не стоило говорить!

— Нет, подожди, Лав, — Крис горячо зашептала, вновь садясь и хватая подругу за руку. — Те самые опыты? По изучению ЧеВГИ? Ты серьезно?

Опыты по изучению ЧеВГИ были одним из самых сомнительных способов заработка, которые только могла себе представить Крис — наряду с торговлей нелегальным товаром или продажей интимных фото. Только из всех этих вариантов опыты, пожалуй, были самым опасным.

Учёные, политики и активисты по всему миру не зря до сих пор сталкивались в бесконечных конфликтах: одни настаивали на том, что без опытов над ЧеВГИ дальнейшее изучение Ри невозможно, другие — бесконечно обвиняли первых в нарушении базовой этики и попирании прав человека. Приходя в лаборатории добровольно, ЧеВГИ подписывали договор, в котором прямым текстом заявлялось: в ходе испытаний возможны непредсказуемые последствия, в том числе, смерть. Продолжая, вы соглашаетесь с условиями оферты.

Желающих было не много, но они были всегда: за удачные эксперименты платили огромные деньги испытуемому, а за неудачные — уже его семье. Добровольный уход в лаборатории был предметом мрачных шуток в университете, и когда Лав и Крис получали не самый высокий балл, говорили привычно, что только в лаборатории им и дорога.

Но…

Пойти на это всерьез?!

Вот так?!

Нет. Крис не могла это так оставить.

Только не её Лав!

— Ты же помнишь, я всегда хотела стать учёной, — улыбнулась Лавли.

— Учёной! Да! — воскликнула Крис. — Учёной, Лав, а не подопытной крысой!

— Там все не так уж и страшно, — махнула рукой Лавли. — Правда, кошечка. Меня в основном только обследуют и дают выполнять… ммм… всякие… упражнения.

— Лав… Ты не можешь этим больше заниматься. Нет. Пообещай, что не станешь больше этим заниматься!

Лав промолчала, покусывая губу, и вновь замешала ложечкой в чашке.

— Ты же знаешь, кто моя мать. Я попрошу её разобраться в этом деле, — громко зашептал Крис.

— Обвинитель, — пожала плечами Лав. — Чем она поможет? Тем более, сколько лет уже, как она ушла. Крис… Я знаю, в каких вы отношениях. Лезть ей в глаза, просить за меня, терпеть её оскорбления… Не стоит, правда. Я знаю, как это будет тебе тяжело, тем более, что в конце концов… Это может и вовсе окажется бесполезно.

— У нее все еще много связей, — возразила Крис. — Мне плевать, что она мне скажет и как посмотрит. Лав! Ты не можешь просто продолжать рисковать жизнью! Я… Не собираюсь тебя терять. Ты слышишь меня?

Лав, откинувшись на спинку стула, сложила ногу на ногу и посмотрела на Крис с какой-то странной улыбкой. Ее расслабленная поза сейчас, выражение лица, этот любопытно-недоверчивый, но заинтересованный взгляд — все это вдруг напомнило Кирана. Почти точно так же он смотрел на Крис, словно не верил ее словам, хотя очень, очень хотел — в тот день, когда Крис убеждала его, что помимо медиаторов для него обязательно найдется другой, более безопасный способ сохранить маячок внутри.

Оба они — и Лавли, и Киран — каждый день плавали в каком-то невыносимом кошмаре, при этом поддерживая её, шутя, улыбаясь своими болезненными, усталыми улыбками. И от этих улыбок у Крис щемило в груди.

Они будто говорили ей:

“Ты ничем не можешь помочь. Но спасибо, что ты рядом”.

И в эти моменты ей хотелось вырвать кусок из своей души, или даже продать ее целиком — лишь бы нашелся торговец, который был бы готов спасти их за такую невеликую цену.

Но торговца не было.

Пока не было.

Крис ничего не могла.

— Спасибо, кошечка, — лучезарно улыбнулась Лав. — Конечно. Я больше не стану этим заниматься. Ну… Расскажешь мне, каково это — быть в сопровождении? Как Астель в жизни? Он и вправду хорош?...

Глава 17. Тайны Галара

— Нет, — он шмыгнул носом, вытирая салфеткой подтекшую кровь. Зажал ноздрю пальцем и откинул голову назад, не отнимая телефона от уха. — Лекс, это не обсуждается.

Где-то на фоне слышались детские голоса. Девочки о чем-то спорили, и мама грозным голосом осадила обеих.

— Киран… — в трубке послышалось шуршание. — Может, тебе пора подумать о себе? Мы справляемся, слышишь? Я уже выхожу на работу, мама сидит с девчонками. Скоро Эри пойдет в школу, а Кита…

— Внормальнуюшколу, — перебил Киран сестру, разглядывая свое отражение в зеркале. Кровь ещё сочилась из носа, скапливаясь над верхней губой.

Лекс снова чем-то зашуршала.

— Киран, но это дорого!

— Я же сказал, что все оплачу.

— Мы же с тобой ходили в обычную. И все было в порядке.

— Лекс, — вздохнул Киран, в последний раз вытирая лицо и включая воду. — Мы же всё обсудили в прошлый раз. Почему теперь это стало проблемой?

Лекс замялась, и в трубке ненадолго повисла тишина. Киран знал, что сейчас она беспокойно накручивает на палец кудрявый локон — как делала всегда, когда стеснялась что-то сказать.

— Мы с Ханной… Просто волнуемся за тебя.

— А есть повод?

— Не знаю, — соврала Лекс, явно не решаясь раскрывать карты без дозволения старшей сестры. — Просто хочу, чтоб ты знал, Киран. Ты можешь бросить эту работу, можешь заняться чем-то… Для чего ты действительно создан. И мир не рухнет. Мы не сломаемся. В конце концов… мы же Кин.

Киран хмыкнул, криво улыбаясь уроду в отражении.

Не сломаемся, Лекс?

Мы уже сломались.

Сломались очень давно.

Но вслух он сказал только:

— Я знаю, Лекс. Это мой выбор. Меня все устраивает.

Тишина — и снова тихое шуршание. Кажется, это обертка. Лекс жевала конфету. На фоне снова голоса: мама отошла, и девчонки опять принялись спорить из-за игрушки.

— Эри! Эрина! Ну что ты делаешь? Уступи Ките! Ну она же младше, ты же понимаешь, что она слабее тебя? Святые праотцы…

— Поцелуй за меня девчонок, — улыбнулся Киран, отводя взгляд от зеркала.

— Да. Да, Киран, мне пора, извини. Созвонимся ещё на днях? Эри! Ну что за девчонка, а? Я сейчас расскажу Кирану, как ты себя ведёшь! Он тебя!

Она отключилась. Киран ещё с минуту стоял с телефоном в руке, с рассеянной улыбкой смотря на экран, но окошко вызова скоро закрылось, и теперь с заставки на него укоризненно смотрела лишь Эйла. Губы ее были растянуты, будто она смеялась, но глаза оставались холодными.

Улыбка слетела с его лица, и тепло, которым его успели согреть голоса сестры и племянниц, вдруг рассеялось иллюзорным туманом.

Отложил телефон и умылся. Ещё раз бросил взгляд на отражение в зеркале: все, кажется, теперь все. Время возвращаться в строй.

Спустился в большую гостиную и остановился в дверях, прислушиваясь к девчачьему разговору.

Крис сидела на диване, поджав под себя ноги и жуя сэндвич. Подлетевшая Армони, даже не поздоровавшись, сходу спросила:

— Крис! Опиши Кирана в пяти словах.

— Беспардонный! Бесцеремонный. Самоуверенный! Грубый! Пессимист, — не задумываясь, выдала Крис.

— Оу, — Армони улыбнулась, болтая в руке стилусом. — Смело.

— А зачем это?

— Для отчётности Рэду.

— А! Тогда — сильный. Уверенный. Поддерживающий. Надёжный. Профессионал, — поправила Крис, с надеждой глядя на планшет в руках Армони. Та рассмеялась, клацая по экрану и качая головой.

— Ладно, ладно. Я поняла.

— Ты же напишешь только последнее, да? — взмолилась Крис. — Арм, пожалуйста! Он же меня убьет!

— Ну все, не паникуй, — все ещё смеялась Арм. — Не думаю, что твое слово будет иметь большой вес в его характеристике.

— В характеристике? А зачем это?

Армони откинула со лба сиреневую челку.

— Рэд собирает такие карточки раз в полгода. Анализирует атмосферу в коллективе. Но сказать по правде, для Кирана всегда есть поблажки. Не уверена, что в его карточку Рэд вообще заглядывает. Иначе… — она бросила задумчивый взгляд в окно, и тут же с улыбкой обернулась к Крис, которая так и застыла с сендвичем, забыв, как жевать. — Хочешь почитать, что о нем написали другие?

— Эй, — Киран вошёл в гостиную, держа руки в карманах. По его расслабленной походке и извечной хамоватой улыбке было и не сказать, что каких-то пятнадцать минут назад он поперхнулся кровью, хлеставшей из носа так, что Крис всерьез вознамерилась вызвать Ютана. — А про Крис он ничего не собирает?

— Собирает, — Армони пощелкала в планшете. — Но ты будешь первым. Хочешь оставить свое мнение анонимно?

Киран уселся на диван рядом с Крис, закидывая ногу на ногу.

— Ну нет. С чего бы. Сколько там? Пять слов?

Крис укусила сендвич, агрессивно жуя и косясь на Кирана исподлобья. Он с улыбкой смотрел на Армони, казалось, вовсе не замечая Крис. Армони хитро улыбалась в ответ, покачивая в руке стилус.

— Глупая, — выдохнул Киран. — Наивная. Витающая в облаках. Так можно говорить, или это не считается за одно слово? Ладно, тогда — мечтательница. Растяпа. И слабачка.

— Эй! — Крис гневно пихнула его локтем, сглатывая последний кусок. — Да какого черта! Я же нормальное про тебя сказала!

— Я слышал все варианты, Крыска, — ухмыльнулся Киран.

— Мне так и писать? — Армони дернула бровью.

— Пиши-пиши.

— Ну нет! — Крис чуть не расплакалась. — Киран, скажи по-нормальному! Пожалуйста!

— Оооо, ты знаешь такие слова? — рассмеялся Киран, наблюдая за тем, как она тормошит его плечо. Крис осеклась, вспомнив, как ещё недавно это плечо кровило, и убрала руки. — Ладно, Арм. Запиши, что она ещё умеет быть благодарной.

— Ясно, — с усмешкой выдохнула Армони. — Я подойду позже. Подумай над характеристикой получше, Киран. Жизнь новичка зависит от тебя.

Он фыркнул, провожая взглядом её спину.

— Ты мог бы проявить хоть капельку благодарности? — прошипела Крис, как только они остались наедине. — Я вообще-то храню твои чёртовы тайны!

Киран откинулся на спинку дивана, широко расставив ноги, так и не выпуская рук из карманов.

— Просто сказал первое, что пришло в голову. Ну хватит, Инри. Она все равно это не записала.

Крис обиженно надула губы.

— А что ты хочешь, чтобы я про тебя сказал?

— Что я сильная. Целеустремлённая. Выносливая. Храбрая, в конце концов!

— Считаешь себя храброй?

— Не каждой хватит смелости нарушать закон, — фыркнула она. — Тем более — ради такого говнюка!

— Так может это не храбрость, а безумие? — Киран усмехнулся, потянувшись к ее лицу и касаясь большим пальцем её щеки. Крис сморщилась, отворачиваясь.

— Хватит лезть своими ручищами! Что за привычка!

— Ты испачкалась.

— Да хватит!

Он все равно поймал её, и, вытерев крошки, удовлетворённо улыбнулся. Крис натужно пыхтела, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

— Беспардонный. Ладно. Но грубый? Грубый, Крис? Мне казалось, я был с тобой нежен, — вздохнул Киран, вновь запуская руки в карманы.

— Ага. Особенно нежно у тебя выходят Пульсары, — она скорчила гримасу, и Киран тихо засмеялся, прикрывая глаза.

— О, Святые. Ты никак не можешь мне этого простить?

— Скажи спасибо, что не сказала чего похуже, — она вытерла лицо рукавом флисовой кофточки. Прикосновения Кирана все ещё горели на коже невидимыми отпечатками.

Он молчал, с улыбкой наблюдая за ней.

— Ты в порядке? — тихо спросила Крис, на всякий случай бросив взгляд на дверной проем и убедившись, что их не слышит никто, даже бесконечно снующий по дому персонал. — Я имею ввиду…

— Да, — ответил он и сглотнул. Кадык дернулся, и Крис задержала взгляд на его шее, скользя от линии челюсти вниз, к яремной ямке. Киран, словно заметив это, провел пальцами по вороту футболки, и Крис, вздрогнув, быстро заморгала, отводя взгляд.

— Собирайся, Крыска. Мы едем в студию. Надо забросить Асту кое-какие вещи.

***

— Нет, мам. Дело даже не в деньгах. Я просто подумала, может, у тебя остались какие-то связи, ну, знаешь… Нет. Да нет! Святые, — Крис шла к машине, прижимая к уху телефон. — Откуда ты… Джер тебе рассказал?

Киран дожидался, пока она сядет и пристегнётся, но Инри, увлеченная спорами с матерью, и думать забыла про ремень. Киран раздраженно покачал головой, закатил глаза, и, вздохнув, пристегнул её сам. Крис сопроводила его жест недовольным взглядом, но позволила ему это сделать — кажется, ссора с матушкой зашла слишком далеко, чтобы девчонка была способна отвлечься хоть на секунду.

— Нет. Я не собираюсь уходить отсюда, только потому что ты так решила. Да! А что здесь такого? Святые, мам! Да какая разница!

Долгая ответная тирада в трубке и лицо Крис, полное усталого разочарования.

— Ладно. Я поняла, — перебивая крики матери, Крис сама повысила голос. — Это все впустую, верно? Святые, на что я вообще надеялась.

Крис откинула телефон, будто он превратился в гремучую змею. Фыркнула, надувая губы, и сложила руки под грудью, хмуро глядя в окно. Они уже выехали с парковки, когда Киран решился сказать:

— Прости. Знал бы, что твоя работа — такая большая тайна, предупредил бы Джера, чтоб держал язык за зубами.

— Забудь. Она бы все равно узнала, — мрачно ответила Крис, пустым взглядом уставившись на дорогу. — Да и какая разница. Она бы все равно нашла, из-за чего поругаться.

— Зачем ты вообще ей звонишь?

— Тебя забыла спросить.

Она открыла бардачок, и, пошарив среди мусора, выудила завалявшуюся с прошлой поездки шоколадку. Шустро разорвала фольгу, разломила плитку на кусочки и один закинула в рот.

— Когда я получу деньги?

— Деньги? — усмехнулся Киран. — Ты хотя бы две недели отработай.

— Мне нужны сейчас, — вздохнула Крис, жуя.

— Сколько?

— Много. Очень много. Просто херова туча денег!

— А я-то думал, ты пришла работать за идею. Ну, если голый пупок Астеля можно назвать “идеей”.

Крис обернулась, и, заметив на заднем сиденье серебристый ноутбук, разом переключилась, словно в голове кто-то щелкнул невидимую кнопку. Глаза загорелись уже знакомым фанатским огоньком, от которого у Кирана неизменно начинал дергаться глаз.

— Это Астелевский?

— Угу.

— А я могу…?

— Не можешь.

Ручонки все равно потянулись к заднему сиденью. Киран недовольно цокнул языком, краем глаза наблюдая, как Крис, отложив шоколадку и вытерев руки о джинсы, кладет ноутбук на колени и открывает крышку.

— Осуждаю, Инри.

— Ой, засунь своё осуждение в задницу, — поморщилась она, щелкая кнопкой.

— Он запаролен. И что ты надеешься там найти?

Она замолчала, стуча по клавишам.

— Ну, детектив?

— Есть! Пароль — его день рождения.

— Если ты что-нибудь там сломаешь…

— Тсссс… Я всего лишь посмотрю. Просто посмотрю, ясно? Следи за дорогой.

Они встали на светофоре. Киран неодобрительно поглядывал, как фанаточка листает галерею — сплошь Астель, сияющий своим пластиковым лицом перед камерами.

— Цифровой алтарь самолюбования, а? Покруче, чем в твоём фанатском уголочке.

Вместо ответа Крис щёлкнула на какое-то видео, и Киран замолк.

Это была съемка в каком-то задымленном клубе. Похожем на те полуподвальные крохотные клубы, в которых в подростковости Киран собирался с друзьями: очень мало народу, очень много выпивки, очень редкая и обычно очень плохая музыка.

Съемка была вертикальная, не очень качественная и с посредственным звуком: на особо громких моментах динамик начинал хрипеть. Но все же… Киран потянул ноутбук, поворачивая в свою сторону и не веря своим глазам.

Астель?

Или кто-то очень на него похожий?

Парень на сцене, одетый в джинсы и футболку с эмблемой малоизвестной рок-группы, был так же беловолос, как Астель, но голова его была выбрита с висков, а длинная челка спускалась на лоб, почти закрывая глаза. Он был тощим, как и Астель, и таким же высоким. И двигался в очень знакомой манере, и точно так же дёргал подбородком, когда прикрывал глаза на низких нотах…

И он пел.

Святые, как же ужасно он пел!

— Астель? — они произнесли это в один голос с Крис. Девчонка смотрела на Кирана такими круглыми и напуганными глазами, что он даже немного её пожалел. Каково это — видеть своего кумира таким?

— Это… не может быть он, — пробормотала она, пока парень на видео надрывался, пытаясь дотянуть высокую ноту, которая явно была ему не по голосу. В отличие от настоящего Астеля. От того Астеля, который сейчас записывал в студии треки, обреченные стать хитами, и вряд ли подозревал, что прямо сейчас его сопровождение бесстыдно копается в его тёмном прошлом.

— Гарар… не может… так… — неуверенно пролепетала Крис.

— Так может, он не всегда был Галаром? — хмыкнул Киран.

Она перешла на заговорщицкий шепот:

— Ты думаешь, он такой же, как Джер? Но почему его тогда не отправили на опыты? Как он вообще это скрыл? Ты ведь говорил, СКБН считают это потенциальной опасностью!

— Ты меня спрашиваешь? — повел бровью Киран, не заметив, как сам перешёл на шёпот. — Я откуда знаю? Может, это вообще не он!

— А кто это? — Крис ткнула пальцем в экран. Белобрысый парнишка убивался, срывая голос. Да, если это Астель, то репертуар в юности у него был… Даже поинтереснее, чем сейчас. Хотя таланта, конечно, не хватало. — Какой-то дурацкий брат-близнец?

Светофор мигнул зеленым, и Киран переключился на дорогу.

— Понятия не имею, Крыска. Но лучше бы нам сделать вид, что мы не видели эту хрень никогда.

***

— Если ты не собираешься меня бить, то на какой черт твоя кураторша здесь? — прошипела Крис, косясь на Эйлу, что как всегда смиренно сидела на скамеечке. Сегодня она была одна. Ярсег, уже ставший было завсегдатаем этого зала, вышел в свободное плавание и был занят кураторством уже собственного подопечного. Крис этот факт даже немного расстраивал. По крайней мере, когда Ярсег был здесь, Эйла была поглощена им и не позволяла себе так откровенно пялиться на задницу Кирана каждый раз, когда тот наклонялся. Святые, и почему от этих ее взглядов так неуютно? Не на Крис же она пялится, в конце концов…

— Не собираюсь бить? — Киран рассмеялся. — Ещё как собираюсь. Готовь кулачки, Крыска.

— Опять? — простонала Крис. После концерта в Анфелиме, который прошел идеально, прошла почти неделя, и все это время Киран заставлял ее заниматься физическими упражнениями, полностью игнорируя кросы. Крис понимала причину: на медиаторах применение Нельт явно давалось ему с трудом, и вряд ли он мог стать для нее достойным соперником. Но конечно, Киран не признавал этого, уперто повторяя, что физическая сила для сопровождения не менее важна, чем Ри, и что Крис якобы была слишком хлипкой. Хотя Крис была с ним не согласна: несмотря на внешнюю хрупкость, она считала себя выносливой и сноровистой — этого, по крайней мере, было достаточно, чтобы сдать экзамен по физической подготовке в университете на отлично. Но Киран был неумолим, и Крис на правах младшей все равно приходилось подчиняться. Так что вместо того, чтобы заниматься настоящими сражениями, они тратили время всякую чепуху вроде рукопашного боя.

— Вот поймаешь ты убийцу и останешься с ним один на один. Что тогда станешь делать?

— У меня всегда есть щит. Зажму его внутри, и дело с концом!

— А если не будет щита?

Крис одарила его недовольным взглядом.

— С чего бы? Не я же тут сижу на медиато…

Киран молниеносно закрыл ей рот рукой — Крис не успела толком сомкнуть челюсти, так что один из пальцев скользнул аккурат между ее зубами, и она почувствовала его солёную кожу кончиком языка.

— Ну, давай ещё громче, — прошипел Киран ей на ухо. — А то слишком мало народу в курсе, да?

— М-м-мгм!

Он отнял руку от ее лица — та влажно блестела от слюны. Крис поморщилась, вытирая губы.

— Она все равно не слышит отсюда! И заканчивай с этой идиотской привычкой распускать руки! Ты… в рот мне залез! Это антигигиенично! И мерзко!

Киран, вытирая руку о черный свитшот, недобро рассмеялся.

— Заканчивать? Я ещё даже не начинал.

По его позе она поняла, что бой начнется прямо сейчас.

Без объявления нападения началась драка. Обычно Киран не работал в полную силу и часто просто давал ей себя захватить, но в этот раз все было иначе. Что, неужели разозлился из-за ее слов? Святые, как будто Эйла и вправду могла их услышать с другого конца зала!

Крис вцепилась в свитшот Кирана, ощущая, что теряет равновесие. Он не давал и шанса устоять: его ноги были длиннее, руки — сильнее, а напора столько, что у нее не было другого варианта, кроме как играть в обезьянку.

“Только попробуй меня стряхнуть, и полетишь вниз вместе со мной!”

— Слабачка, — раздался шепот над ухом.

Вспыхнувшая ярость заставила ее перехватиться выше. Рука вцепилась в его волосы на затылке и с силой потянула.

— Ччччерт! — прошипел он, откидывая голову назад, повинуясь ее резкому движению. — Ты вообще хоть что-то слышала о правилах?

— А настоящий противник будет драться по правилам? — она не выпускала из кулака его волос, другой рукой вцепившись в его плечо — они все ещё балансировали на грани падения, опасно накренившись.

— Хочешь по-настоящему? — процедил он сквозь зубы. — Ладно, Крыска.

Мгновение — и полетели вниз. Киран тяжело навалился на нее сверху. Несколько секунд беспорядочной возни — и он крепко держит ее запястья, вжимая в маты.

Задергала руками, пытаясь высвободить кисти, бестолково замолотила ногами — бесполезно.

Тяжёлый сукин сын!

— Минута двадцать, — тяжело дыша, он бросил взгляд на наручные часы, все ещё не выпуская Крис из цепкой хватки. — Да ты долго продержалась. Можем записать рекорд.

— Иди к черту, Кин, — слова вырвались рыком. Она не хотела сдаваться. Проиграть какому-то болезному Нельту, который даже Ри воспользоваться не может? Это просто абсурд!

Он опустился ниже, приближаясь к ее лицу. Ещё чуть — и её просто расплющит. Становилось нечем дышать.

— И что бы ты сделала, будь я убийцей, Крис? — шепнул Киран, хищно улыбаясь. — Поплакала бы?

Зубы свело до скрежета. Вспыхнув, она снова принялась беспорядочно биться под ним, и Киран, почти упав на неё всем телом, затрясся, смеясь ей на ухо.

— Ну не при моей же кураторше, милая.

— Кретин, — прошипела она, ненадолго прекращая попытки. Киран прижимал ее к матам, оказавшись меж ее ног, и ее надрывное дёрганье снизу и в самом деле выглядело не слишком прилично. Лицо Крис горело от напряжения и стыда. Все тело пульсировало, практически умоляя вызволить Ри на свободу и спихнуть с себя этого недоумка.

— Слезь с меня, — прохрипела она. Киран приподнялся совсем немного, только чтобы посмотреть в ее глаза.

— Ну ты же хотела по-настоящему. Что станешь делать, Крыска?

Она сделала это почти не задумываясь. Просто представила на секунду, что Киран и есть настоящий враг, что он и в самом деле может убить её — и ей нужно выжить любой ценой. И сделала это.

Плюнула ему в лицо.

И пока он, морщась, приходил в себя, явно не веря, что она и в самом деле пошла на такое, Крис собрала все оставшиеся силы и дернула вверх головой.

Хрусть!

Он успел издать только короткий нечленораздельный звук, подскакивая и прижимая ладонь к лицу — Крис тут же опрокинула его на спину, и, быстро забравшись сверху, сжала руки на горле, сдавливая его кадык.

Его лицо было залито кровью.

Захрипел, шлепая ладонью по матам и кривясь от боли.

Крис понадобилось несколько секунд, чтобы остыть, убрать руки и отстраниться. Она все ещё сидела сверху, быстро дыша, и наблюдала, словно в тумане, как Киран кашляет, как облизывает окровавленные губы, жадно глотая воздух, вытирает глаза и щеки, размазывая рукавом её слюну. Как касается алой струйки под носом и широко раскрытыми глазами смотрит на пальцы, так удивленно, словно видит кровь впервые в жизни.

— Ты… Ты нос мне сломала? — пробормотал он, не сводя глаз с испачканной кровью ладони.

— Мы же договорились по-настоящему, — выдохнула Крис, ещё несколько секунд не чувствуя ничего, кроме злорадного торжества. Киран странно улыбнулся, приподнимаясь на локтях.

— Ладно. Я не в обиде, Крыска. Это было… — он шмыгнул носом и снова размазал кровь, облизнул губы и улыбнулся. — Было хорошо.

Крис поспешно слезла с его бедер, опустившись на колени рядом.

— Черт… Твоя кураторша сможет это починить?

— Смогу.

Крис вздрогнула, услышав наверху голос Эйлы. Та стояла над ними, упирая руки в бока.

— А ты спрашиваешь, зачем она приходит на тренировки, — прогундосил Киран, послушно подставляя лицо заботливым рукам кураторши. — Да с тобой должна целая мед бригада дежурить!

Его тон не был серьезным. Он просто причитал, корча из себя обиженного, по-детски выпячивая губы. Крис прекрасно понимала, что настоящую оценку их сражению он произнес минуту назад, до того, как в их финал вмешалась кураторша.

Это было хорошо.

Он оценил её усилия.

По-настоящему оценил.

— Всего раз получил, и уже жалуешься? — фыркнула Крис, поддерживая его шутливо-обиженный тон. — Тебе показать мои синяки за эту неделю?

Киран не ответил. Он жмурился так, будто смотрел на солнце — и, кажется, боли совсем не ощущал. Наверняка он был даже рад, что его драгоценная Эйла так заботливо трогает его, проводя по носу, щекам и губам так бережно… даже нежно. По губам. Какого черта она вообще трогает его губы? Вообще-то он повредил нос!

Крис фыркнула, отворачиваясь. Каждый раз, это происходило каждый грёбаный раз! Как только эти двое встречались, начинались эти интимные переглядки и неоднозначные прикосновения. Крис чувствовала себя так, будто находилась на съемочной площадке, где вот-вот начнется порнофильм, а ее роль сведется к тому, чтобы подносить воду актерам между заходами.

Ну и гадость!

— Кин!

В зал ворвался Рэд. Сегодня это был Господин Рэд — невысокий лысоватый мужчина в коричневом вельветовом костюме. Он быстро семенил к матам, параллельно что-то говоря в наушник и тряся в воздухе планшетом.

— Кин, собирайся, — Рэда, казалось, ни на секунду не заботило, почему у его подчинённого лицо залито кровью. Ну да, вряд ли на тренировке сопровождения таким можно было кого-то удивить.

— А? — Киран недоуменно выглядывал из-за Эйлы, все ещё полулежа на матах.

— У нас накладка. Стык в стык. Поедешь на благотворительность, а Аст — на фотосессию.

— Черт, — Киран поднялся, отряхивая штаны. — Во сколько?

— Прямо… — Рэд бросил беглый взгляд напланшет, — Сейчас. Чего встал? Живо, живо за мной!

Они оба пошли на выход, ничего не объяснив Крис и велев ждать. Оставшись в зале наедине с Эйлой, она проводила спину Кирана, как последнюю надежду на спасение, и, тяжело вздохнув, повернулась к кураторше.

***

Оставшись наедине с Эйлой, Крис почувствовала себя так, словно снова впервые стояла за кулисами на концерте Астеля в Эгитене. Только тогда на нее смотрели тысячи глаз, а сейчас — всего лишь одна пара. Но взгляд их был таким изучающим и внимательным, что у Крис мурашки ползли по спине. Эйла молчала, а Крис хотелось просто провалиться сквозь землю, настолько неловкой казалась ей эта тишина.

— Так… Эээ… — Крис почесала в затылке, пытаясь вспомнить хоть одну тему для разговора, которая может подойти для двух почти незнакомок. Но как бы ей ни хотелось поговорить о чем-то более абстрактном, на ум приходил только Киран. Знакомство с ним — единственное обстоятельство, что связывало её с кураторшей.

— Ты, получается, давно работаешь с Кираном?

Святые. Большей глупости и спросить было нельзя. Наверняка Эйла думала о том же. Она внимательно рассматривала свои аккуратные розовые ноготки, словно пытаясь найти изъян в идеальном глянцевом маникюре.

— Три года.

— И… как? Вы. Познакомились, — голос Крис дрожал, словно она отвечала на экзамене, к которому не готовилась ни минуты.

Эйла, опустив руки, пожала плечами.

— На его прошлой работе. Он не рассказывал?

Крис покачала головой, но поняв, что Эйла даже не смотрит на нее, на всякий случай уточнила:

— Нет.

— Он тогда учился в актерской школе и подрабатывал на площадке. Мастером по спецэффектам. Рушил декорации, машины, дома… Очень эффектно. Очень много разрушения.

Вот оно что. То фото, что Крис нашла в шкафчике Кирана, наверняка сделано в то время, когда он учился в актерской школе. Тот странный костюм на нём... Похоже, он был для какой-то исторической постановки.

— А. Не знала, что он актер.

— Он не актер, — Эйла достала телефон и лениво защелкала по экрану. — Он не доучился. С таким лицом на сцену все равно дорога закрыта.

Крис выжидательно посмотрела на Эйлу, надеясь, что та продолжит рассказывать, но та замолчала, то ли сочтя разговор слишком скучным, то ли и вправду будучи чем-то серьезно занята.

— А как это произошло? — всё-таки спросила Крис, жестом показывая на свое лицо. — Ну. Шрам.

Эйла впервые за весь разговор подняла на нее взгляд.

— Он не любит эту историю. Не думаю, что именно мне стоит ее рассказывать. А почему тебя это волнует?

— Да… нет, — Крис помотала головой. — Не волнует. Просто…

Просто не знала, о чем вообще с тобой разговаривать, чёрт бы тебя побрал.

На лице Эйлы появился намек на прохладную улыбку.

— Мне говорили, ты фанатка Астеля, да?

Святые, а это тут ещё при чём?

— Я…

— О, не смотри так. Я не буду ревновать, если ты сегодня воспользуешься этим шансом. Чтобы ты знала, у нас исключительно рабочие отношения. Чем бы это не казалось со стороны.

— Ч…Что? Каким ещё шансом?

Эйла залилась своим удивительно мелодичным смехом. Но собиралась ли она ответить или нет — сделать она этого не успела, потому что в зал вернулся Рэд.

И Астель.

Очень странный Астель.

Крис смотрела во все глаза, пытаясь понять, что в его облике так изменилось, что он ощущался совсем иначе: не далёкой звездой, не недостижимым идеалом, не таинственным ледяным принцем, сковавшим холодом собственный замок.

Он ощущался…

Даже не Галаром.

Он выглядел, какчеловек.

— Ты, — Рэд ткнул пальцем в Крис. — Поедешь с ним вдвоем. Собирайся.

— Я? — Крис захлопала глазами, не в силах оторвать взгляда от Астеля, что стоял чуть позади Рэда и невозмутимо засовывал руки в карманы узких джинсов. Сверху на нем был черный свитшот с буквой А на груди, в духе тех, что носило сопровождение. Белые волосы стянуты в длинный хвост на затылке и заправлены в черную кепку, на глазах солнечные очки.

Но без сомнения, это Астель. Она узнает его в любой одежде, в любых очках, в любой маске, в любом парике! Это Астель!

И…не Астель.

— Спаркс, — Рэд помахал планшетом в воздухе перед ее лицом. — Я не достаточно ясно выражаюсь?

— Ясно, просто я…

И Астель улыбнулся. Той улыбкой, которой просто не мог улыбаться Астель — эту злосчастную ухмылочку Крис выучила слишком хорошо.

Чертова иллюзия Эрру!

Рэд и в самом деле был мастером, если его способностей хватало на то, чтобы преобразить целого человека — да ещё и так хорошо!

— Ты отвезешь Кирана на благотворительный вечер, — Рэд впихнул в ее руку ключи. — Остальные сопровождают Астеля, поэтому ты без подстраховки. Но проблем же не будет, Спаркс?

Астель,ненастоящий Астель,подмигнул ей, и Крис прикусила губу, сжимая в руке ключи. Слова Эйлы начинали обретать смысл.

“Я не буду ревновать, если ты воспользуешься этим шансом”.

Вот, как она думала о ней? Что ее любовь к Астелю — это что-то вроде любви к дорогому костюмчику, который можно натянуть на кого угодно, чтобы лишний раз полюбоваться, как он сидит? Кристоль вспыхнула, косясь на кураторшу исподлобья. Та улыбалась своей дежурной прохладной улыбкой.

— Подскажете адрес? — обратилась она к Рэду.

— Он не сможет пользоваться Ри несколько часов, — отмахнулся Рэд. — Тебе там делать нечего, Хельяр.

— Пожалуй, я решу сама, — тон Эйлы стал ледяным.

— Эл, — ненастоящий Астель сделал шаг вперёд и заговорил голосом Кирана. — Я буду под защитой. Все нормально.

Взгляд Эйлы, который та бросила на Крис, был красноречивее любых слов. Наверняка она думала, что от защиты Крис толку не больше, чем от Астелевской кепки, что должна якобы делать его неприметным. Или… Она все-таки ревновала? Всё-таки не так уж и хотела оставлять своего бывшего наедине с чокнутой фанаткой?

Боялась, что Крис и вправду на него набросится?

Эта мысль ужасно ее развеселила. Крис закашлялась, пытаясь скрыть вырвавшийся смешок.

— То, что ты не сможешь использовать Ри, утешает меня как куратора, но совсем не нравится мне, как человеку, — нахмурилась Эйла. — Я знаю, в последнее время у вас все тихо, но расследование все ещё идёт. Нападавший на свободе. Наивно прикидываться Астелем и брать с собой только…

Она покосилась на Крис.

— Только новенькую девчонку.

— Она неплохо показала себя, — Рэд защелкал в планшете. Голос его был раздраженным. Он явно не привык, чтоб его решения подвергались сомнению — но Эйла все же была из структуры, подведомственной СКБН, и Рэд со скрипом пытался создавать хотя бы видимость уважения к ней. — Очень высокий уровень Ри и скорость реакции на высоте.

Эйла вздохнула, покачав головой.

— Пришли мне адрес, Киран. Я съезжу в офис и потом сразу на этот ваш… Благотворительный бал.

— Эл…

— У меня плохое предчувствие, — перебила она. — Если что-то случится… Лучше, чтобы кто-тоопытныйбыл рядом.

Лже-Астель промолчал, и Крис опустила глаза.

Глава 18. Дублер

— Что? У тебя же есть права?

Крис неуверенно покрутила в руке ключи. Диссонанс между внешностью Астеля и голосом Кирана выбивал из колеи. Неужели на благотворительном вечере никто не заметит разницы? Ведь как только этот псевдо-Астель открывает рот… О, святые. Лучше на него не смотреть, иначе она просто сойдёт с ума.

— Есть, — пискнула она. — Но я получила их недавно… и…

— Ясно, — Киран вырвал ключи из ее рук. От прикосновения Астелевских пальцев она вздрогнула, с трудом напоминая себе, что перед ней лишь иллюзия Эрру.

— Но будет странно, если Астель сам поведет…

— Поменяемся где-нибудь, где дорога будет попроще. Может, после ателье. Оттуда ты уж справишься проехать один квартал?

Он сел за руль, и Крис покорно заняла пассажирское сиденье рядом.

Астель. За рулём.

Святые.

Она забывала дышать, глядя на то, как уверенно он выкручивает руль, как свободно и расслабленно сидит, откинувшись назад, как снимает кепку и распускает по спине кипу белых, отливающих золотом волос. Как цепляет очки за горло свитшота, оставляя их болтаться на груди. Как одной рукой подключает телефон к проводу в машине, включает музыку и тихонько подпевает, ужасно фальшивя, отбивая ритм пальцами по рулю.

Это. Не. Астель.

Это все повадки Кирана. Не его.

Но почему сердце так заходится в груди, стоит ему подарить ей один лишь короткий взгляд? Стоит ему только улыбнуться одним уголком рта этой саркастичной, такой Кирановской улыбкой…

Свобода. Веселье. Лёгкость. Все, что было так несвойственно настоящему Астелю, и все, что она так надеялась увидеть в нем, когда только мечтала попасть в его сопровождение. Вот, каким бы он мог быть, вот, каким он был в ее мечтах. Но никогда не станет по-настоящему.

Так странно было это осознавать сейчас, понимая, кто прячется внутри этой восхитительной оболочки.

Странно. И немножечко страшно.

— Что? — он улыбнулся, мельком взглянув на нее, и снова переводя взгляд на дорогу. — Не нравится музыка? Предпочитаешь, чтобы я спел что-то из своего репертуара?

И он запел так ужасно, что Крис хотелось умереть там же, чтобы не мучаться:

— Выше звёзд!

Мы стали выше звеееееезд!

— Кто в здравом уме вообще способен поверить, что ты Астель? — фыркнула она, скрещивая руки на груди.

— Ты, — опять эта ухмылочка. — Когда я вошёл, ты же поверила, а? Я видел твои глаза. Аж дар речи потеряла, когда Рэд сказал, что поедешь со мной. Ууу, представляю, какие мыслишки успели созреть в этой маленькой крысиной головке.

— Чего-о-о? — она сморщилась, открывая минералку. В машине работал кондиционер, но Крис все равно было так жарко, что пекло во рту.

— Пролистал твой альбомчик на досуге. Очень мило. Я бы сказал, талантливо. Любишь, когда перед тобой становятся на колени?

Крис поперхнулась, брызнув минералкой на лобовое стекло.

— Оставь свои грязные фантазии при себе!

Киран смеялся, весело барабаня пальцами по рулю.

— Так это и не мои.

Она гневно хлопнула бардачком, нашарив тряпку. Ожесточенно принялась оттирать стекло. Киран вздохнул, качая головой. Улыбка не сползала с его лица. Крис все терла и терла до скрипа, остро чувствуя на себе его взгляд.

— Ну, ладно, фанаточка. Если будешь себя хорошо вести, сделаю с тобой пару милых фоток. Но только для личного пользования, поняла?

Крис фыркнула.

— Теперь я понимаю, откуда в сети столько неоднозначных фоток с Астелем. Часто ты пользуешься своим положением?

От пришедшей в голову мысли сделалось дурно.

— Святые праотцы! Ты же не имеешь отношения к той истории по радио? Ну, той, что про беременную фанатку?

— Что? — Киран захохотал. — Инри, за кого ты меня держишь?

Она недоверчиво косилась на него, все ещё с трудом соотнося его внешность с голосом. Астель, смеющийся, как Киран.

Святые, какой же абсурд.

— Уж в том, как предохраняться, я хотя бы разбираюсь, — он с улыбкой вытащил из кармана шуршащий серебристый квадратик.

— Что это?

Крис взяла было предмет из его руки, но, приблизившись, разглядела очертания кружочка внутри.

— Фу! Святые! Ты серьезно? Носишь всегда с собой?

— Кто знает, когда пригодится?

Крис скривилась в гримасе.

— Ладно, Инри. Шучу. Я не трахаюсь с Астелевскими фанатками, ясно? Не то чтобы это было делом принципа… Ощущения в его шкуре совсем не те.

— Не те? Значит, ты все-таки пробовал?

Он оставил этот вопрос без ответа.

— Понять не могу, чем он тебе так нравится. Знаешь, то, как ты его представляешь в своих влажных фантазиях, далековато от реальности. Там все... — он многозначительно посмотрел вниз. — Куда скромнее.Намногоскромнее.

— Это не важно, — вспыхнула она.

— Ну да. Так не важно, что ты все до мельчайшей венки прорисовываешь.

— Святые, да заткнешься ты уже? Извращенец!

— Я? — он расхохотался. — И от кого я это слышу?

Она замолчала, отвернувшись к окну. Лицо горело так, что хотелось прижаться к стеклу, чтобы хоть немного остудиться. Проклятье, какой позор! И почему она взяла из дома именно этот скетчбук? Ладно, назад уже ничего не отмотать. Надо быть сильнее. Надо выйти из этого с достоинством. Сделать вид, что все эти похабные разговорчики вообще ее не трогают. Выдыхай, Крис. Ты спокойна и невозмутима.

— И часто ты… Делаешь это? — спустя несколько минут спросила она.

— Что? — не понял он. Снова посмотрел на нее со странной улыбкой.

— Притворяешься им.

— Я не притворяюсь. Я играю.

Он произнес это с такой гордостью, что Крис не смогла сдержать улыбки.

— А, ну да. Ты же у нас актёр.

— Я разве тебе рассказывал?

— Твоя кураторша сказала.

Он нахмурился и замолчал. Хмурого Астеля видеть было куда привычнее, но в машине сразу стало неуютно. Крис хотела было сделать погромче музыку, но едва потянулась вперед, как Киран продолжил:

— Рэд хороший менеджер, но накладки все равно бывают. Проще использовать меня, чем что-то отменять. Честно, не помню сколько раз уже приходилось. Обычно это фотосессии. Для журналов и для всяких промо…

— Фотосессии, — пораженно выдохнула она.

— Что? Вспоминаешь, сколько раз ты делала это на фотки, которые, возможно, были моими?

— Иди к чёрту!

Раздался звонок. Киран нажал кнопку, принимая вызов по громкой связи, и салон окрасил торопливый говорок Рэда.

— Кин, рокировка.

— Что у вас?

— На вечере хотят, чтобы Астель выступил.

— Это я могу, — улыбнулся Киран.

— Не паясничай. Живо разворачивайтесь и на съемки. Костюм ещё в ателье?

— Да.

— Съемки начинаются раньше, чем благотворительный вечер. Так что вы… — Рэд ненадолго замолчал. — Немного опаздываете.

— Звезду вроде меня можно и подождать.

— Напиши, как будешь на месте.

— Слушаюсь, капитан.

Рэд отключился. Киран ненадолго остановил машину, чтобы вбить новый адрес, и они вскоре вновь двинулись с места.

— Всё-таки фотосессия, — вздохнул он. — Жаль, что ты не увидишь мою прекрасную актерскую игру на вечере. Поверь мне, такого очаровательного Астеля ты ещё не видела!

— Разве смысл актерской игры не в том, чтобы быть похожим на оригинал? — сказала она, и лишь спустя секунду осознала смысл своих слов.

— То есть ты признаешь, что настоящий Астель не так уж очарователен? — Астель-Киран одарил ее коротким взглядом, но в нем не сквозило ни толики удивления. Скорее в нем было торжество — словно между его версией Астеля и настоящим Астелем шла невидимая борьба, и Крис своей фразой только что провозгласила победу Кирана.

— Я не это хотела сказать.

— Да-а-а, — протянул он, не переставая улыбаться. — От тебя, фанаточка, такие признания звучат особенно сладко.

— Он очарователен! Ясно? Просто… По-своему.

— По-своему?

— По-Галарски. У него особое… Особый…

Черт. Слова путались в голове и никак не ложились на язык. Она забывала конец фразы, не договорив и первых двух слов — проклятый Киран с его гребаной иллюзией сбивал с толку и не давал спокойно дышать.

— Мне это не нравится.

— Что?

Киран хмурился, поглядывая в зеркала заднего вида.

— Машина за нами. С тех пор, как мы изменили маршрут, тащится хвостом. Вон та, видишь? Затонирована наглухо.

— Может, совпадение? Просто едут в одну сторону с нами.

Киран молча выкрутил руль, разворачиваясь.

— Киран…

— Вот и проверим.

— Мы опоздаем.

— Лучше опоздать или умереть?

Крис прикусила губу, раздирая кожу почти до крови. Умереть? Он что, и вправду думает, что им грозит что-то подобное?

— Ты всё-таки не доверяешь мне, — тихо пробормотала она, наблюдая, как он с тревогой всматривается в зеркало.

— С чего ты взяла?

— Не веришь, что я смогу нас защитить.

— Инри, я верю, просто не люблю испытывать судьбу. Да куда ты лезешь!

Машина резко затормозила. Они едва не врезались в авто, выскочившее на их полосу сбоку. Крис напряглась, скрещивая пальцы, но слава святым, все обошлось: Киран гневно посигналил водителю, и тот живо умчался.

— Я же говорил, — раздражённо сказал Киран, вновь поглядывая на зеркала. — Тормозим или меняем маршрут — хвост все ещё здесь. Если им по пути с нами, то путь они выбрали очень неудачный.

Он вытянул правую руку в сторону Крис, задрав рукав свитшота до локтя.

— Что?

— Сними это.

Его запястье было плотно охвачено тонким золотистым браслетом. Когда Крис приближала руки, то чувствовала неясное волнение. Чужая Ри? Это… артефакт?

— Что это?

— Сними, давай же, милая, — он нетерпеливо потряс кистью в воздухе. — Я не могу, ты ведь знаешь.

— Это артефакт Эрру?

— Ну ты же не думаешь, что Рэд превратил меня в это одним своим кроссом? Давай, сломай эту херню какой-нибудь тянучкой.

— Т…тянучкой?

— Любой крос, Инри! Эта штука среагирует на что угодно.

— Ты хочешь снять иллюзию?

— Я хочу вернуть себе Ри, Крис!

— И что ты сделаешь? Убьешь их?

Он вдавил педаль газа так, что Крис перепуганно вжалась в сиденье. Машина с затонированными стеклами не отставала, тоже набирая ход. Казалось, что они пытались улизнуть от мячика, который был за верёвочку привязан к ним сзади.

Все без толку.

— Думаешь, они едут, чтобы…

— Крис, — он снова потряс запястьем. — Давай, милая. Прошу тебя. Поговорим, когда я снова стану собой.

— А это безопасно? Разве такие артефакты не реагируют на…

Он бросил на нее быстрый гневный взгляд, снова покрутив запястьем почти у ее носа.

— Инри.

Крис выдохнула.

— Ладно. Только сбавь скорость. Мы так разобьемся к чертям!

Но едва она договорила, как Киран громко выругался. Тонированные окна равняются с их окнами.

Зачем? Зачем? Зачем?

Ничего хорошего не случится.

У Эйлы было плохое предчувствие.

— Крис!

Взрыв ослепил. Она не осознавала, что загорелось первым — щит, которым она накрыла себя и Кирана, или пространство вокруг, сверкающее белизной неизвестного кроса.

Сияющее осколками.

Режущее. Ломающее.

И ослепительная, яркая боль.

Уши заложило, и в мгновение ока все полетело в бездну.

Несколько секунд — а может, и несколько часов — она неслась в пустоте, прежде, чем наконец очнуться. Звуки и боль вернулись одновременно. Дым, запах паленого пластика. Где-то горит… Так близко.

Крики и вой сирен вдалеке.

Почувствовать тело. Так сложно в него вернуться, когда каждая клеточка облечена болью.

Крис приоткрыла глаза, ощущая на веках влагу. Что это? Кровь?..

Голубое небо молча смотрело в ответ.

Такое пронзительное. Совсем без облаков.

Не хочется шевелиться.

Хочется… Хочется только уснуть.

Может, она умерла?

Или вот-вот умрет.

Какое было бы облегчение.

Веки снова налились тяжестью.

— Крис! Крис, ты жива?

Голос вырвал ее из странного ступора, возвращая в реальность.

Киран.

— Спаркс, мать твою! Отвечай, когда тебя спрашивают!

Она заморгала, с трудом отгоняя тяжёлое сонное оцепенение.

— Святые… Крис! — браслет слетел, и теперь это был просто Киран. Настоящий Киран. Её Киран.

Кажется, он увидел, как она слабо пошевелила головой, и из его горла вырвался вздох облегчения.

— Я сейчас… Сейчас. Крис, держись. Слышишь? Только не засыпай!

Он лежал где-то в паре метров от нее, точно так же, как и она, придавленный обломками. Крис слабо пошевелила губами, но из горла вышел только странный клокочущий звук, что-то среднее между лаем и плачем.

— Тихо, тихо. Все хорошо. Я сейчас, милая. Сейчас.

Силовая волна отшвырнула обломки в сторону. Но Крис не почувствовала облегчения: ноги все так же не откликались, будто ниже пояса у нее вовсе не было ничего.

Киран подтащился к ней по асфальту, прижимая к груди кровоточащую руку. Крис скользнула по ней взглядом и всхлипнула, увидев торчащую кость.

— Шшшш… Крис… Крис, — подобравшись, он неловко умостился рядом, приобнимая её. Лицо перепачкано черным и красным.

Апельсин… Раньше он пах апельсином. А теперь только дымом, бензином и гарью.

— Все хорошо, Крис. Ты справилась. Ты умница, слышишь? Все хорошо. Ты такая сильная…

— Ки-ран… — она с трудом глотала слезы, произнося его имя снова и снова. — Ки-ран…

— Да, да, Крис. Я с тобой. Я здесь. Потерпи ещё немного, слышишь? Медики рядом. Слышишь сирену? Совсем немного. И все.

— Я… Кажется, я не чувствую… ног.

— Твои ноги? Ноги. Ноги в порядке. Просто немного прижало. Не бойся. Вэлли и не с таким справлялись. Это не Нельт, тебя всего лишь придавила жестянка. Это не навсегда. Слышишь? Ну, ну. Тише. Это не навсегда. Ты умница, Крис. Ты…

— И твоя рука…

— Моя рука? Ерунда. Там ничего страшного. Просто не смотри туда.

— Киран… Если бы я раньше…

— Нет, нет, Крис. Все хорошо. Ты все сделала правильно, слышишь? Никто бы лучше тебя не справился. Я бы не справился. Я бы не смог без тебя, слышишь? Ты золотце. Ты самая сильная женщина на планете.

Его беспорядочный шепот так успокаивал. Крис плакала и плакала, слушая его, но в конце концов остатки сил начали ее покидать. Прежде, чем над их головами замелькали незнакомые лица, заговорили громкие голоса, зашуршали синие костюмы, она в последний раз прошептала:

— Прости… Киран, я… Я больше… Больше не могу…

И погрузилась в темноту.

***

— Сколько ты уже их не принимаешь?

— Три дня.

— Хорошо. Анализы хорошие. Кровь быстро очистилась.

— Они что-то поняли? Ну, в первый день... По анализам было понятно, что я их принимал?

— Мне пришлось немного поколдовать с результатами, но все прошло хорошо. Никто не знает. Не переживай.

Облегченный вздох.

— Как себя чувствуешь? Чип беспокоит?

— Не сильнее, чем сломанная кость.

— Она быстро срастается. Твой иммунитет берет свое, так что пролежишь тут недолго. В отличие от…

— С ней… все будет нормально? Она почти не просыпается. Это же… неправильно, да?

Молчание.

— У меня для тебя кое-что есть.

Тихое шуршание.

— Что это? Джер, если я снова начну принимать…

— Это не медиаторы.

— А?...

— Новое лекарство. Оно ещё в разработке, так что я…

— Ничего мне не давал.

— Именно.

— И что оно делает? Это вроде… медиаторов новой волны?

— Не совсем. Оно обманет твой организм. Твой иммунитет перестанет воспринимать маячок и его Ри, как что-то инородное. И при этом оно не будет подавлять твою собственную Ри. В этом его преимущество.

— Чужеродная Ри… Больше не будет ощущаться?

— Да. Шрам тоже перестанет болеть на непогоду.

— Чёрт! Отменная штука. Ты тоже на них сидишь?

— Киран, я знаю, звучит здорово. Но не спеши с выводами. Побочные эффекты до конца не изучены. Сейчас, пока ты под надзором, это лучше, чем медиаторы. По крайней мере, по анализам все будет чисто, для всех ты будешь чист. Но потом… Ты должен знать, риски есть, и они высоки.

— О, если я начну истекать кровью, то поверь мне, это я уже проходил.

— Насколько мне известно, таких побочных эффектов у препарата не выявлено. Я очень надеюсь, что это и вправду лучшее, что я могу тебе предложить, но…

— Джер. Если я прекращу захлёбываться кровищей по утрам и смогу делать кросы в полную силу — это уже большая удача. Я тебе руки расцеловать готов.

— Но ты же понимаешь, что может произойти что-то… Непредсказуемое?

— Все риски на мне. Я понимаю. Я сам принимаю решения, Джер. Что бы ни произошло, поверь, я никогда не стану тебя винить. Ты и так спас меня, старик. И спасаешь до сих пор.

Джер тяжело вздохнул.

— Спасаешь. Это очень громкое слово в этой ситуации, парень.

Крис разлепила глаза, рассматривая спину в белом халате. Черные волосы с проседью. Джер… Джер здесь, совсем рядом. Сидит к ней спиной, лицом к Кирану. Тот полулежит на койке в дурацкой синей пижаме, рука перевязана и прижата к груди.

Крис облизнула сухие губы. Попыталась пошевелиться, но слушалась только голова и руки: тело ниже пояса не поддавалось. Не ощущалось совсем.

Она приподнялась на локтях, в панике разглядывая ноги. Прикрыты тонким белым больничным одеялом, но их очертания ясно виднеются. Ей же ничего не оторвало? Она сможет ходить? Что, черт возьми, происходит?!

— Кристоль!

— Крис! — Киран и Джер одновременно повернулись к ней. Джер встал с места и подошёл к ее койке, склоняясь над Крис и беря ее за руку.

— Что… Что произошло? — глаза защипало. Мысль о том, что она навсегда потеряла возможность ходить, пугала до безумия. — Джер. Джер, что со мной? Я не чувствую ног. Почему я не чувствую ног?

— Все в порядке, — Джер явно пытался применить свою Ри — Крис чувствовала слабое покалывание в пальцах, — но страх был слишком силен. Её била дрожь. Когда врачи таким тоном говорят “все в порядке”, обычно это значит, что ничего не в порядке. Это значит только то, что они поставили диагноз, который тебе предстоит принять как данность.

— Кристоль. Посмотри на меня, — позвал ее Джер, потому что она не могла прекратить разглядывать свои ноги. Она снова и снова давала мозгу команду пошевелить хотя бы пальцем — но ни один из пальцев даже не дрогнул.

— Ты сможешь ходить. То, что ты сейчас чувствуешь — это временно.

— Временно? Насколько временно? Как долго, Джер? Как долго я не смогу ходить?

— Пока не могу точно сказать, но прогноз благоприятный. Может, неделю.

Крис застонала, откидываясь на подушки. Неделю. Всего неделю! Святые, благословите современную медицину!

— Может, и быстрее, если Вэлли… — Джер замялся, словно раздумывал, стоит ли Крис посвящать в подробности. — В общем, они не хотят рисковать. Лучше дать твоему организму восстановиться в комфортном для тебя темпе. Тебе предстоит неделя не самых приятных процедур, но это ведь не так страшно, Кристоль. Ты крепкая девочка.

Он улыбнулся. Нежно, почти по-отцовски. Так нежно, что у Крис заныло в груди. Она растерянно перевела взгляд обратно на ноги — и на миг ей показалось, что она смогла пошевелить кончиком большого пальца. Но только на миг.

— Не пытайся сейчас. Ты под действием препаратов. Тебе нужен покой. Если почувствуешь хоть что-то ниже спины — вот кнопка вызова медсестры. Позови, если нужно добавить обезболивающего. Или если мочеприемник наполнится, или…

Мочеприемник.

Крис бросила пристыженный взгляд на Кирана, который все это время наблюдал за ними с Джером со своей койки. Святые, как унизительно!

— И это все при… нём? — громким шепотом спросила она, хмурясь. — Какого черта нас вообще положили в одну палату?

Палата была небольшой и светлой. Было ощущение, что изначально она была предназначена для одиночного пребывания — здесь был всего один шкафчик, одна тумбочка, один табурет. Настенная лампа тоже была только одна, но висела не над ее кроватью, а чуть сбоку. Выглядело так, будто кто-то в спешке сдвинул всю мебель в сторону, чтобы впихнуть ещё одну койку к стене.

— Твой друг настоял, — мягко улыбнулся Джер.

— Что? — вспыхнула Крис. — Это ещё зачем?!

— Менять тебе подгузники. Кто ж ещё о тебе позаботится, Инри? — в тоне Кирана сквозила ирония, но Крис вовсе не оценила шутки.

— Джер? Он же сейчас издевается, да? Тут что, проблемы с медсёстрами?

— Все в порядке с медсёстрами, Кристоль. Просто нажми на кнопку, и к тебе сразу придут. Киран здесь скорее в качестве… эмоциональной поддержки.

Крис фыркнула, вновь бросая взгляд на напарника. Тот лег на койку, и, закинув ногу на ногу, болтал в воздухе голой ступней. Счастливчик! Да он почти цел! Сломанная рука? Можно считать, отделался малой кровью!

— Эмоциональной… что? Мне это ни к чему. Пусть убирается к чертям в другую палату. Он-то, я вижу, прекрасно может ходить?

Джер обернулся на Кирана, словно прося о помощи. Тот вздохнул, закатывая глаза.

— Крис. Знаешь, сколько прошло с аварии?

Она задумалась. В окно светит солнце, весьма яркое — наверное, сейчас где-то полдень. Когда они ехали на фотосессию, было около пяти вечера, значит… Сейчас уже следующее утро?

— Мы разбились… вчера?

Киран цокнул языком.

— Три дня, милая. Ты в коматозе уже целых три дня.

Крис недоверчиво покосилась на Джера, но тот кивнул в подтверждение слов Кирана.

— Ты почти не приходила в себя. Кристоль, твоя Ри почти иссякла. На восстановление ушло очень много внутренних ресурсов.

— И ты очень агрессивно восстанавливалась, — усмехнулся Киран.

— Агрессивно?... Что?...

— Даже укусила меня пару раз. Я бы показал тебе след, раз ты не веришь, но Вэлли уже привели меня в порядок, — Киран оттянул широкий ворот пижамы и обнажил плечо, задумчиво его рассматривая. — Ладно. Не бойся, Инри. Я не в обиде. Видишь? Ни царапинки не осталось.

Джер вздохнул.

— Видимо, это следствие тяжёлого стресса. Вэлли хорошо работают с базовыми повреждениями, но психоэмоциональное состояние они поправить почти не в силах, увы, — он убрал руку от Крис, с сожалением глядя на свои растопыренные пальцы. — Киран единственный, у кого получалось тебя хоть немного успокоить. Поэтому его оставили в твоей палате. Он помогал все время, когда у тебя случались… Эти приступы.

Приступы? Крис растерянно смотрела то на Джера, то на Кирана. Она совсем ничего не помнила. Три дня, целых три дня ее жизни пролетели в бессознательном состоянии, в котором она… Что она делала? Кричала? Билась в истерике? Кусала людей? Святые, да что вообще здесь творилось!

— Я понимаю, должно быть, ты смущена предстоящими процедурами. Но здесь есть ширма, — Джер снова мягко улыбнулся.

— Чего я там не видел, — фыркнул Киран, и Крис чуть не задохнулась от возмущения.

— Но если тебя очень сильно смущает его присутствие… И если его помощьдействительнобольше не требуется. То я попрошу перевести его.

Крис охотно закивала головой.

— Да, пожалуйста! И как можно скорее!

Краем глаза увидела, как Киран беззвучно смеется. Вот придурок! Сам бы подумал, каково оказаться на ее месте — валяться беспомощной и слабой, с катетером и мочеприемником, не в силах даже толком пошевелиться! Кому будет приятно показывать себя посторонним в таком виде?!

Джер кивнул в ответ.

— Я напишу твоей матери, что ты пришла в себя. Она будет рада новостям.

— Она приедет? — встрепенулась Крис. В груди затаилась по-детски глупая, отчаянная надежда.

Но по глазам Джера стало сразу понятно, что надежде этой, увы, суждено умереть.

— Мне очень жаль, Кристоль. Она просила передать, что у них никак не получается улететь. Из-за забастовки все аэропорты перекрыты. Но я напишу ей. Не переживай.

Он осторожно погладил ее по руке, и Крис попыталась сглотнуть тяжёлый комок, вставший в горле.

— Она правда очень переживает за тебя. И желает, чтобы ты поправилась. Она… очень любит тебя, Кристоль.

— Это она так сказала? Или ты по доброте душевной добавил к ее открыточке пару лишних строк? — ядовито улыбнулась Крис.

Джер потупил взгляд, убирая ладонь с ее руки.

***

— Я не могла прийти раньше. Я думала, все куда серьезней… К вам обоим никого не пускали. И почему вас поместили в одну палату? — штора между койками Крис и Кирана была задернута, но шепот Эйлы был так близко, что Крис без труда могла расслышать каждое слово. Эти двое наверняка думали, что Крис опять спит — после ухода Джера ее клонило в сон так сильно, что она даже толком не обсудила с Кираном произошедшее.

— Это… долго объяснять, — уклончиво отозвался Киран. — Все нормально, Эл. Не о чем беспокоиться.

— Не о чем? Киран, ты мог умереть!

— Но не умер.

— Я же говорила, что это опасно! Говорила, что для подобного нужен кто-то более опытный!

Более опытный? Вот ведь стерва! Вообще-то Крис сохранила ее любовнику жизнь, разве нет? Сломал руку! Подумаешь, беда! Да стараниями Вэлли он уже завтра сможет хоть стоять на этой руке!

— Более опытный? Эл! — шепот Кирана стал громче. Крис с удовлетворением отметила возмущение в его тоне. — Она и так сделала невозможное! Ты знаешь, сколько она держала мой щит? Черт, да она даже когда отключилась, продолжала его сохранять! Я вообще никогда не видел, что кто-то без сознания был бы способен на такое!

Крис задержала дыхание. Держала щит, пока была без сознания? Это невозможно. Киран наверняка привирает, чтобы выдать ее в более выгодном свете перед своей кураторшей. Но зачем?

— Вижу, как она держала, — отозвался недовольный шепот Эйлы.

— Это не ее вина. Браслет Рэда среагировал на Ри, поэтому и поломало. Если бы не он, на мне вообще не было бы ни царапины.

Браслет Рэда все таки нельзя было снять без повреждений! Крис все же была права! Она никогда не была отличницей на курсе по изучению артефактов, но артефакты, заряженные Эрру, запомнились ей навсегда простой особенностью: при попытке их разрушения раньше естественного срока они могли спровоцировать разрушительный выброс. Небольшой, но часто достаточный, чтобы навредить носителю. Самый безопасный способ избавиться от такого артефакта — просто дождаться, пока срок иллюзии, заложенный в заряд, истечет.

Принуждая Крис снять браслет тогда, в машине, Киран должен был знать, что скорее всего, навредит себе. Должен был! И все равно упорно собирался его снять, только чтобы высвободить свою Ри?

Вот придурок!

Эйла тем временем вздохнула.

— Ты просто хочешь оправдать свое везение её мастерством. Я слышала, она не будет ходить? Где же тогда был её хвалёный щит, раз она так сильна?

Не будет ходить?! Крис заскрежетала зубами. Ей хотелось вскочить с постели прямо сейчас, чтобы показать, кто тут больше не будет ходить!

— Она… — Киран запнулся. — Она держала щит только надо мной. Ее собственный развалился слишком быстро.

Эйла издала неясный звук, похожий не то на шипение, не то на фырканье.

— Но она поправится. Она будет ходить. Так что беспокоиться не о чем, Эл. Зачем ты пришла?

Кураторша промолчала, явно обескураженная вопросом.

— Зачем? Киран, я переживала! Я места себе не находила все эти дни, пока нас держали в неведении!

— Почему?

— Потому что ты… Ты… мой…

— Кто?

— …Подопечный.

Киран тихо рассмеялся.

— Я не использовал Нельт, Эл. Для тебя здесь нет работы. Ни преступлений, ни отчётов. И нет ни одной причины для того, чтобы куратор так сильно беспокоился за подопечного. В конце концов, если я умру, появится следующий Нельт, ведь так?

— Киран. Прекрати это.

— Что?

— Ты же понимаешь, что я имею ввиду. Понимаешь, кто ты для меня.

— Не понимаю. А кто я, Эл? Тайный любовник, которого можно послать, как только он растеряет свою красоту?

— Я говорила тебе тысячу раз, — гневно прошептала Эйла. — Мы расстались не из-за этого!

— Да, да. Из-за того, что секс с кураторами оказался куда слаще, чем с каким-то покалеченным Нельтом, не так ли?

Хлесткий звук пощёчины. Крис вздрогнула, прижимая к лицу одеяло. Сердце колотилось в ушах от страха: ей казалось, что она подслушивает что-то ужасное, что-то, чего не должна была слышать никогда в жизни. Что-то сродни родительской ругани, когда они спорят ночью в своей спальне о том, с кем ты останешься после развода — и не подозревают, что ты все это время стоишь прямо за дверью.

— Ублюдок, — яростное шипение Эйлы обжигало уши. — До конца дней буду жалеть, что вообще связалась с тобой!

— Пока это лицо оставалось смазливым, ты не о чем не жалела. Что, на шершавом шраме уже не так приятно сидеть?

— Больной. Достойный сын своего ублюдочного папаши.

Крис услышала мелкое дребезжание. Кажется, звенела посуда, оставленная на тумбочке за шторой. Сама штора колыхнулась, будто от внезапного порыва ветра. Но окно в палате было прямо над головой Крис, и сейчас оно было закрыто.

— Уходи,— Киран говорил уже не шепотом, но тихим и низким голосом. Пугающим до мурашек. — Уходи сейчас, Эл.

— Кин…

— Уходи, пока тебе не пришлось регистрировать долбаный отчёт!

Гневный стук каблуков. Щёлканье ручки. Эйла громко захлопнула дверь — и Крис тихонько выдохнула, ощущая, как вместе с кураторшей исчезало напряжение. Воздух будто стал чище.

Наконец исчез этот проклятый запах сирени.

Штора перед ее кроватью резко отдернулась.

— Крис? Прости, я… Я разбудил тебя. Ты в порядке?

Она протёрла глаза, делая вид, что только проснулась.

Киран выглядел так жалко. Таким растерянным и опустошенным она не видела его никогда. Крис ожидала увидеть на его лице злость или хотя бы обиду — но только не это безжизненное отчаяние. Ей вдруг так сильно захотелось помочь ему. Протянуть руку, погладить его — совсем легонько, просто чтобы безмолвно сказать: “Я рядом”. Но вместо этого Крис скривилась, съедаемая резким приступом боли.

Тело выгнулось само собой, и она тихо завыла сквозь сжатые зубы.

— Проклятье! Какого чёрта так больно?!

— Препарат перестает действовать. Не дергайся, Крис, прошу тебя. Тебе нельзя. У тебя весь таз переломан.

Рядом защелкало. Это Киран беспорядочно нажимал на кнопку вызова медперсонала.

— Легко тебе говорить, — прохныкала Крис, сжимая в кулаках одеяло. — Ты и доли такой боли не испытал!

Киран смотрел на нее внимательно и серьезно.

— Аааааа! Проклятье! — больше не в силах сдерживаться, она заорала во весь голос.

— Да есть в этой клинике хоть одна живая душа? — Киран раздражённо ударил по кнопке ещё раз. — Ладно. Потерпи, Инри. Я сейчас кого-нибудь приведу.

Но она успела схватить его за пальцы прежде, чем он развернулся к двери.

— Нет… Киран! Прошу тебя! Не уходи!

Глава 19. Исцеление

Когда доза обезболивающего наконец подействовала, Крис долго лежала молча, смотря в потолок, и сглатывала слезы. Ширма была отдернута. Киран сидел напротив на своей койке и смотрел на Крис с той отвратительной смесью сожаления, раскаяния и тревоги, которой смотрят, наверное, разве что на смертельно больных котят, наблюдая за их последними страданиями.

Жалкая. Какая же она жалкая.

Была бы покрепче, справилась бы и с двумя щитами! И почему она защитила только его? Дура.

Крис восстановила в памяти обрывки того дня. Как она смотрела на Кирана, когда он был в оболочке Астеля. Как он улыбался ей и шутил. Как за ними гналась машина, и как Крис подумала тогда: если они и вправду хотят причинить вред, то им нужна не она. Им нужен Астель.

Они едут, чтобы убить Кирана.

Эта мысль снова пронзила ее грудь болезненной судорогой. Да, Крис смертельно испугалась за него тогда. И даже сейчас представить, что она лишилась бы напарника, было невыносимо. Что она выжила бы, в то время, как он… В то время как с ним случилось бы что-то плохое.

Нет, хорошо, что он в порядке. Он раздражает, бывает полным придурком и говорит мерзости, но Крис не переживет, если его не станет. Ведь она обязана его прикрывать. И случись с ним беда, это станет для нее клеймом на всю жизнь.

Никчемная, бесполезная Инри — вот, кем она тогда станет. Если она хочет построить карьеру защитницы, промашек допускать нельзя.

— Что тогда… Что с нами случилось? — наконец спросила она, поворачивая голову. Киран выдохнул так облегченно, словно очень долго ждал, замерев, когда она наконец заговорит.

— Что ты помнишь?

— Всё. Как нас догнала та машина, как в нас попал Пульсар…

— Это был не Пульсар.

— А что?

Киран пожал плечами, поднимаясь на ноги. Подошёл к ее кровати и открыл окно над ее головой.

— Я не знаю. Никто пока не знает. Характер разрушения… Весьма нестандартный.

— Какой-то новый крос?

Снова пожал плечами.

— С Астелем… С ним все в порядке?

—Этотебя сейчас волнует, Инри?

Губы сжались, брови низко опустились, взгляд потемнел. В блеклом глазу замерцали знакомые огоньки. Серьезно? Он злится? Разве она спрашивала что-то неправильное или неприличное? Они же, в конце концов, были защитниками Астеля! Разве не логично беспокоиться о нем?!

Киран смотрел на нее сверху вниз ещё несколько секунд, но затем быстро отвернулся и пошел к своей койке.

— С ним все в порядке, — бесцветным голосом сообщил он, усаживаясь на край. — Никаких попыток покушения. Никаких странностей на вечере. Все гладко. Нападавшие были уверены, что я — настоящий Астель.

Крис покусала пересохшие губы.

— Сначала ведь мы должны были поехать на вечер. Астель… и вправду мог быть вместо нас.

Киран промолчал, угрюмо уставившись в пустоту.

— Это был кто-то, кто знал о планах Астеля… — задумчиво пробормотала Крис. — Но знали только мы, Рэд, и…

Ее взгляд столкнулся с хмурым взглядом напарника.

— Нет, Крис.

— Киран… Она же знала, что Астель едет на фотосессию, а мы — на вечер. Но не знала, что мы поменяли план…

— Не приплетай ее сюда. Она ни при чем!

— Почему? — Крис повысила голос. Ее выводило из себя, что Киран, даже будучи брошенным и униженным, так ревностно защищает свою чертову кураторшу. Ну и что он скажет? Что она ангел во плоти и ее руки девственно чисты?

— Она куратор. Ты понимаешь, что это значит?

Крис не ответила. Смотрела на него пристально и выжидательно.

Киран вздохнул, качая головой.

— Кураторы напрямую подчиняются Собакам. Эл скорее сдохнет, чем пойдет против них. Вредить Астелю, которого Собаки доят, как плодовитую корову, все равно, что стрелять себе в ногу! Какой в этом всем смысл?

— Собаки, — фыркнула Крис. — Может, у нее есть мотивы, которые идут вразрез с их интересами? И что тогда?

— Тогда она выберет Собак. Всегда выбирает их. Она слишком предана.

— Да неужели?

Они несколько секунд молчали, хмуро глядя друг на друга. Спор зашёл в тупик. Киран никогда даже близко не подпустит мысль, что его драгоценная кураторша причастна к чему-то плохому.

Крис отвернула голову. Ну и пусть! Пусть думает, что хочет. Тогда он ей не помощник. Она сама раскопает и причины, и мотивы! И вообще, подкинет эту мысль детективам, когда они приедут их допросить. Киран наверняка будет в ярости, но Крис испытывала даже злорадное удовлетворение, представляя, как он будет взбешён.

— Это нелепо. Она Вэлли, Крис, — проговорил он тихо примирительным тоном, делая последнюю попытку объясниться.

— Значит, она работает не одна, — отрезала Крис.

Он вздохнул. Запустил пятерню в волосы и уставился в пол.

— Давай оставим этот разговор, Инри. Это полная бессмыслица.

— Да. Я устала, — пробормотала она, уставившись в стену. — Выключи свет, Кин. Я хочу спать.

***

Вспышка неслась прямо за ними. Она видела отблески света впереди себя, видела, как они расцвечивали убегающие вдаль стены — и, в конце концов, осветили тупик. Тупик! Крис прижалась к ледяной стене, с ужасом оборачиваясь. Стена казалась металлической на ощупь. Металлической и… острой. Словно тысячи мелких игл впивались в пальцы.

— Отойди, Инри, — Киран заслонил ее собой. Свет надвигался, грозясь вот-вот поглотить их.

— Я создам щит, — дрожащим голосом бормотала она. — Я защищу тебя. Я смогу.

Она пыталась призвать Ри. Но сила не откликалась в теле. Мышцы онемели, и она даже не могла заставить себя скрестить пальцы.

— Ты слишком слабая. Ты не справишься, — Киран обернулся, и лицо его было полно отчаяния. — Тебе нельзя было сюда приходить.

— Нет. Нет, я смогу! Отойди! Киран!

Но в теле тишина. Ее заколотило от жуткого предчувствия. Свет был совсем рядом, а Киран зачем-то делал лишь шаги вперёд, навстречу тому, что спешило их поглотить.

Поглотить его.

Широко разведя руки, будто расправлял крылья, он закинул голову назад, отдаваясь серебряной вспышке.

— Киран! Киран, нет! Нет! Не смей!

Она пыталась вырваться вперёд, но ноги превратились в труху. Она больше не чувствовала их. Их больше не было.

— О, Святые… нет…

Упала. Но даже здесь, лёжа среди гор металла и вонючего пластика, прекрасно видела, как вспышка достигает Кирана — но вместо того, чтобы его поглотить, проникает в него, прорезает насквозь.

— Киран! Киран, Святые! Нет! Нет, прошу тебя, нет! Ты не можешь… Ты не бросишь меня здесь! Киран! Прошу…

Она тащилась по обломкам и грязи, сдирая кожу. Тело Кирана было здесь, совсем рядом — бездыханное, но ещё теплое. Пальцы утонули в липкой крови.

— Киран!

Она закричала чтоесть мочи, физически ощущая, как разрывается сердце. Эта боль не была похожа ни на что. Ей не доводилось испытывать такого прежде. Не с чем было сравнить.

Боль. Оглушающая. Опустошающая. Уничтожающая.

Сметающая все, что когда-то было важно.

Он мертв. Мертв, мертв, мертв!

Осознание этого стучало в висках беспардонным барабаном.

Ее крик превратился в хрип, и она всхлипнула, наконец сжав в руке его ещё теплую руку.

— Ты не можешь… оставить… меня. Я тебя ненавижу. Ненавижу, сукин ты сын! Так не поступают напарники! Ты предатель! Киран! Проснись, я прошу тебя... Проснись! Проснись!

— Проснись, Инри.

Она с резким вздохом открыла глаза.

Схватила его за руку, все ещё плача, и запоздало осознала, что слышит его.

Его голос.

Он здесь.

— Киран!

Ударила его в грудь, прерывисто дыша. Лицо было мокрым от слез.Рубашка промокла насквозь и противно прилипла к телу.

— Ненавижу… тебя… Ненавижу!

— Я знаю. Ты говорила это уже тысячу раз, Инри.

Вдох. Выдох. Вдох.

Не хватает воздуха.

Он умостился рядом на узкой койке — совсем на краю, осторожно, чтобы не касаться её повреждённых бедер. Но его руки мягко обвивали её голову и плечи, прижимая к себе. Она чувствовала, как движется его грудная клетка, слышала, как он дышит. И вдруг поняла, что наконец тоже может спокойно дышать.

Они долго лежали молча. Крис шмыгала носом, не решаясь выпускать из рук его проклятую пижаму, за которую крепко схватилась и так и держала в кулаке. Ощущала, как волосы Кирана касаются ее мокрого лица. Вслушивалась в биение его сердца.

Пахнет так хорошо. Даже сейчас, когда нос был забит и она едва могла распознавать запахи, она все равно слышала апельсиновые нотки в его волосах. И в стерильной больничной палате, где каждый уголок пропитался хлором, это ощущалось, как солнечный свет, чудом пробившийся в темницу без окон.

Святые. Он жив.

Он жив.

Как же хорошо.

— Все ещё хочешь выселить меня в другую палату? — тихо прошептал Киран, наконец осторожно отстраняясь. Крис нехотя выпустила его пижаму из рук.

— Это просто кошмары, — шепотом ответила она. — Это… Просто стресс. Скоро пройдет.

Киран неопределенно хмыкнул.

— Ладно, Инри. Как скажешь.

— Киран…

— М?

— Пока… Пока что не уходи.

Он промолчал. Крис плохо видела его лицо в темноте, и было сложно понять, о чем сейчас он думает. Опять смотрит на нее с жалостью? Считает ее жалкой? Слабая. Слабая! Он говорил ей это даже во сне.

Но разве не он сказал сегодня, что она сделала невозможное? Он ведь не приукрашивал ее заслуги, она и вправду сильно постаралась, ведь так? В конце концов, он остался почти невредим!

— Ты мне должен, — прошептала она. — Я спасла тебя. И ты мне должен.

Тихий вздох.

— Я знаю, Инри.

— Поэтому… Я… Я имею право воспользоваться твоей помощью. Это будет справедливо, ведь так?

— Да.

Она облегчённо выдохнула, сжимая его рукав.

— Тогда останься. Только… Только сегодня. Я справлюсь, это все временно… просто… Просто сегодня побудь здесь, пока я сплю.

Он приподнялся, склонившись над ней, и, убрав прилипшие волосы с ее влажного лица, внимательно посмотрел в глаза. Казалось, он вот-вот наклонится ниже и поцелует ее в лоб, совсем как родители целуют приболевших детей.

— Я останусь, Крис. Я буду здесь.

Она хлюпнула носом и умиротворенно закрыла глаза.

— Хорошо.

Помолчала, недолго раздумывая, и тихо зашептала снова:

— Киран… Спасибо.

Он не ответил, только мягко сжал ее руку в своей.

— Нет, не за это, хотя за это тоже. Просто… Я хотела сказать… Я рада, что ты выжил. Если бы с тобой что-то случилось, я больше никогда не смогла бы работать в защите. Инри, которые не умеют защищать… никому не нужны. Не только Астелю. Вообще никому.

— Крис…

— И… Потерять напарника, которого должен защищать, наверное… Это печать на всю жизнь. Я бы… я не знаю. Как ты пережил то покушение? Твой напарник, он…

— Он не слишком пострадал, — Киран помедлил, прежде, чем добавить:

— Не так сильно, как ты.

— Я? — она усмехнулась, открыв глаза и легонько хлопая себя по ноге. Было так странно чувствовать ногу рукой, но при этом не ощущать внизу никакого прикосновения. Ноги до сих пор как будто существовали от нее отдельно.

— Да это ерунда. Всего неделя, и я буду бегать быстрее прежнего, вот увидишь. Неделя! Разве это серьезно?

Киран промолчал, снова сжав ее руку. На этот раз крепче, переплетая ее пальцы со своими. Да, он молчал, но Крис не нужны были слова: она ощутила в этом пожатии все. Тревога. Сожаление. Раскаяние. Печаль.

Этот эмоциональный коктейль обрушился на нее с такой силой, что слезы снова закипели на глазах. Только что этих чувств не было, а теперь они давили такой невыносимой тяжестью! Откуда это? Это… не её чувства!

— Киран, — хрипло пробормотала она, высвобождая свою руку. — Что ты делаешь?

— Что?

— Ты… Ты ведь не пьян?

— Я?...

— Вся эта печаль, это… сожаление. Это твоё?

— Ты… Ты что-то почувствовала?

— Я почувствовала всё.

— Черт… Прости, Инри. Я... Может быть, это побочки от нового лекарства. Джер сказал, что может происходить что-то необычное, но побочки только исследуются.

— Забери это обратно. Не хочу это чувствовать.

— Я не могу, Инри. Я бы хотел, но не могу.

— И что мне с этим делать?

— Просто немного подожди. Это пройдет. Всегда проходит.

Она замолчала, быстро моргая и глядя в потолок. Чувства все ещё бурлили в груди, заставляя слёзы ползти по вискам и щекотно скатываться в уши. Святые, как отвратительно! Как он сам справляется с такой бурей? Откуда в нем столько вины? Столько жалости? Это все… Жалость к ней?

Крис недовольно шмыгнула носом и вдруг хихикнула от внезапно пришедшей в голову мысли.

— Значит, теперь ты тоже крыска?

— М?

— Получается, препарат исследуют прямо на тебе. Подопытная крыска.

— Да. Это смешно, — он вздохнул, устраиваясь рядом с ней поудобней. — Теперь мы на равных.

— Добро пожаловать в крысиный клуб, — шепнула Крис, глупо улыбаясь и прикрывая глаза. Сон снова одолевал ее — но он больше не был тяжёлой свинцовой тучей. На этот раз Крис смогла проспать до утра и больше не видела ни одного кошмара.

***

Когда она проснулась, Киран уже лежал на своей койке, мирно сопя. Так, словно вчерашней ночи и не было вовсе. Может, ей все это приснилось? Тот ужасный кошмар, пробуждение в объятиях Кирана, и его беспомощная тоска, так отчаянно выплескивающаяся наружу… Крис так много и прерывисто спала в последнее время, что и в самом деле начинала путать сон и явь. Поэтому когда в палату вошла Лав, ей сперва показалось, что она снова дремлет, и в этой чудесной дреме видит перед собой такое знакомое, такое родное лицо…

И такое встревоженное!

— Кошечка!

Лав, даже одетая в простые джинсы и белую майку с накинутой поверх рубашкой в клетку, выглядела ослепительно. Даже несмотря на явный недосып — под глазами виднелись темные круги — и в спешке собранные в неряшливую гульку волосы. Как же она хороша! И… как же Крис по ней соскучилась!

— Кошечка, — повторила Лав шепотом, оглядываясь на спящего Кирана. Подтащила поближе к кровати Крис табурет, и, усевшись, схватила Крис за руку. Узкая ладонь ее была теплой и чуть влажной.

— Как ты? Прости, что так долго добиралась! К тебе так долго не пускали, говорили, ты постоянно спишь и…

— Как ты узнала? — Крис сжала ее пальцы, жалея, что не может приподняться и крепко обнять подругу. — Как? Откуда ты здесь?

Лав широко распахнула блестящие изумрудом глаза.

— Ты серьезно? Да про вас день и ночь по телеку крутят! Я как только услышала, что пострадали сопровождающие, сразу стала тебе звонить! А ты была недоступна. Пришлось обзванивать все больницы. Даже парочку моргов.

Она покосилась на койку Кирана, снова сбавляя тон до шёпота.

— Это и есть Киран Кин? Тот самый сотрудник СКБН? — она усмехнулась, припоминая Крис ее обман. — О… Ему серьезно досталось.

Крис недовольно проследила за ее взглядом.

— Досталось? Да он только руку сломал! Тоже мне, страдалец!

— О. Я подумала, этот шрам… — она не договорила, проведя ладонью по своему лицу.

— Нет, — отмахнулась Крис. — Это у него давно. Не знаю, как он умудрился его заработать…

— Тогда у него просто не былонормальнойИнри. Вроде тебя, — Лавли широко улыбнулась, и Крис почувствовала, что краснеет. И почему похвала от нее всегда попадала в самое сердце?

— Хм, — Лав склонила голову набок. — Ощущение, что я его уже где-то видела.

Киран заворочался во сне, и Лав быстро переключилась обратно на Крис.

— Как ты сама? Тебе досталось побольше, а? Тут же хренова туча Вэлли! Они вообще собираются тебя лечить?

Крис снова сжала ее руку.

— Лав. Со мной все будет хорошо.

Крис улыбнулась, а Лавли удручённо покачала головой.

— Но теперь… Теперь-то ты уволишься?

— Шутишь? Я только прошла посвящение, — Крис пошлепала ладошкой по бесчувственной ноге. — Ну, и кто теперь скажет, что я тупенькая фанатка, которая затесалась в сопровождение по ошибке?

Лав тихо засмеялась, но было видно, что она встревожена. Состояние Крис ее явно пугало. Чтобы отвлечь подругу от этих мыслей, Крис быстро перевела тему.

— Как ты? Как отец?

Лав снова бросила короткий взгляд на спящего Кирана и громко зашептала:

— Мы нашли другого адвоката, но пока все не очень радужно.

— Что там?

Лавли вздохнула.

— Семь лет в заключении, либо два года в лабораториях. Такой вот… Выбор без выбора. Если возьмёт на себя ответственность за разрушение, то может выбрать лаборатории, и это, по их мнению, самое мягкое наказание. Что-то вроде условного срока. Но Крис…

— Мягкое?! — почти в полный голос воскликнула Крис, и тут же, опомнившись, повторила шепотом: — Мягкое?! Святые! Лав! Да что за адвоката вы выкопали? Какое-то безумие!

— Я знаю, кошечка, — Лав вздохнула. — Но пока… У нас мало альтернатив.

Крис обеспокоенно вглядывалась в ее понурое лицо, нервно кусая губы.

— Лав, моя мать… Прости, она… Кажется, у меня ничего не вышло.

— Я была к этому готова, — Лавли грустно улыбнулась. — Не переживай. Я что-то придумаю, просто нужно время.

— Подожди. Но ты ведь отказалась от той… работы? — с нажимом спросила Крис. — Ты оттуда ушла?

Она знала, что от прямого вопроса Лав увильнуть не сможет, как бы ни хотела. Она не умела врать, глядя в глаза Крис.

По опущенным уголкам губ и виноватым глазам Крис поняла все и без слов.

— Лав! Ты обещала мне, что уйдешь!

— Прости, кошечка. Пока что действует контракт, и я получу выплаты только когда испытание пройдет полный цикл. Прости. Я не могу… Не могу его просто так разорвать. Иначе все зря, понимаешь?

— Лав! Это опасно! Смертельно опасно, ты понимаешь?

— Да ну? — Лавли склонила голову на бок, уперев руку в бок. — И кто бы мне это говорил!

Они с минуту молча смотрели друг на друга — рассерженные и грозные. Но ни одна не собиралась сдаваться.

Крис останется в сопровождении, и Лав не в силах была ее переубедить. Точно так же и Лавли не бросила бы испытания, попроси об этом Крис хоть тысячу раз. Избавить ее от этой ноши могли только деньги… Большие деньги.

Крис встрепенулась, дёргая Лав за руку.

— Я заплачу за хорошего адвоката. Сколько нужно? Я раздобуду, сколько потребуется, только скажи.

— Крис…

— Сколько, Лав? — она лихорадочно крутила в голове список барахла, которое могла продать. Черт побери, да если надо, она возьмет кредит! Заложит квартиру! Только не грёбаные лаборатории… Только не Лав! Каждый день бояться ещё и за ее жизнь? Крис этого просто не вынесет.

— У меня есть кое-что… От Астеля, — вспомнила она. — Кое-что дорогое. Я могу продать на аукционе, я уверена, это покроет добрую часть расходов. И ещё я…

— Не можешь, — буркнул Киран, приоткрывая глаз. — Технически это тебе не принадлежит.

Лавли вздрогнула и обернулась.

— Что? Ты даже не знаешь, о чем речь! — воскликнула Крис.

— Я знаю, о чем речь. И ты не можешь его продать, — он натянул одеяло до подбородка, устраиваясь в постели поудобнее. — Пока что не можешь.

— Кин, я не собираюсь…

— Так вот зачем тебе была нужна та самая херова туча денег? — он снова лениво приоткрыл глаз, мельком поглядывая то на Крис, то на молчавшую в оцепенении Лавли. — Ты ее получишь. Наша страховка покрывает ЧС с лихвой. Компенсацию скоро зачислят, так что оставь себе свой ненаглядный костюмчик. С него ты все равно много не соберёшь.

— О… — Крис перевела взгляд на Лавли. — Если так, то… Лав!

— Не смей, — нахмурилась Лавли. — Ты не можешь отдать мне эти деньги. Тебе ещё самой нужно восстанавливаться, и…

— Я отдам тебе все. Все, что получу, лишь бы ты разорвала контракт. Лав, пожалуйста! Ну неужели ты думаешь, что я прошу тебя об этом ради шутки?

Лавли вздохнула.

— Крис…Поговорим об этом позже, ладно?

Раздался стук, а затем дверь палаты сразу же распахнулась. На пороге стояли уже знакомые Крис мужчины. Сегодня они были одеты не в классические черные брюки и белые рубашки, а в темно-синюю форму, что напоминала форму полиции, но все же легко отличалась от нее, стоило лишь пробежаться беглым взглядом по опознавательным знакам.

На груди синих рубашек у каждого значилась горделивая белая нашивка с короткой надписью: СКБН.

***

Теперь Крис вполне понимала реакцию Кирана на детективов. После того, как Киран выпал из списка подозреваемых, СКБН словно потеряло весь интерес к следствию: как будто их первоочередной задачей был не розыск настоящего преступника, а обвинение во всех грехах первого попавшегося под руку Нельта. Крис в подробностях описала все, что происходило в тот день, упомянула даже Эйлу, но детективы, лениво черкающие в своих блокнотах, казалось, пропустили этот факт мимо ушей. Как будто подозревать кураторшу в причастности было и вправду абсурдно! Крис злилась. С каждым их глупым вопросом она чувствовала, как каждая клеточка ее тела накаляется так, что казалось, вот-вот под ней загорится постель. Если бы у нее была Нельт, Крис наверняка испепелила бы этих идиотов на месте. И как только Киран сдерживался?

— А в тот момент, когда произошла… вспышка, — детектив Тэйбар, у которого было квадратное лицо и по-птичьи маленькие, глубоко посаженные глаза, задумчиво постучал карандашом по блокноту. И на карандаше, и на блокноте серебристыми значками переливалась символика СКБН. — Вы хорошо помните тот момент? Что в это время делал господин Кин?

Крис до скрежета стиснула зубы. Он это сейчас серьезно?!

— Господин Кин вел автомобиль, — процедила она. — Он не мог ничего сделать, потому что на нем был артефакт Эрру.

— Гмм, — второй детектив, представившийся Альбрином, задумчиво почесал небритый подбородок. — Артефакт Эрру может повредить владельцу, если снять его раньше времени. Именно так и пострадал господин Кин, не так ли?

— Не находите в этом иронии, детективы? — Кин откинулся на подушки, скрещивая пальцы рук и перекидывая ногу на ногу. — У вас есть целый отдел по расследованию преступлений Нельт, в то время как Эрру со своими способностями даже не нуждаются в слежке. Хотя сколько можно наворотить дел, превратившись в другого человека? В звезду. Или в президента. Пожалуй, артефактом Эрру можно кого-то и убить, если хорошо постараться.

Детективы проигнорировали его слова. Ещё битый час они обсуждали, мог ли Киран снять браслет и использовать Ри ещё тогда, в машине — но Крис не видела в этом подозрении никакого смысла, ведь маячок Кирана сработал всего один раз, и, очевидно, был связан с тем, что Киран расчищал обломки, которыми их придавило после взрыва. Да и для чего Киран, по их мнению, мог использовать крос сам против себя? Только для того, чтобы отвести подозрения?

— А что насчётнастоящихподозреваемых? — не удержалась она от вопроса, когда СБКН уже собрались уходить. — Вы нашли хоть кого-нибудь? Нашли хотя бы его машину? Мы ведь проезжали под камерами, наверняка была возможность отследить номер!

— Следствие ведётся, госпожа Спаркс, — холодно ответил детектив Тэйбар. — Мы не можем посвятить вас в детали, но будьте уверены, преступник будет наказан.

Крис фыркнула, провожая взглядом их спины. Будет наказан? И почему с таким трудом в это верилось?

— Какой же бред, — простонала она, когда дверь закрылась. — Если Астель всем приносит столько денег, какого черта расследованием занимаются так, будто всем плевать? Словно это не покушение на убийство, а воровство жвачки! Чем занимался господин Кин! Черт возьми, это и в самом все, что их интересует?

Киран улыбался так снисходительно, словно она была незадачливой младшеклашкой, которая только-только открыла для себя правила умножения.

— Я же говорил, их волнуют только отчёты. Наверняка они после этого разговора заполнят столько бумажек, что им даже премию выпишут.

— Чертовщина. Поверить не могу, что СКБН, такая большая структура, может работатьвоттак!

— Добро пожаловать в реальный мир, Инри. Преступник скорее умрет от старости, чем его найдут. А покушения продолжатся, и… Крис. Ты действительно не собираешься отступать?

Крис захлопала глазами.

— Почему это я должна захотеть отступить?

Киран сел, задумчиво почесал в затылке, пожал плечами.

— Потому что это…

— Опасно? Хватит, Киран. Почему все держат меня за полную дуру? Будто я какой-то ребенок и совсем не понимаю, что делаю! Я спасла тебя. Спасла! Сам говорил, сделала почти невозможное. Мог бы хоть немного проявить уважения, хотя бы из благодарности? “О, спасибо, Крис! Ты такая крутая защитница, Крис! Нам не хватает побольше таких людей, как ты, Крис!”

Киран улыбнулся лишь уголком рта, отводя взгляд.

— Ты заслуживаешь этих слов. Я ни на секунду не пытаюсь оспорить твою крутость, Инри. Но…

— Но? — она вздохнула. — А, ну да, всегда есть какое-то “но”!

— Ладно. Ты права. Это только твое решение, и не мне его осуждать.

— Вот именно. Не тебе, — она обиженно отвернула голову к стене, надув губы.

— Инри.

Она молчала, все ещё прокручивая в голове его слова. “Ты действительно не собираешься отступать?” Да о чем он думал? Что она сдается после первой же серьезной стычки? Ну да, дурочка-фанатка пришла же в сопровождение за трусами Астеля!

— Инри, — снова позвал Киран. — Зачем вам понадобился адвокат?

— Не твое дело.

— Моя сестра — адвокат. Не хочу хвастаться, но у нее девяносто два процента выигранных дел, а с нынешней судебной системой это очень хорошая статистика.Очень. Очень хорошая статистика.

Крис встрепенулась, поворачиваясь в сторону Кирана.

— Что? Ты… серьезно? У нее частная практика?

— Она государственный защитник. Надеюсь это тебя не отпугнёт?

Крис растерянно моргала. Бесплатный адвокат? Бесплатный адвокат в деле, где обвинялся Нельт… Это звучало все равно что бросить утопающему зубочистку вместо спасательного круга.

— Она специализируется на делах, связанных с обвинением Нельтов, — Киран как будто прочитал ее мысли. — И помогает сразу нескольким некоммерческим организациям, борющимся за права ЧеВГИ. Как понимаешь, дел у нее по горло, но если ваша история покажется ей вопиющей несправедливостью, она не сможет пройти мимо.

— О, — выдохнула Крис. — О! Киран, в самом деле? Такая статистика в делах Нельтов, это…

— Невероятно, — с гордой улыбкой кивнул Киран. — Я знаю.

— Она и вправду сможет помочь? Киран, я заплачу! Сколько нужно и даже больше! Я… Святые, я бы очень хотела, чтобы она взялась за это!

— Не хочу обещать, Инри. Я же сказал, обычно она очень занята. Но я попробую с ней связаться. Только знаешь… Если дело выгорит…

— Что угодно, Киран, — простонала Крис, зажимая кнопку вызова медсестры. Боль проснулась очень некстати. — Если она поможет Лав, я сделаю для тебя все. Все, что угодно!...

***

Вся новостная лента была забита покушением на них. Крис морщилась, пролистывая фотографии: вид ошметков, в которые превратилась машина, каждый раз заставлял ее слишком отчетливо вспоминать тот день. Ей казалось, что она почти наяву ощущает запах бензина, дыма и горелого пластика.

Их с Кираном фотографий не было. Везде упоминались только безымянные сотрудники сопровождения. Но каким-то образом родня Кирана сразу вычислила, кто был одним из этих сотрудников: с самых первых дней его телефон разрывался от звонков матери и сестер. Крис ничего не спрашивала, но слышала громкие встревоженные женские голоса в трубке, и по тону Кирана понимала, что эти женщины были ему очень близки. Судя по всему, они то и дело порывались приехать, чтобы его навестить, но Киран отнекивался, убеждая, что находится в какой-то особо охраняемой клинике со строгим режимом посещений.

Крис с тоской смотрела на свой новенький телефон, который принес ей Джер — старый остался на месте аварии, да и вряд ли ее пережил. Кроме звонков и сообщений от Лав Крис не получала ничего: мать знала новый номер, Крис сама написала ей, но в ответ та прислала только пару натянутых фраз с пожеланиями скорейшего выздоровления, и, таким образом выполнив свой долг, казалось, вовсе забыла о существовании Крис.

Но, по крайней мере, о ней помнили коллеги. Крис не так хорошо успела их узнать и понимала, что все их цветы, вкусности, теплые слова — переданные, конечно, через Кирана — были скорее актом вежливости, чем настоящей дружеской поддержкой, но даже эти крохи внимания всё-таки были безумно приятными. Армони даже передала Крис новенький скетчбук и карандаши. Крис не помнила, чтобы рассказывала Армони о том, что любит рисовать, но радость от настолько милого, по-настоящему персонального жеста, заставила ее забыть обо всем и не задавать вопросов.

Исцеление двигалось полным ходом — совсем скоро она уже могла полулежать, почти что сидеть, установив механизм кровати в особое положение. А значит, можно было рисовать, чем она и занималась почти все свободное время. Шуршание карандаша по бумаге так умиротворяло, что ни воспоминания о случившемся, ни проблемы Лав, ни мысли о матери не занимали ее в процессе: только приятная, чуть шероховатая текстура бумаги, только мягкие линии, появляющиеся из-под ее рук, только спокойствие и уверенная сила, что неизбежно рождается из многолетней привычки. В такие моменты Киран не лез посмотреть и не занимал ее глупыми разговорами — только надевал наушники и смотрел что-то в телефоне, за что Крис была ему очень благодарна.

Через два дня после детективов в палату заглянул Рэд. Тогда это был Господин Рэд. Крис была уверена, что этот приземистый и лысоватый мужчина — это и есть настоящий облик менеджера. Очень уж аутентично сочетались его движения, мимика и приказной тон с этой внешностью. Хотя и серьга в ухе, безусловно, серьезно выбивалась из общего строя.

— Снимай свою повязку, симулянт, — Рэд, сидевший на табурете между кроватями, почти не отрывался от своего планшета с без конца всплывающими уведомлениями. Стоял солнечный день, и его серьга блестела в ярких лучах, переливаясь голубоватым серебром. — Я только что от твоего врача и знаю, что всё прекрасно срослось уже на третий день.

— Вообще-то я пострадал очень серьезно, — Киран обиженно прижал перевязанную руку к груди. — Только, видишь ли, если раны не видно снаружи, никто не станет тебя жалеть.

— Вот об этом я и хотел поговорить, — Рэд отложил планшет и серьезно посмотрел на Кирана. — О том, что не видно снаружи.

— О, нет, — Киран закатил глаза, застонав. — Я же не всерьез, Рэд!

— Всерьез или не всерьез, — тоном, не принимающим возражений, ответил менеджер, — А Нельт с проблемами с башкой мне в команде не нужен. Я уже поговорил с врачами, так что тебе на днях подберут психотерапевта.

— Зачем? Рэд! Мы же уже все это проходили! Они не могут просто… Не знаю, отметить, что я уже проходил этот курс?

— В этот раз все было иначе. Едва не убили тебя, Кин. Я не доктор, но даже я понимаю, что тебе нельзя возвращаться к работе просто так.

— Спасибо за заботу, — кисло улыбнулся Киран. — Но я в порядке. Может, пусть специалист поговорит с тем, кто действительно пострадал?

Они оба посмотрели на Крис. Крис отложила карандаш, что вертела в руках, и растерянно встретила взгляд Рэда.

— С ней тоже проведут работу. Не беспокойся об этом. Но я не сомневаюсь, что она примет эту помощь, Кин. Дисциплина Спаркс не вызывает вопросов, в отличие от твоей.

Киран снова закатил глаза.

— Можно, это будет хотя бы Мэг?

— Пусть это будет хоть Ингмар, восставший из мертвых, Кин. Мне все равно. Главное, чтобы ты прошел этот курс. Ты меня услышал?

— Да, капитан, — уныло отозвался Киран.

— Я… Я тоже в порядке, — пробормотала Крис, отводя взгляд. — Я просто выполняла свою работу. Не думаю, что это было… Чем-то особенным для члена сопровождения.

— Берешь плохой пример, Спаркс, — Рэд нахмурил тяжёлые брови. — Похоже, что я раздаю советы? Это приказ. Мои приказы подлежат обсуждению?

— Нет, — Крис удручённо помотала головой.

— Вы оба, — Рэд упер руку в бок, отодвинув полу коричневого пиджака. — Если вы намерены вернуться на свои места…

— Намерены, — в один голос ответили Киран и Крис. Рэд усмехнулся, потирая серьгу.

— Отличный настрой. Буду рад видеть вас снова в рядах группы Астеля. Через… — он снова бросил взгляд на планшет, что-то щёлкнув на экране. — Через три недели.

— Три недели?! — Крис неловко потянулась вперед, и ей тут же показалось, что в бедрах что-то подозрительно хрустнуло. Снова откинулась на подушки, ощущая, как подступает боль.

— А ты торопишься, Спаркс? — Рэд недоуменно выгнул бровь. — Хочешь вернуться на работу в коляске?

— Нет. Нет, но…

— Никаких “но”. Все условия прописаны в вашем договоре, и меня выпорет комитет, если я позволю вернуться вам хоть на день раньше. Ранение есть ранение, — он перевел тяжёлый взгляд на Кирана. — Даже если оно не серьезное.

Когда Рэд ушел, а подоспевшая медсестра поменяла капельницу с обезболивающим, Киран, упав на кровать и уставившись в телефон, спросил Крис как бы между делом:

— Ну, и какие планы на отпуск?

— А?

— Три недели. Что станешь делать? Только не говори, что восстанавливаться. Джер сказал, все движется хорошо, так что бегать ты будешь уже дня через два.

— У меня там что-то хрустнуло, — пожаловалась Крис, легонько стуча по бедру ладошкой. — Как-то тяжеловато верится, что из вот этого… Я снова превращусь в прежнюю Крис.

Киран перевел на нее взгляд.

— Да уж, Рэд был прав насчёт мозгоправа. Разочарование, неуверенность в себе, кошмары. Чую надвигающуюся депрессию.

— Да нет у меня никакой депрессии! — она вскинула руки и расстроенно уронила их на одеяло. — Просто… Не знаю. Я не знаю, что я стану делать чёртовы три недели. У Лав проблемы, ей сейчас не до меня, мать все ещё за океаном, а я…

Она замолчала, глядя в потолок и задумчиво кусая губы. Какой жалкой, должно быть, она сейчас выглядела! Киран наверняка поедет к семье, увидеть всех и показать, что он жив и здоров. Наверняка вместе с родными будет праздновать Фриверан. Праздновать нормально, в кругу самых любимых, понимающих людей. Есть ароматные пироги, смеяться, играть и петь. Что ещё делают нормальные семьи на Фриверан? Уж точно не превращают его в напыщенный фарс, отводя половину вечера под бессмысленные светские разговоры, а вторую — под унизительное подобие смотрин.

Нет, у него все будет нормально. Киран, как бы ему не приходилось сложно из-за проблем с маячком, все же был зацелован судьбой. Семья заботилась о нем. Они помнили о его существовании. Волновались за него.

Очевидно, они его любили.

Крис сжала в кулаках одеяло, ощутив в груди такое тяжёлое напряжение, что уж лучше бы снова вернулась физическая боль. Вот бы было ещё лекарство, которое могло бы унять эти фантомные боли в сердце!

— Поедем со мной, — голос Кирана вывел ее из раздумий, и она почувствовала себя так, словно резко вынырнула из болота с грязной вонючей водой.

— А?

— Поехали со мной, раз за тобой все равно некому присматривать.

— Это пройдёт. Нет нужды. Тем более, у меня будет психотерапевт, и…

— Я уже проходил это, — снисходительно ответил Киран, касаясь пальцами шрама. — Кошмары. Панические атаки. Поверь мне, терапия очень слабо работает, если рядом нет кого-то, на кого можно положиться.

Крис смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Он цокнул языком, закатывая глаза.

— Говорю не из сожаления, Крис, и не из-за того, что считаю тебя слабой. Я все ещё твой напарник, и, смею тебе напомнить, я все ещё отвечаю за тебя.

— С каких это пор ты за меня отвечаешь?

— С самого начала. Забыла, как ты попала сюда?

Крис фыркнула и обиженно выпятила нижнюю губу.

— Я прошла твой тест на концерте. Разве теперь мы не на равных?

— Я все ещё старше. Наша группа называется группой Кирана, если что, — он постучал по телефону, где Крис даже издалека смогла разглядеть цветастое оформление их рабочего приложения. — И, в конце концов, Ханна обещала приехать домой к праздникам. Разве не хочешь поговорить с ней? Я думаю, у тебя будет куда больше шансов убедить ее, если расскажешь ей все лично. Ставлю десятку, глядя в такие оленьи глаза она просто не сможет остаться равнодушной. Такая она, знаешь… Кажется жёсткой, но это только профессиональная маска. Побочный эффект. В душе она очень, очень впечатлительная.

— Ханна?...

— Моя старшая сестра. Та, что правозащитница.

— О, — встрепенулась Крис. — О…!

Киран, увидев ее реакцию, довольно улыбнулся.

Так, когда неделя, отведенная на исцеление Крис, подошла к концу, все было решено.

Глава 20. Дом, милый дом

День выдался теплый и солнечный. Крис довольно щурилась, тихонько подпевая навязчивому ритму Астелевской песни, что крутили по радио, и то и дело высовывала ладошку в окно, ловя последние касания августовского ветра. Они выехали ещё на рассвете — Крис все равно не могла нормально спать, переполняемая и радостным, и тревожным предчувствием одновременно, и ходила по палате кругами, раздражая Кирана до безумия. Так что, когда они выехали, Киран, без конца зевая, пообещал, что домой они доберутся даже раньше, чем свечереет. С его слов, путь был неблизким, но предстоящая дорога вовсе не представлялась Крис чем-то утомительным. Трепещущая радость в груди, смешанная со сладковато-горьким предвкушением, не объяснялась логически: все это напоминало чувства перед концертом, перед тем, как она увидит горячо обожаемого кумира, услышит его волшебный голос вживую, будет стоять так близко, что почти что сможет его коснуться... Но сейчас она просто ехала в гости к семье своего напарника. Она не знала этих людей, а они не знали ее. Она даже не представляла, как именно ее встретят. Но тогда почему же сердце делало восторженные кульбиты, как только она думала о том, что проведет в доме семьи Кин целый остаток лета?

—Только мы были, уже, наверное, выше небес и богов,— промурлыкала Крис себе под нос. —Мы были выше звёзд… Там, где кончалась ночь!

— Не надоело ещё? — поморщился Киран, опуская солнцезащитный козырек. Крис окинула напарника недовольным взглядом. На нем впервые за долгое время — исключая, конечно, больничную пижаму — была одежда без эмблемы Астеля: черные прямые джинсы, знакомые вытертые белые кроссовки и черная футболка, тесно обтягивающая широкую грудь. Темно-серая рубашка в клетку, что он надел утром, сейчас была скинута с плеч и сбилась, примявшись, между его спиной и спинкой сиденья.

Киран не глядя щёлкнул кнопку на панели, переключая волну.

— В связи с расследованием покушения на Галара Астеля также приобрело новые обороты дело группы компаний Ратс, куда, напомню, также входит сервис анонимной доставки Ратс Деливери. Согласно нашим источникам, этот сервис был ранее использован злоумышленниками, чтобы отправить Галару опасный подарок — игрушку с артефактом, заряженным Нельт. Артефакт удалось обезвредить и обошлось без пострадавших, однако у Службы Контроля Безопасности Населения возникли вопросы не только к качеству проверки посылок в самом сервисе, но и к обеспечению анонимности отправителей. В рамках расследования СКБН потребовала сервис предоставить всю информацию об отправителях, использовавших сервис — под информацией подразумевается не только анкета, доступная только для внутренних нужд Ратс Деливери, но и записи с камер видеонаблюдения. Пользователи, чья анонимность оказалась под угрозой, остались от такого решения не в восторге. Источники, близкие к руководству Ратс, сообщают, что почта сервиса завалена угрозами: если компания согласится на требования СКБН, ее ждут многомиллионные иски. Руководство намерено выступить в суде и оспорить требования, предъявленные СКБН. В свете предстоящих выборов, где партиями особо остро обсуждается вопрос политики СКБН и проблем, связанных с Нельтами, не только ситуация с Ратс Деливери, но и ряд других покушений сейчас находятся под пристальным вниманием всего Анфелима.

— Ммм, — потянул Киран, отхлебывая минералку. — Анонимность. Как мило.

— Разве они не обязаны предоставить данные в СКБН по первому же писку? — недоуменно покачала головой Крис. — Как чья-то анонимность может быть превыше безопасности?

Киран, не отвлекаясь от дороги, вернул бутылку в ее руки.

— Да тебе бы в Собаки податься, милая. Говоришь точь-в-точь по методичке.

Он похлопал себя по плечу, прикрытому футболкой. Крис помнила, что именно в этом месте под его кожу был вживлен отслеживающий чип.

— Вот она, ваша чертова безопасность.

Крис сделала глоток из бутылки, задумчиво глядя на дорогу. Многоэтажки, увешанные билбордами, яркими вывесками и бесконечной сетью проводов за окном уже сменились живописными пейзажами: редкие одноэтажные домики ещё встречались на пути, но все больше дорога уходила в бескрайнюю равнину, укрытую травами, дышащими на ветру, словно это была перекатывающаяся грудь огромного таинственного зверя, дремлющего под полуденным солнцем.

— Хочешь сказать, в этом деле ты на стороне Ратс? По-твоему… Если человек совершил такое… Справедливо его покрывать, просто потому что он имеет право на анонимность?

— Я такого не говорил. Не на стороне я Ратс, они полные придурки. Что стоило нанять опытных ЧеВГИ, чтобы проверить посылки? Наверняка экономили, на чем могли, теперь расхлёбывают свое же дерьмо. Но надо отдать им должное, — он рассмеялся, встряхнув головой, — ребята они дерзкие. Создать что-то анонимное в наше время и искренне верить, что такой бизнес не лопнет при первом же конфликте с Собаками? Очень амбициозно.

— И всё-таки, когда Ратс сдадутся, — пробормотала Крис, — Преступник наконец будет пойман.

Киран фыркнул.

— По-твоему, ему так сложно было сделать это через третьи руки? Ну раскроют они личность отправителя, окажется какой-нибудь бездомный, которому заплатили десятку. Что дальше?

— Они никак не отреагировали на то, что я сказала. Про Эйлу. Как будто это совсем не важно.

— Ты опять за свое.

— А ты опять ее защищаешь.

— Да.

— Потому что любишь ее.

— Потому что знаю её.

Они замолчали. Крис отвернулась к окну, снова вытягивая ладошку и подставляя пальцы приветливому солнцу. В салон врывались свежие ароматы незнакомых ей трав. Радость от предстоящей встречи с семьёй Кин все ещё не улетучилась, но теперь к ней неприятно примешивалось смутное, темное предчувствие, определенно связанное с образом Эйлы. Крис пыталась выбросить ее из головы, перестать думать о покушении, о расследовании, о Ратс Деливери — обо всем, что связано с работой. Но даже когда Киран снова переключил радио, и до ее ушей донёсся знакомый переливчатый голос, она вновь и вновь мыслями возвращалась в тот день, когда Киран был в образе Астеля, в тот день, когда они оба чуть не погибли. В голове снова возникала Эйла, и все начиналось по кругу.

— Подарки распаковывал ты. Вместо Астеля в машине был ты. Может, убить вообще хотят не Астеля, а тебя?

Он рассмеялся, снова забирая у нее минералку. Замер с бутылкой в руке, повернув горлышком к Крис, чтобы она открутила пробку.

— Очень остроумно, Инри. Злобная бывшая хочет меня убить, чтобы… Чтобы что?

— Не знаю, — мрачно отозвалась Крис, послушно открывая бутылку. — Кто вообще после расставания желает бывшим добра?

Он прыснул, едва удержав воду во рту.

— У тебя явно было не много бывших. Или все были такими ублюдками, что ты каждому желала смерти?

Крис не ответила. Что ей было сказать? Что у нее вообще не было бывших? Это вызвало бы только очередную волну насмешек. Она вырвала из руки Кирана бутылку и сделала несколько больших глотков.

— Инри, видишь ли, — сказал Киран ласковым голосом, будто поучал неразумное дитя. — Не все любовники имеют обычай мстить друг другу за прошлые обиды. Некоторые расстаются друзьями. И это вполне нормально. Что бы ты там не думала об Эл, поверь мне, она не злопамятна. Порой слишком правильна… Но не злопамятна.

— Ммм, — только и смогла выдавить Крис, мрачно глядя в пустоту перед собой. В голове проносились обрывки последнего разговора Кирана с кураторшей, который Крис случайно подслушала в палате.

— Да и с покушением на меня, — Киран усмехнулся, — это ты погорячилась. В Эгитене, когда пострадал Зен, Пульсар был направлен определенно на Астеля. Я это видел, Крис. Если бы кто-то хотел меня убить, то уж поверь, подобраться ко мне ему было бы раз плюнуть. Моя геолокация отслеживается круглосуточно. Перехвати данные моего куратора — и я как на ладони.

— Киран… — пробормотала Крис, машинально закручивая пробку. — В тот день… Ты же отправлял Эйле точку, куда мы должны были поехать? Зачем, если она и так знает, где ты, по твоему чипу?

Киран невозмутимо пожал плечами.

— Потому что у нее были другие дела, и она хотела встретиться с нами сразу в конечной точке, а не отслеживать мои перемещения. Что за глупый вопрос?

— Просто. Странно.

— Почему?

— Если ты отправил ей нашу первую точку, кто-то должен был не просто перехватить эти данные. Он должен был ещё каким-то образом узнать, что Астель тем временем поедет на фотосессию, и узнать и ее место проведения… Чтобы потом, после нашей рокировки, погнаться за якобы Астелем и напасть на нас. Черт… Все это слишком запутано. У меня разболелась голова.

— Включить ещё Астеля? Я могу поискать волну, наверняка крутят где-то ещё. После нового покушения у этого засранца просто пиковая популярность.

— Нет. Выключи все, — она отвернулась к окну, наблюдая, как зелёная равнина начинает перемежаться с редкими пролесками, уже чуть тронутыми оранжевой кисточкой подступающей осени. — Астель… только мешает сосредоточиться.

***

Радостное волнение захватило и Кирана, когда впереди показался дом семьи Кин. Крис заметила это по тому, как изменилось выражение его лица, как нетерпеливо он забарабанил пальцами по рулю, как подался вперёд, выглядывая знакомые очертания. Белый кирпичный дом с панорамными окнами на первом этаже казался просторным и полным света, но самое главное — он выглядел очень живым. Многочисленные клумбы засажены десятками разнообразных растений, всех сортов и оттенков: здесь не было ни намека на композиционные потуги ландшафтного дизайнера — тот, кто занимался растениями, явно делал это по наитию и для души. Низенькие раскидистые яблони, обступающие дом по бокам, клонились к земле под грузом сочных налитых плодов, перед одной из них стояли старенькие качели, а рядом виднелась песочница с детскими игрушками. Игрушки в целом были разбросаны тут и там: пластиковая грузовая машина на ступеньках дома, полицейский робот у подъездной дорожки, плюшевая собака на веранде и кукла, сидящая прямо посреди цветов — лишь малая часть детских богатств, которую заметила Крис, впервые окинув взглядом дом и участок. Было очень легко представить, что вот-вот из дома выбегут дети, схватят игрушки, с весёлыми криками помчался на качели, а взрослые выйдут, чтобы собрать яблоки, и станут время от времени с деланной строгостью наставлять детей, чтобы те были осторожнее, но взгляды и улыбки их будут полны тепла. При взгляде на этот дом сердце сладко щемило. Крис глубоко вдохнула воздух, насыщенный ароматом яблок, и отстегнула ремень безопасности.

— Какого черта он здесь делает? — нахмурился Киран, глуша двигатель. Впереди на подъездной дорожке стояла темно-синяя легковая машина, и судя по взгляду Кирана, это было явно недобрым знаком.

— Кто?

— Куратор моего отца, — прошипел Киран, выходя из машины.

На пороге показалась невысокая полная женщина в вытянутом темно-зеленом кардигане. Она беспокойно заламывала руки и то и дело откидывала с лица короткие прядки сухих, выкрашенных в ярко-алый волос, о чем-то напряженно разговаривая со своим спутником — упитанным мужчиной в строгом черном костюме, сжимающим в руках папку и телефон.

Киран быстро направился к ним, вихрем взлетев по ступенькам. Крис неуверенно пошла следом, озираясь по сторонам.

— Киран! — в голосе женщины отчётливо вибрировала тревога.

— Какого черта он здесь делает?! — вместо приветствия выпалил Киран.

Мужчина в костюме усмехнулся, окинув гостей взглядом, полным равнодушного презрения.

— Ничего страшного, Киран… Все в порядке. Все обошлось, не о чем переживать. Шертен уже уезжает, — женщина взяла ладони Кирана в свои руки.

— Мне нужно сделать ещё несколько фото, — пробасил мужчина в костюме. Но едва он договорил, Киран вырвал ладони из рук матери и разъяренно схватил незнакомца за лацкан пиджака.

— Все в порядке? Если этот ублюдок здесь, то ничего не в порядке! Какого черта, Шертен? Какого черта ты снова делаешь на моем пороге?!

— Держите себя в руках, Кин, — Шертен невозмутимо отцепил его руки, отряхивая пиджак. — Вы прекрасно знаете, что я здесь делаю. Я исполняю свои обязанности, и сейчас мне нужно заполнить отчёт. Так что будьте добры…

— Обязанности?! Твоя обязанность — это следить за тем, чтобы он держался отсюда подальше!

— Условия заключения не запрещают ему видеться с семьёй. Он изъявил желание приехать, чтобы поздравить внучку. Я лишь его сопроводил.

— А! Прости, я забыл! Он же опасен только для других людей, но не для моей семьи, да? Мы же не считаемсяцивилизованнымобществом!

— Киран! — одернула было его мать, но тот был слишком зол, чтобы услышать её оклик. Его взгляд метнулся к машине.

— Где он? Он там?

Шертен кивнул.

Крис стояла поодаль, наблюдая, как Киран, подлетев к машине, принялся тарабанить ладонью по крыше.

— Выходи! — он несколько раз дёрнул дверь — та была закрыта изнутри. — Выходи, я сказал!

— Киран, — вновь позвала его мать. — Оставь его!

— Выходи, или я разобью эту машину к чертям!

Дверь распахнулась, и из машины нехотя вышел ссутулившийся седой мужчина в бежевой рубашке и темных джинсах. Крис мельком взглянула в угрюмое лицо и ахнула, отчётливо узнав в его чертах Кирана. Те же ярко очерченные скулы, упрямый подбородок, вызывающий, острый взгляд карих глаз, те же губы, поджатые в немом приступе гнева. Нет, это не черты лица Кирана отражаются в нем — наоборот, это Киран был полной копией своего отца. Помимо разницы в возрасте их отличало разве что телосложение: отца Кирана вряд ли можно было назвать крепким. Он выглядел слишком худым, пожалуй, даже измученным.

Да, он был бы копией Кирана… Если бы тот постарел лет на тридцать и года два питался бы только водой и сухими корками хлеба.

Крис не расслышала, о чем они говорили. Шертен зашёл в дом, сообщив, что собирается закончитьотчёт, а мать Кирана подозвала Крис к себе, наконец заметив, что её сын приехал не один: она растерянно улыбнулась и рассыпалась в извинениях, говоря очень громко и явно надеясь заглушить собой перепалку Кирана с отцом, что тем временем продолжалась у машины. Крис пришлось сделать над собой усилие, чтобы сосредоточиться на округлом лице этой милой женщины и не оборачиваться назад.

— Ты Крис, да? Прости, что так встретили тебя. В целом у нас все мирно, просто иногда… Ох. Прости за это, дорогая. Не пристало гостям видеть такое.

— Нет-нет, — замахала ладошками Крис. — Не переживайте за это…

— Пойдем в дом, — она бесцеремонно схватила Крис за руку.

— С ними… Они будут в порядке? — Крис неуверенно покосилась на мужчин. Киран стоял перед отцом, опираясь рукой о крышу машины, другую руку уперев в бок. Ноги скрещены в лодыжках. Отец, скрестив руки на груди, смотрел на сына исподлобья и редко и тихо отвечал на быстрые, эмоциональные фразы сына.

Мать Кирана махнула рукой, тяжело вздохнув, и без лишних слов повела гостью в дом.

***

В большой гостиной царил хаос. Крис следовала за своей проводницей, осторожно ступая по паркету, усыпанному фарфоровым крошевом и осколками стекла. Ленты серпантина и разноцветные пятнышки конфетти вокруг опрокинутого стола печально поблескивали в лучах предзакатного солнца, заливавшего комнату. Разбитая посуда. Большое семейное фото на стене в покосившейся раме. Треснувшее стекло старого серванта. Крис растерянно оглядывалась, с ужасом представляя, что произошло здесь накануне.

Шертен снимал комнату на телефон, то и дело присаживаясь, чтобы сделать крупный план каждого из разбитых предметов по отдельности.

— Разве ещё не достаточно? — раздражённо спросила мать Кирана. — Никто не пострадал, Шертен! Запишите уже это в ваш отчёт и езжайте, с благословения праотцев!

— Я просто делаю свою работу, Мариам, — хладнокровно отозвался куратор.

— Если бы вы действительно делали свою работу… — начала было та, но осеклась, словно вспомнив о присутствии Крис. — О, Прости, Крис. Прости за этот беспорядок, и за всё… За всё это. Не так я хотела тебя встретить.

— Всё в порядке, — натянуто улыбнулась Крис, скрывая волнение. Все её мысли сейчас были там, во дворе, рядом с Кираном и его отцом. Два Нельта, плохо контролирующих себя. Два очень злых Нельта. И все… действительно считали, что вполне безопасно оставить этих двоих наедине?

— Нет, не в порядке, — вздохнула Мариам, снова беря Крис за руку. — Я хотела встретить тебя, как следует, дорогая. О, я так хотела… Знаешь, Киран рассказывал, как нелегко тебе пришлось. Как много сил ты потратила, как пострадала, чтобы его спасти. Я просто хотела сказать, как я благодарна тебе, как я благодарна праотцам, что именно такая Инри, как ты, оказалась с ним рядом!

Крис зарделась, смущённо опуская глаза.

— Это моя работа. Любой бы… кто угодно поступил бы так же.

— Нет, не любой, — упорно качала головой Мариам. — Этот мальчишка любит ввязываться в неприятности, и поверь мне, я знаю, о чем говорю. Не каждый готов пожертвовать здоровьем ради такого засранца.

Крис не сдержала смешок.

— Вы слишком строги к нему. Я вовсе не считаю его…

— Здесь закончено, — перебил ее Шертен, и Мариам облегчённо вздохнула.

— Шертен, — она замялась, отводя взгляд и носком тапочка легонько поддевая цветастый осколок. Кажется, когда-то это была кофейная чашка. — Шертен, вы не могли бы… Оказать на него… Ну, знаете. Какое-то влияние? Я понимаю, что у него нет запрета на общение с нами, но… Я могла бы и сама навещать его, если он действительно этого хочет. Ни к чему врываться сюда и устраивать… всё это.

— Боюсь, мои полномочия ограничены правами куратора, Мариам. Я не имею компетенций семейного психолога. Вам следует обсудить все это лично с Иганом. До скорых встреч.

Шертен направился к выходу. Мариам, качая головой, склонилась, собирая в руки особо большие куски — осколки праздничного блюда, фарфорового чайника и нескольких чашек. Крис принялась было ей помогать, но та запротестовала.

— Нет-нет, дорогая! Оставь это. Может, я и не колдунья, но уж бытовая магия мне по плечу.

— Мам? Где девчонки? — Крис вздрогнула, услышав за спиной голос Кирана. Она не отдавала себе в этом отчёт, но в ту секунду ей было страшно обернуться. Выдох облегчения вырвался из груди, когда Крис увидела, что Киран в полном порядке — разве что щеки раскраснелись и взгляд полон тревоги. Святые! По крайней мере, эти Нельты хотя бы не сцепились кросами, хватило благоразумия.

— Они в большом зале, — Мариам отложила осколки, махнув рукой в направлении двери, что сейчас была прикрыта.

— С ними все в порядке?

— Все хорошо. Они играли в комнате всё время.

— Эри опять замучают кошмары.

— Она почти ничего не слышала.

— Почти, — Киран вздохнул, беря мать под руку и осторожно отводя подальше к стене. Крис также отошла, понимая, что он намерен сделать. Он не махал руками и не скрещивал пальцы, но Крис видела, как перед применением силовой волны он быстро, едва заметно сжал и разжал кулак — и ворох осколков, разбитой посуды и стекла лёгким вихрем поднялся и опустился рядом с перевёрнутым столом в аккуратную кучу.

— Я бы и сама справилась, — пробурчала Мариам, упирая руки в бока. — Нечего мне тут! Что, теперь ещё и твоего куратора ждать в гости?

Киран рассмеялся, целуя мать в щеку.

— Это даже не разрушение, мам.

Его взгляд наконец-то упал на Крис, и он вскинул брови, словно только-только вспомнил о ее существовании.

— Да, ты не хочешь нормально представить свою спутницу? — Мариам недовольно затопала тапочком. — Первый раз видит нашу семью, и уже такой хаос!

— Я думал представить её перед всеми. Девочки!

За дверью раздались детские голоса. Мгновение — и она распахнулась, и тут же навстречу Кирану вылетела девочка лет семи: тонкая, кареглазая, с кипой густых русых волос, что знаменем неслись за ее спиной, когда она бежала, широко расставив руки. Ее синий костюмчик в тонкую белую полоску был явно ей не по размеру: казалось, вот-вот, и она запутается в непомерно широких штанинах хлопковых брюк.

— Киан!!!!

— Привет, солнышко! — Киран тут же подхватил её на руки, закружив в объятиях.

— Киран, — ещё один женский голос заставил Крис вновь обернуться. В дверях стояла молодая полная женщина в воздушном темно-синем платье, державшая на руках ещё одного ребенка. Светленькой девочке, наверное, было года три или четыре: Крис не часто доводилось общаться с детьми, и она смутно представляла, как вообще стоило определять их возраст.

Киран, все ещё держа на руках старшую девочку, кивнул в сторону Крис, широко улыбаясь:

— Это моя напарница Крис. Крис, это моя сестра Лекс и ее дочери: Эрина и Кита. Маму зовут Мариам, но, думаю, вы уже успели познакомиться.

Лекс поставила Киту на ноги, и та неловко подошла к Кирану, явно намереваясь схватить его за штанину. Он живо подхватил девочку, и теперь обе племянницы обвивали его шею тоненькими ручонками.

— О…— только и успела проронить Крис.

— И Лакица! — весело выкрикнула Эрина.

Вдалеке послышалось цоканье коготков по паркету.

— А, ну да. И ещё эта бродяга Лакрица.

Из-за ног Лекс вышла большая черная собака, лохматая и тучная. Лениво подошла к Крис, и, обнюхав ее ноги, безразлично пошла дальше.

— Вы всё-таки её забрали, — в тоне Кирана сквозило недовольство.

Лекс рассмеялась, и, подойдя к Крис, крепко ее обняла.

— Я… очень рада… — пробубнила Крис, ощущая, как ее окутывает знакомый аромат нагретого дерева. У Лекс он был более сладковатый и мягкий, и до безумия гармонично сочетался с ее кудрявыми и темными, почти черными волосами, чуть загорелой кожей и глазами цвета беззвёздной ночи.

— Добро пожаловать, Крис, — с улыбкой прошептала Лекс, поглаживая Крис по спине, отчего у той по телу рассыпались сотни мурашек. Когда Лекс отстранилась, Крис едва не расплакалась от обиды. Святые, неужто все в семействе Кин обладали этой странной магией? Стоило Крис только попасть в их объятия, расставаться было так тяжело, словно от нее отнимали кусочек сердца.

Лекс, пристально глядя в её глаза, взяла её руки в свои теплые ладошки.

— Спасибо тебе. Спасибо, что сберегла его.

— Да я не… — она хотела сказать, что не сделала ничего особенного, но осеклась, понимая, как глупо это прозвучит. Для семьи Кин жизнь Кирана наверняка была самым ценным подарком, который могла преподнести Крис.

Она замолчала, чувствуя, как горят щеки.

— Рада, что я… Что мои навыки оказались полезны.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Киран писал, что тебе делали несколько операций.

— Д-да, — отвела взгляд Крис. — Всё уже хорошо! Не переживайте…

— Крис нельзя напрягать спину. Так что не вздумайте нагружать ее домашней работой. Ее Ри ещё не восстановилась, а ещё по ночам ее мучают…

Глаза Лекс расширились, и она крепче сжала ладони Крис.

— Нет-нет! — перебила Кирана Крис. — Это всё мелочи. Это быстро пройдет! Не стоит… Не стоит волноваться!

— Ну что, — Мариам радостно взмахнула руками. — Раз все в сборе, теперь можно устроить настоящий праздник?

Дети, услышав это, радостно завизжали.

Глава 21. Маленькая колдунья

— Это от меня и Крис, — Киран достал из сумки серебристый свёрток с огромным блестящим бантом, и Эрина восторженно запищала. Казалось, не имело ни малейшего значения, что именно лежит внутри свёртка: сам факт того, что ей вручил что-то сам Киран, уже делало ребенка абсолютно счастливым. Крис, сжав ладони меж коленей лодочкой, наблюдала за Кираном, за тем, как он возится с детьми и безусловно, была рада за них, но вместе с тем испытывала невероятную тоску, сладкую и тянущую, сравнимую с той тоской, которую испытываешь, глядя на фотографии близкого человека, которого давно нет рядом, или когда приходится уезжать из места, которое успел полюбить всей душой. Киран был всем для детей. Был всем для своей семьи. Крис никогда не чувствовала подобного в отношении себя, но глядя на семью Кин, сидя рядом с ними за большим праздничным столом, она остро ощущала утрату — утрату той нежной родственной любви, которой у неё никогда и не было.

— Что, помочь? — Киран потянулся было к свёртку, видя, как Эрина безуспешно пытается распаковать подарок. Но девочка ревниво прижала свою добычу к груди.

— А что там?

— Ну открой, и увидишь.

Крис понятия не имела, что у племянницы Кирана сегодня день рождения. Даже не знала, сколько лет ей исполняется — поняла это только по торту, сосчитав на нем шесть розовых свечек. И уж конечно, она знать не знала, что находится в свертке. К подарку она не имела никакого отношения. Наверное, Киран купил его накануне поездки: он-то мог себе позволить часто уходить из клиники, в отличие от Крис, которой ходить дозволили разве только что в последние дни, но и то лишь по дворику и под чутким присмотром.

Эрина заверещала, когда серебристая бумага наконец пала под её напором и обнажила красочный переплет детской книги, что, судя по обложке с котлами, жабами и женщинами в остроконечных шапках, была посвящена магии.

— “Большая энциклопедия магии и волшебства” — прочитала название Лекс, когда Эрина протянула матери книгу, чтобы похвастаться. — Ого!

— Я так ее хотела! — Эри радостно затанцевала, кружась и поднимая книгу высоко над головой. — Спасибо, спасибо, спасибо, тысячу спасибо, Киан!

Киран довольно улыбался, между делом ковыряя вилкой в кусочке торта.

— Ну а как же может колдунья обойтись без настольной книги?

— У Эри уже был первый всплеск, — вдруг тихо сказала Лекс.

Киран замер с вилкой в руке, уставившись на сестру.

— Что?

Лекс кивнула, поджимая губы и отводя взгляд.

— Эри, — Киран притянул к себе племянницу и посадил на колени. — Так ты уже колдунья? Моя маленькая колдунья? И в самом деле?

Эри, сжимая книгу, смущённо закивала.

— О, святые, — Киран прижал девочку крепче, целуя ее в затылок. — В шесть лет… Так рано, кажется, ещё никто…

— Да, — тихо отозвалась Лекс. — И поэтому они уже хотят… Поставить маячок.

Киран побелел. Он снова поцеловал Эри, и, отпустив её, легонько подтолкнул в спину.

— Эри, иди покажи подарок бабушке. Ты же знаешь, она давно мечтает научиться колдовать.

— Павда? — глаза Эри вспыхнули озорными огоньками.

— Конечно правда. Ей будет очень интересно.

Девчонка ускакала в зал, и в гостиной остались только они втроём: Киран, что сидел у самого окна, сидящая по левую руку от него Лекс, и Крис напротив них двоих. Дождавшись, пока Эри скроется за дверью, Киран перевел взгляд на сестру, и та виновато опустила голову.

— Ей слишком рано, Лекс.

— Я знаю.

— Она ещё ребенок, чёрт возьми!

— Я знаю, Киран… Ты думаешь, я этого хочу?

Киран зацепил скатерть, нервно сжимая ткань меж пальцев. Взгляд рассеянно блуждал по столу.

— Ты говорила с Ханной?

Лекс кивнула.

— Она сама связалась с Собаками. Они предложили альтернативу, но я не думаю, что…

— Какую альтернативу, Лекс?

— Другую школу. С особым режимом, как… Как интернат или вроде того. Видите ли, так Эри будет под постоянным присмотром, и это даже лучше, чем назначать ей куратора.

— Это что, детская тюрьма?

— Нет, нет, — Лекс рассеяно собирала со скатерти крошки. — Я смогу ее навещать в любое время, забирать на выходные и каникулы, и всё в общем-то звучит… Звучит не так плохо…

Киран постучал пальцами по столу.

— Но? Всегда есть “но”, Лекс?

Она выдержала долгую паузу, прежде чем ответить.

— Это очень дорого.

— Лекс.

— Нет, Киран. Ты не понимаешь. Очень дорого! Куда больше той суммы, что ты готов был отдать за школу для ЧеВГИ. Даже если вся наша семья будет работать только на одну эту школу, святые… Я не знаю, наберём ли мы хоть на один семестр.

— Лекс, — Киран придвинулся к сестре, беря ее за руку. — Послушай…

— Я позвонила Рену, — перебила его Лекс. При упоминании этого имени взгляд Кирана потемнел. Он вновь отстранился, откинувшись на спинку стула, и Крис заметила в его теле знакомое напряжение.

— Я не хочу больше слышать его имя в этом доме.

— Но он её отец, Киран! Он же должен хоть когда-нибудь взяться за голову и взять наконец на себя ответственность! Я надеялась, что хотя бы новость о маячке… Ох! Святые, — Лекс закрыла лицо ладонями. Киран снова подвинулся, сжимая ее плечо и заставляя посмотреть на себя.

— Лекс. Нам не нужен никакой Рен. Нам не нужен никто. Пусть катится ко всем чертям! У тебя есть я, слышишь? Эри никогда не будет ни в чем нуждаться. И даже не думай, не смей думать о том, чтобы согласиться на маячок!

— Киран… — Лекс смотрела на Кирана блестящими, полными влаги глазами.

— Соглашайся на эту школу. Поняла меня?

— Но…

— Лекс. Разговор окончен.

Лекс вздохнула, но Крис почувствовала в этом вздохе не разочарование, а скорее глубокое облегчение. Киран, поднявшись из-за стола, мягко поцеловал сестру в лоб.

— Крис нужно отдохнуть с дороги. Ты поделишься комнатой?

— Да-да, — Лекс встрепенулась, поднимаясь следом. — Пойдем, Крис, я тебе все покажу!

Но едва они втроём собрались покинуть гостиную, как зачирикал дверной звонок. Киран нахмурился, с немым вопросом посмотрев на сестру.

— Я никого не жду, — растерянно отозвалась она.

— Зато я жду, — Мариам, ведя под руку Эри, несла на плечах Киту, медленно плывя к коридору. — Не одним же вам приводить гостей в этот дом!

***

Это оказалась подруга Мариам со своей дочерью Теллой и младшим сыном, который едва ли был старше Эрины. Дети тут же унеслись играть: Эрина получила в подарок поющего на все лады пластикового робота, так что его нужно было срочно опробовать в деле. Женщины же уселись за стол, весело стрекоча и обсуждая последние новости. Киран и Крис из вежливости остались с ними, тем более что Телла явно жаждала их общества. По крайней мере, с Кирана она просто не сводила глаз. Мариам поставила ещё один стул рядом с сыном, и Телла радостно заняла это место.

У Теллы была большая щербинка меж зубов, густые черные брови, вздёрнутый носик и длинные рыжеватые волосы почти до пояса — она льнула к Кирану так, что ее пряди то и дело ложились на его плечо. Крис, севшая поодаль от них, ерзала на стуле, косясь на гостей. Впервые за все время пребывания в доме Кин она по-настоящему чувствовала себя не в своей тарелке.

— Я видела всё по телеку, — щебетала Телла, пока Мариам болтала с подругой и Лекс о новых сортах цветов. — Просто ужас, что тебе довелось пережить!

— Я не пострадал, — Киран, морщась, вытащил свою руку из цепкой хватки Теллы.

— Была сломана рука, но, как видишь, всё уже в порядке.

— Правда? — глаза Теллы загорелись лихорадочным блеском. Она вновь схватила руку Кирана, пристально разглядывая запястье, словно искала следы повреждений.

— Правда, — Киран снова отстранился. — У меня была сильная защитница.

Он бросил быстрый взгляд на Крис, и ей показалось, что он смотрит на нее с мольбой. Чего он ждал? Что она вмешается в их разговор? Крис закусила губу, принявшись обдирать сухую корочку. Разговор с незнакомцами, святые! Если бы кто-то вздумал создать для Крис персональную пыточную, то она была бы полна малознакомых женщин вроде Теллы.

— Жаль, что меня не было рядом, когда ты получил свой шрам, — выдала она первое, пришедшее на ум, и тут же прикусила язык. Серьезно, Крис? Это то, о чем ты сейчас решила поговорить?

Телла захихикала.

— Но шрам придает ему мужественности, ты не находишь?

Киран отвёл взгляд в сторону, и Крис была готова поспорить — он хотел бы закатить глаза и застонать, но сдерживался изо всех сил.

— Не знаю. По-моему, это просто шрам, — Крис пожала плечами.

— Киран, — Телла вновь вцепилась в руку Кирана короткими ярко-красными коготками. — Ты надолго вернулся? В выходные будет большая ярмарка, не хочешь сходить туда вместе?

— Нет.

— Почему?

— На выходные приедет Ханна. У нас семьёй другие планы.

— Очень жаль. Приедет знаменитая труппа Эрру из Эгитена. Я помню, в детстве тебе очень нравились фокусы!

— Мои вкусы изменились.

— Ну, может, тогда… Просто сходим погулять как-нибудь? Можем взять брата и твоих племянниц…

— В самом деле, Киран, — вставила Мариам, услышав их разговор. — Мы могли бы и отпустить тебя на денёк.

Киран потер лицо ладонью, снова призывно смотря на Крис поверх пальцев.

— Киран, я очень устала, — соврала Крис, стараясь говорить как можно громче.

Лекс, услышав это, поднялась было из-за стола, но Киран жестом остановил ее.

— Не стоит, Лекс.Крис будет спать со мной.

Он произнес это таким бархатным голосом, так пристально глядя Крис в глаза, что та нервно сглотнула, ощущая, как покрывается мурашками. Живот свело спазмом незнакомого страха. Спать с ним? Какого черта он выбрал именно эту формулировку?

Поднявшись, он подошёл к Крис и взял ее за руку, мягко касаясь губами её лба.

— Пойдем, милая.

Она молча поднялась с места, не выпуская его руки. Они попрощались с гостями, с Лекс и с Мариам, и направились к лестнице — Киран шел, по-хозяйски обхватив талию Крис, а перед тем, как ступить на порог, на секунду остановился и подхватил Крис на руки. Она охнула, оказавшись в воздухе, но не успела ничего сказать — в последний раз бросив взгляд на гостиную, она увидела тёмный, ожесточенный взгляд Теллы. Та сидела, сжимая пальцы добела, и вилка в её руках уже начинала гнуться.

Крис почти инстинктивно прижалась к Кирану, прячась за его плечом.

— Тебе не обязательно… Нести меня все время, — прошептала Крис, когда они почти преодолели пролет. — Телла уже не видит.

— Тебе лучше поберечь ноги.

— Не делай из меня инвалида!

Несмотря на протест, Крис не шелохнулась в его руках. Прижиматься к сильному телу Кирана, ощущая его твердые мышцы, было слишком волнительно. Его шея была совсем рядом, в миллиметре от ее губ. Крис ничего не стоило чуть склонить голову, чтобы почти незаметно прижаться к его коже… От этой мысли ее бросило в жар. Святые, и что у нее в голове?

— Прости.

— Весь день благодарите и извиняетесь. Вся семья. Я уже не знаю, куда себя деть.

Он тихо рассмеялся, и Крис замерла, прислушиваясь к этому чарующему звуку. И почему он звучал так по-другому, так по-особенному, когда был к ней так близко?

— Нет, правда, прости, — Киран отпустил её, когда они достигли второго этажа и оказались в коридорчике перед узкой белой дверью. — Прости, что пришлось тебя вот так…

— Все в порядке, — выдохнула Крис. — Иначе она не отстанет, да?

Киран кивнул. На лице извиняющаяся улыбка. Крис, все ещё помня тепло его тела, с трудом заставила себя отвести взгляд.

Он открыл дверь, приглашая войти.

— Это комната Лекс?

— Нет. Моя. Я подумал, так будет лучше. Если снова начнутся кошмары, лучше уж ты разбудишь меня, чем напугаешь Лекс и детей.

Крис вошла внутрь и рассмеялась, уставившись на плакат с лицом Астеля, висевший прямо напротив кровати. Все лицо Галара было сплошь усеяно дротиками.

— О. Теперь я понимаю, о ком говорил Астель, когда сказал, что у него в сопровождении даже есть хейтеры.

Киран скривился.

— О, поверь мне, это не я. Я самый преданный фанат.

Он хотел было снять плакат, но Крис запротестовала.

— Зачем? Оставь! Ты что, думаешь, это оскорбляет мои фанатские чувства?

— А разве нет?

Крис рассмеялась, качая головой.

— И за что ты его так ненавидишь?

— Не ненавижу. Это было давно, — он все же снял дротики и принялся отдирать плакат, не слишком заботясь о его сохранности: лицо Астеля вскоре расчертила рваная линия между глаз. — И это уже не важно.

Крис прошлась по комнате, с любопытством осматриваясь. Обстановка в целом нехитрая — широкая кровать справа от окна, слева в углу высокий платяной шкаф, дальше вдоль стены письменный стол и кресло. Множество полок, заполненных книгами и фигурками персонажей из популярных мультфильмов. Но самое интересное — плакаты. Десятки плакатов. Крис узнавала постеры к нашумевшим блокбастерам и фото актеров, что были популярны лет двадцать назад — многие были с автографами. Здесь же была небольшая коллекция фотографий в одинаковых деревянных рамках: с них улыбались девочки и женщины, среди которых Крис без труда узнала Мариам, Эрину, Киту и Лекс. Ещё здесь была девушка, очень похожая на молодую Мариам, но улыбающаяся той самой ухмылочкой, которая была свойственна одному только Кирану — наверняка это была ещё одна из его сестер. Другая девчонка, совсем ещё подросток, напоминала Кирана чертами лица, но на всех фотографиях хмурилась и прижимала к груди учебники. Самого Кирана не было ни на одной из фотографий. В самом низу висели две покосившиеся пустые рамки, как будто фото из них в спешке вытащили, но так и забыли заменить.

Крис осторожно присела на край кровати, разглядывая эту галерею, пока Киран вытаскивал из шкафа раскладушку.

— Черт.

— М?

— Вещи остались внизу, — он сел на расправленную раскладушку и упер локти в колени.

— Но там Телла, — Крис поморщила нос. — Снова прицепится к тебе, как липучка.

Киран рассмеялся.

— Думаешь, я слишком плохо сыграл?

— Если хочешь сделать вид, что мы воркующие голубки, выдержи паузу хотя бы в десять минут.

— Десять минут? А у тебя невысокие стандарты, Инри. Тебе и вправду не везло с бывшими, а?

— Я просто реалистка, — Крис пожала плечами.

Его плечи снова задрожали от смеха.

— Фанаточка, ты и реальность — это две разные вселенные.

Крис показала ему язык. Киран склонил голову набок, с улыбкой вглядываясь в её лицо, словно надеясь на нем что-то прочитать. Они оба замолчали, не отводя глаз друг от друга, и в наступившей тишине Крис некстати услышала, как громко бьётся ее сердце.

— Я могу надеть что-то твое. Утром разберемся с вещами.

— Уверена? Я все ещё могу выйти на финальный раунд с Теллой.

Крис поежилась.

— Она такая… странная. Она твоя подруга детства?

Киран взъерошил волосы, откидывая непослушные пряди с лица.

— Просто дочь маминой подруги. Я был вынужден с ней общаться.

— Но она, кажется, воспринимает это совсем не так. Она с детства влюблена в тебя?

— С детства? — Киран усмехнулся. — Она стала приходить сюда каждую неделю с тех пор, как я… — он покрутил ладонью у правой стороны лица, — Получил это чудо. До этого она встречалась с парнем, у которого не было руки, а ещё раньше — с парнем без уха. Не находишь закономерности?

— О… Она…

— Ага. Фанатеет по цирку уродов. Мать постоянно радуется, когда Телла приходит. Ведь “ты так нравишься этой девочке, Киран”! Настолько отчаялась, что рада любой возможности впихнуть меня в женские руки. Видимо, уже плевать, если это будут даже руки извращенки.

Крис молчала, перебирая под пальцами простынь.

— Вряд ли она так думает, — наконец сказала она, не глядя в глаза Кирану. — В ее глазах она просто милая девушка… Которой ты нравишься.

Киран фыркнул. Поднялся с места, вновь открывая шкаф.

— Что тебе дать? Мммм… Пижамы твоего размерчика у меня нет.

— Любая футболка подойдёт, — махнула рукой Крис. В нее тут же полетела белая футболка: Крис схватила ее на лету, прежде, чем та оказалась бы у нее на лице. Расправила и посмотрела на принт.

На футболке жирными розовыми буквами, усыпанными блёстками, было написано:

“Твой главный герой”.

Крис с недовольной миной покосилась на Кирана. Он поморщился, закрывая шкаф.

— Без комментариев, Инри.

— Ну да. Разве могла я надеяться на что-то нормальное, — проворчала она.

— Ванная — соседняя дверь по коридору. И не задерживайся, а то я решу, что тебя там схватил припадок!

***

Киран долго ворочался. Спать на раскладушке в своей же комнате было даже немного унизительно — будь Инри в порядке, он бы непременно заставил ее как минимум сыграть кон в “камень, ножницы, бумагу”, чтобы по-честному решить, кто достоин спать на нормальной кровати. Но не сейчас. Инри не была в порядке. Как бы она не отрицала это, чертов безымянный крос не только сломал ее тело, но и надломил что-то внутри. Киран уже сбился со счета, сколько раз ему приходилось просыпаться тогда, в больнице, от ее криков. Она постоянно звала его. Звала так отчаянно, так дико, что он почти возненавидел свое имя.

Повернулся набок и задержал дыхание, вслушиваясь в темноту. Ничего. Только тихое сопение. Киран вздохнул и потянулся к телефону, и с экрана тут же привычно улыбнулась Эйла.

В голове невольно всплыли обрывки их последнего разговора, и Киран поспешил открыть окно чата, только чтобы знакомое лицо исчезло наконец с глаз.

Но и среди последних чатов всплыло ее имя. Киран машинально открыл диалог, и, немного прокрутив вверх, ощутил, как холодеет в груди.

Пятнадцатое августа. День, когда они с Крис попали в аварию. Короткая переписка с Эл начиналась с сообщения, отправленного Кираном: это был график, пересланный ему от Рэда.

Не точка назначения. Не просто адрес. Грёбаный скриншот с расписанием.

Напротив адреса, где проводился благотворительный вечер, указано время и значится черный квадрат. Напротив второго адреса — время и два квадрата: сиреневый и голубой.

“Черная метка — это Астель?” — спрашивала Эйла.

“Это я. Астель с Арм и близняшками”.

Во рту пересохло. Он снова и снова прокручивал диалог, пытаясь понять, какого черта Эл вообще понадобилось уточнять что-то про Астеля. Она ведь собиралась ехать следом за Кираном, разве нет? И какого черта он просто не скинул ей адрес?! Переслал. Весь. Грёбаный. График.

Киран отложил телефон, закрывая ладонями лицо и сдерживая тяжёлый стон. Проклятье! Да Инри всадит в него завтра столовый нож, когда узнает, как он облажался!

Если узнает.

Нет, ей ни к чему… Зачем ей об этом знать? Снова взял телефон. Сообщение отправлено на запасной номер Эйлы, тот, который с ее слов, не мог проверяться Собаками. Основная сим-карта была в телефоне, в котором хранилось куча рабочих данных. Киран знал, что этот телефон оберегался, как зеница ока, одних только паролей на разблокировке было штук семь. Получи какой-нибудь проходимец доступ к этому смартфону, достать из него информацию без ведома Эйлы было почти нереально. Но вот второй… Второй телефон, на который Киран по привычке писал Эл по делу и без дела… Телефон, на который он отправил проклятый график… Эл почти не заботилась о том, чтобы хоть что-то на нем шифровать.

Заблокировал экран, пряча телефон под подушку и переворачиваясь на спину. Поморгал, уставившись в темноту. Нет, он всё-таки прав, Эйла здесь ни при чем. Кто-то мог взять ее телефон, или заразить его каким-то вирусом, или как-то ещё получить доступ к их переписке… Но только не сама Эл. У нее не было причин. Ни одной гребаной причины.

Крис не нужно об этом знать.

Когда они вернутся в Анфелим, Киран сам во всем разберётся.

— Киран! Ки…ран!!!

Подскочил, на ходу включая ночник. Инри билась пойманной бабочкой, путаясь в одеяле, сминая промокшую от пота простыню.

— Крис, — Киран присел на край кровати, мягко касаясь её руки. В последний раз, когда он разбудил ее слишком резко, она едва не сломала ему пальцы. — Крис, я здесь. Проснись.

Снова заплакала, захлебываясь стонами, забарахталась, беспорядочно хватая руками воздух — словно пыталась нащупать его в темноте. Киран, откинув одеяло, склонился над девчонкой и сгреб ее в охапку, прижимая к себе.

— Ну же. Проснись, Инри. Я рядом. Я здесь.

— Киран… — она вдохнула глубоко и резко, будто только что вынырнула из-под толщи темной воды.

— Шшшш… Я здесь.

Он не выпускал ее из объятий — так и сидел, поглаживая по спине и вслушиваясь в ее тихий скулящий плач, пока сбивчивое горячее дыхание, что он чувствовал на своей шее, не успокоилось. Девчонка ещё шмыгала носом, но судя по тому, что кулачки, сжавшие его футболку, потихоньку расслабились, все самое страшное было уже позади.

Он отстранился, позволив Инри откинуться на подушки, и та посмотрела на него с такой укоризной, что Киран заранее знал, что именно она скажет.

— Как же я тебя ненавижу.

— Я знаю, — Киран горько улыбнулся и бросил взгляд на прикроватный столик, где стояла баночка с таблетками, которые Инри прописал мозгоправ. — Все-таки надо было сходить за вещами до того, как ты уснула. Ты забыла их выпить.

Крис устало прикрыла глаза рукой.

— Наверное, я всех перебудила.

— Не волнуйся об этом.

— Святые. Бедные дети. Они же решат, что меня тут живьём режут.

Киран высыпал на ладонь две таблетки и протянул Крис вместе со стаканом воды.

— Ты вся промокла. Я сменю тебе постель. Твои вещи в шкафу, можешь пока переодеться во что-то… нормальное, — он покосился на футболку, что облепила влажное тело так, будто Инри и в самом деле только что в ней ныряла.

Заметив его взгляд, Крис прикрыла рукой торчащую грудь.

— Куда ты пялишься, Кин?

— “Твой главный герой”, — улыбнулся Киран, забирая у нее стакан. — Вообще-то, тебе идёт. Конечно, не сравнится с костюмчиком Астеля, но можешь тоже оставить себе. На память о великолепном отпуске в моей компании.

Крис фыркнула, отпихивая его, чтобы он дал ей подняться с постели. Киран улыбнулся, отступив, и молча следил, как она шлёпает босыми ногами по паркету, одергивая на спине влажную, ставшую почти полупрозрачной, футболку. А когда дверь за девчонкой захлопнулась, ещё долго стоял, глядя перед собой в пустоту, сжимая и разжимая кулаки. В ушах все ещё звучал её голос.

Надрывный голос, которым она звала его в каждом своем кошмаре.

Глава 22. Твой главный герой

— Как спалось, дорогая? — Мариам приветливо улыбалась, размешивая в огромной салатнице свежие овощи с оливками, солью и сыром. Киран, Лекс и девочки шумели где-то в гостиной: Крис решила поздороваться с ними позже, сразу после того, как выпьет таблетку от головной боли. Беспокойный сон давал о себе знать: по утрам Крис редко чувствовала себя чем-то, хотя бы отдаленно напоминающим человека.

— О, — Крис натянула вежливую улыбку. — Спасибо, прекрасно! У вас такой уютный дом. Спится просто волшебно.

Мариам довольно кивнула и вдруг подмигнула ей.

— Я рада. Надеюсь, тебя не смутила вся эта лепнина на стенах. Киран ничего не менял там с подростковости, хотя я давно настаивала, что пора бы сделать ремонт.

— Нет, — замахала руками Крис. — Что вы! Комната Кирана очень милая, и…

Она замолчала, запоздало осознав, почему глаза Мариам мерцают таким озорством. Проклятье! Этого ещё не хватало!

— О, Мариам… Я хотела сказать… Мы с Кираном… Мы не…

— Она хочет сказать, что мы с ней не спим, — голос Кирана над ухом заставил ее подскочить, расплескав воду.

— Киран! — Мариам одарила сына укоризненным взглядом.

Крис обернулась. Киран улыбался, почти с тем же озорством, с каким ещё минуту назад улыбалась его мать.

На нем сегодня тоже была белая футболка и синие джинсы. Крис отметила это, улыбнувшись про себя — сейчас они не были на работе, но как будто по инерции оделись, как близнецы. Киран перевел взгляд на Крис, зачерпывая ложечкой йогурт.

— Все в порядке, — он запустил ложку в рот и с аппетитом ее облизал. — Мама вовсе не думает, что я притащил свою напарницу в родительский дом, чтобы три недели ее совращать. Это по меньшей мере было бы неблагородно. Правда, мам?

Мариам нахмурилась, бросая ложку в салат и упирая руки в бока.

— Вот несносный мальчишка!

— Да что я такого сказал? — Киран рассмеялся, соскребая йогурт со стенок баночки.

Мариам, покраснев, направилась к духовке.

— Крис спит в моей комнате, потому что её мучают кошмары. Я не хотел, чтобы она напугала детей. А если надумаешь сводничать, учти, что сердце Крис давно занято. И да. Мне не пришлось бы разыгрывать карту любовника за ужином, если бы ты не пригласила Теллу.

— Она сама решила прийти.

— О, ну ещё бы. А ты радостно усадила ее поближе ко мне.

— Раз вы двое все равно не встречаетесь, почему бы тебе не приглядеться к Телле получше? — Мариам вытащила из духовки яблочный пирог, и по кухне понёсся чарующий аромат. Крис сглотнула слюну. Казалось, ещё никогда в жизни она не чувствовала себя настолько голодной. — Она ведь неплохая девушка. Ты знаешь её с детства.

— Мааам, — Киран, облизнув ложку в последний раз, закатил глаза. — Я останусь одиноким монахом до конца дней, просто смирись уже.

— Ты предлагаешь матери смириться, что у нее никогда не будет внуков?

— У тебя есть Эри и Кита.

— Это другое.

— Почему? — Киран смеялся, и по лёгкому тону перебранки Крис понимала, что подобный разговор ведётся в этой кухне далеко не первый раз. Ни одна из противоборствующих сторон не воспринимала другую всерьез, и вряд ли Мариам на самом деле обижалась на сына. В ее желании поскорее найти Кирану пару Крис виделось только одно: беспокойство за счастье своего ребенка.

Так странно. Ее собственная мать по сути каждый Фриверан занималась точно тем же: отчаянно пыталась свести Крис с каким-нибудь занудным пареньком из семьи побогаче, чтобы Крис уже лишилась своего вечного статуса одиночки. Но почему это натужное сватовство вовсе не казалось ей чем-то, что могло хотя бы издали напоминать материнскую заботу?

— Всему свое время, Мариам, — сказала Крис с усмешкой, отставляя стакан. — Однажды и к одинокому монаху придет озарение.

— Никогда, — Киран фыркнул, ополаскивая ложку. — Даже если придёт, я его не приму.

— В самом деле? И почему же?

— Я слишком люблю женщин. Ни одна, даже самая пропащая грешница не заслужила наказания вроде меня.

— Ну да. Ни одна, кроме Эйлы, — вырвалось у Крис.

Киран одарил ее тяжёлым взглядом — достаточно красноречивым, чтобы Крис стыдливо опустила глаза.

— Что? — всплеснула руками Мариам. — Эйла? И слышать не хочу это имя!

— Почему? — как бы ни прожигал её взглядом Киран, Крис не сдержала любопытства.

— Тоже мне, история любви! Заключённый и надзирательница! — Мариам вытащила нож и принялась ожесточенно кромсать пирог. — Знаешь что, дорогая? Если он поставит мне ультиматум — монашество или его кураторша, я выберу монашество без раздумий!

***

— …Вы на полном серьезе предлагаете выселить Нельтов в отдельные города? То есть публично признаетесь в своей некомпетентности, как политика.

— Я всего лишь признаю объективную реальность. Нельты по-прежнему признаны мировой ассоциацией ЧеВГИ потенциально опасными субъектами, и ни мне, ни вам, никуда от этой реальности не деться. Мы можем сколько угодно рассуждать о правах и свободах, но давайте все же не отходить от простой аксиомы — наша свобода заканчивается там, где начинается свобода другого.

— И по-вашему, сегрегация — адекватный способ решения проблемы?

— Не только адекватный, но вполне очевидный.

Крис присела на голубой потёртый диван рядом с Кираном. По правую руку от него сидела Лекс: она завороженно наблюдала за дебатами двух разгоряченных мужчин по телевизору, прижимая к губам пульт. Девочки лежали на цветастом ковре на полу, собирая огромный пазл.

— Мариам пошла отдохнуть наверх, — тихо сообщила Крис, отвечая на безмолвный вопрос Кирана. Он кивнул и повернулся к сестре.

— Может, включишь что-нибудь полегче для семейного вечера?

— Подожди, — махнула пультом Лекс. — Вот, вот! Послушай!

— …Сейчас исследования в завершающей стадии, но мы уже с уверенностью можем сказать, что эта технология позволит контролировать Ри, не вмешиваясь в организм ЧеВГИ и никак не нарушая его функционирование. После снятия браслета носитель снова способен использовать Ри в полную силу, и, как мы наблюдаем на данном этапе, никаких побочных эффектов…

На экране говорящий мужчина сменился объемной визуализацией тонкого браслета, похожего на тот, что был на руке Кирана в день аварии. Браслет крутился, раскрывался, разрезался на слои: каждый слой был подписан, но Крис не понимала ни слова — все это были названия каких-то незнакомых ей материалов.

— Таким образом, Нельты будут иметь возможность по-прежнему функционировать в обществе, продолжая работать и использовать свой талант. Конечно, предстоит ввести некие лицензии на использование Ри, позволяющие снимать браслет во время исполнения обязанностей, а также организовать специальные комиссии… Но согласитесь, все это звучит куда более реалистично, а главное, гуманно, чем ваши “Резервации Разрушения”.

— Давайте сейчас не вырывать слова из контекста…

— Слышал? — Лекс повернулась к брату. Глаза её горели от восторга.

— Ага. Надеть на нас наручники и назвать это спасением. Мы это уже проходили, Лекс, — лениво отмахнулся Киран, забирая у нее пульт и щёлкая каналы.

— Но это хотя бы не чип! И если Ри будет ограничена, это ведь исключает… спонтанные всплески.

Крис сделала вид, что увлечена просмотром дурацкого ромкома, на котором остановил выбор Киран. Она изо всех сил заставляла себя не смотреть на напарника, хотя ей ужасно хотелось увидеть его реакцию. Неужели Лекс знает про его протечки?

— Ага, — буркнул Киран, делая звук немного громче. — Напомни мне, с какого года они пытаются втюхать этот браслет, как решение всех проблем? И в самом деле веришь, что на этот раз его выпустят? Клянусь оставшимся глазом, Лекс, как только эти шавки придут к власти, они и в помине забудут свои великие технологии.

— Говорят, что завершающий этап исследований, — Лекс откинулась на спинку дивана, скрещивая руки на груди. — Я буду за них голосовать.

— Удачи.

— А ты нет?! Крис? А ты?

— Я… Не знаю, — Крис сжала руки лодочкой меж колен. К своему стыду, до знакомства с Кираном Крис была далека от политики в отношении Нельтов примерно настолько же, насколько звёзды были далеки от земли. Она что-то слышала и видела мельком в новостях, ведь пресловутая “проблема Нельтов” была излюбленной темой политиков и общественных деятелей, просто потому что всегда стояла достаточно остро. Но… Саму Крис это не касалось примерно никак. Она искренне считала, что Нельты прекрасно контролируются СКБН, и ее мало интересовали недостатки этой системы.

По крайней мере, так было раньше.

— Хочешь потратить время впустую — обязательно сходи и проголосуй, — усмехнулся Киран.

— И почему ты такой упертый пессимист?

— Я реалист.

— А кто такой пессимист? — задумчиво спросила Эри, болтая ногами в воздухе.

— Это человек, который во всем видит только плохое, — Лекс вздохнула, соскальзывая на пол к дочкам. — Когда будущее не определено, он ждёт только зла.

— Киан? Ты ждёшь зла?

— Нет, солнце. Я не жду зла, — Киран сел рядом с ними, и на диване осталась одна только Крис. — Но у меня есть вот этот глаз. Помнишь, как он мне достался?

— Злая колдунья покляла тебя. Но тепегь ты видишь, когда кто-то вгёт.

— Уси! — добавила Кита, смеясь и прикрывая ладошками розовые ушки.

Киран улыбнулся и кивнул.

— Этим глазом у всех, кто врёт, я вижу очень большие уши. И поверь мне, солнце, у того дяденьки по телеку они были очень. Очень. Очень большие.

Эрина и Кита захихикали. Скоро дебаты забылись: все переключились на романтическую комедию, в которой студентка колледжа пыталась добиться внимания первого красавчика — капитана футбольной команды. Киран то и дело кривился от предсказуемости сюжетных поворотов и даже порывался переключить канал, но Лекс предусмотрительно отобрала у него пульт.

— И почему у них дурнушка всегда влюбляется в прекрасного принца? — недовольно пробубнил Киран, вертя в руках очередной кусочек пазла. — Она что, не может найти себе кого-то вровень? Есть вообще фильмы, где дурнушка влюбляется в средненького паренька?

— Закон жанра. Иначе не интересно, — пожала плечами Крис, хрустя яблоком. — Кто будет смотреть на скучную среднюю парочку в кино?

— Я бы посмотрел. Это по крайней мере выглядело бы не так убого.

— Ой, кто бы говорил! — Лекс, к тому времени вернувшаяся на диван, пихнула брата ногой. — Напомнить, кого ты играл в том ромкоме?

— Лекс! Даже не думай.

— Киран играл в ромкоме??

Лекс захохотала, явно довольная реакцией Крис.

— Он тебе не показывал? Святые! Я сейчас найду. Он играл именно такого красавчика, по которому сохнет дурнушка, именно его! Там такие сочные клише, о-о-о!

— Мне срочно нужно это увидеть.

— Лекс! — Киран застонал, перекатываясь на спину. — Я был молод и глуп. Перестань меня позорить.

— Это было всего три года назад, — Лекс захихикала, утыкаясь в телефон.

Киран беспомощно посмотрел на Крис, но она не собиралась вставать на его сторону. Такую часть его биографии она просто никак не могла пропустить.

— Включи, мам, включи на телеке!

— Нет, сейчас не получится, — покачала головой Лекс и шепнула Крис на ухо:

— Там есть сцены не для детей. Я скину тебе ссылку.

Не для детей? Крис уставилась на Кирана, откусив яблоко, но забыла, как жевать. Любопытство, смешанное с возбуждением, заставляло гореть ее щеки, и едва только ссылка оказалась у нее, Крис задергала ногой, едва сдерживаясь, чтобы не рвануть наверх и не начать смотреть это золото прямо сейчас.

— “Твой главный герой”? — она рассмеялась, увидев превью. — Так вот откуда это?

— Святые праотцы, храните меня, — Киран закрыл руками лицо. Крис с трудом заставила себя прожевать и сглотнуть яблоко, чтобы не задохнуться от разрывающего её смеха.

Лекс смеялась с ней в унисон.

Киран отнял руки от лица и укоризненно посмотрел на обеих снизу вверх. Щеки его безнадежно алели.

Такого Кирана Крис ещё не видела никогда.

***

— Ты собирал мои вещи? — Крис с недоумением смотрела на дно сумки, где покоились серебристые нити цепочек и страз.

— Святые, мнеделать нечего, копаться в твоих трусах? Я попросил Арм сгрести всё из твоего шкафа.

— Ясно. Я-то думала это ты такой предусмотрительный, — Крис вытащила украшения Астеля и покачала ими в воздухе. Киран, лежавший на раскладушке с книгой в руках, приподнял бровь в недоумении.

— Астелевское барахло?...

— Ещё помнишь про свой должок?

Он вздохнул, откладывая книгу.

— Побойся праотцев, Инри. Не в доме моей матери.

Крис усмехнулась.

— Что, слишком откровенно для тебя? Откровеннее, чем сняться голым в постельной сцене на пятнадцатой минуте?

Киран раскрыл книжку и положил её себе на лицо.

— Ты посмотрела.

— Да.

— И? — он отодвинул книгу, так, чтобы выглядывал только один левый глаз.

— Отвратительно.

— Мффф… Я знал.

Крис рассмеялась, кидая в Кирана Астелевским кроп-топом.

— Одевайся, если не хочешь, чтобы это посмотрело всё сопровождение.

— Инри!

— Долг есть долг, — она показала ему язык. — Кто говорил, что это святое и бла-бла-бла?

— Я сдержу обещание. Но только не здесь.

— Киран, мы в отпуске, — она скрестила руки на груди, нетерпеливо топая носком. — На нас никто не охотится. Мы никуда не спешим. Более подходящего времени вообще может не быть.

— Просто признай, что тебе понравилось смотреть на мои обнаженные телеса.

— Я столько увидела, что мне по гроб жизни хватит, — рассмеялась Крис, припоминая сцену, где Киран валялся в постели главной героини абсолютно нагим. Конечно, ей было сложно сопоставить киношного Кирана с тем Кираном, которого она знала в жизни, но получить эстетическое удовольствие от созерцания симпатичной мужской задницы ей это не помешало. — Пожалуй, твои телеса не совсем в моем вкусе. Но тебе пора исполнить свой долг, потому что я собираюсь выставить эти штуковины на аукцион.

Киран переложил книгу на грудь и задумчиво посмотрел на Крис.

— Если я не в твоём вкусе, на кой черт тебе эта ерунда с переодеваниями?

— Нравится смотреть, как ты краснеешь.

Киран хищно улыбнулся, поднимая кроп-топ и забирая из рук Крис портупею и брюки.

— Ладно, Инри. Только ты этого не добьешься.

Когда он ушел в ванную, и Крис осталась в комнате одна, она принялась беспокойно ходить из угла в угол, подгоняемая нетерпеливым предвкушением. И в самом деле, почему ей так хочется увидеть, как Киран наденет на себя эти чёртовы цепочки? Хочет посмотреть на его обнаженный торс? Да она видела его сто раз. Если им случалось делить одну комнату, Киран не то чтобы стеснялся обнажаться при ней до пояса. Нет, она хотела увидеть вовсе не это! То, как нелепо он будет выглядеть в этом костюмчике, как глупо будет двигаться, как снова зальется краской, как тогда, когда Лекс упомянула про его главную роль! Это будет чистое наслаждение. Холодная месть за все те унижения, что пришлось терпеть Крис, когда она только-только поступала в сопровождение. За каждый его тычок, за каждое оскорбление фанатской любви! Решив так, Крис гордо уселась у изголовья кровати и принялась ждать. К счастью, дверь скоро открылась, и Киран, войдя, потушил свет.

— Эй!

— Включи ночник. Под эту песню яркое освещение не подойдёт.

— Я же ни черта не увижу!

— Увидишь, — она слышала по голосу, что Киран улыбался. У нее в груди все задрожало, и она прокашлялась, напрасно пытаясь таким образом снять странное напряжение. — Включи ночник и накинь Шумодав. Если ты, конечно, сможешь сохранять концентрацию.

Крис фыркнула, исполняя его пожелания. Но едва мягкий свет ночника осветил силуэт Кирана, Шумодав едва не слетел, потому что Крис забыла, как дышать.

Киран был накрашен. Не как Астель — того макияж превращал в ангела; Киран же, с его подведенными черным глазами выглядел, словно огненный король преисподней. Кроп-топа не было — только россыпь страз и цепочек на торсе, и невероятное количество шиммера на загорелой коже. Святые… Взгляд Крис опустился к брюкам, что сидели так плотно, словно были второй его кожей. Плотно и… Пугающе низко. Неужели Астель носил их также? Нет. Нет. Такое она бы обязательно запомнила…

Тихое щёлканье. Киран отбросил телефон на кровать, где сидела Крис, и комнату заполнила музыка.

Крис невольно пошевелила пальцами, проверяя целостность Шумодава. Киран был прав. Сохранять концентрацию, глядя на то, как он двигается, было чертовски сложно.

— Только мы были уже, наверное,

Выше небес и богов…

Мы были выше звёзд!

Там, где кончалась ночь!

Там, где исчезло время и

Смерть обратилась прочь!

Вы-ше зве-е-езд!

Волосы, взметнувшиеся вслед за его быстрым движением. Блеск страз. Шиммер, сияющий на коже, под которой перекатываются мускулы.

Святые.

Вверх. Вниз. Вверх… Казалось, он копировал точь-в-точь движения подтанцовки Астеля — и в то же время, его танец был уникальным. Он был… персональным. Он сиял здесь один — и сиял для неё. Крис едва не задохнулась, когда Киран откинулся назад, встряхнув волосами. Показалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. Оно стучало так дико, что хоть песня Астеля все ещё звучала, Крис давно не слышала ни слов, ни музыки — кроме Кирана, похожего на живой огонь, больше не существовало ничего.

Наконец Киран, дойдя до изголовья кровати, опустился на колени, встав аккурат между ног Крис и положив руки на ее бедра. Он тяжело дышал, приоткрыв влажный рот, и Крис, словно под гипнозом, только и делала, что водила по его губам взглядом — спускаясь ниже, к подбородку, к шее, скользя по ключицам, и, наконец, к беспокойно вздымающейся груди. Во рту пересохло. Кожа на бедрах — там, где лежали его ладони, — горела огнем. Крис с трудом заставила включиться слух, и наконец поняла, что песня давно затихла.

— Довольна? — выдохнул Киран, криво улыбаясь. Все ещё не убрал рук. Проклятье… Почему они такие горячие? Крис машинально схватила лежащий на кровати телефон, только чтобы не смотреть Кирану в глаза. Как она не заметила, когда закончилась песня? Может, она выключилась раньше времени?...

Заблокированный экран загорелся, и на заставке показалось улыбающееся лицо Эйлы.

Эйла.

Чертова Эйла.

Крис отбросила телефон.

Грудь сдавило так, словно она снова лежала на асфальте, заваленная грудой металлолома.

— Это было смешно, — хрипло сказала Крис, выдавив ухмылку. — Где кроп-топ?

Он наконец-то убрал руки, немного отстранившись, но все ещё сидя на полу перед ней.

— Эта рубашонка? Она на меня не налезла.

— Жаль.

Киран промолчал, растерянно глядя на свои ладони. Казалось, он вот-вот что-то скажет. Что-то, что Крис явно не готова была услышать. Она подскочила с кровати и опрометью помчалась в ванную.

Крис снова и снова плескала в лицо ледяной водой, но дрожь в теле не проходила, а наоборот, только усиливалась. Ее трясло, как при очень высокой температуре — жар сменялся ознобом, и на секунду она и вправду смогла заверить себя, что наверняка просто заболевает. Иначе все это просто не имело смысла! Какого черта она так разнервничалась? Это же просто… Дурацкий танец! Костюмчик Астеля! Нелепая шутка! Крис выдохнула, смотря в зеркало на свои раскрасневшиеся щеки. Даже шея покрылась алыми пятнами. Святые! Это должно было быть смешно. Должно было быть нелепо, глупо! Но не…

Не так.

Она изо всех сил отгоняла пришедшее на ум:“сексуально”. Святые, где Киран, а где — сексуальность! Небо и земля! Уродливый Нельт со шрамом на пол лица, почти без глаза, без голоса, без чувства такта, без манер и без…

И без одежды.

Она застонала, прижимая ладони ко лбу. Изо всех сил пыталась вновь и вновь выдавить из памяти эту дурацкую галлюцинацию, которая пришла ей в голову в то время, пока он танцевал, но фантазия, подкрепляемая недавно просмотренным фильмом, слишком плотно засела в подкорке и так и стояла перед глазами.

Эйла! Подумай об Эйле. Это всегда отрезвляет. С кем бы он ни был и что бы ни делал, он всегда думает о ней. Даже если она изваляет его в грязи. Даже если узнает про чип и отдаст на съедение Собакам. Даже если захочет его убить… Он всегда будет думать о ней.

И тебе стоит помнить это.

Крис, ты сходишь с ума.

— Инри.

Она вздрогнула, увидев его в зеркале за своей спиной. Либо он пробрался в ванную так тихо, что она даже не заметила, либо…

Это просто плод ее больного воображения. Может, и в самом деле, температура? Она меланхолично коснулась лба тыльной стороной ладони.

— Все в порядке?

— Какого черта ты врываешься, Кин?

— Было не заперто.

Она вздохнула, снова открывая кран и ополаскивая руки. Краем глаза наблюдала за Кираном в зеркале: он тщетно пытался расстегнуть затейливое украшение на спине.

— И вправду было ужасно?

— Отвратительно.

— Мой учитель хореографии тоже так говорил.

— Жаль, что ты к нему не прислушался.

— Я прислушивался. Пока не пришлось бросить учебу.

Крис обернулась, не в силах больше наблюдать за его кривляниями, и потянулась к его спине, чтобы расцепить карабин.

— Крис…

Она почти обнимала его. Ее футболка слегка касалась его обнаженного торса. Наверное, куда проще было попросить его развернуться спиной, а не делать все вот так, на ощупь, стоя к нему лицом. Но Крис не смогла себя пересилить. Ей хотелось ещё немного его тепла. Ещё немного его запаха, пусть и перебитого сладковатым ароматом косметики. Ещё немного… Совсем чуть-чуть. Пусть и футболка вся безнадежно измажется блёстками.

— Вообще-то я хотел извиниться, — понуро сказал он, наблюдая, как Крис снимает с него ворох переливающихся цепочек.

— М?

— Ты не сможешь продать его на аукционе. Та рубашонка… она, ну. Немного порвалась.

Крис сжала цепочки в руках, подняв голову и пристально глядя в виноватое лицо Кирана. Она… Не хотела злиться. Не могла.

Ей было абсолютно плевать.

Она смотрела на его влажные губы, и последнее, о чём ей хотелось думать — так это о треклятых шмотках Астеля и гребаном аукционе.

— Ты с ума сошел? — выдавила она. — Ты хоть знаешь, сколько стоит его костюм?

— Я все возмещу.

Он все ещё стоял так близко. Почти вплотную. Крис сделала было шаг назад, но сразу уперлась в раковину.

— Иди к черту, Кин. Просто… Просто иди к черту.

Он кивнул, и, снова бросив короткий виноватый взгляд, оставил её одну.

Глава 23. Собаки

— А почему ты боишься собак?

— Я не боюсь собак. Кто тебе такое сказал?

— Мама.

Киран поправил на руках Киту, усаживая ее поудобнее.

— Я их не боюсь. Просто… Не особо люблю.

Они шли по тропинке вдоль озера вчетвером: Крис, Киран, Эрина и Кита. Впереди семенила Лакрица, почти не обращая внимания на своих сопровождающих — лишь изредка, когда в разговоре проскальзывала ее кличка, вела ухом и лениво ворочала мордой. Эрина держала в руке поводок, правда, глядя на размеры собаки, можно было сказать, что скорее собака выгуливала девочку, чем девочка — собаку. Будь Лакрица хоть немного активнее, Эри вряд ли удалось бы ее удержать.

Сегодня Киран и Крис остались вдвоем с детьми на весь день — Лекс и Мариам поехали в город. Когда Киран ошарашил Крис этой новостью утром, она была в ужасе. Общаться с детьми? Целый день? О чем с ними говорить?! А главное — как?

— Так же, как и с другими людьми, Крис, — рассмеялся тогда Киран. — Будь искренней. Люди это любят, помнишь?

Просто будь искренней. Как легко ему было это говорить! Он-то знает этих детей с рождения! А она? Когда она вообще в последний раз сталкивалась с детьми? Не считая, конечно, новорожденную сестру, которую видела два раза в жизни. Крис, на ходу срывая высокую тоненькую травинку, окинула Кирана завистливым взглядом. Эри, шедшая впереди, то и дело оглядывалась на него и заливисто смеялась, болтая о ерунде, Кита что-то лопотала, крепко обняв ручонками шею любимого дяди. Киран выглядел таким беззаботным! Нет, он выглядел… по-настоящему счастливым. Умиротворение. Радость. Чувство полного насыщения жизнью. Все написано на его улыбающемся лице. Вот она — та самая искренность, которую так любят люди…

Которую так любит Крис.

Она отвела взгляд, глубоко вдыхая прохладный воздух, и озеро приветливо заискрилось на солнце, словно подмигивая ее мыслям.

— А она боится собак?

— Не знаю, давай спросим. Крис, ты боишься собак?

— А? — Крис встрепенулась, выныривая из раздумий. — Нет… Наверное. Наверное, нет.

— Хочешь повести Лакицу? — Эрина протянула поводок. — Она не злая. Мы забгали ее из плохого дома, но она совсем не кусается.

Крис несмело кивнула и приняла поводок. Лакрица, нехотя обернувшись, оценила обстановку, и вдруг ускорила шаг, потянув Крис вперёд.

— А она умеет быть шустрой, — нервно рассмеялась Крис, с трудом сдерживая напор Лакрицы. Поводок натянулся струной.

— Ты точно справишься? — выгнул бровь Киран. — Тебе все ещё нельзя напрягаться.

— Нет, все нормально, — махнула рукой Крис, уверенно наматывая поводок на руку и с удивлением подмечая, как легко возвращаются старые привычки. Ее собака умерла почти три года назад, и Крис уже и не думала, что ещё когда-нибудь в жизни ей придется гулять с животным.

Шагая с Лакрицей впереди, она слышала, как Киран учит Эрину азам первых кросов, и с любопытством прислушивалась. Управляться с Ри в детстве Крис училась сама по видеоурокам. Позже более сложные кросы нагоняла уже в университете. Но то, что рассказывали серьезные дяденьки в интернете, и то, как объясняли свои приемы преподаватели на уроках по профессиональной защите, сильно отличалось от методов Кирана.

— О чем ты думала, когда это произошло? Когда ты впервые поняла, что можешь колдовать.

— Я подумала — вааааау!

Киран рассмеялся.

— Ну ещё бы. А перед тем, как это случилось? Тебя что-то расстроило, или наоборот, порадовало?

Эри долго не отвечала. Крис обернулась через плечо: девочка хмурилась, выставив ладошку в сторону и на ходу поглаживая стебельки высокой травы.

— Ты попал в больницу. Мама плакала.

— И о чем ты подумала, солнце?

— О твоём голосе.

Снова молчание. Крис крепче сжала поводок, заметив беспокойство Лакрицы.

— Ты можешь использовать его, как ключ. Представь, что в твоей голове… Как будто множество мааааааленьких комнаток. В каждой комнатке лежит своя магия. Если ты научишься подбирать ключи, то сможешь использовать любое заклинание, стоит тебе о нем только подумать.

— Нужно опять подумать о твоём голосе?

— Пусть это будет не просто голос. Попробуй придумать небольшой код. Он будет открывать твое первое заклинание. Это должен быть… Ритм. Он настроит тебя на волну, сразу разбудит твою Ри. Ты почувствуешь.

— Гитм?...

— Например, пусть мой голос читает тебе стишок. Или считает. Раз, два, три, четыре, — он защелкал пальцами в такт. — Вот так.

— Киан, а какой код у тебя?

— Это песня.

— Ты поешь песню?

— Угу. Потом привыкаешь, и в голове еле успевают проскочить первые ноты. Но это будет нескоро, солнце. Тебе сначала нужно привыкнуть к своему первому ключу.

— Можно прямо сейчас?

— Давай только найдем просторное место, хорошо?

Крис снова обернулась. Эри задумчиво глядела на свои руки, пытаясь скрестить пальцы.

— Только не скрещивай пальцы, — поморщился Киран. — Это ерунда для младенцев. Ни одна уважающая себя колдунья…

Он осекся, поймав взгляд Крис.

— Почти никто так не делает. Если ты привыкнешь, что твой код — это жесты, то не сможешь колдовать головой.

— А вот и нет, — фыркнула Крис. — Жесты всего лишь помогают сфокусироваться. Так просто удобнее, вот и все.

— Ключ вот здесь, — Киран постучал согнутым пальцем по виску, — Единственное, что нужнонормальномумагу для фокусировки.

Крис отвернулась, почувствовав, как резко ослаб поводок.

Лакрица остановилась, как вкопанная, высоко выставив хвост и насторожив уши.

— Что-то не так, — Крис попятилась, махая Кирану рукой. — Ты слышишь?

Тропинка, которой они шли, вдалеке сужалась и уходила в высокий бурьян. Именно туда напряжённо вглядывалась Лакрица — и Крис готова была поспорить, что слышала, как что-то большое шевелилось в траве.

— Там ёжик? — предположила Эри. — Лакица гоняет ёжиков.

— Език, — вторила ей Кита.

— Крис, — Киран встал рядом с напарницей, хватая ее за руку. — Ты помнишь обратную дорогу?

Лакрица залаяла.

Трава расступилась, и прежде, чем свора огромных собак успела прыгнуть на тропку, тяжёлая серебристая волна затопила всё.

Визг. Лакрица отскочила к Крис, едва не сбив ее с ног. Снова лай.

И безумный рык, от которого ледяные мурашки прокатились по телу.

Кита заплакала.

— Киан!

Эри испуганно вцепилась в штанину Кирана.

— Крис, отведи детей, — Киран отцепил кричащую Киту от себя, пересаживая ее на руки Крис. Девочка противилась изо всех сил, но Крис крепко сжала ее в объятиях. — Домой. Живо!

— Эри! Эри, пойдем! — сквозь лай Лакрицы, рык собак и плач Киты голос Крис едва пробивался. Эрина, растерянно наблюдая, как из травы поднимаются разъяренные псы, стояла, как вкопанная.

— Эри, — Киран подтолкнул ее в сторону Крис. — Эри! Уходите! Слышишь?

Едва Эри схватила за руку Крис, они помчались по тропинке назад что есть мочи. Крис трусливо бросила поводок Лакрицы, надеясь, что та окажется достаточно умной, чтобы не лезть под руку Кирану. В конце концов, нормальное животное использование кроса должно было отпугнуть. Но судя по лаю и визгу, что раздавался позади, с бродячими собаками это не сработало. Только почему? Киран использовал не самую слабую силовую волну. Псов не просто отбросило — Крис была уверена, с такой силой удара некоторым наверняка поломало и кости. Но вместо того, чтобы скулить, поджимая хвосты, эти твари только разозлились, с новой силой прыгая на тропу, как будто сожрать Кирана было единственной целью их жизни.

— Лакица! — пыхтя, хныкала Эри.

— Она нас догонит. Эри, не останавливайся!

— Но Киан…

— Эри, прошу тебя, — задыхаясь, взмолилась Крис, из последних сил таща малышку за руку. Ревущая и толкающая ее Кита была не самой лёгкой ношей, и справляться при этом ещё и с упирающейся шестилеткой Крис было не под силу.

Они с трудом поднялись по холму вверх — к счастью, Лакрица и вправду скоро их догнала. Эри все ещё хныкала, ее ноги заплетались, и Крис молила всех святых, чтобы Киран вернулся как можно скорее.

Но вместо этого впереди показалась ещё одна свора.

Серый вожак с разорванным ухом выступил вперёд, ощетинившись. Крис замерла, вцепившись в плечо Эрины, притягивая девочку к себе.

Лакрица прижала уши, подавшись назад, обнажив в оскале клыки.

Девочки взвизгнули.

— Проклятье.

Щит Штерна взвился золотым куполом. Над Крис с девочками — один. И ещё один, крохотный — над Лакрицей.

— Только не вздумай драться, животное, — прошипела Крис, прижимая к себе детей. Кисти рук сводило судорожной болью, но ярость была сильнее.

Она затопила её.

Казалось, ещё мгновение — и с ее рук сорвется чистое пламя.

Девочки на секунду замолчали, удивленно хлопая влажными ресницами. Но лишь на секунду.

Вожак кинулся почти сразу же.

Снова визг.

— Он нас не тронет, — громко заверила детей Крис, медленно и упорно продолжая двигаться вперёд под надёжным куполом щита. — Пусть кидается.Только зубы обломает!

Вся свора облепила их щит. Облепила Лакрицу. Собака замерла, явно не понимая, почему нападающие клацают зубами вокруг, не в силах достать её.

— Лакрица! Лакрица! — безуспешно звала Крис. Отпустила на мгновение руку Эри, чтобы поднять грязный, извалявшийся в пыли поводок, и дернула изо всех сил. — Ну же! Двигайся, животное!

Наверное, это заняло минут пять, но изможденной Крис казалось, что прошла целая вечность прежде, чем Лакрица осмелилась следовать за ней. Она лаяла, не переставая, то и дело замирала и пятилась — но всё-таки медленно шла.

Крис натужно продвигалась вперёд. Майка промокла насквозь, облепив тело, пот заливал глаза. Кита, казалось, лишилась голоса от страха, но и без ее криков было не легче: она беспорядочно хваталась за свою защитницу цепкими пальчиками, то дёргая за волосы, то попадая ей ладошкой прямо в лицо. Крис скрежетала зубами, думая только о доме. Они скоро доберутся, запрут дверь на замок, и все это кончится.

Скоро эти бешеные твари отстанут.

А если не отстанут…

Скоро вернётся Киран.

И уничтожит каждую чёртову псину.

***

— Это Киан? — Эри спрыгнула с дивана, услышав мелодию звонка на мобильнике Крис.

Они уже добрых полчаса сидели дома, закрыв двери на засов. Лакрица сначала лаяла на дверь, но быстро перестала: кажется, собаки ушли. Крис насыпала Лакрице корма в благодарность за то, что та быстро приняла Щит Штерна, как данность и пошла домой почти добровольно. А главное, не стала сама лезть на рожон. Если бы она сломала щит изнутри и ринулась бы в драку, свора растерзала бы ее на глазах у детей… Святые. Крис даже не хотела думать, чем это могло бы закончиться.

И уж подавно не хотела думать о том, чем это могло закончиться, не поддайся ей Ри.

Хотя руки ныли. Да что там — безбожно ныло все тело. Горела каждая мышца без остатка.

Крис подняла телефон к уху с таким трудом, будто это была не коробочка весом двести граммов, а пудовая гиря.

— Киран. Ты в порядке?

Она спросила это на автопилоте, хотя знала, что с ним все хорошо. С Нельтом просто не могло случиться что-то плохое. Он слишком любил свою семью, чтобы подвергнуть себя опасности.

— Вы дома?

— Да. Все… все хорошо.

— Киан! Когда ты вергнешься!

— Ки..ан! — наперебой заголосили девчонки. Крис приложила палец к губам.

— Сможешь вынести мне свежую одежду и… какое-нибудь полотенце? Девочкам не стоит видеть меня таким.

Он ждал под яблоней, прислонившись спиной к стволу. Светлая футболка и синие джинсы заляпаны бурым: стоило Крис подойти ближе, и в нос ударил сладковатый запах собачьей крови.

— Спасибо, — Киран принял из ее рук полотенце, поспешно вытирая окровавленные пальцы. — Ты в порядке?

— Да… Девочки страшно перепугались, а я… Я понятия не имею, как успокаивать детей. Прости. В общем, они ждут тебя. Но они в порядке.

Киран замер с полотенцем в руке, склонив голову и внимательно глядя в лицо Крис.

— Я знаю, что они в порядке. Я спросил про тебя.

Крис завела руки за спину, надеясь, что он не успел заметить, как дрожат ее пальцы.

— Да. Да, со мной тоже… все хорошо.

Убедившись, что руки чисты, Киран взял ее за подбородок и заставил смотреть себе прямо в глаза.

— Выглядишь неважно.

— Собаки… Собаки гнали нас до самого дома.

Его глаза расширились.

— Ещё одна свора?

Крис убрала его руку от своего лица, но он схватил ее за дрожащие пальцы, заставляя показать ему ладони.

— Что это? Ты… Крис. Ты использовала Ри? Крис! Тебе нельзя!

— Тебе тоже нельзя, — она отняла руки, снова отведя их за спину.

Киран молча смотрел на нее, но Крис абсолютно не могла понять, что выражает его долгий задумчивый взгляд.

***

Они оба полулежали на диване в гостиной, откинув назад головы и прикрыв глаза. Дети облепили Кирана с двух сторон — Кита свернулась калачиком между ним и Крис, а Эри сидела, прижимаясь к его правому плечу. Судя по тихому сопению, от пережитого стресса Кита быстро отключилась, в отличие от своей сестры. Крис тихонько поглаживала малышку по спине, безмолвно молясь, чтобы сон девочки оказался спокойным.

Усталость самой Крис наконец дала о себе знать в полную силу. Даже дышать было тяжело. Все тело наливалось свинцом, и жжение в мышцах становилось таким невыносимым, что хотелось кричать. Крис закусила губу, ощущая во рту металлический привкус.

— А что стало с собачками?

— Я их отпугнул.

— Они вегнутся?

Киран молчал. Крис приоткрыла один глаз, глядя на напарника.

— Они больше не смогут нам навредить, — помедлив, наконец ответил он.

— Почему?

— Он запер их в клетку, — ответила Крис. — В большую прочную клетку. Их заберут специальные люди и поместят под стражу. Вроде тюрьмы для злых собак.

— Запег в клетку? Как ту, в котогой была Лакица?

— Вроде того, солнце, — выдохнул Киран.

Эри задумчиво поскребла подбородок. Киран легонько погладил ее по спине.

— Крис сказала, вы встретили ещё одну стаю по дороге?

— Да! — встрепенулась Эри. — И Кис сделала такую штуку, — вух! — она взмахнула руками, изображая купол щита. — Сделала пальцами вот так!

Киран слабо улыбнулся, вновь прикрывая глаза.

— Да. Она это умеет.

— А я тоже так смогу?

— Нет, солнышко.

— Но почему-у-у?!

— У нас с тобой другой профиль. Крис — защитница. Она мастерица создавать щиты. А мы с тобой…

— А ты сможешь защищать по-другому, — отозвалась Крис. — Сможешь отпугивать собак, как Киран.

— И засовывать в клетку?

— И засовывать в клетку, — она слабо улыбнулась одним уголком рта.

Перед тем, как провалиться в сон, она почувствовала, как ее пальцы сжала теплая рука Кирана. Кажется, у него был всплеск. Иначе она понятия не имела, почему ее сердце вдруг окутала теплая волна благодарности. Да, наверное, это была благодарность. На секунду она вытеснила боль из груди — и Крис почти что могла свободно дышать.

А потом наступила тьма.

***

Когда она проснулась, дом был полон голосов. Кажется, вернулись Лекс и Мариам, и, судя по приглушенному тёплому свету, пробивающемуся сквозь веки, давно наступил вечер. Ее рук кто-то касался, и от этих касаний кожу приятно пощипывало.

— Я не смогу восстановить ее полностью.

От этого голоса Крис вздрогнула. Ей жутко захотелось полежать с закрытыми глазами как можно дольше, делая вид, что она все ещё спит. Настолько невыносимым казалось увидеть вновь перед собой лицо Эйлы.

— Почему? — по голосу Кирана было легко представить, как он хмурится, и меж бровей собирается такая знакомая складка.

— Видимо, последствия операции. Что-то нарушено, — Эйла помолчала, водя по ладони Крис. — Ей не просто так запретили использовать Ри. Нужно было время, чтобы все пришло в норму.

— И что теперь? Нужно ехать в больницу?

— Не думаю, что все критично, но время восстановления Ри затянется.

— Меня в последнюю очередь волнует ее Ри, Эл. Что с ее телом?

— Я сняла часть болезненных ощущений, но это временный эффект. Пару дней будет жутко болеть, и… Лучше запаситесь таблетками.

— Она сможет ходить? Это как-то… Повлияло на ее старую травму?

— Позвоночник и таз в порядке. Суставы в норме. Нет, вся боль сосредоточена в мышцах. Скорее всего, будут судороги.

Киран что-то сказал, но из-за громких взволнованных голосов Мариам и Лекс, что раздавались, должно быть, с кухни, Крис не смогла расслышать слов.

— Киран, мне нужно увидеть это место.

— Уже ночь, Эл. Я же сказал, что я…

— Мне нужно увидеть место, Киран. В отчёте должны быть фото.

— Фото чего? Золы? Пепла? — усмехнулся Киран.

Эйла убрала ладони с рук Крис, и та невольно выдохнула.

— Твои методы обсудим после того, как я заполню отчёт.

— Ладно, — холодно ответил Киран. Зазвенели ключи. — Поехали. Я покажу тебе все, что осталось.

***

Обратную дорогу до дома они скоротали в тишине. Киран понятия не имел, о чем думала Эйла. Наверное о том, как безалаберно он воспользовался своей Ри, создав настолько мощное разрушение всего лишь ради каких-то проклятых собак. Но его это не особо волновало. Когда у него была причина использовать Нельт — настоящая причина — он не задумывался о методах. В конце концов, любое наказание от СКБН было полной ерундой по сравнению с тем, что могло случиться с его близкими, задумайся он о выборе “правильного” кроса хоть на секунду.

Все его мысли сейчас были дома. Кита с самого возвращения не просыпалась, вплоть до прихода Лекс. Но спала на удивление крепко, без кошмаров — как обычный ребенок, утомившийся за день. Эри, кажется, тоже уже успокоилась, и бродячие псины быстро забылись — куда больше ее теперь волновала невероятная “магия” Крис, которую та наверняка показала девочкам во всей красе. Крис.

Святые. Опять он подвергает ее опасности! Он же привез ее в самое безопасное место на земле, которое только знал — в свой собственный дом! За редким исключением в виде внезапных визитов отца, здесь никогда не происходило ничего, что могло бы потревожить семейную идиллию… Но произошло. Стоило только Инри здесь оказаться.

Когда и откуда в округе появилось столько собак? Да ещё и явно нездоровых. Он в жизни не видел, чтобы животные не разбегались бы в стороны после первого же слабенького кроса. Что это? Бешенство? У него не было особого желания разбираться. Единственное, чего он хотел — найти остатки своры, тех псов, что преследовали Инри и детей, и сделать с сумасшедшим зверьём то же самое, что он сделал у озера.

Проклятье… Инри. Нужно будет отвезти ее завтра в больницу. Эйла говорит какими-то загадками, ни черта не понять. Что, если преждевременное использование Ри и вправду серьезно нарушило процесс излечения? Что, если она…

Киран крепче сжал руль, отгоняя мрачные мысли.

Машина с тихим шуршанием въехала на подъездную дорожку, и прежде, чем заглушить двигатель, Киран с удивлением услышал голос Эйлы. Погрузившись в раздумья, он почти забыл, что она все это время сидела рядом.

— Киран.

Отстегнул ремень безопасности и вышел.

— Киран, — она нагнала его у дома. Рыжие волосы вспыхнули медью под пятном теплого света.

— Киран, нам нужно это обсудить.

Цепкие пальцы схватили его за предплечье.

— Обсудить? — он обернулся, с непониманием уставившись на нее.

— Это очень высокий уровень разрушения. Ты же понимаешь? Придется собрать комиссию, и… Повезет, если эти собаки и вправду окажутся бродячими.

— О, поверь мне, я каждую лично проверил на наличие чипа, — оскалился Киран.

— Это не смешно, Кин, — в голосе Эйлы появились металлические нотки. — Тебе придется объяснить, почему ты, находясь рядом с Инри, которая могла тебя защитить, выбрал вместо этого разрушение!

— Она не могла меня защитить, — Киран отдернул руку, выпутываясь из хватки кураторши. — Это я, я должен был защитить её! Святые, Эл! Ты в своем уме? Ты всерьез думаешь, что опасаясь за жизнь детей кто-то начнет перебирать твой грёбаный свод законов, ища самый безопасный крос?

— Это не так сложно, Киран! Для этого достаточно просто быть хоть чуточку адекватным!

— Ты опять приехала, чтобы оскорблять меня?

— Киран… — Эйла опустила взгляд, делая робкий шаг назад. — Прости. И то, что я сказала тогда в клинике, и то… Прости. Я не должна была так говорить. Это… Это непрофессионально. Я просто пытаюсь донести до тебя…

— Донести — что? Что ты таким способом собиралась до меня донести? Что я кругом неправ, что бы ни сделал? Спасибо! Я знаю это и без тебя!

— Я просто пытаюсь… заботиться о тебе. Ты ведь… Ты все ещё мой подопечный, Киран. Просто не хочу для тебя судов, не хочу расследований, не хочу проверок и лабораторий…

— Судов я не боюсь, — фыркнул Киран, делая шаг в сторону дома. — Хватит нотаций, Эл. Мы давно не в тех отношениях, когда я с удовольствием выслушивал от тебя лекции по безопасности.

— Ты зарезал их. Зарезал и испепелил трупы.

— И сделаю это ещё с сотней таких же, — прошипел Киран, вновь подойдя вплотную к Эйле. — Сделаю с любым, кто будет угрожать моей семье.

— Это жестокость.

— Это защита.

Эйла поджала губы, отводя взгляд в сторону. Изумрудные глаза блестели влагой.

— Подобное…преступление.Может стать поводом для пометки об особой жестокости. Ты знаешь, что это, верно? Такую уже получал твой отец.

Киран молчал, сжимая и разжимая кулаки. Ри послушно текла по пальцам, готовая сорваться в любую минуту. О, да. Сейчас он очень хорошо понимал отца.

Особая жесткость.

Пожизненное клеймо и запрет на работу с людьми.

В сочетании с отторгающимся маячком — просто сказка.

— Я хочу сменить куратора, Эл, — тихо сказал Киран, глядя Эйле в глаза.

— Ч… Что? — она явно не верила своим ушам.

— Я хочу сменить куратора. Разве это не мое законное право?

— Киран… Нет, ты можешь подать заявление, но это куча волокиты, и… У тебя не получится таким образом замять это дело.

— Мне все равно. Как подать это чертово заявление?

— Ты же не серьезно…

Киран склонил голову набок, рассматривая Эйлу. Каждую ее чёрточку он помнил наизусть. Каждое движение, каждый жест, каждую крохотную морщинку — он знал их так хорошо, что почти мог прочитать ее мысли по одному лишь направлению уголков ее губ. О чем она думала сейчас? Жалела ли о том, что навсегда расстается с бывшим любовником? С мужчиной, что всегда безраздельно принадлежал ей, даже после того, как она цинично бросила его — всего через каких-то два месяца с того дня, как он почти что лишился глаза? Жалела ли о том, что теряла друга, которого обрела в лице своего подопечного? Жалела ли, что теряла что-то привычное и родное?

Или боялась того, что заявление с просьбой сменить куратора громко заявит начальству о ее непрофессионализме?

Он усмехнулся, опуская взгляд. Не было смысла гадать. Он давно знал все ответы.

Просто боялся смотреть правде в глаза.

Потому что это было больно.

Это до сих пор было больно.

— Я серьезно, Эл, — ответил он почти шепотом. — Я хочу подать гребаное заявление.

Глава 24. Чёрная полоса

Вспышка неслась прямо за ними. Она видела отблески света впереди себя, видела, как они расцвечивали убегающие вдаль стены — и, в конце концов, осветили тупик. Тупик! Крис прижалась к ледяной стене, с ужасом оборачиваясь. Стена казалась металлической на ощупь. Металлической и… острой. Словно тысячи мелких игл впивались в пальцы.

— Отойди, Инри, — Киран заслонил ее собой. Свет надвигался, грозясь вот-вот поглотить их. Вдалеке слышался вой собак: Крис не могла увидеть их в таком ярком свете, но чувствовала, что они уже рядом. В воздухе разносился запах их сладковатой крови.

— Я создам щит, — дрожащим голосом бормотала Крис. — Я защищу тебя. Я…

Она пыталась призвать Ри. Но сила не откликалась в теле. Мышцы онемели, и она даже не могла заставить себя скрестить пальцы.

— Ты слишком слаба. Ты не справишься, — Киран обернулся, и лицо его было полно отчаяния. — Тебе нельзя было сюда приходить.

— Я справлюсь! — закричала она.

Ее заколотило от жуткого предчувствия. Свет был совсем рядом, а Киран зачем-то делал лишь шаги вперёд, навстречу тому, что спешило их поглотить.

Поглотить его.

— Нет. Нет! Я не дам тебе сдохнуть, придурок! Не сегодня! — она схватила его за шиворот, разъяренно отталкивая назад. Мановением руки окружила себя и его щитом и потащила — туда, в непроглядную, острую, металлическую тьму, где еще секунду назад ей мерещился тупик.

Стена развалилась, и, шагнув вперёд, она вместе с Кираном провалилась вниз.

— Инри… Что ты делаешь?

Они очутились на его кровати. Стояла ночь, и в комнате тускло горела одна лишь настольная лампа. Но Крис отчётливо видела Кирана прямо под собой. Он сидел, прислонившись голой спиной к стене, а Крис сидела сверху на его бедрах, плотно прижимаясь лобком к ширинке на его джинсах.

— Я спасла тебя. Разве твоя главная героиня не заслуживает благодарности? — она прижалась губами к его шее, запуская руки в непослушные волосы. Такие мягкие! Так восхитительно пахнут… Киран застонал, пытаясь ее оттолкнуть.

— Инри…

— Заткнись, Кин. Ради всех святых, помолчи хотя бы минуту. Мне нужна… — она покрывала его шею влажными поцелуями снова и снова, мерно двигая бедрами. — Всего лишь минута…

Она могла бы его раздеть. Могла бы потребовать большего. Могла бы заставить сделать все, что захочет. Но даже в гребаном сне он сопротивлялся! Крис положила его руки на свои бедра. Потянула его за волосы, заставив смотреть себе в глаза, и жадно припала к его губам.

Снова его отчаянный стон. Молящий. Страдающий.

— Можно подумать, я тебя пытаю, — проворчала Крис, отстраняясь.

— Целоваться с неумехой вроде тебя — та ещё пытка, — на его лице мелькнула знакомая ядовитая улыбочка.

— Какой же ты…

— М?

Она не прекращала двигать бедрами, глядя ему в глаза. Его руки затанцевали по ее телу, то нежно поглаживая, то сжимая почти до боли.

— Какой же…ах…

— Договаривай, Инри.

— Идиот. Ах… проклятье…

Он подцепил край ее пижамы и потянул вверх, обнажая грудь. Губы припали к затвердевшему соску, и Крис выгнулась, прижимаясь к Кирану всем телом.

— Ки…ран… Киран!

— Я здесь, Инри.

Она тяжело дышала, все ещё ощущая, как ритмичные пульсации разбегаются от низа живота по всему телу. В голове стоял сладкий туман. Заморгала, пытаясь понять, почему вдруг лежит на спине, если только что сидела — и увидела над собой недоуменное лицо Кирана.

— Ты в порядке? Сегодня даже не брыкаешься.

Крис выдохнула, садясь и упираясь спиной в изголовье кровати.

— Все… Все нормально. Это был… Уже почти не кошмар.

Киран приподнял бровь в немом вопросе.

— Кажется, сегодня я наконец-то спасла тебя, — она растерянно улыбалась, понимая, что все это время сжимала между ног скомканное одеяло.

— Мммм. И я отблагодарил тебя за спасение?

— Что?

— Обычно ты стонешь, как раненая тигрица. Но чтобы как мартовская кошка… Такое я слышу впервые.

— Иди к черту! — Крис нашарила под рукой мелкую подушку и ударила Кирана с той силой, на которую только была сейчас способна. Он рассмеялся, уклоняясь, и примирительно поднял руки.

— Ладно, ладно, Инри! Прости. Глупая шутка.

Она злобно пыхтела, больше всего на свете страшась, что он осознает, насколько был прав.

— Дай мне таблетку.

— Ты уже пила сегодня.

— Так дай ещё.

Он покачал головой.

Крис застонала, прикрывая руками лицо.

— Я просто хочу больше не видеть снов. Черт возьми, почему это так сложно?

Киран долго молчал. Он свесил ноги с кровати и задумчиво смотрел вниз, ковыряя носком растянутый узелок на прикроватном коврике.

— Это пройдет, Крис. Со временем станет легче.

Его голос был таким серьезным, что ей стало вдвойне неловко за свои похабные сны.

— Я знаю. Я созвонилась с терапевтом вчера. Просто нужно больше позитивных эмоций и меньше стресса. И… — она вздохнула, перебирая пальцами складки на простыни. — …И время.

— Завтра я отвезу тебя в клинику.

— Что? Зачем?

— Эл сказала… — он замолчал, снова поддевая петельку на коврике. — Не важно. Тебе в любом случае лучше пройти обследование, чтобы убедиться, что восстановление идёт нормально.

— Оно идёт нормально, — уверенно отозвалась Крис.

Киран посмотрел на нее через плечо и вздохнул.

— Ты опять это делаешь.

— Что?

— Храбришься.

— Я не храбрюсь.

— Крис, ты держала Щит Штерна минимум полчаса! В твоём состоянии это чуть меньше, чем самоубийство. Ты мне будешь рассказывать, что ты теперь в полном порядке?

— Со мной были дети, Киран! Что мне, черт возьми, оставалось делать?

Он откинул волосы со лба, выдыхая.

— Я сделала то же, что и сделал бы ты, — тихо сказала она.

— Нашла на кого равняться.

— Ты все ещё старший в нашей команде, разве нет? На кого мне ещё равняться?

Он не сдержал улыбки. Крис поймала себя на том, что без конца пялится на его губы, и с трудом заставила себя отвести взгляд.

— Я не осуждаю твои методы, Крис. Спасибо… Спасибо, что защитила девочек. Эри, правда, теперь в полном раздрае, потому что Нельты ей кажутся по сравнению с тобой полными неудачниками…

Крис хихикнула, прикрывая лицо.

— …Но в остальном — спасибо. Просто я хочу… Чтобы ты приняла мою благодарность. Чтобы позволила мне отдать долг. Позволила позаботиться о себе. Почему ты так этому противишься?

“Потому что не хочу быть слабачкой в твоих глазах”, — подумала Крис, прикусывая губу. “Потому что хочу, чтобы ты засунул свое сожаление себе в задницу. Потому что хочу, чтобы ты смотрел на меня хотя бы с толикой того восхищения, с которым теперь на меня смотрит Эри. Потому что хочу… Святые. Как же я тебя хочу”.

— Это я-то не принимаю благодарность? — вслух возмутилась она. — Да я согласилась жить в твоём доме грёбаных три недели, Киран! Я разрешаю таскать меня на руках, будить меня от кошмаров, готовить мне завтрак и… черт знает, сколько всего ещё!

— Тогда почему не хочешь поехать в клинику?

— Потому что все и в самом деле в порядке, — она потянулась вперед и легонько коснулась его руки. — Правда, Киран. Все… Все хорошо. К тому же завтра приедет Ханна, а я хочу поговорить с ней как можно скорее. Обещаю, если потом мне станет хуже, я поеду на обследование.

Он смерил ее недовольным взглядом, но Крис поняла, что его стена пала. Завтра она останется здесь. Завтра она встретится с Ханной и постарается во что бы то ни стало убедить ее взять дело отца Лавли.

Киран поднялся с кровати, и Крис с тоской проводила взглядом его широкую спину. Щёлкнул ночник — и комната вновь погрузилась в темноту.

***

— Помнишь, о чем мы договаривались?

— Не колдовать на своих, — понуро отозвалась Эри.

— Вот именно. Ты же не хочешь сделать больно Ките или маме?

— Нет, — она энергично замотала головой.

— Солнышко, пойми, твоя магия — это как… Как тот пистолет с шариками. Помнишь, что было в последний раз, когда ты решила поиграть им в доме?

Эри промолчала, выпятив нижнюю губу. Киран вздохнул.

— Давай я свожу тебя завтра в одно хорошее место. Дедушка тренировал меня там, когда я ходил в школу. Сможешь разгуляться и попробовать разное. А?

— Не хочу! — топнула ножкой Эрина. — Я не хочу такую магию! Зачем она нужна, если все авно нельзя колдовать! Я не хочу быть Нельтом! Я хочу быть как Кис!

Киран тихо рассмеялся, прижимая к себе племянницу.

— Конечно, хочешь, солнышко. Даже я хочу быть, как Крис.

— Кис! — Эрина заметила, что Крис спускается по ступенькам, и мигом вырвалась из объятий Кирана. — Кис, ты пгоснулась!

Крис замерла с растерянной улыбкой, когда малышка обхватила ее и прижалась так крепко, что по телу вновь прокатилась волна обжигающей боли. С утра уже пришлось выпить три таблетки обезболивающего — только так она смогла с горем пополам принять душ, переодеться и одолеть эту чёртову лестницу в одиночку.

— Почему не позвала меня? — Киран нахмурился, подходя к лестнице и бережно подхватывая Крис на руки.

— Я же не безногая.

— Выглядишь ужасно.

— Спасибо.

Он усадил ее на диван. Эри тут же подскочила следом, и, забравшись с ногами, схватила Крис за руку, чем тут же вызвала очередной приступ боли.

— Кис! Покажешь ещё, как ты колдуешь?

Глаза девочки горели нетерпеливым любопытством. Такая внезапная, всепоглощающая детская любовь! Крис понимала, что виной тому лишь эффектный золотистый щит, но… Святые, как приятно было почувствовать себя звездой на ее небосклоне! Как она могла отказать, глядя в эти очарованные глаза?

Крис улыбнулась, скрещивая было пальцы, но Киран тут же перехватил ее руку.

— Крис болеет, милая. Ей пока что нельзя колдовать.

— Как жаль!

— Очень жаль, Эри, — выдохнула Крис. — Как-нибудь… в другой раз. Я обязательно тебе все покажу.

— Ты сегодня же едешь в клинику, — слова Кирана звучали, как приказ.

— Киран!

— Даже не думай пререкаться, Инри.

— Я же сказала, что хочу дождаться Ханны…

— Она никуда не денется.

Крис обиженно посмотрела на него исподлобья. Он стоял над ней нерушимой скалой, держа руки на поясе и смотря на нее грозно, как родитель смотрит на провинившееся дитя. Губы сжаты в упрямую линию, меж бровей залегла складка. Крис оставалось использовать последнее оружие. Оружие, достойное звания Крыски.

— Заставишь меня ехать в клинику, и все сопровождение завтра же увидит твою блестящую роль.

— Думаешь, меня это волнует?

Крис скрестила руки на груди, откидываясь назад.

— Ладно. Если не волнует это, я воспользуюсь другим компроматом.

— Ты не посмеешь.

—Уверен?

— Инри.

Они молча смотрели друг другу в глаза, и Крис показалось, что воздух в гостиной накаляется с каждой секундой. Никаких слов больше было не нужно: она легко могла прочитать мысли Кирана, так же, как и он наверняка мог прочитать её.

Ни один из них не собирался сдаваться.

— Ты боишься уколов? — Эри снова взяла ее за предплечье. — Хочешь, я поеду с тобой? Я тоже не люблю уколы. Но потом всегда дают конфеты. Вообще это не очень больно, главное, не смотгеть. Киан всегда дегжит меня за гуку. Хочешь, я тоже буду дегжать тебя за гуку?

***

Обедали здесь же, в гостиной, заставив тарелками низенький кофейный стол, чьи деревянные ножки были сплошь изрисованы маркерами. Крис с интересом подмечала такие мелочи во всем доме — помимо следов, оставленных девочками, вроде тех же разрисованных обоев, здесь было много всего, что рассказывало о детстве Кирана. Мариам бережно собирала все грамоты и награды, что получали дети, и благодаря этому Крис знала, что Киран явно был артистичным ребенком, и увлекался не только кино и театром, но и музыкой. Тех же фотографий было просто несметное количество: Крис подмечала, что почти на всех школьных фото Киран стоял рядом с девочкой, явно напоминавшей Лекс. У них была одинаковая черная форма с синими полосками на воротниках, и Крис вспомнила слова Кирана о том, что из-за бедности ходил в самую обычную школу.

— Хочешь посмотреть ещё? — заметив ее интерес, Лекс притащила большой альбом с выцветшей белесой обложкой. Они уже закончили с трапезой и Киран помогал Мариам убирать со стола.

— Киран ходил в обычную школу вместе со мной, — улыбнулась Лекс, наблюдая, как Крис аккуратно перелистывает странички. Хранить дома настоящие распечатанные фото… Такая редкость! И такая ценность. Крис подумала, что будь у нее когда-то своя семья, она обязательно заведет такой же альбом.

— Папа хотел отправить его в нормальную школу для ЧеВГИ, он даже проходил туда где-то полтора года. Но потом я тоже пошла в школу, и у меня не заладилось с одноклассниками. Киран тогда устроил голодовку, чтобы ему разрешили перевестись ко мне, — Лекс засмеялась, вместе с Крис рассматривая фото, на котором мальчик лет десяти смотрел в камеру не по-детски серьезно и строго. Крис хорошо узнавала этот взгляд.

— Устроил… голодовку?

— Да-а. Папа запрещал, вот он и нашел единственный рабочий метод. Упертый с младых ногтей! Но надо отдать ему должное, после того, как он зачислился в мою школу, одноклассники сразу поутихли.

— Он что… Он их…?

Лекс рассмеялась.

— Ну, он только пугал, но никогда не использовал свою “магию” — она обозначила кавычки пальцами в воздухе. — Да и Нельт в нем проснулся поздно. Куда позднее его харизмы. Ты бы видела, как он крутил руками, как древний колдун! Шептал проклятья на старом языке… О, святые! Это было такое представление! Клянусь, меня больше и пальцем не трогали. Все поголовно боялись утром проснуться жабами.

Крис улыбнулась, переворачивая страницу. Здесь Киран держал на руках мальчишку, похожего на себя — и сердце Крис сжалось, наполнившись болезненной тоской. Она понимала, что, скорее всего, это отец Кирана держит его, ещё малыша, на руках, но Святые, как же они были похожи! Как легко было представить, что это Киран держит вот так своего сына! Крис легонько провела пальцем по фото, словно пытаясь коснуться этой вымышленной реальности.

— А давайте гисовать! — Эри прибежала с пеналом в руке. — Кис, ты умеешь гисовать колдунью?

— Она умеет рисовать только колдунов, — усмехнулся Киран, выходя из кухни. Через его плечо было переброшено полотенце.

— Нагисуешь мне? Кис?

Крис улыбнулась, откладывая альбом.

— Киран… Принесешь мой скетчбук?...

***

— О. Это Атель. Киан его ненавидит, — Эри перелистывала странички скетчбука Крис, совсем позабыв про свой альбом, где раскрашивала нарисованную Крис ведьму. Киран помогал Мариам с уборкой на кухне, а Лекс уехала в ветклинику, где работала на полставки — так что Крис снова осталась в гостиной с детьми одна. Кита лежала на полу, усердно пыхтя над страничкой со своими цветными каракулями.

— Почему он его ненавидит? — спросила Крис, мельком наблюдая за Китой.

Эри пожала плечами.

— Он заболел из-за него.

— Что значит “заболел”, Эри?

Эри посмотрела на Киту, и на всякий случай придвинулась к Крис поближе, поманив пальчиком, чтобы та наклонилась. Когда Крис сделала это, то Эри прижала ладошку к ее уху и горячо зашептала:

— На самом деле его не поклинала колдунья. Он думает, я не знаю, но мама говогила с бабушкой, а я слышала. Он ломал машину, а там вышел дядя. Киан спас его. А магия удаила его. Сильно удаила в лицо. С тех пог у него этот глаз белый.

— Этот дядя — это был Астель? — ахнула Крис. Эри пожала плечами.

— Навегное. Киан тогда очень плакал. Все лежал и лежал, не игал, даже не ел. Бабушка его заставляла. У него потом лицо Ателя висело в комнате, он когда злился, дготики в него кидал.

Крис сглотнула, уставившись на девочку. Астель… Виноват в том, что случилось с Кираном? Но как такое могло произойти? И даже если это было правдой — на кой черт Кирану после всего этого устраиваться в сопровождение?

Санар была права. Кирану было, что скрывать.

И у него были веские причины ненавидеть Астеля.

— Опять Атель. И ещё, — вздыхала тем временем Эри, перелистывая странички. — Он тебе нгавится?

— Да, — рассеянно отозвалась Крис, безумным взглядом уставившись в пустоту перед собой. — То есть… Нравятся его песни.

— Ммм, — протянула Эри, явно желая поскорее пролистать неинтересные картинки. — О! Это Киан!

Крис вздрогнула, переведя взгляд на страничку. Здесь и вправду был набросок, сделанный ею в больнице: мирно дремлющий Киран с повязкой на уже абсолютно здоровой руке.

— Ты угадала?

— Конечно! Очень похож! Нагисуешь меня, Кис? Нагисуешь тоже?

И Крис кивнула, берясь за карандаш.

***

— Просто знай, черт возьми, что ты работаешь на отъявленного мудака! — Ханна разъяренно бросила на кухонный стол глянцевый журнал, согнутый на развороте. Крис даже издалека различила фотографию Астеля: кажется, это было какое-то свежее интервью.

— Что за привычка распускать язык при детях! — воскликнула Мариам, зажимая уши подскочившей к столу Эри.

Но Ханна не слышала ее, объятая праведным гневом.

— Рэд совсем с катушек слетел? Решил пропихивать повестку через своего смазливого сопляка?

— Я тоже рад тебя видеть, Ханна, — невозмутимо улыбнулся Киран. — Это Крис, моя напарница. Крис, а это… Как видишь, это твоя долгожданная Ханна. Я же говорил, она та ещё тигрица.

Ханна резко замолчала, словно только сейчас до нее дошла необходимость оценить обстановку. Но молчание было недолгим. Она между делом кивнула Крис, и снова принялась тыкать пальцем в журнал. Кипа каштановых волос беспокойно колыхалась в такт ее резким движениям.

— Ты знал? Знал, что он поддерживает полосатых?

Киран закатил глаза.

— Какая разница? Сама сказала, это всего лишь смазливый сопляк. Кому есть дело до того, кого он там поддерживает? Главное, чтобы его песенки выходили без заминок. На его великие размышления о политике всем плевать.

— Да? Ты так думаешь?!

Мариам, покачав головой, продолжила заниматься ужином. Лекс сидела поодаль, нарезая овощи и время от времени одергивала девчонок, чтобы они прекратили носиться по кухне. Для Ханны, казалось, этот мир сейчас вовсе не существовал.

Крис потянулась к журналу и взглянула на строчки, в которые тыкала Ханна, доказывая Кирану, что Астель с его публичностью имеет достаточный вес, чтобы его слова отозвались в сердцах избирателей.

Особенно — в сердцах молодых избирательниц.

— Я не политик и не имею нужной компетенции, чтобы судить об этом вот так просто… Но если говорить о моем мнении, как человека, как обычного гражданина, то я бы сказал, что курс, который держит сторона Уорса, мне наиболее близок.

— Сейчас широко обсуждается предложение весьма неординарного решения проблемы Нельтов. Я бы сказал, решение Уорса вызвало большой резонанс. Среди предложений, выдвинутых Уорсом, вы также поддерживаете и эту меру? Я говорю о сегрегации, о создании целых городов, где Нельты будут полностью отделены от остального сообщества.

— О, это очень глубокая тема. Опять же, я могу рассуждать на этот счёт весьма поверхностно… Скажем так, решение Уорса насчёт Нельтов вызывает много вопросов, я, как представитель сообщества ЧеВГИ, не могу сказать, что полностью с ним согласен. Но Уорс также предлагает множество полезных реформ, которые могут качественно изменить все — от образования до искусства. Пожалуй, именно эти моменты меня наиболее привлекают.

Она быстро пробежала глазами по остальным вопросам. Обсуждение недавнего тура, покушений, и, конечно же, вопросов безопасности и свободы. Конечно, с кем ещё обсуждать вопрос Нельтов, как не с Галаром, на которого именно Нельты объявили охоту? Киран мог отпираться сколько угодно, но Ханна была права — подобные слова перед грядущими выборами от звезды такой величины, как Астель, все же могли сыграть свою роль. Особенно, если это было не единичное интервью. Крис попыталась вспомнить, как давно смотрела не только интервью, а хотя бы какие-нибудь материалы с Астелем вообще, и к своему стыду осознала, что это, кажется, было сильно задолго до аварии. Когда-то она ловила каждое его слово. Когда-то… Святые. Теперь ей казалось, что все это была какая-то давно забытая, прошлая жизнь.

— Скоро сядем ужинать, — прервала Мариам спор Ханны с Кираном. — Заканчивайте уже со своими интригами. Сколько раз говорить, что дом есть дом! Работу оставляйте на работе!

— Прости, мам, — Ханна наконец поугасла. Она сняла большие круглые очки, устало потирая глаза. Оттянула черный галстук в синюю полоску, ослабляя узел.— Служба по отлову приезжала?

— Да, — ответила Лекс, ссыпая нарезанные овощи в салатницу. — Звонили в обед отчитаться. Сказали, собаки были чем-то больны.

— Невероятно, — Ханна всплеснула руками. Посмотрела на Кирана, быстро скользнула взглядом по Крис. — Вы не пострадали?

— Нет, — поспешно ответила Крис.

— Что сказала кураторша?

Киран нахмурился, понуро опуская голову.

— Киран? — Ханна положила руку ему на плечо.

Он молча посмотрел сестре в глаза, и, кажется, она прочитала его ответ без слов.

— Ничего. Все обойдется. Они были агрессивны и непредсказуемы, а то, что они оказались чем-то заражены, нам только на руку. Даже не думай, что я позволю им впарить тебе ОЖ.

— Я знаю, — мягко улыбнулся Киран. — Знаю, Ханна.

***

За ужином говорили о магии. Эри все ещё сетовала на то, что не может создавать щиты, как Крис — вся семья безуспешно пыталась её убедить, что каждый талант хорош по-своему. Крис, тихонько морщась от боли, неловко ковырялась вилкой в аппетитно пахнущем мясе — кажется, это была говядина под каким-то невероятно острым соусом с привкусом апельсина и незнакомых специй. Ханна активно жестикулировала за столом, и Крис то и дело посматривала то на нее, то на Кирана, надеясь, что они как-нибудь сами собой обратят на нее внимание. Как заговорить с Ханной? Как подступиться? Она производила на Крис впечатление той самой крутой девочки из старших классов, на которую младшеклашки смотрят исключительно с раскрытыми ртами. Сейчас Крис словно сама была этой младшеклассницей, и лезть к Ханне с просьбами ей казалось чем-то сродни попытке простого смертного залезть на вершину Святых Праотцев.

— Кис может защитить кого угодно, — упиралась тем временем Эри. — Я видела сама! Вот это была настоящая магия!

Раздалось пение дверного звонка. Мариам застыла с вилкой в руке, глядя на детей.

— Мы кого-то ждём?

— Я жду, — Киран поднялся из-за стола. Крис, провожая его взглядом, поежилась. Кто и зачем мог приехать в такой час? Только не Эйла. Пожалуйста, только не она!

— Джер?

Джер выглядел уставшим. Отросшие волосы взлохмачены, подбородок и щеки темные из-за пробивающейся щетины. Под глазами залегли круги.

— Добрый вечер, Мариам. Девочки… рад вас видеть.

Лекс засуетилась, организовывая ещё одно место за широким столом.

— Присаживайтесь, Джер!

— Как вас занесло в такие дали? Слышала, вы теперь заведуете клиникой в Анфелиме.

— Выглядите так, будто не спали неделю. Святые, я надеюсь, вы останетесь на ночь? Вам просто противопоказано садиться за руль в таком виде.

— Джер, — тихо пробормотала Крис, с удивлением наблюдая, как все семейство Кин разом окружает ее отчима участливой заботой.

— Ты же не хотела ехать в клинику, — сказал ей на ухо Киран. — Я нашел альтернативу.

— Святые, — вздохнула Крис. — Он выглядит так, будто его убили, воскресили, а потом догнали и убили ещё раз. И ты заставил его ехать сюда в таком состоянии?

— Он сам вызвался, как только услышал, что тебе плохо.

— Мне не… — она тихо ойкнула, потянувшись к вилке, когда руку свело судорогой. Киран ответил ей выразительным взглядом.

— Так какими судьбами, Джер? — спросила Ханна, наливая ему стакан яблочного сока.

— Сказать по правде, я здесь ради Кристоль. Но я невыразимо счастлив видеть ее в окружении этой семьи. Моему сердцу во сто крат спокойней осознавать, что она остаётся с теми, кто сможет о ней позаботиться.

За столом повисла тишина.

— Джер — отчим Крис, — пояснил Киран.

— Бывший отчим, — добавила Крис. — Второй из мужей моей матери. Не в смысле, что у нее два мужа, а… Ну. Не важно. Моя фамилия Спаркс, так что…

— О! — Мариам хлопнула в ладоши. — В самом деле? Вот это совпадение!

— Джер некоторое время был кем-то вроде нашего семейного врача, — улыбнулась Лекс. — Я и не знала, что у него есть падчерица.

— Мы просто… — Крис запнулась, опустив глаза и снова ковыряясь в тарелке. — Мы давно не общались.

— Мы развелись с ее матерью одиннадцать лет назад, — договорил за нее Джер. — Но говорить о ней, как о бывшей падчерице, мне до сих пор сложно. Дети вообще могут носить звание “бывших”?

На этих словах он улыбнулся, и женщины за столом рассмеялись.

— Тогда выпьем за воссоединение, Джер, — Мариам высоко подняла стакан с соком. — За воссоединение и новое знакомство!

***

— Я так и не поговорила с Ханной.

— Успеется. Она будет здесь все выходные до Фриверана.

— Нет. Ты не понимаешь! Чем скорее я получу ответ, тем быстрее смогу сказать Лавли, берется ли Ханна за дело или нет. И если берется, Лав сможет сразу бросить чёртовы испытания!

— Успокойся, Инри. Один день ничего не решит.

Крис тихонько всхлипнула, прижимаясь носом к его плечу. Они уже преодолели лестницу, но Киран все ещё нес её на руках, за что она в тайне была ему благодарна. Весь день она старалась почти не двигаться, а когда все же приходилось — изо всех сил делала вид, что это даётся ей без труда. Но, видимо, она все же оказалась не такой хорошей актрисой.

Джер шел следом за ними. Когда они все трое оказались в комнате, и Киран уложил Крис на кровать, Джер присел рядом на краешек и тут же взял руку падчерицы в свою.

— О, девочка моя. Как же сильно ты…

Он нахмурился, и взгляд его стал отстраненно-сосредоточенным, словно он высчитывал что-то в уме.

— Что такое, Джер? — с тревогой спросил Киран.

— Что она сделала? Какой крос?

— Штерн. Где-то полчаса, может, больше.

Джер вздохнул.

— Ри только начинала восполняться. Она снова вычерпала все до дна. Повредила сразу несколько связей.

— Связей?

— Что-то вроде контрольных точек, где Ри вступает в непосредственный контакт с тканями. Такие повреждения мешают быстро восстанавливаться и причиняют постоянную боль.

Киран сделал шаг назад, запустив пальцы в волосы на затылке.

— Это… Это обратимо? Она ещё сможет, ну… Ты сможешь подлечить её?

Джер с тоской посмотрел на Крис, поглаживая ее по руке.

— Нет. Я облегчу боль сейчас, но связи должны восстановиться естественным путем. Завтра боль вернётся. И послезавтра.

— Твою мать, — выругался Киран, откидывая голову назад. Крис молча смотрела, как он закрывает лицо руками, медленно проводит ладонями вниз, от глаз до подбородка, выдыхает и отворачивается, а затем начинает расхаживать по комнате туда-сюда, будто маятник.

— Если отвезем ее в больницу?

— Ничего, — покачал головой Джер. — Там сделают то же самое.

— Ты сможешь остаться? На эти дни, пока она не…

— Только сегодня. Навещу ее завтра утром перед отъездом, но дальше тебе придется позаботиться о ней самому.

— Что мне сделать, Джер?

— Заботиться, Киран. Пусть много спит, много ест, и как можно меньше двигается.

— Значит, меня будут откармливать, как гусыню на убой, — пошутила Крис, слабо улыбаясь.

— Когда обезболивающее не будет помогать, и мышцы сильно стянет, делай массаж, — Джер отпустил руку Крис, чтобы порыться в своей медицинской сумке. — Вот мазь. Когда кончится, такую же сможете купить без рецепта.

Киран кивнул, забирая тюбик.

— И сколько… Сколько все это продлится?

— Сложно сказать, — Джер коснулся щеки Крис, беспокойно хмурясь. Его рука показалась ей обжигающе ледяной. — Бывали случаи, что хватало пару дней, но иногда уходили и месяцы. Беда в том, что совсем недавно Крис перенесла сложные операции, и специфическое лечение Вэлли внесло свою лепту.

— Месяцы? — дрожащим голосом переспросила Крис. Месяцы! Да он с ума сошел? Это же просто боль в мышцах! Она не может продолжаться так долго!

И Крис… Просто не может позволить себе поваляться в постели больше грёбаных трёх недель! Она потеряет работу, потеряет деньги, потеряет возможность помочь Лавли, и…

Потеряет напарника.

Она никогда не думала о том, что станет с ними, когда они покинут сопровождение. Станут ли и дальше общаться?

Но что в таком случае будет их объединять?

Нельт со странностями и бесполезная Инри.

Они ведь даже…

Даже не друзья.

Внутри все похолодело.

Она посмотрела на Кирана, и он, заметив ее отчаяние, живо опустился рядом с кроватью на колени, положив ладонь ей на лоб и мягко поглаживая.

— Эй, Инри. Никаких месяцев, поняла меня? Ты очухаешься уже к Фриверану. Я тебе обещаю.

И тут же, округлив глаза, посмотрел на Джера.

— Она вся горит.

— Сходи за другой сумкой, — Джер хмуро протянул ему ключи. — Она осталась в машине. Температура явно высокая, лучше сбить прямо сейчас.

Киран опрометью вышел из комнаты, и как только дверь закрылась, Джер тихо спросил:

— Это он?

— М?

— Паренёк тебя обидел?

— Святые, Джер… Нет, конечно.

— В прошлый раз ты тоже меня в этом убеждала.

— В прошлый раз мы просто тренировались, — Крис закатила глаза.

— Значит, тогда тренировались, а теперь все по-настоящему?

Она рассмеялась, хотя это и было безумно больно.

— Я думала, он нравится тебе. Почему ты его подозреваешь?

— Потому что он… — Джер замялся, задумчиво гладя ее по руке.

— Потому что он Нельт? — Крис криво улыбнулась.

— Ты знаешь, что он не просто Нельт. Он Нельт с проблемами, Кристоль. Как бы хорошо я к нему ни относился, прежде всего меня волнует твоя безопасность.

— Значит, ты соврал?

— М?

— Соврал, когда сказал, что твое сердце спокойно, пока я здесь?

Джер вздохнул, отводя взгляд.

— Он хороший человек. Если бы не его… беда, — он покачал головой. — Если бы не его… слабый контроль… Я бы сказал, что я спокоен за тебя, не раздумывая ни секунды.

Крис фыркнула, отворачиваясь.

— Не беспокойся. Он меня не трогал. Я всего лишь защищала детей от бродячей собаки. Сама повредила эти свои… Связи. Хватит уже обвинять Кирана в том, что он тот, кто есть.

— Я не виню его, — возразил Джер. — Он такой же заложник несовершенной системы, как и я. В какой-то мере, как и все ЧеВГИ… Просто… мне тяжело думать о том, что твой спутник может однажды тебе навредить. Даже сам того не желая, он способен на это, Кристоль.

— Спутник? — усмехнулась Крис. — Он всего лишь напарник, Джер. И это ненадолго. Вряд ли с моим великолепным здоровьем я продержусь в сопровождении хотя бы ещё месяц. Если эти твои связи и вправду не окрепнут за отпуск, на этом этапе моей карьеры можно будет поставить жирнющий крест.

—Всего лишь напарникитак себя не ведут.

— Как?

Джер замолчал, пристально глядя Крис в глаза.

— Святые, Джер. Ты серьезно? И вправду думаешь, что я стала бы встречаться с таким, как Киран?

Джер неопределенно пожал плечами. Крис шумно выдохнула, прикрывая глаза.

Интересно, Джер вообще знал о том, как безнадежно Киран любил свою чёртову кураторшу? Да даже если солнце упадет на землю и океаны пересохнут, Крис никогда не займет место рыжей красотки, что вечно улыбалась с экрана его телефона. Эйла. Эйла, Эйла, Эйла! Черт побери, от одного только упоминания ее имени все тело начинало чесаться.

— Не беспокойся об этом. Типы вроде него… не в моем вкусе.

— Вкусы меняются, Кристоль.

— Не в этом случае. Да ты вообще видел его лицо? Святые, Джер. Меня воротит от одной только мысли! Как тебе в голову пришло? Гадость.

Джер мягко улыбнулся, и по этой улыбке Крис поняла в очередной раз: актриса из нее и вправду никудышная. Отчим видел её насквозь. Совсем как в детстве, когда она, играя с ним в шахматы, отвлекала его и переставляла на доске фигуры: она могла сколько угодно думать, что обман сошел ей с рук, но в конце концов, когда ей удавалось выиграть, Джер смотрел на нее именно так, пристально, долго, с этой задумчивой тихой улыбкой.

Глаза защипало, и Крис тихонько шмыгнула носом. Джер мягко сжал ее руку в своей, и в ту же секунду дверь в комнату распахнулась.

***

— Она проспит до утра. Будет спать, будто ее пристрелили. Без единого сна.

Киран недоверчиво покосился на Джера, затем снова разглядывая спящую Крис. Та и вправду быстро отключилась и спала без единого движения — иногда ему казалось, что она даже не дышит.

— Джер. Надо поговорить.

Они вышли из комнаты и не сговариваясь направились в библиотеку.

— Мои таблетки. Те, что ты дал в больнице, — начал Киран, едва прикрыв дверь. — Они… Что-нибудь ещё известно о побочках? Кажется, они провоцируют протечки. Когда я внушаю эмоции, это полная ерунда, но в последнее время, мне кажется… Происходит что-то неправильное.

— Я знаю, Киран, — Джер понуро опустил голову. — Мне очень жаль.

— Очень жаль? — громким шепотом переспросил Киран, подходя ближе к доктору. Тот встал у окна, опираясь ладонями о край письменного стола. — Что это, черт побери, значит?!

— Таблетки вряд ли выйдут на рынок. Увы. Ряд последних исследований показал неутешительные результаты. Испытуемые… Проявляют неконтролируемую активность в состоянии стресса. И говоря об активности, я имею ввиду настоящее разрушение, Киран.

Киран почувствовал, как пол уходит прямо у него из под ног. Перед глазами потемнело, сердце натужно заколотилось, тяжёлым барабаном отдаваясь в ушах.

— Тогда давай вернём медиаторы. Привези мне медиаторы, Джер.

— Я не могу.

— Что значит — не можешь?

— Их не так легко раздобыть, Киран. На фоне этих исследований они вовсе пропали с рынка.

— Они и не были на этом гребаном рынке! Но ты всегда находил, Джер! Ты же можешь…

— У меня что, по-твоему, в кармане фабрика по производству запрещенки? — Спаркс отвечал тем же громким шепотом, но по покрасневшему лицу и широко раздувающиимся ноздрям было ясно, что он с радостью перешёл бы на крик, не будь они с Кираном стеснены обстоятельствами.

— Там, где я их брал, больше нет! И не будет!

— Но… — Киран опустошенно окинул глазами комнату. Все происходящее казалось нереальным. Иллюзией. Это просто страшный сон, и он вот-вот проснется, облепленный мокрой от пота простыней.

Нет. Нет. Нет. Какой-то абсолютно идиотский кошмар. Такого просто не могло, не должно было быть.

— Прости, — уже спокойнее прошептал Джер и печально покачал головой. — Те таблетки, что я тебе дал, скорее всего я тоже не смогу больше получить. Это брак, никто не выпустит препарат с такими побочками.

— Но… Почему? Почему они останавливают исследования? Неужели нельзя найти способ… Устранить этот побочный эффект? Джер? Это же… Черт возьми! Это же гребаная западня!

Он едва успел ощутить, как Ри огнем сорвалась с пальцев. Джер вздрогнул, вжав голову в плечи, когда тяжелые шкафы задрожали и несколько книг вылетели с полок, тяжело ударившись о паркет.

— Святые, — выдохнул Киран, осознав, что только что сделал. — Джер, прости! Прости, я…

— Вот об этом я и говорю, — вздохнул Спаркс, снова расправляя плечи. — Настоящее разрушение. Ненавижу приносить тебе плохие вести, Киран, но боюсь… Дальше будет только хуже.

Киран пытался дышать глубже. Пытался не думать о том, что может произойти, если пророчество Джера и вправду сбудется. И остаться без работы и даже попасть под арест было, пожалуй, не самым худшим исходом.

Хуже всего было думать о том, что он мог навредить девочкам. Навредить сестрам. Матери.

Причинить боль Крис.

Крис…

Он схватился за голову, сжимая волосы так, что едва не выдрал их с корнем. Ему стоит сдаться. Ему стоит просто признать, что сколько бы он не прятался, Собаки найдут его.

Распнут его.

И будут правы.

Они всегда были правы.

Он рожден для столетий несчастья. Таким, как он, лучше просто…

Просто умереть.

Шкафы снова задрожали, и несколько книг, разрываясь на лету, окропили библиотеку бледными пятнами бумажного крошева.

— Киран, — все ещё говоря вполголоса, Джер подошёл к нему почти вплотную и положил руку на плечо. Он не боялся. Какого хрена он не боялся?

— Уходи, Джер, — сипло сказал Киран, сморгнув набежавшие слезы. Из-за гребаной пелены лицо доктора перед ним дрожало, словно он смотрел в поверхность беспокойного озера. — Уходи…

— Киран, послушай меня, — вместо того, чтобы уйти, Джер положил обе руки на его плечи и легонько потряс. — Надежда всегда есть. Ты не должен… Ты не можешь вот так вот просто сдаться.

— Не могу? — нервно хохотнул Киран.

— Не можешь. Пока ещё нет. Послушай… Подопытные проявляют ПОА только в состоянии стресса. Постарайся свести к минимуму переживания, слышишь меня? Никаких драм. Никаких ссор. Как можно меньше напряжения.

— Ты в курсе, кем я работаю, Спаркс? — Киран глупо улыбался, ощущая, как слезы чертят горячие бороздки по щекам.

— Да, будет сложно. Но старайся хорошо спать. Не перегружаться. Хорошо есть. Как можно больше дофамина, слышишь? Как только почувствуешь раздражение или злость, старайся отвлекаться на что-то приятное. Что-то, что вызовет мгновенную вспышку удовольствия. Уровень сложности запредельный, я знаю. Но у тебя пока что нет другого выбора.

— Пока что, — фыркнул Киран, вытирая лицо. — А что потом, Джер?

Джер вздохнул, убирая руки с его плеч.

— Не знаю. Прости. Я хотел бы дать тебе больше определенности, но пока… Пока все плохо. Будем надеяться, что это только небольшая черная полоса. Как только появятся какие-то новости, я сообщу.

— Таблеток осталось не так много, Джер. Прошу тебя, вернись с новостями до того, как грёбаный маячок снова полезет наружу.

Он выдержал долгую паузу, прежде чем добавить:

— Хотя знаешь, сейчас… Я уже не понимаю, что лучше. Может, Крис права, и мне и в самом деле просто стоит сдаться Собакам? Не дожидаясь, пока я в очередной раз…

— Киран, — Джер смотрел на него с укоризной. — Помнишь, что я обещал Мариам, когда случился твой первый всплеск?

— Что я… Не повторю судьбу своего отца, — пробормотал Киран, глядя на свои ладони. Тело казалось чужим. Говорят, если ты спишь и хочешь проснуться, надо посмотреть на свои ладони. Но вот же они… Прямо перед ним. Он лихорадочно посчитал пальцы, надеясь, что хотя бы их количество подскажет переутомленному мозгу, что здесь что-то не так.

Ровно десять. По пять на каждой руке.

Ну почему, почему он не просыпается?!

Глава 25. Ханна

После отъезда Джера Крис чувствовала себя почти что обычным человеком. Его Ри пропитывала её мышцы, и хоть руки иногда схватывала слабая судорога, это все же было лучше, много лучше, чем вчера. Набравшись смелости, Крис подошла к Ханне сама и вывалила все, что знала о деле Лавли.

— Я знаю, ты очень занята, — смущённо бормотала Крис, потирая шею. Ханна, сидящая за кухонным столом напротив нее и листавшая какие-то бумаги, посмотрела на Крис поверх очков, что чуть съехали по переносице вниз. — Но, может, у тебя есть возможность дать чьи-то контакты? Того, кто ещё сможет помочь?

— Когда слушание? Кто сейчас представляет его интересы?

— Я… Я сейчас уточню…

— Дай мне ее телефон, — Ханна деловито достала блокнот и завертела в руках ручку. — Я возьмусь за это дело.

— Правда?

— Мы с “Правом на меч” как раз собираем пул подобных кейсов. Если правильно подойти к вопросу и подтянуть СМИ, дело может стать резонансным. В свете предстоящих выборов… Мы сделаем так, что за делами о Нельтах-защитниках будет наблюдать вся Ангерада.

— О, — прошептала Крис. — О! Спасибо, Ханна! Ты не представляешь, как я… Я сейчас же позвоню Лав!

— Дай телефон. Я сама позвоню ей.

Когда Ханна вышла из кухни, разговаривая по телефону с Лав, Крис все же написала короткое сообщение подруге и облегчённо выдохнула. Спасены! Конечно, в каком-то смысле, это только начало, но то, с какой уверенностью подходила к делу Ханна, внушало Крис спокойствие. Она на всякий случай отправила Лав и деньги — больше половины того, что получила по страховке после аварии. Наверняка судебные издержки Лав будет тяжело нести на себе одной, особенно, если она все же послушает Крис и бросит ходить на опыты раньше срока, когда истечет контракт.

Спасены. Спасены!

Крис вылетела из кухни в гостиную и натолкнулась на Кирана. Тот смотрел на нее с немым вопросом.

— Она… Она возьмётся за это! Сама! — Крис чуть не подпрыгивала от восторга. Киран улыбнулся, засовывая руки в карманы джинсов и пожимая плечами.

— Я же говорил, она не может пройти мимо вопиющей несправедливости.

— О, святые! Киран, спасибо!

Ей так хотелось выразить все, что она чувствовала. Не только к нему — ко всей его семье. Их безусловная доброта, их помощь, их тепло… Никаких слов благодарности не хватило бы, чтобы описать то, что переполняло ее сердце.

Она хотела обнять Кирана. Сжать его в объятиях так крепко, чтобы он охнул от боли. Может быть, даже поцеловать — как тогда, после первого концерта, когда ей впервые удалось остаться с Астелем наедине в гримёрке. Почему тогда она сделала это, не задумываясь? Почему тогда она была такой откровенной и смелой?

Крис завела руки назад, сжимая влажные ладони. Мельком окинула взглядом гостиную.

На диване играли девочки, Мариам и Лекс болтали, чистили яблоки и смеялись, комментируя глупый сериал. Нет, Крис просто не посмеет… Будет слишком странно прыгать на Кирана с поцелуями вот так, на глазах его семьи. Он снова брезгливо вытрет щеку и посмотрит на неё, как на ходячее недоразумение, а она будет выглядеть глупо и жалко.

— Спасибо, — снова повторила она почти шепотом. Киран кивнул.

— Ну, раз ты наконец успокоилась, пришло время развлечься, а? Хочешь с нами сыграть?...

***

Они играли в детскую версию “Я тебя знаю”. Никакого наказания в виде ударов током, конечно, не было и в помине. Детская версия была даже милой: высказавший неверное предположение получал щелчок по носу, а тот, кто угадывал — получал поцелуй в щеку. Поскольку в семье Кин все знали друг друга слишком хорошо, первые несколько кругов превращались в сплошные взаимные благодарности. Крис с лёгкой завистью смотрела, как непринужденно Лекс, Мариам, Киран, Эри — и даже Кита за компанию — целуют и обнимают друг друга, хватают за руки, поглаживают — для них всех это было так же естественно, как дышать. Объятия и ласка были их родным языком, и Крис чувствовала себя инопланетянкой, что нелепо пыталась объясняться жестами, залетев на незнакомую ей планету.

Они уселись в круг на полу. Мариам развела огонь в камине, в воздухе все ещё витал аромат яблочного пирога, что она пекла к ужину, большой свет потушили и сидели только в освещении пламени; голоса стали тише, и даже дети хихикали негромко, прикрывая ладошками рты, словно боялись кого-то спугнуть.

— Ты боишься собак, — Эри, подобрав под себя ноги, нетерпеливо раскачивалась, глядя на Кирана.

— А вот и нет, обезьянка, — Киран легонько щёлкнул её по носу. — Я же тебе уже говорил.

— Боится, — запротестовала Лекс. — Просто делает вид, что ему не страшно.

— Тогда поцелуй! — Эри весело захлопала ладошками по коленям. — Нельзя обманывать, Киан! Это нечестно!

— Я не обманывал, — Киран бросил обиженный взгляд на сестру.

— Давай, давай, — поддакнула Мариам. — Я помню, как тебя укусил соседский пёс в детстве. Ты ему до сих пор это простить не можешь.

— Это не значит, что я боюсь, — буркнул Киран, но всё-таки поцеловал Эри в щёку.

— Йеееей! — она вскинула руки в победном жесте.

— Я поцеловал, только потому что люблю тебя, ясно? — Киран хмурился, но Крис прекрасно видела, что он дурачится, только делая вид, что обижен.

Она сидела от Кирана по правую руку. Теперь Киран должен был предположить что-то о Крис. Первые разы она ожидала, что он станет говорить о ней простые банальности, которые все и так знают, но он будто намеренно нес ахинею, чтобы получать щелбаны. Так что на этот раз Крис уже сложила пальцы, готовясь щёлкнуть его посильнее.

— Инри. Ты… — он повернулся к ней и задумчиво склонил голову. Отблески пламени плясали на его волосах, и Крис невольно захотелось протянуть руку и убрать несколько непослушных прядей с его лица. Нежно завести его волосы за ухо. Наверное, такое могла себе позволить любая из женщин, что сидела сейчас в этой комнате с ними. Но только не она.

Не Крис.

Она все ещё оставалась инопланетянкой.

Киран склонился к её уху и прошептал:

— Ты влюблена по уши в того, кто никогда не ответит тебе взаимностью. Но тебе это даже нравится. Так ты чувствуешь себя в безопасности.

Крис замерла, испуганно выдохнув.

— Киан! Что ты сказал ей? Что ты сказал?

— Я сказал, что она влюблена, — непринужденно объявил Киран, отстранившись от Крис и довольно ухмыляясь.

— О-о-о! Я знаю, я знаю ответ! — хихикнула Эри.

— Тише! — шикнула Мариам, поглаживая дремлющую у нее на коленях Киту.

— Угу. Я тоже знаю, — прошептал Киран. Он скользнул взглядом по лицу Крис. Быстро облизал пересохшие губы и сглотнул слюну — она заметила это короткое движение кадыка и отвернулась, потому что иначе взгляд неумолимо побежал бы ниже по его шее. Она бы сразу вспомнила о том, как пахнет его кожа, и начала бы фантазировать о вещах, которым в этой обстановке явно не было места.

Которым вообще не должно было быть места в ее голове.

Воздух сделался слишком горячим, и она машинально расстегнула пуговицу на рубашке.

— Ну, Инри? Неужто так сложно?

Крис вдохнула, набираясь смелости. Сосредоточенно сжала губы, потянулась к Кирану и убрала волосы с его лба почти с материнской нежностью… Для того, чтобы отвесить ему очередной щелбан.

— Ау! Ты вообще в курсе, что врать в этой игре запрещено? — Киран обиженно потер лоб.

— Я и не вру, — невозмутимо ответила Крис. — Это ты — выдумщик.

Лекс и Эри тихо засмеялись. Мариам улыбнулась, качая головой.

— Я не слишком поздно? — Ханна подсела в кружок, заняв место между Эри и Лекс. — Ещё можно вторгнуться в вашу идиллию?

Она подняла очки на голову, зацепив их на манер ободка, и скрестила ноги перед собой.

— Конечно, — Лекс легонько толкнула сестру в плечо. — Вот сейчас на тебя и перейдем. Пусть Крис задаст тебе штрафной вопрос.

— Эй, а можно я буду задавать Ханне вопос?

— Крис здесь впервые, Эри. Разве тебе не интересно, чтобы она сыграла побольше ходов? Мы с тобой знаем Ханну, как облупленную, а Крис все в новинку.

— Она навегняка получит щелчок. Она столько получает. У нее ского нос отвалится.

Смех. Шиканье Мариам. Сонное лопотание Киты..

— Ханна… Ты… Тебе не нравится работа Кирана.

— Ну иди, я тебя поцелую, — Ханна усмехнулась, широко расставляя руки для объятий. — Только приехала, а уже понимаешь меня с полуслова!

И Крис смущённо подставила щеку под её горячие губы.

***

Она много узнала за игру. Конечно, услышала много невинных пустяков, вроде того, что Ханна до ужаса боится мышей, но и интересные факты тоже попадались. Она узнала, что Лекс доучивается на ветеринара, и когда выйдет на полную ставку, то будет работать уже не в качестве подсобного персонала, а станет настоящим врачом, чем Киран безумно гордится. Лекс пришлось бросить учебу из-за беременности Китой, и она вернулась в университет только благодаря поддержке брата. Это Крис узнала уже не из простых вопросов в игре — как это обычно бывало с “Я тебя знаю”, разговор быстро завязался, перетекая из одной темы в другую, и ни щелчки, ни поцелуи больше не понадобились. В конце вечера все разбрелись по гостиной и кухне, разбившись на маленькие группки — Мариам сидела в гостиной с Лекс, Киран возился с детьми, а Крис обнаружила себя болтающей на кухне с Ханной. Несмотря на кажущуюся недосягаемость, разницу в статусе и разницу в возрасте — кажется, Ханне было давно за тридцать, — Крис неожиданно поняла, что разговаривать со старшей сестрой Кирана было все равно, что дышать. Слово цеплялось за слово, диалог шел быстро и плавно, словно ручей — Крис даже не задумывалась над тем, чтобы подбирать какие-то особенные слова или придумывать темы, которые могли бы понравиться собеседнице. Ханна вела ее сама, рассказывая интересные случаи из практики, отвечая на самые странные вопросы Крис и между делом на пальцах объясняя запутанные юридические термины, по большей части связанные с контролем Нельтов. Например, Крис наконец поняла, о каком “ОЖ” в анкете Кирана говорила Ханна в день приезда. “Особая жестокость”. Метка об особой жестокости могла быть проставлена в анкете Нельта советом кураторов, в случае, если примененный крос был, по их мнению, чрезмерной силы и не соответствовал ситуации. Обычно такая метка стояла у тех, кто был судим за свои преступления, но в некоторых случаях метки удостаивались даже Нельты, не причинившие очевидного ущерба людям или имуществу. Убийство бродячих собак вполне могло стать поводом для отметки ОЖ, если кураторы посчитали бы примененный крос очевидно негуманным.

Крис поежилась, вспоминая окровавленную одежду Кирана и вонь собачьей крови.

“Мне нельзя показываться девочкам в таком виде”.

Тогда у нее не возникло вопросов к его методам. Потому что тогда…

Она прекрасно помнила, как тащила девчонок, прикрывая щитом, и мечтала, чтобы Киран разорвал каждую псину, что встала на их пути.

Да она сама была готова растерзать этих собак голыми руками.

Но могли ли кураторы проявить подобную эмпатию? Могли ли понять, что испытывал в моменте человек, защищавший своих близких от бешеной своры?...

— А если… Киран всё-таки получит такую метку? — робко спросила Крис.

— Получит запрет на работу с людьми.

— Значит… Его уволят из сопровождения?

Ханна задумчиво покусала дужку очков.

— Это могло бы быть даже неплохо, а? Если бы ОЖ давала ограничение только на эту работу, да я бы пошла умолять его кураторшу расписать его пороки пожестче, — она усмехнулась и положила очки на стол.

— Кажется, ты не просто не в восторге от Астеля. Тебе как будто не нравится сама мысль, что Киран работает в сопровождении.

— Крис, побойся Святых. Нельт в сопровождении? Зачем он там? Диковинка! Дорогая игрушка! Думаешь, я не слышала, как такие, как Астель, хвастаются своими Нельтами, как какими-то экзотическими животными? Это... Это не работа, — Ханна покачала головой. — Это не то, чего заслуживает Киран! Да он бы… мог стать кем угодно. Мог бы сам писать эти чёртовы песенки. Да хоть стать учителем! Ты только посмотри, как он управляется с детьми!

Крис скользнула взглядом в гостиную: с места, где сидели они с Ханной, можно было наблюдать за Кираном и девчонками. Дети смеялись и наперебой галдели, пытаясь отнять у Кирана маленький мячик, который тот невозмутимо вертел на пальце.

— Я тоже так смогу!

— Сначала отбери, обезьянка.

Крис улыбнулась, переводя взгляд на Ханну. Та устало уронила руки на стол.

— Наверное, странно слышать такое от правозащитницы Нельтов, — грустно улыбнулась она. — Пойми правильно, Крис. Я против того, чтобы их преследовали. Против того, чтобы держали взаперти. Против того, чтобы запрещали быть теми, кто они есть. Но... То, кто ты есть, не может определяться одним лишь проклятым геном. Я просто не верю... Не хочу верить, что талант, который случайным образом выдала нам природа, обязательно должен стать нашей судьбой.

Крис кивнула, задумчиво перебирая руками салфетку.

— Считаешь меня излишне романтичной? — Ханна горько улыбнулась.

— Нет. Наверное, напротив, полагать, что все ЧеВГИ имеют что-то вроде природного предназначения, куда более романтично. Даже... Наивно.

— Но очень удобно для общества, — Ханна обернулась через плечо, бросив быстрый взгляд на Кирана.

— Если честно, я очень надеюсь, что браслеты скоро введут повсеместно. Отец, Эри, Киран... Вся наша семья просто станет… Самой обычной.

— Ты думаешь, Киран по своей воле бросит сопровождение? Говорят, что Нельты смогут пройти комиссию и получить разрешение на работу… По-твоему, он способен просто оставить все это?

— Он не пройдет комиссию, — невозмутимо ответила Ханна.

— Почему?

— Он хороший человек, Крис. Он умеет быть любящим. Заботливым. Добрым. Но его… чувствительность... — она вздохнула. — Я не хочу сказать, что это проклятие. Тонко ощущать мир в полных красках — это… Думаю, это потрясающе, да. Но не для Нельта. Не для человека, который собирается работать с повышенным риском, понимаешь, о чем я? Это мешает контролю. Эмоциональный Нельт слишком непредсказуем. Я уверена, ни один член комиссии, знакомый с его делом, не выдаст Кирану разрешение. Даже если на нем ещё нет метки ОЖ, поверь мне, при детальном анализе у них возникнет много вопросов.

— Но тебя это не очень расстраивает, да? — Крис слабо улыбнулась.

Ханна виновато посмотрела на нее и опустила голову.

— Прости мне мои слова. Но я только и мечтаю о том, чтобы наша семья навсегда забыла о разрушении.

***

— Я в порядке. Перестань возиться со мной, как с ребенком.

— Я вижу, — голос Кирана над ухом заставил ее тихонько вздохнуть. Боль к ночи и вправду становилась невыносимой, но Крис до последнего старалась не подавать виду — хотя с Кираном это, как всегда, не срабатывало. Сейчас он нес ее по лестнице, и Крис, обвивая его шею руками, легонько, как будто невзначай, касалась его волос на затылке. Святые! И вправду, очень мягкие. Хочется зарыться в них носом и проспать так до самого утра.

— Я должна поправиться к Фриверану, — Крис прикрыла глаза и прижалась губами к его плечу. Даже сквозь ткань футболки ощущала жар его тела. Он всегда был таким горячим? Уффф… Боль снова отходила на второй план, неизбежно отступая под натиском возбуждения. — Мать будет в ярости, если я не приеду.

— Она не знает? О том, что произошло.

— Знает об аварии. Остальное ей знать не нужно.

Киран занес ее в комнату и уложил на кровать. Присел рядом, внимательно разглядывая лицо Крис.

— Ты не обязана ехать. Если ты будешь в таком состоянии, Крис…

— Обязана, — отозвалась она, складывая руки на беспокойно вздымающейся груди.

— Это всего лишь идиотская традиция. Не настолько важная, чтобы жертвовать собой ради каких-то посиделок с родней, с которой ты дажетолком не общаешься.

— Ты не понимаешь. Не сможешь… — она прикрыла глаза, непроизвольно дёргая руками и сжимая их в кулаки. — Не сможешь понять. У тебя… У тебя все иначе, Киран. Настолько иначе, что я не смогу объяснить тебе, даже если бы и хотела.

— Я же не совсем идиот, Инри, — нахмурился Киран. — Наверное, уж способен понять, что значит иметь сложные отношения с родителями. Ты вообще видела моего отца?

Крис поджала губы. Она долго собиралась с мыслями, прежде, чем что-то сказать, но едва решилась открыть рот, как пальцы Кирана задрали ее рубашку и скользнули по голому животу.

Дрожь огненной волной прокатилась по телу.

— Что ты делаешь? — она подскочила, перехватывая его руки, и ошарашенно уставилась в его абсолютно спокойное лицо. Он даже не моргнул, ответив уверенное:

— Раздеваю тебя.

Крис растерянно хлопала глазами.

— Решил воспользоваться моей беспомощностью, Кин?

Засмеялся, откидывая ее руки. Опустился к поясу джинсов, быстрым и коротким движением расстегнул пуговицу — Крис замерла, пытаясь понять, в какой момент она все же умудрилась уснуть.

Когда Киран ей снился, она четко понимала, что видит его не наяву. Потому что то, что он делал во снах, абсолютно точно было невозможно на самом деле.

Но почему сейчас сон казался таким… настоящим?...

— Успокойся, Инри, — все ещё тихо смеясь, он стащил с нее джинсы, и Крис не нашла в себе сил сопротивляться. — Последнее, чем бы мне хотелось воспользоваться — это беспомощностью Астелевской фанатки в моей постели.

Стащил с прикроватного столика красный тюбик и повертел перед ее носом.

— Или ты предпочитаешь, чтобы я втирал прямо через одежду?

— Не обязательно для этого раздевать меня до трусов, — вспыхнула она, слабо отталкивая его руки — длинные пальцы ловко справлялись с пуговицами на ее рубашке. — Я же могу и… Киран!

Он невозмутимо избавил ее от рубашки и стянул майку через голову. Крис сиротливо прикрыла грудь, сжатую старым кружевным лифчиком. Не в таком виде она представала перед Кираном в своих снах! О, Святые… Если это и был сон, то, пожалуй, худший кошмар в ее жизни!

— Да что я там не видел? — обиженно фыркнул он, смазывая руки мазью. Та резко пахла ментолом. — Перед врачами на осмотре ты тоже мнешься, как девственница в брачную ночь?

— Ты не врач! — возразила она, тем не менее, поддаваясь навстречу его горячим скользким ладоням. Киран перевернул ее на живот, и теперь ей приходилось обиженно бухтеть, уткнувшись носом в подушку.

— Я твой напарник. Это почти то же самое.

— С какого черта это то же самое?

— Напарники тоже не имеют пола. Никаких похабных мыслишек, Инри. Поверь, я тоже не в восторге. Наминать твои тощие косточки — то еще удовольствие.

Он замолчал, с усилием разминая ее спину, и Крис закричала от боли. Но мазь и вправду быстро проникала под кожу, и в сочетании с движениями Кирана прогревала так хорошо, что крик довольно быстро перешёл в протяжный гортанный стон.

— Мффффм… — она сильнее уткнулась в подушку и вдруг ощутила, как натянулись лямки на спине. — Что ты делаешь?

— Он мешается.

— Твою мать, Кин!

— Тццц. Прикуси язык, Инри.

Крис прикусила подушку, когда натяжение резко ослабло. Теперь чашечки просто прикрывали ее грудь снизу. Спина абсолютно оголена.

Крис… Почти что голая.

Под ним.

— Ммммффф.

— Ага. Так-то лучше, а, фанаточка?

— Заткнись.

Киран тихо рассмеялся, не прекращая уверенных, сильных движений. Крис не открывала глаз. Было так хорошо, так чертовски хорошо! И вправду говорят: хочешь сделать человеку приятно — сперва сделай ему плохо. Если бы Крис не почувствовала прежде той дичайшей боли в каждой мышце, вряд ли массаж Кирана сейчас казался бы чем-то настолько невероятным.

В какой-то момент он так низко опустился к ее пояснице, что Крис едва успела уловить, что резинка ее трусов планомерно сдвигается вниз.

— Ты совсем охренел?

— М?

— Убери руки с моей задницы!

— А, это уже она? Такая плоская. Я даже и не заметил…

Она резко перевернулась на спину, прижимая лифчик к груди. Разъеренно уставилась на Кирана, но тот тихо смеялся, глядя на Крис так весело, словно только что и вправду произнес шутку века.

— Обязательно быть таким говнюком, Кин?

— Прости, — он все ещё смеялся, снова смазывая руки. — Прости, Инри. Я просто задумался. Правда, не заметил.

Она пихнула его ногой, но он поймал ее в скользкие руки и принялся мягко сжимать стопу. Крис хотела ударить его. Хотела бить его снова и снова, пока он не начнет молить о пощаде! Но движения уверенных пальцев по ее стопе, немного щекотные, но до безумия приятные, слишком быстро заставили ее гнев раствориться. Она закатила глаза, блаженно опуская веки, и откинула голову на подушки, довольно постанывая.

— Фффф… Мммм. Святые.

— У тебя такая маленькая стопа.

— Ага. Как и задница, да?

Фыркнул, давясь смешком, но тут же сказал абсолютно серьезно:

— Ты вся слишком маленькая. Не понимаю, как в таком маленьком теле может быть столько Ри.

— Не так уж ее и много, — отозвалась Крис, не открывая глаз. — Будь ее достаточно, я бы сделала себе тогда нормальный щит. И мне не раскрошило бы кости.

— Ты могла бы его сделать, — отозвался Киран, переходя тем временем от стоп к икрам. — Если бы не потратила столько сил на меня. Если бы ты не сделала мне двойной щит, ты могла бы…

— Да, да, Кин, я тупая, как пробка, и принимаю неверные решения, когда дело касается экстренных ситуаций. Кто бы мог подумать, что в стрессе люди могут ошибаться, да?

Киран не ответил, и Крис приоткрыла глаза, чтобы увидеть его лицо. Он улыбался. Ну конечно, он улыбался. Крис прикусила щеку изнутри, когда грудь снова заполнило это невыносимое, тянущее ощущение жажды. Она словно была путником, бредущим по пустыне тысячу лет, и сейчас смотрела на роскошный оазис. Колодцы здесь были полны чистейшей студёной воды.

Она могла бы припасть губами к прохладной глади. Могла бы вдосталь напиться.

Крис крепко зажмурилась, пытаясь не думать о его проклятой улыбке.

— Йен-си-я-со-ла-на, — на ломаном бенсанском прочитал Киран, водя пальцем по расплывшейся татуировке на ноге Крис. Это был крохотный фонарик, который окружала надпись “En sia solna”. Некачественная работа подпольного мастера, работающего без лицензии. Постыдный след подросткового бунта.

— Эн сиа солна, — поправила его Крис.

— Что это значит?

— “И рассеется тьма”.

— Мило, — хмыкнул Киран, в очередной раз смазывая руки и возвращаясь к татуировке. — Что-то вроде девиза?

— Это в честь моей бабушки. Ее звали Энси Солна, — тихо отозвалась Крис.

— Звали?

— Ну, и зовут. Наверное. Понятия не имею, что с ней.

Киран замолчал, как замолкал всегда, когда в разговоре всплывало что-то, по-настоящему глубоко вспарывающее прошлое Крис. Его молчание не звучало, как попытка перевести тему. Оно было открытой дверью. Символом приглашения. Киран прекрасно знал, что стоит ему вот так замолчать, и через минуту Крис сама вывалит все подробности.

— Я ее почти не помню, — призналась она спустя минуту. Пальцы Кирана уже прошли татуировку и скользнули выше, к колену. — Это странная история. Она… Была интересной женщиной. Учила меня всякому. Рассказывала странные сказки. А потом вроде как сошла с ума.

— Вроде как?

Крис пожала плечами.

— Мама упекла ее в лечебницу. Но бабушка там долго не продержалась. Сбежала.

— И ты не пыталась ее найти?

— Ее искала вся полиция Ангерады, Киран, — фыркнула Крис. — И сотни добровольцев. Никто не смог ее найти. Думаешь, я какая-то особенная?

— Думаю, ты куда умнее полиции.

Воздух шумно вырвался из ее ноздрей, когда руки Кирана перешли к ее бёдрам.

— Если бы я была умной. Если бы я могла быть хоть чуточку умнее... Все бы не закончилось этим.

— Чем?

— Что я лежу здесь. Перед грёбаным Кираном Кином. Униженная и голая.

Опять фыркнул, рассмеявшись.

— Считаешь это унижением, Инри? По-моему, унижаюсь тут только я. Массирую тебя, как последний раб. Могла бы проявить хоть каплю благодарности!

— Я… — она охнула, когда его пальцы сжали внутреннюю поверхность ее бедра. Непроизвольно дернулась, поддаваясь вверх, навстречу его рукам, и тут же стыдливо замерла, закусывая губы. Глаза были закрыты — она не смела смотреть в лицо Кирана в эту секунду. Он наверняка опять смеялся над ней. И он будет ещё говорить, что это не унижение? Святые! Лицо горело, и Крис, нашарив маленькую подушку, накрылась ей, ощущая на себе пристальный взгляд.

На груди что-то пошевелилось.

Черт! Она совсем забыла про лифчик!

Лихорадочно подхватила его, крепче прижимая к груди. Нет, кажется, почти не съехал. Киран вряд ли что-то увидел, а то не удержался бы ещё от одного едкого комментария насчёт ее размеров. Уж с него станется!

— Как врач, Инри. Напарник это почти как врач.

— Умгу, — промычала в подушку.

— Прекрати дёргаться. Не смотрю я на твою грудь. Она мне и даром не сдалась.

— Умг.

Снова сжал ее бедра. Крис отчётливо ощутила влажный жар между ног, и, вцепившись зубами в подушку, прижала ее рукой к лицу так крепко, чтобы уже наверняка задохнуться. Либо она умрет так, либо все равно через секунду сдохнет от стыда.

Киран, черт побери, сам Киран!

Бесстыдно лапает ее. Сжимает ее. Поглаживает, увлажняя погуще — и снова сжимает.

Это невыносимо.

Под ней скоро натечет лужа.

Святые праотцы, как она будет потом смотреть ему в глаза?

— Ффф… Я устал. Инри. Ты чего? Так больно?

Он стащил подушку. Удивлённо уставился в глаза Крис, быстро моргая. Она наблюдала за ним из под полуприкрытых век, вяло перебирая пальцами кружева на стареньком лифчике.

— Нет… Нет. Не больно.

— Уверена?

— Ммммм.

Выдохнул, опуская плечи.

— Еще и твои руки разминать. Святые, я уже устал так, будто весь день грузовики швырял.

— Неженка.

— Вот ведь неблагодарная женщина.

Ее рука оказалась в его ладонях. Крис следила за тем, как он аккуратно прожимал каждый сантиметр на ее пальцах, и благодарила праотцев, что пытка с массажем ног наконец-то закончилась. Сердце все ещё колотилось, дыхание оставалось неровным. Но наблюдать за сосредоточенным лицом Кирана, когда он занимался ее руками, все же было куда спокойней и проще, чем когда он орудовал над ее бедрами.

— Киран.

— М?

Он уже переходил к ее плечам, когда Крис потянула его за воротник футболки, заставляя наклониться.

Кончики ее пальцев скользнули по шершавому шраму.

— Как ты его получил?

Киран отскочил, словно обжегся, прижимая ладонь к щеке, смотря на Крис загнанным зверем.

— Тебе-то что?

— Это ведь Нельт. Твоя собственная Ри, да?

Он молчал, быстро бегая пальцами по шраму, словно вспоминая, как он выглядит.

— Ты получил его из-за Астеля?

Глаза Кирана расширились.

— С чего ты взяла?

— Эри сказала.

— Святые. Ей-то откуда знать?

Крис приподнялась на кровати, упираясь спиной в изголовье. Все ещё придерживая чашечки у груди, натянула лямки на плечи.

— Подслушала разговор взрослых.

Киран тяжело вздохнул. Помолчал. Тыльной стороной ладони откинул пряди с лица.

— Нет. Не из-за Астеля. Я получил его по глупости. Это… Это уже не имеет значения, Инри. Я не хочу это…

— Он вышел на съемочную площадку? Пока ты разрушал декорации. Я права?

Снова вздох. Мгновения задумчивой тишины.

— Это был не Астель. Рэд. Астель собирался сниматься у нас, и Рэд приезжал поговорить с режиссером. Он не должен был там оказаться. Не в тот момент. Но получилось, как получилось.

— Он что… бросился под Пульсар?

Киран кивнул.

— Понятия не имею, откуда он вылез. Кругом было чисто, как всегда. Я поэтому и выбрал неконтролируемый. А когда появился Рэд, мне пришлось практически всасывать Пульсар обратно, — он слабо усмехнулся. — Знаешь, ощущения незабываемые.

Крис промолчала, задумчиво глядя в пустоту перед собой.

— И теперь ты… работаешь на Рэда. Вместо того, чтобы засудить его.

— Он мог легко выиграть дело, — усмехнулся Киран. — Поверь, Инри, у меня был лучший адвокат на планете. Я знал, чем мне грозят тяжбы с таким, как Рэд.

— Но…

— Да, он виноват. Я прекрасно это знаю. Но я Нельт. А он очень богат. Это все, что нужно знать о справедливости.

Крис, застегнув лифчик, подалась вперед, обхватывая руками колени.

— Он заплатил хорошую сумму. Правда. Меня восстановили, насколько смогли. Лучшая клиника Анфелима.

— Но ты больше не мог играть.

Он сглотнул и ненадолго замолчал, задумчиво прикусив губу. Наконец пожал плечами и заговорил, глядя в стену, словно изо всех сил избегал глаз Крис.

— Сопровождение — это хорошие деньги. Лекс как раз развелась и осталась без средств. Мама потеряла работу. Ханна зарабатывала копейки на своей благотворительности. Энни надо было учиться.

Он замолчал, опустив голову, и Крис потянулась было рукой к его плечу — но Киран обернулся, и Крис поспешно убрала руку, прижимая ее к груди.

— Ни о каких покушениях тогда и речи не шло. Мы просто занимались ерундой целыми днями, делая вид, что мы ужасно крутые спецы. Девчонки хотя бы ставили щиты, а я… — он фыркнул, криво улыбаясь. — Бойцовская псина для устрашения. Ужасно дорогая псина. Ты думаешь, я сам не знаю, насколько я бесполезен в защите? Владеть таким, как я — просто очень эффектно. Звёзды любят держать таких на поводке. Я по сути… торгую лицом за большие деньги. Считай, исполнил мечту, а?

Крис понуро опустила голову.

Они немного помолчали, прежде чем Крис, вспомнив плакат с дротиками, тихо сказала:

— Забавно, что ты возненавидел Астеля, а не Рэда.

— Его было легко ненавидеть. Рэд каялся. Носился с лечением. Пихал деньги в карманы. Астель просто… — он вздохнул, рассматривая свои ладони, все ещё блестящие от горячей мази. — У него было все, чего я лишился. Дело всей жизни. Сцена. Слава. Красота. Фанатки. Два здоровых глаза, черт возьми! — Киран невесело усмехнулся. — Если бы он не полез в кино, наши пути никогда бы не пересеклись. Не пересеклись бы… вот так.

Наступила тишина. Крис не знала, что должно было говорить в таких случаях. Наверное, будь она чуть смелее, она бы заговорила с Кираном на его языке.

Она бы обняла его.

Обняла бы его так же, как он обнимал ее сотню раз. Когда она страдала. Когда ей снились кошмары. Каждый раз, когда она испытывала боль и отчаяние — он без раздумий крепко обнимал её.

И это всегда было лучше слов.

Ну почему? Почему она такая трусиха?

— Уже поздно, Инри, — он измученно улыбнулся, поднимаясь с кровати. — Пора спать.

— Киран…

Он молча посмотрел ей в глаза, и сердце пропустило удар.

— Подожди. Не уходи. Я тебе кое-что должна.

Киран помедлил, недоуменно глядя на Крис, но все же осторожно присел рядом.

— Должна?...

— Ты был прав. Я соврала в игре. Там, внизу, в “Я тебя знаю”. Когда ты сказал, что я… Ты был прав. Мне просто стало неловко делать это при всех. Я…

Крис не договорила. В этом не было смысла. В мире Кирана жесты всегда были правдивее слов.

Она потянулась к его лицу. Медленно, словно давала шанс на отступление — и себе, и ему. Но Киран не шелохнулся. Его лицо оставалось невыносимо спокойным, и лишь глаза распахнулись шире в ту долю секунды, когда он понял, что Крис тянется к его правой щеке.

Губы мягко коснулись шершавого шрама. Крис осторожно провела рукой по его виску, коснулась уха, нежно спустилась к шее. Каждый миллиметр его кожи под пальцами, казалось, горел огнём.

Все длилось только мгновение. Короткое мгновение оглушающей тишины.

— Мне жаль, что это случилось с тобой, — отстранившись, прошептала Крис. Опустила взгляд и заметила, как руки Кирана сплошь покрылись мурашками.

— Мне тоже, Инри. Знала бы ты, как мне жаль, — хрипло ответил Киран и изобразил улыбку, но она вышла слишком напряженной. Губы его едва заметно дрожали.

Он быстро заморгал. Встал с постели и спешно вышел из комнаты — хлопнула соседняя дверь, и Крис поняла, что он пошел в ванную, чтобы смыть с рук остатки горячей мази.

Проводив взглядом его спину, она долго сидела и смотрела на закрытую дверь, прижав к груди липкие ноги. Сердце в груди бухало тяжело и размашисто — и в этом ужасающем ритме Крис слышался похоронный марш.

***

— Способности этих людей выходят за рамки наших представлений о способностях ЧеВГИ. Ни один анализ не выявляет присутствие Ри в их крови, однако их сила поражает воображение. Профессор Ронхальт из Университета Новой Науки в своей работе “Шестая Ри” заявляет, что эти люди не столько сочетают в себе все известные ранее способности, сколько расширяют границы существующей реальности.

— Святые, что за ерунду вы опять включили, — простонал Киран, покручивая в руках коробку из-под пазла Эри. На кофейном столике перед его креслом было рассыпано несметное количество разноцветных деталей, и Кирану начало уже казаться, что большинство кусочков затесались вовсе из другого набора.

— Да хватит! Интересно же, — надула губы Крис. Она сидела на диване, а меж ее ног, сидя на полу на огромной подушке, расположилась Кита. Девочка смиренно предоставила свой затылок в распоряжение Крис, и та пыталась соорудить на коротеньких волосах подобие красивой прически, вооружившись всеми заколками, которые только нашла в ящичке Лекс.

— Ну и что это? — Киран отбросил коробку. — Канал “Сказки для особо одаренных”?

— “Мистика ТВ”, — отозвалась Крис, не отвлекаясь от волос Киты.

— Ну да, — поморщился Киран. — Я примерно то же самое и сказал.

— Они могут изменять предметы, внушать сны, управлять погодными явлениями и даже предсказывать будущее. По мнению профессора, эта способность напрямую связана с другой, еще более невероятной — со способностью путешествовать во времени.

— Киан! А это пгавда? Шестая Ги бывает? — Эри отвлеклась от пазла и посмотрела на Кирана глазами, полными наивной надежды.

— Конечно же нет.

— А почему дядя так говогит?

— Дядя хочет задешево поднять рейтинг.

— А может, и бывает! — прищурилась Крис. Ее пальцы замерли, она обвела взглядом всех присутствующих и таинственным шепотом добавила:

— Может, это я! Я могу прямо сейчас предсказать будущее!

Кита и Эри захихикали. Киран улыбнулся, покачав головой, и потянулся к кружке с остывающим кофе.

— Не верите? — Крис прикрыла глаза и приложила два пальца ко лбу, второй ладонью водя в воздухе перед собой. — Сейчас докажу! Я вижу… Вижу, что сейчас Киран сделает глоток, и его перекосит так, как будто он ящик лимонов съел.

Она распахнула глаза, и Киран, как раз в этот момент пробующий кофе, скривился от ядовитой горечи. Девочки захохотали.

— Как? Как ты узнала, Кис?!

— Я же сказала, я — Шестая Ри, — Крис, смеясь, довольно уперла руки в бока. Киран вытер губы, все еще морщась, и задумчиво посмотрел в чашку.

— Лекс перепутала, — с улыбкой пояснила Крис, поднимая вверх свою. — Если у меня приторно, то тебе наверняка достался без сахара.

Она передала свой кофе Эри, и та поменяла чашки местами.

— Как ты только пьешь эту гадость… — буркнул Киран, с облегчением делая глоток своей родной сахарной жижи.

Крис ничего не ответила, продолжая улыбаться. Вернулась к прическе Киты, и через секунду снова расхохоталась над ерундой, что рассказывали “профессора” в телевизоре — конечно же, никакие не профессора на самом деле, а проходные актеры, наряженные в халаты и надевшие очки для убедительности. Когда-то Киран и сам получал приглашения поучаствовать в подобных проектах, и прекрасно понимал эту кухню изнутри.

— Смотри, смотри! У-у-у, сейчас они пригласят Шестую Ри прямо в студию! Святые, посмотри, какая у нее прическа, — Крис прижала ладошку к кончику носа, смеясь. — Кита, хочешь такую прическу?

— Не-е-е-е-ет! — девочка засмеялась, мотая головой.

— Ну почему? Очень даже… экстравагантно! Посмотри, какая леди!

Киран делал вид, что очень занят пазлом. Смотрел на Крис исподволь — за тем, как она смеется, как наклоняется за упавшей заколкой, как делает глоток кофе, довольно жмурится и слизывает горькую капельку с губ. Как копошится в волосах Киты, не прекращая улыбаться, и как солнце мерцает в светлых локонах, упавших на ее лоб.

Свою футболку она испачкала джемом за завтраком. Заявила, что раз сегодня объявлен день криворукости, надо надеть что-то, что не жалко будет испортить — и без зазрения совести напялила футболку Кирана с надписью “Твой главный герой”. Он ничего не сказал, только цокнул языком, будто был недоволен. Но сейчас, глядя на то, как она утопает в его футболке, доходящей ей до середины бедра и полностью скрывающей под собой короткие шорты, испытывал странное удовлетворение, сродни тому, что испытывал, когда она без сопротивления обхватывала его за шею, стоило им только подойти к лестничному пролету. Она совсем привыкла. Привыкла к его рукам. Привыкла к его массажу, к его одежде, к его семье…

Киран замер с кусочком пазла в руке.

Крис наклонилась к Ките, задравшей голову вверх, и шутливо ткнула малышку в кончик носа. Кита хихикала, Эри что-то щебетала, вторя их веселью. Киран наблюдал за ними, едва дыша.

Крис смеется. Смеется, болтая с девочками, и, глядя на нее, кажется, что она…

Всегда была здесь.

Всегда должна была быть здесь.

Киран сглотнул, заставив себя опустить голову. В середине их сложенной с Эри картинки оставался один незаполненный кусочек. Он перевел взгляд на тот, что вертел меж пальцев, и без сомнений поместил его в центр.

Сошлось.

— Сошлось! — радостно завопила Эри, вскинув вверх руки. Затем повернула ладошку, и Киран привычно отбил пять. Эри еще несколько секунд улыбалась, глядя на пазл, а потом прыгнула к Кирану, обвила шею крепко-крепко, и, зажмурившись, зашептала:

— Почему-то мне кажется, я хочу обнять Кис. Мне так сильно хочется ее обнять!

Киран выпустил ее из рук и внимательно посмотрел в тоскливые большие глаза.

— Так сделай это, солнце.

Она обернулась на Крис, и Киран перевел взгляд на свои ладони. Кожу легонько пощипывало, в том месте, где ладошка Эри прижалась к его руке.

— Кис, Кис! Ты сегодня такая хогошенькая! Я хочу тебя обнять!

Эри радостно прыгнула на диван, с наслаждением прижимаясь к Крис, и Киран бездумно схватил коробку из-под пазла, делая вид, что очень увлеченно ее рассматривает. Но он не видел картинку, что была нарисована на картоне. Перед глазами стояла улыбка Крис, и сердце бешено колотилось, вместе с кровью разгоняя по венам Ри.

Ладони пульсировали, всплесками вышвыривая Ри на поверхность.

И он абсолютно ничего не мог с этим поделать.

Глава 26. Чистая магия

Дом украшали к Фриверану: гостиная укуталась разноцветными ленточками, оранжевыми фонариками и десятком мерцающих гирлянд. Девочки, дурачась, носились по дому, тут и там раскидывая пятна оранжевых листьев. Лекс расставляла композиции с тыквами, яблоками и первыми астрами, пока Мариам с Ханной суетились на кухне — сладкий аромат выпечки разносился по всему дому, с самого утра настраивая домочадцев на праздничный лад.

Крис помогала с подготовкой, насколько могла, вернее, насколько ей позволяли: она уже чувствовала себя хорошо и вполне могла держать в руках что-то потяжелее букетика листьев, но Лекс и Мариам следили за ней слишком строго. Пожалуй, Крис по большей части делала то же, что Эри и Кита: занималась ерундой, веселилась и поддерживала всеобщее настроение.

— Так жаль, что ты не останешься на Фриверан, — вздохнула Лекс, поправляя букет с астрами всех возможных оттенков красного. — Мы давно не собирались вот так. Ещё и Энни скоро приедет! Будет очень уютно.

— Да, — грустно покачала головой Крис, перебирая в руках жёлтый букетик. — Здесь уже… Уже очень здорово.

— Но я понимаю, семья есть семья, — Лекс улыбнулась, беря одну астру и подходя к Крис. — Мы же не чудовища, чтобы навсегда запирать у себя такую красотку.

Она вставила астру в волосы Крис, заложив цветок ей за ухо. Крис смущённо улыбнулась, глядя в карие глаза Лекс, горящие озорством. Как же этот взгляд был похож на взгляд её брата!

— Киран… не сказал, когда вернётся? — с надеждой спросила Крис, беспокойно пропуская меж пальцев листок. Лекс пожала плечами.

— Нет, но он же собирался отвезти тебя. Так что, уверена, скоро явится.

Крис кивнула, мельком бросив взгляд на часы. Скоро начнет вечереть, и если Киран задержится, то рискует отпраздновать Фриверан не дома, а с семьёй Крис. Участь далеко не завидная, учитывая, что и сама Крис, будь у нее выбор, предпочла бы остаться здесь, а не тащиться в дом семьи Беллс, где мать год за годом закатывала ужасные подобия светских вечеринок.

— Что ж… Тогда пора собираться, — Крис поднялась с места, с сожалением откладывая букетик на стол. Словно прощаясь с этим букетиком, прощалась с самой перспективой провести Фриверан в месте, где ей было по-настоящему хорошо.

— Нужна моя помощь? Я здесь закончила, так что… Могу сделать классный мейк или заплести волосы, — Лекс улыбнулась, горделиво упирая руки в бока. — Поверь мне, я мастерица в таких делах. Мне было, на ком тренироваться!

— Ну да… Столько девчонок в доме, — Крис проводила взглядом Эри, что бежала в зал с куском пирога. Следом, виляя хвостом, мчалась Лакрица.

— Девчонок? — Лекс рассмеялась, махнув ладошкой. — Да их волоком не затащишь даже волосы причесать! Если бы они мне давались… Нет, я тренировалась на Киране. Клянусь, годы, когда он учился в актерской школе, были самыми лучшими в моей карьере визажистки!

Крис раскрыла рот, удивлённо хлопая глазами. Киран? Мейк?

Хотя — чему она удивляется? Перед глазами ясно встал образ Кирана в цепочках Астеля. Глаза подведены черным, тело блестит от шиммера… И ведь готовился он к выступлению не долго — так, как будто косметика всегда хранилась у него ванной на экстренный случай.

— Я… Я не очень-то умею носить макияж, — смущённо ответила Крис. — Да и… Знаешь, это будет не такой вечер, где я должна кому-то понравиться. Скорее — наоборот.

— Наоборот? — Лекс вновь провела рукой по ее волосам, поправляя цветок. — И кого же ты так хочешь оттолкнуть?

— Кого-то… — Крис пожала плечами. — Кого-то, кто будет очень хотеть понравиться мне.

***

Киран не сразу её узнал. Седые космы были аккуратно собраны в пучок на затылке, цветастый плащ сменился не по погоде теплым черным пальто. Даже ботинки были на удивление целыми — начищенные, они гордо сияли глянцевым блеском в лучах последнего летнего солнца. Старуха медленно подошла к парапету, у которого ждал Киран, и, сердито нахмурившись, спросила:

— И что? Думал, просто придёшь сюда и я вот так сразу явлюсь, как фея из банки?

Киран улыбнулся.

— Но ты же явилась.

— Это совпадение.

— Не думал, что ты все ещё меня помнишь.

— Я не забываю своих должников. Хотя, надо признать, я чуть не прошла мимо, — она прищурилась, разглядывая его лицо. — Без зареванных глаз ты все же куда симпатичней.

Киран усмехнулся, глядя себе под ноги.

— Мммм. Помнится, у тебя был способ сделать меня и вовсе красавчиком.

— Был, — старуха пожала плечами, пряча руки в карманы пальто. — Ну так что ж? Был, да сплыл. Ты выбрал другое, не помнишь?

— Сколько тебе нужно? — серьезно спросил Киран, вытаскивая бумажник. — На этот раз я подготовился. Я заплачу за прошлое. И куплю ещё одно.

Старуха недовольно цокнула языком.

— Здесь много, бабуль.Очень много.Давай же. Даже древним ведьмам нужно чем-то питаться, да? — заговорщицки зашептал Киран.

Она недовольно скривилась, но, кажется, все же задумалась, бросая косые взгляды то на бумажник, то на лицо Кирана, и тут же, будто смущаясь, отворачивалась к морю.

— Думаешь, я весь год хранила их для тебя? — обиженно буркнула она. — Какая самонадеянность!

Киран выжидающе молчал, наблюдая за тем, как старуха беззвучно шевелит губами, будто убеждая в чём-то саму себя. Наконец, нахмурившись, протянула раскрытую ладонь:

— Ладно. Давай все, что принес.

Киран вложил бумажник в ее руку, и старуха проворно запихнула его в карман пальто.

— Даже не заглянешь внутрь? — усмехнулся Киран.

— Ни к чему. Сам сказал, я древняя ведьма, — пожала она плечами. Вытащила руку из кармана и протянула кольцо. Киран взвесил его на ладони, и металл отозвался знакомой мягкой вибрацией.

— И всё? — он покосился на старуху, покачивая в руке так легко доставшийся дар. — Даже не попросишь взамен моего первенца?

Она сморщила губы в кривой усмешке.

— Осталось только одно, — вытянула из кармана ещё одно кольцо. — Забирай уж в нагрузку, коли пришел.

Киран задумчиво покрутил безделушку. Кольцо молчало. В нем не было ни капельки Ри — по крайней мере, той, что Киран был способен почувствовать.

— Оно пустое. Зачем оно мне?

— Может, пустое, — курительная трубка появилась в руках старухи будто из ниоткуда. — А может, иногда для счастья достаточно одной только веры.

***

— Я нормально выгляжу? — Крис крутилась перед зеркалом в спальне, придирчиво разглядывая себя со всех сторон. Голубое платье длиной чуть выше колена выглядело нежным и простым, тонкие бретельки, завязанные на плечах в бантики, пожалуй, даже добавляли в образ невинности. Оставалось только надеяться, что сын очередного судьи или известного адвоката не окажется падким на невзрачных молоденьких девчонок, иначе подобный наряд обернется головной болью на весь Фриверан.

— Лекс дала мне платье, — не дождавшись ответа Кирана, сказала Крис, поправляя бретельки. — Я совсем забыла, что у меня здесь только вещи с работы. Поехала бы в них, но моя мать…

— Это платье Энни, — перебил её Киран. Он стоял на входе, опираясь плечом о дверной косяк. Крис была слишком взволнована, чтобы прямо смотреть на него, но кожей чувствовала его пристальный взгляд. — В платье Лекс ты бы утонула.

— Энни же… Самая младшая, да?

— Угу. Я водил ее в этом платье на выпускной.

Святые! Почему это прозвучало с таким обвинением?

— О… — Крис повернулась к нему, беспокойно перебирая складки подола. — Она… точно будет не против? Может, мне всё-таки переодеться? Наверное, можно поехать в джинсах. Не слишком празднично, но кэжуал никто не отменял, да?

— Успокойся. Никто это платье все равно никогда больше не наденет. Считай, дала ему новую жизнь.

Крис потупила взгляд.

— Крис, — Киран подошёл к ней, и, пальцем легонько приподняв её подбородок, вынудил посмотреть в глаза. Дыхание Крис перехватило.

Почему он всегда делает это? Зачем становится… так близко?

— Ты же не хочешь ехать.

— Какая разница, чего я хочу, — она убрала от себя его руку. — Я же говорила, это сложно, Киран…

— А я уже говорил, что смогу понять.

Крис взъерошила чёлку, столь старательно уложенную Лекс. Вздохнула, снова подходя к зеркалу и с тоской глядя в отражение. Киран встал за ее спиной. Как же хотелось откинуться назад и прижаться к его груди… Нет, прижаться всем телом, чтобы он обнял ее, согревая собой, и никуда, никогда не выпускал из этого дома!

— Я плохо общаюсь с отцом. Лучший рецепт от проблем — просто не видеться с ним, — тихо сказал он.

— Но ещё у тебя есть мама, — прошептала Крис. — И сестры. И Эри с Китой. Даже… Даже дурацкая Лакрица.

Киран грустно улыбнулся, мягко поглаживая ее плечи.

— А у меня есть только она, — продолжила Крис.

— Ещё у тебя есть Джер. И Лав. И… я.

Крис переняла его грустную улыбку.

— Не страшно. Это просто один дурацкий вечер. Я переживу. Просто немного нагрублю этому женишку, чтобы от меня отстали. Побуду мерзкой.

— Ты не умеешь быть мерзкой, — Киран слегка подвинулся, становясь ближе, и Крис с замиранием сердца впитывала исходящее от него тепло. — Даже если очень постараешься. Любой идиот поймет это, стоит тебе только открыть свой маленький ротик.

Сердце заколотилось где-то в горле. Крис казалось, что пол кружится под ногами. В груди разливался жар, перетекая вниз, к животу, молниеносно опускаясь к промежности.

“Какого черта, Кин? Какого черта ты сейчас со мной делаешь?!”

Нервно сглотнула, облизывая пересохшие губы.

— Как насчёт спутника?

— Что?

— Если ты приедешь не одна. Никто же не посмеет превращать Фриверан в смотрины для несвободной женщины, да?

— Мне не с кем поехать, Киран.

— В самом деле?

По его выгнутой брови и дрогнувшим уголкам губ Крис поняла, куда он клонит. Заливаясь краской, резко развернулась, глядя ему в глаза.

— Киран, это не… Ты не можешь поехать со мной!

— Почему?

— Потому что… — она растерянно опустила взгляд. — Тебя ждёт семья. Лекс сказала, что вы и так редко собираетесь всеми на Фриверан, ты не можешь просто пропустить…

— Ерунда. Энни приедет, почти все будут в сборе. Повеселятся и без нас. К тому же, у нас будут еще целые выходные после.

— Не знаю, Киран… это… Не стоит, правда. Я справлюсь сама.

Киран вздохнул, делая шаг назад.

— Ладно, Инри. Я понял. Такой, как я, вряд ли понравится твоей матушке. Только спровоцирую ещё один скандал, да?

Крис вспыхнула.

— Нет! Я не это имела ввиду!

Но Киран ничего не ответил и вышел из комнаты.

Крис опустошенно стояла у зеркала, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Вряд ли понравится матушке? Да она с ума сойдёт, если узнает, что Крис встречается с Нельтом из сопровождения Галара! Для неё это все равно что охранник из супермаркета! Дело ведь даже не столько в деньгах, сколько в статусе… И статус ручной собачки Галара и близко не вписывался в рамки, что начертила для своего окружения Лара Беллс. Но волновало ли это Крис?

Боялась ли она этого?

Да она бы даже испытала удовольствие, глядя на то, как бесится мать, пытаясь скрыть ярость за маской приличия! Крис была бы так счастлива, явись она туда рука об руку с тем, с кем чувствовала себя собой, с кем чувствовала себя нормальной, с кем чувствовала себя…

Настоящей.

Святые праотцы! Он хотел… изображать ее парня? И что же, стал бы целый вечер держать ее за руку? Вот так вот нежничать, приобнимать, любовно поправлять лямки на ее платье? А может, даже… целовать?!

Крис прижала ладони к лицу, быстро дыша.

Он актер, Крис! Он — актер! Для него это стало бы просто веселой шуткой! Но что станет с тобой, когда он тебя поцелует? Да ты растечешься, как масло на полуденном солнце! Ты умрешь прямо там! Сердце уже выскакивает от одной мысли, но если он и в самом деле коснется тебя губами…

Святые. Он сразу все поймет.

Святые, Крис!

Она отняла ладони от лица, принявшись быстро обмахивать ярко-алые щеки. Нервно заходила по комнате туда-сюда, обкусывая губы и съедая розовую помаду. А что, если это был ее шанс? Что, если он не просто так предложил свои актерские услуги? Так ведь не поступают “просто напарники”, правда? Что, если он хотел…

Хотел бы стать для нее кем-то большим?

Крис тихо пискнула от этой мысли и тут же застонала, прижимая руки к беспокойно вздымающейся груди. Святые, Крис, о чем ты думала! Ты ему отказала! Ты…

Ты не имеешь права забирать его в такой день у семьи.

Она опустилась на кровать, обречённо уставившись в пустоту перед собой.

— Раз я не подхожу тебе, Инри, тогда как насчет прекрасного принца?

Крис вздрогнула, и, обернувшись на дверь, замерла. Киран переоделся в черные джинсы, белую футболку и накинул черную рубашку поверх — но в нем изменилось что-то ещё. Что-то большее, чем просто одежда.

Она с минуту глупо моргала, рассматривая лицо. Киран криво усмехнулся, откидывая со лба выбившуюся прядь.

Глядя на Крис своими потрясающе обаятельными карими глазами.

Глаза!

Крис подскочила, подходя ближе и протягивая руку к его лицу. Обе щеки гладкие. Ни следа от привычного шрама!

— Что ты… Что ты сделал?

Он поднял руку, выставляя вверх пальцы. На среднем блестело незнакомое Крис витиеватое кольцо.

— Магия, милая. Чистая магия.

— О, Киран… Ты…

— У тебя есть время до полуночи. Поторапливайся, если не хочешь, чтобы твой принц раньше времени превратился в чудовище.

***

Они ускользнули из дома почти незамеченными — Киран уверил Крис, что всех заранее предупредил об отъезде. Она сидела рядом на пассажирском сидении и без конца ловила себя на том, что то и дело разглядывает его шрам — точнее, его отсутствие. Святые, как странно было его видеть таким…

Совсем, как в том кино.

Киношный Киран вживую.

Так вот, каково это?

— Что? — он повернулся, ловя ее взгляд. — Слишком хорош, да?

Крис не смогла сдержать смешок.

— Скромности тебе не занимать.

Он самодовольно ухмыльнулся, расправляя плечи.

— Мммм. Приятно снова почувствовать себя собой.

— Самовлюбленным зазнайкой?

— Невероятным красавчиком.

Крис засмеялась, прикрывая ладошкой лицо. Впереди мигал светофор, и они ненадолго остановились.

— Да у тебя звёздная болезнь. Самомнения больше, чем у Галара.

Киран повернулся к ней. Он улыбался, но карие глаза смотрели так пристально и серьезно, что Крис показалось, будто он пытается ее гипнотизировать.

— Забудь о нем. Хотя бы на сегодня.

Дыхание Крис стало слишком частым. Она отчетливо слышала, как громко колотится ее сердце, и ей показалось, что и Киран наверняка это слышит. Но он отвёл взгляд от ее лица, и напряженная связь наконец-то разорвалась. Крис тихо выдохнула.

— Сегодня вроде тепло… Ты замёрзла?

Крис проследила за его взглядом и поняла, что он смотрит на ее оголённые ноги. Подол платья задрался выше колен, и по коже буйно рассыпались мурашки.

— Нет, — поспешно заверила Крис, одергивая платье. Но Киран все равно снял с себя рубашку и бросил ей на колени.

— Ты… точно не жалеешь, что не остался с семьёй? — спросила Крис, только чтобы отвлечься от мыслей о его запахе. Рубашка источала знакомый древесно-апельсиновый аромат, и Крис так и хотелось подтащить ее наверх, а лучше — вообще накрыться ей с головой и дышать этим запахом всю дорогу. Но вместо этого она лишь тихонько поглаживала ткань, время от времени перебирая складки.

— Я не привык жалеть о своем выборе, Крис. Если я здесь, значит я еду по своей воле и по своему искреннему желанию.

Светофор мигнул, включая зелёный.

— Там будет… Будет не очень весело.

— Нам с тобой будет весело. Обещаю.

Крис не сдержала улыбки. Да какого черта он так обаятелен сегодня? Нет, дело не в магии, не в зачарованном кольце, не в исчезнувшем шраме. Он сам изнутри как будто искрился — и Крис с трудом понимала причину его настолько игривого настроения.

Но ей это нравилось.

Все происходящее нравилось ей до безумия.

— К тому же, любопытно взглянуть на женщину, по которой Джер сохнет уже одиннадцать лет.

— Что?

— Вы с ней похожи? Если ты — ее копия, то Джера можно понять. Бедняга.

Крис рассмеялась, чувствуя, как лицо покрывается краской до самых кончиков ушей. Как пошло! Он что, в самом деле пытается сделать комплимент ее красоте?

— Он не сохнет по ней! Они расстались слишком давно! С чего ты вообще это взял?

— Я это знаю.

— Откуда? Он тебе сказал?

— Нет. Просто знаю, Крис, поверь, он до сих пор ее любит.

— А, ну да, — буркнула Крис. — Кто же ещё может так хорошо разбираться в безответной любви.

— Ой, кто бы говорил!

— Фанатская любовь — это другое!

— Другое? Не ты ли доказывала, что безответная любовь — сродни любви тупой фанатки?

— Фанатская любовь не безответная! Это парасоциальные отношения называется, если хочешь знать!

— Какие-какие отношения?...

— Иди к черту, Кин! Тупой фанаткой быть куда лучше, чем брошенным идиотом! Преданным, как грёбаный пёс! Которого выкинули, как только…

Она замолчала, поджимая губы. Отвернулась к окну, все ещё чувствуя, как горят щеки и предательски быстро колотится сердце.

— Как только…? Ну, договаривай.

— Не хочу.

— Как только он стал уродом. Это хотела сказать?

— Ты не урод.

— Ровно до двенадцати.

— Киран…

Он не ответил. Больше не смотрел на нее, делая вид, что очень занят дорогой. Раздраженно защелкал на панели, включая радио, но салон тут же заполнил хрустальный голос Астеля. Киран зашипел, тихо ругнувшись сквозь зубы.

Крис молчала, понуро глядя в окно.

Глава 27. Когда умирают звёзды

Она все испортила.

Это могла быть лучшая ночь. Киран сиял ярче звёзд. Он был весел. Был счастлив. Был нежен с ней. Делал комплименты, нес смешную и милую чушь. Он стал бы ее парнем, пусть и совсем ненадолго, пусть всего до полуночи… Но она могла бы дышать им. Слушать его искренний смех. Касаться его. Обнимать. И не бояться быть пойманной.

Все было бы совершенно законно…

Если бы она все не испортила.

И почему надо было ругаться прямо сейчас? Зачем ей вообще понадобилось вспоминать его бывшую? Черт побери! Крис уже не понимала, кого ненавидела больше — Эйлу за ее мерзкое отношение к Кирану, или саму себя за все, что наговорила.

Они очень долго ехали в тишине, которую даже не разбавлял радио — казалось, каждая волна забита либо обсуждением предстоящих выборов, либо Астелем. Киран явно не желал слышать ничего из этого. До дома Беллс оставалось совсем немного, но Крис так и не осмелилась снова завязать разговор.

— Проехали, Инри, — вдруг сказал Киран абсолютно спокойным голосом. — Нам скоро выходить на сцену. Эмоции лучше оставить за кулисами.

— И как мы… — Крис робко взглянула на него, поглаживая рубашку, что все ещё лежала на ее коленях. — Как мне тебя представить?

— Как есть.

— Своим напарником?

— Святые, Инри. Я имел в виду мое имя. Оставь мне его и дальше делай, что хочешь. Сделай своим парнем. Или женихом. Или любовником, — он улыбнулся, повернувшись к ней и подмигнув. — Я подхвачу на лету.

— Нам наверное… надо придумать что-то вроде легенды? Как мы познакомились и…

— Ты не помнишь, как мы познакомились?

Крис опустила взгляд.

— Не очень-то романтично.

— Зато правдиво.

— А как начали встречаться? И какие планы у нас на будущее. И чем ты планируешь заниматься, когда…

— Плевать, Инри. Импровизируй.

— Легко тебе говорить!

Киран снова самодовольно улыбался, уверенно и расслабленно ведя машину одной рукой, и Крис облегчённо выдохнула. Он не обижается. Или и вправду оставил обиды за кулисами. По крайней мере, в эту ночь у Крис ещё есть надежда… Маленькая надежда на красивую иллюзию.

— Не напрягайся. Зал все считает по нашим движениям. Чаще касайся меня. Улыбайся мне. Смотри на меня… Да. Прямо вот так, как сейчас.

Крис отвернулась, нервно подтягивая рубашку к себе и сжимая в руках у груди. Как будто та была последним оплотом, способным спасти ее от бессовестного флирта Кирана.

Он заглушил двигатель, отстегнул ремень безопасности, но выходить не спешил. Снова смотрел пристально, но глаза его мерцали, полные озорных огоньков — Крис не могла оторвать взгляда, сколько бы ни пыталась.

— Хочешь, научу тебя целоваться, как в кино?

— Как в кино? — глупо повторила она.

— Не по-настоящему, — его губ коснулась улыбка. — Но зато очень красиво.

Он слишком близко. Так склонился, словно сейчас и вправду…

— Нет! — воскликнула она, отпихивая его назад. — Никаких поцелуев! Объятия, касания, руки… Только вот это всё!

Киран мягко рассмеялся, и Крис тут же пожалела о своей трусости.

— Как скажешь, милая.

Он вышел и открыл для нее дверь. Шутливо склонился в галантном поклоне и протянул руку.

— Прекрасный принц полностью в вашем распоряжении.

Крис фыркнула, но когда приняла его руку и очутилась на земле, тут же попала в его объятия.

— Киран, какого черта? Мы ещё даже не…

— Тебе надо привыкнуть. Расслабься, Крис. Если ты будешь вот так реагировать при всех…

— Я привыкла! — выпалила она, отстраняясь. — Ты и так постоянно меня трогаешь где попало!

— И ты постоянно от этого не в восторге.

— Потому что я нетакая, как ты! Эта бестолковая привычка постоянно лезть в мое личное пространство, это… Это ужасно! Так не делают нормальные люди, понятно тебе?

— Ты и на минуту не можешь представить, что я тебе нравлюсь?

Она быстро заморгала и отвела взгляд. Уже давно стемнело, и двор и дом впереди превратились в сплошное марево сияющих огней. Они расплывались перед глазами Крис в мутной дымке.

“Представить, что ты мне нравишься, Киран? Да ты представить себе не можешь, как сильно я бы хотела никогда не иметь об этом ни малейшего понятия!”

***

— Это моя мать, — шепнула Крис, когда к ним навстречу двинулась высокая худосочная женщина со впалыми щеками. Накрашенная так густо, что Киран и понятия не имел, было ли в ее чертах что-то, хотя бы отдаленно напоминавшее черты Инри, что сейчас держала его под руку. Волосы женщины были темными и прямыми, переливающимися под светом множества оранжевых ламп — под стать облегающему черному платью.

— Беру свои слова назад, красотой ты явно вышла в отца, — ответил Киран, склонившись над ухом Крис, и тут же получил болезненный тычок локтем в ребра.

Мать Крис тем временем встала возле них, легонько покачивая в бокале шампанское.

— Крисси, — натянуто улыбнулась, смерив взглядом дочь, а затем таким же взглядом одарив и Кирана.

— Мама, — сказала Инри на выдохе. Так тихо, что ее голос едва было слышно за разливающимися звуками фортепиано.

— Ты не написала, что будешь не одна, — лицо женщины не выражало ни капли радушия. Киран широко улыбнулся, глядя ей прямо в глаза. Синие. Холодные. Острые.

— Это… Это Киран, — промямлила Крис. — А это моя мать. Лара Беллс.

— Киран Кин. Безумно рад знакомству, — Киран чуть склонился, и, взяв руку матери Крис в свою, легонько коснулся губами её коротких пальцев, увешанных кольцами. Лара сопроводила этот жест холодным безразличием.

— Это твой… дружок с работы? — она вновь покачала шампанское в бокале.

— Он… Он… — щеки Инри горели ярче всех ламп вместе взятых.

— Ее парень, — Киран вновь обезоруживающе улыбнулся. По крайней мере, когда-то эта улыбка считалась обезоруживающей. Он же не растерял навыки, да? Щека под иллюзией зудела, нестерпимо прося снова её пощупать и проверить шрам.

— Вот как, — Лара чуть приподняла темные брови. Снова смерила гостей ледяным взглядом и обернулась к залу, протягивая ладонь в приветственном жесте. — Что ж, прошу присоединиться к нашей скромной компании, Кристоль Спаркс и господин Кин.

Киран старался не глазеть по сторонам, шагая спокойно и размеренно, словно бывал на таких сборищах завсегдатаем. Конечно, он посещал светские вечера — в сопровождении чего только не приходилось делать — но вряд ли думал, что, распрощавшись с актерской жизнью, ещё хоть раз попадет в такое место в роли гостя. Дом госпожи Беллс пугал стерильностью: здесь было много стекла, зеркал, хрусталя — но ещё больше здесь было больничной белизны и какого-то абсурдного, ничем не наполненного простора, будто дом обустраивали с расчетом на репетиции бальных танцев. Благо, украшения к Фриверану немного разбавляли это безумие, хоть и они были выбраны под стать: вытянутые оранжевые светильники без особых изысков, несколько золотистых фонариков вдоль стен и цветочная композиция в центре зала.

Инри жалась к нему, как к утопающая — к спасательному кругу. К кому бы они ни подходили, о чем бы ни разговаривали — она едва могла выдавить из себя хоть что-то адекватное, мямля себе под нос и то и дело теребя подол несчастного платья. Кирану постоянно приходилось брать на себя инициативу, много смеяться и бестактно шутить — Крис каждый раз смотрела на него с благодарностью, хотя в своих шуточках Киран, кажется, здорово перегибал палку. Не похоже, чтобы Инри была здесь, как рыба в воде. И дело даже не столько в матери, и даже не в том паршивом лысеющем адвокатишке, с которым, очевидно, так хотела свести её мать. Вся эта атмосфера — бестолковая болтовня, снующие с напитками официанты, напомаженные жеманные женщины в коктейльных платьях и раздувающиеся от бахвальства мужчины — все это явно было ей чуждым, далёким от ее планеты настолько же, насколько и сам Киран был далек от подобного. Но… почему этот вечер ей было так важно провести именно здесь?

Он мягко прижал ее к себе, когда Крис в очередной раз схватила бокал с подноса проходящего мимо официанта.

— Тебе ещё не хватит?

— Они же безалкогольные.

Киран отобрал у нее бокал, и сморщился, только лишь понюхав.

— Святые, Инри. Они просто слишком сладкие. Ты даже не чувствуешь, как надираешься.

— Ты же сказал, нам будет весело. Вот, ищу способы начать уже веселиться, — она угрюмо отобрала бокал и опрокинула в себя коктейль залпом.

— Хочешь по-настоящему повеселиться? Пойдем танцевать.

— Танцевать? Я не умею!

— Зато я умею.

Она вздохнула, ища, куда пристроить пустой бокал.

— Я знаю. Я видела… Ты потрясающе танцуешь, Киран.

Потрясающе? Он сдержал улыбку, делая вид, что пропустил это мимо ушей.

— Я поведу. Давай, это не сложно.

Киран отобрал бокал и пихнул в руки очередному официанту.

— Киран, я… — Крис покачнулась, и ему пришлось подхватить ее и крепче прижать к себе. Черт побери, и когда только успела так напиться?

— Ладно, танцы отменяются.

Крис глупо захихикала, утыкаясь лбом в его грудь. Руки обвили его талию. Киран рассеянно погладил ее по волосам, наблюдая, как чуть поодаль у столика Лара Беллс смеётся с гостями, искоса поглядывая на дочь.

— Крис…

— М?

— Кажется, сюда идёт твоя матушка. Приди в себя хоть на минуту.

— Хм. Мммм… — прижалась к его груди щекой, оставляя отпечаток пудры. — Кииииран. Ты такой классный. Ты и сам с ней справишься.

— Святые, Крис. Поосторожнее со словами, я же запомню.

— Запомни, — она пьяно хихикнула, задирая голову, чтобы посмотреть в его глаза. — Ты классный, Киран. Ты лучше всех.

Он не сдержал улыбки, явно ощущая на себе ледяной взгляд подплывающей к ним Лары.

— Все в порядке? — Беллс натянуто улыбнулась.

— Да. В полном, — Киран все ещё прижимал к себе Крис. — Спасибо за чудесный вечер, госпожа Беллс. Я знаю, вы не ожидали, что я приеду, и благодарю вас за такое радушие к незваному гостю.

— Господин Кин…

— Киран.

— Господин Кин, — упрямо продолжила Беллс. — Позвольте узнать, что стало причиной такого решения? Дочь не только не сообщила о вашем приезде, более того, она и словом не обмолвилась, что вступила в отношения с…

Она одарила его красноречивым взглядом.

— Словом, я расстроена, что, как её мать, узнаю о подобных вещах в последний момент.

Крис молчала, прижимаясь к груди Кирана. На мгновение ему показалось, что она и вовсе задремала.

— Мне очень жаль, госпожа Беллс, — Киран нацепил виноватую улыбку. — Обстоятельства так сложились, что последние недели Крис живёт у меня, и я сам вызвался ее сопроводить. Она была ещё слишком слаба после операции, и… Подождите, вы ведь знаете об операции? Об аварии, в которую мы попали?

Беллс не смутилась ни на минуту. По крайней мере, не показала этого.

— Я в курсе всехзначимыхсобытий в жизни моей дочери, господин Кин. Что значит — живёт у вас?

Ее голос сделался стальным на последнем вопросе. Киран едва сдержался, чтобы не расхохотаться в лицо этой женщине. Лара Беллс, меняющая мужей, как перчатки, будет сейчас рассказывать ему о чистоте нравов?

— Мама, — пробурчала Крис, разворачиваясь в его объятиях. — Все нормально. Мы с ним… Мы с ним просто вместе ра…

— Мы собираемся пожениться, — перебил ее Киран.

— Что? — переспросила Крис в один голос с матерью.

— Точнее… Я собирался ей сделать предложение. Она ещё не в курсе, — Киран нежно улыбнулся Крис, у которой глаза расширились до невообразимых размеров. Ему снова сделалось смешно. Святые, все это было настолько абсурдно, что было даже жаль пьяную Крис — едва ли она запомнит эту сцену, что выглядит так, будто вырезана из дешёвого ромкома.

Нужно повышать градус. Сейчас. Пока обе они ещё не очухались.

— И я подумал, что раз на Фриверане увижу вас… Более подходящий случай и представить трудно, — Киран, отступив от Крис, запустил руку в карман джинсов.

— Госпожа Беллс, поскольку я не имел чести познакомиться с отцом Крис, и, насколько знаю, именно вы представляете интересы семьи… Могу ли я просить вашего благословения? Я хочу просить руки вашей дочери, — он приземлился на одно колено перед Крис и пристально посмотрел в ее влажные блестящие глаза. — И хочу попросить тебя, моя любовь... Стать навеки моей.

И он протянул ей кольцо — почти аналогичное тому, что сейчас блестело на его руке.

— Одно сделает тебя невидимым лишь на мгновение. Второе — подарит красоту до полуночи. А третье… Третье сделает тебя счастливым навечно. Выбирай мудро!

Киран усмехнулся, смерив торговку недоверчивым взглядом.

— Красота до полуночи? Бессмыслица, — хмыкнул он. — Счастье… Счастье не бывает вечным. Исчезнуть — пожалуй, единственное, чего я хотел бы по-настоящему.

Накануне Фриверана он снова отыскал эту женщину. Выкупил оставшиеся кольца по бешенной цене — но оно того стоило, учитывая, как мастерски сработала на нем Эрру. Шрама больше не существовало. И хоть он по-прежнему едва различал силуэты правым глазом, для всех вокруг он был нормальным.

Киран был собой. Настоящим собой.

А третье кольцо… Он понятия не имел, что имела ввиду старуха, рассказывая сказку про счастье. Вечное счастье. Разве такое возможно? Он внимательно проверил кольцо на Нельт, но ничего опасного не нашел.

Скорее всего, просто безделушка, работающая на манер плацебо.

Вечное счастье. Очень красиво сейчас подарить его Крис.

Даже если она не знает его историю.

— Господин Кин… — начала было Лара, но Крис перебила её, визжа так громко, что разом заглушила и шум толпы, и звон бокалов, и не унимающееся фортепиано.

— Да! Да, Киран! Я согласна! — она радостно бросилась к нему на шею, едва он успел подняться. Ему пришлось с усилием оторвать ее руку от себя, чтобы наконец надеть это проклятое кольцо. Но после она снова обняла его, смеясь, и на ее глазах проступили слезы.

— Я люблю тебя! — причитала она. — Так тебя люблю!

— Не переигрывай, Инри, — тихо рассмеялся он ей на ухо, кружа в объятиях. Все вокруг замерло. Застывшее лицо Лары. Остекленевший огромный зал. Десятки официантов с подносами, что забыли о своих обязанностях. Весь мир был сосредоточен только на них — Крис и Киране, смеющихся так радостно, словно оба только что сорвали джекпот.

— Киран, — Крис на мгновение тоже замерла, пристально глядя ему в глаза, и, схватившись за его футболку, притянула к себе.

Нет. Крис. Что ты делаешь?

Только не здесь.

Ты же обещала. Обещала без этого!

Он судорожно втянул носом воздух, прижимаясь к ее горячим губам. Кто-то в зале аплодировал, но Кирану уже было наплевать на игру. Звуки исчезли. Померк свет. Была только Крис. Ее земляничный запах. Тепло ее кожи. Жар ее приоткрытого рта.

Ее влажный сладкий язык, как будто случайно мазнувший по его языку.

Он с трудом сдержал стон, вплетая пальцы в ее мягкие волосы. Другая рука скользнула по ее спине, остановившись на талии. Прижимая к себе сильнее.

Ещё, Крис, пожалуйста! Только ещё немного…

Их языки снова встретились, и Киран почувствовал, как теряет рассудок. Тяжёлая, густая волна возбуждения нахлынула так быстро, что Киран едва осознавал, где находится и что делает. В джинсах стало слишком тесно. Кровь забурлила по телу, заставляя сердце заходиться в тяжёлых, беспорядочных, частых ударах.

Крис облизывает его губы. Крис касается его языка. Крис исследует его рот, словно бомбоубежище, в котором собирается жить после апокалипсиса. И ей нравится. Она хочет остаться там навсегда.

Черт возьми, Крис.

Крис, Крис, Крис!

Моя Инри.

Безумие.

Я просто схожу с ума.

***

— Крисси, дорогуша, мы можем поговорить наедине?

— О, мама! Я так счастлива! Ты хочешь меня поздравить? С ума сойти! Уже следующий Фриверан я наверняка проведу в кругу своей собственной, новой семьи! Правда, любимый? — Крис верещала нарочито громко, ощущая, как с лица не сползает нелепая пьяная улыбка. Мать наверняка все испортит. Она не сможет оставить это просто так. Но… Разве это так важно?

Ведь Крис держит за руку Киран.

Крис посмотрела в его глаза, и сердце сделало очередной кульбит. Он выглядит таким нежным, таким радостным, таким… влюбленным? Святые, да мировой кинематограф потерял просто невероятный талант в его лице!

— Крисси…

Но голос матери перебивал радостный шквал аплодисментов и поздравлений. Ее муж уже рассекал толпу, двигаясь по направлению к Кирану и Крис, и, судя по его высоко поднятой руке, держащей полный бокал, собирался произнести речь.

— Крис, — Киран легонько погладил ее по спине. — Время.

— А?

Он задрал рукав рубашки, показывая на часы. Без пяти двенадцать.

— Прекрасный принц скоро исчезнет, — прошептал он, склонившись к уху Крис. — Ты же не хочешь довести матушку до сердечного приступа?

— И что ты предлагаешь?

— Бежать.

— Прямо сейчас?

Он кивнул и сжал ее руку в своей.

— Дорогая Кристоль! — низкий бас маминого мужа уже разносился по залу, отражаясь от бесконечных стеклянных поверхностей. — Мы так рады…

Крис перехватила взгляд Кирана.

И они побежали.

— Кристоль!

— Крисси!

— Что такое? Куда вы?

Крис неслась, не разбирая дороги — и когда они покинули зал, и в холле, и на высокой мраморной лестнице — они все бежали и бежали, не разнимая рук, пока Киран вдруг не дёрнул ее, на секунду притормозив.

— Ты что? — она обернулась, чтобы посмотреть в его растерянные глаза.

— Подожди… Кроссовок слетел.

Она все ещё тяжело дышала, но ее распирало от хохота.

— Киран! Да черт с ним! Бежим!

Запрыгивая в машину, они оба не могли перестать смеяться. Киран спешно стянул второй кроссовок и зашипел, когда ноги опустились на металлические педали.

— Давай быстрее, — Крис нетерпеливо защелкнула ремень безопасности, выглядывая в окно.

— Ты вообще пробовала водить босиком?

— Я не такая растяпа, чтобы терять обувь.

Воздух шумно вырывался наружу из их ртов, перемежаясь с глупыми смешками. Завелся двигатель, и машина тронулась с места.

— Это было ужасно, — смеясь, выдохнула Крис и блаженно откинулась на сиденье, когда они выехали на дорогу и огни дома Беллс замелькали позади.

— Лучший Фриверан в моей жизни, — улыбнулся Киран. — Если только не вспоминать про кроссовок…

— Вот разнылся!

— Это были мои любимые!

— По ним было заметно, — Крис снова рассмеялась. Киран деланно надулся, выпячивая нижнюю губу. — Я куплю тебе новые. В качестве компенсации.

Он довольно улыбнулся и посмотрел на нее так тепло, что Крис тут же вспомнила ощущение его губ на своих. Его язык, такой горячий и влажный… О, святые! Крис прижала ладони к пылающим щекам в надежде хоть немного их остудить.

Она. Целовалась. С Кираном Кином!

Как же это все нереально!

— Чувствую себя героиней дурацкого ромкома. Вроде того, где ты…

— Где я твой главный герой?

Снова эта улыбка. Крис отчаянно захотелось остановить машину, чтобы снова без памяти впиться в его губы.

— Даже немного жаль, что… Что Фриверан закончился, — выдохнула она.

— Кто сказал, что он закончился?

— Ты о чем?

Он пожал плечами. Коснулся рукой щеки, где уже проявился шрам.

— Двенадцать уже пробило. Но рассвет ещё не наступил. Впереди ещё вся ночь.

— И что ты предлагаешь?

Киран улыбнулся, выворачивая руль.

— Самое слащавое свидание в мире. Настоящий ромком. Тебе понравится, фанаточка.

***

— Нет. Неееееет, — протянула она, хохоча. Ты сам все это подстроил? Специально?

— Я? Святые упаси, Инри. Это просто совпадение.

Они сидели на пледе, который Киран раскинул прямо на крыше машины. Ещё в один кутались, прижимаясь друг к другу плечами — Крис держала в руке стаканчик с теплым глинтвейном из термоса, и хихикала, когда на огромном экране, установленном посреди пляжа, мелькала голая задница киношного Кирана.

— Это какое-то проклятье, — она прикрыла глаза ладонью. — Мне скоро твоя задница сниться будет.

— Так часто пересматриваешь?

Она ткнула его локтем в бок, и Киран тихонько охнул.

— Я не знал, что они выберут именно это. Честно, — по его улыбке Крис ясно читала невинную ложь. — Просто обещали что-то безумно романтичное. С невероятным красавчиком в главной роли.

Крис, начавшая было пить, фыркнула, окропив плед брызгами глинтвейна.

— Твое самолюбие вообще имеет пределы?

— Мммм, — невнятно промычал он, делая глоток из ее стакана.

— Эй! А кто нас повезет домой?

— Он безалкогольный, Инри. Я что, по-твоему, привез тебя сюда, чтобы спаивать?

Крис недоуменно посмотрела на стаканчик в своих руках. Безалкогольный. Как странно. А голова кружится, как от вина.

— Ты и так надралась до чёртиков своими коктейлями, — недовольно пробубнил Киран.

— Да ничего я не надралась!

— Угу, да. Посмотрела бы ты на себя со стороны! Визжала так, как будто тебя режут! Я же сказал тебе — не переигрывай…

— А как ещё надо реагировать на предложение? — Крис надула губы, плотнее закутываясь в свой краешек пледа. Вытянула руку перед собой, разглядывая изумительное кольцо. Пусть на нем не было камня, но оно было выполнено точь-в-точь, как кольцо Кирана, и это было в сто крат лучше.

— Ты это тоже спланировал, — тихо проговорила она, любуясь тем, как свет экрана отражается на тонких гранях неизвестного ей металла.

— Просто кстати оказалось под рукой.

Крис посмотрела на него с недоверчивой улыбкой.

— Просто кстати?

Он пожал плечами, отводя взгляд.

— Если твое кольцо заряжено Эрру, то это… Это тоже какой-то артефакт? — взгляд Крис скользнул по его руке. Пусть он носил свое кольцо на среднем пальце вместо безымянного, но… Магия уже иссякла. А он все ещё его не снял.

Парные кольца.

Крис прикрыла горящее лицо краешком пледа.

— Нет. Вряд ли, — ответил Киран, кажется, совсем не заметив ее странных взглядов и смущения. — Хотя… У него есть своя легенда.

Крис прижала колени к груди и склонила голову набок.

— Расскажешь?

— Знаешь барахолку на побережье Старого Анфелима?

— Нет.

Киран вздохнул.

— Там можно найти очаровательные вещицы. Торговцы там очень любят наводить мистического тумана, знаешь… Играть в “настоящее” колдовство. Когда я впервые пришел туда, старая ведьма предложила мне всего одно на выбор. Невидимость на мгновение, красота до полуночи и вечное счастье.

— И ты выбрал невидимость, — Крис вспомнила его исчезновение на концерте в Эгитене.

Киран кивнул.

— Но раз ты так уперто решила ехать к матушке, я подумал, что тебе понадобится обаятельный спутник. Пришлось найти эту торговку и выкупить все, что она зажилила в прошлый раз.

Крис рассмеялась, а затем подняла голову и снова уставилась на кольцо.

— То есть… Ты подарил мне вечное счастье?

— Я… Не знаю. Не знаю, что это за артефакт на самом деле. Я вообще не уверен, что он заряжен... Но ничего опасного в нем точно нет. Я проверял. Так что оставь себе. На память.

— Но… Ты даже не знаешь, как он работает. Что, если кольцо и вправду…

— Подарит мне вечное счастье? — он усмехнулся, качая головой.

— Ты не можешь знать наверняка, — упиралась Крис. — Забери его. Твое счастье должно случиться с тобой, оно не может принадлежать мне…

Она принялась было снимать кольцо, но Киран перехватил ее руку и сжал в своей.

— Оставь. Крис.

Их взгляды встретились, и Крис замерла, ощущая, как необъяснимая, незнакомая ей раньше теплая волна поднимается с его пальцев и проникает под ее кожу. У него… всплеск? Это его Ри? Но если это его чувства, то…

— Ты заслуживаешь его, — тихо сказал Киран. В фильме, что крутился на фоне, тоже послышался его голос. Персонаж Кирана болтал с героиней о какой-то немыслимой ерунде.

— Заслуживаю? — пробормотала Крис.

— Ты… Самоотверженная защитница. Лучшая напарница, о которой только можно мечтать. Верная подруга. Хорошая дочь, хоть твоя мать этого не понимает. И…

Он ненадолго замолчал, посмотрев на экран. Перевел взгляд на Крис и улыбнулся.

— … И самая преданная фанатка из всех, что я знаю. Так что — да. Такая, как ты, заслуживает вечного счастья.

Крис молчала, глядя в его глаза. Выжидая.

“И это всё? Это все, что ты мне скажешь, Киран?”

Завистливо покосилась на целующиеся парочки на соседних машинах.

Киран молчал.

— Киран, — тихо позвала она. — Мы с тобой теперь… Мы… Уже не просто напарники, да?

Его молчание затянулось. Крис уже прокляла себя за то, что вообще начала этот разговор. Что он может сказать, если вся эта дурацкая игра в ромком для него всего лишь невинная забава? Он веселится, наконец-то ощущая себя главным героем! А ты лезешь со своими выяснениями, как дура…

Крис сглотнула, вытаскивая ладонь из его теплых пальцев. Что он там сказал? Защитница? Напарница? Подруга?

— М-мы… — проблеяла Крис, глядя на опустевший экран. Смущенно повернулась к Кирану и запоздало заметила, что он уже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать. Но слова сорвались с ее губ прежде, чем Киран успел бы выдавить свои несчастные оправдания.

— Мы теперь… друзья? — она попыталась улыбнуться.

Киран замер. Взгляд его застыл, брови дрогнули, чуть поднявшись, рот так и остался приоткрыт — он задержал дыхание, и Крис на долю секунды показалось, что она видит на его лице не разочарование, не страх, не боль — чистый ужас, будто то, что она сказала, было не просто трусливым бегством с поля их затянувшейся битвы, а непростительным предательством, вроде удара в спину, которого Киран никак от нее не ждал. Она сжала в руке краешек пледа, уже набираясь смелости забрать свои слова назад, но…

Все это длилось лишь мгновение.

Киран вдруг облегченно выдохнул и рассмеялся.

Словно ее слова дошли до него только что.

Ну конечно.

Он смеется.

Какая радость.

Он просто был шокирован, что ему даже не пришлось отшивать ее самому.

Нос предательски защипало, и Крис спрятала лицо в плед, прижавшись к коленям.

— Ох, Инри.

— Что?

— Друзей так не заводят. Тебе что, пять лет?

— Да почему это?

— Дружба, она… Приходит сама собой. Ты просто понимаешь, что это твой друг, вот и все. Никто не объявляет этого вслух. С Лавли ты также подружилась?

— Нет…

— А как?

— Она просто пришла… И забрала меня, — хлюпнула носом Крис.

— По-моему, я сделал то же самое.

— Не то же.

Киран рассмеялся, поглаживая ее по голове. Точно так же, как гладил бы Эри или Киту.

— Ладно, Инри. Теперь мы друзья. Так тебе спокойнее? Если я проговорю это вслух.

Крис помедлила, но все же кивнула.

Они ещё с минуту сидели молча. Киран откинул голову назад, рассматривая бархатное чёрное небо, укрытое сверкающими стразами звёзд. Здесь их было необычайно много: городские огни остались далеко позади, и ничто не мешало ночному небу сиять. Крис тоже подняла голову и увидела, как несколько искорок разом сорвались и полетели вниз, оставляя за собой исчезающие полосы рассыпчатого серебра.

— Время, когда умирают звёзды, — пробормотала Крис.

— М?

— Так говорят. Что август — это время, когда умирают звёзды.

— Инри, ты же знаешь о том, что это не звёзды, а всего лишь метеоры? Настоящие звёзды не ждут августа, чтобы умереть.

Крис вздохнула, стаскивая с себя плед.

— Я замёрзла, Киран. Поедем домой.

Глава 28. Несчастье

"Типель ми с тебой дузья?" — он скорчил рожицу зеркалу, передразнивая манеру Крис.

Друзья.

Застонал, убирая волосы с лица и откидывая голову назад.

Проклятье. А на что ты вообще рассчитывал? Что она бросится в твои объятия, словно ты грёбаный Галар?

Он вновь склонился к зеркалу. Пальцы коснулись шрама, пробежали вверх и вниз по шершавой, неровной полосе, взрывшей кожу жутким бугром.

Она поцеловала тебя, когда ты был настоящим собой. Красавчиком. Кираном из кино, харизматичным любимцем публики, маленькой рок-звездой.

Поцеловала тебя, пока ты был тем, кем уже никогда не станешь.

Конечно, она поцеловала тебя. Что стоило прежнему Кирану очаровать наивную девчонку, даже будь она без ума от какого-то там Галара? Да она бы в два счета стала твоей фанаткой номер один! Всего-то рассмешить её. Улыбнуться в ответ на ее улыбку. Бросить какую-нибудь неприкрытую лесть. Сделать что-то вызывающе глупое и романтичное — вроде фальшивого предложения на глазах у всей ее родни.

Он с сожалением покрутил на пальце колдовское кольцо. Сейчас оно сидело куда свободней: чары иссякли, и теперь оно превратилось просто в красивую безделушку.

"Теперь мы друзья".

Черт, да какая разница! Почему тебя вообще это задело? Сам же пообещал себе, что никогда больше не станешь этого искать! Любовь? Поцелуи, Киран? Серьезно? В твоём ли положении мечтать о таком? Шторка подлетела, раздуваясь парусом от невидимого ветра. Баночки с шампунями громыхнули, скатываясь на дно ванной. С полок слетели зубные щётки, и Киран чертыхнулся, поспешно поднимая их с пола.

Зеркало треснуло.

— Проклятье.

Киран закрыл лицо руками, тяжело дыша.

Зачем ты вообще ухватился за это чувство? Что ты надеялся получить? Последний луч солнца перед тем, как опуститься на самое дно?!

Все станет хуже. Тебя арестуют. Отправят на опыты, или вообще выселят в гребаную резервацию. Ты… скоро исчезнешь, Киран. Причинишь боль всем, кто тебя любит. Ни одна женщина на свете не заслуживает такого наказания.

И уж тем более такого не заслуживает фанаточка.

Фанаточка. Милая, маленькая фанаточка. Наивная, но безумно храбрая. От нее пахнет земляникой, по утрам она похожа на сонного птенчика, а когда смеётся, у нее забавно дрожит кончик носа, и…

Ее рот такой сладкий.

Киран упёрся лбом в зеркало, выдыхая.

Она заслуживает кого-то... Нормального. Кого-то лучше тебя. Кого-то, с кем она будет в безопасности.

"Теперь мы друзья?"

Блядь. Да. Да.

Да, Инри. Теперь мы друзья. Я постараюсь… Нет, я стану тебе другом. Самым лучшим другом, которого ты только сможешь себе представить. Я буду заботиться о тебе. Я буду всегда рядом. Буду смешить тебя. Буду делать тебе массаж, если ты снова вздумаешь усердствовать со своими щитами. Буду защищать тебя… даже если в конце концов придется защищать тебя от меня.

Треклятые банки снова затряслись. Кусок зеркала, отвалившись, со звоном разбился в раковине.

— Киран!

Крис нещадно молотила по двери.

— Черт.

— Киран! Киран, ты там?

Наскоро умывшись, открыл дверь, впуская внутрь взволнованную девчонку. Уже переоделась в свою дурацкую розовую пижаму, но все такая же очаровательная. Нет, пожалуй, даже куда очаровательнее, чем в выпускном платье Энни.

Он все равно пол ночи думал только о том, как хотел бы его снять.

— Киран… Что произошло? — Крис растерянно осматривала ванную.

— Все в порядке, — он заслонил спиной зеркало.

— В порядке? Грохот стоял такой, что…

— Я поскользнулся, — с виноватой улыбкой потер затылок. — Но никто не пострадал. Успокойся, Инри.

— Твои… Твои глаза.

Киран нервно коснулся шрама.

— Ага. Снова прекрасны, я в курсе. Полночь давно позади, если ты не заметила.

— Нет. Ты… Ты как будто плакал, — она протянула руку к его лицу, но Киран отвернулся, отклоняясь назад.

— Не хочешь, чтобы тебя лапали, так и сама не распускай руки.

Она прикусила губу.

— Глаза покраснели...

— Просто ужасно чешется, — Киран поморщился, подталкивая ее к выходу. — Наверное, какой-то дурацкий побочный эффект. Что ещё ждать от артефактов с блошиного рынка? Уже рассвет, Святые праотцы! Пойдем спать, Инри. Ты своими воплями весь дом перебудишь.

***

Она скучала по временам, когда Киран по надобности и без хватал её и брал на руки — будь то подъем по лестнице или спуск, запнись она об ковер или попытайся достать что-то со слишком высокого шкафа — раньше его руки всегда были тут как тут, спешили обнять, поддержать, прижаться к ней, помочь... Только когда все это исчезло, Крис осознала, насколько странным и неправильным такое поведение было для двух людей, что называли себя “просто напарники”. Наверное, после Фриверана Киран тоже это понял и решил соблюдать дистанцию, чтобы больше не нарушать границ. И Крис была этому рада.

Нет, на самом деле, она была рада. Искренне. Ведь не прикасаясь к нему лишний раз, она не рисковала выдать себя непроизвольной реакцией — будь то нечаянный вздох, дрожь, или, того хуже, порыв ответных объятий.

Да, так абсолютно точно было лучше. Это всем пойдет на пользу. Дурацкий окситоцин скоро испарится, развеяв магию наивной влюбленности. Это всего лишь химия… Природная реакция тела. Крис ни за что не поддастся ей. Она будет выше всего этого. В конце концов, Киран — обычный живой человек из плоти и крови, он не соткан из звёзд, как какой-нибудь Галар, и мечтать и страдать о нем, как о недостижимом солнце, было просто невероятно глупо. У него было слишком много недостатков. Живых, настоящих недостатков обычного человека. Например, он абсолютно не умел петь.

— Выше звёёёзд! — фальшиво протянул Киран, кружа и приподнимая Эри в танце. Та смеялась и верещала, когда ее ноги поднимались слишком высоко от пола. — Там, где исчезнет время, и! Смерть! Обратится… прочь!

— Киан! Киан, я сейчас улечу!

— Не бойся, солнышко, — Киран подхватил девочку и прижал к себе, смеясь. — Я тебя держу. Видишь? Держу крепко. Никуда ты от меня не улетишь.

Крис тихонько стояла в неосвещенном коридоре, прижимаясь к стене и не решаясь выйти в гостиную. Был поздний вечер, но почти вся семья Кин бодрствовала — у камина собрались Мариам, Энни и Лекс, Кита мирно раскрашивала картинки, лёжа на полу. Киран с Эриной кружились в самом центре комнаты, и к ним время от времени беспокойно подбегала Лакрица, глухо потявкивая.

— Я не обижаю её, вредная ты псина. Это называется танец, — объяснял Лакрице Киран, беря ее за лапу. — Что ты вообще понимаешь в веселье?

— Насчёт веселья, — раздался голос Ханны. Она говорила откуда-то издалека, не попадая в поле зрения Крис. Лекс и Энни обернулись и затянули довольное “О-о-о”, Эрина радостно захлопала в ладоши. Кита, оторвавшись от раскраски, забралась на диван, как только туда сел Киран.

— Вы издеваетесь, — Киран улыбнулся, принимая из рук подошедшей Ханны гитару.

— Почти полночь, — Ханна поморщилась, взяв его за запястье и бросая недовольный взгляд на часы. — Ну, пара часов не играют роли. Я уезжаю, так что будь добр, притворись, что завтра уже настало. Не хочу пропускать традицию.

Он цокнул языком, закатывая глаза.

— Пго папу! Спой пго папу! — запричитала Эри, теребя рукав его рубашки.

— Папу! — радостно подхватила Кита.

— Про папу?

— Несчастье, — пояснила Лекс. — Они так называют ту твою песню. Про несчастье.

Крис затаила дыхание. Его песню? Он что, и в самом деле сейчас будет петь? Святые, у него же нет голоса. Нет и не может быть! Это будет ужасно. Она ощутила жгучее желание вернуться в комнату и закрыться, накинув шумодав. Но любопытство не позволило сделать и шага.

Киран тем временем улыбнулся девочкам и начал играть.

Я приехал в этот город на окраине земли,

Думал, здесь меня не тронут, но уже дымят угли…

Я приехал в этот город, думал люди будут здесь добрей…

Здесь возьму себе жену я, здесь я заведу детей…

Крис приоткрыла рот, прижимая руки к груди. Черт побери! Он умеет вот так петь?! Умел всегда?!

Ночью стук в окно, ночью крик и лай собак:

Мы узнали, что приехал в добрый город темный маг!

Не сбежишь, так прячься по шкафам иль под кровать,

У нас факелы и вилы, мы идём тебя искать!

Разрывай себя на части!

Кто родился Нельтом, будет глубоко несчастен!

Дальше будет только хуже —

Ты один внутри, и огонь горит снаружи…

Папа говорил что скоро

Мы станем свободны, и нас не догонит свора…

Но пока алеет пламя,

Кто отдаст нам волю, если не возьмём мы сами?

Пальцы сорвались со струн, и Киран прервался, виновато глядя на девочек.

— Дальше! Дальше, Киан!

— Я… Забыл.

— Ну нет! Там пго дочку!

— Он шутит, — рассмеялась Лекс, толкая брата в плечо. — Ничего он не забыл.

— Хватит играть с публикой, — покачала головой Ханна.

— Я не играю, — по улыбке Кирана Крис понимала, что он врёт.

— Я приехал в новый город, — подсказала Мариам, на секунду отвлекаясь от вязания. — Дверь закрыл…

Киран пробежал пальцами по струнам, и его потрясающе мелодичный голос снова заполнил гостиную. Сердце Крис побежало, разгоняясь, разбиваясь в осколки о ребра с каждой новой строкой.

Я приехал в новый город, дверь закрыл на три замка;

Здесь никто меня не тронет, здесь броня моя крепка,

Не проникнет в дом мой теплый лай собак и едкий дым,

Свою дочку я укрою одеяльцем кружевным…

Ночью слышно стон, ночью плачет и зовёт —

Что-то чёрное скребётся, спать ребенку не даёт,

Я возьму свой меч, приоткрою три замка,

С черной сворой на пороге битва будет коротка!

Ханна задумчиво поглаживала Лакрицу за ухом, глядя в камин, Лекс и Энни покачивались в такт музыке. Мариам продолжала вязать, беззвучно шевеля губами. Девочки восторженно приоткрыли рты, как и сама Крис, и не сводили глаз с Кирана. Беспокойные пряди упали ему на лицо, глаза были прикрыты. Перед финалом он набрал побольше воздуха в грудь, чтобы спеть уже чуть громче:

Баю-бай, моя ты маленькая крошка!

Папа за окошком поиграется немножко!

Спи, малыш как можно крепче —

Не тревожат пусть тебя ни пульсары и ни смерчи!

Спи, спи, и не пугайся: звуки —

Оттого, что папа только разминает руки!

Дом наш больше не коснется пламя —

Нам не подарили волю — мы ее забрали сами!

— Какое-то кощунство — петь такую песню при Лакрице, — улыбаясь, сказала Энни.

Киран отложил гитару и потянулся к собаке, чтобы почесать ее вслед за Ханной.

— Нормальные псины понимают, что это песня не про них. Правда, животное?

Снова разговоры и тихий смех. Теплый запах нагретого дерева. Уютное потрескивание поленьев в камине, отблески пламени, танцующие на лицах. Крис любовалась каждым, кто сидел в гостиной, любовалась ими всеми, и в то же время ощущала невыносимую, опустошающую, болезненную тоску. Она не могла просто взять и шагнуть туда, в эту сказку, в этот нежный семейный уют. Хотя эта сказка и была такой близкой, она была… Такой чужой.

Крис не хотела быть с ними.

Она хотелабыть ими.

Хотела быть каждым из них: любой из сестер Кирана, его племянницей, его матерью или даже им самим. Она бы с радостью переселилась даже в чёртову Лакрицу, только чтобы…

Быть их частью.

Чтобы получить то, что ей самой никогда не было и не будет доступно.

Крис ужаснулась своих мыслей. Стоять здесь, в темном коридоре, издали подсматривая за чужой семейной идиллией, вдруг показалось ей чем-то постыдным, мерзким, до безумия неправильным — словно она наблюдала за чем-то слишком интимным, за тем, что явно не предназначалось для её глаз.

За тем, что явно… не предназначалось для неё.

Крис тихонько отступила в темноту, смаргивая слезы, и прежде, чем кто-то позвал ее из гостиной, заметив смутное движение в коридоре, она развернулась и побежала прочь.

***

— Крис, — тихо позвал Киран, приоткрыв дверь. — Крис? Ты спишь?

Она молчала, свернувшись клубком в темноте. Слезы давно пропитали подушку, нос забился и было нечем дышать. Ей пришлось шмыгнуть носом, но получилось слишком громко. Конечно, Киран услышал. Он всегда слышит.

Черт бы его побрал.

— О, Крис, — он живо подошёл к кровати и присел на край, включив ночник. — Ты… Ты что, плачешь?

— Нет, — прогундела она, все ещё лёжа к нему спиной. Ей хотелось, чтобы Киран сейчас развернул ее сам, хотя бы легонько коснувшись ее, но он не собирался этого делать. Конечно, не собирался. У них же теперь мораторий на прикосновения.

— Я видел тебя в коридоре. Почему не пошла посидеть с нами? Что случилось?

— Ничего.

— Крис.

— Просто решила, что очень хочу спать.

— И пошла плакать в темноте и одиночестве? — Крис услышала улыбку в его голосе. — Почему? Тебя песня так растрогала?

— Не обольщайся, я не собираюсь тешить твое самолюбие, — буркнула Крис, разворачиваясь. Все равно уже без толку прятать зареванное лицо. — Тебе просто попался хороший текст.

— Попался? — Киран тихо рассмеялся. — Это мой текст, Крис.

— Ну значит мне показалось. Не так уж он и хорош.

Он со смехом кивнул, всем своим видом показывая, что ее реакция была до боли предсказуемой. Его рука было поднялась, словно он хотел коснуться Крис, но, конечно же, тут же опустилась обратно на край кровати.

“Обними меня, Киран. Прошу тебя”, — взмолилась Крис про себя. Ей было так холодно, так пусто, так одиноко! Она словно летела одна в бесконечности пустого космоса, с каждой секундой ощущая, как все планеты удаляются от неё всё дальше и дальше.

— Пойдем вниз. Вечер ещё не кончился. Я спою тебе ещё. Обещаю, выберу что-нибудь повеселее. Что захочешь.

— Даже Астелевский репертуар? — улыбнулась она, вытирая холодный и влажный кончик носа рукавом.

— О, нет. Только не его.

— Почему?

— Ты издеваешься, Инри?

— Тогда я не пойду.

Киран фыркнул, поднимаясь с постели и протягивая Крис руку.

— Последний шанс. Пойдем, пока я приглашаю.

Крис поджала губы.

— М-м.

— Что? — переспросил Киран.

— Я не нравлюсь Энни.

Он снова сел, ошарашенно глядя в её заплаканные глаза.

— С чего ты взяла?

— Она спросила, не друзья ли мы с привилегиями, а я ответила, что друзья. Она посмотрела на меня так, будто убить была на месте готова. Сказала, что она не обязана делать вид, что ей приятно мое общество.

Лицо Кирана потемнело. В серебристом глазу замерцали недобрые огоньки.

— Я поговорю с ней.

— Не надо… Киран, пожалуйста. Я сказала тебе по секрету.

— По секрету? Крис, ты хоть понимаешь, что она тебе наговорила?

— Я… Не... Не знаю, чем я ее так обидела, — промямлила Крис, вспоминая тот вечер, когда она решила отдать Энни ее платье и извиниться. Эта маленькая феминная версия Кирана и близко не была похожа на брата чем-то помимо внешности. Так морщила нос, будто от Крис воняло за версту.

Киран шумно выпустил воздух сквозь сжатые зубы, откидывая голову назад.

— Друзья с привилегиями! И ты сказала, что мы… Да? Святые, Крис. Ты явно не понимаешь значение слова “привилегии” в этом словосочетании.

— Конечно, понимаю! — возразила Крис. — Это значит особое отношение. Не такое, как к остальным друзьям.

— Вот именно, — Киран странно улыбнулся. — Особое. Я бы сказал, интимное.

Крис приподнялась и села, прижимаясь спиной к изголовью.

— Что?...

— Ты буквально сказала моей сестре, что у нас с тобой секс без обязательств.

— Святые… Киран! Нет!

— Да.

— Уффффф… — она закрыла руками лицо, чтобы не видеть его дурацкой ухмылки. — Какая же я идиотка.

— Я все равно поговорю с ней. С ее стороны очень бестактно было задавать подобные вопросы гостье.

— Ты объяснишь ей, что мы…?

Она отняла ладони от лица, чтобы встретить его взгляд.

— Это не ее дело.

— Но, кажется, она меня возненавидела за это! И почему? Святые, если бы я и кувыркалась с тобой в постели сутки напролет, это что, повод ненавидеть меня?

— Подростковый максимализм, — Киран пожал плечами. — Энн считает, что в жизни существует только одна любовь, которой надо быть верной до конца своей жизни. Не думал, что она вырастет такой ханжой, но, как понимаешь, секс без любви в этой ее концепции строго порицается.

— Мммм. Так у вас похожие взгляды, — протянула Крис, подтягивая к себе плед и накрываясь.

— Что? — Киран подавился смешком.

— Ну, одна любовь на всю жизнь. Ты абсолютно такой же, разве нет?

— Если ты хотела так издалека спросить меня, имею ли я что-то против дружбы с привилегиями, то я абсолютно не против.

Она пихнула его ногой, и Киран рассмеялся, перехватывая ее стопу.

— Иди к черту, Кин!

— Нет, правда, Инри. Я хорош в тайных любовных связях. У меня много опыта и абсолютно никаких предрассудков.

Крис затрясла ногой, пытаясь выбраться из его хватки, но Киран держал слишком крепко. От бессилия она просто ударила его попавшейся под руку мелкой подушкой.

— Если бы я захотела завести себе любовника, то в последнюю очередь спросила бы тебя!

— Но все же спросила бы?

Крис снова хотела его ударить, но он увернулся и тут же стянул с неё носок, принявшись нещадно щекотать пятку.

— Нет! Это против правил! — заверещала Крис, глупо хихикая и дёргая ногами, изо всех сил пытаясь его отпихнуть.

— Я думал, тебе нравится нарушать правила.

— Иди к черту! Ах… Твою мать, Киран!

Они оба задыхались от смеха. Крис — из-за щекотки, а Киран — кажется, от того что его дико веселили ее страдания. В конце концов ей удалось вырваться и накинуться на него, чтобы осуществить праведную месть: правда, Киран щекотки почти не боялся и ей пришлось постараться, чтобы найти его чувствительные места.

В какой-то момент она обнаружила себя сидящей на нем сверху и прижимающей его запястья к кровати. И Крис, и Киран быстро дышали, с лиц не сползали глупые улыбки. Крис склонилась над ним так низко, что ее волосы почти касались его лица.

— Крис, — позвал он, быстро облизнув губы и не сводя взгляда с ее рта. — Ты победила. Пожалуйста. Хватит.

Ее улыбка медленно исчезла. Дыхание все ещё было частым и прерывистым, в ушах стучало, и горячее тело Кирана под ней, казалось, было полным кипучей лавы. Даже сквозь ее пижаму, даже сквозь его джинсы, она ощущала этот жар так близко…

Слишком близко.

Опомнившись, выпустила его руки и соскочила, упав на кровать рядом. Ещё несколько минут лежали молча, только слушая сбивчивое дыхание друг друга.

— Тебя наверное все заждались внизу, — выдохнула Крис.

— Вряд ли. Уже поздно, все наверняка уже расходятся спать.

— Мм.

— Что? Жалеешь, что не пошла, когда я звал?

Крис пожала плечами. Жалела ли она? Жалела ли, что Киран сегодня снова касался ее, хватал, щекотал, гладил — пусть и во время дурацкой потасовки на кровати? Нет, она не променяла бы это ни на один, даже самый уютный вечер на свете! Сердце так радостно танцевало в груди, что Крис хотелось кричать, прыгая до потолка.

— Отпуск кончается, Крис, — поднимаясь, сказал Киран. — Скоро мы уедем. Так что глупо отказываться от возможностей, которых потом может уже не представиться.

Он пошел в ванную, а Крис долго лежала, хлопая глазами и разглядывая потолок. Сначала она думала, что он говорил про вечер в компании его семьи, которого Крис лишилась, но…

“Если ты хотела так издалека спросить меня, имею ли я что-то против дружбы с привилегиями, то я абсолютно не против”.

“Глупо отказываться от возможностей, которых потом может уже не представиться”.

Почему, проклятье, ну почему все это звучало так двусмысленно?!

***

— Он слишком большой!

— Ничего не большой. Открывай рот пошире и все влезет.

Крис обиженно фыркнула, принимая тарелку с гигантским куском торта.

— Это что, земляничное варенье? Ненавижу землянику, — поморщилась Крис, копаясь вилкой в прослойке.

— Зато я люблю. Сегодня мой день рождения, а не твой.

— У тебя... Сегодня день рождения? — Крис замерла с вилкой в руке.

— Мгм.

— Но...

— Я не праздную. Можешь не волноваться насчёт подарка, я не в обиде. Но мама все равно испекла торт, так что ешь и не выпендривайся. Нехорошо обижать хозяйку.

Крис стыдливо покосилась в сторонукухни.

— Она уехала в город. Не бойся, я не расскажу ей, как нелестно ты отзываешься о ее детище.

— Я ничего не сказала про торт. Просто земляника... — Крис из вежливости попробовала кусочек и тут же округлила глаза. — Ммм. Это вкусно! В самом деле, очень вкусно!

Киран рассмеялся.

— Не переигрывай, Инри.

— Да я серьезно! Святые, твоя мама просто волшебница...

— Киан!

В гостиную спустились Лекс и Энни. Впереди бежали девчонки, размахивая листами бумаги.

— Киан, с днём гождения!

— С дем зения!

Дети облепили Кирана прежде, чем он успел отставить свою тарелку на столик.

— Это тебе!

— Мммм? Ого, что это?

Он оставил торт и принялся рассматривать картинки, что принесли девочки. С таким интересом, будто это были шедевры искусства — комментировал каждый штрих, расспрашивал про сюжет и улыбался, внимательно слушая сбивчивые пояснения Эри и Киты. Крис невольно залюбовалась им, и смогла отвести взгляд только когда Лекс и Энни напомнили о своем присутствии.

— У меня тоже есть подарок, — Лекс присела на диван рядом с Кираном и детьми. — Точнее, идея для подарка. Едем сегодня всеми на ярмарку?

Киран на мгновение задумался, но радостные крики детей не оставили ему шанса на отказ.

— А эггу будут?

— Уиииииии!

— Поедем! Поедем сейчас же! Мам, а ты пойдешь на ту сташную кгутилку?

— Нееет, Эри, не в этот раз.

— Ну мааааам!

— Попроси Кирана, его хотя бы не тошнит от высоты.

— Киан! Киан, сходим на ту штуку!

Крис проглотила ещё кусочек торта, краешком глаза наблюдая за Энни. Она стояла чуть поодаль, смущённо теребя в руках голубой свёрток, перетянутый серебристой лентой. Киран, отвлекшись от детей, тоже обратил внимание на сестру — и Крис заметила, как в его глазах проскользнуло что-то, похожее на немой укор.

— Это тебе для работы, — буркнула Энни, подходя и протягивая свёрток. Она явно старалась не смотреть в лицо брату. Крис затаила дыхание, наблюдая за ними двумя. Святые, как они были похожи! Энни буквально была женственной версией Кирана — более нежной, изящной и хрупкой, длинноволосой и совсем юной, но... Ее взгляд, ее мимика, даже ее жесты! Крис в тайне любовалась ей, хотя и знала, что это далеко не взаимно.

Киран принял свёрток, но не стал разворачивать. Отложил в сторону и хмуро посмотрел на Энни, ожидая, когда она встретит его взгляд.

— Ты обещала мне другой подарок, Энн. Помнишь?

— Это новые перчатки, — пояснила Энни, кивая на свёрток. — С двойной прошивкой из синтэфрана.

— Энни, — настойчиво позвал Киран.

Она удручённо вздохнула.

— Энни хотела бы извиниться перед Крис, — пояснил Киран. — Да, Энн?

— Извиниться? — ошарашенно переспросила Лекс. Дети замолчали, растерянно хлопая глазами. — За что?

— Не важно, — нервно рассмеялась Крис, примирительно махая ладошкой. — Ничего страшного. Это все глупости! Мы просто друг друга не поняли.

— Извини, Крис, — мрачно сказала Энни, поворачиваясь к ней. Киран легонько ткнул сестру носком.

— Извини, пожалуйста, Крис. Это было грубо, — выдавила Энн, метнув на Кирана злобный взгляд.

— Все в порядке, — повторила Крис, чувствуя, как краснеет до самых кончиков волос. — Забыли, правда!

Киран умиротворенно откинулся на спинку дивана, вновь взяв торт и продолжив с удовольствием его поглощать.

— Вот и славно. Дождемся маму и начнем собираться на ярмарку. Все же согласны?

— Дааааааа! — в один голос завопили Эри и Кита. Лекс и Крис молча улыбнулись.

***

— Даже боюсь представить, что ты ей наговорил, — Крис мыла посуду, неторопливо соскабливая с тарелки присохшие кусочки торта.

— Просто напомнил, что стоит быть поуважительнее с Инри, которая спасла ее племянниц, — Киран пожал плечами, подсовывая в раковину ещё пару тарелок. — Я не так ее воспитывал. Понятия не имею, где нахваталась таких манер.

— Вряд ли это сильно изменит ее отношение ко мне, — Крис слабо улыбнулась. — Это все... — она неопределенно покачала головой . — Это все и правда странно. Жить у напарника и мозолить глаза его семье... Я так долго пользуюсь вашим гостеприимством, что мне и самой совестно.

— Не неси чепухи, — Киран повернул ее лицо к себе. Большим пальцем коснулся губ Крис, вытирая пятнышко земляничного варенья, и тут же, не задумываясь, засунул испачканный палец себе в рот, облизывая. — Ничего странного в этом нет. Это просто... Эри! Я все слышу! Не дразни Киту, не то ярмарка отложится до следующего года!

Он пошел в гостиную, где шумели девчонки, а Крис так и осталась стоять с тарелкой в руке, ошарашенно глядя в пустоту.

Раз за разом прокручивая в голове его быстрое касание. Его палец, скользнувший ему в рот. Язык, быстро слизавший варенье.

В ушах тяжело шумело. Тарелка выскользнула из дрогнувших пальцев, и Крис тихо чертыхнулась, прикрывая руками горящее лицо.

Глава 29. С днём рождения, Киран

— Лекс передала тебе мой подарок? — Киран прижал телефон к уху, чтобы лучше расслышать голос Ханны в общем гвалте. Дети тащили его вперёд, оттягивая полы рубашки: им не терпелось скорее попасть на аттракцион.

— Да, — улыбнулся, покачивая на ключах брелок. С пластикового кругляшка улыбалась вся семья: мама, Ханна, Лекс, Энни и девочки. Судя по оранжевым пятнам света на их одежде, они сделали это фото на Фриверан. — Это мило. Спасибо, Ханна.

— С днём рождения, братец.

— Спасибо. Жаль, что тебя здесь нет.

В трубке послышался вздох.

— Прости. Ты же знаешь, мне нужно работать, чтобы подарить тебе кое-что покруче брелока.

— Шутишь? — Киран рассмеялся. — Что может быть круче?

— Свобода.

— Мммм, — улыбка медленно сползла с его лица. Он встал в очередь к аттракциону, куда привели его Эри и Кита, и наблюдал, как из толпы к ним несётся Лекс с пушистыми облачками сахарной ваты. — Только не слишком усердствуй. Ты же знаешь, мне и брелока достаточно. Тем более за такой… Да я душу за него продам.

— А ты не слишком-то веришь в мой успех.

— Ханна, — очередь двинулась вперёд, и Киран легонько подтолкнул девочек в спины. — Ты лучший адвокат, которого я знаю. Я уверен, ты справишься с каждым из этих дел. Просто…

— Просто?

— Твоя надежда на великую миссию… Что все это поможет перевернуть мир. Не хочу, чтобы ты расстраивалась, когда ставка в конце концов не сыграет.

— Я должна попробовать, Киран.

— Я знаю.

“Конечно, ты попробуешь, Ханна, — подумал Киран. — Ты не можешь иначе”.

— Обещай мне кое-что. Когда я выиграю.

— А?

— Поговори с отцом.

— Прости, здесь очень шумно, я плохо слышу.

— Киран. Я не прошу тебя с ним мириться. Просто поговорить! Вы с ним…

— Прости, Ханна, правда, прости. Сейчас наша очередь, мне пора. Позвоню тебе позже, ладно? Ещё раз спасибо за подарок.

— Киран…

Он отключился, быстро пряча телефон в карман. Запыхавшаяся Лекс подлетела, едва не споткнувшись, и Кирану пришлось подхватить ее за руки, чтобы сахарная вата не приклеилась к его рубашке.

— Мама! Ты тоже с нами? — Эри захлопала в ладоши.

— Нет, Эри, я просто посмотрю снизу. А где… Где мама и Энн? — Лекс завертелась, пытаясь разглядеть их в толпе.

— Пошли в ведьмовскую палатку, — Киран усмехнулся, забирая у сестры вату и вручая племянницам. Отщипнул кусочек в качестве налога и тут же положил в рот. — Сказали, такая высота для них чересчур.

— А Крис?

Киран тупо уставился на сестру.

— Она разве была не с тобой?

— Ну она сказала, что ей надо отойти, и чтоб я не ждала её… Я подумала, мы все встретимся здесь. Она не приходила?

Киран улыбнулся, пытаясь скрыть напряжение.

— Значит, скоро вернётся. Ничего. Она не ребёнок, чтобы заблудиться на ярмарке.

В глазах Лекс мелькнула тревожная тень. Когда подошла очередь Кирана и детей, он едва дождался, когда за ними закроется дверь кабинки, и тут же достал телефон, лихорадочно набирая Крис.

“Вызываемый абонент недоступен”.

— Черт!

— Киан, — позвала Эри, прижимаясь к стеклу. — Мы летим! Летим, смотги!

— Да, солнышко. Мы летим.

Кабинка медленно поднималась вверх, открывая обзору мириады огней, сияющих далеко под ногами. Киран придерживал Киту, восторженно прижавшуюся к стеклу, и ощущал, как на самых кончиках пальцев беспокойно колотится Ри.

Нет. Только не сейчас. Ты не должен волноваться, Киран. Не хватало ещё стеклам полопаться… Или вовсе сломаться аттракциону. Если ты с детьми застрянешь наверху, ты сделаешь только хуже. Ты напугаешь их… Ты должен оставаться спокойным. Подумай о чем-то хорошем. Эри и Кита так рады! Смотри, смотри на детей. Святые, когда ты ещё сможешь вот так проводить с ними время?

— Почему Кис не поехала с нами? Она ведь хотела.

— Я не знаю, — признался Киран. — Наверное, засмотрелась на клоунов.

— На клоунов? Она любит клоунов?

— Ага. Только всяких клоунов она и любит.

Все выше и выше. Он с трудом подавил желание снова схватить телефон. Прильнул к стеклу следом за девочками. Высоко, так высоко, что, наверное, даже можно разглядеть…

Да ни черта он не сможет там разглядеть. Поправил на руках Киту и нервно сглотнул, пытаясь успокоить дыхание. Пальцы покалывало невидимым огнём.

— Она навегно ищет тебе подагок.

— Подарок?...

— Я у нее спгосила, что она подагила тебе, а она сказала, что ничего. Навегное ей густно, что она ничего не успела нагисовать. Но она могла бы дать тебе ту кагтинку, где у тебя больная гука. Ты там смешной.

Киран понятия не имел, о чем говорит Эри, но от мысли, что Крис просто застряла в какой-нибудь палатке с барахлом, становилось чуть легче. С ней же ничего не может случиться, абсолютно ничего. Она гребаная Инри, а это всего лишь чертова ярмарка!

Он улыбнулся, наблюдая за тем, как Эри вычерчивает рожицу на стекле, вспотевшем от ее дыхания.

— Я не видел эту картинку. Она не показывала мне.

— Угу, я знаю, — кивнула Эри. — Она много чего тебе не показывает.

***

Взгляд Крис беспокойно бегал по прилавкам, не в силах остановиться на чем-то конкретном. Что могло понравиться Кирану? Что он любил?

Крис повертела в руках хрустальный шар, внутри которого переливались разноцветные блёстки.

Киран любил свою семью. Любил музыку. Старые фильмы. Любил глупые ромкомы, хотя всегда морщился, делая вид, что его тошнит от предсказуемости сюжетных ходов. Любил странную еду, вроде имбиря в сахаре. Любил кофе с перцем.

Ах, да. И, кажется, он любил землянику.

А ещё он любил странные артефакты… Крис с тоской взглянула на свое кольцо. Вечное счастье! Переплюнуть такой подарок будет сложно. Что бы она ни придумала, что бы не откопала здесь, среди ярмарочных лавок, у нее просто не хватит фантазии, чтобы преподнести свой подарок так же красиво, как это сделал для нее Киран. Святые, да и что она надеялась здесь найти?

Пальцы скользили по кольцам, брелокам, подвескам и серьгам, ни на чём не останавливаясь надолго.

— Ищешь что-то особенное, красавица? — седая женщина в цветастом платке вытащила изо рта мундштук длинной курительной трубки.

— А? Д-да… Наверное, — растерянно улыбнулась Крис.

— Кому-то в подарок? Подруге? Маме? Нет, постой, я сейчас увижу, — женщина прищурилась, делая в воздухе пассы руками. Крис невольно напряглась, скрещивая пальцы. Женщина улыбнулась, вытянув руку и замерев.

— Любимому!

— Нет, я…

— О-о-о, — перебила ее женщина. — Это должен быть значимый подарок! Не просто вещица. Не смотри на все это, — она махнула руками на прилавки. — Фантики! Шелуха! Пойдем, нам с тобой нужно что-то настоящее. То, что идёт от сердца!

Она схватила Крис под руку и потащила куда-то вглубь палаток, туда, где было темно и почти не было людей. Крис попыталась оторвать ее цепкую, кряжистую руку, но женщина все тащила её вперед, не замолкая.

— Когда тьма спустится, и все вокруг смолкнет, твое сердце будет вести его сквозь пустоту и мрак. Вот, что должен сказать такой подарок!

— Прошу вас, — жалобно протянула Крис. — Наверное, меня уже заждались, мне стоит пойти…

— Ничего, ничего, любящее сердце дождется!

— Но я и в самом деле слишком задержалась! Уже так темно, и я боюсь что не смогу… о.

Они оказались в палатке — вернее сказать, внутри ведьмовского шатра. Полного невесомой сиреневой тюли, тускло горящих ламп и густого запаха полыни и ладана. Пол был устлан коврами и усыпан десятками цветастых подушек, а в самом центре шатра стоял низенький деревянный столик с картами и огромным стеклянным шаром.

Женщина, которую Крис про себя звала не иначе, как Ведьма, подошла к вороху подушек и одним махом смела в сторону— под подушками показался большой дубовый сундук, покрытый царапинами и надписями на незнакомом Крис языке.

“Да никакой это не язык! — сердито подумала Крис. — Начертила каракули, чтобы впечатлять покупателей! Наверняка сейчас предложит какую-нибудь ерунду втридорога!”

— Как-то… очень много усилий вы прикладываете для обычного посетителя, — нервно хихикнула вслух, потирая плечи. В палатке не было холодно, но по коже не прекращая бежали мурашки.

— Кто сказал, что ты обычная? — Ведьма засмеялась, упирая руки в бока. — Веришь или нет, дитя, но я вижу в тебе великую силу. Может, ты и не способна изменить мир, но ты способна отдать сердце, чтобы спасти других. Ты достойна подарка, что спрятан в моем хранилище.

— Эээ… вы преувеличиваете… — Крис осторожно попятилась к выходу, но уткнулась спиной во что-то гладкое и твердое. Словно позади нее образовалась стеклянная стена. Вздрогнула, оборачиваясь, и увидела перед собой мерцающий щит.

— Это чтобы нас никто не потревожил, — пояснила Ведьма, постукивая длинным крючковатым ногтем по крышке сундука. — Ну? Решишься открыть?

— Вы — Инри? — изумлённо заморгала Крис. Ведьма махнула рукой.

— Такие, как я, не делятся на ваши ранги. Подойди же, дитя. Будь смелой, как львица. Я знаю, твое сердце исполнено храбрости.

Крис молчала, переминаясь с ноги на ногу. Ее прожигало любопытство, но страх сковывал тело недобрым предчувствием.

— Вы в курсе, что я тоже колдунья? — дрожащим голоском пролепетала она. — Вы не сможете мне навредить. Мой друг совсем рядом, и если со мной что-то случится, он… Он Нельт, ясно? Он даже пепла от вас не оставит.

Ведьма расхохоталась, задрав голову к потолку.

— Вот ведь неблагодарное дитя. В кои-то веки старуха решила сделать подарок! Он достанется тебе бесплатно, только потому, что ты носишь мое кольцо. Ну, станешь и дальше угрожать мне, или осмелишься уже подойти и забрать свою судьбу?

Крис вздрогнула, машинально коснувшись кольца. Ведьма хитро улыбнулась, отходя в сторону и запуская в рот мундштук. Каждый шаг, который делала Крис к сундуку, сопровождался тихим одобрительным ведьминым “Ммммм”, и когда пальцы Крис робко коснулись крышки, ведьма фыркнула, кажется, заметив ее нервную дрожь.

Сундук тихо скрипнул. Крис ахнула, уставившись внутрь, обескураженно разглядывая ведьмин подарок.

— Но он же…

Ведьма хохотнула, выпуская изо рта сизый дымок.

Крис протянула руку, не веря своим глазам. Коснулась ткани. Провела пальцем по шнуркам. По металлу люверсов. Взяла в руку и покрутила подарок перед собой, опасаясь, что все это — лишь дурацкая иллюзия Эрру.

Нет. Это он.

Кроссовок. Старый, потёртый кроссовок, бывший когда-то кипельно белым. Крис узнавала его вплоть до каждого пятнышка на подошве.

— Но откуда… — Крис без конца переводила взгляд с нее на кроссовок и обратно. — Откуда вы…?

— Крис! Кристоль Спаркс! Постойте… Вы не видели тут девушку? Такую, невысокую, светлые волосы, хвостик такой дурацкий на макушке? Нет? Черт побери. Крис! Крис, где ты?!

— А вот и твой милый, — Ведьма подмигнула, растворяя щиты. Крис, сжимая кроссовок, выбежала из палатки, несясь на голос.

Было темно. Но голос Кирана так близко. Он совсем рядом! Он искал её!

— Крис!

Сердце ударилось в ребра, когда руки Кирана подхватили Крис и крепко сжали.

— Крис… черт побери! Где ты была?

Она замерла в его объятиях, прижатая к его груди, и четко слышала, как громко стучит его сердце. Он сбивчиво дышал, словно пробежал марафон, и, кажется, совершенно не собирался ее отпускать. Крис с наслаждением уткнулась носом в его футболку, окунаясь в знакомый аромат апельсина и теплого дерева.

— Я в порядке, — пробубнила она, сжимая подарок за спиной. Святые, пусть чертов кроссовок не окажется иллюзией. Она понятия не имела, как он попал к этой странной женщине, но пусть все это будет по-настоящему!

— В порядке, — выдохнул Киран, отстраняясь и беря ее за плечи. — Но где ты была так долго? Святые, я там уже чуть поисковый отряд не собрал!

— Я была здесь, — Крис мотнула головой назад.

— Здесь? Где, Крис? В темноте?

Крис ошарашенно смотрела в ночь. Ни шатра, ни палатки позади больше не было… Там была пустошь. Ничего. Не может быть, чтобы Крис так далеко убежала, когда Киран ее позвал. Это что, снова иллюзия Эрру? Не могла же старуха вот так испариться?

— Не важно, — Крис потрясла головой, вновь поворачиваясь к Кирану. — Святые! Я надеюсь, ты все ещё не выбросил левый? Это ведь твои любимые. Не должен был выбросить! Скажи, что нет.

— Чего? — он недоуменно приподнял бровь. Крис торжественно протянула ему кроссовок, захлебываясь от глупого смеха.

— С днём рождения… С днём рождения, Киран!

— О. Святые, — Киран рассмеялся, пораженно рассматривая кроссовок. — Инри, ты ведьма? Откуда ты его вытащила?

— Я же говорила, я — Шестая Ри, — она самодовольно уперла руки в бока, не прекращая смеяться.

— Черт. Ну да. В самом деле.

Крис залюбовалась его беззаботной улыбкой. Любовалась каждой морщинкой, собирающейся в уголках глаз, когда он вот так смеялся — счастливо, искренне и тепло. Волосы упали ему на глаза, и Крис, не сдержавшись, потянулась к нему, чтобы аккуратно отвести непослушную прядь с лица. Но затем её ладонь зачем-то со лба опустилась ниже…

И бережно провела по его щеке.

Крис и не думала этого делать. Непослушные руки двигались сами собой.

Киран вдруг прижал ее ладонь к своей щеке ещё сильнее и потерся об нее, жмурясь довольным котенком.

— Спасибо, Крис.

У нее перехватило дыхание.

— Киран! Киран, ты нашёл её? Киран! Крис! Вы здесь? — вдалеке послышались голоса Мариам и Лекс.

— Да! Мы тут! — громко закричал Киран. Крис убрала руку и спешно спрятала за спиной, сжимая кулак, словно надеялась поймать и запечатать на коже странный след этого нечаянного прикосновения.

Глава 30. Десять признаков его любви

Был почти полдень, когда они покинули дом семьи Кин. Крис с болью в сердце прощалась с каждым из членов семьи Кирана — даже с Энни, которая, хоть и явно была смущена, все же сама подошла, чтобы обняться. Лакрица вертелась у ног, и Крис любовно потрепала ее за ухом, попутно обещая Эри, что обязательно заглянет ещё, ведь она показала ей ещё не все колдовские трюки. Мариам собрала в дорогу столько еды, что и Крис, и Кирану этого хватило бы на месяц вперёд.

— Приезжай в следующий раз без травм, — улыбнулась Лекс, поглаживая Крис по плечу.

— Обойдется без травм, если кое-кто не влезет опять в неприятности, — проворчала Мариам, передавая Кирану сумку, набитую контейнерами.

— Чего-о? — обиженно протянул Киран, складывая вещи в багажник. — Она вообще-то делала свою работу!

— Ничего-о-о, — передразнила Мариам, скорчив рожицу. — Будь повнимательнее и не заставляй девочку напрягаться.

Киран закатил глаза, и Крис шутливо пихнула его локтем.

— Нужно сказать: “Да, мам, я позабочусь о своей дорогой напарнице”!

— Ты так хорошо ее понимаешь. Может, переедешь жить к ней вместо меня?

— Я буду не против, — Мариам подмигнула Крис, на миг показав кончик языка.

— Нет, пгиезжайте жить оба! — восторженно вскинула руки Эри, вновь прыгая к Кирану и заключая его в объятия.

Все рассмеялись, и Крис получила на прощание столько объятий и поцелуев, что отчаянно захотела заиметь магическую шкатулку, куда можно было бы сложить эти радости впрок. Она бы доставала по одному поцелую в самые холодные, одинокие вечера — и наверняка смогла бы прогреться ими всю грядущую зиму.

В дороге Крис лениво листала журнал, что стащила у Энни. Точнее, она сперва просто хотела посмотреть пару статей перед отъездом — кажется, в этом выпуске было большое интервью с Астелем — но дочитать так и не успела, а Киран, заметив журнал у кровати, просто запихнул его к остальным её вещам.

— Что у тебя там? — он бросил быстрый взгляд в ее сторону, и прежде, чем Крис успела прижать журнал к груди, громко прочитал:

— "Десять признаков его любви"? Мммм, и что пишут?

— Что постоянные шутки с сексуальным подтекстом — это признак номер один.

Киран хохотнул, не отрывая взгляда от дороги.

— Да ну.

— Станешь это отрицать? — игриво отозвалась она.

— Инри, если бы я любил всех, с кем так шучу…

— А ты со многими так шутишь?

Он замолчал. Повернул руль и криво улыбнулся, бросая на Крис снисходительный взгляд.

— Тут ещё есть. Смотри, — Крис, смеясь, принялась читать и загибать пальцы. — "Он часто касается тебя и трогает по делу и без дела". Есть!

— Я просто тактильный человек.

— "Он охотно знакомит тебя со своими друзьями, близкими, впускает тебя в свое личное пространство", — Крис потрясла в воздухе рукой с тремя загнутыми пальцами. — "Он проявляет заботу, переживает за тебя…"

— О, ну ладно, ладно, Инри, — побежденно простонал Киран. — Конечно, там полный набор. Я влюблен в тебя по уши! Так сильно, что тебе аж пришлось изучать идиотскую статью в журнале моей сестры, чтобы до этого додуматься.

Крис смеялась, сжимая журнал.

— Ну в самом деле! Ты подходишь под восемь пунктов!

— Ага. Уже прямо вижу, как сижу в декрете с нашими детьми и кормлю младшего из бутылочки. Помечтай, Инри.

Крис замолчала, глядя на дорогу перед собой. Нежная картина вдруг так четко встала перед глазами, что сделалось больно в груди. Он так хорошо управляется с детьми... Крис без труда могла представить его с младенцем на руках. Да, прямо таким, как он и сказал — кормящим из бутылочки и нежно качающим...

Святые.

Он стал бы идеальным отцом.

— Крис? О чем думаешь?

— А? — она встрепенулась, растерянно глядя на Кирана и натянуто улыбаясь.

— Крис, ты же понимаешь, что я сейчас пошутил, да?

***

Киран сделал паузу, набирая побольше воздуха в грудь.

— Иногда шутки — это просто шутки, Инри. Если хорошее отношение по мнению этих писак — это обязательно любовь, то мне их даже жаль.

Сердце стучало предательски громко. Так громко, что ему казалось, что Крис сейчас его услышит — и тут же поймает на лжи. Киран сконцентрировал взгляд на дороге, крепче сжимая руки.

— Слава святым, — улыбнулась Крис, сворачивая журнал трубочкой и шутливо тыкая им в плечо Кирана. — А то я уже начала напрягаться.

— Из-за дурацкого журнала?

— Из-за дурацкого Фриверана.

Он сглотнул слюну, лихорадочно прокручивая в голове события той ночи.

— Мммм? — протянул лениво, пытаясь оставаться невозмутимым.

— То, что ты устроил тогда… Я тут подумала. Это было, пожалуй, как будто бы даже. Ну, знаешь. Романтично?

"Как будто бы" романтично! Романтично, да, Инри! Блядь, это и было именно романтично! Тебе ли не понять этого, ты, фанатка, витающая в облаках?

— Я просто был в хорошем настроении, — он пожал плечами, непринужденно улыбаясь. — Мне показалось, будет здорово немного развлечься. Нам обоим.

Крис молчала, опустив голову.

— Давай проясним. Я не собираюсь подкатывать к тебе, Инри. Ну, прости, если вечер немного вышел из под контроля.

Он скользнул по ней взглядом.

— Вообще... тебе напомнить, кто кого первым поцеловал? — выдавил самую беспечную улыбку, на которую только был способен. — Сама обещала, что ни-ни, а потом накинулась, как дикая кошка!

— Ты сказал импровизировать, — надулась Крис. — Надо было выглядеть достоверно!

— Да, да, как скажешь, — он рассмеялся, нашаривая бутылку с водой. — Но целуешься ты отвратительно. Тебе бы побольше потренироваться на живых парнях, прежде, чем в следующий раз полезешь в гримёрку Астеля. Ну, конечно, если не хочешь оказаться для него полным разочарованием...

— Иди к черту, Кин, — она снова ударила его журналом — на этот раз куда больнее.

Киран рассмеялся, потирая плечо. Крис фыркнула и отвернулась. Он видел только ее порозовевшее ухо — но вместо того, чтобы злорадствовать, ощущая вкус победы, испытывал только одно. Желание коснуться этого розового уха, заправить за него прядь светлых волос, а потом, проведя рукой до ее затылка, развернуть к себе и...

Черт.

Смотри на дорогу, Киран.

Смотри на гребаную дорогу!

— Я была слишком пьяна, — тихо проговорила Крис спустя время. — Ты был... — тихо вздохнула, рассматривая свои маленькие ладошки и крутя на пальце кольцо. — Это было ошибкой. Прости. Я не должна была себя так вести.

Сердце нещадно впечаталось в ребра. Киран сжал руль, изо всех сил отгоняя настырные воспоминания. Было ошибкой. Да, Инри, все это было охренеть какой огромной ошибкой. Мне не стоило пробовать твои губы на вкус. Последний, кто дарил мне поцелуй — это мой же грёбаный Пульсар. С тех пор даже Эйла не могла смотреть на меня, отворачивалась, пряча брезгливость, когда я приближался к ее лицу.

Разве смог бы я оттолкнуть тебя, когда ты впечаталась в мои губы? Когда шарила языком в моем рту без зазрения совести?

Был ли у меня вообще хоть шанс, хоть крохотная надежда на то, что я не захочу ещё и ещё?

Это просто тоска по теплу. Физическая, неутолимая жажда.

Эмоции стоит оставлять за кулисами, Киран!

Он улыбнулся, бросая на Крис быстрый, непринуждённый взгляд. Нужно выглядеть весёлым. Нужно продолжать игру.

Ей ни к чему напрягаться, опасаясь, что грёбаный урод надеется за ней приударить.

***

— Просто признай, Инри. От того Кирана ты была без ума.

— Меня не привлекают самовлюбленные кретины, — фыркнула Крис.

— А по-моему, только от таких ты и тащишься, — он ухмыльнулся, многозначительно посмотрев на журнал, который теперь был раскрыт на развороте с физиономией Астеля.

— У Астеля хотя бы есть талант. Он имеет право им гордиться.

— Мммм. Талант. Напомнить, какой фильм ты пересмотрела трижды на этой неделе?

— А ты считаешь роль в проходном ромкоме талантливой?

— Не знаю. Не я же его постоянно пересматриваю.

— Я смотрела, только потому что мне нравится видеть, как ты позоришься.

— Мммм. Или потому, что тебе нравится смотреть на мою голую задницу.

— Киран, чего ты добиваешься? — зло перебила его Крис. — Чтобы я сказала, что киношный Киран красив? Сексуален? Харизматичен? Ну даже если это было бы так, какое отношение это имеет к тебе?!

Слова вырвались из ее рта прежде, чем она успела подумать.

Снова потеряла контроль. Теряла его всегда, стоило Кирану подобраться слишком близко.

Он молчал, и по его лицу невозможно было что-либо понять. Крис нарочно разграничила его прошлое и настоящее, зная, что это заденет его за живое — и теперь опять оказалась в этой ледяной тишине. Дура. Какая же ты дура, Крис!

Она вздохнула, откидываясь на сиденье.

— Киран, я не собиралась этого говорить.

— Проехали, Инри. Если ты хотела меня задеть, то у тебя не вышло. Твой ротик даже гадости говорит слишком нежно.

— Я не считаю тебя... — она покраснела, когда до нее дошла последняя фраза. — Вот придурок!

Он фыркнул, тихо смеясь. Крис не могла найти этому объяснения, но слушая его смех, она невольно расслаблялась. Все напряжение, возникшее из их разговора, так быстро улетучивалось, словно смех Кирана был Галарской песней, разом освобождавшей сердце от тягот и печалей. Киран включил радио — но стоило только голосу Астеля заполнить салон, как звук тут же утих, сменившись на мелодию звонка. На панели высветилось короткое: Иган.

Киран помедлил, прежде чем принять вызов. Улыбка разом сошла с его лица. Он сделался холодным, совсем как пару минут назад, когда Крис ляпнула ту неосторожную ерунду про разницу между настоящим Кираном и прошлым.

Он нажал кнопку и не дождался приветствия собеседника.

— Что тебе нужно? — спросил быстро и раздражённо, крепко сжимая пальцы на руле.

— И я рад тебя слышать, сын, — отозвался бархатистый голос.

Сын? Крис затаила дыхание, отворачиваясь к окну и изо всех сил делая вид, что совсем не заинтересована в разговоре. Отношения Кирана с отцом были чем-то странным и страшно запутанным — Киран не горел желания посвящать в них Крис, и наверняка ему сейчас было не слишком приятно вести беседу прямо при ней.

— Не могу ответить взаимностью. Зачем ты звонишь?

— Киран…

— Давай ближе к делу, Иган, я за рулём. Ты опять собрался наведаться к ним?

— Нет, — печально ответил Иган. — Я хотел попрощаться.

По спине Крис пробежал холодок. Она повернулась к Кирану, с тревогой глядя в его лицо. Он остекленевшими глазами глядел на дорогу.

— И тогда, в день рождения Эри… Я просто пришел попрощаться.

— Что ты несёшь? — хрипло отозвался Киран.

— Меня берут на испытания. Тех штук, которые собираются ввести. Браслеты. Ты ведь слышал? Говорят, с моими протечками…скорее всего, это будет последний раз. Уже двое моих друзей не вернулись.

— Удивлен, что у тебя вообще были друзья.

— Я могу не вернуться, Киран. Испытания уже в среду, я… Не думаю, что я вернусь.

— С чего ты взял, что меня это волнует?

Киран хотел оставаться невозмутимым. Хотел звучать хладнокровно, цинично, язвительно — но Крис видела, что это даётся ему с трудом. Его голос был ровным, но тело била мелкая, едва заметная дрожь. Пальцы сжимались на руле добела. Крис хотелось взять его руку в свою, и она с трудом боролась с этой навязчивой мыслью.

— Я подумал, ты захочешь со мной поговорить. Если это наш последний разговор, Киран, я бы хотел…

— Мне плевать, чего ты хотел.

— Я не хотел им зла, Киран. Я никогда не сделал бы больно по своей воле тем, кого я люблю!

— Если бы ты любил их, — Киран на секунду замолчал, сцепив челюсть так сильно, что едва не слышался скрип зубов. — Ты бы не переступил и порог этого дома!

— Киран! Я не могу это контролировать! Я просто хотел… Хотел увидеть их ещё раз, ты понимаешь? Хотел последний раз побыть отцом, побыть дедом, побыть любящим мужем! — в динамике раздался тихий звук, похожий на всхлип. — Я просто хотел…

Крис поджала губы, пряча лицо в рукав и смаргивая нечаянную влагу. Она понятия не имела о том, что натворил Иган, но его надрывный крик, полный боли, заставлял сердце разламываться на тысячу кусков. Киран молчал.

— Мог бы я убрать это все, — обречённо продолжил Иган. — Мог бы я просто стать… Обычным! Киран, ты просто не понимаешь, каково это — знать, что сам факт твоего существования может сломать жизнь твоим близким!

— Хотел бы я этого не понимать, Иган! — заорал Киран, тормозя машину. — Хотел бы, блядь, никогда этого не понимать!!! Проваливай к черту на свои испытания! Скатертью дорога!

Разъяренно ударил по кнопке, сорвал ремень, резко вырвав его из гнезда, и вихрем вылетел из машины.

Крис, дрожа, сняла свой ремень следом и не глядя нашарила рычажок на двери. Они остановились в каких-то полях. Куда он пошел?!

— Киран!

Он стоял в поле высокой рыжеватой травы, уперевшись руками в колени и тяжело дыша. Волосы закрывали его лицо и беспокойно трепались на холодном ветру.

— Киран…

— Проваливай нахрен, Инри!

Воздух взвился серебряной пылью. Закрутился, черча острые полосы на земле, взрывая землю, выдергивая траву. Та поднялась в воздух и завертелась в неестественном смерче. Крис опасливо отступила назад, прижимая руки к груди. Но все же позвала снова:

— Киран!

Он распрямился и встал, широко расставив руки и глядя на нее так дико, что ее горло сжал тошнотворный ужас. Живот закрутило. Ноги налились свинцом. Она съежилась, наблюдая, как Киран сжимает пальцы, как трава и земля фонтанами взмывают вверх, надвигаясь на нее неминуемой бурей.

— Уходи!

— Пошел к черту, Кин! — она зло сцепила пальцы крестом, упорно идя вперёд. Земля комьями разбивалась о щит. Крис двигалась почти вслепую — но все равно шла.

— Идиотка, — прошипел он сквозь слезы, когда ее щит накрыл их обоих с головой. — Ты же понимаешь, что защищать надо не меня, а от меня?

— Заткнись, — она обняла его, тяжело дыша. Руки горели огнем, как в тот день, когда она спасала девочек от собак.

— Крис…

— Тшшш.

Они оба замолчали. Его дыхание все ещё было рваным. Но буря улеглась. Серебристая пыль растаяла в воздухе. Остались лишь следы — взрытая земля и мертвая трава, разбросанная так, будто кто-то беспорядочно дёргал ее, катаясь в истерике по всему полю.

Крис подняла глаза, все ещё не отстраняясь от Кирана. Он опустошенно смотрел вниз, позволяя литься слезам, что мгновенно остывали на осеннем ветру. Коснулась его щеки — влажной и ужасно холодной — и тихо позвала его, заставляя посмотреть на себя.

— Мне осталось недолго, — он заморгал, вытирая лицо. Шмыгнул носом, покрасневшим на холоде.

— Скажем куратору, что решили провести тренировку, — тихо и твердо сказала Крис.

Киран шумно выпустил воздух сквозь зубы, издав что-то вроде смеси облегчённого выдоха и смешка.

— Тренировку? Какой дурак в это поверит?

— Эйла поверит, — уперто ответила Крис. — Она видела, как мы это делаем. Ты швырял в меня Пульсаром, если не помнишь.

Киран усмехнулся, качая головой.

— Мой куратор не Эйла.

— Что?

— Я сменил куратора, Крис. Я не знаю, кого они пришлют, — он выдохнул, делая шаг назад. Прикрыл руками лицо, издав тихий стон. — О, проклятье… Крис… Прости за это. За все, что тебе пришлось со мной…

— Пойдем, — перебила его Крис, хватая за руку.

— Крис…

— Пойдем в машину. Ты весь дрожишь.

Он хотел что-то сказать, но понуро опустил голову и все же поплелся за ней, спотыкаясь о камни земли и едва держась на дрожащих ногах. Его пальцы крепко сжимали ее руку, и Крис уверенно сжимала их в ответ.

Глава 31. Утрата доверия

— Я. Потеряю. Работу, — Киран тихонько бился головой о руль, скрючившись на водительском сиденье. — Когда меня не станет, никто не сможет оплатить школу для Эри. И тогда. Они поставят ей чип. Грёбаный чип!

Крис включила обогрев, но салон заполнялся теплом слишком медленно. Киран все ещё дрожал. Пришлось откопать в его вещах олимпийку и накинуть ему на плечи.

— Представляешь, что будет, когда её чип вывалится? Что с ней будет… Черт, Крис… Детская тюрьма? Детская лаборатория?

— Прекрати думать об этом. Этого не случится, — Крис заставила его распрямиться и с силой оттолкнула назад на сиденье. Его глаза все ещё были влажными, но он уже не ревел. Теперь он просто стучал зубами и изредка дёргался, как будто по телу пускали слабый разряд тока.

— Меня тошнит. Почему отец не рассказывал, что после этого так тошнит?

— Наверное, потому что ты не очень любишь с ним разговаривать, — ответила Крис. Киран приподнял уголки рта в вымученной улыбке.

— Так вы поэтому не общаетесь? Своими всплесками он… сделал больно кому-то из твоей семьи?

— Он всем сделал больно, — хрипло ответил Киран, и журнал, лежащий на заднем сиденьи, угрожающе зашуршал листами. По лобовому стеклу пошла слабая трещина. Крис вздрогнула, сжимая руку Кирана.

— Так. Ладно. О твоём отце мы не будем говорить.

Киран выдохнул сквозь зубы, прикрывая глаза.

— Инри.

Взял ее руку в свои, мягко сжимая.

— Маленькая, милая Инри. Прости меня. Как бы я хотел быть для тебя… нормальным. Быть хорошим защитником. Настоящим, нормальным другом… Но я самый дерьмовый друг, которого ты только можешь себе представить.

Крис вытащила ладонь из его хватки и коснулась влажного лба.

— Ты бредишь. У тебя жар.

— Мммм.

— Я поищу что-то в аптечке.

— Не надо… оставь, — Киран снова схватил ее за руку. — Это пройдет. Все пройдет…

— Киран, я не могу на тебя смотреть. Ты бледный, как мел. Уже губы синеют. У тебя раньше случалось такое? Это… это же всплески, да?

— Это всего лишь сраная протечка, — он сглотнул, откидывая голову назад, прижимаясь к изголовью затылком. — Они были мельче… Было терпимо.

Крис вспомнила, как Киран шумел в ванной после Фриверана. Разбитое зеркало, разбросанные щетки и пузырьки… Соврал тогда, что упал. Тогда его тоже что-то вывело из себя?

— Но почему это началось? Ты ведь раньше… просто передавал эмоции, так?

— Это все таблетки Джера. В них тоже нашли побочки. В состоянии стресса подопытные начинают… — он слабо усмехнулся, приоткрыв глаза. — Начинают вот это.

— Святые праотцы, — Крис обречённо выдохнула. — И что, это никак не убрать? Как-то можно с этим бороться?

— Не испытывать стресс, — вяло отозвался Киран. — Думать… о чем-то хорошем. Делать что-то приятное. Хорошо спать, вкусно есть. И прочий нормальный бред.

— Ничего не бред, — Крис нахмурилась. — Если так, то придумаем план, как уберечь тебя от стресса.

— Лучше бы он снова привез мне медиаторы.

— Ты сдохнешь от них!

— Да лучше я сдохну, чем кого-то убью!

Они смотрели друг другу в глаза с яростью. Оба сжимали зубы, и их сплетенные меж собой пальцы так напряглись, что каждый из них мог легко сломать другому кости.

— Ты идиот, Кин.

— Это ты дура.

— Я пытаюсь хоть что-то придумать.

— Сдай меня псам. Это лучшее, что теперь можно придумать.

— Ты хочешь отдать им и Эри?

Киран замолчал, не сводя с Крис мрачного взгляда.

— Киран, выход должен быть, — почти шепотом проговорила Крис. — Я не верю, что его нет.

— Но его нет, Крис. Я просто должен оттянуть свою казнь. Настолько, насколько смогу.

Крис покачала головой и полезла в аптечку в поисках обезболивающего.

***

— Итак, что тебя радует? — когда Кирану стало легче, они вместе подкрепились обедом, собранным Мариам, и откинули кресла назад. Теперь оба лежали, разомлев от сытости и тепла, а Крис вертела в руках карандаш, прижимая к согнутым коленям скетчбук.

— Прямо сейчас? — он накинул олимпийку сверху, как одеяло, и подтянул до подбородка. — Мммм. “Ничего” — нормальный ответ?

— Хватит ерничать, Кин. Вообще, что тебя радует? Ну, понятное дело, кроме семьи. Их постоянное присутствие рядом я вряд ли тебе обеспечу.

Киран задумался, покусывая губы.

— Музыка? Нормальная музыка.

Крис быстро зачеркала в скетчбуке, заполняя первый пункт списка.

— Составить плейлист... Ладно, что ещё? — Крис призывно постучала карандашом по бумаге.

— Не знаю. Сон? Еда? Секс? Что ещё может радовать нормального человека? — он пожал плечами и тут же подтянул съехавшую олимпийку.

— Ну ты же не нормальный, — скривилась Крис.

— А, ну да. Меня, видимо, должны радовать ломающиеся кости и перец в глазах.

— И жестокие оргии, — страшным шепотом подсказала Крис. — И крики девственниц.

— И реки крови... Что? — он рассмеялся, повернув голову. — Святые, Инри. И ты мне будешь рассказывать про похабные шутки?

— Что? — засмеялась она в ответ. — Я просто перечисляю самые мерзкие вещи, которые могу вспомнить.

— Крики девственниц — звучит не так уж и мерзко, — он потянулся к пакетику с сушеным имбирём и закинул в рот один ломтик. — Это зависит от того, как кричат.

Крис закрыла лицо рукавом, пытаясь заглушить смех.

Салон озарился светом фар подъезжающей машины. Крис быстро спрятала скетчбук.

— Это он? — взволнованно спросила, поднимаясь.

— Кому ещё быть в такой час, — Киран стянул олимпийку, и, поднявшись, вышел из машины.

Крис выскользнула следом. Они с Кираном встали плечом к плечу у бампера, ежась от холодного ветра и щурясь, вглядываясь в высокий силуэт, двигающийся к ним в свете чужих фар.

— Киран Кин! — голос был знакомым, но Крис не сразу поняла, кому он принадлежит. — И госпожа Спаркс, насколько я помню?

— Чертов Ярсег, — чуть слышно сказал Киран, так, что его услышала только Крис.

— Ярсег? Твой новый куратор — Ярсег?!

Ярсег, ежась и кутаясь в длинный плащ, тем временем подошёл ближе, и Крис наконец смогла разглядеть его лицо. На нем не читалось недовольства, которое могла бы вызвать внезапная дальняя поездка — наоборот, он был весел и улыбался, словно встретил давних друзей.

— Рад вас видеть.

— Боюсь, это не взаимно.

Ярсег рассмеялся, похлопывая Кирана по плечу. Тот едва заметно поморщился.

— Ну, что у вас, ребята? Опять проверяли свои силы? Без происшествий, надеюсь?

— Без. Немного покромсали поле. Надеюсь, обойдёмся без ОЖ за измывательства над травой?

Ярсег щёлкнул пальцами в воздухе и подмигнул, показывая, что оценил шутку Кирана.

— Госпожа Спаркс? Не пострадали?

— Все в порядке, — Крис кивнула головой в сторону поля. — Пойдёмте, покажу место преступления. Вам ведь нужно сделать фото?

Им пришлось светить фонариками, чтобы Ярсег все разглядел. Увидев, насколько глубоко взрыта земля, куратор присвистнул, делая сразу несколько фото одного и того же участка.

— Что это за крос, Кин?

— А это важно?

— Не могу понять, это семь или девять баллов? Маячок сигналил о семи, но выглядит даже серьёзней.

— Режущий. И Вихрь, — он явно придумывал на ходу, но врал, как всегда, абсолютно невозмутимо.

— Интересно, — Ярсег хмыкнул, опускаясь на одно колено и касаясь пальцами земли, словно пытался что-то прочитать по ее шрамам. Крис поежилась, нервно переминаясь с ноги на ногу и бросая встревоженный взгляд на Кирана.

— Ты тоже Нельт, Ярс? — спросил Киран, следя за движениями куратора. — Я думал, таких, как мы, не берут в кураторы.

— Я? О, нет, — Ярсег улыбнулся, поднимаясь и отряхивая колени. — Я лишён гена Ингмара, Кин. Совершенно простой человек.

— Но в кросах разбираешься неплохо, — констатировал Киран, прищурившись. — Сравнение по балльной шкале на глаз? Для человека без Нельт это не так-то просто.

— Не так-то просто для не-куратора, — Ярсег самодовольно ухмыльнулся, достав из необъятного кармана маленький планшет. — Лишенных таланта натаскивают на оценку разрушения куда жёстче, чем рядовых ЧеВГИ. И у меня был хороший учитель. Спасибо ей за старания.

Киран неопределенно хмыкнул.

— Кстати, о ней, — Ярсег прекратил щёлкать в планшете и поднял пристальный взгляд на Кирана. — Мне очень жаль, что все так вышло. Отношения кураторов с подопечными в принципе всегда очень… сложные, — кисло улыбнулся и снова постучал по экрану. — Но чтобы между нами не возникало недомолвок, Кин. Я расстался с ней ещё до того, как она подала заявление. Я и так чувствовал, что между вами есть… особая связь.

Крис сжала кулаки, скрестив руки под грудью.

— Особая связь? — Киран нахмурился, и его голос звучал так недоуменно, будто он вообще впервые слышал о существовании Эйлы. — О чем ты?

Ярсег цокнул языком.

— Давай начистоту, Кин. Я видел причину заявления, в кураторстве сложно такое скрыть. Я даже удивлен, что она не подала его раньше.

— Да-а? — с интересом протянул Киран. — И какую причину она указала?

— Конфликт интересов в результате сложившихся девиантных отношений, — отозвался Ярсег, не отрываясь от планшета. Но, сделав паузу, поднял голову и на всякий случай пояснил: — Роман с подопечным.

Крис едва не поперхнулась от подкатывающей к горлу кипящей ярости. В носу защипало. Она с силой сжала челюсти и отвернулась, чтобы Киран не увидел ее лица. И даже не понимала толком, на кого из них злилась: на Эйлу, что посмела так нагло, в открытую заявить о своих отношениях с Кираном? На самого Кирана? Или на проклятого Ярсега, что принес с собой эту весть? Нет, сейчас Крис ненавидела их всех. Ей хотелось заорать, встать посреди поля и раскурочить все вокруг, как совсем недавно делал это сам Киран. Святые, но как же она бессильна!

— Не хочу, чтобы вся эта ситуация стала почвой для нашего будущего сотрудничества, Кин, — сладко улыбался Ярсег.— Я отпустил Эйлу. И, будь уверен, не испытываю ревности или каких-либо других… сомнительных чувств. Только работа. Надеюсь, мы с тобой сможем стать добрыми друзьями.

— Не разделяю твоего оптимизма, Ярс.

Ярсег легонько засмеялся, вновь хлопая Кирана по плечу.

— Ну, пройдёмте в машину? Очень зябко сегодня.

— Ты разве не закончил?

— О, нужно ещё разобраться с парой деталей.

Они пошли к машинам цепочкой: вел Ярс, затем шел Киран, и в самом конце, отставая и спотыкаясь, плелась Крис. Злоба затихала, уступая место опустошающей боли, и сейчас Крис чувствовала слабость во всем теле, как будто из нее высосали разом всю жизненную энергию.

В машине Ярсег задал ещё несколько вопросов о случившемся и дополнил отчёт. После, отложив планшет, протянул руку ладонью вверх:

— И твой телефон, пожалуйста, Кин.

— Тебе номер продиктовать?

— Нет, — Ярсег рассмеялся. — Устройство. Сам телефон.

— Не дам я тебе свой телефон.

— Кин, — Ярс терпеливо улыбался. — Не капризничай, ты не первый год Нельт. Дай телефон, мне нужно завершить синхронизацию.

— Синхро… чего?

— Просто установлю приложение. Будет связывать наши смартфоны.

— Ты и так за моим чипом следишь, тебе что, не достаточно?

Ярсег вздохнул.

— Это для того, чтобы ты за мной следил. В своем роде. Если случится что-то экстренное, можешь нажать всего одну кнопку, чтобы подать мне сигнал. Как только я отвечу, у тебя отобразится мое местонахождение, и ты сможешь следить за мной в реальном времени.

— Глупость какая-то. Для чего мне это? Эйла хотя бы Вэлли… — он осекся, странно глядя на Крис. Та потупила взгляд и отвернулась к окну. — А от тебя мне какая польза?

— В руководстве посчитали, что это поможет укреплению доверия и формированию дружеских отношений, — пояснил Ярсег. — Если случится что-то непредвиденное, куратор должен стать для тебя первым помощником, понимаешь?

— Непредвиденное — что?

— Например, что-то вроде протечек…

— Да нет у меня никаких протечек!

— Вот и хорошо. Будем надеяться, и не будет. Но мне все же нужно установить тебе приложение. Распоряжение спущено сверху. Прости, Кин.

Крис видела в отражении стекла, что Ярсег показал Кирану что-то в планшете, видимо, подтверждая свои слова документом СКБН. Киран вздохнул и протянул телефон куратору. Крис мельком увидела заставку на экране Кирана и зажмурилась, изо всех сил кусая щеку изнутри.

***

Утрата доверия.

В заявлении, которое подавал Киран, он указал в поле “причина” только два слова: утрата доверия.

Но со слов Ярсега выходило, что заявление подала Эйла, а не Киран. Значит, подстроила все так, чтобы ее заявление оказалось на столе у начальства раньше. Чтобы причина была более невинной. Чтобы последствия для ее карьеры были не такими уж разрушительными.

Киран усмехнулся про себя, выкручивая руль и прибавляя скорости. Ну да, а чего ещё можно было ожидать от кураторши? Что она позволит какому-то бывшему любовнику разрушить её карьеру одной бумажкой? Прагматичная. До мозга костей. Да и черт бы с ней!

Только теперь все выглядело так, будто она перестала быть его кураторшей, чтобы продолжать с ним встречаться.

Киран покосился на Крис. Та свернулась клубочком на пассажирском сиденьи и молчала, отвернувшись к окну.

“Неужто решил, что фанаточка тебя ревнует?” — прошептал голос в голове.

Нет. Она не может ревновать. Но она определенно зла. Она явно недолюбливает Эйлу, она даже обвиняла ее в причастности к покушению! Она не ждёт от этой женщины ничего доброго.

Наверняка ей неприятно думать, что ее друг находится в столь близких отношениях с той, кто кажется ей виноватой во всех смертных грехах. Наверняка ей обидно и больно, и… Святые, как же жалко она выглядит. Надо ей всё объяснить.

Киран сбавил скорость и легонько коснулся плеча фанаточки.

— Крис…

Но она не ответила. Кажется, она давно дремала, тихонько сопя. И Киран не решился ее будить своими идиотскими объяснениями.

Глава 32. Возвращение

Армони, Ютан и Вин встречали их в компании Рэда в большой гостиной. Вин ликовала. Едва завидев Крис и Кирана на пороге, она бросилась к Арм и пихнула ее в бок, протягивая раскрытую ладонь; Армони закатила глаза и нехотя отдала ей десятку.

— Я же говорила, — громко прошептала Вин, обнажая в улыбке ровные широкие зубы.

— Но я тоже победила. Посмотри на это, — Армони многозначительно постучала себя по костяшкам пальцев, и Вин замерла, глядя на руки гостей и приоткрыв рот. Крис проследила за её взглядом и резко завела свою руку за спину, нервно сжимая пальцы. Киран все ещё носил то кольцо, что избавило его от шрама в ночь на Фриверан. Пусть оно было и на среднем пальце, а не на безымянном, оно было слишком похоже на кольцо Крис, и издалека можно было легко ошибиться…

Все обменялись короткими приветствиями.

— Опаздываешь, Кин. — Рэд хмурился, постукивая стилусом по планшету.

— Колесо пробило, — невозмутимо соврал Киран, пожимая плечами.

— Вычту за этот день из твоей премии.

— Валяй, — Киран стащил с себя олимпийку и развалился на диване, с видимым наслаждением вытягивая ноги. — Радовался бы, что я вообще доехал. Дороги ни к черту.

Крис, помявшись, села в кресло поодаль — рядом с Ютаном и Рэдом. Армони хитро улыбалась, не сводя с нее горящего взгляда, и Крис невольно вжимала голову в плечи. Вин, поглядывая на Кирана, мерно стучала по подлокотнику своего кресла, закинув ногу на ногу и улыбаясь своим мыслям.

— Наконец исправили отопление? — Киран удивлённо окинул взглядом комнату, в которой явно было жарче, чем бывало даже в августе, когда они уезжали. Раньше морозные настроения Астеля частенько расползались так далеко, что термобелье приходилось носить день и ночь, а теперь наоборот, воздух накалялся и хотелось раздеться до самой майки.

— Просто Астель в особом расположении духа, — усмехнулась Армони.

— Угу. И в особом состоянии тела, — хмуро добавил Ютан.

Крис уставилась на него с немым вопросом.

— Он в запое, — Ютан скрестил руки на груди и бросил на Рэда обвиняющий взгляд.

— Что? — звук вырвался изо рта Крис сдавленным шепотом.

— Я бы не стал это так называть, — Рэд поморщился, поднимаясь с места и медленно расхаживая с планшетом по комнате. — Я с этим разберусь, ясно? Беспокойтесь лучше о фестивале. Осталось два дня. Поедете всем комплектом, так что никому не расслабляться.

— Так точно, капитан, — лениво отозвался Киран, прикладывая два пальца к виску и шутливо отдавая честь.

Рэд пошел к выходу, но, на секунду замявшись, остановился у самых дверей:

— Кин, Спаркс. Рад, что вы в порядке. С возвращением.

***

— Ну что, отпуск задался, а? — Армони шумно отхлебнула горячего кофе, довольно прищурившись. Лёгкий ужин принесли прямо сюда, в гостиную. Крис совсем не хотелось есть, так что она только грела руки о чашку с терпким чаем, наблюдая за остальными. Ютан включил телевизор и щёлкал каналы, время от времени бросая на Армони мрачные взгляды, полные осуждения.

— Вы поженились в тайне или это только помолвочные? — глаза Армони горели, полные неуемного любопытства.

— Помолвочные, — равнодушно ответил Киран.

Крис, сделав было глоток чая, поперхнулась, и, закашлявшись, принялась стучать себя ладошкой по груди.

— Йей! — Армони вскинула руки в победном жесте.

Киран отставил свою чашку на стол.

— Эй, Арм. Смотри внимательнее. Может, это тебе о чем-то скажет.

Он сжал руку в кулак и медленно оттопырил один только средний палец, на котором блестело кольцо. Показав его Армони так выразительно, что Вин всхлипнула в приступе хохота.

— Отдавай десятку обратно, — она потрясла Армони за плечо.

— Но… Эй! — воспротивилась та, окидывая Кирана и Крис возмущенно-разочарованным взглядом. — Да он просто издевается! Киран! Ты вообще в курсе, что такие вещи носят на безымянном?

Киран молчал, криво ухмыляясь.

— Как… Как у вас тут дела? — прочистив горло, перебила их Крис. — Что-то после того случая… Что-то происходило?

— Мы дважды разминировали машину, — вздохнула Армони. — Немаленький заряд Нельт. Но скрыт был так профессионально, что просто так не распознаешь. Без Кирана пришлось сложно.

— Благо, Зен почуял неладное, — хмуро добавил Ютан. — А то не сидели бы тут некоторые…

— Ты сейчас всерьез мне претензии предъявляешь? — Вин раздражённо звякнула чашкой о стол.

— Зен? Он же Инри, — Киран поморщился, сделав ещё глоток кофе.

— Но чуйка у него не хуже твоей, — Армони пожала плечами. — Талант.

— Зен? — робко переспросила Крис, поджимая под себя ноги. — Напарник Кирана? Он снова в сопровождении?

— О, да, и благословят его праотцы за это, — ответила Вин все ещё с явным раздражением в голосе. — Иначе кто бы справлялся со всем этим дерьмом вместо Кирана!

— Вин, я просто напоминаю о базовой безопасности, — Ютан не отводил взгляда от экрана. — Машина стояла на парковке почти без присмотра, а ты просто…

— Ладно, все обошлось, Ютан, забыли уже, а? Твой чудесный Зен всех спас, вознесем же ему молитву!

— Он сейчас в смене с Санар? — тихо спросил Киран у Армони, пока Вин продолжала перепалку с Ютаном. Армони кивнула.

— Теперь нас семеро. Рэд пока не планирует искать напарника для Зена, так что я предлагаю разбить пары. Сделать смены… более смешанными. Что скажешь?

Киран ощутимо напрягся, отклоняясь назад, сжимая губы в упрямую линию.

— Нет. Только не мою, — голос Кирана был твёрдым, с хрипотцой, от которой у Крис пересохло в горле. — Моя Инри останется со мной.

Крис вжалась в кресло, подбирая колени к груди, обхватывая себя руками.

“Моя Инри”.

Гостиная продолжала жить своей жизнью. Шумел телевизор. Ютан все так же спорил с Вин. Армони тихо смеялась, поддевая ногу Кирана носком своего кроссовка.

Но для Крис все замерло.

“Моя Инри”.

Крис быстро заморгала, пряча пылающее лицо в высокий воротник флисовой кофты.

— Ой, ладно, Киран, — Армони многозначительно щёлкала языком —Твоя Инри, конечно, пусть остаётся с тобой. Ты только скажи мне, если вы не помолвлены, что это за такие симпатичные колечки у вас? Они ведь парные, да? Я вижу, что они парные. Чего ты смеёшься? Киран!

***

— Надо встретиться, — без лишних приветствий сказал Киран в трубку, как только Эйла произнесла сонное “алло”.

— Что?...

— Надо встретиться, Эл.

Он медленно ходил по темной комнате, прокручивая в руке брелок.

— Я больше не твой куратор, Кин.

— Спасибо, я в курсе, — кисло улыбнулся Киран, останавливаясь у стола. — Девиантные отношения, Эл? Серьезно?

Эйла ненадолго замолчала, и Киран напряжённо вслушивался в тишину, замерев со сжатым брелоком в руке.

— Киран, — наконец тихо сказала Эйла. — Я просто сделала то, что должна была сделать давно.

— И как удобно, что твое заявление отправилось всего на час раньше моего, правда?

— Ты это хотел обсудить?

— Нет.

— Тогда прощай, Кин.

— Нет. Эл. Нам нужно встретиться.

— Кин, позвони своему куратору, если что-то срочное. Я больше не девочка на побегушках.

— Можно подумать, ты ей когда-то была, — он усмехнулся, откидывая волосы со лба. — Эл. Дело не касается нас двоих. Ясно? Мне плевать, что ты там понаписала в своем чёртовом заявлении. Нам нужно увидеться с глазу на глаз. Завтра. А лучше сегодня.

— Мне нечего с тобой обсуждать.

Киран скрипнул зубами, впечатывая брелок в столешницу с такой силой, что стекло едва ли не хрустнуло.

— Приезжай, Эл. Иначе…

— Иначе что?

— Я знаю, где ты живёшь.

— Ты мне сейчас угрожаешь?

— Просто напоминаю.

— Киран. Я имею право сейчас же связаться с твоим новым куратором и донести…

— Мой новый куратор — Ярсег.

— Что?...

Он не ответил, дав Эл минуту на осознание. В трубке долго было тихо, но после раздался щелчок: Киран смутно узнал звук, с которым включался ночник в спальне Эйлы.

— Ярсег — мой новый куратор, — тихо повторил Киран. — И нам с тобой, Эл, нужно кое-что обсудить.

***

Утро было пасмурным и холодным. Крис с сожалением вытащила босые ноги из под одеяла и тоскливо обвела взглядом тесную комнату, залитую предрассветной синевой.

Было ещё слишком рано, чтобы спускаться к завтраку. Слишком рано, чтобы начинать тренировку. Она щёлкнула кнопкой разблокировки и раздражённо пролистала график в телефоне. Тренировка. Чертова тренировка!

Отложила телефон и закрыла руками лицо. Сегодня она будет тренироваться с Кираном, смотреть на него, болтать, как ни в чем ни бывало… От одной только мысли об этом было невыносимо. Воспоминания накатывали волнами — непрошенные, беспорядочные, бессмысленные. Вот Киран смеётся, щекоча ее ноги. Вот катается с ней по кровати в шутливой борьбе. Вот слизывает варенье, что только что стёр с ее губ. Вот целует её… Жадно приникает к ее губам в ответ на ее поцелуй.

“Да, мы друзья, Инри”.

“Иногда шутки — это всего лишь шутки”.

Крис тихо завыла, ощущая, как горит не только лицо — как горит каждая клеточка ее тела, исполненная такой опустошающей тоски, что становилось невозможно дышать.

Девиантные отношения.

Это не про Эйлу.

Отношения Кирана и Крис — вот по-настоящему девиантные отношения.

Крис взъерошила чёлку, откидывая волосы назад, и так и осталась стоять с руками, прижатыми к голове, глядя в окно. Во двор, туда, где светлым пятном виднелась машина Кирана. А рядом, в сиреневом мареве утра — две до боли знакомых фигуры.

Киран упирался рукой в крышу машины, нависая над девушкой в зелёном плаще. Ее волосы развевались на ветру.

Вились рыжими тонкими змейками.

Сердце Крис сжалось, а затем заколотилось быстро-быстро — так больно, что ей захотелось вырвать его из груди. Эйла протягивала что-то Кирану, он касался ее руки, и одного этого касания Крис хватило, чтобы с рыком задернуть штору.

Изо всех сил сдерживая рвущийся наружу плач, будто здесь ее мог кто-то увидеть, она помчалась в ванную и с силой захлопнула дверь.

***

Вопреки ее ожиданиям, в тренировочном зале было светло. Здесь определенно кто-то был: открыв дверь, но ещё не шагнув внутрь, Крис заметила, как по темным стенам коридора разбегаются блики голубоватого кроса.

Высокий молодой мужчина, наверное, возраста не старше Кирана, создавал изящный голубой купол, вскинув руки высоко над головой. Такого кроса Крис не видела ещё никогда: купол окутывал почти половину зала, переливаясь крохотными звёздами, и легонько вибрировал, словно живое, дышащее существо.

— Оооо… — только и вырвалось из ее приоткрытого рта, когда она замерла, разглядывая тончайшие сплетения Ри.

Мужчина обернулся, и, ослепительно улыбнувшись ей, схлопнул щит.

Крис невольно сделала шаг вперёд, оказавшись с ног до головы усыпана голубоватыми искрами.

— Доброе утро! Тоже не спится? — незнакомец шел к ней, стремительно сокращая дистанцию. Как только он приблизился, Крис заметила, как удивительно ярко отражаются голубоватые искры рассевающейся Ри в его глазах цвета графита.

— Д-да… Пожалуй, да, — Крис неуверенно улыбнулась. — Не знала, чем себя занять. Не думала, что здесь уже кто-то есть... В такую рань.

Он сощурил глаза и склонил голову набок, всматриваясь в её лицо.

— А вы — Крис, да? Кристоль Спаркс? Героиня из новостей.

— Героиня?.. — глупо повторила Крис, бросая беглый взгляд на его многочисленные татуировки. Они покрывали оба предплечья и исчезали под футболкой, чтобы вновь появиться на шее, где обрывались, не дойдя до линии подбородка.

— Вы пережили покушение, — в мягком, чуть вибрирующем голосе незнакомца звучало неприкрытое восхищение. — И пережили весьма достойно. Не от меня вам слышать похвалу, но хотел сказать, что очень рад оказаться в одной команде с вами.

— А вы — Зен? — догадалась Крис и тоже склонила голову набок, подражая ему. — Тот герой из новостей, переживший покушение, да?

Он склонил голову, тряся длинной челкой, и засмеялся.

— Не говорите, что мы на равных, Крис. Я всего лишь…

— Делал свою работу, — улыбнулась Крис, договаривая за него и кивая. — Как и я.

Они несколько секунд смотрели друг на друга молча, задумчиво улыбаясь.

— Так… Может, хотите потренироваться вместе? — спросил Зен, окидывая рукой зал. — Для двоих места хватит.

— Почему вы зовете меня на “вы”? — ответила Крис вопросом на вопрос. — В сопровождении так не принято. Или я что-то пропустила?

— О. Простите. То есть, Прости, Крис, — Зен рассмеялся. — Рефлекторно вышло. Не смог сдержать уважения.

Крис тихо засмеялась вместе с ним, но вдруг замолкла, когда ее внимание переключилось на зал.

Это был тот самый зал, в котором Киран швырнул в нее Пульсаром. Тот самый зал, где все было разбито. Зеркала. Взрытый пол. Доски, разломанные на щепки. Сейчас от разрушения не осталось ни следа, зал сиял свежим ремонтом и подмигивал блестящими, новенькими зеркалами.

Так, как будто здесь Кирана здесь никогда и не было.

— Так что? Потренируемся в паре? — вырвал ее из размышлений Зен.

— О… Да? Но я обычно тренируюсь с Кираном, — она непроизвольно покрутила на пальце кольцо. — Я не совсем… Я не пробовала с кем-то ещё, и просто не знаю…

— Ну, чтобы упражняться в защите, нам же не обязательно понадобится разрушение, верно?

Крис смущённо улыбнулась, глядя на то, как он разминает пальцы.

— Можем научить друг друга чему-то новенькому. Я бы с удовольствием получился у такой мастерицы, как вы. Ой… как ты, Крис.

Она хихикнула.

— Как я? Готова поспорить, я не знаю и половины тех кросов, которыми ты владеешь. Что ты только что показывал? Вот, когда я вошла?

Глаза Зена заискрились озорством.

— Это мое новое изобретение. Купол небес! Я его так назвал. Но название пока рабочее, так что принимаются предложения.

— Мне нравится, — Крис пошла вместе с ним в центр зала. — А в чем особенность? Ты научишь меня?

— О! Правда хочешь, чтобы я тебя научил?

— А что? Это сложно?

— У меня просто очень… Неоднозначная техника. Не все ее принимают.

Крис скрестила пальцы и потрясла перед ним рукой.

— Да что ты знаешь о неприятии, Зен?

Он рассмеялся и потянул руки вверх, чуть покачиваясь из стороны в сторону.

— Нууу… Знаешь, моя техника выглядит даже глупее. Я называю ее — техника танца!

***

— Дай мне свой телефон, Эл.

Он протянул руку. Эйла плотнее запахнула плащ, едва заметно дрожа, и мрачно посмотрела на него из под густо накрашенных ресниц.

— Эл.

— Какого черта, Кин?

— Телефон, — он покачал пальцами. — И после поговорим.

Эйла нехотя вложила телефон в его руку. Знакомый сиреневый корпус. Тот самый телефон с “безопасной” сим-картой. Киран повертел его в руках, и, недолго думая, с треском разбил об асфальт.

Эйла взвизгнула, отпрыгивая. Осколки корпуса хрустнули под тоненьким каблучком.

Киран наклонился, копошась в обломках. Подхватил сим-карту и крохотный чип, и тут же сжёг прямо в руках. Серебристый огонь вспыхнул, и пластик исчез через секунду, оставив на пальцах только смазанное пятнышко пепла.

— Садись в машину.

— Киран!

— Садись в машину, я сказал.

Он почти зашвырнул Эйлу внутрь, хлопнув дверью так, что девушка вздрогнула, испуганно вжимаясь в спинку сиденья.

Киран запрыгнул на водительское место и сразу же завел двигатель.

— Киран… — лицо Эйлы было мертвенно-бледным. — Что происходит?

— Ты мне скажи, что происходит, — сквозь зубы отозвался он, выезжая с территории Астеля. — Тебя прослушивают, или ты сама все сливаешь?

— Сливаю?... Да что… Да о чем ты?!

— Ты видела, что я только что сжёг?

— Видела, что ты использовал Ри без малейшей на то причины, и если бы я была твоим куратором…!

— Мой куратор скоро приедет, не переживай, — Киран оскалился в злой улыбке. — Твоими стараниями теперь меня пасет грёбаный Ярсег, и это худший поворот событий, который я только мог себе представить.

— Моими стараниями? Ты сам хотел разорвать со мной!

— Разорвать с тобой? — Киран хмыкнул. — Ты так это называешь?

Они выехали на пустынную дорогу, что вела в загородный парк. Все заволокло туманом, и Киран сбавил скорость, включая фары.

— Никто не знал о том, куда ехал настоящий Астель в тот день, Эл. Никто, кроме тебя. С одним только неудобным нюансом, да? Рэд так не вовремя сделал рокировку.

Эйла молчала, сжав руки под грудью.

— Я, как последний кретин, скинул тебе целый скриншот. Расписание, адреса — всё, как на ладони. Интересный факт, правда? Жаль, не настолько, чтобы этим заинтересовались чёртовы псины.

— Потому что у них нет причин меня подозревать, — голос Эйлы слегка дрожал, но она старалась держаться настолько холодно и твердо, насколько могла. — У меня есть алиби на каждый день. Я почти всегда занята на работе. Киран, да зачем мне это, ответь?!

Киран кивнул, съезжая с дороги и притормаживая на обочине.

— Не зачем. Вот и я думал, что не зачем. Но, видимо, я что-то упускал.

Эйла смотрела на него, не мигая, и лицо ее стало таким белым, что даже веснушки растворились в этой белизне. Он пугал её. До чёртиков пугал.

Год назад, нет — ещё пару месяцев назад Киран не простил бы себе такого. Но не теперь.

— В твоем телефоне был чип. Такой же, как вот этот, — Киран похлопал себя по плечу. — Типовой маячок, которым пользуются только Собаки. Кому понадобилось за тобой следить и зачем? М?

Ее губы дрожали, но не осмелились произнести ни слова.

— Эл. Ты сама кому-то передавала тот скриншот?

— Нет!

— Кто имел доступ к твоему телефону?

— Никто! Да черт возьми, Киран!

— Никто? Кто был близок с тобой настолько, что мог без труда взять твой телефон в руки? Поставить перехватчик? Впихнуть маячок? Эл?

Быстро заморгала, отворачиваясь. Киран сжал ее плечо и потряс, заставляя вновь посмотреть на себя.

— Он расстался с тобой, когда стал моим куратором. Я прав? Как только получил это место, ты стала ему не нужна. Он же и сам теперь прекрасно сможет…

— Нет! — Эйла покрутила головой, и рыжие локоны беспорядочно рассыпались по плечам. — Нет. Это абсурд. Он даже не ЧеВГИ! Кин! Ты опять… Ты просто с ума сходишь от своей ревности!

Киран опешил. На минуту замолчал, ошарашенно глядя Эйле в глаза.

Но затем отстранился, откинувшись на сиденье, и, запрокинув голову, захохотал.

— Ревность? Ревность, Эл? Святые…

— Кин. Ты просто… Ты просто чертов сумасшедший ублюдок…

— Ах, Эл, — все ещё улыбаясь, он выдохнул, словно слова Эйлы наконец сняли многолетний груз с его плеч. — Ревность. Какая же ты эгоистка. Было удобно, когда мир крутился только вокруг одной тебя, правда?

— Я тебя не понимаю, Кин. Ты… Ты пугаешь меня.

Защелкала рычажком, но дверь машины была заперта.

— Эл. Послушай меня. Тот, кто покушался на Астеля, не имеет карточки ЧеВГИ. Не имеет чипа. Ему удается действовать безнаказанно только потому, что он вне любой системы контроля. Неужели не понимаешь, что ему проще всего скрываться за маской простого человека?

Эйла прекратила щёлкать ручкой, повернувшись к Кирану.

— Это абсурд. Нельт не получится скрыть. Первый анализ крови — и его занесут в базу.

— Ты видела, чтобы Ярсег когда-нибудь сдавал кровь? — сощурился Киран.

— По-твоему, ему всю жизнь удавалось избегать больниц? Каким-то образом подменять анализы? С младенчества? Киран, ты сам себя слышишь?

Киран помолчал, думая о Джере. Эйле ни к чему знать о существовании таких, как он. Достаточно и того, что знает сам Киран. Если анализ крови — единственный способ раскрыть Ярсега, то он сам придумает, как это сделать.

— Он скоро приедет, — задумчиво пробормотал Киран, глядя в туман.

— Нельту нельзя покидать место преступления. Ты должен вернуться, пока не поздно! Вернуться и объяснить, что все это было лишь глупой…

Киран хищно улыбнулся.

— Нее-ет. Я его ключ в дом Астеля. Он хочет мне понравиться. Хочет стать моим “другом”, — показал кавычки в воздухе пальцами. — Он готов нарушать регламент ради меня.

— А если ты ошибаешься? Киран! Ты хоть понимаешь, чем рискуешь? И ради чего?!

— Давай проверим, Эл, — Киран протянул руку, криво улыбаясь. — Пари?

***

— Вот и наш пёсик, — прошептал Киран, наблюдая, как из притормозившей машины выходит его куратор. Эйла, плотнее запахивая плащ, нервно заерзала на сиденье.

— Там остались осколки. Он поймет, что ты разбил телефон. Что видел чип!

— Шшшшш. Тише, Эл. Веди себя так, словно я твой ревнивый любовник. Тебе же знакома эта роль, а?

Согнутый палец Ярсега тихонько постучал в окно со стороны водителя. Киран опустил стекло и осклабился в слащавой улыбке.

— Доброго утречка, командир.

— Я уже успел соскучиться, Кин. Что у вас?

— Немного любви, немного ревности. Бытовая драма, все как у всех. Ты же понимаешь, отношения с кураторами всегда сложные. Даже если они — бывшие.

Ярсег склонился ниже, заглядывая в салон. Улыбнулся, приветствуя Эйлу. Та слегка кивнула, не проронив ни слова.

— Маячок сработал не здесь, — Ярсег выудил из кармана планшет и бегло взглянул на экран. — Почему уехали так далеко?

— Порыв страсти.

Ярсег сжал губы, чуть приоткрыл краешек рта и шумно втянул холодный воздух.

— Мммм… Кин. Знаешь, это, вообще, не очень правильно.

— Конечно, это неправильно! — взорвалась Эйла. — Ты обязан доложить! Вызвать спецотряд и внести метку!

Ярсег распрямился, задумчиво покачиваясь подле машины и глядя куда-то в туман. И, снова согнувшись перед водительским окошком, ответил:

— Эл. Сожалею, но ты сложила свои полномочия. Дальнейшее расследование будет касаться только куратора и его подопечного. Без третьих лиц.

Всю дорогу до резиденции Астеля Эйла молчала, согнутым локтем уперевшись в окно и прикрыв рот ладонью. Киран ощущал мрачное удовлетворение, замечая, как ее железная уверенность в невиновности Ярсега колеблется, готовая рухнуть с минуты на минуту. Увы, она не увидит того, что произойдет дальше. Ярсег заставит её уехать, чтобы она не стала свидетелем его непозволительно лояльного отношения к подопечному. Но Киран обязательно напишет ей, когда все закончится. Хоть и жаль, что не увидит ее лицо в ту минуту, когда она прочитает его отчёт.

— Ты даже не выслушал ее версию, — усмехнулся Киран, провожая взглядом отъезжающее такси.

— Женщины, — Ярсег пожал плечами. — Мне ли не знать, как они любят все перекручивать.

Киран выдавил самый убедительный смех, на который только был способен, и похлопал Ярсега по плечу.

— Ты мне нравишься, Ярс.

Куратор довольно улыбнулся.

— В этом и плюс иметь куратора-мужчину.

— И куратора-друга, я надеюсь? — Киран многозначительно кивнул на планшет.

Ярсег вздохнул. Суетливо поправил волнистую прядку волос, выбившуюся из пучка. Приложил планшет экраном к животу, и, блуждая взглядом по территории Астеля, наконец остановил взгляд на Киране.

— Кин. Я уже сказал, что не хотел бы начинать наше сотрудничество с неприятностей. Но понимаешь…

Киран улыбался, делая вид, что внутренности не стягивает узлом. По спине пробежал холодок, и, казалось, даже волосы на затылке встали дыбом.

— Ты же не первый год Нельт, — поморщился Ярсег. — И регламент знаешь очень хорошо.

— Это эмоции, Ярс. Клянусь, просто эмоции. Я же не причинил ей вреда, верно? Просто разбил ее зеркальце. Сраное зеркальце. Ну какое это разрушение?

Ярсег цокнул языком, задумчиво проводя пальцами по губам. Вновь осмотрел асфальт, но Киран знал, что его взгляд ни за что не зацепится. Они стояли слишком далеко от того места, где он на самом деле сжёг чип.

Где на самом деле все ещё валялись осколки телефона.

— Ладно, слушай, Кин. Я не смогу сделать вид, что совсем ничего не было. Сделаю фото стоянки и запишу, что пострадавших нет. Но впредь… Стой. Разбил?

Киран не мигая смотрел в его черные глаза.

— Разбил. И сжёг.

Ярс помолчал, изучая лицо Кирана. Тот старался оставаться невозмутимым, невинно хлопая глазами, будто был самым последним влюбленным идиотом на свете.

Разбил и сжёг.Зеркальце? Не мог придумать для поджога что-нибудь более правдоподобное? Письмо от любовника? Нижнее белье? Блядь, да что угодно, что стоило было бы испепелить в порыве настоящей страсти! Но ты, конечно, придумал грёбаное зеркальце. Первое, что пришло тебе в голову.

Кретин.

Внутри холодело от мысли, что все может закончиться куда хуже, чем он рассчитывал. Что приедет отряд. Что ему поставят метку. Чёрт, даже Ханна не сможет оспорить ее справедливость. Проклятый маячок в его плече станет первым свидетелем тому, что сразу после поджога Киран исчез с места преступления.

Ярс вдруг резко выдохнул и задёргался.

Кирану понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что куратор смеётся.

— Святые праотцы, Кин. А ты мне нравишься. Грех куратору хвалить подопечного за импульсивность, но видят святые, я так тебя понимаю.

Он хлопал Кирана по плечу, и все смеялся и смеялся — и Киран делал вид, что искренне смеётся с ним, внутри превращаясь в натянутую струну.

Глава 33. Мое лекарство

Уже давно пришло время тренировки. Его ждёт Крис.

Киран ускорил шаг, взмывая вверх по ступенькам. Надо рассказать ей о Ярсеге. Надо как можно скорее ей все рассказать. Обо всем. Но избегая истории с Эйлой. Крис так злится от одного упоминания о ней… Может, и вправду, ревнует? Киран почувствовал, как губы растягиваются в глупой улыбке. Идиот… Нашел, о чем думать. Лучше бы думал о том, как раздобыть кровь Ярсега, не прибегая к насилию.

Хотя мысли о Ярсеге тянули за собой мысли о насилии неизбежно.

Святые, какая же у него циничная рожа! Бесит его дерганный смех. Киран дёрнул плечами, морщась от одного только воспоминания.

Не важно. Скоро он увидит Крис. Всё ей расскажет. И они вместе придумают, что делать дальше. Крис. Крис. Крис! Он не видел её всего одну ночь, а кажется, что прошла целая вечность. Святые, вот бы обнять её прямо сейчас! Интересно, она купится, если он скажет, что ему нужны объятия, чтобы срочно справиться со стрессом?

На пороге зала он замер, и сердце, остановившись, ухнуло вниз.

Это Зен. Под сенью огромного голубого купола он танцевал, извиваясь, подобно тростинке на ветру — в своей привычной придурошной манере. И рядом с ним смеялась, танцуя, Крис.

Нет.

В его руках танцевала Крис.

Киран тяжело сглотнул, не решаясь сделать шаг внутрь. Ещё с минуту молча смотрел, как эти двое двигаются — легко и непринужденно, словно танцевали друг с другом всю жизнь.

— А ещё выше попробуешь? — смеялся Зен, глядя на Крис сверху вниз, заглядывая ей прямо в глаза, в ее открытое, такое светящееся, довольное лицо.

— Выше? — она хихикнула, подтягиваясь на цыпочках, и руки Зена легли на ее талию, словно он готов был и сам подхватить ее и поднять к потолку. — Вот так?

— Не переставай качаться, — Киран видел, как пальцы Зена крепче впиваются в Крис. Она все смеялась, и щит над ними дрожал, словно плащ, раздуваемый ветром.

Пальцы. Зена. Сжимают. Крис.

Киран сглотнул, сжимая кулаки. Пытаясь успокоить прерывистое дыхание. Кончики пальцев защипало, но он сделал усилие над собой и вошёл в зал.

Ты не ревнуешь, Киран.

Ты не имеешь права ревновать.

Друзья так не поступают.

— Зен? — он широко улыбнулся, когда оба Инри синхронно повернулись к нему. Щит тут же распался, оросив Кирана ворохом переливающихся искр.

— Киран! Старина! — руки Зена соскользнули с талии Крис, и Киран выдохнул, с облегчением разжимая кулаки.

Напарники встретились и обменялись рукопожатиями. Крис оставалась стоять позади, словно ожидая, что Зен вот-вот вернётся и продолжит учить ее своим идиотским танцам.

Не удостоила Кирана даже взглядом.

— Рад тебя видеть, — Зен ослепительно улыбался. — Последнее время то ты, то я на больничной койке, а? Как хорошо, что все наконец-то в сборе!

— Да я вижу, ты и без меня неплохо справляешься, — Киран покосился на Крис, что делала вид, будто очень увлечена разглядыванием розовых шнурков на своих кроссовках. — Говорят, научился чувствовать Нельт?

Зен смущённо почесал в затылке.

— Не то чтобы прямо Нельт, — отвёл взгляд, пожимая плечами. — Но да… Как будто бы в целом чувствительность обострилась. Всё после Пульсара. У тебя тоже было так?

Киран усмехнулся.

— Нет, друг. Я такой с рождения.

Зен понимающе кивнул.

— А мы тут… С Крис. Учим новые кросы. Хочешь попробовать сбить новый щит? Выглядит тонким, но на самом деле — монстр отражения. Только не бери ничего тяжелей пяти баллов, я отвечаю — отдача влетит такая, что мало не покажется.

Киран хотел было ответить, что не горит желанием встречаться со своим куратором второй раз за утро, но прежде, чем успел открыть рот, Крис обиженно протянула:

— Может не стоит, Зен? Когда я ещё попаду на тренировку с тобой? Давай ещё потренируем Купол Небес, пожалуйста!

Зен обернулся, подарив ей свою коронную блистательную улыбку. Быстро перевел взгляд на Кирана — смесь немого вопроса и лёгкого замешательства.

— Валяй, — мотнул головой Киран. — Посижу на скамейке запасных.

Зен вернулся в центр зала, вновь становясь чуть позади Крис, и они вдвоем опять потянули руки к потолку, как две колыхающиеся водоросли.

Как двесплетающиесяводоросли.

Киран отвёл взгляд. Сосредоточенно уставился на свои руки, и вдруг, вспомнив поездку с Крис, принялся шарить по карманам.

Наушники были здесь. Слава святым.

Первая попавшаяся песня почти приглушила мысли — и теперь можно было разглядывать кроссовки, не отвлекаясь на движения танцующих Инри вдалеке.

Кроссовки. Киран покрутил правой ногой, разглядывая пятнышки на подошве. И как Крис раздобыла его? Это же точно он. Его старый кроссовок. Вплоть до каждой потёртости…

Вспомнил, как бежал с ней по лестнице в ночь на Фриверан. Как они вместе хохотали, запрыгивая в машину. Как сидели под звёздами, укутавшись в один плед. Зажмурился, сжимая и разжимая руки в карманах, пытаясь вслушиваться в песню.

Я не твой попсовый рыцарь,

Но захочешь — могу стать.

Дай ещё чуток напиться,

И я вспомню, как сиять…

Киран тихо рассмеялся, щёлкая кнопкой разблокировки. Откуда эта ерунда в его плейлисте? Пролистал список, собираясь найти что-нибудь нормальное. И, пока трек замер на паузе, сквозь наушники уловил едва различимый стон Крис.

Вскочил, вытащив наушники.

Он же отвлекся всего на минуту. Какого черта они уже успели натворить?!

Крис сидела на полу, вытянув ноги и держась за плечо, сморщившись так, будто с нее кожу сдирали живьём. Зен склонился над ней, что-то сбивчиво бормоча.

— Крис? — с тревогой спросил Киран, в один миг подойдя и опустившись рядом с ней на колени. Перевел рассерженный взгляд на Зена. Тот и сам выглядел напуганным. — Ты ее уронил?

— Да нет же! Она просто… Просто вскрикнула и схватилась за руку. Я сам не понял, что произошло.

— Все в порядке, — прокряхтела Крис. — Просто занимались слишком долго. Рядовой перегруз. Скоро пройдет! Ну, чего вы столпились? Святые, как будто я помираю!

— Зови Ютана, — хмуро приказал Киран, не оборачиваясь на Зена.

— Он на смене.

— Не надо Ютана! — взмолилась Крис.

— Тогда ты едешь в больницу.

— Никуда я не еду!

— Приказы не обсуждаются, Инри!

— Иди к черту!

Она попыталась подняться, но тут же ойкнула, только оперевшись на руку. Киран подхватил ее с пола, и, поудобнее устроив на руках, махнул головой Зену.

— Я разберусь.

Зен кивнул, и, когда Киран уже выносил Крис из зала, крикнул в спину:

— Скорее поправляйся, Крис!

Киран стиснул челюсти, ускоряя шаг.

***

— Приказы? Ты мне не начальник!

— Я все ещё старший в нашей паре.

— Тогда я хочу выйти из этой пары! Я хочу сменить напарника! Вообще, хочу быть с Зеном! — Крис сжимала ворот его олимпийки, с каждым словом все сильнее тяня на себя.

— Мммм. Да что ты. И правда променяла бы меня на него?

Крис замолчала. Покраснела до самых ушей.

Киран прижал ее крепче, сосредоточенно смотря вперёд.

Они поднимались к спальням, и Киран уже внёс ее в коридор, когда Крис всё-таки ответила:

— Ты все равно ничему не можешь меня научить. Только разрушаешь!

— Ты сама себя разрушаешь. Зачем опять так старалась? Пыталась показаться крутой перед ним?

— Делать мне нечего! Просто хотела… эй! Куда мы?! Моя спальня в другой стороне! Ты ошибся дверью! Киран!

Киран остановился у своей двери, чуть склонившись и оттопырив указательный палец, просовывая кончик в пасть Кровяного стража. Дракончик быстро царапнул кожу и жадно слизал проступившую капельку крови.

Они вошли внутрь. И только здесь Киран отпустил Крис, аккуратно укладывая на свою постель. Инри тут же хотела вскочить, но по изказившей ее лицу гримасе было все ясно без слов. Киран вздохнул, присаживаясь рядом на край.

— Я вызову Джера.

— Не надо! Киран, правда! Все в порядке, это просто растяжение, само пройдет!

— У тебя только-только восстановилась Ри.

— Ну и что?

— Ты вчера уже делала Штерна, — покачал головой Киран. — А сегодня решила заниматься с Зеном... Этим. Ты хоть знаешь, на сколько баллов тянут эти его новые кросы?

Насупилась, обиженно надувая губы.

Киран принялся шарить по ящикам прикроватной тумбочки и скоро выудил заветный красный тюбик Джеровской мази. Крис недовольно следила взглядом, как он откручивает крышечку.

— Раз не хочешь звать Джера, вернёмся к проверенным способам.

— Опять станешь раздевать меня до трусов?! — она вспыхнула, резко накидывая на себя одеяло, и тут же сморщилась от слишком неосторожного движения.

— А надо? Я думал, у тебя только руки болят. Но если хочешь…

— Иди к чёрту.

Она сказала это устало, уже без примеси гнева. Киран откинул одеяло и помог избавиться от черного худи на молнии, оставив Крис в тоненькой белой майке на узких лямках.

Разогрел руки мазью и неспешно коснулся нежной кожи. Крис молча наблюдала, как работают его руки, время от времени тихонько поскуливая и прикрывая глаза. Киран массировал каждый сантиметр, сильно, но бережно, реагируя на каждый тихий писк, что издавала Инри, и в какой-то момент начал двигаться нарочито медленно, понимая, что не хочет это прекращать.

Она прикрывает глаза. Расслабляется. Стонет в его руках. Щеки розовеют, маленький рот приоткрыт, и на выдохе она облизывает влажные губы.

Киран резко вдохнул, задерживая дыхание. В груди стало жарко и тесно. Каждый мускул напрягся, пронзенный незванной, безрассудной, острой волной возбуждения.

Его пальцы все еще нежно водили по ее плечу, уже не сжимая, только медленно поглаживая, оставляя за собой влажные дорожки горячей мази.

Майка Крис слишком явно очерчивала контуры груди. Слишком. Под этим тонким прикрытием… совершенно точно ничего не было. Киран завороженно смотрел, как соски Крис медленно затвердевают, бесстыдно поднимаются, все сильнее натягивая ткань — ненужную, глупую помеху, которую Киран мог бы прямо сейчас убрать одним коротким движением. Он вдруг представил, как Крис отозвалась бы на такой жест. Как подалась бы навстречу ему всем телом, безмолвно прося приникнуть к нежной коже, и Киран бы тотчас послушался. Жадно окутал губами, лизнул языком, и почти наверняка ощутил бы настоящий запах Крис — не острый и холодный запах ментоловой мази, а ее, тот самый тайный запах, что казался ему ароматом земляники, солнца и нагретого летнего поля. Наверное, ее кожа на языке показалась бы бархатом. Киран тихо выдохнул, облизывая губы. Если смотреть очень долго, можно представить это прикосновение так явно, что и в самом деле почти начинаешь чувствовать на самом кончике языка…

— Инри, — позвал ее, отчаянно пытаясь ухватиться за ее голос, чтобы окончательно не утонуть в пульсирующей жажде.

— М? — она лениво приоткрыла один глаз.

Киран поспешно отвёл взгляд.

— Чем бы ты занималась, если бы не эта работа?

— В каком смысле?

— Ну, вряд ли ты всю жизнь мечтала защищать посредственную поп-звезду.

— Посредственную — не мечтала, — Крис снова прикрыла глаза. — Я мечтала защищать Астеля.

— Да ладно, Крис. Ты понимаешь, о чем я. Если бы не была Инри. Если бы у тебя была другая, обычная жизнь.

— Я... — она немного помолчала, задумчиво прикусывая влажную губу, заставляя Кирана судорожно вдохнуть. — Я бы открыла что-то вроде... Не знаю, как назвать. Творческой студии? Мастерской? Знаешь, место, где люди просто могли бы собираться и творить, как… Как большая семья. Чтобы там проводились разные мастер-классы и конкурсы… Мы бы рисовали с натуры и обменивались всяким… Просто поддерживали друг друга и наслаждались бы вместе тем, что делаем.

Она выдержала долгую паузу прежде, чем открыть глаза и спросить:

— Ладно. Это глупо, да?

— Нет. Я бы даже пришел туда натурщиком.

Крис фыркнула.

— Что? — Киран состроил обиженную мордашку. — Кроме лица, все остальные части тела у меня очень даже хороши. Ты сама видела.

— Забудь. Я зря это сказала. Глупая мечта. Я просто...

— Вовсе нет, — Киран посмотрел на нее пристально, без тени улыбки. — Это хорошая мечта, Крис. Правда. Прекрасная. Надеюсь, ты когда-нибудь ее осуществишь.

Она резко села, и Киран с сожалением убрал руки, все ещё ощущая ее тепло на кончиках пальцев.

— К чему ты это? Намекаешь на то, что мне пора уйти? Что я слишком слаба, чтобы оставаться в сопровождении? Это просто чёртово растяжение, Киран, не делай из этого драмы!

— Дело не в этом. Крис… Я…

Он вздохнул, опуская голову.

— Ты не слаба. Ты очень сильная. Одна из сильнейших женщин, которых я знаю. Но твоя сила… Она не делает тебя неуязвимой. Понимаешь, о чем я?

Крис сжала руки под грудью. Кожа все ещё была влажной от мази, и майка живо пропиталась жирными пятнами. Соски все ещё призывно торчали, и Киран сделал над собой усилие, чтобы отвести взгляд.

— Я не уйду. Пока все это не кончится, пока ты… — она осеклась, сжала губы и повернулась в сторону, разглядывая шкаф. — Пока Астель не будет в безопасности, я не уйду.

— Крис…

— Киран…

Они произнесли имена почти одновременно, и оба замерли, глядя друг на друга. Ещё с минуту молчали, не решаясь снова заговорить.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — наконец тихо произнес Киран.

Глаза Крис расширились. Она вжалась в подушки, нащупала под рукой шнурок, торчащий из валяющегося рядом худи, и беспокойно завертела меж пальцев.

— Д…да? — тихо шепнула, не спуская пристального взгляда с лица Кирана.

— Крис, я… — он замолчал, подбирая подходящие слова. — Я… Кажется, я облажался.

***

— Даже не стану говорить эту банальщину вроде “Как ты мог, Киран! Какой же ты придурок, Киран!”

— И не надо, — он слабо улыбнулся. — Я все и так вижу по твоим глазам.

Крис шумно выдохнула через рот, отворачиваясь и разглядывая тумбочку.

— Твое желание защитить Эйлу вполне объяснимо. И я прекрасно знаю, что не могу требовать, чтобы ты доверял мне больше, чем своей девушке. Но это все равно…

— Крис, мы с Эл не…

— Это все равно очень обидно, — закончила Крис, не дав ему договорить. — Мы же играем в одной команде, да, Киран? Мне казалось, что мы решили быть честными!

— Я не встречаюсь с Эйлой.

— Да плевать мне, как вы там называете свои отношения! Это вообще не моё дело, — она раздражённо подхватила худи и накинула себе на плечи, все ещё не глядя Кирану в глаза.

— Я просто хотел разобраться во всем сам. Прежде, чем втягивать тебя. Прости. Дело не в недоверии, просто ты была…

— Проехали, — Крис мотнула головой. — Лучше давай подумаем, что делать с Ярсом.

— Нужно раздобыть его кровь. Незаметно, — Киран задумчиво повертел на пальце кольцо.

— Похитим его, — Крис покрутила свое кольцо, машинально повторяя жест Кирана. — Свяжем. Завяжем глаза. Оглушим!

Киран рассмеялся.

— Святые,Крис! Тебя и в самом деле так заводит насилие? Смотри-ка, как глаза загорелись!

Крис сморщила губы.

— Есть идеи получше?

— Благотворительность, — кивнул Киран.

— Что ты имеешь ввиду?

— Твой ненаглядный каждый год сдает кровь. Благотворительная акция “Всем миром”. Помнишь? Ну, фанаточка, уж ты-то должна про такое знать.

— Она… Проходит как раз в сентябре, — Крис вытащила мобильник и быстро открыла календарь. — Меньше, чем через неделю… Подожди. И ты собираешься уговорить Ярсега прийти и сдать кровь добровольно? Как ты намерен это провернуть?

Киран пожал плечами.

— Сыграю на его слабостях.

— Что?...

— Кровь за Астеля сдаю я, — начал Киран. — Схема та же, что и с фотосессиями. Браслет Эрру. Думаю, Рэд не станет изменять традициям в этом году.

— Пока не понимаю, в чем план, но то, что тебе придется снова надеть браслет, мне уже очень не нравится, — нахмурилась Крис.

Киран слабо улыбнулся.

— История не повторится, Крис.

— Откуда тебе знать!

— Меры безопасности усилят. Рэд наверняка пошлет за нами целый кортеж. К тому же, Ярсег будет знать, что в машине — я, а не Астель.

Крис тяжело вздохнула.

— И что ты сделаешь? Попросишь его приехать и сдать кровь за компанию? Он скажется больным… Или скажет, что выпил накануне, или ещё что-нибудь. Святые, Киран, да он может отказаться по миллиону причин!

— Все будет чуточку посложнее, — Киран улыбнулся, и во взгляде его мелькнуло детское озорство. Опять придумал какую-то игру! Крис недовольно поджала губы. Игры Кирана нравились ей ровно до тех пор, пока речь не заходила о его безопасности. Рисковать его жизнью снова… От одной только мысли холодело в груди.

— Крис. Просто доверься мне. Я знаю, что делаю, — он вновь стал серьезным, пристально глядя ей в глаза. — Ты больше не пострадаешь. Я этого не допущу.

От этих слов горло Крис болезненно сжалось. Как будто она волновалась за себя!

“Это ты, ты, идиот, будешь опять подставляться! Это на тебя будут охотиться! Я больше не хочу думать о твоей смерти! Не хочу видеть ее в кошмарах! Не хочу даже на секунду представлять, что тебя больше нет!...”

Киран, будто услышав ее мысли, взял ее руку в свои ладони и мягко погладил. Так медленно и бережно, что в этом жесте Крис прочитала не просто заботу: на миг ей показалось, что Киран делает это почти что с любовной нежностью.

По пальцам пробежал огонек, поднимаясь к груди, и все тело пронзила короткая вспышка.

Сердце болезненно сжалось, съедаемое невыразимой тоской.

Крис сглотнула вставший в горле тяжёлый комок. Ещё несколько секунд не могла осмелиться вырвать ладонь из рук Кирана. Несколько секунд смотрела в его глаза. Ей хотелось продлить этот миг. Остаться с ним. Быть с ним ещё и ещё.

Но только все, что она читает в его жестах — неправда.

— Мне пора, — голос вдруг стал хриплым, и она прочистила горло, поднимаясь с постели. Натянула худи, спешно пролезая в рукава. Ткань неприятно облепила влажную и чуть скользкую кожу, и Крис поежилась, запахивая полы и обнимая себя руками.— Спасибо за… За помощь и за…

— Крис.

— М?

Он поднялся следом и теперь стоял рядом, возвышаясь над ней, закрывая собой обзор. В комнате как будто стало слишком тесно, и Крис становилось нечем дышать. Сердце колотилось все чаще, предательски подгоняя кровь и к без того горящим щекам.

— Если про Ярсега все вскроется… когда все это вскроется. Собаки будут иметь на руках доказательство того, что ген Ингмара может проявиться далеко не с рождения. И… неизвестно, какие нас ждут последствия.

Крис несколько раз моргнула, пытаясь сосредоточиться на его словах, а не на звуке его голоса, который как будто нарочно стал ниже и мягче.

— Неизвестно, что будет с Джером, — добавил Киран. — И сможет ли он…

— И с Астелем, — прошептала Крис. — То видео… помнишь? Он тоже не был рожден Галаром. Если они узнают, его тоже могут изолировать, как ПОА. И мы… потеряем эту работу.

“Я потеряю тебя”, — подумала она, ощущая, как кожа на спине покрывается холодной испариной.

Киран тихо вздохнул, опуская взгляд.

— Как думаешь, Галары останутся неприкосновенны? — спросила Крис почти что с мольбой.

— Нет, — прошептал Киран. — Не думаю, Крис. Я думаю, что всё… Всё полетит к чертям.

Она молча кивнула в ответ. В горле пересохло, и за ребрами стало слишком больно.

— Всё и так давно туда летит, — Киран слабо усмехнулся. — Только я никак не могу с этим смириться.

Крис подняла голову. Посмотрела в его глаза — молча и пристально. Вдохнула. Приоткрыла рот, собираясь что-то сказать.

Но не нашла слов.

Киран тоже молчал. И, ощущая, как к горлу подкатывают непрошенные слёзы, Крис ещё раз кивнула и вышла, тихонько закрыв за собой дверь.

***

Весь день Крис почти не выходила из комнаты, найдя в себе силы выбраться только к ужину — немного поклевала, немного пошутила с Армони и Зеном, всеми силами делая вид перед Кираном, что чувствует себя превосходно. На самом деле мышцы все ещё беспощадно ныли — мазь совсем ненадолго сняла боль, и теперь Крис приходилось прилагать недюжинные усилия, чтобы двигаться, как обычно, внешне не выдавая своей слабости.

Поэтому ночью она практически не спала. И услышала этот шум за стеной — что-то похожее на грохот, что раздавался в кабинете Астеля в их самую первую смену.

Как будто упал шкаф. Или как будто стол скинули с третьего этажа, и тот разлетелся в щепки. Крис подскочила в кровати, морщась от сжавшей пальцы судороги, и, прижавшись к стене, прислушалась.

Снова шум. Ещё и ещё. И стон. Далёкий, слабый и сдавленный.

Киран!

За стеной находится спальня Кирана!

Не думая больше ни о чем, Крис босиком вылетела в коридор, и, прижавшись к двери с ручкой-драконом, принялась стучать изо всех сил.

— Киран! Киран, открой! Киран, ты жив? Все в порядке? Киран, прошу тебя! Это я. Это Крис. Пожалуйста, открой!

За эти несколько минут, что она тарабанила в дверь, Крис почти умерла внутри. Ей казалось, что если она и переживает эту ночь, то утром точно проснется седой.

Но за дверью больше не раздавалось ни звука, и от этой тишины Крис сходила с ума. Она готова была разнести гребаного Кровяного стража в щепки.

Готова была бежать поднимать весь дом, и, наверное, так и сделала бы, если б спустя ещё пару минут дверь наконец-то не приоткрылась.

— Инри, — хрипло пробормотал Киран, отирая влажное лицо. И Крис, не дав ему больше сказать и слова, втолкнула его в комнату и вошла следом, захлопнув дверь изнутри.

В комнате тускло горел ночник — точнее, лампа, что от него осталась. Абажур, рассеченный надвое, словно по нему полоснули ножом, валялся на полу в куче перьев и щепок.

Подушки были вспороты. Перья кружились в воздухе, медленно оседая на мебель, на ковер, на плечи Кирана. Прикроватный столик словно разорвало изнутри, дверцы шкафа покосились, на стенах — рваные, неровные полосы. Похожие на шрамы Кирана.

Нельт.

— Ооооох, — только и смогла выдавить Крис. — Киран…

— Какого хрена ты без щита? — прохрипел Киран, все ещё стоя у двери и прижимаясь к ней спиной.

— Я без сил.

— Раз не способна себя защитить, не лезь в логово Нельта, — он оскалился, силясь улыбнуться, но вышло так мрачно, что у Крис мурашки побежали по спине. — Уходи, Инри. Слышишь? Я в порядке.

Крис только сейчас заметила, как тяжело он дышал. Серая футболка была мокрой насквозь, намокшие волосы прилипли ко лбу и щекам. Киран смотрел на Крис загнанным, раненым зверем.

И она помнила этот взгляд.

— Уйти? Ты себя видел? Что ты, черт побери, несёшь?! Что здесь случилось? Ты опять…?

— Я это не контролирую, если ты не заметила!

— Контролируешь!

— Мне приснился кошмар! Я сделал это во сне! — закричал он. — Что я, блядь, должен был сделать, Инри? Включить себе гребаную колыбельную?!

Дверцы шкафа угрожающе заскрипели. И Крис, повинуясь порыву, бездумно шагнула вперёд и крепко прижалась к Кирану.

Мокрый. Насквозь мокрый. И такой холодный.

— Ты идиотка, — тихо прорычал он, стуча зубами. Дрожащие пальцы сжались на ее спине, скручивая ткань тонкой пижамы. — Ты хоть понимаешь, что будь всплеск сильней, я мог бы ранить тебя? Инри! Крис! — его голос сорвался. — Я могу навредить тебе. Я могу тебя… я могу…

— Не можешь, — пробурчала она, прижимаясь щекой к его бешено вздымающейся груди. — Ты сейчас успокоишься. Это работает. Всегда работает.

Он издал невнятный звук — смесь всхлипа и тихого стона. Его тело стало таким тяжёлым в ее руках. Он почти повис на ней, все ещё сжимая ее пижаму и дрожа, но Крис ощущала, как его мышцы расслабляются, как будто кто-то наконец дал волю годами сжатой пружине.

— Святые. Ты такой холодный, — она чуть отстранилась, и Киран едва не упал. Ноги явно его не слушались. — Пойдем. Держись за меня… Обопрись на меня. Вот так. Присядь.

Она довела его до постели, усыпанной перьями. Нашла мягкое полотенце. Помогла избавиться от футболки и принялась вытирать насухо — лицо, волосы, руки, грудь и живот. Киран наблюдал за ней из под полуприкрытых век с вялым любопытством, никак не комментируя происходящее. Он почти перестал дрожать, но оставался болезненно бледным, и кожа была слишком холодной, чтобы Крис могла выдохнуть с чистой совестью.

Покопалась в его шкафу, с осторожностью приоткрыв покосившуюся дверь. Выудила черную футболку с символикой Астеля из знакомого бардака. А когда повернулась, увидела, что Киран уснул, нелепо завалившись на бок — ноги его оставались лежать на полу, а лицо утонуло в перьях.

Крис вздрогнула, выронив футболку, и, присев на кровать, трясущимися руками коснулась его шеи.

Жилка пульсировала под пальцами.

Крис еле слышно выдохнула.

— Киран. Киран, проснись. Ты не можешь… Святые. Киран. Надо прибрать беспорядок. Давай я перестелю тебе постель… Да черт тебя побери, Киран! Очнись.

Он вяло приоткрыл глаза. Взгляд мутный и пьяный.

— Киран, прошу тебя, — громко зашептала она.

— Все хорошо, Инри, — его губы дрогнули в слабой улыбке. — Уже все хорошо.

— Уже? Киран! Хватит меня пугать!

— Ри прогорела, — он медленно поднес руку к лицу и тупо уставился на свои пальцы. — Протечек не будет… пока.

Крис молчала, лихорадочно соображая, как привести его в чувство и поднять на ноги хотя бы на пять минут, пока она не разберётся с его кроватью. Киран уронил руку на грудь и сглотнул, странно моргая — поднимая веки с большим запозданием, как в замедленной съемке.

— Холодно, — прошептал он. — Так холодно, Инри.

— Ладно, — она схватила его за руку и потянула на себя. — Тогда пойдем греться. Киран, я не шучу! Вставай! Черт, ты совсем охренел? Думаешь, я смогу поднять сама такую тушу?

С большим трудом она смогла дотащить его до ванной. Усадила на край, включила горячую воду и принялась развязывать шнурок, стянутый в слабый узел на его поясе. Киран снова наблюдал молча. Позволил стянуть с себя пижамные штаны, и, оставшись в одном белье, посмотрел на Крис с пьяной улыбкой, опасно покачиваясь из стороны в сторону.

— Встань ровно, — процедила она. — Обопрись о стену. Ещё не хватало, чтобы ты размозжил себе голову. Слишком нелепая смерть для Нельта, не находишь?

— Настоящий Нельт должен умеррреть в бою, — продекламировал Киран, глупо улыбаясь. Слава Святым, он повиновался ей, почти не протестуя: когда Крис потянула вниз резинку его трусов, только пробурчал что-то невразумительное, но Крис на всякий случай решила напомнить:

— Напарник — это почти что врач. Никаких похабных мыслишек, ясно? Святые, Киран, твою задницу я видела уже раз двести…

— Мгммм, — послушно кивнул, уперевшись в кафель обеими руками. Крис заставляла себя смотреть только на его ноги, только на его белье, только на пол, только на свои пальцы — на что угодно, лишь бы не пялиться туда, куда в последнюю очередь стоило смотреть, заботясь о больном человеке. А ведь Киран сейчас именно таким и был. Крис понятия не имела, что с ним происходило, но, кажется, этот жуткий всплеск его здорово выбил из колеи — он явно был не адекватен.

Крис помогла ему погрузиться в теплую воду, и, наблюдая за тем, как Киран блаженно прикрывает глаза, осторожно провела ладонью по его лбу, убирая прилипшие волосы.

— Получше? — с надеждой спросила она.

— Мммффф, — он все ещё не открывал глаз. — Ванна. Да. Включи это в список.

— Что?

— Меня радует. Музыка. Еда. Сон. Секс. И горячая ванна, — он застонал, с явным наслаждением вытягивая ноги, и Крис, бросив на них взгляд, тут же стыдливо отвернулась.

— Не стесняйся, Инри. Ты же почти что врач. Тело — это просто тело, — уголки губ Кирана едва заметно дрогнули.

— Твоя речь как-то очень уж резко стала членораздельной, — сощурилась Крис, опуская руку в воду и брызгая Кирану в лицо тёплыми каплями. Он сморщился и зафыркал, мотая головой.

— Переигрываешь, Кин? Опять твои идиотские постановки?

— Да черт возьми, Инри! — в его голосе сквозила слишком натуральная обида. Он мотнул головой, и брызги полетели в ответ.

— Мне делать больше нечего, заставлять тебя пялиться на мое достоинство? Я похож на вуайериста?

— Ты похож на придурка, — фыркнула Крис, вытирая лицо.

— Святые, как же тебя перекосило. Никогда бы не подумал, что кого-то может тошнить от вида моих гениталий больше, чем от моего лица.

Крис промолчала, прикусывая щеку изнутри. Сделала вид, что очень увлечена рассматриванием баночек с гелями и шампунями. Интересно, какой из них тот самый? Тот, что пахнет деревом и апельсином. Она бы купила себе такой же. Могла бы дышать его запахом, когда пожелает…

От этих мыслей стало так стыдно, что кожа мгновенно покрылась мурашками. Крис взяла первый попавшийся гель и щедро полила им мочалку.

Киран откинул голову на край ванны, глядя на Крис из под полуприкрытых век.

— Но ты могла бы бросить меня в воду прямо в штанах. Как было мило с твоей стороны все же решиться посмотреть страхам в лицо.

Крис едва сдержалась, чтобы не сжать его шею и не окунуть поглубже в воду.

— Эйла знает? — вместо этого спросила она сквозь зубы, впихивая мочалку в его руку. — Про твои всплески.

— Нет. С чего бы? — глаза Кирана расширились. — При чем здесь вообще Эйла?

— Я приведу в порядок постель, — холодно ответила Крис, поднимаясь. — Ты же не собираешься тут тонуть?

Киран только тихонько выдохнул, и Крис сочла это за согласие.

***

Когда она вернулась со свежей одеждой, Киран уже сидел на краю ванны, накинув полотенце на плечи. Смотрел на нее понуро и мрачно — но, к счастью, совсем не дрожал.

— Одеться сам сможешь?

Кивнул, протягивая руку. Крис вручила одежду и развернулась к выходу, но тут же, едва коснувшись двери, услышала позади шум.

Киран сидел на скользком полу, смотря на нее виновато, как нашкодивший ребенок.

— Это пока… Пока что немного сложно.

— Черт бы тебя побрал, Кин, — выругалась она, помогая ему подняться. Довела до кровати как есть — нагим, с полотенцем, едва прикрывавшим хоть что-то, и уже здесь, усадив поудобнее, принялась вытирать кожу насухо, чтобы после одеть.

Она была зла. Невероятно зла. Скопившееся в ней раздражение вырывалось наружу через слишком резкие движения рук — она натирала Кирана быстро, почти агрессивно. Но чем дольше стояла над ним, абсолютно голым и беззащитным, касаясь его гладкой кожи, трогая влажные мягкие волосы, тем четче осознавала, на что именно злится. И от этого осознания кровь закипала, перемешивая внутри столько дурманящих чувств, что в какой-то момент руки сами собой замедлились, и пальцы вплетались в волосы Кирана, почти что лаская.

Он откинул голову, прикрывая глаза, послушно отдаваясь ее рукам, и издал тихий, протяжный, вибрирующий звук. Почти что мурчание.

Крис замерла, не смея дышать, и Киран разочарованно разлепил веки.

— Ты… что? Сейчас замурчал? — она нервно хихикнула, снова проводя пальцами по его затылку и чуть ниже, к шее, легко массируя, как будто проверяя реакцию. Киран тут же закрыл глаза и заулыбался.

— Это приятно. Ммммммм. Это тоже. Тоже надо внести в список.

— Я не собираюсь чесать тебя, как псину, каждый раз, когда тебе плохо.

— Мммммм. Очень жаль.

Она делала это ещё с минуту, молча наблюдая за его реакцией и пытаясь перебороть все те бессмысленные порывы, что возникали у нее в душе при виде блаженствующего Кирана. Она стояла меж его широко расставленных ног, и жар его нагретого после ванны тела ощущался так близко, что Крис хотелось совсем чуть-чуть склониться вперёд, чтобы его лицо оказалось прижато к ее груди, чтобы ее живот прильнул к его телу, чтобы его…

Она скользнула взглядом по его торсу вниз и чуть не задохнулась.

Он… прямо сейчас…

Все происходящее емунравится.

Очень нравится.

Нервно сглотнула слюну.

Ты не должна об этом думать, Крис.

Ты почти как врач.

Пальцы сами собой подхватили полотенце и спустились к его шее, а дальше — к плечам. Нечаянно коснулась шрама на правом плече и задержалась на нем чуть дольше, чем нужно.

— Это тоже… Твой Пульсар? — спросила Крис, не отнимая руки, вновь и вновь легонько проводя по алому рубцу.

— Нет. Режущий. Моего отца, — Киран отвернулся, глядя в пустоту.

— Что? — Крис замерла, чувствуя, как все холодеет внутри. — Как…

Киран прикрыл глаза.

— Киран… Святые, — Крис не знала, что сказать. В голове роились тысячи мыслей, но, как бывало всякий раз, когда Киран вытаскивал перед ней на свет какую-то ужасную историю из своего прошлого, ни одна фраза, ни одно слово не казались Крис подходящими. Ей хотелось обнять его. Просто молча обнять. Но вместо этого она снова и снова гладила шрам на плече, мягко и ласково, словно надеялась, что он исчезнет, если вдоволь напитать его нежностью.

— Он… Мог убить тебя, — ужасная мысль сорвалась с ее языка, тут же заставив Крис вздрогнуть.

— Не меня. Эри.

— Эри?!

Киран отер ладонью лицо.

— Да. Эри. Я просто вовремя оказался рядом. Успел прикрыть её. Просто повезло.

Крис в ужасе прикрыла рот ладошкой. Несколько секунд стояла так, замерев, а потом потянулась к Кирану и крепко его обняла.

Киран молчал, уткнувшись лбом в ее плечо. Его руки не шелохнулись, не обняли ее в ответ — они безжизненно лежали на коленях ладонями вверх. Крис тихо шмыгнула носом, пряча подступающие слезы во влажных волосах Кирана, и только крепче сжала объятия.

— Ты плачешь, Инри?

— М-м, — отрицательно промычала она, сжав дрожащие губы.

Киран мягко положил руки на ее талию и заставил отцепиться от себя. Крис послушно отстранилась, и он поднял голову, пристально глядя в её глаза.

— Я знаю, он этого не хотел, — тихо сказал Киран. — Уверен, что не хотел. Это всё… Просто грёбаные протечки. Но беда в том, что наши истинные желания… Не имеют никакого значения. Он и в самом деле мог убить Эри. Мог. Как и я могу убить тебя, Крис.

— Киран… — тихо начала она, но договорить не успела. Ее прервал стук в дверь.

— Кин! Кин, ты здесь? Что у вас?

— Ярсег, — обречённо выдохнул Киран. — Это грёбаный Ярсег.

Глава 34. Сжигая надежды

— Это был самый яркий секс с Нельтом в твоей жизни.

— Что? — растерянно прошептала Крис.

— Давай же, милая. Подыграй мне, — Киран стащил ее резинку и быстро растрепал волосы. Сжал ее подбородок, поворачивая голову Крис из стороны в сторону, оценивающе прищурился.

— Могла бы хоть немного покраснеть для приличия. Не очень-то ты смахиваешь на горячую любовницу.

— Иди к черту! — прошипела она, отпихивая его руки, но Киран и сам отступил, сморщившись и щёлкнув языком.

— Ладно. Вывезу за двоих.

Подхватил полотенце, и, обернув вокруг пояса, подошёл к двери. Его походка была все ещё шаткой, но когда дверь распахнулась, Киран поменялся в один миг. Плечи расправились, поза сделалась уверенной и твердой, на лице появилась самодовольная усмешка — от былого страдальца не осталось и следа.

— Кин! — Ярсег уже нетерпеливо подпрыгивал в дверях. — Что у вас? Я уже хотел вызывать отряд.

Киран отступил в сторону, позволяя куратору войти.

— Не стоит, Ярс, — с ленивой улыбкой ответил Киран. — Ещё с ними я не объяснялся…

Ярсег присвистнул, осматривая комнату. Его взгляд ненадолго остановился на Крис — та успела приспустить рукава пижамы и юркнуть в постель, обмотав одеялом грудь. Она встретила взгляд Ярсега и тут же опустила глаза, делая вид, что ужасно смущена.

— Оу, — куратор медленно прошел к окну, по пути внимательно разглядывая каждое повреждение. Достал из внутреннего кармана пальто знакомый планшет и обернулся к Кирану с немым вопросом.

— Страстная выдалась ночка, — Киран непринужденно пожал плечами, подходя к кровати и присаживаясь рядом с Крис. — Видишь ли, моей Инри просто крышу рвет от разрушения. Не мог ее не порадовать.

***

Киран пристально смотрел в глаза Ярсу, пытаясь прочитать его мысли. Поверит ли он в этот бред? Или сделает вид, что поверил? Давай же, Ярс, не расстраивай своего доброго друга Кирана. Ты ведь так хочешь моего доверия, а?

Как далеко я смогу зайти, играя с тобой в эти игры?

Ярсег прищурился, растягивая губы в подобии кислой улыбки. Киран открыл было рот, чтобы извиниться за ложную тревогу, но не успел.

Инри за его спиной зашуршала одеялом. Села и прижалась грудью к его спине.

Горячее дыхание опалило плечо — и она нежно коснулась губами шрама.

Киран замер.

— Прости, Ярсег, — промурчала она, обвивая Кирана руками сзади и прижимаясь щекой к его плечу. Киран громко сглотнул, натягивая на лицо улыбку и пытаясь скрыть нервную дрожь. — Я правда не сообразила, что сработает маячок… Просила его все сильнее… и сильнее. Я такая глупая…

То, каким голосом она это говорила, в других обстоятельствах могло бы рассмешить Кирана до колик. Она явно переигрывала. Худшая актриса, которую он знал.

Но это ее проклятое “просила его все сильнее”... И ее грудь, прижавшаяся к его спине. И её ладони, водящие по его животу…

Черт бы тебя побрал, Инри.

Он развел руками, улыбаясь Ярсегу.

— Ни одного пострадавшего, как видишь. Только удовлетворённые.

Крис тихо хихикнула, пряча лицо за спиной Кирана и утыкаясь носом в его шею.

— Ох, Кин, — Ярсег выдохнул, обнажая в широкой улыбке ряд ровных, идеально белых зубов. — А ты прямо герой-любовник, я посмотрю! Играешь сразу на две команды?

Он шутливо погрозил пальцем.

Киран поморщился, одним взглядом показывая Ярсу, что не стоит обсуждать Эйлу при Крис — но тот, кажется, посыла не уловил.

— Утром кураторша, ночью напарница, — Ярс мерзко смеялся, качая головой и вбивая что-то в планшет. — Понимаю, горячий пыл Нельтовской любви нелегко остудить. Вот за что вас так обожают женщины.

Киран почувствовал, как Крис отстранилась. Схватил было ее ускользающие пальцы — но она уже отдернула руки, оставив ему только память тепла своей кожи.

Ярсег присел, делая несколько фото комнаты в разных ракурсах.

— Прости, что пришлось ехать из-за такой ерунды, — поморщился Киран.

Куратор растянул губы, оборачиваясь, но глаза его не улыбались: два черных озерца оставались беспристрастно холодными.

— Это моя работа, Кин. Не волнуйся об этом. В отчёте не упомяну ничего, что может… — он перевел взгляд за спину Кирана, и тот невольно отклонился, прикрывая Инри собой. —Ничего, что повлияет на твою репутацию.

— Спасибо, — Киран громко выдохнул, изображая облегчение. — Ещё раз прости, Ярс.

Ярсег кивнул, ещё немного пощелкал в планшете, и, когда наконец пошел к выходу, Киран поднялся, чтобы его проводить.

— Развлекайтесь, — сладко улыбнулся куратор, уже стоя в дверях. — Только, Кин. Не более трёх баллов по шкале, договорились? Не хочу всю ночь дежурить под вашими окнами.

— Да, — из горла Кирана вырвался нервный смешок. — Да, Ярс. Конечно. Спасибо, старина.

Он заставил себя одобрительно похлопать Ярсега по плечу — так, как похлопал бы, испытывай он к нему и в самом деле хотя бы толику тех чувств, которые изображал. Куратор улыбнулся, кивнул, отсалютовал Крис на прощание и растворился в темноте коридора.

Захлопнув дверь, Киран прижался к ней и откинул голову назад, закатывая глаза к потолку.

— Святые!

— Завожусь от… разрушения? — Крис скинула одеяло и натянула пижаму, спрятав голые плечи. — И он на это купился? Поверить не могу.

— Нельзя было не поверить. Ты была прекрасна, — рассмеялся Киран. — Игра, достойная “Сельви”.

— И что это? Приз за худшую женскую роль второго плана? — в ее глазах сверкнуло что-то острое, ледяное, что-то, что на секунду сделало ее похожей на Лару Беллс. Та почти так же смотрела на Кирана, когда он сделал Крис предложение.

— Нет, — Киран широко улыбался, надеясь, что Крис не сдержится и наконец улыбнется в ответ. Все ведь позади! Они справились! Она спасла его задницу!

Ну почему, почему она смотрит на него вот так?!

— “Сельви” достается за лучшую главную роль.

Она встала с кровати и двинулась к дверям, явно намереваясь уйти.

— Я поменял куратора из-за утраты доверия, — сказал Киран прежде, чем Крис успела взяться за ручку. — Эл решила обойти меня своим заявлением. “Утрата доверия” — слишком серьезная причина. Куча разборок. Комиссий. Возможно, она бы лишилась работы.

Крис молчала, поджимая губы. Она не смотрела на него. Так и стояла, уставившись в дверь, словно что-то на ней читала.

— Я понимаю, почему она так сделала. Почему указала такую причину. Но мы с ней… Мы не встречаемся. Давно.

— Почему ты оправдываешься передо мной? — Крис подняла на него взгляд прищуренных, обвиняющих глаз. — Думаешь, мне это важно? Я твоя напарница, Киран. Плевать мне на твои личные дела, ясно?

— Я не оправдываюсь. Просто хочу быть с тобой честным. Как ты и просила.

Она отвернулась и быстро вышла.

Дверь закрылась, и Киран остался один в пустой, осиротевшей комнате, полной следов его бестолкового разрушения. В комнате, в которой наконец наступила оглушающая, привычная тишина.

***

Он оделся, сел на кровать и долго смотрел в пустоту, не решаясь залезть под одеяло. Оно все ещё хранило её тепло.

Раздался стук, и Киран вздрогнул. Кого ещё могло принести в такой час?!

— Крис?

— Пропусти, — она держала в руках две огромные подушки. Толкнула его назад в комнату и деловито вошла следом.

— Какого черта…

— Ты же свои испоганил, — она умостила подушки в изголовье и забралась на кровать с ногами. Расправила одеяло, и, накрывшись, подвинулась и похлопала по простыне рядом с собой.

— Это…что?

— А на что похоже? — Крис смотрела на него, как на глупого щенка, который все никак не может освоить простую команду.

— Ты собралась спать здесь?

— Угу. Хотела дать тебе свои успокоительные, но ты уже на таблетках Джера, и я понятия не имею, как они будут работать вместе. Так что… О, ну давай, Киран, не смотри так на меня. Нужно обниматься, чтобы началась выработка окситоцина. Это снижает тревожность.

— Обни…маться, — глупо повторил он, все ещё стоя у входа и бестолково моргая.

Крис рассмеялась, снова хлопая по постели.

— Обниматься. Святые, да что с тобой?

— Крис, ты совсем дура? Мы не можем… вот так. Это не работает так просто. Если мне снова что-то приснится, я… Я могу тебя…

— Не сможешь, — упрямо ответила она, садясь и обнимая колени. — Я буду рядом и тебя успокою. В этом и смысл, разве не ясно? Киран, ну хватит. Я не собираюсь изображать твою любовницу перед Ярсегом до утра. Да и если всплеск случится снова, в эту же байку второй раз он вряд ли поверит.

Киран провел по лицу ладонью, тяжело выдыхая. Ри прогорела. Пальцы легонько покалывало. Он не был уверен, что будет способен хоть на один крос в ближайшие десять часов.

Можно сдаться. Совсем ненадолго.

Если ей так нравится его спасать, он готов сделать вид, что это и вправду работает.

— Тогда двигайся, — буркнул он. — Я не собираюсь спать на краю.

— Ну и пожалуйста, — она фыркнула, отодвигаясь от стены. Киран щёлкнул выключателем и на ощупь пробрался на место. И едва очутился под одеялом, как Инри прижалась к нему всем телом, выдыхая так блаженно, будто ждала этого всю свою жизнь. Горячая ладонь скользнула по его спине.

— Давай, — она дернула плечом, призывая его закинуть на себя руку. Киран несмело повиновался и в свою очередь провел ладонью по ее спине. Замер, громко сглотнув и зарывшись носом в мягкие светлые волосы.

— И сколько… сколько надо так лежать? — голос стал хриплым и тихим.

— Окситоцин начинает вырабатываться только с двадцатой секунды. Ты знал? Так что чем дольше, тем лучше.

— Мммм.

Тишина. Оглушающая тишина, в которой слишком отчётливо слышно, как колотится его сердце. Нужно что-то сказать. Какую-то нелепую шутку, первую пришедшую в голову чушь… Лишь бы не было так тихо.

Лишь бы не слышать так отчётливо ее дыхание у своей груди.

— Святые, Инри. Ты ведь делаешь это ради себя, а не для меня, я прав? — обнял ее крепче, прижимая к себе. Слишком явственно ощущая ее тело сквозь тонкую ткань пижамы. — Под таким идиотским предлогом в мою постель ещё не запрыгивали.

— Если ты думаешь, что сможешь прогнать меня своими похабными шуточками, то даже не начинай. Я не уйду.

— Разве похоже, что я шучу? — тихо рассмеялся, поглаживая ее по волосам. — Просто признайся, Инри, тебе это нравится.

— Мне нравится только мысль о том, что однажды я вырву тебе язык.

— Ты в восторге от моего тела.

— Было бы, чем восторгаться. И вообще, своими восторгами размахивал тут только ты.

— Это была разовая акция. Знаешь ли, члену тяжело объяснить, что мои эрогенные зоны трогает какая-то страшненькая девчонка.

— Так значит я страшненькая? — подняла голову, немного отстранившись.

Киран привык к темноте и почти мог разглядеть выражение ее лица. Ни надутых губ, ни сдвинутых бровей. Нет, она не выглядела обиженной.

Она ухмылялась.

— Инри, если бы существовал конкурс “Анти-мисс Ангерада”, ты бы уверенно заняла там первое место.

Ее рука легла ему на плечо. Скользнула к шее — и, прежде, чем он успел что-то сказать, проворно пробежала до затылка. Пальцы запутались в волосах, нежно лаская. Постыдная волна возбуждения не заставила себя ждать, и Киран невольно прикрыл глаза, судорожно вздыхая.

— Посмотри мне в глаза и повтори это, — Крис сказала это почти шепотом, и в голосе явно слышалась довольная улыбка победительницы.

— Это против правил, Инри, — почти простонал Киран, ощущая, как бедра Крис прижимаются к натянувшейся ткани его пижамных штанов.

— Фу, — рассмеялась она, отпуская его и отстраняясь. — У тебя и вправду рефлексы, как у псины!

— Я тебя сейчас выгоню, — выдохнул он. Тело пронизывала сладкая дрожь, и ему пришлось сделать усилие над собой, чтобы лечь как можно дальше от Инри. От запаха ее волос и тепла ее тела кружилась голова.

— Не выгонишь.

— Прилипала.

— Заткнись и спи, Киран. Только не тыкай в меня больше этой штукой.

— Мффф. Это скоро пройдет.

— Скоро?

— Мгм.

Они снова сплелись в объятиях и закрыли глаза. Киран пытался думать о чем угодно: о работе, о чипе, о проклятом кураторе, о доме, о сестрах и об отце…

Но сколько бы ни пытался, все мысли неизбежно ускользали, стоило только Крис неловко пошевелиться в его объятиях или что-то недовольно буркнуть сквозь сон. Он гладил ее спину, плечо, перебирал ее волосы, дышал ее запахом, касался губами её челки и неизбежно улыбался.

Она спала.

Его Инри в его постели.

Он не хотел больше думать ни о чем, кроме этого факта.

Сквозь приоткрытые шторы мягко пробивались розоватые лучи раннего сентябрьского солнца. Когда Киран уснул, маленькую теплую спальню медленно затопил рассвет.

***

Лучше бы ему снились кошмары.

Она приходила в его рваные сны — снова и снова, меняя локации, позы, фразы и жесты, но каждый раз неизменно лаская его. Раз за разом притягивала его к себе, жадно целуя, горячо спускаясь вниз по его шее, прикусывая кожу, опаляя своим дыханием. По-хозяйски обхватывала его, с улыбкой наблюдая за его реакцией из под полуприкрытых век, явно наслаждаясь каждым его нечаянным стоном. Киран касался ее несмело, робко, боясь нарушить хрупкое равновесие сна — он не осознавал этого до конца, но чувствовал, что ткань этой сладкой реальности может рассыпаться от одного только неправильного движения. От одного только слова, как только оно сорвётся с его губ. Нет. Лучше молчать. Лучше дышать этим сном, ее земляничным запахом, ароматом нагретого на солнце летнего поля, смешанным с дурманящими нотками её пота. Дышать ее теплым дыханием.

Да, Крис. Пожалуйста. Сделай это со мной.

Ещё. Ещё. Ещё.

Он выгибался под ее настойчивыми руками, под жаром её влажных губ, и каждый раз, когда она приникала к его щеке, целуя его шрам нежно и бережно, он почти что умирал, вонзаясь в ее бедра, погружаясь в нее так сильно, что Крис вскрикивала. Но не отступала. Она прижималась к нему сильнее, всем своим хрупким, горящим от желания телом, и капельки пота, проступавшие на ее висках, казались такими ощутимыми, такими реальными, что все это не могло, просто не могло быть всего лишь…

Сном.

Киран проснулся, тяжело дыша, и ещё несколько минут лежал, не в силах пошевелиться. Тело все ещё было напряжено. Все ещё ощущало реальность увиденного. Словно он и в самом деле только что…

Он поморгал, расклеивая слипшиеся ресницы. Комната была залита ярким дневным светом, и на этом свету бледная кожа Крис под его рукой казалась почти фарфоровой. Нет. Она не фарфоровая. Очень даже мягкая.

Тёплая.

Настоящая.

Крис лежала спиной к нему, на подушке, под которую он засунул правую руку. Левая покоилась на ее голом боку — пижама задралась, обнажая белую полоску нежной кожи. Киран был прижат к стене, и даже если бы захотел повернуться на спину, если бы захотел отодвинуться подальше, он бы не смог.

Но он не хотел.

Уткнулся носом в её волосы и прикрыл глаза. Крис сонно заворочалась, подаваясь назад, ещё ближе к нему, и его рука соскользнула на ее живот. Ее бедра вжались в него, и Киран сдавленно выдохнул, едва сдерживаясь, чтобы не шевельнуться навстречу. Он позволил себе только мягко провести по ее животу ладонью. Сказал себе, что просто хочет запомнить это ощущение. Просто хочет… Распробовать его. Насладиться один только раз и засунуть подальше в свой маленький темный тайник.

Возбуждение не спадало. Наоборот, только усиливалось, становясь все более мучительным и постыдным. Но Киран готов был терпеть эту пытку вечность. Все происходящее — ужасная ночь, всплески, сны, Инри в его постели — все это было неправильным. Абсолютно неправильным. Но черт возьми…

Пусть она спит.

Пусть она ещё поспит вот так, с ним рядом. Как будто это естественно. Как будто это по-настоящему.

Как будто это то, что должно быть между ними всегда.

Киран глубоко вдохнул, впитывая ее запах. Даже когда она уйдет, его постель будет пахнуть ей.

Его пальцы чуть сжались на ее животе и легонько скользнули вверх, минуя пупок, касаясь тонких ребер, снова поглаживая — нежно и осторожно. Крис причмокнула во сне, шевельнула ногами, сгребая под себя одеяло, и Киран замер, прикусывая губы от того нечаянного трения, что она создавала своей возней. Сердце разгонялось в груди все все сильней, разнося по телу кипящую кровь с утроенной силой.

Лицо горело. Интересно, теперь его щеки такие же алые, какими бывают щеки Крис, когда ему удается смутить ее очередной дурацкой шуточкой? Киран улыбнулся, касаясь губами её макушки. Ему хотелось покрыть поцелуями ее всю. Хотелось скользнуть вниз по ее затылку, поцеловать шею, плечи, проложить дорожку вдоль тонкого позвонка. Спуститься к ягодицам, облизать ее бедра, расцеловать узкие щиколотки…

Где-то на столике телефон заурчал трескучей вибрацией. Киран вздрогнул, распахивая глаза, и с дрожащим сердцем убрал руку с живота Крис. Качнул в воздухе двумя пальцами, серебряной волной притяжения подхватывая телефон. Торопливо щёлкнул кнопку, и, не отрывая настороженного взгляда от Крис — только бы не проснулась! — приложил трубку к уху и хрипло прошептал:

— Киран Кин.

Крис, кажется, спала слишком крепко. Ни вибрация, ни шепот не смогли её разбудить. Номер был незнаком, но Киран узнал голос Эйлы с первого слова.

— Кажется, у него нет алиби.

— М?

— Пятнадцатое августа. Я проверила. Он должен был быть со своим подопечным, но сказался больным и вызвал замену. Родственников у него нет. Живёт один. Вряд ли кто-то сможет подтвердить, что он и вправду остался дома.

— Да ты прямо детектив, — шепнул Киран с тихой усмешкой.

— Это мало что значит, но все же… Кажется, это стоит знать полиции.

Киран вытянул руку из-под подушки Крис и приподнялся на локте.

— Что именно?

— Все. Что ты слил расписание. Что за мной следили. Что у Ярсега нет алиби, и что он… О, Киран. Если бы ты не сжёг маячок, может, удалось бы узнать больше, куда больше…

— Нет, — перебил ее Киран. — Подожди.

Слил расписание.

Его прошиб холодный пот от мысли, что его безалаберность всплывёт перед Рэдом. А он узнает. Если Эйла все сдаст детективам, они снова приедут с расспросами — и Рэд непременно узнает.

Какими бы привилегиями ни пользовался Киран, подобного ему не простят. Это не оплошность. Не промах. Это гребаная дыра в безопасности, которую он создал собственными руками!

— Подожди, Эл, — прошептал Киран, рассеянно перебирая под пальцами волосы Крис, растрепавшиеся по подушке. — Дай мне ещё немного времени. Я во всем разберусь сам, хорошо?

Эйла недовольно вздохнула. Помолчала, словно выжидая его объяснений. В трубке раздавался раздражающий, повторяющийся звук, похожий на пощелкивание авторучки.

— Эл… — Киран тихо выдохнул, пальцем играя с локоном Крис. — Я ведь помог тебе. Сделай ответное одолжение.

— Помог?...

— Я ведь не стал оспаривать причину. Хотя мог бы.

Эйла расхохоталась.

— Да что ты? В самом деле? Какое мягкосердечие! Если ты не помнишь, Кин, то это по твоей воле я осталась не у дел! Знаешь, как мне теперь будет сложно вернуться обратно? Даже по девиантным… Святые, да за каждым моим шагом будут следить ещё месяц! Ме-сяц! С ума сойти!

Киран тихо рассмеялся.

— Вот уж и вправду. Настоящий кошмар. Даже представить себе не могу, как это ужасно.

Эйла осеклась и замолчала. Как будто только сейчас, после насмешки Кирана, осознала, как глупо звучат ее жалобы для человека, которому отслеживающий чип буквально зашит под кожу.

— Эл… — выждав паузу, снова позвал её Киран. — Я смогу все уладить. Сам. Ты веришь мне?

Эйла снова защелкала ручкой.

— Что ты собираешься делать?

— У меня есть план. Выведу его на чистую воду. Если он Нельт, который умудряется это скрывать, это станет главным доказательством. Все остальное… Будет не так уж и важно.

— Киран, мы… Мы буквально скрываем улики, — голос Эйлы дрогнул.

— Не скрываем. Немного не договариваем.

Эйла печально усмехнулась. На следующей фразе голос ее упал, став безжизненно тихим.

— Я… Я беспокоюсь о тебе, Киран. Если все это не просто паранойя… Если он и в самом деле тот… Знаешь, его предыдущий подопечный погиб. Через день после того, как ты подал заявление.

Киран промолчал, наблюдая, как Крис тихонько ворочается во сне. Прижал телефон плечом, освобождая руку, и подтянул одеяло, накидывая на её плечо.

— На месте сработал маячок, и официально это несчастный случай. Неудачно отражённый крос. Но… Я уже не знаю, верить ли в такие совпадения, — Эйла тяжело вздохнула. — Киран? Ты еще здесь?

— М-ммм.

— Я боюсь… Мне кажется, ты в опасности.

— Я всегда в опасности, Эл, — отозвался Киран. — Это моя работа.

Она помолчала, прежде чем снова щёлкнуть ручкой и сказать:

— Удачи, Кин.

Киран ничего не ответил. Связь разорвалась.

Он сунул телефон под подушку, заблокировав, и торопливо заполз под одеяло к Крис. Прижал ее крепче к себе, облегчённо выдыхая от своей тихой и странной радости. Она все ещё не проснулась. Он все ещё может понежиться вот так, обнимая её, делая вид, что мир за границами этой комнаты просто не существует. Ни Эйла, ни Ярсег, ни Рэд, ни СКБН и полиция — ничего не волновало, ничто не казалось важным, пока Крис была здесь. Тёплая, сонная и живая.

От чувства, захватившего сердце, стало почти что больно. Киран нежно провел ладонью по животу Крис и утонул носом в ее волосах.

День был в самом разгаре. В их графике по расписанию была тренировка. Киран сам выставил её накануне.

Да. Тренировка в обнимку в его постели.

Лучшая тренировка на свете.

***

Крис проснулась, с трудом соображая, где находится. Комната будто была её, но пахло здесь по-особенному. Теплым деревом. Апельсином. Горьковатым, немного терпким, не находящим названия запахом.

И теплом.

Его теплом.

Крис развернулась в объятиях Кирана. Сонное сознание по кусочкам собирало минувшую ночь. Его всплеск. Его боль. Ванная. Его обнаженное тело и шрам на плече.

Она осторожно провела пальцами по его щеке, убирая упавшие на лицо пряди. Ресницы Кирана тихо дрогнули, но глаза не открылись.

Он спал.

Такой беззащитный, такой невинный во сне! Крис не отнимала руки, не в силах перестать касаться его. Медленно провела вниз по щеке, коснулась подбородка, чуть колкого от пробивающейся щетины. Палец поднялся и замер в каком-то миллиметре от его губ. Проснется? Почувствует? Конечно, почувствует. Крис задержала дыхание, двигаясь ближе. Киран сонно заворочался, сжимая руку на ее спине, притягивая Крис к себе — властно, как будто всегда имел на это право. И Крис уткнулась в его шею, сбивчиво дыша от нахлынувшего жара, чувствуя, как пульсирует кожа, как внизу живота становится влажно и горячо. Киран дышал ровно и глубоко. Её нечаянные движения не могли потревожить его сна.

Наоборот. С ней он был спокоен.

Крис улыбнулась, с торжеством признавая это открытие. Она не знала, почему такой силой обладает для него, не знала, в чем именно таится этот секрет — но отчётливо видела связь. Её объятия заставляли его забыть обо всём. Что бы с ним ни происходило, она могла его успокоить.

И что бы ни говорил Киран, как бы ни кусался, как бы не пытался вывернуть все наизнанку — его действия шли вразрез с любыми его колкостями. Его тело говорило красноречивее его похабного языка. Оно говорило о нежности.

Говорило так честно, что Крис хотелось общаться с ним только на этом немом языке.

Где-то под подушкой завибрировало, и Крис, вздрогнув, приподнялась на локте. Чуть отодвинулась от Кирана, вытащила его телефон и с недоумением уставилась на экран.

Номер неизвестен.

Три новых сообщения, но без разблокировки Крис могла прочитать только последнее, что высвечивалось в шторке уведомлений.

15:22

Пиши на этот номер, ладно? Его больше никто не знает. Это только для нас двоих.

Крис замерла. Дыхание сперло. Сердце застучало в ушах, но теперь этот стук был вовсе не радостным. Ей не пришлось гадать, кто был отправителем: Киран рассказал, что недавно уничтожил личный телефон Эйлы. Конечно же, теперь она завела новый.

Только для нас двоих.

Киран зашевелился, зажмурился, поднял руку, чтобы протереть глаза — и Крис воспользовалась этой секундой, чтобы быстро спрятать телефон обратно под подушку.

— Доброе утро, — хрипло пробормотал он и улыбнулся. — Инри.

— Мы проспали, — дрожащим голосом ответила Крис. — Вставай.

— Мммммф. По графику только тренировка, Крис, — он потянул ее за край пижамы, вынуждая снова упасть на подушки рядом с ним. — Я устанавливаю правила, забыла? Сегодня тренировка прямо здесь.

— Иди к черту! — вспылила она, гневно скидывая с себя его руку, которая уже было обвила её талию.

Киран недоуменно заморгал,приподнимаясь на локтях. Её реакция живо вывела его из сонного, блаженного полузабытья.

— Да что с тобой? — он нахмурился, наблюдая за тем, как Крис поднимается с кровати и яростно стаскивает подушку.

— Вторая тоже моя, — процедила она. — Отдавай.

Киран не шелохнулся. Только приподнял бровь, выжидая объяснений.

— Я что-то сделал? Я… Крис, я что-то сделал во сне?

Крис злобно дернула подушку из-под его локтя.

— Крис?

— Ничего ты не сделал! — дернула ещё раз, с такой силой и отчаянием, что Кирану все же пришлось отступить, чтобы подушка не порвалась — ткань слишком жалобно скрипела под ее напором.

— Так какого черта происходит?!

— Никакого черта! — она сжала трясущиеся руки, обнимая подушки. — Про субординацию что-нибудь слышал? Тренировки в постели!

— Да я же пошутил, святые, — Киран нервно рассмеялся, словно все ещё не верил в происходящее. — Крис, я не собирался…

— Достали твои намеки, — Крис попятилась, чувствуя, как все лицо заливается краской. — Достало твое лицемерие! Достало твое… Иди к черту, Кин, ясно? Просто иди к черту!

Она понеслась к двери. Слышала, как он зовёт её, как причитает, возмущаясь: “Если бы хотел нарушить субординацию, ты бы проснулась с моим языком между ног”. Но к счастью, он не поднялся с кровати. Не побежал, чтобы ее остановить. Крис вылетела в коридор, и, войдя в свою комнату, прислонилась к двери и уткнулась лицом в подушки, душа подступающие к горлу рыдания.

Все его отговорки не имели значения. Потому что он оправдывался вовсе не в том, в чем она на самом деле хотела бы его обвинить.

Только для нас двоих.

Крис хотела бы обвинить его. Высказать свою обиду, плеснуть жгучим ядом ревности ему в лицо.

Но она все ещё была никем для него.

Она все ещё не имела на это никакого права.

***

— Сцена будет защищена очень плотно. Почти все привезут своих Инри, плюс ещё охрана организаторов. Но Нельтов на зал у них маловато, — Рэд задумчиво постучал стилусом по столу. — Предлагают задействовать наших. Кин, ты меня слышишь? Кин! Кто-нибудь, снимите с него наушники.

Армони, сидящая за длинным обеденным столом по правую руку от Кирана, стащила с него наушники и была тут же награждена обиженной гримасой.

— Что за идиотская привычка у тебя появилась? Постоянно в них!

— Мне вредно испытывать стресс, — буркнул Киран. — А ты меня в него вгоняешь.

— С каких это пор мы такие нежные? — Армони сморщилась, недоверчиво на него покосившись.

— Это мозгоправ прописал, ясно? — он забрал наушники из ее рук. — Помогает расслабиться.

— Пффффф, — Армони рассмеялась. — Да-да, мозгоправ. Я все ещё общаюсь с Мэг, знаешь ли. Две сессии из десяти, серьезно?

— Но она же поставила отметочку в мой дневничок, — ухмыльнулся Киран.

— Ага, знаю я, как ты добываешь такие отметочки, — едко отозвалась Армони.

Крис, сидящая за столом по другую сторону от них, подарила Кирану уничтожающий взгляд. Две сессии из десяти? Добывает отметочки? И как же, интересно, он заставил психотерапевта подписать разрешение на его дальнейшую работу в сопровождении? Впрочем, ей не пришлось долго гадать. Подсознание тут же услужливо подкинуло несколько сцен из вчерашней ночи — они встали перед глазами так красочно, что Крис пришлось стыдливо спрятать пылающее лицо в горловину свитера.

Киран мог сыграть на чувствах кого угодно. Плевать на статусы и роли. У него вообще не было принципов. И стыда. И совести.

— Кин, ты слышал, что я только что сказал? Пойдешь работать в зале, — Крис уцепилась за голос Рэда, пытаясь отвлечься от идиотских мыслей.

— Пусть нормально проверяют на входе, и в зале им никто не понадобится, — раздражённо ответил Киран, быстро щёлкая что-то в телефоне и не поднимая глаз на Рэда.

— Надбавка за специализацию обговаривается отдельно, — уточнил Рэд.

Киран вскинул голову и отложил телефон.

— Сто лет не был на фестивалях зрителем! Смерть как соскучился по работе в зале.

Рэд только хмыкнул, заметив его лживую улыбочку.

— Зен тоже согласился. Значит берешь Спаркс и втроём идете в зал.

Крис поерзала на стуле, не решаясь задавать вопросы. Работать в зале? Неужели им полагалось ходить среди народа и выискивать следы возможной Нельт? Она перевела было взгляд на Кирана, но тут же отвернулась, все ещё съедаемая обидой. Лучше уж обратиться за объяснениями к Зену! Тем более, что он наверняка не станет подтрунивать над ней, даже если вопрос и покажется ему невероятно глупым.

— Втроём? — переспросил Киран.

— А я не достаточно внятно выразился? — нахмурился Рэд.

— Дай Зену кого-то в пару, — отозвался Киран, снова утыкаясь в телефон. — Спаркс будет только со мной.

Рэд так тяжело посмотрел на Кирана, что Крис невольно спряталась в воротник ещё глубже.

— Зену не нужна пара. Он универсальный игрок. Прикроет вас обоих, если потребуется.

— Ага. Универсальный танцор, — криво улыбнулся Киран.

— И когда ты стал такой язвой? — шикнула Армони.

— Всегда был, милая, — сладко улыбнулся Киран в ответ.

***

Крис задерживалась. Киран понятия не имел, что она могла делать в своей комнате так долго — и он, и Зен уже спустились вниз и ждали у машины, и, наверное, прошло битых полчаса, с тех пор, как Инри заверила, что ей понадобится “ещё ровно десять минут”. Они не рисковали опоздать на фестиваль — все равно по плану выезд был задолго до начала, но Киран все же начинал нервничать, и Ри, беспокойно плескавшаяся на кончиках пальцев, начинала неприятно покалывать, грозясь сорваться в любой момент. Киран тяжело вздохнул, запрокидывая голову и щурясь на солнце — непривычно яркое и даже, пожалуй, слишком жаркое для середины сентября.

— Киран, — позвал Зен из машины. Он сидел на заднем сиденье, открыв дверь и вытащив наружу длинные ноги, обтянутые кожаными брюками. Тяжёлые черные ботинки в сочетании с ворохом цепочек, что болтались у Зена на шее, придавали ему вид подростка-неформала, что вполне подходило для его сегодняшней роли. Киран мельком взглянул на свои потёртые кроссовки, черные джинсы и футболку. Если уж одежда, в которой он ездил к матери Крис на Фриверан, не подходила для фестиваля, то он не знал, что ещё из его гардероба могло бы туда сгодиться.

— Можно спросить? — Зен взъерошил щегольскую темную челку, откидывая ее на бок.

— Валяй.

— Вы с Крис встречаетесь?

Киран перестал стучать носком кроссовка по ступеньке и несколько секунд молчал, внимательно глядя на Зена.

— Нет.

— Ууух, — Зен улыбнулся, выдыхая. — Ладно. Ладно. Хорошо. А то я уже наслушался от Армони всякого. Думал, ты меня сегодня убьешь.

Киран приподнял бровь в немом вопросе. Зен нервно рассмеялся.

— Ну-у. После той тренировки.

Вот оно что. Зен и сам признавал, что эти занятия выглядели слишком неоднозначно. В общем-то… Не выглядели. Они и были неоднозначными.

Зен никогда не учил своим танцам кого-то, с кем не собирался переспать.

Киран засунул руки в карманы, чтобы Зен не видел, как крепко сжимаются кулаки.

— О! А вот и она! — Зен вышел из машины и широко заулыбался, обращая взор к лестнице за спиной Кирана.

Киран обернулся и на секунду потерял дар речи.

Но лишь на секунду.

— Ты пойдешь в этом? — сморщился он, когда Крис, одетая в джемпер с целомудренным вырезом и в ультракороткие, слишком обтягивающие, весьма не целомудренные шорты, спустилась вниз, встав с ним почти вровень. Киран быстро скользнул взглядом по ее ногам, облаченным в колготки в сеточку. Финальный аккорд — тяжёлые кожаные ботинки — очень сильно напоминали миниатюрную копию обуви Зена.

— Что? — Крис недоуменно осмотрела себя и чуть покрутилась перед Кираном, словно перед зеркалом. — Самый подходящий наряд для фестиваля, который только смогла найти. Не нравится?

— Жалею, что ослеп только на один глаз, а не на оба, — простонал Киран, отворачиваясь и идя к машине. Уже за спиной услышал возглас Зена:

— Воу! Кристоль Спаркс? Это и правда вы? Выглядите сногсшибательно!

Смех Крис. Киран легко представил, как она смущённо прижимает ладошку к лицу, скрывая дрожащий кончик носа.

— Ты опять переходишь на “Вы”?

— Каждый раз, когда теряюсь при виде вас. Тебя. Прости, — Зен смеялся, и Киран, сев в машину, тяжело выдохнул и потянулся к бардачку, забитому сладостями на всю поездку.

Да, они определенно понадобятся. Поездка будет долгой. Пристегните ремни.

***

— …рад поработать с тобой. Где ещё можно так хорошо узнать друг друга, как не в рабочей обстановке?

Киран время от времени бросал взгляд в зеркало заднего вида, следя за движениями Крис. Чем больше ворковал Зен, тем чаще она улыбалась.

Улыбалась так счастливо, что у Кирана ныло в груди. Он с трудом мог вспомнить, когда в последний раз Крис вот так широко и открыто улыбалась ему.

— Я знаю ещё один способ быстро друг друга узнать, — Крис прищурилась, озорно улыбаясь.

— “Я тебя знаю”? — уточнил Зен, и Крис хлопнула в ладоши.

— Ага!

— Я… — Зен нервно рассмеялся. — Не то чтобы фанатею от разрядов током.

Крис покачала головой.

— Нет, я знаю другую версию. На поцелуи.

— Поцелуи?...

Киран хлопнул крышкой бардачка, гневно разломал шоколадную плитку и закинул кусочек в рот. Хотелось включить музыку на весь салон — так громко, чтобы заглушить идиотские смешки на заднем сидении. Но это было бы чересчур.

Если его Нельт развернется во всей красе прямо в салоне, то он не только может подвергнуть всех опасности. Он может дать понять Крис, что его бесит каждое случайное прикосновение ее почти голой коленки к ноге Зена. И Киран уже понятия не имел, какого из последствий он боялся больше.

Он не просто должен был задавить в себе всплеск — он должен был убедить себя, что вообще не имеет никаких чувств. Должен был убедить себя, что ревность не имеет смысла, что Крис — просто напарница, которая исчезнет из его жизни так же быстро, как и появилась. Короткая вспышка, сгорающий метеор в августовском небе.

Мир скоро рухнет. Киран исчезнет. Нет, это он окажется метеором для неё — она останется, чтобы жить. Останется, чтобы вот так вот смеяться.

Останется, чтобы кого-то любить.

Кого-то…

Но только не Зена.

Слащавый ублюдок никак не подходил на эту роль.

— …Эти правила мне больше по душе, — тем временем смеялся Зен. — Так я получу поцелуй, если угадаю даже самую маленькую деталь о тебе?

— Если предположишь сразу много, но хоть одна деталь не совпадает, то получишь щелбан, — улыбалась в ответ Крис. — Только давай без очевидного, ладно? Без упоминаний того, что мы и так друг о друге знаем наверняка.

— Хммм. Ладно. Тогда предположение чистой воды. Ты — очень творческая натура.

Крис захихикала.

— Почему ты так решил?

— По твоему танцу. Не многие смогли бы с первого раза освоить мою технику. Она требует живого, творческого ума.

Киран увидел в зеркале, как Крис тянется к щеке Зена, и тут же вцепился взглядом в дорогу. В груди горело, и огонь слишком быстро передавался рукам. Не глядя потянулся за шоколадкой и запихнул в рот ещё кусочек.

— Ммммм, ладно, моя очередь. Ты… — она прищурилась, задумчиво рассматривая татуировки Зена. — Ты очень стойко переносишь боль.

Зен легонько щёлкнул её по носу.

— Я же сказал, что боюсь даже мааааленьких разрядов тока. Могла бы и догадаться.

— Как ты вытерпел столько сидеть под иглой?

— О, Крис, за хорошую плату Вэлли и ногу отнимут так, что ты и не заметишь.

Они предполагали ещё и ещё. Всякую ерунду — Киран почти не слушал, лавируя в потоке авто. Старался не слушать. Но время от времени до него доносился этот мерзкий звук — губы касались щеки с характерным причмокиванием, и Киран на автомате прибавлял скорость, желая побыстрее вырваться из этой пыточной камеры.

— О, святые. Ты беспощадна, — наконец выдал Зен, потирая лоб после щелчков Крис.

— Что? Загнан в угол? — Крис склонила голову набок, прищурившись.

— Киран, — жалобно позвал Зен. — Помоги! Ты наверняка знаешь что-то ещё. Я не вытерплю, если она снова меня ударит.

— Она фанатка Астеля. Любит нежных и светлых мальчиков, — отозвался Киран, не задумываясь. — А такие, как ты, не в ее вкусе.

— Эй! Это не считается! — Крис подскочила на месте, как ужаленная. — Это твое предположение, а не его!

— Ну так поцелуй меня вместо него, — криво улыбнулся Киран. — Это же правда.

— Ты вне игры! Заткнись и смотри на дорогу!

Киран сжал пальцы на руле, с трудом успокаивая огонь, плещущийся в ладонях. Он пытался вспомнить что-то хорошее. Подумать о чем-то приятном.

Но все, что приходило на ум — вчерашняя Крис, что вплетала пальцы в его влажные волосы, стоя к нему так близко, что её ноги почти что тёрлись о его возбуждённую плоть.

Ее ноги. Сейчас они затянуты в эти дурацкие колготки, которые он бы с радостью на ней порвал.

Черт возьми!

И почему он не может думать о чем-то по-настоящему хорошем? О чем-то нормальном?

“Но ведь ты не нормальный”, — пронеслись в голове слова Крис.

— Ты хочешь воспользоваться его подсказкой? Учти, она может быть неправдивой. Если что… То щелбан достанется тебе, а не ему, — мирно поясняла Крис Зену.

— Я, пожалуй, откину часть его предположения, — помедлив, ответил Зен. — Ты… фанатка Астеля. Насчёт того, что я не в твоём вкусе, предполагать не стану. Если это окажется правдой, это будет слишком больно. Больнее, чем щелбан.

Крис улыбнулась и коснулась губами его щеки. Киран увидел, как довольно жмурится Зен, и в ту же секунду приборная панель пошла трещиной, а радио включилось само собой и сошло с ума, истерично прыгая с волны на волну.

Киран раздражённо ударил по кнопке выключения и снова бросил взгляд в зеркало.

Двое на заднем сидении смотрели друг на друга и улыбались.

И, кажется, больше не замечали ничего.

***

Едва они пересекли пост охраны, Киран схватил Крис за руку и потащил как можно дальше от Зена, бросив только короткое:

— Разделимся.

Они понеслись ко второму входу через длинный коридор, и Крис, едва поспевая за его шагом, несколько раз дернулась в попытке вырваться, но Киран только сжал руку сильнее.

— Почему мы не пойдем с ним?!

— Он же универсальный игрок, — Киран раздраженно повел плечами. — Сам справится. Ты нужна мне, а не ему.

Каждый раз, когда он говорил что-то такое… “Моя Инри”... “Ты нужна мне”... Он говорил это так естественно, как будто это была истина, прописанная в древних скрижалях. Как будто ни у кого не должно было возникнуть сомнения в том, что Крис принадлежала только ему. Как будто это было чем-то большим, давно было чем-то большим, чем желание старшего напарника контролировать подопечную. И каждый гребаный раз. Каждый раз, как только его рот открывался, чтобы это произнести, сердце Крис переворачивалось, заставляя испытывать сладкое волнение, почти как в ночь на Фриверан.

Ей не хотелось этого чувствовать. Не сейчас! Не с человеком, который так бессовестно играл с ней. Не с человеком, который флиртовал с ней, обнимался с ней, нежился в ее руках так безбожно, словно это не ему с экрана телефона день за днем улыбалась обольстительная кураторша.

Она не хотела это чувствовать. Но чувствовала. И ладонь, сжатая в ладони Кирана, горела огнем, когда ее пальцы невольно сжимались в ответ.

“Что ты делаешь со мной, Киран? Тешишь свое израненное самолюбие о наивную дурочку?” — Крис вздохнула, отведя взгляд от его профиля и пытаясь сосредоточиться на своих ботинках.

— Не строй ему глазки, если не хочешь остаться с разбитым сердечком, — вдруг сказал Киран, заставив ее вздрогнуть.

— Чего? Ничего я не строю!

— Просто предупреждаю тебя,какдруг. Зен не пропускает ни одной юбки, но ни с кем не остается дольше, чем на одну ночь.

— Ой, не суди людей по себе, мистер “Прошел-Терапию-За-Два-Сеанса”, — сморщилась Крис.

— Что?

— Как ты достал разрешение? Если даже не прошел толком терапию!

— Ты сейчас… — он остановился, не выпуская ее руки из своей, смотря на Крис глазами, полными недоумения. — Обвиняешь меня в геронтофилии?

Выдержал паузу, прежде, чем громко расхохотаться.

— Мэг семьдесят, Крис! Ты серьезно? Думаешь, я вот так заработал ее отметки? Черт, и как ты себе это представляешь? Что я ласкал себя перед вебкой, пока старая ведьма разглядывала мои прелести? А, ну да, забыл. Я же херов вуайерист. Обожаю, когда на меня пялятся!

Крис покраснела до самых корней волос, слишком реалистично представляя себе все, что так живо описал Киран. Скривила лицо, ощущая на себе пристальный взгляд, делая вид, что наполнена отвращением.

— Ты ненормальный, — фыркнула она, выдергивая ладонь из его руки. — И думаешь, что все вокруг такие же. Зен просто хотел быть милым. Просто хотел со мной подружиться!

Киран снова схватил ее за руку и потащил вперед. Стены коридора содрогались от эха басов, уже вовсю разрывающих зал.

— Обожаю это.

— Что? — ускоряя шаг, чтобы успеть за его длинными ногами, переспросила Крис.

— Как легко ты записываешь в друзья каждого, кто мечтает тебе…

Остальное проглотил рев толпы. По глазам резанули голубые огни прожекторов. Буквально сделав пару шагов, Киран и Крис нырнули в самую гущу, и Крис, боясь потеряться, сжала руку крепче, переплетая его пальцы со своими.

Колонки грохотали так, что звук проходил сквозь грудную клетку, заставляя ребра вибрировать. Гитарные рифы рвали воздух и барабаны били прямо в виски.

— Сосредоточься, Инри, — Киран склонился над ее ухом, почти касаясь губами. — Следи за каждым моим движением.

Сосредоточиться. Следить. Сосредоточиться!

Крис резко вдохнула, пытаясь не утонуть в поглощающем хаосе.

Голубые вспышки выхватывали из полумрака лица. Чьи-то раскрашенные веки, капли пота, открытые рты, выкрикивающие строчки песни. Глаза, полные безумного восторга. Руки, высоко поднятые вверх. Запахи чужих тел, духов, пота и чего-то сладкого, похожего на сахарную вату, расплывались в густом, раскаленном воздухе, смешиваясь в невыносимую какофонию. Тысячи тел качались, прыгали и взрывались оглушительными криками на каждом припеве: на сцене зажигала молодая звезда. Галар. Красотка. Новая любимица публики.

От ее голоса толпа впадала почти в религиозный экстаз.

Крис с трудом различала слова ее песни — была слишком занята тем, что пыталась уследить за Кираном. Он скользил руками по чужим телам, пряча вороватые движения за случайными касаниями — так легко, что будь Крис не его спутницей, а обычной фанаткой в толпе, она вряд ли бы что-то заметила.

Интересно, как часто ее саму проверяли на концертах Астеля? И как часто она, сама того не замечая, сталкивалась вот так в толпе с Кираном?...

***

Когда они прорвались через центр, оказавшись почти у сцены, певица уже ушла, уступив место незнакомой рок-группе. Киран время от времени отпускал руку Крис, чтобы провести руками по чьей-то спине, сумке или ногам, и в эти моменты Крис вся сжималась, так и опасаясь, что толпа вот-вот разорвет их связь, разнесет их на разные концы зала, и, случись что, Крис окажется слишком далеко, чтобы создать для Кирана щит.

— Расслабься, Инри, — улыбнулся он, перекрикивая музыку. — Здесь все стерильно!

Она встала на цыпочки, тесно прижимаясь к его плечу.

— Ты что, просканировал всех? Их же тысячи!

— Что-то серьезнее трех баллов я бы уже заметил!

Крис с сомнением покачала головой. Киран снова улыбнулся, кивая на сцену.

— Наслаждайся!

Крис повернулась к сцене и впервые за вечер ощутила себя на концерте по-настоящему. Слова Кирана словно перещелкнули тумблер внутри: напряжение ослабило хватку, и Крис выдохнула, на миг поддавшись волшебству звука, что, казалось, разом заполнил каждую клеточку тела.

Дай же мне насладиться последним неловким дыханием

Пусть как будто игра, смейся так, будто завтра рассвет

Будто тот поцелуй вовсе не был безмолвным прощанием

Будто ты не войдешь в новый день, где меня больше нет…

— Звучат по-настоящему, — голос Кирана с трудом пробивался через подпевающий хор. — Куда живее, чем Галары, а?

— Такая музыка тебе нравится? — прокричала Крис в ответ, улыбаясь.

Начался припев, и толпа забурлила, затолкалась, заорала, заставляя Крис податься вперед. Киран спешно прижал ее к себе, словно опасался, что ее вот-вот затопчут.

— Тебя саму нужно охранять, как Галара, — его недовольный голос раздался прямо над ухом. Крис хихикнула, с наслаждением прижимаясь к его груди и подняла голову, пытаясь уловить его взгляд.

Зал все еще двигался, сбивчиво дыша — огромным, обезумевшим зверем. Пытался то сорвать их с места, то стиснуть в объятиях, и тут же вновь отступал. Но Киран держал Крис в кольце своих рук, оставаясь неприступной скалой. Наверное, почувствовав ее взгляд, он наклонился, и Крис потеряла счет времени.

Ей казалось, что минута, когда он смотрит на нее вот так, крепко держа, словно защищая от всего мира, превратилась в вечность. Дыхание оборвалось, и она оглохла, больше не слыша музыку. Была только вибрация в груди. Только ее колотящееся сердце. Только шум ее бурлящей крови.

Киран улыбнулся, и Крис показалось, что ее ребра сейчас разорвутся.

— Есть, — заявил он, прижимаясь к ее уху.

— Ч… Что? — одними губами спросила она, пьяно пытаясь ухватиться за ускользающую реальность.

— Девчонка справа от тебя.

И он потянул за ланъярд, спрятанный под воротом футболки, выуживая бейджик.

— Время размяться, Инри.

***

Киран вытащил девушку в холл, и, поставив к стене, принялся шарить по ее одежде.

— Что-то зачарованное пронесла с собой? — спрашивал он, блуждая руками по ее телу. Не то, чтобы Киран совсем откровенно лапал ее, но когда он наклонился и принялся водить ладонями по ее бёдрам, плотно обтянутым узкими джинсами, Крис отвела глаза, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в кожу почти до боли.

— Оружие? Артефакты?

— Нет!

— Ты же не просто так норовила подойти поближе к сцене. Что-то хотела подкинуть?

— Святые! Нет! — у девушки на глазах проступили слезы. — Я просто хотела посмотреть поближе! Зачем мне... Зачем мне кому-то вредить?!

— Я явно чувствую Нельт. Я же все равно что-то найду, — он распрямился, и теперь, нахмурившись, смотрел на девушку сверху вниз. Крис прекрасно знала это выражение его лица. Когда Киран так смотрел на саму Крис, она была готова душу продать, лишь бы заслужить его прощение — настолько невыносимым был тяжелый, обвиняющий взгляд. Девушка тоже дрогнула: слезы покатились по ее щекам, оставляя за собой черные бороздки поплывшей туши.

— Ну, скажешь сама? Или мне вызвать спецотряд СКБН? Предупреждаю, милая, они церемониться не будут. Разденут догола, если понадобится.

Девушка затеребила в руках подол рубашки, захлюпала носом, с мольбой поглядывая на Крис.

— Девушка, — сказала она, протягивая руку. — Пусть девушка подойдёт. Я все ей объясню!

Крис было двинулась вперёд, но Киран вытянул руку, преграждая ей путь.

— Киран, — Крис мягко оттолкнула его руку и сделала ещё шаг.

— Никинь щиты, — буркнул он, все же отступая.

— По-твоему, она похожа на подрывницу? — сморщилась Крис.

— А по-твоему, подрывницы бейджики специальные носят?

Крис смерила его укоризненным взглядом. Почему-то он не попросил накрыть его щитом, пока с таким удовольствием лапал эту потенциальную угрозу!

— Ну, — Крис обернулась к девушке, скрестив руки на груди в ожидании.

— Пусть... Пусть он отойдет, — голос девушки дрожал. Она окончательно размазала тушь по щекам и сейчас выглядела так жалко, что сердце Крис предательски дрогнуло. Киран отошёл, но лишь на пару шагов, поэтому Крис приблизилась к девушке вплотную, и та, приникнув к уху Крис, быстро зашептала:

— Он прямо внутри меня. Я не могу его здесь показать.

— Ч...что? — Крис ощутила, как кровь отлила от ее лица. Внутри? У нее что, и в самом деле в живот бомба зашита? Святые праотцы!

— Пойдёмте со мной в туалет, прошу вас, — взмолилась девушка, цепляясь за край джемпера Крис.— Я никакая не подрывница! Умоляю вас! Я все вам покажу!

***

Киран очевидно был не в восторге от происходящего, и отпустил Крис вместе с подозреваемой, только убедившись, что Крис создала щит и надела его перчатки из синтэфрана. Они были велики для Крис и смешно болтались на руках, но Киран был неумолим. Когда дверь туалетной комнаты закрылась, Крис позволила девушке прошмыгнуть в кабинку и устало припала к стене, избавляясь от щита.

— Как тебя зовут? — спросила Крис, просто чтобы убедиться, что девушка все ещё в кабинке и у нее все в порядке.

— Четти, — отозвалась та, шурша одеждой.

— Четти, если ты что-то задумала...

— Праотцами клянусь, я ничего не собираюсь делать! Сейчас вы сами все увидите... О, святые. Какой позор.

Крис замолчала, рассматривая себя в отражении зеркал. В холодном зеленоватом освещении она выглядела немного жутко. Ее макияж тоже давно размазался, тональник больше не скрывал ярко пылающих щек. Помада стёрлась, волосы растрепаны и пряди торчат по сторонам. Как же глупо было все утро возиться с косметикой. Так же глупо, как и несколько часов подбирать одежду, пытаясь вылепить из себя подобие девушки, способной привлечь мужское внимание.

Его внимание.

“Жалею, что ослеп только на один глаз, а не на оба”, — произнес голос Кирана в ее голове. И Крис тихо застонала, упираясь лбом в зеркало.

— Какой позор, — дверь кабинки распахнулась, и Четти подошла к раковине, держа в руке влажно блестящий продолговатый предмет. — Это все... Это все мой парень. Мы с ним... Он Нельт, понимаете... Поэтому просто зачаровал игрушку, чтобы она, ну... Вибрировала, как нужно. По его желанию.

Крис заморгала, уставившись на предмет в руке Четти.

— Зачаровал?...

— Да, — Четти вздохнула, включая кран и подставляя игрушку под мощную струю теплой воды. — Идиот, правда?

Крис усмехнулась.

— Все Нельты немного пришибленные.

Четти одарила ее улыбкой, в которой читалось облегчение.

— Святые. Простите меня. Это... Наверняка это не то, чего ждёшь от работы в службе безопасности.

— Я не из службы безопасности. Я из сопровождения Галара Астеля.

Рот Четти приоткрылся. Она не глядя выхватила из диспенсера пару бумажных полотенец и принялась механически обтирать игрушку, не отрывая глаз от Крис.

— О, так вы...

— Мне придется конфисковать это. Ты же понимаешь? — Крис протянула руку.

— Но... Зачем?

— Надо его проверить. Не думаю, что ты собиралась убить кого-то вибратором, но мой напарник Нельт. Ты же понимаешь, ему во всем нужно убедиться лично.

— Но...

— Потом придется его утилизировать, — Крис брезгливо взяла игрушку двумя пальцами. Всё-таки хорошо, что она не стала снимать перчатки. — Впредь скажи своему парню, чтобы оставлял подобные игры в спальне. А лучше — чтоб засовывал свои игрушки себе же в задницу. Артефакты с Нельт — это не шутки, Четти, а живое разрушение.

Четти прикусила нижнюю губу.

— Иди, — выдохнула Крис, кивая на дверь. — Концерт в самом разгаре.

Она знала, что на выходе Киран наверняка ещё раз ощупает Четти, но наблюдать за этим было выше ее сил. Она выждала минуту, прежде чем выйти следом, все ещё держа игрушку за самый краешек основания и неся как можно дальше от себя.

— Зачарованный вибратор, — констатировала она, встречая недоуменный взгляд Кирана в коридоре. Его бровь изумлённо выгнулась, когда Крис приблизилась, показывая трофей.

— Серьезно?

— На, пощупай сам, — она перехватилась покрепче и потрясла игрушкой, так, что розовая силиконовая головка глупо затряслась перед носом Кирана.

— Блядь. Верни мне перчатки.

— Ну уж нет. Тебе ещё его уничтожать. Синтэфран только будет мешаться.

— Ты прекрасно знаешь, что не будет.

Она беззвучно смеялась, глядя в его глаза. На лице Кирана не было ни капли смущения — как будто ему каждый день приходилось иметь дело с игрушками, вытащенными из случайных девчонок на концерте.

— Ладно, Инри, — он уверенно перехватил игрушку из ее рук. — Я не неженка, знаешь ли. Просто если в него и в самом деле засунули что-то опаснее двух баллов... — быстро пробежал пальцами, исследуя Ри. — Хм. Да этот Нельт нехило постарался.

— Я уже сказала ей, чтобы не шутила с подобным, — Крис поморщилась. — Вставлять в себя гребанное разрушение! Кого вообще это может заводить?

Киран покосился на нее с ироничной ухмылочкой.

— А ты совсем не понимаешь, как это работает, а, Инри? Это не разрушение. Базовые кросы управления и перемещения. Я бы сказал, полная ерунда, но здесь они исполнены... Хм. Очень технично.

Его пальцы снова пробежали по игрушке, изучая силиконовые венки.

— Есть, чему поучиться.

— Больно надо разбираться в подобном, — Крис сняла перчатки и впихнула в карман его джинсов.

— Ты же Инри. Я думал, вас в первую очередь учат Нельтовским кросам, нет? А как же — "знай своего врага"?

Крис бросила мрачный взгляд на его пальцы, танцующие на игрушке на грани приличия. Если в ухмыляющемся Нельте, держащем в руке фаллоимитатор, вообще могло быть хоть что-то приличное.

— Уничтожь уже его.

Киран осмотрелся в поисках подходящей поверхности. Недалеко нашлась металлическая урна. Положив игрушку сверху, Киран отступил на пару шагов назад, и, едва заметно пошевелив пальцами, разжёг серебристый огонь.

Силикон вспыхнул, но ни дыма, ни запаха не было. Крис уже видела подобные кросы, когда предмет просто растворялся в неестественном огне, оставляя после себя лишь крохотную горстку пепла. Но оторвать глаз от серебристого сияния все равно не могла.

— Надо бы подтянуть твои знания.

— Я знаю, на что способны Нельты.

— Не знаешь.

Она повернулась к нему и застыла, глядя в его лицо. Он почти не улыбался — только уголки губ немного дрожали, но этого было достаточно, чтобы дыхание Крис стало слишком поверхностным и частым. На короткий миг показался кончик языка — он быстро мазнул по губам, оставив влажный блестящий след.

Крис забыла, что умела дышать.

Киран тут же чуть прикусил нижнюю губу и отвернулся, задумчиво глядя на пепел.

— Кин! — позади них в коридоре раздался крик Ярсега. Куратор тяжело дышал, и черные волосы, собранные в хвост, смешно мотылялись в такт его бегу. — Что у вас, Кин? Маячок сработал! Что ты делаешь?

— Сжигаю девичьи надежды, — невозмутимо ответил Киран.

Ярсег приблизился, встав рядом с Крис и недоуменно рассматривая пепел. Но сказать ничего больше не успел.

Свет мигнул. Стены дрогнули. Музыка смолкла.

Крис сотворила щит, и коридор погрузился во тьму.

***

— Крис! Кристоль Спаркс! — истошный крик Кирана разбудил её. Заставил разомкнуть слипшиеся веки и с ужасом осознать, что случившееся не было сном.

— Крис, мать твою! Ты жива? Крис? Где ты! Святые, отзовись ты! Хоть слово!

— Да-а-а, — как можно громче постаралась ответить она. Ничего не видно. Беспроглядная темень.

Музыка, доносившаяся раньше из концертного зала, давно сменилась на крики.

— Крис, не двигайся. Я прошу тебя, только не двигайся, — голос Кирана приближался. Крис неуверенно пошевелила пальцами ног. Сжала руки. Фух. Ничего. Только знакомая боль, тянущая мышцы после щита.

— Я в порядке, — отозвалась она.

— Знаю я твое “в порядке”!

Крис закашлялась от оседающей в глотке пыли. Заморгала, пытаясь хоть что-то разглядеть, но видела только размытые, темные силуэты.

Обломки.

Если так разнесло коридор, то что же случилось в зале? Ее прошибло холодным потом, и вопреки приказу Кирана, она попыталась подняться, не в силах больше сидеть и беспомощно ждать.

— Я же сказал, не двигайся, — Киран возник рядом огромной тенью. Схватил ее за плечи и быстро ощупал, пытаясь найти следы повреждений. — Святые, Крис…

— Я же сказала, я в порядке.

— Уверена? Ничего не болит?

— А у тебя?

— Нет. Ты как всегда превосходна.

Она прошлась ладонями по его телу в ответ. На ощупь — ничего. Только крошки цемента и пыль. Кажется, Крис и вправду сработала идеально. Она создала за короткий миг сразу три щита Штерна — пожалуй, это был пик её возможностей.

Три щита…

— А где Ярсег? — встрепенулась она, не отнимая рук от предплечий Кирана. — Я создала ему щит! Он должен быть…

— …где-то здесь, — закончил за нее Киран.

— Я… Я тут, — дрожащий голос Ярсега раздался где-то за спиной Крис.

Они ринулись на звук, и, обнаружив Ярса на полу, укрытым плотным слоем раскрошившегося цемента, вдвоем отряхнули и помогли подняться.

— Святые праотцы, — выдохнул тот, все ещё упираясь в руки Кирана и Крис, поддерживающие его с обеих сторон. — Что это было?

Крис замерла, прислушиваясь. Крики вдалеке были едва различимы. Их заглушал запоздалый вой сирен, орущий на разные лады. Спасатели. Скорая. СКБН.

Наверняка не обошлось без пострадавших.

— Надо выбираться отсюда, — сказал Киран, поднимая голову к потолку. — Пока ещё что-нибудь не рухнуло. Крис?

Она сжала пальцы крестом, пытаясь сфокусироваться, чтобы создать новый щит. Но мышцы были похожи на перетянутые струны, и, казалось, были готовы лопнуть, если она попытается вытащить ещё хоть капельку Ри.

— Я… Я без сил, — со стыдом признала она. — Прости.

— Я тебя не прошу делать щит, — с упрёком отозвался Киран. — Дай мне руку!

Она зацепилась за его предплечье, и Киран повел ее и Ярса на выход — туда, где маячил мерцающий сиреневый свет. Ярс тихо кряхтел, прихрамывая на одну ногу, и Крис, сжимая руку Кирана, смотрела на него с немым вопросом.

“Твой куратор был с нами. Это не он. Это не может быть он. Но тогда — кто?”

Глава 35. Кровь

— … на фестивале также должен был выступить Галар Астель, ранее уже неоднократно подвергавшийся нападениям. По нашим источникам, следствие рассматривает покушение на жизнь Галара в качестве основного мотива преступников. Также напомню, что ранее было заявлено о девяти пострадавших. Их состояние оценивается Вэлли, как удовлетворительное. Оставайтесь с нами, чтобы следить за ходом дальнейших событий.

После короткой перебивки началась ещё одна передача, но тема не сменилась: несколько ведущих вели дискуссию о покушениях на Астеля, о возможных мотивах преступника, и неизменно в своих комментариях скатывались в политику, упоминая вездесущую “Проблему Нельтов”.

Киран морщился, прихлебывая горячий кофе и плотнее заворачиваясь в плед. Крис сидела рядом на диване, также кутаясь в плед, и грела руки, обнимая свою чашку. Зен, Ютан, Вин и Санар устроились в креслах поближе к камину.

В резиденции Астеля вновь наступили холода.

— Обычно после такого дают отпуск, — пробубнил Зен, выуживая из открытой коробки шоколадную конфету.

— Рэд с ума сойдёт, если в отпуск попросятся сразу все, — мрачно улыбнулся Ютан, потягивая чай. Он перекинул ногу на ногу и искоса поглядывал на экран, явно недовольный тем, куда повернула дискуссия ведущих.

—…в этом смысле план Уорса звучит уже не как утопия, а как вполне осязаемая… реальная перспектива,— горячо заверял мужчина на экране.

— Осязаемая перспектива, — Ютан фыркнул, качая головой. — Это он сейчас про то, чтобы треть населения депортировать в помойные заброшки на юге?

— Не треть, — возразила Санар, размешивая ложечкой сахар. — Нельтов во всей Ангераде всего каких-то несколько тысяч. Это не такой уж большой процент, если подумать…

— Прости, Сан, я не ослышался? — лицо Кирана исказила презрительная ухмылка. —Всего лишь?Ничего не стоящие несколько тысяч, да?

— Кин, ничего личного, — невозмутимо отозвалась Санар. — Ничего не имею против таких, как ты.

— Я заметил.

— Ты голосуешь за Уорса? — приподнял бровь Ютан. Санар кивнула и сделала глоток из своей чашки.

Вин потерла переносицу, бросая на Кирана виноватый взгляд.

— О, не смотри так на меня, — Киран отставил чашку на столик, поднимая руки. — Как будто мне не плевать, какую галочку влепит в бланке твоя сестра.

— Ты думаешь, они не осуществят это? — Санар склонила голову набок. — Этот… проект.

— Я что, похож на гадалку?

— Ты не веришь в браслеты, — Санар говорила тихо, едва перебивая голоса ведущих на фоне. — Но и не веришь в резервации. За кого ты сам собрался голосовать?

— Как будто это имеет смысл, — Киран фыркнул, снова берясь за чашку.

Крис легонько толкнула его коленкой.

— Ты не станешь голосовать?

Он покосился на нее с таким видом, будто она спрашивала о такой несусветной глупости, что ей самой должно быть за это стыдно.

— Киран…

Ютан и Зен вступили в спор с Санар и Вин, и он вышел, пожалуй, куда горячее, чем дебаты ведущих по телевизору. Убедившись, что противоборствующие стороны слишком увлечены друг другом, Крис подвинулась ближе к Кирану и заговорила тихо, так, чтобы слышал только он один:

— Ты говорил с Ярсегом?

— Всего лишь потянул связку, — Киран сделал ещё один глоток. — Вэлли привели его в порядок ещё вчера.

Крис задумчиво помолчала, кивнув.

— Я бросил таблетки.

— Что? — она встрепенулась, округляя глаза.

— Если что-то пойдет не так, и мне придется сдать кровь вместо него… Лучше, чтобы она была чистой, — тихо ответил Киран, мельком следя за остальными сопровождающими. Но те все ещё громко спорили, не обращая внимания на сидящих на диване.

— Кровь? Ты… Все ещё собираешься провернуть это с Ярсом?

— А ты уже сбросила его со счетов?

— Он был с нами, Киран. Он не мог разорвать сцену, пока стоял с нами в коридоре…

— Мог, не мог, — Киран раздражённо постучал пальцами по фарфору. — Откуда нам знать? Может, это его новый крос? Как тот, которым он подбил нас тогда, в машине. Кто вообще знает, на что он способен?

— Но это нелепо, — вздохнула Крис. — Он ведь и сам мог пострадать. И если бы я не накрыла его щитом… Откуда он мог знать, как все сложится?

Ей и самой не нравилось, что маячившая впереди разгадка ускользала прямо из рук. Не нравилось, но… Пока смерть дышала им в спины, они с Кираном оставались вместе. Крис все ещё оставалась в сопровождении, потому что убеждала себя, будто Киран нуждается в ее защите.

— Я не отступлю от плана, Инри. Ты все ещё в моей команде?

Недоверие в его голосе заставило ее вскинуть голову.

— Ты сомневаешься?

Он пожал плечами.

— Просто хотел ещё раз это услышать.

***

— Ты обещал целый кортеж, — усмехнулась Крис, пристегивая ремень безопасности.

— Там едет Ютан, Крис. А это считай целая спасательная бригада, — он улыбнулся, снимая солнечные очки и цепляя дужку за воротник свитера.

Крис покачала головой, и, пока Киран выезжал с парковки, долго и пристально смотрела на него — так, что он чувствовал ее взгляд, даже не поворачивая головы.

— Что?

— Ничего. Все никак… Никак не могу привыкнуть.

Киран мельком посмотрел в зеркало, улыбнувшись. Астель из зеркала улыбнулся в ответ.

— Все ещё могу подарить тебе самые горячие фотки с Астелем в твоей жизни, — напомнил Киран. — Будет, что вспомнить, если его признают ПОА.

— Тогда эти фотки уже не будут иметь никакого смысла, — в голосе Крис звучала искренняя печаль.

— Вот так просто? — он приподнял бровь в изумлении. — Стоит твоей звезде упасть с небосклона, и любовь тут же кончится?

Она молчала, поджимая губы и перебирая пальцами складки серого джемпера. Явно хотела что-то сказать, но вместо этого отвернулась и посмотрела в окно.

— Ладно, Инри. Не вешай нос. Вряд ли Астеля спишут так скоро. Может, случай Ярса запишут, как единичный, и никто не станет устраивать поголовные проверки. Пока о том видео знаем только мы с тобой, все не так уж и мрачно, разве нет?

— Ты меня сейчас успокаиваешь или себя? — с усмешкой отозвалась Крис, глядя на дорогу.

Киран вздохнул.

— Уже не знаю. Впервые в жизни настолько сильно хочу, чтобы Астель остался на своем месте.

Ненадолго замолчал, выкручивая руль.

— Будет сложно прорваться в сопровождение к кому-то ещё. А учитывая, к каким чертям катится этот мир… Как думаешь, в резервациях найдется работа для актера-недоучки?

Крис легонько коснулась его плеча, и Киран едва сдержался, чтобы не зашипеть от боли.

Но вместо этого улыбнулся самой обаятельной улыбкой Астеля, которую только мог изобразить.

— Все будет хорошо, — тихо сказала Крис. — Ханна победит. По телеку уже днём и ночью говорят про эти дела. Люди встанут на вашу сторону, и вот увидишь, тебя на любой работе встретят с распростёртыми объятиями.

— Мммм, — отозвался он, прикусывая губы. Крис уже убрала руку, но плечо жгло так, будто под кожу всадили пять кубиков раскаленной лавы. — Какая романтика, Инри. Ты и вправду веришь, что люди способны вот так проникнуться любовью к гребаному разрушению?

Крис промолчала. Он чувствовал на себе ее взгляд, но не мог отвлечься от дороги, чтобы хоть на короткий миг увидеть ответ в ее глазах. Впрочем, Кирану казалось, что он и так его знал. И от этого знания в груди становилось так тесно, что даже боль от маячка, разрывающего мышцы, ощущалась слишком глухо и далеко.

— Может, посвятишь уже меня в свой коварный план? — Крис хлопнула бардачком, выудила шоколадку и проворно разделила на крохотные кусочки.

— Все самое сложное я уже сделал. Тебе останется только следить за представлением.

— И что это “самое сложное”? — она закинула в рот кусочек шоколада.

— Уговорить Рэда дать мне ещё один браслет, — Киран вытащил артефакт из кармана, на миг показав его Крис.

— И для кого он? Святые, ты же не собираешься…

— Шшшш, Инри, — улыбнулся он. — Я же сказал, просто наблюдай.

Крис устало вздохнула, потирая лоб.

— Ну и как? Как ты уговорил Рэда? Он что… знает о твоём плане?

Киран пожал плечами.

— Попросил для личного пользования. Сказал, что тебя очень заводят игры с переодеванием.

— Черт возьми, Киран! То ты врешь, что меня заводит разрушение, теперь — переодевания! Сколько ещё у меня извращений, по-твоему?

Он мельком взглянул на нее, ожидая увидеть привычные алые щеки и рассерженный взгляд, но сегодня все было иначе. Крис не злилась. Она делала вид, что пытается злиться, но ее губы дрожали, сдерживая улыбку.

Сердце пропустило удар.

— Но я ведь даже не соврал, — с невозмутимым видом ответил Киран. — Переодевания тебя и правда заводят. Ты наверняка до сих пор хранишь те штучки, в которых я танцевал, а?

— Конечно, — ответила она, больше не пряча улыбку. — И ту футболку. У меня скоро целый алтарь сложится из вещей, которые ты подарил.

Как будто в доказательство своих слов, она покрутила на пальце кольцо, и Киран ошарашенно замолчал, глядя на дорогу. Он не знал, что сказать. Он мог бы придумать миллион колкостей в ответ, но все это было бессмысленно, потому что Крис больше не играла в эту игру.

По какой-то причине она больше не хотела играть.

И это пугало до чёртиков.

Крис взяла ещё один кусочек шоколадки и поднесла к его губам. Киран послушно приоткрыл рот, принимая подношение. На короткий миг губы встретились с кончиками ее пальцев, и стая мурашек рассыпалась по спине, словно он только что сделал что-то безумно запретное.

Что-то куда более запретное, чем обман куратора и воровство гребаного браслета.

— Скажи честно, — вновь заговорила она, и Киран снова почувствовал, как внутри все сжимается от животного страха.

— Ммм? — протянул он, делая вид, что слишком занят дорогой.

— Ты его просто украл? — она кивнула на его запястье. — Второй браслет.

Киран выдохнул, непринужденно улыбаясь.

— Да, Инри. Я его просто украл.

***

У клиники уже было полно репортёров. Крис с трудом держала щит над Кираном, пытаясь не подавать виду, что каждая секунда даётся ей через дикую боль. Конечно, она могла бы попросить заменить ее Армони, лениво шагающуючуть позади рука об руку с Ютаном, но тогда Киран сразу бы что-то заподозрил.

Крис знала: что-то не так.

С ней давно что-то не так.

С того самого дня, как она столкнулась с больными псинами и использовала Ри, когда использовать была не должна. Тогда внутри что-то надорвалось, и как бы Крис не старалась делать вид, что все зажило хорошо, кросы с тех пор стали даваться намного сложнее.

Больнее.

Она не хотела об этом думать. Пока что. И подавно не хотела, чтобы об этом знал Киран. Ей хотелось оставаться сильной для него, хотелось защитить его от любой беды, хотелось быть рядом в каждую секунду его жизни… Но если бы Киран узнал, если бы почувствовал в ней слабину, он бы запретил ей работать дальше. Он бы вынудил её уйти.

Что бы он к ней ни чувствовал, он был слишком заботлив, чтобы позволить ей и дальше терпеть боль. Киран просто был… Был Кираном.

С ним было бесполезно спорить.

И поэтому Крис, склонив голову, чтобы не было заметно, как она морщится, сосредоточила все силы на Щите Штерна — огромном, крепком, сияющем непробиваемой двойной гранью. Киран в облике Астеля приветливо махал рукой репортёрам и подоспевшим фанаткам, но пока отказался от комментариев и раздачи автографов — вместе с Ютаном и Армони процессия вышла в коридор и дошла до уборной, где Киран попросил команду Армони остановиться.

— Крис пойдет со мной. Останьтесь здесь и не пускайте внутрь никого.

— Киран, я все понимаю, но не в рабочую смену! — укоризненно покачала головой Армони. — Там люди ждут!

Ютан молчал, недовольно скрестив руки на широкой груди.

Крис широко распахнула глаза, недоуменно глядя то на Армони, то на Кирана, и, заметив коварную улыбку последнего, вспыхнула, от растерянности потеряв концентрацию. Щит схлопнулся, оросив головы и плечи всего сопровождения мерцающей пылью.

— Двадцать минут, — громко шепнул Киран, хватая Крис за руку и затаскивая с собой внутрь.

— Киран! Да ты совсем уже! — глухо раздался возмущенный голос Армони снаружи.

Крис прижалась к двери, ошарашенно глядя на Кирана.

— Ты серьезно? Прикрываться мной вот так? Святые, Киран! Они же и вправду подумают, что мы здесь трахаемся!

— Тебе так важно, что они подумают? — ухмыльнулся Киран, упираясь плечом в дверь одной из кабинок. Достал телефон и загрузил какое-то приложение, отбросившее на его пальцы голубоватые тени. — Стесняешься меня, фанаточка?

— Мне плевать, — фыркнула она, пряча за спиной дрожащие руки. — Это тебе тут стоит беспокоиться за свою репутацию!

— Мне? — он поднял бровь, и его пальцы замерли над экраном смартфона.

— Тебя вообще не волнует, что кто-то расскажет Эйле?!

— Святые, Крис, да каждый дурак знает, что я давно с ней расстался!

— Ну да, — фыркнула Крис. — Расстался. Только она почему-то все ещё написывает тебе с приватного телефона.

Слова вырвались прежде, чем она успела их обдумать. Замолчала, слушая, как в ушах громко колотится сердце. Скрестила руки под грудью, сжимая в кулаки дрожащие пальцы.

— Так вот какая муха тебя тогда укусила? — прищурился Киран. Даже в облике Астеля его мимика оставалась слишком знакомой. — Что это, Инри? Ревность?

Он сказал это с сарказмом. Наверняка ждал, что она стушуется, начнет отпираться, краснеть, придумывать отговорки. Но Крис устала от всего этого.

Может быть, сопровождение скоро развалится. Может быть, и весь мир скоро рухнет.

Может быть, они перестанут быть напарниками и станут никем друг для друга.

Так какой смысл был в том, чтобы и дальше врать?

Крис сглотнула, пристально глядя Кирану в глаза. В голубые глаза Астеля, за которыми слишком отчётливо видела его — карий и белый, подернутый серебристой сияющей пеленой.

— Может, и ревность, — тихо сказала она. Голос предательски дрогнул, ломаясь. — Что, если так?

Киран подошёл ближе.

Стук в дверь прекратился. Замолчали голоса Армони и Ютана вдалеке. Стало так тихо, что было слышно только слабое шипение воздуха в вентиляции.

Киран, не отрывая от Крис взгляда, остановился в шаге от неё.

— Крис, — его голос сделался тише и мягче, и ей показалось, что иллюзия над ним задрожала — Крис на мгновение почти увидела его настоящее лицо. — Не нужно. Нет причин.

Крис вздрогнула, упираясь спиной в дверь.

Даже не будет твоих идиотских шуточек, Киран? Даже не станешь высмеивать меня? Говорить, что на ревность я не имею права?

— Я честен с тобой, — Киран развел руками. — По-настоящему. Ты же в моей команде, Инри.

На языке вертелись тысячи слов, но, казалось, скажи она хоть одно, и все полетит в пропасть.

Все зайдет так далеко, что она уже не сможет ничего контролировать.

Нет. Не сейчас.

Не в гребаном туалете гребаной клиники.

Им лучше сосредоточиться на деле.

— И какой план? Что-нибудь разрушишь, чтобы он приехал? — нахмурилась она.

Киран мотнул головой, поднимая вверх телефон. Иллюзия снова была идеальной — лицо Астеля больше не дрожало, превратившись в непринуждённо-холодную маску.

— “Где твой куратор”, — напомнил он название приложения, которое ему установил сам Ярсег. — Он примчится, как служба спасения.

— Но он может не ответить, — тихо проговорила Крис.

— Он ответит. Он же так хочет стать ближе ко мне, — Киран с самодовольной улыбкой привалился спиной к двери кабинки и нажал на кнопку. — Улыбнись, Инри. Шоу начинается.

***

— Крис? Что происходит? — Армони схватила ее за руку прежде, чем Крис вместе с Ярсегом успели нырнуть в туалет.

— Все под контролем, — прошептала Крис. — Киран… Киран потом тебе все объяснит.

— Мне стоит набрать Рэду? — мрачный взгляд Ютана заставил Крис сжаться.

— Нет, — торопливо заверила она. — Нет! Все в норме, ясно? Пара минут!

Не обращая внимания на возмущенные протесты Армони, Крис запихнула Ярсега за дверь, и, зайдя следом, быстро соорудила щит. Совсем слабый, элементарный щит для бытовых нужд — его назначением была скорее роль таблички “не беспокоить”, чем реальная защита.

— Что? Что у вас, Спаркс? — Ярсег бегал глазами по помещению, но выглядел скорее любопытствующим, чем растерянным.

Крис мотнула головой, но ничего не успела сказать.

Ближайшая кабинка приоткрылась, и, держась за дверь, как за последний оплот, навстречу Ярсегу вывалился Киран.

— Ярс. Ярсег. О, Слава Святым, дружище, ты и правда приехал! Ты мой спаситель, — пересохшим губами забормотал он.

Выглядел ужасно. Крис понятия не имела, как ему удалось привести себя в такой беспорядок, но Астель в его исполнении был самым болезненным и слабым Астелем на свете: бледное осунувшееся лицо отливало нездоровой зеленцой, под глазами темные круги, белые волосы растрепались и спутались. Он шатался, едва держась на тощих ногах, и Ярсег подскочил, подставляя плечо, когда Киран-Астель опасно качнулся, словно и вправду намеревался упасть.

— Что… Кин? Это ты? Что происходит?

Киран тяжело дышал, цепляясь за пальто Ярсега тонкими пальцами Астеля.

— Все это так не вовремя, — выдохнул он, качая головой. — Черт побери…

— Он отравился, — Крис озвучивала легенду, которую Киран сам поведал ей каких-то десять минут назад. — Астелю прямо сейчас надо сдать кровь под камерами, нонаш Астель, как видишь, сейчас далек от здорового донора.

— Святые, — только и смог выдавить Ярсег, широко раскрытыми глазами всматриваясь в лицо лже-Астеля. Тот все ещё висел на кураторе, обвив его шею левой рукой, правой сжимая лацкан его твидового пальто.

— Надо… Надо позвать Вэлли, — Ярсег повернулся к Крис. — Здесь же полно врачей!

Киран покачал головой одновременно с Крис.

— Никаких Вэлли, — пояснила Крис. — Пока он под иллюзией, любая Ри может заставить браслет сдетонировать. Ему придется дождаться, пока браслет разрядится сам, а это минимум ещё четыре часа. Мы не можем столько ждать.

— Но…

— Я принял таблетки, — прокряхтел Киран, делая вид, что его внутренности скручиваются от боли. — Но пока не работает. Пока мне больше ничем… Не могут помочь. О, Ярс. Ты. Только ты можешь!

Он отклеился от Ярсега, и, пошатнувшись вперёд, склонился над раковиной. Сделал вид, что его тошнит. Ярсег, поморшившись, отвернулся, уставившись на Крис.

— Я ничего не понимаю.

Киран вытер губы и открыл кран. Прополоскал рот, и, шмыгая носом, повернулся к Ярсегу, все ещё упираясь руками в край раковины.

— Ты идеально подходишь. Пол. Рост. Вес. Браслет сядет на тебя, как влитой.

— Браслет? — Ярсег стянул с рук кожаные перчатки и нервно задергал пальцами. Крис невольно напряглась. Ей казалось, что с рук куратора вот-вот сорвётся Ри — и если он и вправду был скрытым Нельтом, Крис вряд ли сможет создать сейчас достаточно крепкий щит, чтобы закрыть Кирана. Она осторожно встала рядом с напарником, готовая заградить его собой в любой момент.

— Артефакт, зачарованный Эрру. Иллюзия держится только благодаря ему. Есть ещё один, — Крис вытащила из кармана Кирана второй артефакт. Металл обжёг холодом горячие пальцы. — На экстренный случай.

— Кто-то другой должен прикинуться Астелем, — сказал Киран, с мольбой глядя на куратора. — Ты, Ярс. Ты идеально подходишь.

— Но я… — тот издал нервный смешок. — Наверное, сначала нужно пройти проверку… сдать анализы… я… я даже не знаю, Кин…

— Ерунда, — мотнул головой Киран. — Все это чушь, Ярс. Вообще плевать, какая у тебя кровь. Сотрудники знают, что приедет не настоящий Астель. Просто нужно посветиться перед камерами. Посиди. Поулыбайся. Кинь пару пафосных фразочек. Ты что, не видел Астеля? Святые. Да даже ребенок справится.

— Но… — Ярсег переминался с ноги на ногу. — Кин, это как-то…неправильно…

— Я же сказала. Это бредовая затея, — искренне сказала Крис. — Он не станет тебе помогать.

Киран смотрел на Ярсега с немым отчаянием.

— Нет! Я не отказываюсь, — поспешно заверил куратор. — Я просто…

— Вот и отлично! — Киран встрепенулся, и, выхватив из рук Крис браслет, шустро нацепил его на запястье Ярсега, тут же защелкнув. Пожалуй, даже слишком шустро для больного страдальца. Крис недовольно покосилась на него, но промолчала.

Ярсег вздрогнул, как будто его ударило током. Но уже через пару секунд, когда иллюзия взяла свое, он почти с восхищением разглядывал себя в зеркале, щупая Астелевское лицо.

— Черт возьми!

— Да-а, — с довольной улыбкой протянул Киран. — Черт возьми, Ярс. Костюмчик сел идеально.

— Это… — Ярсег выдохнул, все ещё поглаживая идеально гладкую кожу Астелевской щеки. — Это… невероятно.

У Крис кружилась голова. Казалось, у нее двоится в глазах: два Астеля, как два близнеца, стояли у зеркал, разглядывая в отражении себя и друг друга. Один — невероятно уставший, потрёпанный и больной, второй — свежий, как майское утро, смотрящий на себя широко раскрытыми, сияющими голубыми глазами.

— Переоденься, — подсказал Киран-Астель, стаскивая с себя свитер. — Никто снаружи не знает, что ты — это я. Для сопровождения ты Кин, ясно?

Ярсег принялся расстёгивать пальто.

— А как… но… Мой голос, Кин. Они все поймут!

— А, — Киран обнажился до пояса и замер со свитером в руке. — Это подкрутим. Сейчас.

Впихнул свитер в руки Крис и схватил куратора за запястье. Покрутил браслет из стороны в сторону, заставляя движущиеся пластины разъехаться и снова сомкнуться, и щёлкнул в воздухе пальцами.

— Ну-ка. Попробуй.

Ярсег прочистил горло и заговорил Астелевским голосом:

— Кхм. Ну… Работает? Я звучу… Как он?

Крис стояла с приоткрытым ртом. Так Киран все это время мог менять даже голос?!

— Петь соловьём не будешь, — усмехнулся Киран, помогая Ярсегу снять пальто. — Но произнести речь — пойдёт. Пятнадцать минут, Ярс, не больше. Помаши ручкой, скажи “привет”, и просто сиди, понял?

— Да, — улыбнулся Ярсег-Астель, и Крис дернула плечами от неприятного холодка, пробежавшего по спине. — Я все сделаю, Кин. Ты можешь мне доверять.

***

— Что это было, Кин? Какого черта здесь делает твой сраный куратор?! — Армони схватила Ярса за грудки, прижимая к стене коридора.

— Ааа…ээ… — куратор растерянно улыбался, бросая на Крис взгляд, полный немой мольбы.

— Арм, он потом тебе все объяснит, — устало вздохнула Крис, потягивая Ярсега за рукав. — Надо идти. Время.

Глаза Армони пылали праведным гневом. Но Ютан с немым упрёком постучал по наручным часам — и ей пришлось отступить, покорно следуя по коридору за Ярсегом и Крис.

Руки Крис нестерпимо дрожали. Болезненный спазм пронизывал кисти, предплечья, поднимался к плечам и эхом отдавался в груди, заставляя ее с каждой секундой ненавидеть Ярсега все сильнее. Если он и есть подрывник, какого черта она обязана его защищать? И от кого? От самого себя? Она сжала челюсти, стискивая пальцы в кулак с такой силой, что ногти впивались в ладонь до крови. Ей хотелось кричать. Но вместо этого она лишь шумно дышала через нос, надеясь, что ни Армони, ни Ютан не замечают её чересчур напряжённого лица.

— Я очень рад… Очень рад, что сегодня могу оказаться полезным, — оказавшись перед камерами, Ярсег выпрямился и раскинул по плечам длинные волосы. Крис убрала щиты, чтобы блики не мешали съемке — и наконец-то смогла выдохнуть.

— Меня попросили сказать пару слов, так что… — Ярсег издал нервный смешок, косясь на Крис, и собравшиеся в холле клиники подхватили звук, словно сказанное и вправду было чем-то по-настоящему ироничным. Как только эхо замолкло, Ярсег мотнул золотистой гривой волос и продолжил:

— Я хотел бы сказать, что общество… Что мы… Мы часто говорим о переменах, но редко набираемся смелости, чтобы сделать настоящий шаг. Сегодня я пришёл сюда не ради камер, а потому что верю: мир иногда нуждается в переливании. Буквально и фигурально. Донорская кровь даёт шанс тем, кто сейчас слаб. Даёт толчок… Для чего-то нового.

Кровь — это память. И, может быть, сегодня мы переливаем не просто жизнь. Я думаю, что… чтобы мир стал чище, ему тоже нужно обновление. Капля за каплей.

Крис вздрогнула, взглянув на Ярсега. Он говорил немного сумбурно, запинаясь и вставляя неуклюжие “эээ”, но ощущение, что он заранее готовил целую речь, не покидало её. Армони и Ютан недоуменно переглядывались. В толпе зашептались. Кто-то закашлялся. Ярсег выдержал долгую паузу, уверенно глядя в камеры, прежде, чем с улыбкой продолжить.

— Спасибо вам, что не боитесь отдать часть себя ради общего обновления. Пусть это будет маленький, но честный шаг к нашему новому будущему!

Аплодисменты. Люди засуетились, принялись толкаться, пробиваясь вперёд — и Крис, покрываясь потом, вновь выставила щит, преграждая им путь.

— Галар Астель! Можно автограф?

— Галар Астель! Пара вопросов!

— О, — Ярсег невинно улыбнулся. — Давайте после процедуры, друзья? Если честно, я так волнуюсь, что и ручку удержать не в состоянии, — он вытянул вперёд длинные пальцы, потрясая руками, как будто те и в самом деле дрожали от страха. Фанатки умиленно засмеялись.

— Но ведь мы с вами сильнее страха, верно?

— И выше звёзд! — хором подхватила толпа девчонок, подпрыгивая чуть ли не до потолка и радостно вскидывая руки над головой.

Крис хмуро выступила вперёд, беря Ярсега под локоть и грубо подталкивая в сторону донорского кресла. Его установили здесь же, прямо в холле, чтобы репортёры могли снять Астеля со всех возможных ракурсов. Ярсег повиновался и чинно прошел к месту, где его уже ждали две улыбающиеся медсестры в бело-розовых униформах.

— Рады видеть вас снова, Галар Астель, — обе были кудрявыми блондинками и издалека казались почти близняшками. Ярсег довольно кивнул. Снял свитер, оставшись в одной футболке Кирана. Уселся поудобнее, перекидывая волосы через плечо. Крис фыркнула, с нетерпением ожидая начала процедуры, когда она уже сможет снять щит, чтобы дать репортёрам поснимать Ярсега вдоволь.

Плечо перетянули резиновым жгутом. Ярсег внимательно наблюдал за каждым движением медсестер. Смотрел, как дезинфицируют кожу. Не отвёл взгляда и даже не сморщился, когда в руку вошла игла.

Не похоже, чтобы он боялся по-настоящему. Крис растворила щит и сжала за спиной трясущиеся руки, ощущая, как по вискам крупными каплями катится пот. Ярсег не может не понимать, что его кровь исследуют. Не может не понимать, к чему это все приведет.

Не может не бояться.

Если он и в самом деле Нельт.

Ощутив её пристальный взгляд, Ярсег поднял голову и посмотрел Крис прямо в глаза, широко улыбаясь. Она не улыбнулась в ответ — только слабо кивнула, делая вид, что выражает ему благодарность.

Ютан и Армони стояли прямо за спиной куратора и тихонько переговаривались, почти не глядя друг на друга и внимательно наблюдая за толпой.

— Уже всё? — Ярсег картинно зажмурился и резко раскрыл глаза, посматривая на иглу.

— Да, Галар Астель, — медсестры обворожительно улыбались. — Спасибо за ваш вклад! Вы знаете, кровь Галара — ценнейший дар! Столько жизней будет спасено благодаря вам…

Ярсег улыбался так снисходительно, словно и в самом деле почувствовал себя Галаром. Крис, сжимая пальцы в крест, заскрежетала зубами.

Они с Армони и Ютаном позволили Ярсегу сделать несколько фото и оставить автографы желающим. Репортёров оставили без комментариев, сославшись на скорый пресс-релиз — все вопросы, касающиеся покушений и будущих планов, Астель осветит лично перед большим осенним концертом. В последний раз криво расписавшись прямо на чьей-то футболке, Ярсег с видимым сожалением попрощался с толпой, и Крис, раздражённо схватив его под локоть, потащила по этажу прочь. Армони и Ютан молча шагали следом, отстав от них всего на какую-то пару метров. Их тяжёлые шаги гулко разносились по узкому коридору, отражаясь от стен.

— Иллюзия исчезает, — прошипела Крис. — У тебя осталось десять минут.

— Кин сказал, что четыре часа…

— У вас разные браслеты, — Крис довела его до туалета и почти зашвырнула внутрь. Суставы отозвались резкой болью, и она чуть не вскрикнула, заваливаясь следом за Ярсегом. Прижалась спиной к двери и тяжело задышала.

— Ну? — Киран-Астель нетерпеливо подскочил к ним и принялся раздевать Ярсега. — Как прошло?

— Нормально, — выдохнула Крис.

— Великолепно, — Ярсег счастливо улыбался. — Ты часто так делаешь, Кин? Понимаю, почему тебе так нравится твоя работа. Святые, впечатления просто незабываемые.

— Ага, — Киран торопливо натянул свитер, возвращая Ярсегу его водолазку и пальто. — Снимай штанишки, Ярс. Не то они треснут, когда браслет прогорит.

— Да, ноги у Галара… — Ярсег тихо хихикнул. — Довольно щуплые.

Крис отвернулась, ожидая, пока они закончат с переодеваниями.

— Ты уже в норме? — Ярсег, вернувшись в свои джинсы, похлопал Кирана по плечу. Тот поморщился, дернув рукой.

— Лекарство подействовало.

— Рад. Рад это слышать, Кин.

— Фух… Черт, спасибо, Ярс. Ты лучший куратор.

— Я надеялся, после такого я удостоюсь чего-то чуть большего, — Ярсег улыбнулся так, что у Крис похолодело под ребрами. Киран натянул вежливую улыбку в ответ.

— Конечно, друг. С меня станется. Сходим куда-нибудь выпить на днях?

Крис молча смотрела, как эти двое смотрят друг на друга и перебрасываются дурацкими шутками — так, словно и в самом деле за минуту превратились в закадычных друзей. Так, как будто ни один из них никогда не пытался убить другого.

Впрочем… может быть, так оно и было на самом деле? Иначе почему Ярсег все это время оставался настолько невозмутим?...

— А раз я здесь, — вдруг сказал Ярсег, остановившись у двери рядом с Крис и уже взявшись за ручку. — Может, они смогут проверить мою кровь?

Крис и Киран переглянулись.

— Проверить? — с кривой улыбкой переспросил Киран.

— Ну да, — пожал плечами Ярсег. — Будет жалко, если она пропадет просто так. Могут сделать общий анализ, так сказать, профилактическое обследование? Раз я уже все равно её сдал.

— Конечно, — Киран приблизился, чтобы доверительно похлопать его по плечу. — Давай попросим их прямо сейчас. Они вряд ли откажут Галару.

И его лицо озарила сияющая улыбка Астеля.

***

— Господин Кин, — девушка в бело-розовой униформе улыбнулась, кивая Кирану. Тот все ещё был в облике Галара, но, казалось, почти весь персонал клиники узнавал его без труда. — Хотите сделать экспресс-анализ ещё раз? Вы же уже делали его перед процедурой…

— Дело в том, — Киран присел на краешек ее стола, скрещивая пальцы на коленке. — Что в этот раз пришлось внести… Небольшие изменения в план.

Девушка все ещё улыбалась, но ее растерянный взгляд беспокойно блуждал по Ярсегу и Крис, стоящим чуть поодаль.

— Боюсь, что кровь, которую вы получили сегодня — не моя.

— Не беспокойтесь. Мы в любом случае не используем кровь Нельтов для переливания, — девушка рассеянно провела ладошкой по бумагам на столе. — Это не безопасно.

— Да... Я в курсе. Тот, кто сдавал кровь сегодня — не Нельт. Впрочем, дело не в переливании даже… Скажите, раз уж мой друг пошел на такие жертвы, вы могли бы провести для него экспресс-анализ сейчас? В качестве дополнительной услуги. Его материал же ещё не утилизировали?

Девушка задумчиво посмотрела на Ярсега. Перевела взгляд на дверь за своей спиной, за которой раздавались невнятные голоса.

— Нет. Но…

— Не беспокойтесь, — Киран обворожительно улыбнулся. — Галар Астель с радостью доплатит за срочность.

Девушка кивнула, и, подхватив стопку бумаг, скрылась за дверью лаборатории. Киран вернулся к Ярсегу и Крис, и все трое встали в ожидании. Ярсег был весел. Почти что счастлив. Он притоптывал ногой, засунув руки в карманы пальто, улыбался и что-то тихонечко напевал. Киран и Крис время от времени кидали друг на друга многозначительные взгляды, предвкушая недоброе.

Наконец дверь снова открылась, и на смену девушке в бело-розовом вышел невысокий мужчина в длинном белом халате и больших квадратных очках. Он кивнул Кирану, и тот подошёл к столу вместе с Ярсегом. Оба с любопытством вытянули шеи, рассматривая результаты экспресс-анализа на экране монитора, который повернул к ним врач.

— Немного повышен гемоглобин, в остальном все в норме. Превышение малое, вероятно, обусловлено естественными причинами. Рекомендовал бы пить больше воды и снизить потребление продуктов, богатых железом. Вы курите?

— Нет, — мотнул головой Ярсег. — Доктор, а что значит вот эта графа? — он постучал пальцем по монитору, будто впервые читал расшифровку подобного теста.

— Маркер Ингмара, — устало ответил мужчина, поправляя очки, съехавшие вниз по переносице. — Показатель равен нулю, то есть в крови полностью отсутствует так называемая Ри. У ЧеВГИ считается отличным показателем сорок, меньше — уже патология. Но для обычного человека, каким, я полагаю, вы являетесь, господин…

— Ярсег, — с улыбкой подсказал куратор.

— Господин Ярсег, — доктор прокашлялся. — Ваши показатели вполне нормальны для обычного человека. Не вижу поводов для какого-то либо беспокойства.

Крис поймала взгляд Кирана, чувствуя, как холодеют пальцы, ещё недавно горящие огнем.

Как холодеет все внутри, и сердце опускается вниз.

“Это не он”.

Ярсег радостно улыбался.

***

— Ну? — Армони ждала их у машины, нетерпеливо притоптывая ногой. Ютан стоял поодаль, скрестив руки на груди и мрачно наблюдая за Кираном и Крис исподлобья. Ярсег уже уехал, предоставив им возможность самим объясниться с напарниками.

— Что? — развел руками Киран, подходя ближе. Крис разжала пальцы, бессильно опуская щиты. Золотистая пыльца медленно оседала, растворяясь в блестящих Астелевских волосах.

— Жду объяснений, Киран, — Армони уперла руки в бока. — Какого черта там делал твой куратор? Что это за хрень с побегами в туалет? Ты вообще собираешься объяснить мне хоть что-нибудь?!

Киран вздохнул, подошёл ещё ближе и приникнул к уху Армони, что-то тихо шепча. Чем больше он говорил, тем круглее становились глаза Армони. Крис никогда не видела ее такой красной.

— Ты… Придурок, — прошептала наконец Арм, отпихивая его от себя. — Идиот! Да ты хоть понимаешь, что ты на работе?! Твою мать, Кин!

Киран загадочно улыбался. Быстро прощупав машины на наличие Нельт, кивнул Ютану: все чисто. Открыл дверь, дождался, пока Крис сядет в машину, и, не обращая внимания на ругань Армони, сел за руль.

Как только его дверь захлопнулась, фальшивая улыбка тут же слетела с лица. Крис, прикрывая глаза, откинулась на спинку, не сдержав тихого стона.

Киран завел двигатель, и, пока они выезжали с парковки, несколько минут в салоне висела гнетущая тишина.

— Это не он, — тихо проговорила Крис. Руки свело болезненной судорогой, и она заставила себя спрятать ладони в карманы джинсов.

— Это ещё ничего не значит, — сквозь зубы выдавил Киран.

Крис вздохнула, отворачиваясь к окну.

— Он был с нами на фестивале. Сам чуть не пострадал при взрыве. А теперь его кровь… Киран, у нас ничего нет.

— Чушь, — фыркнул Киран. — Просто он работает не один. Не надо было сжигать маячок Эл. Может, через него получилось бы что-нибудь отследить.

— Киран.

— Да что?! — он раздражённо ударил по рулю, заставив Крис испуганно вздрогнуть. — Какого черта он себя так ведёт? Ты сама не видишь? Он будто нарывается! Эта его ухмылочка… Блядь, да он как нарочно вызвался сдать анализ! Что это за показуха?

— Мы не можем подозревать человека из-за дурацкой ухмылки, — вяло покачала головой Крис. Мышцы медленно расслаблялись, но это расслабление не уносило боль, а лишь преображало её, заставляя все тело неприятно пульсировать. Кожу на груди и руках покалывало, словно она слишком долго спала в неудобной позе.

— Что у нас на руках, Киран? То, что он тебе потакает? Пытается стать ближе? Может, у него и вправду такой идиотский способ заводить друзей?

— Ты его оправдываешь? — Киран бросил на Крис осуждающий взгляд.

— Нет. Я его просто не обвиняю.

— Ммммм.

— Он мне тоже не нравится, Киран. Он… странный. Его речь в образе Астеля… Черт, да послушал бы ты её. Какой-то сектантский бред! Святые. Мне иногда кажется, он просто не очень здоров.

— Но по-твоему, он не убийца.

— Нет. Не знаю, — она тяжело вздохнула, сжимая и разжимая кулаки в карманах, надеясь разогнать кровь и убрать эти мерзкие колики. — Если он тебе так не нравится, смени куратора снова.

— Как будто это так просто, — мрачно отозвался Киран, не отрывая взгляда от дороги.

Раздался звонок, и Киран щёлкнул кнопку на панели, принимая вызов Рэда.

— Кин. Что это за чертовщина?

— А?

— Что за чушь? Очищение крови? Твою херню крутят по всем каналам! Ты хоть знаешь, сколько мне понадобится времени, чтобы разгрести это дерьмо?

— Зная тебя, Рэд, тебе хватит часа полтора, — устало отозвался Киран.

— Хватит паясничать! У тебя был заготовленный текст!

— Ты знаешь, я скорее импровизатор.

— Засунь свои импровизации в…

— Поговорим позже, Рэд! Я за рулём! — перебил его Киран и быстро щёлкнул кнопкой.

— Знал бы я ещё сам, что наговорил, — пробормотал он, выкручивая руль.

Крис снова вздохнула, устало отирая лицо и закрывая глаза.

Остаток пути они ехали молча. Мотор ровно урчал, и Крис, свернувшись калачиком, вскоре задремала, убаюканная монотонной колыбельной своей тихой, пульсирующей боли.

Глава 36. Пластырь

— Все плохо, Джер.

Киран зажал телефон между ухом и плечом, склонив голову набок и повернув правое плечо к зеркалу. В раковине валялся пластырь и бинт — оба насквозь пропитались кровью.

— Сколько у тебя осталось? — судя по шороху и монотонному гудению вдалеке, звонок застал Джера в клинике.

— Нисколько.

Тишина. Тихий вздох в трубке.

— Как давно кончились?

— Четыре дня назад.

— И…?

Пальцами левой руки осторожно пробежал по вздувшемуся бугру на плече и тут же зашипел, стискивая зубы.

— Бабочки просятся наружу, Джер. Полным ходом.

— Ох, Киран. Слишком рано… Я не предполагал, что это начнется так быстро.

— Я тоже. Что-нибудь есть?

Джер ненадолго замолчал. Раздался приглушённый стук шагов. Скрипнула дверь. Тихое щёлканье — и Джер снова заговорил, понизив голос.

— Я вышел на одного человека… Кажется, у него осели остатки партии.

— Те таблетки? Новые?

— Нет. Медиаторы.

Киран вздохнул, прикрывая глаза. Слава Святым. Снова испытывать разрушительные протечки было бы выше его сил. Кровь из носа и рвота — альтернатива куда пристойнее. По крайней мере, он не причинит вред другим.

— Ты бог, Джер.

— Но Киран… — Джер помялся, выдержав долгую паузу. — Партия сомнительная. Я пока не знаю, можно ли доверять этому поставщику.

Киран нервно рассмеялся.

— О, Джер. Прекрати. Думаешь, меня сейчас напугают такие риски?

Джер протяжно выдохнул, легонько шипя в трубку.

— Киран, я не знаю. Я постараюсь. Но даже при всех вводных, даже если я… Послушай. Тебе придется продержаться ещё неделю.

— Неделю? — Киран чуть не задохнулся, впиваясь взглядом в кровоточащую рану. Ему мерещилось, что чем дольше он смотрит в приоткрывшуюся плоть, тем явственне видит внутри маячок — казалось, ещё немного, и он увидит мерцание красного индикатора.

— Думаю, это максимум. Я постараюсь достать быстрее. Но… Киран. Ты должен быть готов к худшему.

Сердце разбежалось и ухнуло куда-то вниз. Киран глядел в зеркало остекленевшими глазами. Джер? Сам Джер говорит, что стоит готовиться к худшему? Джер, который всегда просил его держаться и не сдаваться до самого конца?...

— Всегда готов, — Киран натянул ядовитую ухмылку.

Джер молчал, и тишина затянулась настолько, что Киран отнял телефон от щеки, чтобы посмотреть на дисплей — нет, звонок все ещё шел, Джер все ещё был на той стороне.

— Джер?

— Киран, я хотел попросить тебя об услуге.

— Мммм, — промычал в ответ, вновь прижимая телефон плечом и включая воду. Смочил полотенце и принялся обтирать руку, осторожно, пытаясь не касаться самой раны.

— Хотел попросить тебя поговорить с Кристоль.

Рука Кирана на мгновение замерла.

— Поговорить? О чем?

Паузы Джера начинали сводить с ума. Ему явно нелегко давались такие разговоры, но чем дольше Спаркс молчал, тем больше Киран нервничал, становясь неаккуратным. Дрожащие пальцы то и дело попадали по ране, и он каждый раз корчился от боли, сжимая зубы до скрипа.

— Хотел попросить тебя… повлиять на неё. Заставить… Уйти её с этой работы. То, что происходит вокруг Астеля… Киран, это давно стало слишком опасным. Ещё тогда, когда вы оба чуть не погибли, ещё тогда… стоило все прекратить.

— Я знаю, — процедил Киран, смаргивая слезы. — Я давно просил ее уйти. Думаешь, твоя дочь послушает меня? Она упертая, как… Шшшшшш…. Ай, ччччёрт! Почему ты просишь об этом сейчас?

Отнял руку от раны и согнулся, сжимая пальцами край раковины. Зажмурился, выжидая, когда боль приглушится, растекаясь по телу тупыми пульсирующими волнами.

— Я поговорил с ее матерью. Она в ужасе. И не знает, как на нее повлиять. Мы оба не знаем, как на нее повлиять.

Плечи Кирана затряслись от беззвучного смеха.

— Лара? С каких пор она интересуется благополучием Крис? Знаешь, я видел эту женщину вживую. Честно сказать, так и не понял, что ты в ней нашел.

— Киран, — Джер протяжно вздохнул. — Ты можешь разорвать помолвку?

Киран распрямился, вновь глядя в зеркало, и несколько минут молчал, разглядывая свое зареванное лицо в отражении.

Разорвать. Помолвку.

Крис так и не объяснилась перед матерью. Ничего не сказала Джеру. Эти двое до сих пор думают, что Киран всерьез собирается жениться на Крис.

Он бросил взгляд на свое кольцо, недоуменно моргая.

— Прости, Киран. Звучит слишком жестоко. Но ты же и сам понимаешь, что она остаётся… Остаётся там только ради тебя. Пока ты в опасности, она будет бросаться за тобой в огонь до последнего.

Киран сглотнул, сжимая окровавленное полотенце.

— Я думаю, ей хочется защитить тебя. От покушений, от взрывов, от СКБН… От всего, что тебя окружает. Она Инри, Киран. Инри до мозга костей. Она попытается спасти даже того, кого спасти… попросту невозможно. Киран… Ты ещё здесь?

— Я понимаю, — хрипло ответил Киран, изо всех сил прижимая смоченное полотенце к плечу. Слезы вновь выступили на глазах, но теперь боль в руке казалась тупой и ничтожной. — Я понимаю, Джер. Я… Сделаю всё, что смогу.

***

Крис сидела на краю кушетки, перебирая края голубой медицинской рубашки. В смотровой было прохладно, и Крис мелко дрожала — хотя и не понимала, дрожит ли больше от холода или от страха. Она то и дело бросала взгляд на настенные часы в широкой металлической раме, но минутная стрелка, казалось, не двигалась уже целую вечность.

Наконец боковая дверь распахнулась. Вошёл Джер. В руках сжимал широкие черные листы, на которых светлыми полосами и пятнами вырисовывались смутные очертания грудной клетки Крис.

— Все… в порядке? — с надеждой спросила Крис, по напряжённому лицу Джера понимая, что вряд ли услышит что-то хорошее. Сжала руки, проверяя, отзовётся ли боль. Но та утихла. Ночью Крис спала так спокойно, что утром уже засомневалась в своем решении ехать к Джеру. Поехала, только потому что Рэд уже все равно одобрил ее выходной, а Киран слишком легко поверил в ее ложь — накануне Крис соврала ему, что поедет навестить Лавли.

Даже если Джер сейчас скажет что-то плохое, это наверняка излечимо. Просто временные проблемы. Ничего страшного. Она немного помучается, но скоро пойдет на поправку. Ведь правда?

Ну почему, почему он смотрит на нее такими глазами?!

— Прости, что принес плохие новости, Кристоль, — глухо ответил Джер. Сердце задрожало в груди, моля, чтобы Крис как можно быстрее убиралась из кабинета.

Но она только сильнее стиснула пальцами край кушетки.

— Насколько плохие?

Джер помолчал, потирая подбородок. Взял снимки, и, подняв их перед окном так, чтобы Крис разглядела свои ребра и белые точки меж ними, заговорил:

— Видишь эти круги? Это связи. Выражаясь совсем просто, твое тело пропускает Ри через них, как через своеобразный фильтр. Вот эта связь, — он взял карандаш и постучал кончиком по самому верхнему кругляшку, что находился где-то в районе сердца, — срослась неправильно после той травмы.

— Не… Неправильно? — тихо пробормотала Крис, прижимая ладонь к груди.

Джер вздохнул, опуская снимки.

— Кристоль. Она больше не работает, как нужно. Не будет больше работать никогда.

Крис молчала, ощущая, как кабинет начинает кружиться. Стены дрожали. Вибрировал даже воздух. Она глупо похлопала глазами, медленно поворачивая голову.

— И… это… это значит…?

— Тебе нельзя использовать Ри, как раньше. Никаких щитов на десятку, Крис. Даже не на пятерку. Кажется, ты продолжила использовать Штерна уже после травмы, хотя наверняка испытывала сильную боль. Из-за этого… Ты начала разрывать и вторую связь.

Крис задыхалась. Горло сжало так сильно, что перед глазами стало чернеть.

— Если ты продолжишь использовать Ри на максимум… Так, как привыкла, — Джер смотрел в пустоту, обречённо качая головой. — Вторая связь разорвется и может не зарасти. И станет ещё хуже. Кристоль, ты не только потеряешь способности Инри в принципе, ты можешь покалечить внутренние органы. Может открыться внутреннее кровотечение. Ты должна прекратить, слышишь?

Крис смотрела на Джера сквозь мутную пелену. Все это — Джер, снимки, смотровая, кушетка, сама Крис — все это вдруг стало таким серым, неправильным и далёким, что Крис казалось, будто она сама парит где-то в воздухе, наблюдая за сценкой со стороны, словно смотрит какую-то идиотскую слезливую драму.

— Ничего выше тройки. Кристоль, слышишь? Кристоль?

Джер осторожно подошёл, и его мягкая ладонь, опустившаяся на плечо, на мгновение вернула ее в реальность.

— Дыши, Кристоль. Дыши. Это не приговор. Сейчас… Налью тебе воды. Подожди.

Когда она заставила себя сделать глоток и прокашляться, Джер все ещё стоял рядом, так близко, будто вот-вот был готов ее обнять. В его глазах читалась такая глубокая жалость, что Крис начинало подташнивать. Голова все ещё шла кругом, в висках стучало, будто сотни молоточков пытались раздробить ее череп изнутри.

— Это не конец, Кристоль. Главное, что ты жива, и что ты…

— Я — калека, — она безжизненно приподняла уголки губ, глядя Джеру в глаза. — Я… просто калека.

Джер обнял ее, и Крис уткнулась носом в накрахмаленный ворот белого халата, от которого горько пахло лекарствами. Запах, который Джер всегда приносил с собой из клиники.

Запах ее детства.

Крис всхлипнула, стискивая под пальцами плотную ткань, и Джер мягко гладил ее по волосам, пока ее плечи дрожали от тихого плача.

— Кристоль, — прошептал он. — В мире много прекрасных занятий. Много дорог, которыми можно пойти. Безопасных дорог. Слышишь, девочка моя? Это не конец. Может быть, это все — наоборот, только начало?

— Дже-е-ер, — сквозь плач надрывно протянула она. — Начало? На..на…начало?

— Прости. Прости. Сперва будет больно. Я знаю. Тебе нужно это отгоревать.

Она потеряла счёт времени. Плакала долго — халат Джера пропитался ее слезами так, что, наверное, можно было выжать и нацедить целый стакан. А когда нашла в себе силы отнять от его плеча свое опухшее, красное лицо, Джер спросил:

— Хочешь, чтобы я позвонил Кирану?

Крис вздрогнула, хватая Джера за руки.

— Нет. Нет! Прошу тебя. Только не ему. Не говори ему, Джер, пожалуйста! Ты обещал, что все сделаешь тихо. Ты обещал! Никому! Ты же сдержишь слово? Джер, ты же врач. Ты же должен хранить медицинскую тайну!

— Да, да, — мягко успокоил ее Джер. — Я все сохраню, Кристоль.

Его теплые руки бережно накрыли ее ладони.

— Но болью лучше делиться с близкими. Так легче ее пережить.

Крис вытерла нос, громко втянув влагу.

— Нет. Не с Кираном. Ему нельзя знать.

— Хорошо.

— Никому нельзя знать.

— Как скажешь.

— Обещаешь?

Он помолчал, снова мягко погладив ее по руке.

— Кристоль. Но ты должна бросить эту работу. Ты же понимаешь, что не сможешь больше защищать. Ты подвергаешь опасности и себя, и всех, кто на тебя рассчитывает.

— Мммм, — она кивнула, поджав губы, ощущая, как слезы вновь катятся по щекам.

— Если пациент ставит под угрозу свою или чужую жизнь, я имею право раскрыть медицинскую тайну. Имей это ввиду.

Крис покусала мокрые губы. Шмыгнула носом, глядя в окно. Низкое небо затянуло черными тучами, и в стекла ударили первые капли косого дождя.

— Дай мне ещё немного времени, Джер, — тихо выдохнула Крис. — Пожалуйста. Я обещаю, я не буду использовать Ри. Всего неделю, и я уйду, ладно?

Джер молчал, недоверчиво глядя в её глаза.

— Я хочу… — голос сорвался, и она опустила голову, теребя подол больничной рубашки. — Я хочу все закончить, как следует. Я хочу… со всеми проститься.

***

Пластырь нужно срывать резко. Одним движением.

На короткий миг почувствовать острую боль, которую можно оплакать уже потом, в тишине, когда все наконец прекратится.

Киран набрал воздуха в грудь, в последний раз окидывая взглядом свое отражение. Поправил выбившуюся прядку волос. Одернул ворот рубашки, накинутой поверх светлой футболки с эмблемой Астеля. Натянул лучшую улыбку из всех.

Хорош. Выглядит бодрым. Так и не скажешь, что спал полтора часа. Да и не понять, что чип под бинтом лезет наружу так яростно, что пластырь вмиг заливается кровью. Лишь бы никто не трогал его за плечо.

Лишь бы она не касалась его плеча, как всегда делала в попытке его утешить.

Киран выдохнул, выходя в комнату. С минуту сжимал и разжимал пальцы, стоя у двери.

Сорвать пластырь.

А что он ей скажет?

Что ненавидит ее? Презирает её? Боится её?

Что смогло бы в мгновение её отпугнуть?

К черту. Киран схватился за ручку и решительно шагнул в коридор.

К черту планы, к черту задумки, к черту сценарии! Он увидит её и всё решит на ходу.

Лучше всего ему удается импровизировать.

— Ты у Кирана эту ерунду подхватила? — Армони смеялась, толкая в бок разгоряченную Крис. Они сидели на диване в большой гостиной рядом с Зеном и Вин — в последнее время сопровождение удивительно крепко сплотилось, проводя почти все свободное время вместе. Играли, спорили, пели, пили чай, ютясь поближе к камину. Глумились над дикторами из новостей и пародировали Астеля. Всё… почти как в старые добрые времена.

Киран усмехнулся про себя. Чем мрачнее становится мир за окном, тем теплее становится внутри. Удивительная магия разрушения. Кто бы мог подумать, что тёмные времена настолько сближают.

— Это не ерунда, — протестовала Крис. — Зен уже играл в эту игру. Скажи, было весело?

— О, да! — Зен встрепенулся, и краешек пледа сорвался с его плеча. — Можно столько всего нового узнать друг о друге. Ну, хотите, добавим перчинки?

— А? — девчонки отозвались почти в один голос.

— Поцелуи в щёку — это как-то по-детски, — Зен прищурился, обводя взглядом напарниц. — Как насчётнастоящихпоцелуев?

— Не-не-не! — запротестовала Крис, смеясь.

— А по-моему, звучит интересно, — Вин пожала плечами.

— Давайте голосовать, — твердо решила Армони, для пущего весу громыхнув по столу огромной супницей, которую называла своей чашкой для чая.

— Нас поровну. А если будет ничья… — начала было Вин, и тут же вздрогнула, когда Киран подал голос:

— Я в игре.

— Йей! — Армони взвизгнула, хлопая в ладоши. — Отлично! Давай! Набираем обороты!

Киран устроился в кресле, закинув ногу на ногу и подперев щеку ладонью. Он пристально разглядывал Крис, откровенно любуясь. Она не поднимала глаз, но он знал, что она чувствует на себе его взгляд. Её щеки пылали. Руки кутались в плед. Она нервничала.

В груди колотило так громко, что Киран едва смог расслышать вопли Зена.

— Голосуем? Кто за настоящую игру?

Сам же Зен первым задрал руку. Так высоко, как только мог. Следом поднялась ладонь Вин.

Взгляды устремились на Кирана. Тот лениво улыбнулся и чуть приподнял два пальца.

— Это… Ты голосуешь? Да? — глаза Зена горели азартом.

— Так точно, капитан, — со слабой усмешкой отозвался Киран.

— Я не буду с тобой целоваться! — Армони покосилась на Зена.

— Ты сначала угадай обо мне хоть что-то, — он показал ей кончик языка. Крис и Вин засмеялись, и щеки Крис запылали ещё ярче.

Зен и Армони притащили вращающуюся стрелку, сворованную из какой-то настольной игры. Поместили в центр стола — каждому предлагалось крутить по очереди, чтобы определить, кому он станет задавать вопрос. Киран молча наблюдал, как Зен несколько раз получил щелбаны от Арм, Вин и Крис, и не смог сдержать улыбки, когда стрелка Крис указала на самого Кирана.

Крис подняла на него взгляд. Кажется, впервые за этот вечер. Киран не сменил расслабленной позы, лишь слегка качнул пальцами в воздухе, призывая ее озвучить свое предположение.

— Киран, — тихо начала она. Выдержала задумчивую паузу, скребя ногтем невидимое пятнышко на столе. — Ты…

— Ну, давай, Крис, — громко прошептала Арм, топая ногами от нетерпения. — Хочешь, я подскажу? Он ничего не видит правым глазом.

— Ну и дурочка, — усмехнулся Киран. — Так хочешь, чтобы она получила щелбан?

— Эй, нельзя отрицать очевидное! — нахмурилась Армони.

— Я вижу больше, чем ты думаешь, — он прикрыл ладонью левый глаз, оставив перед собой только смутные тени. — Вижу, как ты прямо сейчас трясешь коленкой и показываешь мне язык.

— Да? Тогда ты, наверное, видишь, сколько пальцев я тебе показываю?

— Один. И я прекрасно вижу, какой. Ой, как невежливо, Арм. Как невежливо.

— Иди к чёрту! Ты подсматриваешь! — обиженно фыркнула Армони.

Он рассмеялся. Зен улыбался, качая длинной челкой.

— Эй, ну дайте Крис хоть что-нибудь сказать! — нетерпеливо перебила их Вин.

— Ты… — Крис снова думала дольше, чемнужно. Киран замер в ожидании, все ещё притворяясь расслабленным и ленивым. В гостиной стало так тихо, что слышно было только потрескивание поленьев в камине.

— Ты бежишь от себя, — наконец тихо произнесла Крис, не глядя ему в глаза.

— О-о-о, — протянула Армони.

— Глубоко, — покачала головой Вин.

— Слишком глубоко, — фыркнул Зен. — И слишком абстрактно! Вот давайте не притягивать за уши! Такую ерунду можно про кого угодно сказать!

— Ладно! — Крис вскинула руки вверх. — Ладно, я скажу по-другому, довольны? Киран, ты боишься своих сил. Ненавидишь то, что был рожден разрушителем.

Киран сморщился, поднимаясь с места. Подошёл к дивану и без сожалений щёлкнул Крис по кончику носа.

— Ай!

Все засмеялись, а Крис, обиженно прижимая ладошку к лицу, метнула на Кирана взгляд, полный ярости. Киран улыбнулся одним уголком рта и вернулся на место.

— Врать в этой игре запрещается!

— Я и не вру. Это ты — выдумщица.

Крис показала ему язык, но уже через секунду втянулась в игру, снова увлеченно наблюдая за стрелкой и слушая чужие предположения.

Два раза Зен целовался с Вин. Киран наблюдал за ними из-под полуприкрытых век, потягивая перечный кофе, и изредка посматривая на реакцию Крис. Она смотрела на целующихся, прикусывая покрасневшие губы, и ее грудная клетка поднималась так часто, будто она только что пробежала сто лестничных пролетов без остановки.

Когда Кирану пришлось крутить стрелку, она почти указала на Армони. Киран прищурился, едва заметно пошевелив пальцами, и послушный треугольничек сдвинулся, останавливаясь напротив Крис.

Бесцветная магия. Чистая и наивная. Никто и не обратил внимания на его детский мухлеж. Один только Зен бросил Кирану недовольный взгляд, определенно что-то почувствовав, но ничего не сказал.

— Ты любишь запах апельсина, — уверенно сказал Киран, вспоминая, как внимательно Крис перебирала баночки в его ванной. Вспоминая, как она раз за разом прижималась к нему, вдыхая и блаженно прикрывая глаза.

Крис потупила взгляд.

— Пфффф, — фыркнул Зен. — Тоже можно сказать про кого угодно. Давай что-нибудь посерьёзней!

Киран метнул в его сторону обжигающий взгляд. Снова посмотрел на Крис, и, помедлив, уточнил:

— Ты любишьмой запах.

Армони и Вин завизжали. Арм топотала ногами в исступлении, закрывая ладонями рот, Вин смотрела то на Крис, то на Кирана, с явным возбуждением ожидая продолжения.

Зен закатил глаза, цокая языком.

— Иди ко мне, Инри, — тихо позвал Киран, улыбаясь и поглаживая себя по коленке. — Это ведь правда.

Она поднялась с места, сопровождаемая писком Армони и глупыми шуточками Вин. Киран не шевелился, выжидая.

— Черта с два я сяду тебе на коленки, Кин, — она остановилась в каком-то касании от его ноги и скрестила руки под грудью.

— Но это я победил. Разве не ты должна принести мне награду? — он приподнял бровь, повторяя призывный жест.

Она все ещё стояла, сведя брови у переносицы и надув щеки. Киран тихо рассмеялся, и, поднявшись с кресла, обхватил ладонью ее затылок и склонился, глядя в её глаза. Он намеренно затянул момент, приближаясь к ее губам, чтобы уловить ту короткую тень отвращения, которая неизбежно проскользнет на ее лице, и которую она, конечно же, тщетно попытается скрыть. Он ждал этого. Эта реакция была бы болезненной — но такой предсказуемой и знакомой.

Как было бы легко её отпустить, если бы она хоть на секунду сморщила свой маленький милый носик. Как было бы легко сорвать этот пластырь, будучи убежденным, что она никогда и не была способна по-настоящему его полюбить.

Его. Такого, каким он стал.

Без иллюзий. Без артефактов.

Это ведь невозможно, правда, Крис?

Скажи, что я тебе отвратителен.

Покажи это.

Молю.

Но Крис только широко распахнула глаза, тихо вздохнула и приоткрыла рот, легонько качнувшись ему навстречу.

С упавшим сердцем Киран прижался к ее губам — и публика сошла с ума.

Зен громко и обиженно причитал. Армони и Вин на пару рукоплескали. Но для Кирана все звуки смолкли.

“Я люблю тебя, Крис. Прости меня. За все, что я сделаю. Пожалуйста, прости меня”.

Она почти не отвечала на поцелуй. Лишь слегка приоткрыла губы, позволяя ему ласкать её — и он не был настойчив. Не был жаден, как в их первый раз. Он почти не дал воли своему языку, хотя очень хотел попасть в ее рот, очень хотел чтобы она ответила, как тогда — пылко, пьяно и горячо.

Но вместо этого их губы лишь нежно касались друг друга, и руки Кирана, спустившись вниз по ее спине, целомудренно остановились на уровне талии.

Мгновение. Все закончилось слишком быстро. Он сам оторвался от ее рта, опасаясь, что не сможет оставаться таким сдержанным дальше. Улыбнулся одним уголком губ, рассматривая ее пылающее лицо, и мягко отстранился.

Крис вернулась на диван и живо закуталась в плед, словно продрогла в его объятиях. Армони с улыбкой прижалась плечом к ее плечу, Вин торжествующе подняла вверх свою чашку.

— Так выпьем же за запах апельсина!

— Что у тебя в чашке? — подозрительно спросил Зен. — Явно не чай.

— А вот и чай!

— Я почувствовал на твоих губах, когда целовал. Ты что-то туда подлила?

— Да что ты пристал ко мне?

— Вин! Ты вообще-то завтра на смене! — захохотала Армони, отнимая у нее чашку и делая большой глоток. — О, Святые!

— А что ты хотела? Думаешь, я стала бы лобызаться с ним на трезвую голову?

За общим весельем Крис совсем погасла. В какой-то момент она поднялась с дивана, накрывшись пледом с головой, и, волоча его за собой по полу, словно фату, выскользнула из гостиной, почти неслышно со всеми попрощавшись.

Киран поднялся наверх всего через каких-то пятнадцать минут. Конечно, в коридоре ее уже не было. На двери, ручку которой охраняла морда тигрицы, не было даже простого бытового щита. Киран прижался плечом, занеся руку, чтобы постучать, и так и замер, бесконечно прокручивая в голове слова.

“Ты бежишь от себя.

Ненавидишь то, что был рожден разрушителем”.

Чип пошевелился под кожей немым упрёком.

Я должен был поцеловать тебя сразу, Инри. Сразу, как только ты это произнесла.

Потому что ты победила.

Я бегу от себя.

Я ненавижу себя.

И я должен сделать так, чтобы ты тоже меня ненавидела.

Он выдохнул, прижимаясь спиной к ее двери, откидывая голову назад и прикрывая глаза.

Если ему суждено сгнить в лабораториях. Если ему суждено сгнить в тюрьме. Если он обречён вечно скитаться в резервации среди таких же безумцев, как он. То он хотел бы запомнить хоть один милый вечер, в котором Инри смеялась в его компании. Хоть один поцелуй, не омраченный его жадной похотью. Хоть одну каплю нежности, слышимую в ее теплом дыхании.

Один маленький, крохотный кусочек надежды.

Чтобы греться им каждый раз, когда вокруг станет холодно и темно.

Киран выдохнул, открывая глаза, и пошел по коридору прочь.

Глава 37. Выбор

— Крис! Кошечка! Кошечка, проснись!

Крис сонно заворочалась в постели, прижимая телефон к уху.

— Лав?...

— Крис, она победила! Ты слышишь?Мы победили!— Лав так громко кричала в трубку, что Крис поморщилась, отодвигая телефон на безопасное расстояние.

— Что?...

— Крис, Святые! Спасибо тебе. Спасибо, спасибо, спасибо что ты свела меня с ней! Это просто подарок судьбы! Передай от меня пламенный привет мистеру красавчику! Его сестра просто чудо!

Ханна. Ханна победила. Крис села в постели, протирая глаза.

— Включи телек.

— Я… Ох, Лав. Я пока не могу.

— Ладно, я сейчас скину ссылку. Обязательно посмотри! Это… Ах, Крис! Святые, я так счастлива! Я самый счастливый человек на земле!

Крис улыбнулась.

— Здорово, Лав. Я рада.

Лавли вдруг замолчала, и в трубке с минуту было слышно только шум толпы вдалеке.

— Кошечка? У тебя все хорошо?

— Да, — Крис сделала голос выше, пытаясь казаться веселой. — Да, конечно! Я просто с самого начала знала, что Ханна справится. Я просто… не очень удивлена.

Лав счастливо рассмеялась.

— Ссылку отправила! Отключаюсь, чтоб ты могла посмотреть. Передай новость Кирану! Ханна просит поцеловать его за неё. Она здесь!

— Крис! Привет! — послышался голос Ханны вдалеке.

— Хорошо. Я передам. И Ханне передавай привет! Она — золото, — искренне ответила Крис, улыбаясь.

Несколько минут Крис сидела в тишине, ожидая, когда загрузится видео. И когда перед глазами замелькали лица репортёров, зал суда, лица Ханны и отца Лавли, она с трудом заставила себя сосредоточиться на сюжете. Внизу шла бегущая строка, и Крис раз за разом перечитывала послание:

“Проголосовать сегодня можно в том числе онлайн через приложение”.

— …сразу по группе дел, объединенных по одному признаку — все обвиняемые Нельты использовали разрушение для самозащиты или для защиты других людей. По предварительному приговору каждому сулило от года до семи лет лишения свободы, с возможностью сокращения срока исключительно в рамках программы “Новейшие исследования”. Однако “Право на меч” во главе с Ханной Кин добились невозможного: сегодня утром были вынесены оправдательные приговоры по каждому из представленных дел. Более того, некоторые обвиняемые были признаны пострадавшими. Правозащитники заявляют, что намерены добиваться компенсации за моральный ущерб, причиненный подзащитным.

— Это не удача. Не везение и не случай. Мы много работали, чтобы этот день настал,— Ханна выглядела уставшей, но глаза ее сияли.— Мы уверены, что принятая судебная практика в отношении Нельтов давно устарела, и она должна быть — и будет — изменена! Сегодня мы создали прецедент, который откроет тысячи новых возможностей. И без лишней скромности — этот день изменит не только судебную систему. Не только настроения в обществе. Не только наше восприятие Нельтов. Я думаю, что этот день по-настоящему изменит всё.

Крис затаила дыхание.Изменит всё.

Святые праотцы… Ханна говорила так искренне, так уверенно! Ей просто нельзя было не доверять.

Киран прав. Его сестра гениальна.

Ролик закончился, и почти сразу пошел следующий — Крис не стала переключать и несколько минут смотрела, все также бегая глазами по всплывающей строчке:

“Проголосовать сегодня можно в том числе онлайн через приложение”.

— …по итогам опросов в Анфелиме господствовали “полосатые” настроения: политику Уорса до сих пор поддерживали более семидесяти процентов граждан. Однако средний показатель по Ангераде колеблется: Уорс получает от сорока восьми до пятидесяти двух процентов, и аналитики считают, что на волне последних событий количество реальных голосов, которые Уорс заработает сегодня, будет серьезно отличаться от предварительного прогноза.

Крис отложила телефон, вглядываясь в предрассветный сумрак комнаты. Кругом все было тихо. Ни в коридоре, ни за окном не происходило ничего — только слабо шуршали листья во дворе, подгоняемые сентябрьским ветром.

Но чувство, что мир меняется, что кипучие волны перемен уже накатывают на этот дом, что вот-вот захлестнут его с головой, никак не покидало ее.

Вся эта тишина, все это утреннее спокойствие — маска. Затишье перед бурей. Скоро закончатся выборы. Скоро победит Сайн. Скоро введут браслеты — и Киран, и все Нельты будут спасены. Мир будет кипеть. Не будет кураторов. Не будет чипов. Не будет страха.

Крис вскочила с кровати, заламывая руки и беспокойно бродя по комнате.

Если Эри станет носить браслет, Кирану не придется искать способы, чтобы оплатить для нее специальную школу. Кирану вообще не придется… больше ничего разрушать. Он и вправду наконец-то сможет жить счастливо и свободно. Без сопровождения, без Рэда, без Астеля, без покушений, перевоплощений и взрывов.

Обычным человеком.

Вместе с Крис.

Она вздрогнула от этой мысли, остановившись и обняв себя руками. Несколько минут смотрела в окно, но видела перед глазами только образ Кирана — как он улыбается, играя с детьми, как поет им песни, как кружит Эри по комнате.

Ни он, ни Крис не смогут использовать Ри.

Они будут на равных.

Они… будут вместе.

Даже когда тьма рассеется.

Крис улыбнулась своим мыслям, и, задыхаясь от глупого счастья, рванула к двери.

***

Она проникла в его комнату почти неслышно. Киран спал с приоткрытой шторой, и по кровати скользил мягкий свет первых рассветных лучей. Крис улыбнулась, наблюдая, как Киран тихо сопит, сжимая во сне подушку. Волосы падали ему на лицо, одеяло сбилось, обнажая плечи и грудь.

Крис осторожно присела на край постели, потянулась и взяла в руки его телефон. И, нажав кнопку разблокировки, на миг замерла.

С экрана ей улыбалась семья Кирана. Ханна, Энни, Лекс, девочки, Мариам. Крис провела пальцем по их лицам, с теплой тоской вспоминая день, когда было сделано это фото. Кажется, и сама Крис стояла где-то неподалеку — но, конечно же, не попала в кадр.

Крис еле слышно вздохнула. Осторожно взяла руку Кирана, не дыша приложила его палец к кнопке.

Спит.

Все ещё спит.

Выдохнула.

Зайдя в приложение для голосования, быстро проставила отметку рядом с кандидатурой Сайн.

Вернулась на главный экран, любуясь семейством Кин.

И когда только Эйла успела исчезнуть?

“Не нужно, Крис. Нет причин”.

Крис отложила телефон, легонько касаясь рукой одеяла.

— Киран.

— Ммммм? — сонно буркнул он.

— Киран...

Наконец зашевелился, откидывая волосы с лица, перевернулся на спину, приоткрывая заспанные глаза и щурясь, словно смотрел на солнце.

— Как ты вошла? — голос ещё сонный и хриплый.

— Кажется, ты поранился на тренировке, — пожала плечами Крис. — Нашла в зале бинтик с кровью, подумала, что твой. Угадала.

— Твои крысиные повадки меня в могилу сведут, — он шумно выдохнул и прикрыл лицо руками, протирая глаза.

Крис не могла сдержать улыбки. Киран был таким нежным, сонным и теплым, что ей никогда в жизни не хотелось ничего так сильно, как сейчас же забраться под его одеяло и прижаться щекой к его груди. Слушать, как он недовольно бурчит. Ощущать его пальцы, заплетающиеся в ее волосах. Наслаждаться его дыханием. Биением его сердца прямо у себя под ладонью.

— Киран, — повторила она. — Когда это все закончится... Когда мы уйдем из сопровождения. Что с нами станет?

— Что? Инри, ты проснулась в такую рань, чтобы это у меня спросить? — он приподнялся на локте, все ещё потирая глаза.

— Мы… будем вместе? — на последнем слове ее голос охрип, и она замолкла, опуская глаза. Киран отвёл руку от лица и пару минут недоуменно моргал, словно ее слова доходили до него с большим запозданием.

— Вместе?...

— Мы… мы с тобой… Мы всё ещёдрузья,Киран?

Киран откинулся на подушки, недовольно вздыхая.

— Инри. Мы уже обсуждали это. Разве нет?

— И ты все равно продолжил.

— Продолжил — что?

— Флиртовать со мной, — честно ответила она. — Обнимать меня. Говорить, что я только твоя Инри, и что ты... Что я нужна тебе.

— Конечно, ты нужна мне, — усмехнулся он. — У тебя лучшие щиты во всем Анфелиме. Крис, святые праотцы! Если тебе это кажется флиртом, то мне страшно подумать, в каких отношениях ты раньше была с мужчинами.

Крис промолчала, нервно перебирая подол тонкой ночной рубашки.

— Дай угадаю, никаких отношений у тебя и не было? — он произнес это почти с укором. Крис не ответила, но Киран понял все и без слов. — Святые, Крис. И ты растаяла от какой-то пары добрых слов, сказанных Нельтом, который схватился за тебя в минуту отчаяния? Ты же понимаешь, что окажись на твоём месте кто угодно, я говорил и делал бы абсолютно то же самое?

— И повез бы знакомиться со своей семьёй? — уточнила Крис, пряча подступающие к горлу слезы.

— Я забрал тебя, потому что ты была разбита и одинока. Настолько жалкая, что тебя даже родная мать не навестила. Конечно, это был прекрасный момент, чтобы тебя отблагодарить.

— Ах, вот оно что. Широкий жест, — Крис слышала, как задрожал ее голос.

— Да. Ты рассчитывала на что-то другое?

— А поцелуй — ещё один жест? Ещё более широкий, правильно понимаю?

— Это была всего лишь игра.

— Не вчера, — она ненадолго замолчала. — Тогда. На Фриверане.

— Ты сама это сделала.

— Но ты ответил. Клянусь святыми, Киран, ты ответил так, словно мечтал об этом всю жизнь! Даже не смей сейчас говорить, что ты просто играл.Ты сам хотел этого! Хотел! Я это чувствовала!

Киран улыбнулся, но глаза его оставались ледяными.

— Хотел. Не стану лукавить, ты сексуальна, Инри. Если тебе хочется дружбы с привилегиями, я уже говорил, что не буду против.

Крис вскочила с кровати и пошла к дверям, не оборачиваясь.

— Ты... — ее рука легла на ручку и замерла. — Ты уверен, что это все, что ты хочешь мне сказать?

Обернулась, чтобы увидеть, как Киран приподнимается и пожимает плечами.

— Я не жалею о своих решениях, Инри. Я сказал ровно то, что хотел.

— Хорошо. Потому что я сейчас выйду из твоей комнаты, и... — она запнулась, ощущая, как горло сжимается так сильно, что становится невозможно дышать. — Скажи правду, Киран. Сейчас. И я забуду весь тот бред, что ты мне только что наговорил. Иначе, когда я уйду...

— Уходи, — с улыбкой перебил ее Киран. — Иди, Инри. Отнеси свое разбитое сердечко кому-нибудь другому, пусть утешит тебя и вытрет твои девственные слёзки. Ты пришла не по адресу.

Крис закусила щеку до крови, и, ощущая, как горькие слезы кипятком обжигают глаза, вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

***

Вин и Санар возвращались со смены, когда увидели, как Крис вылетает из комнаты, и, рыдая взахлеб, прижимается к стене и медленно скатывается вниз. Сестры переглянулись, и, не сговариваясь, побежали к девчонке.

Санар хмуро разглядывала её сверху, пока Вин, склонившись, утешающе гладила Крис по голове. Сбившаяся на плече пижама. Растрёпанные волосы. Красное зареванное лицо.

Ничего необычного для раннего утра чувствительной юной девчушки, если бы не одно мрачное “но”.

В таком виде она вылетела из спальни Кирана Кина.

— Крис! Крис, ты чего? — Вин встревоженно взяла девчонку за плечи. — Эй, эй, посмотри на меня. Что случилось?

— Ни… ик! Ничег-го, — выдавила та, силясь подняться. — Всё. Всё. Нор… Ик! Нормально.

— Это Кин? — грозно спросила Санар. — Он тебе что-то сделал?

Крис подняла глаза и посмотрела на Санар с таким ужасом, что у той кровь застыла в жилах.

Ну конечно, это Кин.

Кто ещё был способен довести до такого состояния.

— Н-нет, — Крис помотала головой. Вин помогла ей встать, и Крис, шатаясь, побрела к своей двери. — Все нор…мально, девочки, правда. Просто… Просто. Плохой день. Извините, что напугала.

— Крис, если тебе нужно поговорить, — начала было Вин, но Крис замахала руками.

— Нет. Нет. Все правда… Нор… Нормально. Спасибо.

Она шмыгнула носом и исчезла в своей комнате, но даже из-за закрытой двери близняшки ещё долго слышали ее всхлипы и тихие стоны.

— Рэд должен об этом узнать, — мрачно выдала Санар.

— Что? О чем? — сестра смотрела на нее с чистой невинностью ягненка. — О том, что они поругались?

— Поругались, — фыркнула Санар, отходя от двери Крис. Вин последовала за ней по коридору. — Ты видела, в каком состоянии она вышла? В какой одежде? И откуда?!

— Не помню, чтобы регламент запрещал напарникам спать вместе, — поморщилась Вин. — Характер у Кирана так себе, так что немудрено, что он вывел её из себя. Это просто любовная склока. Не делай из этого трагедии!

— Любовная? Думаешь, хоть одна женщина пришла бы в спальню такого, как Кин, по своей воле?

Вин округлила глаза.

— Сан, нет… Ты же не думаешь всерьез, что Киран…

— Я знаю о споре, Вин, — мрачно перебила ее сестра. — О поблажках, которые он ей дал, чтобы она здесь работала. Думаешь, он не потребовал ничего взамен? Сама подумай, какая шикарная для него возможность.

— Ну хватит. Сан, это уже чересчур! Да он выхаживал ее после травмы! На весь отпуск отвёз к себе, даже с семьёй познакомил! Не городи ерунды. Они просто склочная влюбленная парочка!

— Уязвимая девчонка, что боится потерять место, — задумчиво пробормотала Санар, когда они оказались у дверей своих комнат. — И циничный Нельт с таким лицом, что переспать с ним согласилась бы разве что слепая. Отличный дуэт, да? Вправду думаешь, я поверю, что Крис приходит в его спальню из большой и чистой любви?

Вин одарила её тяжёлым взглядом, полным молчаливого осуждения.

— Я должна рассказать Рэду, Вин, — ледяным голосом сказала Санар. — Он должен знать, что за мрак творится прямо у него под носом.

***

— Крис уже приходила с новостями? — по голосу Ханны Киран слышал, как она улыбалась.

— С… новостями?

— Да хватит, Киран. Ты что, все проспал? Это великий день! Шаг к нашей свободе!

— Ты победила, — ахнул Киран, садясь на кровать.

— Реагируешь так, как будто удивлен, — Ханна неодобрительно цокнула в трубку.

Киран улыбнулся, качая головой.

— Нет. Нет, Ханна. Я же говорил, что верю в тебя. Всегда верю. Я просто… заработался и забыл дату. Заседание было сегодня?

— В шесть утра.

Киран бросил взгляд на часы. Так вот какого черта Инри приходила так рано. Пришла обрадовать его.

Сердце больно кольнуло, и Киран поспешил ответить Ханне прежде, чем на глаза снова навернулись бы слезы.

— Поздравляю тебя. Ты — тигрица. Не устану это говорить.

— Поздравляю нас, — поправила его Ханна. Киран слабо улыбнулся. Несмотря на то, что ни мама, ни сестры не имели гена Ингмара, Ханна всегда говорила про их семью — “Нельты”. Всегда говорила про Нельтов — “мы”. Так, как будто разрушение Игана, Кирана и Эри принадлежало всей семье сразу. Так, как будто они всегда несли эту ношу вместе. От этого “мы” на душе всегда становилось тепло, и… чертовски больно.

Если бы разрушение приносило хоть что-нибудь, хотя бы отдаленно напоминающее счастье, о, Ханна. Если бы разрушение приносило хоть что-нибудь, кроме боли.

Я бы с радостью разделил с тобой это гордое “мы”.

— Помнишь, что ты мне обещал? Когда я выиграю.

— Я что-то обещал?

В трубке послышался глухой стук каблуков и щёлканье дверной задвижки. Крики и шум голосов вдалеке затихли — голос Ханны теперь звучал в гулкой, пустой тишине.

— Ладно, а теперь серьезно, Киран. Тогда был твой день рождения, и я не стала наседать. Но сегодня — мой день. Моя победа. Скажи мне честь, или милость — как тебе угодно. Отблагодари меня. Сделай то… О чем я тебя попросила.

Киран потер лоб. Выдержал минуту молчания.

— Киран.

— Мффф. Ханна. Зачем? — он откинул голову назад, разглядывая потолок. — Ну позвоню я ему, и что дальше? Ты же знаешь, что мы не помиримся! Знаешь, что это опять закончится руганью! Кому это нужно? Ему? Мне?

— Вам обоим, — отрезала Ханна.

Они замолчали. Киран опустил голову, задрал рукав и принялся разглядывать вздувшееся плечо.

— Я прекрасно знаю, почему ты принял решение его ненавидеть, — тихо, но все ещё твердо продолжала Ханна. — И вы с Эри имеете право на злость больше, чем кто бы то ни было. Но… Киран. Ты ненавидишь не его. Ты давно превратил его в соломенное чучело, с которым и борешься. Только образ в твоей голове.

— Что? — фыркнул Киран, поддевая ногтем засохшую корочку крови.

— А ты сам не видишь? Ты даже не ненавидишь. Ты боишься. Отец — образ будущего, от которого тебя выворачивает. Тебе до безумия страшно, что ты смотришь в него, как в проклятое зеркало, и так и видишь, что все это однажды случится с тобой!

Киран с силой сжал рану, заставляя алую струйку ручьем побежать по плечу.

— Посмотри на него хоть раз как на человека, Киран. На обычного… Настоящего человека. Со своими чувствами. Мыслями. Со своей душой. Он не образ. Не та страшилка, в которую ты теперь веришь. Не тот кошмар, которого так боишься.

— Напомнить тебе, что он хотел сделать с Эри? — перебил ее Киран.

— Он не хотел. Ты прекрасно это знаешь. Киран, даже Эри… Она давно его простила.

— Эри шесть лет, — усмехнулся Киран, механично расколупывая рану. — Она даже дьявола простит. Стоит только маме указать пальчиком и сказать, что это ее родной дедушка.

Ханна тяжело вздохнула.

— Ханна, — он оторвался от раны и взял телефон в окровавленную ладонь. — К чему все это? Пусть все, что ты рассказываешь — правда. Пусть я чертов позорный трус! Дальше что? Зачем мне теперь храбриться? Зачем ты пытаешься окунуть меня в эту пропасть, если я уже и так одной ногой там?!

— Что?...

— Ничего, — поспешно оборвал ее Киран. — Я… просто не вижу смысла, Ханна. Прости.

— Просто… Киран, — сделала последнюю попытку она. — Мама… и Лекс. И Энни. И девочки. Мы все… Мы готовы его принять.

Киран замер, глядя в пустоту перед собой.

— При…нять?...

— Скорее всего, Сайн победит. И когда введут эти браслеты, знаешь… Я думаю, мама хотела бы, чтобы он вернулся в семью. Мы все хотели бы. Но он не осмелится, потому что ты все ещё ненавидишь его. Пока ты винишь его, он винит себя, и этот чёртов круговорот никогда не закончится.

Киран вытер проступившие слезы, тут же почувствовав, как измазал щеки чем-то липким. Ошарашенно взглянул на алую ладонь и заморгал, пытаясь вспомнить, когда успел так измазаться.

— Я… — вздохнул, ещё с минуту помолчав. — Не знаю, Ханна. Я попробую. Я… Думаю, я смогу просто поговорить. Ничего не обещаю.

— Спасибо, Киран, — он слышал в ее голосе слезы, прикрытые мягкой улыбкой. — Спасибо. Я люблю тебя!

Ханна отключилась, и Киран ещё несколько минут разглядывал свои руки в абсолютной тишине. Когда взгляд упал на плечо, он вздрогнул, заметив, как из-под разодранной кожи выглядывает металлический краешек.

— Нет, — в ужасе зашептал он, кидаясь в ванную. — Нет, нет, нет! Какого чёрта…

Лихорадочно перебирал ящики, пока не нашел ножницы, нить и иглу. Продел нитку в ушко раза с десятого, с трудом видя хоть что-то из-за давящих слез, с трудом заставляя слушаться дрожащие грязные руки. Сердце надрывно колотилось, все ускоряя и ускоряя ритм, и Кирану пришлось отложить иглу, уперевшись руками в края раковины, и просто дышать, считая от одного до ста и обратно.

Вдох. Выдох. Вдох.

Глубже. Ещё. Дыши.

Ты не сдашься так просто, Киран. Всего одна гребаная неделя, и Джер раздобудет таблетки. Отсчёт уже пошел, так ведь? Скоро станет попроще.

Инри уйдёт, и хотя бы эта проблема решится сама собой. Не придется думать ещё и о ее безопасности. Не придется бороться с самим собой, каждый день смотря на неё и пытаясь не думать о том, что…

Черт побери! Да почему от мысли о ней становится только хуже?

Он уткнулся лбом в зеркало и закрыл глаза, тяжело выдыхая.

Спустя десять минут, вымыв руки и откупорив бутылку самого отвратного бенсанского джина, который только нашелся в глубине его темного шкафа, Киран сделал четыре крупных глотка — и, свернув жгутом полотенце и закусив его, словно удила, уверенно пропихнул иголку под кожу и принялся шить.

***

— Кин, — Рэд встретил его у машины тяжёлым взглядом исподлобья. Киран нервно поправил куртку, ощущая, как холодные капли дождя забиваются под воротник и стекают по шее. — Опаздываешь.

— Не заметил, как ты обновил расписание, — поморщился Киран. — Астель проголосует за Уорса, разве нет? Не слишком красиво делать это под носом у Нельта.

— Хватит ерничать. У близняшек форс-мажор. Так что садись в машину и… — Рэд вдруг сощурился и замолчал, положив руки на пояс. — И как вернёмся, зайди ко мне в кабинет. Надо поговорить о твоём поведении.

— Я думал, мы всё обсудили, — Киран открыл было дверь машины, но остановился, пристально глядя в глаза менеджера. — В новостях вроде бы оценили мою речь, нет? Не вижу причин раздувать из этого…

— Не об этом, — Рэд качнул головой. — О твоих отношениях с коллективом.

— О моих… Что?...

Рэд махнул рукой, кивком приказывая ему сесть в машину. Киран повиновался и занял пассажирское место рядом с Зеном.

— Об отношениях с коллективом, — фыркнул Киран, пристегивая ремень. Зен проследил взглядом за его движениями, и, как только машина перед ними выехала с территории, тут же поехал следом.

— Вызывает на ковер? — спустя несколько минут тишины спросил Зен, не отвлекаясь от дороги. — Из-за Крисси?

Киран поморщился, косясь на напарника.

— Крисси?...

— Случайно подслушал их разговор, — пожал плечами Зен. — Жаль, что она уходит. Но раз так решила, лучше бы сделала это по-тихому. Обвинять тебя в харассменте? Святые, Киран. Уж каким бы ты ни был придурком, но такого даже ты не заслуживаешь.

Киран повернулся и несколько секунд смотрел на Зена, не мигая.

— В хара… в чем?...

Зен снова пожал плечами.

— Давление. Травля. Злоупотребление статусом. Святые, да если подумать, ты меня с младых ногтей так щемил. Но я же не жаловался, — он усмехнулся, поведя плечом. — Я же понимал, что ты не со зла. Если хочешь знать, я вообще считаю, что твой прессинг неплохо так закаляет. Особенно когда ты желторотый новичок…

— Мммм, посмотрите на него, — скривился Киран. — Прессинг! Да кто на тебя давил-то, мальчик? Или ты травлей называешь свой проигрыш в том пари, когда тебе пришлось гусеницу съесть? Она была в сахаре! И даже уже не живая!

— Не напоминай, — Зен надул щеки, всем своим видом показывая, что его начинает подташнивать. Киран усмехнулся, цокая языком.

— Я ещё помню, как ты заставил меня бегать по территории голышом, — обиженно добавил Зен. — За то, что я проспал первую тренировку.

— Не ври. Я разрешил тебе оставить трусы.

— В апреле.

— Зато теперь ты пунктуален до чёртиков.

Зен тихо рассмеялся, мотая челкой, и Киран, заразившись его смехом, откинулся на спинку сиденья. Ещё несколько минут оба улыбались и молчали, вспоминая прошлое. Но когда улыбки исчезли, Киран уставился в потолок и тихо спросил:

— Харассмент? Она правда так сказала?

— Я не все расслышал. Так, зацепил краем уха. Вообще-то такую формулировку выбрал Рэд, — Зен выкрутил руль, выезжая на трёхполосную трассу следом за машиной Астеля. — Спросил, не подвергалась ли она харассменту с твоей стороны.

— И она ответила… да?

— Не знаю. Наверное. Рэд разозлился, сказал, что поговорит с тобой.

Киран молчал, засунув руки в карманы куртки и машинально прокручивая меж пальцев брелок.

— Мне казалось, между вами все гладко, — признался Зен. — Вы выглядели… Честно, ты как будто заботился о ней куда больше, чем обо мне.

— Ты ревнуешь? — хмыкнул Киран.

— Ага. Особенно приревновал, когда ты нарочно перетянул стрелку.

— Не было такого.

— И не единожды, Киран, — обиженно вздохнул Зен. — Ты ведь специально не дал мне ни шанса поцеловать её!

— У тебя в любом случае не было шанса.

Небо заволокло тучами. Стало темнеть так стремительно, что Зену пришлось включить фары.

— Значит, это ее месть?

— Что? — переспросил Киран.

— Ты разбил ей сердце, — пожал плечами Зен. — Она решила испортить тебе карьеру.

Киран неопределенно хмыкнул.

— Мне никогда не понять, за что женщины тебя так любят. Это все твой шрам, да? Как же они тащатся от побитых красавчиков с драмой!

— Смотри на дорогу, Зен, — усмехнулся Киран. — Заткнись и смотри на дорогу.

***

Когда они подъехали к муниципалитету, дрожащее серое небо почти что сделалось черным. Редкие молнии рассекали тучи серпом, и дворники натужно скрипели по стеклу, едва поспевая счищать холодные капли.

Зен, сосредоточенно щурясь, вёл машину сквозь поток зонтов и бликов фар. В салоне пахло кофе из термокружки, которую Киран держал в руках, молча наблюдая, как на тротуаре колышется разноцветная толпа.

— Я что-то пропустил? Зону тишины отменили? — пробормотал Зен, переводя взгляд на людей у ступеней муниципалитета. Толпы народу стояли с плакатами Уорса: полосатый черно-сиреневый фон издалека бросался в глаза.

— Да здравствует демократия, — с мрачной улыбкой отозвался Киран, шумно отхлебывая остывающий кофе.

Обстановка вокруг напоминала безумный фестиваль под дождем. Плакаты размокли, флажки налипли на руки, чьи-то волосы блестели от влаги. Люди подпрыгивали, визжали, суматошно толкаясь и цепляясь друг за друга зонтами. Киран был готов поклясться, что добрая половина собравшихся и совершеннолетия-то не достигла: фанатки знали, что голосовать приедет сам Астель. И пришли только в слепой надежде, что Галар найдет время, чтобы черкнуть пару автографов.

Зен припарковал машину ближе к служебному входу. В зеркале заднего вида мелькнул Галар — как всегда, безупречный, облаченный золотистым светом щита Армони, в длинном тёмном пальто, с ослепительно белой улыбкой. Он снял очки и вскинул руку в приветственном жесте: толпа взорвалась так, будто он был самым главным политиком, представляющим доминирующую партию.

Киран усмехнулся про себя.

Ну конечно же.

Идеальное лицо рекламной кампании Уорса.

— Ну, вперёд, во славу гражданского долга, — сказал вслух, выходя из машины и накидывая капюшон. Холодный ветер ударил в лицо, и несколько капель скатились по воротнику.

Зен выбрался следом, дернулся всем телом в нелепом па, как будто по нему прокатилась невидимая волна — и над ними вспыхнула полупрозрачная дуга, мягко рассекая дождь.

— Держись ближе, — бросил он, уверенно двигаясь к Астелю, Рэду, Ютану и Арм. Киран послушно потащился следом, щурясь от ярких вспышек.

— Астель! Астель! — несколько девушек рванули ближе и облепили щиты. Астель только улыбался и мягко кивал, всем видом показывая, что не намерен ни с кем говорить, пока не достигнет холла. Вместе с сопровождением он двинулся по ступеням, шествуя медленно и чинно, с пафосом, которому позавидовали бы и короли. Киран привычно закатывал глаза, наблюдая за Галаром со спины.

Взгляд бездумно скользил по разноцветным лентам и баннерам. Плечо снова саднило, и Киран нащупал в кармане полупустую упаковку обезболивающего. Стошнит ли, если он проглотит хотя бы ещё одну?

“ГОЛОСУЙ СЕГОДНЯ — ИЗМЕНИ СВОЁ ЗАВТРА!”

“ГЛАВНАЯ СРЕДА В ТВОЕЙ ЖИЗНИ”.

“ВЫБЕРИ БУДУЩЕЕ!”

Киран закинул в рот таблетку, морщась от горечи.

За стеклянными дверями муниципалитета виднелся зал. Флаги, урны, кабинки, сотни бумажных бюллетеней под светом белых ламп. Пропустив вперёд Зена, Киран на секунду застыл, и сознание обожгло почти забытым воспоминанием.

Главная среда в твоей жизни.

Моргнул, неуверенно шагая вперед. В нос ударил запах теплой бумаги и дешёвого кофе из автоматов, смешанный с острым запахом пота. Жужжание толпы напоминало гул взбесившегося пчелиного роя.

Главная среда в твоей жизни.

Потянулся вперёд, хватая Зена за рукав.

— Сегодня… среда?... — собственный голос казался ему чужим.

— Ну да, — отозвался Зен, пожимая плечами. Он встал чуть поодаль от Армони и Ютана — те закрывали собой спину Астеля. Щит уже сняли для камер. Галар начинал свою вдохновенную речь.

— Мне надо уйти, — Киран хлопнул Зена по плечу, разворачиваясь к выходу. Внутренности сжимало узлом. Спина похолодела, и руки начинало трясти в лихорадочном ознобе.

— Ты не можешь, — Зен обернулся, и, поняв, что Киран и вправду уходит, поспешно схватил его за рукав. — Эй! Киран, какого черта?

— Мне надо. Срочно.

— Киран! Нельзя выходить из зоны… Черт подери, да куда ты собрался?! — зашипел Зен, все ещё тяня его за руку и опасливо оглядываясь по сторонам.

— Соври им что-то. Скажи, меня вызвал куратор, — Киран отцепил его руку и нырнул в толпу, спешно пробиваясь к выходу.

Оказавшись на улице, дрожащими руками выдавил из блистера ещё три таблетки и запихнул в рот. Разблокировал телефон, спешно продираясь меж мельтешащих волонтеров и избирателей. Экран быстро намок, и холодные пальцы противно скользили, размазывая дождевые капли — Киран с трудом смог добраться до нужного номера в списке контактов.

Оказавшись на самой безлюдной окраине тротуара, приложил телефон к уху и замер, прислушиваясь к гудкам.

Один. Два. Три.

— Давай же. Давай. Возьми трубку, чертов самоубийца!

Трубку никто не брал. Но гудки продолжались. Киран заходил кругами вокруг фонарного столба, трепя влажные волосы, то и дело беспокойно откидывая их назад. Ветер швырял в лицо холодные капли.

— Киран?

Небо разорвал гром, и тучи враз обрушились ливнем.

— Иган, — выдохнул Киран. — Ты уже ушел? Ты уже там? Ты можешь отменить эти грёбаные испытания? Ещё можешь отказаться? Откажись, слышишь?!

— Не сегодня.

— Что? Чт… Что значит…

— Их перенесли. Я в порядке, Киран, — голос отца был уставшим и вялым, будто его клонило в сон. — Не волнуйся за меня.

— Не волноваться? — опешил Киран. — Ты думаешь, я за тебя волнуюсь? Да я бы только рад был, если б ты сдох, ясно? Просто отмени эти испытания. Откажись от них насовсем!

В трубке повисла тишина. Киран вслушивался в нее, остановившись у самого края обочины, и мелко дрожал, пока потоки ливня хлестали его по спине и лицу. Вода была всюду. Затекала за ворот куртки, струилась по телефону, по руке, сбегала под рукав прямо к локтю. Фары скользящих мимо машин размывались, мелькая в сумраке желтыми пятнами.

— Я не могу.

Киран сплюнул воду, отирая лицо.

— Что значит — не можешь?

— Я не могу отказаться, Киран. Не откажусь.

— Почему? — почти закричал он, вновь откидывая со лба мокрые волосы. — Какого черта ты вообще на них записался?! Что тебе нужно, Иган? Деньги? Сколько?

— Мне не платят за испытания, — кажется, в динамик попала вода, и голос Игана зазвучал глухо и далеко. — Не деньгами. Это мое условие, чтобы… Чтобы они дали мне видеться с семьёй. С твоей матерью. Если я откажусь, я больше её не увижу.

Холод пробрался под ребра. Схватил внутренности, сжав железной, цепкой рукой. Лёгкие. Сердце. Все замерло. Все отказывалось дышать.

Киран замолк.

Тьма вокруг стала такой густой, что даже свет проплывающих фар, даже огни муниципалитета больше не были способны пробиться сквозь нее. Дождь становился сильнее, поглощая собой, прибивая его к земле. И Киран послушно опустился на колени, уронив дрожащие руки.

Снова гром — и все звуки исчезли.

Только тихий голос в трубке все звал и звал его по имени, что-то причитал, извинялся и успокаивал — но Киран уже не мог ничего расслышать.

В груди что-то болезненно дернулось, и, завалившись на бок, он прижался щекой к тротуарной плитке. Мокрые ресницы сомкнулись, и мир погрузился в темноту.

Глава 38. Осколки

— Все хорошо?

В кабинете Рэда было светло и пахло нагретой смолой. Он сидел за тяжёлым дубовым столом, нацепив на нос тонкие смешные очки — те самые, которые надевал только, чтобы читать документы, когда думал, что его никто не видит. Киран подошёл ближе, разглаживая на груди чистую сухую футболку. Отбросил назад волосы, ещё чуть влажные после горячей ванны, и, непринуждённо улыбнувшись, ответил:

— Да.

— Тебя нашли без сознания в луже. Ты не отделаешься простым “да”.

Киран вздохнул. Всего-то стоило отключиться на пару минут, а вой подняли до небес. Прохожие сразу вызвали бригаду Вэлли, дежурившую у муниципалитета, и Кирану стоило больших трудов отвязаться от их неутомимых попыток причинить добро. Еще не хватало, чтобы кто-то сканировал его тело, пока он в таком состоянии.

— Ерунда. Я в порядке.

Рэд снял очки и тихонько постучал дужкой о край планшета.

— Вэлли тебя осмотрели?

— Ага. Сказали, меня плоховато кормят, — улыбнулся Киран.

Рэд надул щеки, шумно выпуская воздух изо рта. Отложил очки, положил руки на стол и скрестил пальцы.

— Знаешь, что Спаркс увольняется?

— Угу.

— Знаешь, почему?

— Откуда мне знать.

— Она твоя напарница. Которую ты, между прочим, взял под свою опеку. И ты не знаешь, что у нее происходит?

Киран повел плечом.

— Она вольна сама принимать решения насчет своей карьеры. Я здесь при чём?

— При том, что я хотел бы знать, по какой причине Инри, пережившая два покушения, держалась за свое место изо всех сил, а теперь приходит ко мне в слезах и говорит, что не может работать!

Киран натянул ухмылку, пытаясь затолкать поглубже вспыхнувшую под ребрами боль.

— У всех есть предел. Может, наконец осознала, что сопровождение — не веселое летнее приключение, а настоящая работа. Уйдет эта Инри, придёт другая. Не вижу большой проблемы.

Рэд вспыхнул, поднимаясь с места и упираясь кулаками в стол.

— Придёт другая? И тоже прибежит ко мне в слезах через пару месяцев, Кин?!

Киран картинно закатил глаза.

— Ты сейчас пытаешься повесить на меня ответственность за ее уход? Что мне сделать? Упасть перед ней на колени? Молить остаться?

— Для начала объясни, как вообще до такого дошло! Говори прямо, Кин! Начал распускать руки?

Киран опешил. Маска на миг слетела с его лица, и он стоял с приоткрытым ртом, ошарашенно уставившись на раскрасневшегося Рэда.

— Это… она тебе так сказала?

— Она ничего не сказала! — Рэд взметнул со стола бумаги. — Какой женщине легко о таком говорить! Но я же вижу по ее лицу, она в ужасе! Кин, я и так очень много тебе прощаю. Я терплю твои идиотские выходки. Я закрываю глаза, когда ты нарушаешь даже прямые приказы! Ты знаешь, что я тебе должен… Но это! Такого я здесь не потерплю!

— Да не трогал я твою чёртову Инри! — в бешенстве заорал Киран, окончательно руша иллюзию надменного спокойствия. — На какой черт она мне сдалась?! Мне, по-твоему, делать нечего, зажимать по углам тупорылых фанаток?!

— Успокойся и сядь!

— Успокоиться?! Ты поверил какой-то писклявой девке, которую знаешь два месяца! И обвиняешь меня? Меня, Рэд? Что она ещё тебе наговорила? Ну, давай, вываливай! Я насильник, а кто я ещё? Я, может, много чего о себе не знаю?!

Рэд фыркнул, надувая багровые щеки.

— До меня дошли грязные слухи. Настолько грязные, что я даже озвучивать не хочу! Но они же не появились из ниоткуда, Кин? Я, черт возьми, не могу просто это проигнорировать!

— Что за слухи? Ну что, блядь, за слухи, Рэд?

Рэд промолчал, сжимая кулаки и диким взглядом блуждая по кабинету.

— Ребята видели, как она выходила утром из твоей комнаты.

— Спать с напарницей — преступление?

— Кое-кто считает, что ты добился этого шантажом.

— Шантажом? — хохотнул Киран. — Рэд, ты серьёзно думаешь…

— Уж прости, Кин, — хмуро перебил его Рэд. — Но связь с тобой такой, как Спаркс, не выглядит со стороны, как что-то добровольное.

Киран замолчал, до боли кусая губы.

— Спаркс! Войди.

Он вздрогнул, когда тонкая дверь, разделявшая кабинет Рэда со смежной комнаткой, открылась, и наружу показалась светлая челка.

Сжал кулаки, все ещё быстро дыша.

Слышала.

Таилась там и все слышала.

Маленькая глупая Крыска.

Инри встала по правое плечо от него, точно так же, как он, повернувшись лицом к Рэду, широко расставив ноги и скрестив руки за спиной.

— А теперь вы двое, — Рэд скрестил руки на груди, вновь усаживаясь в кресло, — по очереди расскажете свою версию событий. И если хоть одна деталь не совпадет…

— И что? — фыркнул Киран.

— Мне придется собрать сраную комиссию по этике, Кин. Чтобы обсудить вопрос твоей дальнейшей работы здесь.

— Комиссию? По этике? — Киран хохотнул, складывая руки на груди, подобно Рэду. — Мы, по-твоему, где? В администрации президента?

— Можем обойтись без комиссии, — Рэд недобро сверкнул глазами. — Тогда я лично опрошу ещё пару свидетелей и просто тебя уволю.

Киран поджал губы, стискивая кулаки и косясь на Крис.

— Он ничего не сделал, — дрожащим голосом выдавила она, опуская голову. — Ни к чему не принуждал. Он прав. Работа стала слишком опасной. Я боюсь за свою жизнь. Боюсь, что… Боюсь, что не справлюсь. Что подставлю других. Этого достаточно, чтобы вы отпустили меня?

Киран мотнул головой в ее сторону, многозначительно приподняв бровь.

— Слышал?

Рэд не обратил на него внимания. Насупился, пригибаясь ниже к столу, и заговорилнизко и тихо:

— Спаркс. Он тебя не тронет. Бояться тут нечего. Раз все равно приняла решение, скажи все начистоту. Ты уйдешь, а остальным придется несладко, если в команде останется такой…разрушающий элемент.

Киран шумно выдохнул через нос, стискивая челюсти.

— Я его не боюсь, — Крис покачала головой. — Он придурок, но никогда никому не вредил. Насчёт домогательств… Не стоит переживать, — она криво улыбнулась. — Вряд ли у него вообще встаёт на кого-нибудь, кроме самого себя.

Рэд поперхнулся, закашлявшись. Киран прикусил губу, пытаясь не засмеяться.

Вот же… Маленькая злобная крыска.

Я буду скучать по твоему острому язычку.

— Я доработаю до конца недели, — она вскинула голову, уверенно глядя Рэду в глаза. — Попрощаюсь со всеми как следует и уйду. Вы как раз сможете найти кого-нибудь на замену.

Рэд сделал пару больших глотков воды и отставил стакан, вытирая рот.

— Уверена, что не хочешь остаться, Спаркс? У тебя очень высокий потенциал. Замену будет найти непросто.

Крис подарила ему печальную улыбку.

— Простите.

Рэд мрачно кивнул, и Крис вылетела из кабинета, даже не удостоив Кирана взглядом.

***

Вопреки его ожиданиям, она все ещё стояла в коридоре, сжав руки под грудью и нервно притопывая ногой. Ждала его? Киран подошёл ближе, но остановился в паре метров, соблюдая дистанцию.

Услышав его шаги, Крис вскинула голову и тут же подлетела, обнимая ладонями его щеки.

— Что с тобой? Ты в порядке?

Киран оттолкнул ее, морщась.

— Нарываешься? Хочешь, чтобы мне ещё одно обвинение в харассменте прилетело?

Крис опустила руки, вздыхая.

— Просто не все правильно оценили твоютактильность,— она многозначительно посмотрела с лестницы вниз, в большую гостиную, где у камина сидели Вин и Санар. — Я с самого начала сказала Рэду, что он не прав. Но он считает себя большим знатоком человеческих душ, знаешь ли… И очень много внимания придает сплетням. Чёрт. Вот же… козёл! Связь с такой как Спаркс, не может выглядеть добровольной! Что он вообще имел ввиду?!

Киран усмехнулся.

— Я не красавчик, Инри. Достаточно иметь хотя бы один глаз, чтобы это заметить. Одна ты почему-то смотришь на меня так, будто я не калека, а гребаная рок-звезда.

Крис покраснела, сжимая кулачки.

— Не смей.

— Что?

— Хватит, Киран! Ты прекрасно знаешь, что я к тебе чувствую! Не унижай… Не смейся над тем, кто мне дорог. Прошу. Хотя бы… Хотя бы сейчас.

Киран молча опустил взгляд. Лицо горело. Ему казалось, что он заливается краской до самых ушей, похуже, чем Крис — стоит, как пристыженный школьник, которого за ухо притащили к директору и заставили ответить за то, что дёргал девочек за косички на перемене.

Не смейся над тем, кто мне дорог.

Ох, милая. У меня слишком давно вошло в привычку издеваться над этим придурком.

— Если бы Рэд внимательней слушал сплетни, то давно знал бы, что мы помолвлены, — после долгой паузы сказал Киран, когда дрожащий комок, подкативший к горлу, наконец отступил.

— Надо было сказать ему, что ухожу, потому что ты разорвал помолвку, — грустно усмехнулась Крис. — Обошлось бы без разборок.

— Не обошлось бы. Он так тебя ценит, что попытался бы нас помирить. Он уже так делал с Ютаном и Арм, и, между прочим, это даже сработало.

Крис удивлённо вскинула брови.

— Ютан и Арм?!

Киран рассмеялся, упираясь ладонью в перила.

— Да. Они вроде как женаты. Ты не знала?

Инри глупо моргала пару секунд, глядя перед собой, прежде чем недоверчиво сощурила глаза и воскликнула:

— Да ты обманываешь меня!

— Да ну? На что поспорим?

Она засмеялась, почти собираясь озвучить ставку, набрала воздуха в грудь, и вдруг замерла, словно застигнутая врасплох осознанием.

Улыбка медленно исчезла с губ. Голубые глаза потемнели, наполнившись глубокой, пронзительной предгрозовой синевой.

— С тобой все хорошо, Киран? — Крис сказала это почти шепотом. Накрыла его ладонь своей, и их кольца — её на безымянном и его на среднем — тихо столкнулись. На секунду Кирану показалось, что по ним прошла вибрация: лёгкий отблеск давно утраченной Ри. Но лишь на секунду.

Киран задержал дыхание, вслушиваясь. Нет… Все, что делало эти кольца некогда ценными, давно умерло. Просто безделушки. Молчаливы и холодны.

— Ты… правда потерял сознание?...

— Все хорошо, — кивнул он, не убирая руки. — Все нормально, Крис. Я съездил в больницу.

— И твой маячок…

— Я все еще на таблетках, — соврал он, пожимая плечами. — Чип в порядке, в анализах крови ничего не нашли. Просто Ри немного выше нормы и всё.

Крис выдохнула, и ее плечи расслабились, словно с них свалился тяжёлый груз.

Несколько минут оба стояли молча, пока Крис снова не осмелилась заглянуть ему прямо в глаза.

— Жаль, что нельзя откатить назад, — она грустно улыбнулась, и Киран замер, всеми силами пытаясь заткнуть разбушевавшееся сердце. — Я бы тогда не спрашивала у тебя это всё… Про друзей.

— И что тогда? — тихо спросил он, ощущая, как тело неумолимо тянет к Крис, словно она снова испытывала на нём своё чёртово Притяжение.

Она пожала плечами.

— Тогда ты не ответил бы… То, что ответил. Мы могли бы и дальше…

— Делать вид, что ты не влюблена в меня, а я не мечтаю с тобой переспать? — он криво улыбнулся, склонив голову набок.

— Делать вид, что ты не такой уж мерзкий, каким хочешь казаться, — она вздохнула, убирая руку и отходя на два шага назад. — Может, это и хорошо, что все так закончилось. Может, другая Инри, которая придет после меня, будет заслуживать твоего уважения.

— Я разве сказал, что не уважаю тебя? — бросил он ей вслед, когда Крис уже развернулась, чтобы уйти.

— Иди к черту, Кин. Я и минуты не буду по тебе скучать.

***

— Киран.

— Ммммм? — сонно буркнул он.

— Киран...

Он зашевелился, откидывая волосы с лица, перевернулся на спину, приоткрывая заспанные глаза и щурясь. Крис сидела на краю кровати и улыбалась. Сама еще сонная и растрепанная — спутанные волосы торчат по сторонам, помятая ночная рубашка с широким вырезом сбилась в сторону, почти обнажая правое плечо. Киран поморгал, все еще не веря, что видит ее на самом деле.

— Как ты вошла? — хрипло спросил он.

— Ты поранился на тренировке, — напомнила Крис. — Храню твой бинтик на всякий случай.

— Твои крысиные повадки меня в могилу сведут, — он шумно выдохнул и прикрыл лицо руками, протирая глаза. Крис и вправду здесь… Но зачем она пришла в такую рань?

— Киран, — тихо позвала она. — Когда это все закончится... Когда мы уйдем из сопровождения. Что с нами станет?

— Что? — он приподнялся на локте, все ещё потирая глаза.

— Мы… Все еще будем вместе?

Киран отвёл руку от лица и пару минут молчал, пристально глядя на Крис. Вздохнул, откидывая одеяло, и, подвинувшись, легонько похлопал по месту рядом с собой.

— Ты вгоняешь меня в стресс, Инри. Мне срочно нужно тебя обнять.

Она хихикнула, недоверчиво наблюдая за движением его руки.

— Ты же бросил таблетки.

— Какая разница. Иди ко мне.

Крис юркнула в постель, и Киран, укрыв ее одеялом, тут же прижал ее к себе и с наслаждением уткнулся в мягкие волосы. Запах земляники. Поля, нагретого лучами летнего солнца. Блаженство. Глубоко вдохнул, ощущая ее теплые руки на своей спине.

— Мффф. Да. Моя Инри в моей постели. Все так, как и должно быть.

Она лежала, уткнувшись лицом в его грудь, так что Киран кожей чувствовал, что она улыбается.

— Почему ты никогда не говоришь прямо? — пробубнила Крис, не поднимая головы.

— Ты и так все знаешь.

— Киран…

Он отстранился, заставив ее поднять голову и посмотреть ему в глаза.

— Я не хочу тебя терять, Крис.

Она помолчала. Покусала губы, скользя взглядом по его лицу. Долго рассматривала его губы. И, наконец, выдохнув, прильнула к нему вновь и мягко поцеловала в шею. Киран сжал ее крепче, судорожно вздохнув. Нашел губами ее губы — приоткрытые и влажные. Крис тихонько застонала, ее пальцы сжались, обхватывая его сильнее, прижимая к себе так, будто она хотела впитать его в себя, растворить в себе — и Киран с радостью хотел бы отдаться этому желанию. Но едва его язык принялся изучать ее рот, Крис отстранилась, быстро дыша, и с улыбкой шепнула:

— Ханна победила.

— Мммм? — с пьяной улыбкой протянул он, нежно поглаживая ее щеку.

— Я пришла это сказать. Ханна победила, — повторила Крис, обвивая его шею руками. Пальцы путались в его волосах. Касались его затылка. Киран блаженно прикрыл глаза, ощущая, как тысячи мурашек разбегаются по коже, как сладкое, тягучее возбуждение обостряется до невыносимого предела, почти причиняя боль.

— Это надо отпраздновать, — выдохнул он и тут же запечатал ее рот поцелуем. Крис жарко ответила, подаваясь ему навстречу, поглаживая его шею, спину, сжимая, притягивая к себе. Босые ступни скользили по его ногам, горячее дыхание опаляло щеку, тихий стон, прорывавшийся в его рот, звучал не как приглашение, а как требование. Киран с трудом оторвался от ее сладких губ, чтобы прошептать только:

— Я люблю тебя.

— Я люблю… — она сказала это почти одновременно с ним, зачарованно глядя в его глаза. Секунды тишины. Они оба пьяно улыбались, смотря друг на друга так, как будто нашли величайшее сокровище — и у каждого не было слов, чтобы выразить свое счастье. Нет, слов больше было не нужно. Киран провел пальцем по губам Крис и снова прильнул к ним, не в силах справляться с нежностью, наполняющей сердце.

Крис сама задрала рубашку, направляя его руки. Пальцы Кирана скользнули вверх по ее животу, по ребрам, нежно коснулись торчащего соска и мягко сжали упругую грудь. Крис выгнулась под ним, вновь застонав, ресницы ее трепетали. Киран покрывал ее шею влажными поцелуями, жадно вдыхая аромат ее кожи, легонько посасывая, втягивая в себя, сходя с ума от каждого движения пальцев Крис на его спине.

— Я так боюсь, что это окажется сном, — жарко выдохнул он, почти касаясь губами её уха.

— Это не сон, — Крис обняла его лицо тёплыми ладонями, водя большими пальцами по его губам. — Не сон, Киран. Я с тобой. Я всегда буду с тобой…

Он целовал ее в лоб, в нос, в щеки, в губы, он хотел целовать ее всю, до кончиков ее мягких, светлых волос — и она улыбалась, она счастливо смеялась, не выпуская его из своих объятий. Киран хотел, чтобы это утро оказалось бесконечным. Чтобы они попали во временную петлю, где Крис приходила бы к нему снова и снова, где снова и снова ласкала бы его, признаваясь в любви, где ее губы всегда были жаркими и требовательными, где ее сердце стучало так громко под его ладонью — и стучало только для него одного. Не было времени. Не было боли. Не было Астеля, сопровождения, чертовых таблеток и маячка…

— Киран, — Крис вдруг замерла, упираясь руками в его грудь. — Прекрати…

— Что? — он опешил, отстранившись и глядя в её болезненно сморщившееся лицо.

— Ты делаешь мне больно!

— Крис, я… Я ничего не делаю, — он растерянно окинул ее взглядом. Сжалась под ним, прижимая руки к груди, заметалась на постели. Киран взволнованно коснулся ее плеча, и Крис закричала, выгибаясь от боли.

— Хватит! Киран, прошу тебя!

Режущий вспорол нежную кожу, оросив Кирана кровью.

— Крис!

Теплые капли брызнули на лицо. Снова и снова. Рубашка из белой стала багровой — и Киран закричал, прижимая к себе Крис.

— Крис! Крис! Я не хотел! Я не хочу причинять тебе боль! Крис! Пожалуйста!

— Киран… — она захрипела, и у рта надулись кровавые пузыри. — Я… тебя…

— Помолчи! Святые, Крис, помолчи! Ооооо…. Черт…я сейчас… я…

Его бросило в холодный пот. Дрожащие руки беспорядочно блуждали по ее ранам, пытаясь сделать хоть что-то, пытаясь зажать вспоротые вены, вскрывшуюся артерию — но руки только больше погрязли в крови, Крис все сильнее булькала и хрипела, содрогаясь под ним, пока наконец взгляд ее не застыл, устремившись в потолок.

Последний выдох вырвался из легких с тихим сипением.

— Нет, — Киран прижал ладонь к ее щеке, пачкая красным лицо. — Нет. Нет, нет, нет! Крис! Крис, пожалуйста! Не бросай меня. Крис! Я не мог… я… Нет!!!

Руку обожгло чудовищной болью. Он бросил короткий взгляд на плечо и увидел, как из него, вспарывая кожу и мышцы, ползет маячок.

Пип. Пип. Пип.

Он ярко мигал, издавая сигнал. Как чертова бомба, готовая через секунду взорваться. Веки жгло. Слезы кипели на глазах кислотой.

— Крис! Криииииииис!

Резкий вдох.

Он вскочил. Сел, смаргивая слезы.

Вся постель. Белье. Кожа. Всё было холодным и мокрым. Киран лихорадочно поводил ладонями по сбитой простыне. Включил свет, чтобы убедиться, что это не кровь.

Просто пот. Просто взмок, как мышь, умирая от страха.

Выдох.

Убрал волосы, прилипшие к лицу, ощущая, как натужно колотится сердце.

Реальность медленно вступала в свои права, не спеша вытеснять остатки ужасного сна. Мёртвые глаза Крис все ещё так ярко стояли перед глазами, что Киран позволил себе слабость поплакать ещё, судорожно сжимая в руках одеяло.

Грудь теснила такая опустошающая боль, что даже пульсирующее плечо едва отвлекало. Киран вцепился зубами в край одеяла. Прижал его к лицу так крепко, как только мог.

И закричал.

Крис была жива. Они говорили всего каких-то два дня назад — с тех пор она избегала его, выходя из гостиной всякий раз, как Киран появлялся на пороге. За обедом все так же шутила с Зеном, Армони и Вин, но больше не поднимала на него глаз. Садилась всегда подальше, словно одно только присутствие рядом с ним теперь было слишком болезненным — и Киран не смел нарушать ее безмолвный запрет.

Он сам отменил все тренировки. Он сам не понимал, как дальше смотреть в её глаза, после всего, что ему пришлось ей наговорить. Он сам причинил ей боль, и ему придется жить с этим, придется помнить тот взгляд, который она подарила ему на прощание — взгляд, полный презрительного разочарования. Взгляд, обвиняющий в трусости.

Но…

Она была жива.

Киран выдохнул, отбрасывая одеяло, быстро отирая ладонями лицо. Ещё дрожащими руками стянул мокрую простыню, снял наволочку и пододеяльник.

Не важно, сколько кошмаров ему придется пережить. Не важно, как сильно Крис станет его ненавидеть.

Не важно, как быстро забудет его.

Когда он исчезнет во тьме, Крис останется, чтобы жить и дышать в мире, полном любви и света. Она останется там, где её настоящее место.

Не с ним.

Глава 39. Слабость

— Джер, — Киран тихо взвыл, когда руку в очередной раз вывернуло раздирающей болью. — Ты достал их? Скажи, что достал. Святые, молю тебя.

В трубке зашуршало. Голос Джера звучал отдаленно и глухо.

— Ох... Киран. Я сказал, что постараюсь как можно быстрее. Я делаю все, что могу. Но пока…

— Джер! Я подыхаю! Ты слышишь меня? Я сейчас сдохну!

— Киран...

— Отрежь мне гребаную руку! — всхлипнул Киран. — Это невыносимо! Я устал. Блядь, я так устал! Я не хочу сдаваться им, Джер. Не хочу…

— Я знаю. Киран, я знаю. Потерпи, прошу тебя. Мы что-нибудь придумаем. Ты сможешь продержаться… Ещё два дня?

— Ты издеваешься? — Киран прижался спиной к стене, скатываясь вниз. — Мне нужно что-то. Прямо сейчас! Обезболивающее не помогает. Ничего не помогает! Джер… Ты можешь облегчить боль? Хоть как-нибудь? Прошу тебя…

— Я сейчас не в городе, но уже выезжаю. Всего несколько часов, и я буду...

— Несколько часов? — заорал Киран вне себя от ужаса. — Джер, ты знаешь, что со мной станет за несколько часов?! Мне... Мне сегодня же нужно выйти на смену. Я должен. Я должен быть в порядке. Я должен выглядеть, как обычно. Должен...

— Киран, — Джер тяжело вздохнул. — Я сделаю все, что смогу. Ничего не принимай, пока я не приеду. Я знаю, тебе больно. Очень больно. Но прошу тебя. Никаких таблеток и алкоголя. Это только все усложнит.

Киран снова завыл, откидываясь к стене. Горячие слезы текли по лицу вперемешку с холодным потом.

— Жди. Я скоро буду. Так скоро, как только смогу.

— Нет... — тяжело дыша, отозвался Киран. — Нет, подожди. Не бросай трубку. Ты можешь поговорить со мной? Можешь просто... Поговорить, пока едешь. О чём-нибудь. Не важно. Я боюсь... Мне страшно, Джер. Я боюсь отключиться. Раньше никогда не было настолько...

— Я здесь. Не могу обещать, что проговорю долго, но пока связь не пропадёт... — в трубке снова послышался металлический треск. — Кристоль тебе рассказала?

— Что? — Киран на секунду забыл о боли. — О чём?

Джер замялся, явно сомневаясь, стоит ли продолжать. Послышался назойливый пищащий звук: похоже на сигнал, который раздается в авто, когда не пристегнут ремень.

— Джер, — настойчиво позвал Киран.

— Мне не следует это говорить, — глухо отозвался Спаркс. — Как врач, я просто не имел бы права. Но как ее отчим... Бывший отчим. Не важно. Я… Я беспокоюсь за нее, Киран. Я хотел бы, чтобы ты… Позаботился о ней, пока она все ещё там.

Киран нервно сглотнул, вытирая щеки.

— Что... Погоди, Джер. С Крис что-то... Что-то не так?

— Она не простит мне этого.

— Джер! Да что происходит, черт бы тебя побрал?!

Киран застонал, стуча затылком в стену. Чип ворочался в руке прожорливой крысой, выгрызающей путь на свободу.

— Она не справилась. Связи... Срослись неправильно. И это неизлечимо.

Киран сцепил зубы. Пальцы так крепко сжали телефон, что тот едва ли не хрустнул.

— Что... Что это значит?

— Она больше не сможет использовать Ри в полную силу. Нет, сможет… Но… Это может разрушить ее окончательно. Ох, Киран. Если ей придется ещё раз… Если она не будет беречь себя… — Джер на пару секунд замолчал, словно собираясь с духом, чтобы озвучить страшный диагноз. — Ещё один такой надрыв может её убить.

Кирану показалось, что он оглох. Перед глазами потемнело. Комната задрожала, сжимаясь до маленькой точки.

Убить.

Это слово стучало в висках, заставляя его прокручивать в голове последние дни снова и снова.

— Идиотка, — выдавил он, шипя, сжимая плечо с такой силой, чтобы кипящая боль вынудила его вернуться в реальность. — Как давно? Как давно она знает?!

— Недавно. Меньше недели назад. Я провел обследование тайно, она не хотела, чтобы кто-то узнал. Не хотела, чтобы узнал ты.

Киран сглотнул, закрывая глаза.

— Мммм. Ну ещё бы. Твоими стараниями, Джер. Я охладил её пыл настолько, что она и в одной комнате со мной находиться не может.

— Думаю, дело не в этом. Она просто боится показаться слабой в твоих глазах. Хочет сохранить достоинство, уходя, — в трубке что-то тихо щёлкнуло, и Джер протяжно выдохнул. — Как только приведу тебя в норму, проследи за ней, ладно? Не показывай виду, что знаешь о ее состоянии. Просто… следи, чтобы она берегла себя. Ничего выше трёх баллов. А лучше… Пусть избегает нагрузок совсем.

— Мгм, — отозвался Киран, не открывая глаз. В голове было мутно и тяжело. В висках все ещё стучало, и сердце переворачивалось в грудной клетке так, будто это в нем, а не в плече, дёргался грёбаный маячок.

— Киран? Ты здесь?

— Да, — выдохнул он, откидывая влажные волосы со лба. — Просто думаю.

— Прости. Это все… Все так тяжело. Прости, что заставил тебя… вас обоих…

— Ничего, — хрипло ответил Киран. — Ты был прав. Ничего хорошего у нас все равно бы не вышло.

Но Джер будто не услышал его, продолжая оправдываться.

— Я знаю, как ты привязан к ней. Знаю, как сильно ты хотел быть с ней! Но ты же все понимаешь. То, что с тобой происходит… Если это закончится плохо, это окончательно ее добьет. Она и так на грани. Потерять свою силу, потерять идентичность, потерять саму себя! Только представь, каково будет после этого ещё и оплакивать человека, во имя которого все это было разрушено!

Было разрушено.

Слова эхом отозвались в голове, и Киран крепко зажмурился, вжимаясь затылком в холодную стену.

Он разрушил её.

Как бы не бежал от этого, как бы не старался ее от себя оградить — сама встреча с ним стала для нее приговором.

Ты все разрушаешь.

Лучше тебе умереть.

— Прости, — виновато пробубнил Джер. — Это не твоя вина. Я знаю, она сама выбрала такую работу. Сама выбрала сражаться на пределе. Хотела доказать свою значимость. Хотела наконец-то стать ценной…

Разговор с Джером и вправду помогал. Кирану все ещё хотелось умереть, чтобы не чувствовать боль — но теперь она была не в руке, а глубоко под ребрами. Оглушающая, знакомая, переполняющая лёгкие боль. Он больше не мог плакать. Хотел, но слез больше не было. Теперь он просто смотрел в стену напротив, сидя в немом ступоре.

— Потом, когда все уляжется... Святые, я надеюсь, эти браслеты наконец-то введут. Ты сможешь ей всё объяснить, Киран, она поймет... Она сможет тебя простить, слышишь? Просто сейчас ещё не время. Сейчас каждому из вас… нужно пройти свой путь. Понимаешь? Киран? Киран, ты здесь? Киран, ты меня слышишь?

Голос раздавался из телефона, валяющегося на полу рядом с Кираном. Тот молчал, закрыв глаза, и больше не слышал ничего.

***

— Эй. Кин.

Он очнулся от прикосновения холодной ладони к его щеке. Перед глазами застыл мутный силуэт: Киран с трудом сфокусировал взгляд, пытаясь узнать незнакомца.

— Кин, очнись. Давай же. У нас мало времени.

— Что...

Он попытался приподняться на локтях, но тело едва слушалось. Образ перед глазами медленно обретал четкость.

Ярсег. Грёбаный, мать его, Ярсег.

— А, — Киран мрачно усмехнулся. — Приехал забрать меня? Как быстро.

— Кин...

— Только погоди, послушай. Дай мне поговорить с Крис. На прощание. Всего пару минут. Ты ведь можешь? Мне нужно. Нужно с ней поговорить.

— Нет, Кин, — Ярс схватил его за рубашку, подтягивая к стене и усаживая, будто безвольную куклу. Присел рядом на корточки и обеспокоенно заглянул в глаза.

— Я здесь не для того, чтобы забрать тебя. Я пришел помочь.

— Ты? — Киран вяло рассмеялся. — Помочь?

— Я от Джера, — Ярсег зашуршал в кармане и выудил знакомую баночку с криво наклеенной этикеткой. — Он просил передать это тебе.

Киран встрепенулся и разом нашел в себе силы выхватить медиаторы из рук куратора. Ярсег? Куратор, подчиняющийся СКБН — темная лошадка Джера? Вот ведь нелепость. Но кто, кроме Джера, мог знать о происходящем?

Киран лихорадочно завертел в руках банку, пытаясь открутить крышку занемевшими, непослушными пальцами.

Ярсег услужливо сделал это за него и высыпал сразу несколько таблеток на ладонь Кирана.

Знакомые белые кругляшки.

Боль заливала все тело. Путала мысли. Киран медленно повернул лицо к Ярсегу, ощущая странный холодок, спускающийся по спине.

Ярсег?...

Ладонь предательски задрожала.

— Что? — Ярсег склонил голову набок, всматриваясь в лицо Кирана. — Принести воды?

Киран неопределенно мотнул головой.

Ярсег вздохнул, поднимаясь и делая шаг назад.

— Слушай, Кин. Я не собираюсь запихивать их в тебя насильно. Джер сказал, чтобы я просто пришел и проследил, что с тобой все в порядке, ясно? Вроде как эти штуки тебе помогают, нет?

— Ммм, — промычал Киран, медленно моргая. Таблетки оставались лежать на раскрытой ладони.

Ярсег.

Ему нельзя доверять.

В голове закипело, когда Киран попытался вспомнить, почему именно.

Тебе нельзя ничего брать из его рук!

Но почему?

Он же пришел от Джера. Он пришел, чтобы помочь. Пришел, когда больше не было никого…

— Давай, Кин. Тебе нужно взбодриться. Не то Спаркс заметит, что ты прихворал. А ей и самой приходится несладко.

Киран снова посмотрел на Ярсега, недоуменно моргая.

Он знает… Знает так много?

Да… Джер. Должно быть, Джер ему все рассказал.

— Ей нужна твоя поддержка, ты помнишь? — Ярсег давил на больное, заставляя Кирана поднести ладонь ко рту. — Она уже ждёт тебя. Там, внизу.

— Ждёт?... — тихим эхом повторил Киран.

Ярсег уверенно кивнул.

— Вас отправляют с Астелем на конференцию. Она мне так сказала. Представь, что будет, если она опять бросится исполнять свои грандиозные щиты! Ты должен её отговорить. Джер приказал тебе заботиться о ней, помнишь?

“У него не было алиби”.

“Его предыдущий подопечный погиб”.

Как он вообще вошёл в его комнату? Откуда взял его кровь?

Киран покосился на свой телефон, так и оставшийся лежать на полу поодаль.

— Эй, Ярс, — Киран облизнул пересохшие губы, опуская ладонь. — А что сказал господин Брестон? Он проверил эту партию?

Ярсег выдержал короткую паузу, бросая на Кирана оценивающий взгляд. Тонкие губы растянулись в ейлейной улыбке.

— Да, — он вскинул руки. — Конечно. С партией все нормально. Господин Брестон все одобрил!

Киран издал короткий смешок.

Выпустил серебристые путы, и, сжимая Ярсега в стальной хватке, повалил на пол. Подтащился, чтобы взгромоздиться сверху и упереться коленом ему в грудь. Низко навис над ним и прошипел сквозь оскал:

— Не знал, что кот Джера разбирается в таблетках.

Ярсег шипел, извиваясь под его руками. Пальцы Кирана сжали его горло сами собой.

— “Где твой куратор”, а? — зло засмеялся он, наблюдая, как глаза Ярсега наливаются кровью. Как он жадно глотает губами воздух, отчаянно скобля ногтями по рукам Кирана.

— Ты через эту хрень меня прослушивал? И я сам дал его поставить! Я должен был раньше положиться на свое чутьё. Сука, я знал, что это ты. Всегда знал!

— Ты… параноик, Кин… — прохрипел Ярсег, из последних сил сдирая его кожу ногтями. Хватка Кирана на миг ослабла — он лишь пару раз моргнул, допустив в голову холодную, отчетливую мысль.

Что, если ты ошибаешься?

Он не воспользовался своей Ри.

Что, если у него её нет?

Анализ крови ничего не показал.

Он… беззащитен?

Ты убьешь его. Ты можешь его убить. Просто так.

Руки разжались. Глаза расширились, Киран отпрянул, тяжело дыша и не веря в то, что только что готов был сделать. Он все ещё сидел на Ярсеге, пока тот, барахтаясь, отчаянно пытался выбраться из-под него. Киран лениво пригвоздил его к полу путами, пытаясь дать себе хоть минуту на размышления. В голове гудело. Тяжело и горячо.

Мысли путались, наскакивая одна на другую.

Плечо жгло огнем — Ри из маячка впрыскивалась в кровь, заставляя все тело сжиматься в болезненном спазме.

— Отпусти. Кин, слышишь? Я на твоей стороне. Я пришел, чтобы тебе помочь…

— Заткнись, — прохрипел Киран, усиливая нажим, но путы, перестав ему подчиняться, рассеялись, разлетевшись по комнате прахом. Ри колебалась. Вспышки на пальцах становились болезненными, ключи от кросов смешивались в голове, создавая бессмысленный хаос. Киран зажмурился, хватаясь за плечо, и в тот же миг опрокинулся на спину, больно ударившись затылком.

Ярсег поднялся, сжимая свои путы на нем, совсем как Киран делал это с ним минуту назад.

— Мразь, — прошипел Киран с торжествующей улыбкой. — Какая же ты мразь, Ярсег.

Куратор тоже улыбался. Он поднял с пола рассыпавшиеся таблетки — к тем прилип мелкий мусор и пыль. Оседлал Кирана, и, не отпуская пут, схватил рукой его подбородок, поднося ко рту злосчастные кругляшки.

— Глотай, Кин, — глаза Ярсега горели, полные странного восторга. — Будь хорошим мальчиком.

Киран беззвучно рассмеялся, не открывая рта.

— Ну же! — Ярс сдавил путы вокруг его горла, надавливая на челюсть, настырно тыкаясь пальцем меж зубов. — Не вынуждай меня портить твою красивую улыбку!

Киран на секунду прикрыл глаза, концентрируясь. Ри дышала слишком сбивчиво. Какого черта она подводила, когда была так нужна?

Он приоткрыл рот совсем ненадолго — только чтобы плюнуть в лицо куратора. И, пока тот сморщился, на короткое время ослабив хватку, Киран изо всех сил дернулся вверх.

Хруст.

Киран снова был сверху. Лицо куратора залило кровью.

Он не успевал реагировать — Киран наносил удары один за другим, превращая лицо Ярсега в сплошное кровавое месиво.

Он может уничтожить тебя.

Убить одним щелчком пальца.

Осознание плясало где-то на задворках, но Киран не обращал на него внимания.

Пусть эта чертова скотина соберётся и убьет его. Может, это и к лучшему.

Так проще.

Настоящий Нельт должен умереть в бою.

— Твоя девка, — фыркая и сплевывая кровь выдавил Ярс, в секунду, когда кулак Кирана в очередной раз поднялся, прежде чем опуститься на его лицо. — У меня.

Внутри похолодело. Он не мигая смотрел на куратора — на то красное пятно, в которое превратилось его лицо.

Ярсег приподнялся на локтях, глядя на Кирана заплывшими глазами. Но его разбитые губы, его проклятые кровоточащие губы вырисовывали довольную ухмылку.

— Что ты сказал?... — прошептал Киран, почти не дыша.

— Я слышал, как ты плачешь по ней ночами, — хрипло рассмеялся Ярсег, сплевывая зуб себе в ладонь и рассматривая его с интересом пытливого стоматолога. — Стонешь ее имя. Плачешь или дрочишь? Или и то и другое?

Киран ударил его так, что голова Ярсега дернулась в сторону с пугающим хрустом — на миг ему показалось, что он раздробил ему череп.

Но эта сволочь была бессмертной.

Он снова смеялся, сплевывая кровь.

Киран сжал его воротник, притягивая к себе.

— Где она?

— Пойдем, покажу, — скалился Ярсег. — Закончишь начатое — никогда не узнаешь, что я с ней сделал.

Ярость неслась по венам с оглушительной мощью. Ри завибрировала на пальцах, и ключ к Пульсару так и просился на ум — Кирану пришлось приложить усилие, чтобы не активировать его. Он сжал зубы, крепче сжимая воротник куратора.

— Где. Она.

— Я же сказал, Кин, — закатил глаза Ярсег. — Выпей таблетки и иди со мной. Иначе… Сказать, что с ней станет, или оставить это для твоей богатой фантазии?

Киран отбросил его на пол, тяжело дыша. Слез с него, но так и остался сидеть на коленях рядом, бездумно глядя на валяющиеся на полу таблетки.

Блефует?

Может, эта тварь просто блефует?

Откуда ты знаешь, черт возьми! Ты не общался с ней два дня! Ты понятия не имеешь, что с ней происходит!

Щиты.

Холодное осознание прокатилось мурашками по спине, заставляя волосы на затылке шевелиться.

Ей нельзя делать грёбаные щиты!

— Ну что? — Ярсег вытер окровавленное лицо рукавом. — Время идёт, Кин.

Киран схватился за телефон, но тот был выключен. Разрядился, пока он трепался с Джером.

Ярсег настойчиво цокал языком.

— Я пойду, — сквозь зубы ответил Киран. — Но пить твою дрянь не стану.

— Но-но-но. Условия ставлю я, дорогуша.

Киран метнул на него взгляд, исполненный ненависти. Ярсег только ухмыльнулся в ответ. Он опирался на локти, лёжа на полу перед ним, и барабанил по паркету длинными пальцами.

— Ты же видел, — он мотнул головой. — Я не стал тебя убивать. Хотя мог. И могу сейчас, но даю тебе фору. Даю тебе выбор, Кин, которого у тебя никогда не было.

— Выбор, — Киран мрачно усмехнулся, закидывая в рот таблетки. — Когда я очнусь, Ярс, я тебя уничтожу. Клянусь святыми, я убью тебя.

***

— Тебя поставили в смену с Кираном? — Зен прокрутил график в телефоне, недоуменно уставившись на черный квадрат. — Почему? Разве ты не просила Рэда ставить тебя только со мной?

Они стояли у двери Астеля, выжидая, когда Вин и Санар снимут щиты.

— Просила.

— Схожу разберусь, — Зен почти развернулся в сторону кабинета Рэда, но Крис схватила его двумя пальцами за толстовку.

— Не надо, Зен.

— Крис, но ты ведь…

— Все хорошо, — она натянуто улыбнулась. — Это будет наша последняя совместная смена. Своего рода прощание, — пожала плечами, выпуская из пальцев мягкую ткань. — Пусть так и будет. Даже к лучшему. Нам есть, о чем поговорить.

Зен неуверенно покачал головой.

— Ну… ему бы пора уже и явиться, верно? Побуду с тобой, пока он не придет.

Крис не успела ответить. Щит на двери рассыпался голубоватой пылью, дверь распахнулась и на пороге появилась Вин. Сразу за ее спиной рыжей тенью возникла Санар.

— Вечерочек отстой, Крис, — выходя, Вин недовольно зажмурилась. — Астель не в себе.

— Все замёрзло?

— Не-ет… Просто бурчит и срывается по делу и без дела. Хорошо, что с тобой Зен, — она похлопала Зена по плечу. — Не дай Галару вытрепать ей последние нервы перед уходом.

Зен улыбнулся. Вин и Санар почти одновременно кивнули на прощание и пошли по коридору — их одинаковые спортивные костюмы, различающиеся только по цвету, синхронно шуршали, сопровождая тяжёлые шаги.

Крис и Зен переглянулись и молча вошли в покои Астеля.

— Альтер и Спаркс, — Галар остановился посреди комнаты, но его длинный белый халат все ещё тревожно вился за его спиной, раздуваемый невидимым ветром. — Какая дивная пара.

Зен почти незаметно накинул щиты — Крис поняла это только по слабой голубоватой вспышке.

— Где же уважаемый господин Кин? — Астель присел за обеденный стол, отодвигая в сторону пустую чашку. — Я так и не поблагодарил его за ту великолепную речь.

Крис всматривалась в лицо Астеля, пытаясь заметить следы ехидной иронии. Но Галар был холоден и непроницаем.

— Он подойдёт… позже, — Крис растянула уголки губ, следя за тем, как Астель, хмурясь, заглядывает в пустую чашку. — Галар Астель, хотите отужинать? Попросить, чтобы принесли чай?

Астель перевел на Крис ледяной взгляд.

— Я хочу говорить с господином Кином. Немедленно.

Крис с мольбой посмотрела на Зена. Он поднял руки вверх.

— Ладно, ладно. Будет вам Кин. Сейчас организуем.

Зен попытался позвонить Кирану, но тот не брал трубку. Крис попросила сходить за ним, и Зен долго не соглашался оставить ее одну. Но в конце концов сдался под напором сверлящего взгляда Астеля. Когда дверь за ним закрылась и Крис поставила слабенький, колеблющийся голубой щит, она не успела вернуться в комнату, где ожидал Астель. Зазвонил телефон, и Крис, подняв трубку, так и осталась стоять у входа.

— Госпожа Спаркс? — незнакомый голос, назвавший ее по фамилии, заставил Крис невольно напрячься. — Клиника “Центр Здоровья Ингмара”, меня зовут Ависа Рель. Ваш номер был указан, как контактный, на случай, если господин Кин будет недоступен. Госпожа Спаркс? Вы на связи?

Крис только сейчас заметила, что не издала ни звука с той секунды, как услышала название клиники. Даже не дышала.

— Да, — слова вырвались вместе с воздухом. — Да, я слушаю вас.

— Господин Кин оставлял у нас некоторый… материал, — уклончиво сказала Ависа, но Крис прекрасно поняла, что она имеет ввиду. Киран не оставлял надежд подобраться к Ярсегу ближе, и щедро доплатил, чтобы клиника провела углубленное индивидуальное исследование крови — настолько щедро, что результаты пообещали сообщить ему лично, в тайне от самого пациента.

— Что-то… — пробормотала Крис, чувствуя, как замирает сердце. — Что-то новое удалось узнать?

— Результаты очень неоднозначные, госпожа Спаркс. Скажем так: мы бы настоятельно рекомендовали пациенту лично обратиться в клинику.

— Ну, а если… Если коротко? О чем речь? Он чем-то болен?

— Пока не ясно, можно ли назвать это болезнью, — задумчиво ответила Ависа. — Но, пожалуй, случай уникальный. Маркер Ингмара нулевой, но косвенные признаки свидетельствуют о том, что в крови присутствуют продукты распада Ри. Это говорит о том, что пациент либо серьезно ранен, причем настолько, что чужеродная Ри до сих пор проникает в кровоток, в чем я, конечно, сомневаюсь. Либо…

— Либо? — едва дыша переспросила Крис, сжимая в кармане дрожащие пальцы.

— Либо он обладает собственной, уникальной Ри, которая практически не влияет на прочие процессы в организме. Сейчас сложно классифицировать, но, полагаю… Это больше всего похоже на Нельт.

Дверь за спиной Крис распахнулась.

Крис вздрогнула, оборачиваясь, и застыла с телефоном в руке.

На пороге стоял Киран и улыбался.

***

— Привет, Крис. Что у вас?

— Думала, ты уже не придёшь, — из ее груди вырвался вздох облегчения. — Почему ты не брал трубку?

Он пожал плечами.

— На беззвучном. Зен сказал, меня ждёт Астель?

Двинулся вперёд, но Крис резко преградила ему путь, ладонью упершись в грудь. Киран даже не сопроводил ее жест ироничным взглядом — как делал всегда, когда она первая нарушала дистанцию.

— Постой, — быстро зашептала она, заставляя его отойти назад и прижаться к двери спиной. — Астель подождёт. Звонили из клиники.

— Да-а? — протянул он, чуть приподняв бровь.

Глаза — те же. Теплый карий и ледяной серебристый. Странный контраст, что когда-то пробирал ее до мурашек. Контраст, который давно стал привычным. Контраст, который давно перестал пугать.

Но сейчас…

Его взгляд изменился. Словно лёд вышел за границы ресниц. Словно разросся под кожей, растекся по крови, сковывая мышцы и нервы.

Губы едва заметно дернулись. Но веки так и остались застывшими. Улыбка не просто не касалась его глаз. Он как будто… и вовсе разучился моргать.

Крис несколько секунд смотрела на него, не в силах отделаться от пугающего, неприятного чувства, которое скрутило ее нутро.

— Ты был прав, — Крис не отнимала руки от его груди. — Ты с самого начала был во всем прав!

Замолчала, наблюдая за его реакцией. Грудь под пальцами размеренно поднималась и опускалась. Спокойно. Слишком спокойно.

— Ну что ж, хорошо, — наконец сказал он.

И улыбнулся.

От этой улыбки Крис стало холодно. Ее пронзила странная мысль: мышцы на его лице двигаются неправильно.

Не так.

Будто эта кожа ему не принадлежит.

Она поёжилась и машинально обернулась в сторону зала, где ждал Астель. Сердце билось в горле. На автомате накинула щит и Шумодав, повернулась обратно — и почувствовала, как застывает внутри.

— Как… Как ты вошёл?... — спросила еле слышно, медленно отступая, чувствуя, как сжимается воздух между ними.

— Снял щит, — Киран все ещё странно улыбался.

— А м-м…маячок? — она нервно улыбнулась в ответ, делая назад ещё шаг.

— Маячок? — Киран тоже сделал шаг, приближаясь. — Да ерунда, Спаркс. Я ничего не нарушил. Всего-то два балла.

Два балла.Пальцы сами нащупали телефон в кармане. Пусть даже ее щит и был слабым, чтобы разрушить его, двух баллов Нельт было недостаточно. В тот раз, когда он сбил щиты с ее двери, приехала Эйла, значит, это было разрушение не ниже пятерки…

Маячок должен был среагировать и сейчас.

Киран прекрасно об этом знал.

— Все нормально? — он приподнял бровь. Сделал ещё шаг и протянул к ней руку — и рукав рубашки задрался, обнажая запястье.

Металл.

Лампа подсветила браслет, заставляя поверхность вспыхнуть.

— Спаркс…

Крис почти не дышала, уставившись на него. Отступила. Вжалась в свой щит. Пульс колотился в висках.

— Ты… не Киран, — в ужасе прошептала она. Словно только сказав это вслух, могла осознать до конца.

— Тише, Спаркс, — он примирительно поднял руки в воздух. — Тише. Ты же не хочешь…

Прежде, чем он успел договорить, Крис сжала пальцы. Вспыхнул Щит Штерна. Не-Киран закатил глаза, отступая назад.

— О, и в самом деле? Спаркс, я надеялся, ты будешь умнее.

Режущий вспорол щит серебристым серпом. Крис вскрикнула, отскочив. Золотой прах разлетелся — и в его пелене двойник Кирана мелькнул мрачным силуэтом.

— Тише, — повторил голос Кирана. Ледяной голос Кирана. Не его голос. — Ты же не хочешь расстраивать Кина, верно?

Отступила, нащупывая спиной край кресла, потом стену. Кожа на руках пульсировала. Воздух густел.

Сердце гремело в груди беспощадным набатом.

Что ему нужно? Убить её?

Он слишком медлил.

Где настоящий Киран?...

— Что ты… — начала она, но серебристые путы взвились от его жеста и вцепились в запястья.

Боль прожгла насквозь.

Мир сузился до сжимающихся колец света.

— Тсссс, — путы протащили ее через комнату. Бесполезно затрепыхалась, вновь собирая щит. Едва раскрывшись, тот разлетелся мерцающей пылью.

Она упала в его руки. В руки,принадлежащие Кирану.

Грубо сжал её шею, и, пристально глядя в глаза, зашипел:

— Ещё одна выходка, Спаркс, и я не стану церемониться.

Захрипела, царапаясь. Дергаясь из последних сил.

Мир поплыл.

Чужак склонился к ее лицу, обжигая дыханием щеку.

— Заткнись и слушай меня. Кин внизу. В моей машине. И знаешь, что я с ним сделаю, если ты все испоганишь?

Пальцы разжались. Крис судорожно вдохнула воздух. Ноги подкашивались, и она схватилась за ворот рубашки Не-Кирана, чтобы не рухнуть на пол.

— Хочешь его увидеть? Хочешь увидеть его живым, Спаркс?

Путы снова стянули запястья. Крис зажмурилась, бестолково кивая.

— Вот и отлично. Вот умница. Ты не такая упертая, как о тебе говорят, — он хмыкнул, отцепив от себя ее пальцы и отряхнувшись. — А сейчас мы пойдем к Астелю, и ты станешь подыгрывать мне. Так же, как Кину. Ты же в этом хороша, да?

Серебро его Ри сжалось туго. Почти разрезая кожу. Крис тихо взвыла — мышцы и без того разрывало от боли.

На глазах закипели слезы.

Не-Киран разжал хватку, и путы рассыпались серой пыльцой.

— Давай, Спаркс. Соберись. Если ты будешь реветь…

— Я не буду, — прохрипела она, спешно вытирая лицо. — Я не буду…

Он прищурился, смерив ее недоверчивым взглядом.

Плечи дрожали. Ее тошнило от страха и боли, но, собрав последнюю храбрость, Крис подняла голову и упрямо посмотрела ему в глаза.

— Докажи, что он ещё жив.

Он моргнул. Пару секунд молчал, не сводя с нее пустого, стеклянного взгляда.

Знакомое, чужое лицо.

— Он слишком мне нравится, Спаркс. Видишь ли, питаю слабость к вспыльчивым Нельтам, — он сделал шаг к ней и сжал кулаки. — Но тебе придется поверить мне на слово, дорогуша. Прости, но видеоняню я с собой не захватил.

Крис стиснула зубы и опустила голову.

— Валяй. Делай то, зачем пришел.

— Будешь хорошей девочкой?

Она сморгнула слезу и тут же размазала по щеке. Голос дрожал, но внутри больше не было ни страха, ни гнева — только ледяное смирение.

Он его не убил.

Кирана ещё можно спасти.

— Я сыграю, Ярс. Сделаю все, что скажешь.

Он повернулся к двери.

Серебристая вспышка — и тонкий, ослабший щит перед дверью Астеля в мгновение разлетелся в пыль.

***

— Почему так долго, Кин? — Астель нахмурился, поднимаясь из-за стола.

— Форс-мажор, — Ярсег-Киран развел руками. Крис стояла чуть позади него, ощущая, как горит ободранная кожа на запястьях. — Прости, Астель. Некогда разговаривать. Рэд сказал, что-то срочное. Надо ехать.

— Что? — Астель изменился в лице, разом отбросив маску надменного господина. Растерянность придавала ему глупый вид нашкодившего котенка. — Ехать? Куда?

— Не знаю точно, какая-то конференция, — махнул рукой Ярсег. — Сказал, очень срочно, это как-то связано с выборами.

— Святые праотцы, — Астель скинул халат с узких плеч, обнажая фарфоровую кожу. Под халатом на нем были только белые трусы. Крис наблюдала за происходящим с отсутствующим видом, холодно подмечая детали.

На столе ни одной вилки.

Ни одного ножа.

Ничего острого в районе пары метров, до чего можно было бы быстро дотянуться.

Как быстро сможет среагировать Ярс? Смогла бы она оказаться быстрее Нельта?...

Крис прикусила щеку, думая о Киране. Может, Ярс вообще обманул её, и Киран вовсе не в его машине. Может, он заперт в каком-то темном подвале, и если она убьет Ярса, то никогда не сможет его найти.

— Спаркс? Все нормально? — голос Кирана вывел ее из раздумий, и она вздрогнула, вновь смотря в это знакомое чужое лицо. Нет, он не беспокоился за нее, как Киран. В его “все нормально?” звучал еле слышный, холодный нажим. Это не было “все нормально? Ты чувствуешь себя хорошо?”

Это было “все нормально? Ты не собираешься ослушаться меня?”

— Порядок, — сухо ответила она.

Когда Астель собрался, облачившись в белую рубашку и узкие белые брюки, Ярсег-Киран услужливо помог ему накинуть на плечи пальто. Крис мрачно усмехнулась его жесту.

Как мило. Так заботливо. Будто вез его на свадьбу, а не на смертную казнь.

По безмолвному приказу Ярсега-Кирана пошла впереди. Ступая по коридору, на секунду остановилась возле знакомой двери. Дракон на ручке был сломан. Морда рассечена пополам.

Кровяной страж погиб, защищая хозяина.

Сердце болезненносжалось, и Крис вдохнула, сжимая кулаки. Моля всех святых, чтобы Киран и вправду был жив.

Чтобы Киран дождался её.

— Спаркс? Все нормально?

Крис стиснула челюсти, молча кивнув, и снова пошла вперёд.

***

Как назло, за весь путь им на глаза не попалось никого из сопровождения. Только снующий персонал — но когда Крис начинала засматриваться на кого-то из них, Ярсег приближался и тут же стискивал ее горящие запястья. Крис морщилась, тихонько шипя. Но, кажется, никто ничего не замечал. Даже Астель. Чертов придурок даже не удосужился позвонить Рэду, чтобы проверить слова лже-Кирана. И какого черта он так ему доверял?!

Они вышли через парадный ход, и, обогнув здание, направились к парковке. Ярсег заставил Крис окутать их глухой непрозрачной Сепией: то, что он планировал делать дальше, должно было быть скрыто от глаз простой охраны, караулящей вдоль периметра. Мужчины стояли достаточно далеко от машины, к которой приказал подойти Ярс — неприметный бежевый фургончик, похожий на фургон службы доставки. Подойдя ближе, Крис разглядела на двери полустёртую, уже почти прозрачную надпись:

“Ратс Деливери”.

— Что? Опять твои шуточки, Кин? — поморщился Астель. — Я не поеду на этом.

— Спаркс, — Ярсег-Киран кивнул, делая в воздухе круговой жест двумя пальцами. — Шумодав.

— Я не… — она запнулась, но тут же, встретившись с ним взглядом, исполнила его пожелание. Пальцы скрючились от напряжения, и Крис прикусила губы до крови.

— Кин? Что за…? — Астель не договорил. Ярсег открыл заднюю дверь фургона, и, схватив Астеля за затылок, прошептал:

— Как давно мечтал это сделать.

И приложил Астеля об дверь. Крис взвизгнула, тут же прижав ладони ко рту. Ярсег ухмыльнулся, наблюдая, как по лицу Астеля, осевшему на землю, струится рубиновая кровь.

— А теперь без шуточек, Спаркс, — прошептал Ярсег голосом Кирана. — Ты залезешь в фургон, и если выкинешь хоть одну дурость — я завершу начатое.

Он быстро полоснул по её запястьям путами. Крис закричала, прижимая руки к груди. От горячей крови на холодном воздухе пошел пар.

Неглубоко.

Она ещё может шевелить кистями.

Она ещё может держать щиты.

Расчётливый грязный ублюдок!

Ярсег вытащил из кармана Астеля платок и затолкал ему в рот. Обошел машину, открыл переднюю дверь и скоро вернулся с целым набором — пластырь, бинты и веревка. Крис наблюдала с немым ужасом, как деловито он заматывает рот Астеля, как связывает руки и ноги, как закидывает в фургон — легко, словно пушинку.

И Крис прикрывала его, послушно сохраняя щиты.

Когда Ярсег выдохнул, и, улыбаясь, подошёл к ней с веревкой, она даже не отшатнулась. Вытянула окровавленные руки вперёд — и Ярсег мотнул головой на приоткрытый фургон.

— Умница. Награда за хорошее поведение уже внутри.

Глаза Крис расширились. Она попыталась заглянуть внутрь — но там было слишком темно, дверца была приоткрыта только с одной стороны, и отсюда просматривалась только лежащая на полу фигура Астеля.

— Он там? — ее била мелкая дрожь, пока Ярсег завязывал ее руки. — Он жив? Почему он молчит?

— Не дергайся. Держи щит и помалкивай, поняла?

Крис шмыгнула носом, вытирая щеку плечом.

— Если он мертв, Ярсег… Если ты его…

Ярсег рассмеялся, и смех Кирана из его уст заставил Крис всхлипнуть от боли. Смех Кирана. Настоящий смех Кирана.

Она ещё сможет его услышать?

— Подставляй ротик, Спаркс.

Пальцы Кирана затолкали платок ей в рот и запечатали пластырем.

Куратор подвел ее к приоткрытой дверце, и, придерживая за затылок, подтолкнул внутрь.

Она упала в пыльную темноту — врезалась в Астеля, скатилась с него и тут же принялась червяком возиться по металлу, пытаясь найти Кирана.

Дверь громко хлопнула. Какие-то секунды — и рыкнул мотор, заставляя фургончик покачиваться.

Крис мычала сквозь кляп. Всхлипывала, ползая в темноте. Молилась про себя.

Он должен быть здесь. Должен быть здесь.

Киран. Пожалуйста.

Попыталась создать щит, чтобы свет дал сориентироваться хотя бы на секунду — но руки беспомощно дрожали, и разорванные связи отзывались сплошной болью в груди.

Мир покачнулся, и она покатилась по полу, чтобы у самой стены врезаться во что-то мягкое. Носом и лбом ощутила ткань, похожую на рубашку. Заерзала, задвигалась рядом, всем телом изучая грудь, живот, ноги, шею, лицо… Зарыдала, уткнувшись в него.

Теплый. Теплый и дышит.

Не издает ни звука, связан, как и она. Без сознания или спит?

Святые. Он жив.

Жив. Жив. Жив!

Крис снова и снова прижималась к нему. Каждый раз, когда фургончик трясло, когда ее отталкивало в сторону на поворотах, она снова ползла — и снова укутывала его собой. Проверяла носом температуру его кожи. Касалась лицом его лица, чтобы ощутить дыхание. И рыдала, с облегчением понимая, что он все ещё жив.

Повторяла, словно заклятье:

Жив. Жив. Жив!

Фургончик все несся, трясясь, укачивая в утробе трёх пленников: кроме Крис, никто больше не стонал, не плакал и не молился. В какой-то момент она окончательно потеряла ощущение времени и пространства: ей показалось, что они с Кираном плывут глубоко под толщей воды. Звуки стали далёкими и приглушенными. Сердце в груди затихало, мягко приотпуская сжатую, острую боль. Крис ощущала дыхание Кирана, и, прижимаясь к его теплу, дышала с ним в унисон.

Мотор все урчал, и его мерное, тихое бормотание вскоре превратилось для них в общую долгую колыбельную.

Глава 40. Связанные

— Знаешь, что это за местечко, а? У него дурная слава. Говорят, это то самое место, куда приходят погибать твои свихнувшиеся фанатки. Выше звёзд! И вправду, гляди, как высоко. Ах, успокойся! Наверх мы не потащимся. Я не настолько романтик.

Когда знакомый голос донёсся из темноты, Киран не сразу понял, кому он принадлежит. Голос был похож на его собственный — но чужой и далёкий, чуть хриплый, как будто записанный на старую пленку. Ему казалось, что он ещё спит. Что все это — стянутые за спиной руки, затёкшие ноги, впившееся в щеку бетонное крошево — просто очень реалистичный кошмар. И, как и в сотнях других кошмаров, ему просто нужно дождаться, когда он умрет.

Чтобы наконец-то проснуться.

— Мммммм! — невнятное мычание раздавалось почти синхронно.

— Тссссс. Тише, Спаркс. Мы же с тобой договорились, помнишь? Ты ведёшь себя, как хорошая девочка, и с Кином все будет хорошо.

Спаркс.

Киран открыл глаза.

Темноту впереди рассекал свет фар припаркованного неподалеку фургончика. Обломки. Бетонная пыль. Заросли пожухлой травы. Незнакомое заброшенное здание возвышалось поодаль, зияя пустыми глазницами оконных проёмов.

В неясной тени впереди угадал самого себя. Одетого в знакомое твидовое пальто. Склонившегося над двумя светловолосыми пленниками.

Крис и Астель.

Они сидели спинами друг к другу — между ними высился узкий железный столб, к которому их примотал другой Киран.

То, что было Кираном.

То, что говорило голосом Кирана.

Киран попытался позвать его, но сам смог издать лишь сдавленное мычание — кожу на лице стянуло липким и плотным. Пластырь или скотч.

Чертов ублюдок.

— О, ты проснулся? — двойник развернулся, и, медленно подойдя к Кирану, склонился над ним, внимательно разглядывая и растягивая губы в довольной ухмылке. Киран попытался призвать Ри. Затёкшие пальцы едва шевелились. Внутри было так глухо, как будто он переел медиаторов.

Медиаторы.

Воспоминания обо всем, что произошло накануне, хлынули лавиной.

Боль. Маячок. Звонок Джера. Ярсег. Чертов Ярсег с его чёртовыми таблетками!

— Ммммм-ммм! — Киран дернулся, пытаясь подняться, и Ярсег услужливо схватил за ворот рубашки и потянул вверх. Теперь Киран стоял перед ним на коленях, и, тяжело дыша и глядя в лицо своего двойника снизу вверх, молча прожигал его взглядом.

Ярсег улыбнулся.

Кирану казалось, что он смотрится в кривое зеркало.

— Добро пожаловать на вечеринку, Кин.

Пластырь отлетел за секунду — Киран едва успел осознать короткую боль.

Кожа горела, пульсировало плечо, онемевшие конечности едва слушались, ледяной ветер пробирал до костей — но все это было ничем. Ничем по сравнению с оглушающей яростью.

— Отпусти девчонку, — хрипло выдохнул он. — Тебе ведь нужен Астель? Да? Нахрен она тебе сдалась?

Ярсег присел рядом на корточки и выудил из кармана короткий походный нож.

— Я знал, что с этого начнется, — вздохнул, расстроенно качая головой. — Кин, давай проясним…

— Убей его хоть сейчас. Слышишь? Я тебя прикрою. Я оправдаю тебя перед кем угодно. Придумаю, что хочешь. Ярс, — горячо зашептал Киран. — Мне плевать на него. Всем на него плевать. Если ты его убьешь, мир станет только чище. Только не тронь её. Не тронь её, ладно? Прошу тебя. Она ничего не сделала. Она будет молчать… Она…

— Да, да, да, — Ярсег закатил глаза, в точности так, как это делал всегда сам Киран. Покрутил нож в руке, легонько похлопал лезвием плашмя по ладони. — Она ничего не скажет.

— Ярс…

— Кин, — Ярсег нахмурился, лениво приставляя нож остриём к его горлу. Киран прикусил язык, задирая подбородок и косясь на запястье куратора. Браслет Эрру тускло поблескивал в свете фар.

— Ты прав. Девчонка мне не нужна. Если бы ты не втянул ее в свои детективные игры, знаешь… Она бы почти наверняка осталась жива.

— Я…

— Тссссс, тихо, тихо, Кин, — Ярсег убрал нож и грубо сдёрнул рубашку с его плеча. — Давай разберемся сперва с вот этим.

Завернул рукав футболки, и, ткнув кончиком ножа в шов на руке, рассмеялся.

— Что это? Надеялся сдержать маячок нитками? Как мило! Впервые вижу, чтобы щенок так отчаянно бился за свой намордник!

Киран стиснул зубы, бросая взгляд за спину Ярсега.

Туда, где пленники сидели, почти не издавая ни звука.

Туда, где сидела Крис.

Она смотрела на него. Челка упала ей на глаза, свет фар едва выхватывал ее лицо из сумрака, но Киран знал: она смотрела на него.

Киран хотел позвать ее. Но в этот миг лезвие врезалось в кожу, и все слова заглушил его собственный крик.

— Святые праотцы, — бурчал Ярсег, скользкими пальцами вытягивая из его тела маячок. Помогал себе ножом, ковыряясь в плече, как в куске тухлого мяса — бесцеремонно, морщась, причитая и недовольно причмокивая, когда Киран дёргался в бесплодной попытке вырваться из его рук. — Кажется, такая мелкая штука, а столько возни!

Киран сжал челюсти, скуля раненой псиной. И даже когда Ярсег с довольной улыбкой повертел перед ним маячок, влажно блестящий от крови, он никак не мог успокоиться. Руку жгло. Кровь струилась к предплечью. В воздухе тошнотворно пахло металлом. Киран дрожал, в отчаянии снова пытаясь воззвать к своей Ри, но внутри до сих пор было тихо.

— Сюда приедет… отряд, — проговорил он, стуча зубами.

— Именно, — Ярсег отбросил маячок в сторону, поднимаясь. Достал платок, и, морщась, вытер багровые пальцы. В его кармане что-то надрывно запищало. — У нас мало времени. Так что давай начистоту. Ты мне нравишься, Кин. Ты дерзок. Любишь рисковать. Ненавидишь систему, в которой зачем-то пытаешься ужиться. Мы с тобой похожи, не находишь?

— Ага, прямо как близнецы, — Киран выдавил кривую ухмылку.

Ярсег улыбнулся в ответ, снова опускаясь на корточки.

— Кин, Кин, Кин. Вечно убегающий от себя. Не можешь ужиться со своим разрушением, но ведь если начистоту, это единственное, в чём ты по-настоящему хорош. Знаешь, ты правда похож на меня. Разница только в том, что я принял свою природу, как данность. Как… дар. А ты — нет. Пока ещё нет.

Киран покосился на его руки. Ярсег все ещё играл с ножом, неотрывно глядя Кирану в глаза.

— Что ты от меня хочешь?

— Ты — единственный, чьей смерти я не хочу. Пойдем со мной, Кин, — Ярсег растопырил пальцы правой руки, будто предлагая Кирану взяться за нее. — Уедем вместе. Я помогу тебе замести следы. Спрячу от СКБН. Я могу подарить тебе свободу. Я могу дать тебе… всё.

Киран тяжело дышал, глядя ему в глаза. Боль больше не пульсировала в руке. Правая рука начинала неметь.

Нужно было потянуть время. Протянуть достаточно, чтобы Собакам хватило времени доехать до них.

Черт побери. Они же должны… Они же должны уже были отправить сюда грёбаный отряд!

— А взамен? — тихо спросил Киран.

— Убей их, — Ярсег повернулся полубоком, кивая в сторону Крис и Астеля. — Сам.

Вспышка гнева заставила сердце разгонять кровь с удвоенной силой.

Если бы в нем оставалась Ри. Если бы в нем теплилась сейчас хотя бы ещё одна капля!

— Ты накачал меня какой-то хернёй, — напомнил Киран спустя минуту молчания. — Через сколько это пройдет? Через час? Через два? Я должен дождаться, пока Ри восстановится.

— Это не проблема, — Ярсег улыбнулся, играя ножом перед его носом. — Смотри, что у меня есть.

Киран переводил взгляд с лезвия на Крис и обратно. Этот кретин и вправду собирается доверить ему нож? За сколько секунд получится освободить Крис? Сможет ли Киран разрезать верёвку быстрее, чем Ярсег воспользуется кросом?

Запястье Ярсега повернулось. Тускло блеснул браслет.

Браслет Эрру.

Тот самый браслет.

Ярсег не сможет воспользоваться Ри.

Осознание заколотило в висках лихорадочным жаром. Киран облизал пересохшие губы.

— Да. Ладно. Я согласен.

Ярсег без слов зашёл ему за спину и рывком вспорол веревки. Но что-то было не так.

Ярсег не наклонялся к его рукам.

Не было характерного звука, которым отзывается металл.

Киран обернулся и увидел, как серебристый пепел Режущего растворяется в воздухе, слабо переливаясь.

Холодный ветер ударил в спину, заставляя промокшую от пота футболку прилипнуть к коже. Киран уставился на Ярсега, застыв в немом ужасе.

— Что? — оскалился Ярсег. — Не забывай, Кин. Я буду рядом. Если вздумаешь ошибиться, просто помни… я здесь единственный, у кого в жилах ещё не застыла Ри.

— Браслет, — пробормотал Киран, все ещё не веря своим глазам. — Как ты…

Ярсег сморщился.

— Пришлось потрудиться, чтобы найти нормального спеца. Исправить ущербный артефакт — дело недешевое, знаешь. Но, кажется, вложение удачное, — он покрутил запястьем перед собой, с гордой улыбкой рассматривая свою драгоценность.

— Так ты взорвал концертный зал тогда? Тоже нашел нормального спеца?...

— А, нет. Это было мое личное изобретение. Отложенный крос, — Ярсег взял нож за лезвие и протянул Кирану, слишком близко наклоняясь к его лицу. — Хочешь, потом научу тебя?

Киран взял нож и сомкнул на рукояти дрожащие пальцы.

— Давай, Кин, — подбадривающе закивал Ярсег, отстраняясь и легонько поддевая его носком ботинка. — У нас мало времени. Покажи, на что ты способен.

Он может использовать Ри...

Он может убить её. В любую минуту.

Киран встал, и, пошатываясь, побрел к пленникам. Крис подняла голову, глядя на него широко раскрытыми глазами. Она не кричала. Не звала его. Слезы блестели на грязных щеках, но она почти не моргала, пристально наблюдая за каждым его шагом.

— Давай же, Кин! Торопись! А то я передумаю! Придется убить вас всех. Сперва их, а потом тебя. Знаешь, я почему-то уверен, что у СКБН не возникнет ни одного вопроса, почему поехавший Нельт украл Галара и девчонку, которую трахал. И почему же он убил их, а потом прирезал себя? Да он же Нельт! Какая всем разница! — Ярсег делано рассмеялся. Его крик едва перебивал гул поднявшегося ветра. — Все, кто тебя знал, скажут, что ты был не в себе. Такая уж у нас судьба в этой системе, Кин! Никто не поверит нам. Никто не будет с нами, кроме таких же, как мы, слышишь?

Киран крепче сжал рукоять, без толку пытаясь унять нервную дрожь. Крис все смотрела на него. Её не трясло. Она как будто умерла внутри. Глаза остекленели, становясь похожими на глаза, что он видел в кошмарах.

Астель замычал. Он мычал и молотил ногами всё сильнее, по мере того, как Киран приближался.

Походка оставалась шаткой.

Его тошнило.

Крис издала слабый, едва слышимый звук.

Я не причиню тебе вреда.

Я не сделаю тебе больно.

Крис, ты слышишь?

Я люблю тебя.

Я никогда. Никогда не смогу. Никогда не причиню тебе зла.

Он приблизился на расстояние шага.

— Проклятье, Кин! Хватит мяться! — его же голос из-за спины звенел в ушах, становясь все громче. — Они едут! Ты слышишь? Оглох что ли? Кин!

Его дёрнуло назад, и спину вспороли сотни осколков. Серебристые путы тащили его по бетону. Нож вылетел из руки, со звоном упав в темноту.

— Какой там твой любимый крос, а? Пульсар? — быстро дыша, Ярсег вскинул руки, сжал и разжал кулаки.

— Нет, — Киран попытался подняться, но путы пригвоздили его к земле. — Ярс, в моей крови медиаторы. Мой труп вскроют! Они поймут, что я не мог этого сделать. Ты подставишь себя! Слышишь? Не делай этого! Ярс!

— Заткнись! — голос Ярсега сорвался на визг, окончательно растеряв следы иллюзии. Ярс становился собой. Каштановые волосы почернели, обращаясь длинными вьющимися волнами. Ветер подкинул их вверх — и руки Ярсега взвились следом.

Секунда — и с кончиков пальцев сорвалась слепящая вспышка.

Нет.

Это сон.

Идиотская сцена какого-то фильма.

Сейчас режиссер крикнет “стоп!” и ворвутся ассистенты.

Площадка наполнится шумом. Кто-то засмеётся.

Всем принесут кофе и пледы.

Стоп. Снято!

Это неправда.

Стоп.

Киран кричал, не слыша своего крика. Пространство дрожало, заполнившись огнедышащей тьмой.

Фургон отлетел. Железный столб вырвало с корнем.

Крис, в последнюю секунду заслонившая Астеля собой — все, что Киран смог увидеть прежде, чем ее поглотил Пульсар.

Теперь их не было.

Не было никого.

Чернота.

— Нет, — слова вырвались из лёгких с воздухом. — Нет. Нет, блядь, нет! Нет, нет, нет, нет, нет!!!

Путы ослабли, и Киран побежал в темноту, спотыкаясь и падая, поднимаясь, судорожно сгребая руками осколки, бетонную крошку, траву, раздирая кожу, снова падая на колени, крича и поднимаясь снова.

Крис. Крис. Крис!!!

Нет. Никогда. Ни за что. Пожалуйста. Пусть она будет жива. Пусть произойдет чудо! Пусть она смогла сделать последний щит. Пусть она смогла сделать невозможное!

— Крис! Крис! Где ты? Крис, прошу тебя! Крис, откликнись! Кристоль! Крис!!!

Позади хрустели обломки. Ярсег шел медленно. Наблюдая, как Киран ползет. Наблюдая, как корчится в муках.

Где чертов нож?!

Он бы вспорол ему глотку, не задумываясь. Он вспорет ее первым же, что попадется под руку.

Сразу, как только этот ублюдок его настигнет.

Плевать, что его крос быстрее.

Он хотя бы умрет в сражении.

Настоящий Нельт должен умереть в бою.

— Думаешь, их стоит искать, Кин? — тон Ярсега был расслабленным. Спокойным до омерзения. — Я бы не стал на твоём месте пачкаться. В темноте напорешься на ошмётки. Слушай, как думаешь, раз дело уже сделано, ты сможешь теперь отбросить свои сомнения? Даю тебе последний шанс. У тебя ещё есть минут десять.

Киран сжал зубы, вновь поднимаясь, уже почти ничего не видя — и, сделав шаг, почувствовал, как что-то обвило его лодыжку, заставляя упасть в темноту.

Он едва успел открыть рот, как мокрые ладони сжали его голову, закрывая уши.

И в следующую секунду раздался крик.

Нет, не крик — ультра высокий, нечеловеческий визг. Выкрученный на такую мощь, что если бы фургончик остался цел, он разорвался бы снова.

Киран зажмурился. Вверх полетели осколки. Астель крепко прижал его к себе.

Не переставая кричать.

— Твою мать… — Киран откинулся на спину, тяжело дыша, когда Галар заглох и выпустил его из объятий. Кругом снова была темнота. И тишина.

Оглушительная тишина.

В ушах звенело, как звенит только тогда, когда в пространстве больше нет ни единого звука.

Астель жив.

Он все ещё жив.

Значит, она тоже жива.

— Что… что это, блядь, такое?

— Заткнись, — выдохнул Галар. — Твой двойник… Обезврежен.

— Где Крис? Аст, где она? — Киран перевернулся, хватая лежащего навзничь Галара за ворот пальто.

— Я не знаю. Она закрыла меня. Больше я ничего не видел.

— Крис! Крис! Кристоль Спаркс! Ты меня слышишь? Крис! Блядь, твой крик мог убить ее? Что ты наделал, ублюдок?

— Не убить. Свести с ума.

— Ещё лучше! Блядь, если она пострадала, я тебя и вправду прирежу, Аст! Я клянусь!

— Прости, Кин. Я не думаю, что после Пульсара… Она вряд ли ещё жива.

Киран вздрогнул, отползая от Астеля, как от ядовитой змеи.

— Пошёл к черту! Крис! Крис, где ты?!

Вдалеке завыли сирены. Киран снова пополз, принялся шарить по траве, продираясь через засохшие кусты, изо всех сил пытаясь запихнуть свои рыдания куда-то поглубже.

Не сейчас.

Он нужен ей.

Она жива.

Он должен убедиться.

— Крис! Крис, прошу тебя, милая…

Он должен найти хотя бы тело.

Сирены приближались.

Киран дрожал, пытаясь вытереть лицо промокшим насквозь рукавом. Крики беспорядочно вырывались из горла. Звать ее не хватало дыхания.

Хотя бы тело.

Я должен увидеть тебя.

— Кин, — Астель все ещё лежал там, позади, но его голос раздавался рядом так отчётливо, что нереальность происходящего снова заставляла поверить, что Киран просто заблудился в кошмаре. — Я не думаю, что она откликнется.

— Кого волнует, что ты там думаешь? Что ты там думаешь, сраный урод?! Из-за этого он на тебя охотился? Ты у нас, значит, грёбаный разрушитель?!

— Давай дождемся СКБН. Они разыщут останки.

— Иди к чёрту!

Упав в очередные заросли, Киран зашелся в рыданиях, едва держась на трясущейся левой руке. Правая больше не двигалась. Болталась бесполезной плетью.

— Крис…

Он едва не распластался по земле, когда пальцы коснулись чего-то мягкого.

Сердце опустилось вниз.

Он на секунду замер, смаргивая слезы.

Крис.

Подполз ближе, хватаясь за мягкую ткань.

— Крис. Крис? Крис, Святые! Ты цела? Святые, Крис! Молю, скажи хоть что-нибудь! Ты не можешь… нет. Нет. Крис!!!

Сел рядом, прижимая ее к себе. Живо отодрал пластырь с ее лица и выудил изо рта кляп. Она молчала.

Тело не тронуто. Ничего не разрезано. Не вспорото. Она цела. Она абсолютно цела! Только руки. Запястья липкие. Порезы на коже. Ничего страшного. Не глубоко.

Ничего. Ничего…

Но какого черта она молчит?!

Приник к ее лицу, вслушиваясь в дыхание.

В его отсутствие.

— Крис. Крис. Нет. Прошу тебя. Нет. Дыши. Милая. Солнышко. Ты не можешь вот так. Ты даже… Святые, Крис. Пожалуйста. Пожалуйста, не бросай меня, — приник к ещё теплым губам, зажимая ей нос.

Выдох.

Давай, милая. Дыши.

— Ты нашел её? Киран?

Сирены.

Выдох.

Едва он отстранился, Крис резко вдохнула и закашлялась, судорожно хватая его за рубашку. Киран всхлипнул, склоняясь к ней, падая, утыкаясь лицом в её шею, слушая её сбивчивое дыхание, её кашель, её тихий голос, её тихий плач.

— Киран…

— Святые, Крис. Ты жива. Ты жива! Ты не могла бросить меня. Никогда не бросай меня. Слышишь? Ты… никогда. Пожалуйста. Я не смогу без тебя. Я не хочу…

Она заплакала громче, обнимая его, и вздрогнула, когда ее пальцы скользнули по его правому плечу.

Кажется, скользнули. Это не было похоже на прикосновение. Киран почувствовал это так далеко, будто до него дотронулись через тысячу одеял.

— Твоя рука…

— Ерунда. Ерунда. Все ерунда. Крис. Святые, я так счастлив, что ты успела сделать щит. Я так боялся, что ты не сможешь. Я так испугался, что ты…

Она хлюпнула носом, сжимая его рубашку.

— Я и не смогла... Кажется… Кажется, это твое кольцо. Оно… О, Киран!

Она отстранилась, заставляя его взглянуть на свою окровавленную ладонь. Киран почти привык к темноте, но все равно не смог разглядеть того, что Крис пыталась ему показать.

— Оно сломалось, — пояснила она, дрожа. — Прости… Киран, оно… твое счастье…

— Дура, — он улыбнулся, выдыхая и прижимая ее к себе. — Ты жива. Я счастлив, Крис. Святые, я так счастлив.

Они так и лежали в траве, то плача навзрыд, то беспардонно смеясь. Сжимая ладони, дрожа, сплетаясь в болезненных, усталых объятиях, они не произнесли больше ни слова, вслушиваясь в дыхание друг друга и жадно упиваясь тем теплом жизни, что едва не было потеряно в эту ночь навсегда.

Вдалеке слышался слабый стон: Ярсег потихоньку приходил в себя. Он бесконечно повторял имя Астеля и хныкал, подобно брошенному, обездоленному ребенку. Киран слышал шаги. Смутно видел тощую, длинную тень, что прошла к Ярсегу и опустилась рядом с ним на колени.

Астель сел рядом с плачущим Ярсегом, приобнял его, и, покачивая, словно младенца, тихо и нежно запел, задумчиво глядя в ночь.

В темноте позади ветер все ещё разносил протяжный вой приближающихся сирен.

***

Ханна перебирала в кармане ключи, нервно щёлкая каблуками. Удушливо пахло хлоркой. Стальные стены придавали помещению сходство с моргом.

— Кин? — охранник недовольно скривился, причмокивая толстыми губами. Повертел в руке карточку, протягивая обратно. — Родственников не пускаем.

— Я здесь не как родственница, а как его адвокат, — Ханна упорно вернула карточку. — Посмотрите внимательно.

Снова зачавкал и сморщился.

— Мой визит назначен на восемь утра. Загляните в журнал.

Ей пришлось выждать ещё десять минут, пока охранник все же не соизволил нажать на кнопку.

Когда ее провели до самого конца длинного стального коридора и впустили в комнату, Ханна дождалась щелчка за спиной и быстро подбежала к стеклу. Уселась на неудобный стул, вглядываясь в блеск мутного защитного ограждения — множество щитов переливались бирюзой, будто она собиралась встретиться не с братом, а с каким-нибудь серийным убийцей. Кирана ещё не было. Ханна вновь запустила руку в карман пиджака, привычно касаясь металла ключей, уже нагретого от ее пальцев.

Спустя десять минут дверь за щитами приоткрылась, и наконец показался Киран. В сопровождении двух охранников-Инри, окруженных золотистыми щитами. В красной тюремной робе. В наручниках.

Измученный и бледный.

Но он улыбался.

Сел напротив нее за стеклом, и, приподняв кисти вверх, с довольной миной похвастался своим украшением.

— Видела? Как у настоящего гангстера.

Ханна не улыбнулась в ответ.

— Как ты?

— Нормально. Здесь неплохо кормят. Лучше, чем у Астеля. Хотя со специями жадничают.

— Киран.

Он посерьезнел, уронив руки на жестяной стол.

— Правда, нормально, Ханна. Рука почти что в порядке. Но мне почти ничего не рассказывают…

— Тебя продержат здесь недолго. Нужно время, чтобы новый имплант прижился, но это дней пять, не больше. У них на тебя ничего нет. Астель не стал свидетельствовать против.

Она плохо видела лицо Кирана из-за дергающихся бликов. Но, кажется, он едва заметно выдохнул.

— Он что, признался во всём? Признал себя ПОА?

Ханна пожала плечами и задумчиво забарабанила по столешнице.

— Его дело ещё не закрыто. Слишком много нюансов. Но судя по всему, он решил пойти по пути покаяния. Выступил перед прессой и даже голову обрил.

— Пффффф, — Киран рассмеялся, откидываясь назад. — Как ему Рэд такое позволил?

— Рэд уничтожен. В сети такой хаос… Репутацию Астеля уже не спасти, — Ханна открыла сумку и принялась перебирать документы. — В сети всплыло интересное видео. Ты знал, что Астель не всегда был Галаром?

Киран неопределенно пожал плечами. Ханна выудила газету и принялась осматривать стекло в поисках проема для передачи документов.

— Рэд скрылся. Его всё ещё не могут найти.

— Ммммм, как удивительно, правда? — хмыкнул Киран. — Что, они там ещё не додумались сделать чипы для Эрру?

— Сайн победила, так что сейчас вообще обсуждают вероятность, что БРК введут для всех поголовно. И для Нельтов, и для Эрру. И даже для не-ЧеВГИ.

— БРК?...

— Браслет Ри-контроля. Запишут в него данные карты и группу крови. Будет что-то вроде альтернативы идентификатора личности.

— О, надеюсь, проездной они туда тоже добавят?

Киран не выглядел воодушевленным. Ханна нахмурилась, сворачивая газету вдвое.

— Их введут, Киран. Рано или поздно.

— Эти их БРК до сих пор проходят испытания. И не все подопытные с этих испытаний возвращаются на своих двоих. Как думаешь, рано их введут или поздно?

— Откуда такая информация?

— Не важно, — Киран отвёл взгляд. — Ярсег что-нибудь рассказал?

Ханна покачала головой.

— Он не в себе. Что-то изменилось в структуре мозга. Вэлли не могут это исправить. Считают, последствия необратимы.

— Черт побери. Даже жаль, что он так и не успел рассказать мне свой злодейский план. Они что-нибудь про него раскопали?

— Репортёры разрыли быстрее, чем СКБН, — Ханна наконец заприметила щель в правом углу и просунула Кирану газету. Он несмело потянул бумагу, заставляя щиты вокруг беспокойно вибрировать.

— И почему я не удивлен?

— Его сестра помутилась рассудком после концерта Астеля. По слухам, она с ним… очень тесно общалась.

Киран открыл первый разворот, на котором фотография Ярсега красовалась под крупным заголовком:

“ТАЙНАЯ ЖИЗНЬ КУРАТОРА-МАНЬЯКА”.

— Сэкономлю тебе время, — Ханна скрестила руки. — Тронулась она точно так же, как и Ярсег. Похоже, он понял, что причиной был Астель, но доказать это не смог. Оплатил какое-то экспериментальное лечение для сестры, но оно пошло не по плану. Сестра скончалась. Через сутки в клинике случился пожар.

— Мммм. А потом Ярс вдруг решил, что ему очень хочется стать куратором?

— Не спрашивай, как СКБН вообще допустили его к работе. Судя по тому, что нашли у него дома, он явно был нестабилен уже задолго до Астелевской песни.

Наручники Кирана тихо звенели, пока он лениво перелистывал газету.

— Ооооо, лысый Астель выглядит даже здорово. Ему чертовски идёт!

— Киран. Все будет хорошо, — тихо сказала Ханна, касаясь пальцами стекла. — Ты веришь мне?

Он отложил газету и сложил ладони на столе, опуская взгляд.

— Киран?

Прошла, наверное, минута, прежде, чем он наконец ответил.

— Я всегда тебе верил, Ханна.

Она вздохнула. Пальцы скользнули вниз по стеклу, опускаясь на стол.

— Из тебя вырезали маячок. Это не преступление. Есть свидетели, и они готовы подтвердить, что все происходило против твоей воли. Вся эта чушь, — она окинула жестом комнату, — все это ненадолго. Просто нужно переждать. Как только приживется чип…

— Если приживется, — хмыкнул Киран еле слышно.

— Что?

Он промолчал. Ханна нахмурилась, запуская руку в карман и касаясь ключа.

— Киран. Что ты только что сказал?

Киран пожал плечами, не поднимая на нее взгляда. Ее пальцы обхватили ключ, сжимаясь так, что металл больно впечатался в кожу.

— Ты прекрасно знаешь, что я здесь, как твой адвокат. И я не собираюсь выносить из этой комнаты хоть слово без твоего разрешения. Есть причины думать, что новый чип не приживется? Что-то не так было с прошлым чипом? Киран?

Он долго молчал, кусая губы и барабаня пальцами по столу. Но когда поднял взгляд, Ханна все поняла по глазам.

— Он отторгался, Ханна. Давно. Я пытался оттянуть этот момент, как мог. Прости.

Ханна молчала, сжимая ключи. В комнате стало так тихо, что стала слышна только дрожь щитов, сопровождаемая размеренным гулом.

— Насколько давно?

— Может, два месяца.

Ханна выдохнула.

— Черт тебя подери, Киран.

Он кивнул, опуская глаза.

Она выдержала паузу, пытаясь собраться с мыслями. В висках колотились бесполезные мысли.

Скоро введут БРК! Тебе не о чем беспокоиться, Киран.

Все будет хорошо. Ты выживешь. Ясно? Ты выживешь. Заключение — это не смерть!

Святые, какая чушь. Она смотрела на брата и понимала, что все, что ни скажет, вызовет только язвительную усмешку.

Он не поверит ее словам.

Она и сама в них не верит.

— Ты должен им рассказать, — прочистив горло, чтобы голос не был таким хриплым, постаралась сказать она как можно твёрже. Киран вскинул голову, и глаза его расширились, полные молчаливого ужаса.

— Их лучше подготовить к тому, что случится. Так будет лучше, чем если в один день тебя просто приедут и заберут на глазах у девочек. Понимаешь?

Он моргнул, водя по столешнице пальцами.

— Я…

— Я знаю, Киран. Но ты должен им сказать. Сам.

Дрожащая поверхность щитов то становилась тоньше, почти превращаясь в прозрачное стекло, то снова мутнела, скрывая черты лица Кирана за бирюзовым туманом. Когда щиты в очередной раз моргнули, дав Ханне возможность посмотреть брату в глаза, она увидела его слезы.

Стиснула кулаки, ощущая, как дрожат похолодевшие пальцы.

— Как там Крис? — тихо спросил Киран. — Ей лучше?

— Все ещё помята, но жить будет. Джер говорит, опасности нет. С ней Лавли, Энни и Лекс. Мама постоянно на созвоне. Не беспокойся. Она справится.

Киран кивнул, спешно вытирая щеку.

— Ханна, ты можешь кое-что сделать для меня?

— Конечно.

— Я скажу все маме. Скажу Лекс и Энни, и даже… Даже девочкам как-нибудь объясню. Но пожалуйста, Ханна… Можешь сказать Крис, что этот новый маячок, он… Ну… Лучше прежнего?

Ханна молчала, выжидая объяснений.

— Что он не такой, как прежний. Какая-то новая версия. Проверенный, знаешь… Не отторгнется сто процентов, и… В общем, можешь сказать ей, что со мной все будет хорошо?

Его голос дрожал. Ханне хотелось разбить стекло.

Хотелось разбить щиты, схватить Кирана за эту идиотскую красную рубашку и волоком протащить через весь стол.

— Ты просишь меня соврать ей? — почти прошептала она, едва разжимая челюсти. — Ей? Той, кто спасла тебя? Кто спасала твоих племянниц?

Она сощурилась, приближаясь к стеклу.

— И спасала твою задницу эти два месяца, судя по всему. Она знала про первый маячок, да? Ну конечно. Иначе зачем сообщать ей такие трогательные подробности!

— Ханна…

— Что ты делаешь, Киран? Что ты собираешься сделать? Заставить ее поверить, что у тебя всё прекрасно, чтобы пропасть на закате в сияющих доспехах? Думаешь, она будет вспоминать тебя с теплом и радоваться, что ты там где-то далеко, жив и здоров?

Киран молчал, уставившись в стол и прикусив губу.

— Она в гребаном аду, Киран! Она лишилась Ри навсегда! День и ночь плачет, потому что не может обнять тебя — и ты собираешься выйти из клетки, чтобы сказать ей “прощай”?

— А будет лучше, если я выйду, чтобы сказать, что меня скоро пустят в расход? Прости, дорогая, я тут отлучусь ненадолго! Одной ногой загляну в лабораторию великих чудес! Может быть, повезет, и они даже какую-нибудь новую технохрень моим именем назовут? Ну, в качестве посмертной награды? Блядь, Ханна! Меня и так будет оплакивать шестеро женщин, включая тебя! Думаешь, мне маловато будет? Ты мой адвокат или кто?! Сделай, что я сказал!

— Я твой адвокат, а не брехливая псина! Так хочется врать — выйди и скажи ей все это в лицо! — Ханна так резко вскочила с места, что стул упал позади нее с оглушительным грохотом.

Киран сжал кулаки, но не встал. Остался сидеть, глядя на сестру исподлобья. Челюсти сведены. Меж бровей тяжёлая складка. Ханна выпрямилась, скрещивая руки на груди.

— Ты не знаешь, как далеко все зайдет. Если БРК скоро введут, может, ты и не успеешь поучаствовать в тестах. Может, тебе предложат другие условия. Может, с этим чипом и вправду все будет нормально! Откуда нам знать?! — она всплеснула руками, подходя ближе. Ненадолго замолчала, вглядываясь в лицо брата. Пытаясь снова разглядеть его глаза сквозь блики щитов. — Ты… Ты убьешь ее, Киран. Если ты бросишь ее в таком состоянии… Ты просто её убьёшь.

— Убью? — он оскалился, медленно поднимаясь с места и приближаясь к стеклу. Щиты угрожающе завибрировали. — Я уже её убил. Лишил Ри. Засунул в лапы этого гребаного монстра. Все, что с ней стало. Все это — я! Слышишь? Я! Чем ещё я её убью? Тем, что навсегда исчезну? Или тем, что останусь? Я Нельт, Ханна! Что бы я ни выбрал, ничего не будет правильным, ясно?!

Ханна сжала губы, задерживая воздух в груди. Сердце клокотало. Но она должна, должна была успокоиться.

Она не имела права злиться.

Не на него.

Выдохнула, опуская плечи. Коснулась пальцами края столешницы, разглядывая царапины на блестящей поверхности.

— Ты не виноват в том, что произошло.

Киран грустно рассмеялся.

— Не виноват? О, Ханна! Я вручил расписание буквально Ярсегу в руки. Я, как последний кретин, сжёг маячок в телефоне Эл, вместо того, чтобы хоть раз в жизни поступить правильно. Я втянул Крис в эту идиотскую игру в детективов. Подкинул Ярсегу идею с браслетом. Дал ему установить прослушку на свой телефон — сам! По собственной воле! Да я сожрал таблетки с его руки! — он запустил пальцы в волосы, откидывая голову назад и смотря в потолок.

Ханна выждала долгую паузу, прежде, чем тихо сказать:

— Ты просто человек, Киран. Люди ошибаются. Принимают тысячи неверных решений.

Он бросил на неё такой взгляд, что им можно было бы вспороть щиты.

— Не ты похитил её. И не ты собирался убить. Она выбрала эту работу сама. И знала, что идёт на риск. Как и ты, — в голосе Ханны звенела сталь.

— Идёт на риск? Да никакого бы риска не было, если бы я… Черт! Я был так поглощен своей болью, что вообще не замечал, что происходит с ней! Это я, я не отвёз её в клинику, когда всё ещё можно было исправить! Не настоял! Не позаботился о ней! Хотя должен был! Это моя ответственность, Ханна! Какой из меня защитник? Напарник? Друг? Я грёбаный идиот! Нельт до мозга костей, который только и рожден, чтобы все портить! Ты после этого мне будешь говорить, что я не виноват?!

Он тяжело дышал, нависнув над столом. Упираясь в столешницу и сжимая кулаки добела. Щиты загудели громче, реагируя на слабую серебристую пыль, взвившуюся вокруг его рук.

— Нет, Киран. Ты не можешь нести ответственность за всех. Смирись уже с тем, что взрослые люди вокруг тебя способны сами принимать идиотские решения! Крис могла и сама поехать в клинику! Она, черт возьми, не ребёнок! А ты ей не папочка!

— Я должен был…

— Не должен! — она ударила ладонями по столу. — Ты сам был в полнейшем дерьме! Если уж хочешь поговорить о том, что ты по-настоящему был должен, так давай! Какого чёрта ты сам не обратился за помощью? Не рассказал мне? Не рассказал… — она всплеснула руками, — Хоть кому-нибудь?! Забота о себе в твой долг не входит, да?

— Да что ты смогла бы сделать?

— Я придумала бы! Твою мать, Киран! Я вытаскивала людей из такой задницы, я защитила стольких, что тебе в твоём сопровождении и не снилось! Ты вечно говоришь, что в меня веришь, но все это — брехня, ведь так? Ты никогда не верил в меня по-настоящему!

Киран устало опустился на стул и закрыл лицо ладонями. Ханна прижалась разгоряченным лбом к стеклу и прикрыла глаза.

Конечно, он не верил ей.

Она не смогла вытащить отца.

Они оба прекрасно знали, что Ханна не смогла бы сделать ничего.

— Ханна.

Она подняла свой стул и присела, вновь водя ладонями по металлу столешницы. Поскребла по самой длинной, самой глубокой царапине.

— Ханна, прости меня.

Их взгляды встретились. В горле встал тяжёлый комок. Надо было заканчивать. Скорее. Она не может потерять лицо перед ним.

Не сейчас.

— Пожалуйста, Ханна. Я знаю, что налажал. Пожалуйста, сделай, что я прошу. В последний раз, сестрёнка. Сделай это для меня. Она не поверит, если я ей скажу. Если это буду только я… Она не поверит, — голос Кирана звучал обречённо и глухо.

Ханна сжала пальцы. Помедлила, но все же смиренно кивнула на выдохе.

— Я сделаю, Киран. Сделаю всё, что смогу.

***

— Результаты пришли, — Джер вошёл в палату, держа в руках знакомые черные листы. Замолчал, многозначительно оглядывая собравшихся.

В палате было тесно от скопления народа. Крис полулежала в постели, уперевшись спиной в ворох подушек, а вокруг сидели Лавли, Лекс, Энни — и почти что осязаемо присутствовала Мариам. Она позвонила Лекс по видеосвязи и не отключалась уже почти полчаса.

— Говори при них, Джер, — слабо улыбнулась Крис.

Все и так знали о том, как она облажалась.

— Это просто чудо, — Джер вскинул руки, потрясая в воздухе пластиковыми листами.

— Чудо? — Крис встрепенулась. — Я смогу… Я смогу вернуть Ри?

Джер покачал головой, хмурясь.

— Ри? Девочка моя! Чудо, что ты выжила! Две связи разорваны, но ни один внутренний орган не поврежден!

— И я…?

— Нет. Прости, Кристоль. Не сможешь. Это необратимо.

Две пары теплых рук — Лавли и Лекс — принялись поглаживать ее по спине и плечам. Руки Энни коснулись ее ног. Крис не хотела плакать при всех, но когда Лавли и Лекс стали поочередно прижимать ее к себе, их дурацкая жалость передалась и ей, словно какой-то Нельтовский всплеск. Она тихонько всхлипывала, утопая носом в пахучих волосах Лекс и слушая голос Мариам.

Запах Лекс. Интонации ее матери. Взгляд Энни — маленькой копии Кирана.

Все — как кусочки одной мозаики. Частицы, которые должны были сложиться в единое целое.

Но без Кирана в самом сердце этой картины зияла дыра.

— Крис! Милая! Ну-ну, не расстраивайся. Приезжай к нам на реабилитацию, слышишь? Как только выпишут, приезжайте с Кираном домой! Такие каникулы устроим! Я тебя знаешь какой магии научу интересной, фух! Будете у меня оба самыми продвинутыми бытовыми магами в Ангераде!

Крис засмеялась сквозь слезы, отлипая от Лекс. Ни она, ни Лав все ещё не выпускали ее рук из своих.

— Я так хочу его увидеть, — виновато пробормотала Крис. — Когда он сможет меня навестить?

— Ханна ещё не приехала? — отозвалась Мариам. — Вот-вот должна. Она отзвонилась, сказала, у него все хорошо, но подождать чуток нужно. Чип уживается, но это всего пара дней. Скоро приедет, милая моя! Обязательно. Не печалься, слышишь?

Лав и Лекс почти синхронно погладили Крис по спине. Энни сжала ее ступню и приободряюще улыбнулась.

— Выздоравливай скорее. И все вместе поедем домой.

— Ба, это Кис? — в трубке послышался голос Эри.

— Да, милая.

— Она с Кианом?

— Нет. Киран пока не может говорить. Придется подождать пару дней, солнце.

Крис снова заплакала, не прекращая улыбаться.

Сентябрьское солнце золотом заливало палату. Джер, Лав, Лекс, Энни, Мариам, Эри… Все они были здесь. Все они улыбались ей. Говорили с ней. Печалились о ней.

Все согревали её, как могли.

И все это было так больно.

Так больно — и так хорошо.

Глава 41. Прощай

Лав сутками не вылезала из ее палаты. Словно боялась, что оставь она Крис одну — и та растворится в своей печали, как утренняя слеза на больничной простыне. Прошло уже семь дней. Семейство Кин уехало, наказав регулярно отзваниваться и обязательно приезжать в гости. Джер заставлял ходить на какие-то бессмысленные процедуры, где Вэлли водили ладонями по ее грудной клетке и животу. Говорил что-то про купирование связей и прочую чушь, в которой Крис даже не хотела разбираться.

Ри замолкла навсегда. Крис свыкалась с этой мыслью. Свыкалась с тем, что станет кем-то вроде Лекс, Ханны и Энни. Что сможет жить, обретя свою новую, обычную суть.

Не защитница. Не спасительница. Не воительница.

Просто девушка. Девушка с темным прошлым.

Крис усмехнулась, щёлкая кнопкой блокировки на телефоне. Снова Лав присылала смешные картинки. Сегодня впервые поехала домой — Крис еле удалось ее уговорить. И все равно выходила на связь каждые десять минут.

Девушка с темным прошлым.

Крис заставила себя отложить телефон, чтобы не начать механически листать ленту. Все новости до сих пор были об Астеле и Ярсеге. От одного только упоминания этих имён по телу прокатывалась холодная дрожь.

В окно ударили первые капли дождя. Первый пасмурный день за эту солнечную неделю. Крис потянулась, удобнее устраиваясь на подушках, и нащупала под боком скетчбук. Стащила с тумбочки пенал, выудила карандаши. Сегодня хороший день, чтобы порисовать.

Чтобы снова вспомнить о том, кто она на самом деле такая.

Обычная. Обычная. Обычная.

Что плохого в том, чтобы быть обычной? Мама всегда мечтала, чтобы Крис была именно такой. Обычная школа. Обычные достижения.Никакого геройства. Никаких колдовских штучек.

Но если бы Крис родилась обычной, она бы никогда не встретилась с Кираном.

Карандаш замер меж пальцев.

Уже неделя. Неделя, как он не приходит. Нет, Крис знала, что он просто не может — ни позвонить, ни прийти. Вместо него приходила Ханна, и, к счастью, приносила только хорошие вести. Новый маячок, который поставили Кирану, более совершенный. Он не отторгнется, как предыдущие. Он сможет работать, как Нельт, если захочет — пока не введут браслеты. Но Крис в глубине души мечтала о том, чтобы их ввели как можно скорее.

Чтобы Киран стал таким же, как она.

Чтобы его больше не пришлось никогда спасать.

Обычный. Обычный. Обычный.

Ей было стыдно от этих мыслей. Она ощущала себя улиткой без панциря, которая мечтает только о том, как сорвать панцири со всех вокруг. Сделать всех такими же беззащитными, как и она.

Это несправедливо.

Она не должна так думать.

Но каждый раз, закрывая глаза, думала только о том, как они с Кираном проводят обещанные каникулы в доме семьи Кин. Вместе.

Обычные. Обычные. Обычные.

В дверь тихо постучали, и Крис, захлопнув скетчбук, крепко сжала в руке карандаш.

— Позволишь?

Приоткрыл дверь, оставшись в проходе. Чуть влажные волосы. Зелёная куртка усеяна темными мокрыми пятнами. Неизменные белые кроссовки сменились коричневыми ботинками на шнуровке.

Крис вжалась в подушки, вскидывая руку с зажатым карандашом, держа его остриём вперёд, подобно ножу.

— Стой там.

Киран послушно поднял руки, не сделав ни шага.

— Покажи руки.

Молча задрал рукава куртки по очереди, показывая запястья. Ни браслета. Ни часов.

Ни кольца на пальце.

Крис все ещё держала карандаш, готовясь к бою.

— Инри…

— Заткнись. У меня кнопка вызова прямо под боком. Ты ведь знаешь, что здесь полно охраны, да?

Сжал губы. Вздохнул, закатывая глаза.

— Скажи что-то, что знаем только мы с Кираном.

— Я сделал тебе предложение на Фриверан.

— Это знаем не только мы.

Снова недовольный вздох.

— И подарил тебе кольцо, которое якобы должно дать вечное счастье. Кажется, оно спасло тебе жизнь.

Крис молчала, покусывая губы и не сводя с Кирана мрачного взгляда.

— Да что?! Этого недостаточно? Ладно! Один раз я почти потрогал твою задницу, пока делал массаж. Джер дал мазь, она была такая жирная, липкая, и воняла ментолом. На тебе был идиотский розовый лифчик и трусы в полосочку, и ты…

— Киран, — выдохнула Крис, бросая карандаш и вскакивая с постели. Босиком пронеслась по палате и с разбегу впечаталась в него, утыкаясь носом в мокрую куртку и сжимая под пальцами шуршащую ткань. — Киран!

— Святые. Паролем было воспоминание про задницу?

— Заткнись.

Она расстегнула его куртку и просунула руки под полы, чтобы ощутить его тепло. Чтобы наконец-то почувствовать его запах. Несколько секунд блаженствовала, стоя с закрытыми глазами, прежде чем осознала, что он не обнимает ее в ответ.

Руки безвольно опущены. Он просто даёт себя обнимать.

В груди стало жутко холодно. Как будто кто-то открыл окошко — и пропустил сквозняк.

— Киран… — Крис отстранилась, глядя ему в глаза. — Все хорошо?

Нервно сглотнула, смотря на его плечи. Маячок? Что-то пошло не так?

— Да, — он наконец растянул губы в усталой улыбке. — Все хорошо, Инри. Возвращайся в постель. Здесь прохладно.

Они вместе подошли к кровати. Крис забралась наверх, поджимая под себя ноги. Киран уселся рядом на краешек, позволив ей взять его за руку.

— Что они с тобой делали? Ты точно в порядке? Выглядишь уставшим.

— Ерунда.

— Ты так говоришь, когда все плохо.

— Неправда.

— Киран. Что-то случилось?

— Ханна не рассказывала тебе?

Крис сжимала его ладонь, нежно поглаживая.

— Про маячок? Но они поставили какой-то новый, да? Он не будет отторгаться? Они уверены?

Киран кивнул. Крис сильнее сжала его руку.

— Это же… это же здорово. Киран. Наконец-то… Теперь все позади. Позади, да? Мы поедем домой?

Он посмотрел на нее странно. Как будто с опаской.

— Домой?...

Крис улыбнулась, пряча подступающие слезы.

— Твоя семья. Они позвали меня. На реабилитацию. Сказали, чтобы мы приезжали вместе. Они уже ждут нас…

Его ладонь выскользнула из ее рук. Крис замерла, чувствуя, как в груди вновь разливается холод.

— Нет, Крис. Мы не поедем ко мне домой. Ты не поедешь.

Она моргнула. Попыталась сглотнуть вставший в горле комок.

— Ну… — нервно усмехнулась, накрывая колени одеялом и беспокойно расправляя складки. — Ничего? Л-ладно… Если ты не хочешь.

Пожала плечами, так, будто под ребрами не ревела буря.

Киран долго молчал, пристально глядя в её лицо. Крис не нравился этот взгляд. Он был не пустой. Не отталкивающий, как взгляд Ярсега, одетого в шкуру Кирана. Но он был… слишком темный. Непроницаемый. Она не могла понять, о чем Киран думает в эту минуту, и это пугало её до дрожи.

— Ничего. Я понимаю. Тебе надо побыть с ними, — Крис отбросила одеяло, подобралась к нему ближе и снова прильнула всем телом, запуская руки под куртку. Такой теплый! Святые! Киран! Её Киран!

Она зажмурилась, изо всех сил стараясь не замечать, что он не гладит, не обнимает ее в ответ. Почти не шевелится, будто терпит её.

Обычную. Обычную. Обычную.

— Ничего страшного, Киран. Все хорошо, — шептала она, повторяя одно и то же, как бесконечную молитву. Убеждая скорее себя, чем его. — Все будет хорошо.

Киран тихо выдохнул.

— Конечно. Все будет хорошо. Все уже хорошо. Надо было сдаться Собакам раньше.

— Шутишь? — она улыбнулась, поднимая голову. — Сдайся ты раньше, я бы никогда не узнала тебя.

— И не приобрела бы вот это, — он нахмурился, беря ее руку в свою. Крис только сейчас заметила, что рукав водолазки задрался, и уродливые алые шрамы на запястьях показались наружу. Она отстранилась, стыдливо прикрывая отметины Нельт.

Они останутся с ней навсегда. Когда-нибудь она привыкнет к ним. Когда-нибудь, возможно, даже станет гордиться.

Но не сейчас.

Киран проследил за ее жестом и сжал челюсти.

— Ничего. Это мелочи, — Крис изобразила улыбку. — Просто дурацкие полосы.

— Они никогда не исчезнут.

— Я знаю.

Они молча смотрели друг другу в глаза, и Крис показалось, что взгляд Кирана наконец смягчается. Что тепло разгорается в нем, пусть и медленно и несмело.

Он винит себя. Наверняка он винит себя. Крис так хотелось заглушить его боль, что она не нашла ничего лучше, чем снова обнять его и прижаться к его губам.

Он дернулся, будто его прошибло током. Отстранился, отворачивая лицо. Поджал губы, глядя в пустоту, и моргал несколько секунд, не произнося ни звука. Крис не сразу отпрянула. Не могла поверить в происходящее. Сердце бешено заревело, раскалываясь на сотни осколков с каждым толчком о ребра.

Тишина.

Проклятая тишина.

Крис пристыженно отстранилась, опуская глаза.

— Покажи ещё раз руки, — она нервно хихикнула, пытаясь разбавить неловкость. — Ты точно мой Киран?

Киран повернулся, недоуменно смотря на неё. В глазах читалось смятение.

Нет.

Отвращение.

— Прежний Киран был не против поцелуев, — пояснила Крис с дрожащей улыбкой.

— Прежний Киран был не против тобой воспользоваться, — холодно ответил он. — Ты заслуживаешь не этого.

— Да-а? — глупая нервная улыбка не сходила с ее лица. — А чего же я заслуживаю?

— Чего-то большего. Того, чего я не могу тебе дать.

Крис вздрогнула. Ей показалось, что кто-то всадил ей нож прямо в кишки и грубо протащил лезвие вверх — до самого сердца. Уголки губ все ещё дрожали, силясь подняться.

Но слезы уже проложили путь по щекам.

Крис торопливо вытерла лицо рукавом.

— Ты сказал, — она покачала головой, прижимая рукав к намокшему кончику носа. — Ты сказал, что я — твое счастье.

— Опять ты слышишь только то, что тебе хочется. Я сказал, что счастлив, что ты жива.

Она шмыгнула носом, не поднимая на Кирана взгляда. Она не могла. Не могла видеть, как он смотрит на неё сейчас. Это не прежний Киран.

Не её Киран.

Он не мог. Никогда не мог смотреть на нее вот так.

— Инри…

— Я не Инри, — дрожащий голос едва поддавался контролю. — Больше нет. Не называй меня так.

“Ну конечно, ты Инри. Всегда будешь моей Инри”, — так бы сказал Киран из её грёз. Но настоящий Киран молчал, глядя на неё этим странным взглядом, от которого Крис хотелось кричать.

— Крис, — помедлив, сказал он. — Прости. Но ты же и так это знала. Всегда знала.

— Знала — что? Что ты говоришь одно, а делаешь другое?

— О чём ты?

— Не делай из меня дуру! Киран, ну за что ты так со мной? Ты же любишь меня! Скажи, что любишь! Мы столько пережили. Мы столько прошли, чтобы…

— Да с чего я должен тебя любить?! Из чувства вины? Из стыда? Из благодарности?

— Киран…

— Ну что? Мне заставить себя? Мне сыграть для тебя влюбленного, чтобы вознаградить за все, что ты сделала? Об этом ты мечтаешь, Крис?

Крис закрыла рот рукавом, прикусывая зубами промокшую ткань. Рыдания прорывались из глотки — приглушенные и непрошенные.

— Я спасла тебя. Я чуть не умерла за тебя. Я готова была за тебя умереть, Киран! Я потеряла Ри. Я никогда больше не смогу… Я… Я отдала всё. Все, что у меня было!

— А я просил твоих жертв?! — закричал он, приближаясь, и Крис, не думая, влепила ему пощечину.

Хлесткий удар разрезал раскалившийся воздух — и они оба вновь застыли в ледяной тишине.

Киран смотрел в пустоту, прерывисто дыша.

— Ты и сама не знаешь, о чем говоришь, — хрипло сказал он. — Любовь? Крис, кого ты любишь, по-твоему? Меня? Или мои страдания?

— Что ты несёшь? — она сморщилась в отвращении. — Страдания?! Я только и делала, что пыталась тебя от них избавить!

— Только и делала, что облизывала несчастного умирающего урода, — Киран зло усмехнулся. — Сломанного внутри и снаружи. Убивающего себя! Скажи честно, тебя в Эгитене так переклинило? Когда ты увидела, как я в ванной корчусь от боли?

— Ты думаешь, мне это нравилось? Я что, по-твоему, чёртова Телла?!

— Ты извращенка похуже, — Киран прищурился, склонив голову набок. — Тебе нравилось чесать свое эго. Думать, что ты можешь стать чьим-то спасением. О, великая благодетельница Кристоль Спаркс! Да посмотри на себя. Ты же вечно бросаешься грудью на нож, лишь бы спасти кого-нибудь сирого и убогого! Думаешь, это поможет тебе получить любовь, которую ты так ищешь? Думаешь, оставь человека в долгу — и он станет любить тебя вместо мамы и папы, которым ты никогда нахрен была не нужна?

Вторая пощёчина вышла сильнее первой. Крис обожгло руку — и она тут же спрятала ее поглубже в рукав. Киран стиснул челюсти, медленно моргая. По щеке расплывался пылающий след.

— Ты за этим пришел? — прошипела Крис, больше не утирая слез. Они плавили щеки бесконечным ручьем, но рукава уже давно промокли насквозь. — Не решился убить меня тогда ножом, так пришел закончить начатое словами?

— Я просто сказал правду.

— Мммм, — она скривила рот в подобии улыбки. — Правду.

— Прости, что она такая, — он скривился в ответ, пожимая плечами.

Они оба молчали, больше не глядя друг на друга. Крис опустила голову и перебирала складки сбившегося одеяла. Мокрые щёки остыли, и по коже бежал неприятный холодок.

Когда Киран снова заговорил, его голос был ровным и тихим.

— Прости. Я не хотел этого. Я не за этим пришел.

— А зачем? — таким же тихим голосом отозвалась она.

— Поблагодарить. И проститься.

Из ее рта вырвался сдавленный смешок.

— Засунь свою благодарность в задницу, Кин.

— Крис, — он несмело взял ее за руку, боясь, что она отдёрнется. Но Крис позволила его пальцам легонько сжать ее влажную ладонь. — Прости. Самая худшая благодарственная речь, которую ты слышала. Но ты правда… Мне кажется, ты просто запуталась. Это симпатия. Привязанность. Сострадание. Жалость. Но не любовь. Никогда ею не было.

Крис вскинула голову, ловя его взгляд.

— Как у тебя все просто.

Киран слабо улыбнулся.

— Вспомни. Месяц назад ты была уверена, что обожаешь Астеля.

Крис шмыгнула носом и потёрла влажные склеившиеся ресницы.

— Это просто дурацкая фантазия. Сказка. Ты прекрасно знаешь, что я никогда не думала о нем, как о том, с кем хочу быть по-настоящему. Как о муже. Как об отце моих детей.

Киран едва заметно вздрогнул и отвёл взгляд.

Отвращение.

Ему противна даже мысль об этом.

Крис сглотнула вновь поступившие слёзы.

— Я не твоя фанатка, Киран. Я просто люблю тебя. Как обычный человек любит обычного человека. Если тебе нечем ответить, просто уходи. Хватит глумиться. Я слишком устала.

Киран поднялся с кровати и молча поцеловал ее в лоб. Крис зажмурилась, давя в груди булькающие рыдания. Но услышав, как его шаги удаляются, грозясь вот-вот раствориться в коридоре, не выдержала и побежала следом.

— Киран!

Схватила за руку, с последней надеждой заглядывая в глаза.

— Ладно. Ладно, ты прав, — трусливо забормотала она. — Может, я не разобралась в себе. Я никогда раньше… я не знаю. Я ничего не понимаю в любви! Ты прав. Может быть, это привязанность, сочувствие, привычка. Что угодно! Не важно. Ну, какая в сущности разница? Я разберусь с этим всем, слышишь? Я обещаю… я разберусь в своих чувствах.

Киран смотрел на нее, не мигая.

— Я никогда не попрошу ничего больше. Ни поцелуя, ни объятий! Ничего! Никаких намеков. Разговоров этих идиотских. Ладно? Я просто… Просто…

Слезы опять беспардонно текли по щекам.

— Просто мы… мы можем продолжить? Можем хотя бы общаться? Как раньше? Как… как друзья? Киран, прошу тебя, не уходи. Останься, пожалуйста!

Киран прикрыл глаза, на мгновение заставив ее поверить, что он хотя бы сомневается в своем ответе.

— Нет. Прости. Не думаю, что мне это нужно.

Ладонь выскользнула из ее руки — и холод палаты принял ее в свои пустые объятия.

Уже открыв дверь, Киран развернулся и тихо напомнил:

— Крис, пожалуйста… Не звони моей семье. Ничего не говори им. Я скажу, что ты уехала за границу к матери и не сможешь нас навестить. Не хочу неловких ситуаций.

— Мгмм, — сдавленно промычала она, кивая.

Палата сужалась до размеров спичечного коробка.

— Прости, Инри. Прощай.

На этих словах голос Кирана дрогнул, и он поспешно ушел. Но Крис этого уже не заметила. Она слишком громко рыдала, и глаза ее были крепко зажмурены. Беспомощно скатившись вниз по стене и обняв руками колени, она долго плакала, то тихонько скуля, то срываясь на крик — но в комнате было глухо и пусто, и обнять ее было больше некому.

Последний кусок пазла вырвали из середины, и сердце рассыпалось навсегда.

***

Он задыхался.

Прислонившись лбом к рулю, скорчившись на сиденье и впиваясь пальцами в дрожащие плечи, снова и снова глотал ртом воздух, которого вдруг стало так мало.

Ему хотелось вскрыть себе ребра.

Нет. Больше всего на свете ему хотелось вернуться в чёртову клинику.

Объясниться с Инри. Молить о прощении. Уткнуться в ее колени и плакать, пока она будет гладить его по волосам.

Стать ее мужем. Стать отцом ее детей.

Он всхлипнул, вспоминая её растерянные объятия. Ее неловкий поцелуй.

Её глаза, полные отчаяния.

Я люблю тебя. Как обычный человек любит обычного человека.

Лучше бы она избила его. Лучше бы злилась сильнее. Лучше бы раскрошила своими маленькими кулачками его лицо.

Он хотел боли. Он заслуживал боли. Но сегодня, как назло, даже чип в руке молчал. Киран стиснул плечо сильнее, но ничего не почувствовал. Саднило только в груди — там, куда не один Вэлли не доберется.

Ты впервые в жизни поступил правильно.

Правильно?... Киран издал что-то среднее между стоном и смехом. На правильные решения у него аллергия.

Что могло быть более правильным, чем утешить её? Правильно было бы сказать ей, что она героиня. Что она тигрица. Что останется твоей Инри навсегда.

Правильно было бы расцеловать её шрамы. Поцеловать каждую слезинку на ее покрасневшей щеке. Прижать к себе и гладить, баюкая, пока ее дыхание наконец-то не успокоится.

Но ты так боялся, что она всё поймет.

Чертов ты трусливый ублюдок.

Откинулся на спинку сиденья, вжимая ладони в мокрое лицо. Сколько он здесь просидел? Тучи сгустились так плотно, что небо сделалось черным. Дождь трещал по стеклам, не прекращаясь. Пришлось достать телефон, чтобы сориентироваться во времени.

С экрана улыбалась семья.

Он привычно потянул фото за краешек, сдвигая вправо. Комната на фото расширилась, и поодаль от плеча Лекс показалась фигурка Крис. Растерянная улыбка. Неловко сжатые руки в смущении. Красные щеки. Дурацкий растрепанный хвост на макушке.

Инри.

Его Инри.

Его маленький тёмный секрет.

Он с минуту смотрел на нее, не дыша.

Телефон завибрировал, и на экране высветилось имя Лекс.

— Киан! — Эри держала камеру очень близко к лицу. — Киан, ты забгал Кис? Вы едете?

— Нет, солнышко, — Киран моргнул, вытирая щеки. — Я приеду один. Крис не сможет.

— Почему?

— Она уехала. Ей пришлось уехать к своей семье. Ее ждет мама. И маленькая сестрёнка, — он шмыгнул носом, отводя телефон подальше.

— О-о-о-о! — разочарованно протянула Эри. Прижалась к телефону так близко, что стало видно только ее глаза и розовый нос. — Киан! Ты плачешь, Киан?

— Конечно, я плачу, — улыбнулся он сквозь слезы. —- Мне очень грустно, милая.

— Но она ведь пгиедет еще! — воскликнула Эри. Голосок был полон надежды. — Пгиедет?

— Не знаю, малышка. Наверное.

— Киан! — Эри прижала телефон к плечу, как делала всегда, когда пыталась его успокоить. — Я сейчас обнимаю тебя. Не плачь, не плачь! Мы будем ей звонить и писать. Она навегное ского вегнется! Пгиезжай скогее! Пгиезжай. Ба испекла пиог!

Киран прикусил губы, чтобы не разрыдаться при Эри.

— Конечно, солнышко. Я уже еду. Беги, поцелуй бабушку. Она у нас золото.

Когда окошко видеозвонка закрылось, Киран устало откинул голову назад и тяжело выдохнул.

Щелчок — и в салоне запахло дождем.

Киран вздрогнул, поворачиваясь к открытой двери.

— Два часа, как ты и просил, Кин.

На пассажирское сиденье, отряхиваясь и фыркая, завалился его новый куратор. Дьярго. Седой мужчина, наверное, ровесник его отца или даже постарше. Худощавый, высокий, вечно затянутый в строгие костюмы и застегнутый наглухо.

Лицо и ладони исполосованы старыми глубокими шрамами, в полумраке неестественно поблескивающими серебром.

— Дай мне попрощаться с семьей, — голос Кирана сделался хриплым. — Ты обещал.

— Обещал, — Дьярго кивнул, стряхивая воду со свернутого зонта на резиновый коврик под ногами. — Есть причины не верить мне?

— У меня, знаешь ли, как-то не очень складывается с доверием, — Киран скривился в горькой усмешке. — К таким, как вы.

Дьярго устремил на него пронзительный взгляд глубоко посаженных иссиня-серых глаз. Изучил его лицо. Плечи, что все еще дергались от нервного напряжения. Задержался на дрожащих пальцах. Киран напрасно их сжал на руле, пытаясь делать вид, что способен себя контролировать.

— Ты не в состоянии вести.

— Все нормально.

— Я поведу, Киран.

— Дьярго…

Но тот уже вышел. Быстро обошел машину и открыл дверь с его стороны.

— Выходи.

Они поменялись местами, и Киран, оказавшись на пассажирском кресле, невольно расслабил плечи, ощущая смутное облегчение. Дьярго пристегнулся и долго смотрел за бесплодными попытками Кирана сделать то же самое — непослушные руки никак не хотели просовывать язычок в заглушку.

— Выдохни, — куратор легонько его отпихнул, потянулся к бардачку и вытащил бутылку воды. Открыл и протянул Кирану, и, пока тот пил, застегнул ремень за него.

— Да ты хорошо освоился в моей машине. Уже помнишь, где что лежит, — Киран вытер губы и усмехнулся. Дьярго завел двигатель и включил обогрев. Его пальцы по-хозяйски бегали по панели управления, заставляя Кирана ревностно наблюдать за каждым движением.

— Первое, к чему приходится привыкать, — ответил куратор. — С завтрашнего дня я — твой личный водитель. Твой личный курьер. И твой единственный…

— О, нет. Не говори это вслух, — Киран прикрыл глаза, откидываясь назад. Машина с тихим урчанием тронулась с места. — Только не “друг”. Никакой дружбы, Дьярго. Это всегда плохо кончается.

— Твой единственный билет на свободу, — договорил Дьярго.

На лице его не было ни тени улыбки.

Киран промолчал, задумчиво глядя вперед. Свет фар вспарывал сумерки. Асфальт впереди влажно блестел. Дворники несколько раз проехались по стеклу и замерли — дождь прекратился.

— Много их было? — тихо спросил Киран. — Многих ты… проводил?

Дьярго ответил не сразу. Темные брови чуть дрогнули, опускаясь к переносице.

— День прощания всегда сложный. Не думай сегодня о завтрашнем, Кин.

— Мне еще дадут их увидеть?

Куратор молчал, глядя на дорогу.

— Дьярго?

— Зависит от сделки. Тебе расскажут все в Центре. Я мало на что влияю, так что не надо меня пытать.

Киран разочарованно выдохнул, прикрывая ладонью лицо.

Всю оставшуюся дорогу они ехали в тишине — ни слов, ни музыки. Только мерное урчание мотора и приглушенный гул города за окном.

Дьярго явно был профессионалом. Почему-то, глядя в его глаза, Киран был уверен, что этот куратор проводил на тот свет столько Нельтов, что если бы за каждого выдавалась медаль, на поношенном черном пальто не осталось бы свободного места.

Уверенный и спокойный.

Его последний проводник.

Киран сполз вниз, пряча лицо в воротник куртки и запихивая руки в карманы.

Дьярго был прав. Ни к чему было думать о завтра.

Все идет так, как всегда должно было быть.

Глава 42. Альфа - Гамма

В стерильно белом кабинете стоял острый запах растворителя. Киран морщился, почесывая нос. Сидел, вальяжно развалившись на неудобном стуле, засунув руки в карманы куртки и разглядывая браслет на ноге. С виду как пластик. Почти невесомый. Черный кругляшок сбоку подмигивал красным индикатором. Неритмично. Нескладно. В какой-то момент Кирану показалось, что индикатор мигает в такт его мыслям, и он потер глаза, пытаясь сосредоточиться на голосе консультантки.

— …их три вида. Альфа, Бета и Гамма. В соответствии с рисками. Господин Кин, вы слушаете? — постучала карандашом по столу, привлекая внимание.

— Да-да, — поспешно заверил Киран, подтягивая ноги и выравнивая спину. — И что с этими Альфа-Гаммами?

Лысая консультантка вздохнула, подталкивая к его локтю красно-белый флаер.

— Можете забрать для ознакомления. Альфа — самый сложный тест. Риск летального исхода — от восьмидесяти процентов. Далее — по убывающей. Бета — пятьдесят, Гамма — двадцать.

— Ммм, — протянул Киран, делая вид, что вчитывается в текст. — Здорово, что вы вот так прямо.

— Господин Кин, вы должны понимать, это не принуждение. Вы вольны отказаться от программы в любой момент. Но договор будет предложен только раз за время вашего заключения. Учтите, что после отказа второго шанса уже не будет.

Киран усмехнулся, запихивая флаер в карман.

— Ладно, и сколько?

Консультантка сощурилась, стуча по столу кончиком карандаша.

— Сколько — что?

— Обменный курс какой? Сколько дней за какой из тестов?

— Дней? — если бы у нее были брови, они бы уползли высоко на лоб. — Часы, господин Кин. Два часа — средняя длительность свидания. Может быть меньше, если куратор сочтет ваше пребывание с родными потенциально опасным.

Киран улыбнулся.

— А за хорошее поведение минуты накидывают?

Она недовольно сморщила губы.

— Вы сами принимаете решение, на какой из тестов записаться. Количество свиданий от сложности тестов не зависит. Одно испытание — одна встреча на два часа.

— И как часто их проводят?

— В среднем вам удастся записаться на два или три в месяц. Зависит от потребности и… От вашего состояния.

Киран разочарованно выдохнул. Снова вытянул ноги, рассматривая черный браслет.

— И в чем тогда подвох?

— М?

— Гамма-тесты. Они ведь самые легкие. Я могу выбирать только их?

— Да. Безусловно.

Киран прищурился, поворачиваясь к собеседнице. Скользнул взглядом по белому пиджаку: на кармашке болтался красный бейдж с криво напечатанным именем.

— Летта. Так в чем подвох?

Она немного помялась. Отвела взгляд. Карандаш в руке замер.

— Если участник не задействован в Альфа-тестах больше трех месяцев, он исключается из программы. Насовсем.

Бинго.

Киран причмокнул.

— Мммм. Вкуснотища.

— Выбор остается за вами, господин Кин. Никто не может вас принудить…

— Ага, да. Я понял. Спасибо, Летта, — он кисло улыбнулся, сминая флаер в кармане. — Выбор без выбора. Золотая классика.

Она проигнорировала его комментарий. Протянула черно-белый бланк с жирной эмблемой Центра Исследований ЧеВГИ, кивая лысой головой.

— Когда будете готовы, заполните документы и передайте вашему куратору. Если возникнут вопросы, наш номер телефона указан вот здесь. Мы работаем круглосуточно и всегда готовы помочь.

Киран сдержал смешок.

Готовы помочь.

— До встречи, Летта, — он поднялся и махнул ей бланком.

— До новых встреч, господин Кин.

***

— Что, решил, раз мы в одинаковом дерьме, мы теперь друзья на века? — Киран висел головой вниз, зацепившись ногами за перекладину турника. Звонок был на громкой связи — телефон валялся на полу поодаль. В трубке раздался смешок.

— Ну и как впечатления?

— Я думал, домашний арест — это от слова “дом”, — разочарованно протянул Киран, окидывая взглядом свою скромную обитель. Дьярго сказал, что ему еще повезло — не каждому Нельту выпадает получить столько мебели. Почти все, что наполняло эти две тесных комнаты, было собрано на пожертвования от неравнодушных граждан.

— Да… Дом, милый дом, — выдохнул Иган. — Как далеко они тебя запихнули?

— Не знаю. Кажется, это даже не в Анфелиме. Здесь на сто километров сплошная пустошь. Уж лучше бы резервация, честное слово. Хоть бы поговорить было с кем.

— Радуйся, что пока не отобрали телефон.

— Пока? — Киран чуть не грохнулся на пол от возмущения. — В смысле — пока?

— Дьярго не рассказывал про систему наказаний?

Киран подтянулся и слез с турника. Плюхнулся в потертое кресло, закинул ногу на ногу, и, небрежно пошевелив двумя пальцами, потянул к себе банку газировки из кухни. Серебро разлилось по комнатам, бросая на бежевые стены дрожащие блики.

— Наказаний? Я, блядь, что, недостаточно еще наказан?

— Не балуйся с Ри. Начнешь портить казенное имущество — лишат телефона.

Киран поперхнулся газировкой, забрызгав подлокотник, и тут же начал оттирать рыжие пятна рукавом олимпийки.

— Черта с два они его отберут! Я пожалуюсь на нарушение прав. Ханна не позволит такой вопиющей несправедливости.

— Ханна, — усмехнулся Иган. — Ханна ни о чем не узнает, сынок.

Киран нахмурился, притягивая к себе телефон.

— Ну что? Ты рад?

— О чем ты? — не понял Иган.

— Ты злорадствуешь. Счастлив, что я теперь в твоей шкуре?

— Святые сохрани, Киран. Я бы отдал все, чтобы ты не пошел по моим стопам.

Киран покачал головой. Сделал еще глоток. Задумчиво повертел полупустую банку в руке.

— Ты не говорил, что с тестами все так жестко.

— Ты и не спрашивал.

Они оба ненадолго замолчали.

— Каждые три месяца… Черт побери. Сколько ты их уже прошел?

— Много. Я перестал считать.

— И каждый раз…

— Да.

— Это больно?

Иган выдержал долгую паузу, прежде, чем ответить.

— Немного страшно. Да, пожалуй… Скорее страшно. Иногда вылазят неприятные побочки, но знаешь. Все ерунда.

Киран прекрасно понимал, что хотел сказать отец. Ни страх побочных эффектов, ни даже страх смерти не мог оказаться сильнее, чем страх перед одиночеством. Никогда больше не увидеть семью… От одной этой мысли мороз пробирался под кожу. Нет, Киран пойдет на любые тесты. Сделает все, что от него попросят. Лишь бы иметь возможность видеться с мамой и девочками.

И так же, как и отец, он никогда не расскажет им, какой ценой ему достаются эти короткие встречи.

— Ханна знает? — спросил он, вспомнив их разговор в Центре Контроля. — Об этой…Программе обмена.

— Догадывается, — отозвался отец. — Не так уж и трудно сложить два и два.

Киран пристыженно опустил взгляд.

— Но она никому не расскажет. Профессионально хранит секреты. Прирожденный адвокат, — Киран услышал улыбку в голосе отца. — Она понимает, какая истерика поднимется в доме, если там узнают, что я делаю это добровольно. И когда узнают,ради чего.

— Думаешь, кто-то всерьез беспокоится о твоей жизни? Какая самоуверенность, — Киран старался, чтобы его голос звучал как можно надменней. Но отец прекрасно чувствовал его игру.

Он смеялся.

— Ах, сын. Говорят, что дети наследуют интеллект от матери, но сказать такое о тебе значило бы оскорбить Мариам.

Киран издал тихий смешок в ответ.

— Я на девяносто восемь процентов уверен, что ты поступишь как и я. Ты уже заполнил бланк, верно? Гамма, надеюсь?

— На девяносто восемь? — переспросил Киран, подтягивая к себе бумажки с косого столика у дивана. — А остальные два?

— Еще два на то, что ты сбежишь. Идиотские решения — наш конек, а?

Киран не сдержал тихого смеха. Отец тоже смеялся в трубке — и в этом синхронном порыве Киран почувствовал странное, давно позабытое тепло. Смешанное со страхом, с отчаянием, с болью, с тревожным предвкушением неотвратимого будущего — но все же оно было здесь.

Он был здесь.

Киран провел пальцами по заполненному бланку. Напротив строчки со словом “Гамма” давно был проставлен неровный крест.

***

Крис 02:25

Киран, пожалуйста, поговори со мной.

Мне так плохо.

Крис 02:30

Я очень скучаю.

Крис 02:35

Так не поступают друзья. Так не поступают люди. Так вообще никто не поступает!

Крис 02:35

Ты не мог просто уйти.

Крис 02:36

У тебя что-то произошло? У меня болит сердце. Мне кажется, у тебя что-то случилось.

Крис 02:37

Киран, пожалуйста, поговори со мной. Всего один раз. Пожалуйста. Мне нужно услышать твой голос.

02:38 (Аудиовызов отклонен)

Киран 02:39

*Вы не можете отправлять сообщения этому пользователю*

***

Месяц спустя

— Вы хоть понимаете, как долго будет ворочаться этот механизм? Каждый НЕ-ЧеВГИ может оказаться потенциальным Нельтом. Каждый! Вместо того, чтобы добиваться массовых проверок, стоит ввести БРК в эксплуатацию в течение месяца! В идеале это нужно было сделать ещё вчера!

— Безусловно. Но мы опять сталкиваемся с конфликтом предвыборных обещаний и бюрократической реальности.

— Уже только ленивый не заговорил об откате. Я предсказываю, вот запомните мои слова! БРК — полностью провальный проект! Да вы знаете, сколько жертв оказалось даже не на первых, а на третьих, на десятых испытаниях?!

Лавли отобрала у Крис пульт, раздражённо переключая канал.

— Хватит смотреть эту чушь.

Крис вяло проследила за тем, как подруга берет пачку чипсов и садится на диван, чуть подталкивая ноги Крис, торчащие из-под пледа.

— Посмотрим лучше что-нибудь доброе. Какой-нибудь старый ромком, хочешь?

Крис закатила глаза.

— Только не ромком, святые.

Лав протянула ей пачку, и Крис лениво подцепила один кусочек и засунула в рот. У чипсов почти не было вкуса.

И запаха.

Вкуса давно ни в чем уже не было.

Где-то под подушкой телефон издал короткое “плюп”.

— Кто? Опять репортёры?

Крис пробежалась глазами по сообщению.

— Нет. Это из сопровождения.

— Я думала, ты с ними не общаешься.

— Не со всеми. Армони и Вин недолго писали, но Зен…

— Кто это?

Крис увеличила аватар и протянула мобильник Лавли. Она взглянула одним глазком и поджала подбородок, скорчив одобрительную гримасу.

— Ничего такой. И что хочет?

— Пока ничего, — Крис открыла окошко ввода, и, немного подумав, с каменным лицом вставила улыбающийся смайлик. — Просто поддерживает. Ну, знаешь. Спрашивает, как лечение, как день. Всякое.

В замке заворочался ключ. Лав вышла в коридор встретить отца — время позднее, наверняка это он вернулся с работы. Крис жила у семейства Тринг уже больше трёх недель: ее родную квартирку осадили журналисты, и попасть внутрь, не встретившись нос к носу с очередным репортёром, стало уже нереально. Черт знает, как они вообще выяснили, что она присутствовала в той разборке с Ярсегом, но судя по новостям, знали они достаточно много. Быстро вычислили ее телефон — и регулярно названивали и писали, умоляя дать интервью с самыми жесточайшими подробностями.

Крис тошнило от каждого упоминания той ночи. Она заблокировала уже тысячи номеров, и почти согласилась на то, чтобы уже поменять сим-карту, как предлагала Лав — но всё-таки не смогла.

Не решилась.

День за днём пролистывала тысячи сообщений, прокручивала историю вызовов…

Но, конечно, в списке никогда не было его номера.

И всё равно каждый раз, когда телефон делал “плюп”, сердце болезненно дергалось в глупой надежде — чтобы потом неизбежно сжаться в разочаровании.

Писал только Зен. Часто писал. Наверное, даже навязчиво. Хотя Крис казалось, что только её искаженное восприятие заставляет ее так думать.

Он ведь не хотел ничего плохого.

Он был добр.

Он с самого начала проявлял к ней только симпатию.

И почему его забота так раздражала?...

— Кристоль, — в дверях появился Джер с полными пакетами провизии. — Как сегодня дела?

Крис приподнялась, удивлённо моргая. Следом за Джером вошёл отец Лавли, как всегда, молча махнув Крис рукой.

Лав разгорела ужин и все вместе поели здесь же, в гостиной, сгрудившись вокруг низенького стола — Крис поковыряла в тарелке, заставив себя проглотить пару кусочков, отец Лав, как всегда вымотанный после смены, смел свою порцию первым, и, перебросившись со всеми парой неловких фраз, отправился спать. Крис, Лавли и Джер остались пить чай — по традиции, разговаривали о будущем, фантазируя о жизни с браслетом, как о чем-то абстрактном. Но эти разговоры всегда имели один и тот же посыл.

Жизнь без Ри — просто сказка.

Жизнь без Ри полна перспектив.

Крис усмехалась, прекрасно понимая, что эти двое пытались сделать. Прекрасно понимая, что театр был предназначен только для одного зрителя. Но у нее никогда не было сил прекратить это. Она безучастно наблюдала за ними, лишь иногда из вежливости изображая вялое подобие интереса. Завернувшись в плед и упав на диван, между делом бессмысленно тыкала кнопки на пульте — и только когда кто-то в новостях упоминал имя Ханны Кин, ненадолго прекращала щелкать и вслушивалась.

Ханна опять одолела врага.

Щелкала дела, как орешки.

Крис давно перестала ощущать под ребрами хоть что-нибудь, кроме оглушающей пустоты — но новости хоть о ком-то из семьи Кин отдавались в этой пустоте неясным эхом какого-то забытого чувства.

— Кристоль.

— Крис?

— А? — она вздрогнула, осознав, что и Джер, и Лавли уже давно пытаются ее окликнуть.

— Не хочешь записаться? — пожала плечами Лав.

— Куда?

Лавли вздохнула, закатывая глаза. Протянула Крис цветастый флаер, который с собой принес Джер.

— Курсы. Займешься наконец рисованием, как и хотела. Отвлечешься наконец-то от этого, — она невнятно махнула рукой в сторону телевизора.

— Выходить из дома сейчас — плохая идея, — Крис натянуто улыбнулась.

— Я смогу отвезти тебя, — тут же отозвался Джер. — Не волнуйся. Я знаю сотни способов, как избавиться от навязчивых репортёров.

Если бы дело было в репортерах. Крис молчала, делая вид, что рассматривает надписи на флаере.

— Давай же, Крис! — Лав возбужденно похлопала себя ладонями по коленям. — Хочешь, вместе пойдем? Я, правда, карандаш-то еле помню, какой стороной держать. Но будет весело!

Весело.

Вспомнить бы, что значило это слово.

Крис даже не стала пытаться корчить улыбку, опасаясь, что ее сразу расценят, как согласие.

— Я…

— Крис, ну пожалуйста! Одно пробное занятие, а?

— Я подумаю, — трусливо выдавила Крис. Не из страха расстроить подругу — из нежелания бороться с ее отчаянным натиском.

— Думай быстрее! Начало уже в следующую пятницу, — Лав заглянула в пустую кружку. — У меня чай закончился. Кто-нибудь будет ещё?

Джер кивнул, и Лавли, зазвенев посудой, скрылась на кухне, весело бормоча что-то себе под нос.

В гостиной сделалось тихо — даже по телевизору включился какой-то сюжет о природе, где тигрица кралась к добыче почти что неслышно.

Джер присел на краешек дивана рядом с ногами Крис.

— Мама передавала привет, — осторожно сказал он.

— Угу, — Крис сделала вид, что увлеченно наблюдает за охотой тигрицы.

— Крис. Она приедет… Как только сможет. Просто сейчас… Сейчас у неё сложности в семье.

— Диа выздоровела? — не отрываясь от экрана спросила Крис, вяло изображая интерес.

— Да. Но возникли проблемы с тем, чтобы…

— Не утруждайся, Джер. Хватит её оправдывать. Если бы ей было важно мое прощение, она могла бы позвонить сама, а не передавать через сломанный телефон.

Джер поник. Опустил голову, сложил руки меж колен и долго разглядывал свои сухие длинные пальцы.

— Она любит тебя, Кристоль.

— М-м-м, — протянула Крис, качнув головой.

— По-своему любит.

Она хмыкнула, щёлкая кнопку на пульте.

— Как будто всем не плевать.

Лавли все не возвращалась. Джер долго молчал, и тишина между ними становилась гнетущей. Ее вес ощущался почти что физически. Крис казалось, что с каждой секундой становится тяжелее дышать.

— Мне так жаль, что у нас не получилось, Кристоль. Так жаль, — почти шепотом произнес Джер.

— Не получилось — что? — равнодушно отозвалась она.

— Удержаться друг за друга. Стать для тебя опорой. Такой, что удержала бы тебя на плаву в любую бурю. Я старался, Крис. Я так хотел… Но не все в жизни даётся одним только упорством. Есть вещи, перед которыми мы бессильны.

— Например, Лара Беллс, — криво улыбнулась Крис.

— Я мечтал, что мы будем кем-то вроде… Как семейство Кин, знаешь? Будем держаться крепко, что бы ни происходило снаружи…

Болезненный укол в груди заставил Крис невольно сжаться. Поежилась, плотнее заворачиваясь в плед.

— Когда я видел, как ты расцветаешь с ними… Как ты меняешься. Я так завидовал, Кристоль, святые! Мне казалось, я гляжу на ту жизнь, которую мы все могли бы иметь — если бы только и я, и Лара оказались бы чуть честнее друг с другом. Кристоль… Святые праотцы. Прости. Прости, что говорю об этом. Мне просто порой сложно… Сложно смотреть на все это и не думать о том, что бы могло…

— Ты общаешься с ними? — скрипучим голосом перебила его Крис.

Джер вздохнул.

— Не часто. Мариам звонила с неделю назад.

— У них… У них всё в порядке? — Крис прочистила горло, пытаясь избавиться от этой странной дрожащей хрипотцы.

— Да… В целом, все хорошо. Кита приболела. Но ничего страшного, просто сезонная простуда.

Он помолчал, пристально глядя в её глаза. И, помедлив, все же ответил на ее молчаливый вопрос:

— Нет, Кристоль. О нем я не спрашивал.

Джер, как и она, не произносил имени вслух.

Это имя давно стало табу.

Но призракам прошлого не нужны имена. Их присутствие и без того ощущается в комнате слишком явно. Крис посмотрела на отчима глазами, полными слёз, и он, резко выдохнув, подался вперёд и крепко её обнял.

— У него все хорошо, Кристоль. С ним обязательно все будет хорошо.

Она ничего не ответила, пряча намокшие щеки в воротник его свитера.

***

Три месяца спустя

Он ей не снился. Ей больше не снились сны. Они как будто утекли через ту дыру под сердцем, что Джер называл разорванной связью. Вытекли вместе с Ри.

Но Крис молила о снах. Она впервые в жизни мечтала о кошмарах. Пусть ей приснится та страшная ночь, пусть ей приснится фургон, пластырь на лице и связанные руки. Пусть Пульсар снова несётся ей в лицо. Пусть Ярсег хищно орудует ножом в окровавленной плоти.

Что угодно, только пожалуйста, пусть там будет Киран.

Она так хотела увидеть его хотя бы мельком. Хотя бы встретить случайно в толпе. Зайти нечаянно в одну с ним кофейню, и даже не пересечься взглядами — просто увидеть его силуэт, полюбоваться тайком и сбежать. Она перерыла все свои вещи в поисках скетчбука, в котором остались наброски с ним — тот листок в клетку и рисунок из больницы, где он спит с перевязанной рукой. Но не нашла. Почти все, что осталось в резиденции Астеля, без разбора конфисковали СКБН. Наверное, и её скетчбук сейчас лежит где-то в хранилище улик вместе с другими вещами.

Не осталось футболки, что он подарил. Не осталось ни крошки от сломанного кольца. У нее не было ничего, что напоминало бы о нем — даже все переписки он удалил.

Фильм с его участием исчез из сети.

Словно и его самого не было никогда.

Их двоих не было никогда.

Всей их истории просто не существовало.

Как же так вышло, что об Астеле, о Ярсеге, обо всем чертовом сопровождении мир все ещё вспоминал каждый день, а о Киране не было ничего?

Может, это и вправду иллюзия? Плод ее воспалённого разума? Но в какой момент она успела сойти с ума?

Ханна Кин появлялась в новостях чуть ли не каждый день. Ханна улыбалась так же, как Киран, одним своим существованием подтверждая: он был абсолютно реален.

Реален — и недостижим.

Как гребаная рок-звезда.

Крис горько улыбнулась своим мыслям. Если бы Киран осмелился бросить разрушение и исполнить свою детскую мечту, Крис даже не смогла бы наняться в его сопровождение. И в простую охрану с ее внешностью вчерашней школьницы и то бы не взяли.

Бесполезная.

Ей разве что досталась бы участь фанатки.

Впрочем, она смогла бы довольствоваться и этим. Вот только Киран не был рок-звездой. Не появлялся в сети и не выступал в телешоу. Пресса как будто никогда не слышала о его существовании.

Он был призраком.

Воспоминанием.

Но по-прежнему был.

Крис сиротливо озиралась по сторонам. В полупустом кафе, где когда-то давно Киран назначил Крис свидание с Лавли, почти не было людей. Раньше здесь сладко пахло сдобой и обжаренным молотым кофе, и от этого воспоминания у Крис ныло под ребрами. Наверное, здесь и сейчас пахнет так же… Вот только она уже не могла этого ощутить.

Выбрала место у окна, рядом с фикусом, чьи листья отсвечивали глянцевым, почти пластиковым блеском, и, как только подоспевшая официантка подарила ей дежурную улыбку, смущённо спросила:

— А у вас бывает кофе с перцем?

— Мммм, нет, такого в нашем меню нет. Могу предложить спайси какао, попробуете?

Крис опустила взгляд.

— Нет, тогда не нужно. Тогда… тогда просто чай.

Чай остыл, когда она заметила в окне свое отражение. На нее смотрело даже не лицо — белая маска, похожая на бумажный лист. Черные тени залегли под глазами, уголки бледных губ опущены. Отросшие волосы, замотанные на затылке в пучок, обнажали маленький лоб, делая лицо ещё более голым и беззащитным.

Крис поправила ворот пальто и отвела взгляд. Там, за стеклом, люди спешили по своим делам — неслись с бумажными стаканчиками, размахивали руками, болтая с друзьями по пути, смеялись, ругались с кем-то по телефону. Ее взгляд не задерживался долго ни на ком: ей хватило бы и секунды, чтобы распознать знакомый силуэт. Хватило бы одного жеста, одного взмаха руки, одного движения плеча.

Никто из них не был им.

Он оставался призраком.

— Крисси! — раздражающе громкий голос заставил ее вздрогнуть. Зен уже стоял рядом и улыбался, стягивая с шеи бардовый шарф. Крис поднялась и из вежливости позволила себя обнять — к счастью, Зен сделал это мимолётно, едва касаясь её по-настоящему. От него ещё веяло морозом, и в темных, идеально уложенных волосах блестели, тая, снежинки.

Он сел напротив, сделав заказ, и, как только снял перчатки, вытащил телефон. Что-то быстро щёлкнул, перевернул экраном вниз и положил на стол, отодвигаяподальше от себя.

— Честно сказать, не думал, что ты придешь, — начал он, все ещё улыбаясь. Крис не могла выдавить ответной улыбки, поэтому просто кивнула.

— Я и сама не думала, что приду.

Зен говорил легко, будто они не виделись всего какую-то пару недель: болтал о погоде, о грядущем введении БРК, говорил о планах на жизнь и осторожно спросил, что сама Крис собирается делать дальше. Она неловко отшутилась, изобразила улыбку, и Зен рассмеялся в ответ. На большинство вопросов Крис отвечала медленно, осторожно подбирая слова, отдавая предпочтение односложным ответам. Но, когда Зен вскользь упомянул ребят из сопровождения, подалась вперёд и быстро его перебила:

— Ты с ними общаешься?

— Ну да, — пожал плечами Зен. — У нас что-то вроде кружка пострадавших собралось.

— И… И как они?

— Да справляются, — улыбнулся Зен, делая глоток из своей чашки. — Арм забеременела, так что они с Ютаном вообще устроили себе что-то вроде затяжного отпуска. Близняшки пробились в охрану режимных объектов в СКБН. Не представляю, каких усилий им это стоило. Знаешь, наш опыт теперь вроде клейма. Не очень-то легко найти с таким прошлым нормальное место…

— А… А Киран? — нетерпеливо перебила Крис, с надеждой глядя в блестящие глаза Зена. — Чем он сейчас занимается? Что-нибудь слышал о нем?

Зен нахмурился, покачав головой, и Крис разочарованно отстранилась, откидываясь на спинку кресла.

— Ничего. Понятия не имею, куда он подался.

— Ты ему не писал?

— Писал и звонил, но без толку. Сначала думал у него проблемы, ну, из-за маячка той ночью… Его же вырезали вроде, да?

— Да, но он сделал это не сам, — Крис покрутила в руках давно остывшую чашку. — Так что никаких обвинений ему не предъявили. Вживили новый и отправили в добрый путь.

— Интересно, — протянул Зен. — Так тебя он тоже кинул?

Крис промолчала, плотно сжав губы.

— Мне казалось, вы очень близки. Знаешь, даже после вашего раздора тогда… Как-то с трудом верится, что Киран не остался поддержать тебя и просто исчез. Когда я пострадал в Эгитене, он приезжал каждую неделю. Фрукты привозил, всякую ерунду. Сидел и слушал мое нытье, — Зен тепло улыбнулся, погружаясь в воспоминания. — Наверное, чувствовал себя виноватым, конечно. Но в целом он такой человек, что…

— Значит, я оказалась не такой уж достойной его поддержки, — перебила его Крис с кривой усмешкой. — Ничего. Я не то чтобы страдала из-за этого. Просто стало интересно, как сложилась его судьба, вот и всё.

Зен кивнул, потягивая кофе.

— Я, если честно, так и не понял, почему вы тогда поссорились.

— Я уже и сама не помню, — соврала Крис. — После той ночи все это… стало таким неважным. Все притупилось.

— Да. Понимаю, — Зен вздохнул, между делом поправляя телефон на столе, чуть подталкивая в сторону Крис.

— Я вообще думала, что ты погиб тогда.

— Я?!

Крис кивнула, делая глоток остывшего чая и морщась от горечи.

— Ты ушел искать Кирана и не вернулся. А когда пришел Ярсег, он сказал, что столкнулся с тобой в коридоре. Я подумала… если ты заподозрил иллюзию, он ведь мог и… сделать что-то с тобой.

Зен выдохнул.

— О, святые. Ты права. Я ведь и в самом деле его видел. Честно, во мне ни на секунду ничего не дрогнуло. Я подумал, что это Киран… Когда ты поняла, что это не он?

— Почти сразу, как он вошёл, — Крис, вспоминая тот вечер, невольно сжималась. — Знаешь, этот взгляд… Глаза даже под иллюзией не были глазами Кирана. Не знаю… Не могу объяснить. Мне кажется, я распознаю Кирана, даже если хоть тысячу иллюзий на него наложить. Он просто… он просто другой.

— Как у него вообще оказался этот браслет? Это же точь-в-точь браслет Рэда, да? Только сделанный под обличие Кирана.

— Не знаю, — она пожала плечами для убедительности. — Он же был близок к Кирану. Может, украл у него и перезачаровал. Он даже мог пользоваться Ри, хотя раньше браслет ее ограничивал… — она непроизвольно коснулась шрама на своем запястье. Сейчас он был надёжно скрыт под длинными рукавами толстого свитера.

— Интересно, как ему это удалось? Я имею ввиду, настолько сильно изменить свойства чужого артефакта… Тут же нужна недюжинная сила!

— Он не поделился своими злодейскими секретами, — Крис скривила губы, скрещивая руки на груди. — Да и какая разница? Это теперь так важно?

Зен поерзал в кресле, отводя взгляд в сторону, и рассеянно улыбнулся.

— Да так, — пожал плечами. — Просто интересно, знаешь. Как будто много несостыковок. Даже СКБН не до конца во всем разобрались.

— Пусть разбираются хоть до конца времен, — нахмурилась Крис. — Мне по большому счету без разницы, что они ещё там накопают. Ярсег наказан, разве нет? Все остальное… Меня не волнует.

— Уже читала книгу Астеля?

— Что? — Крис приподняла брови.

— Ну да. Написал целую исповедь. Не слышала? “Когда умирают звёзды”. Использовал название своего хита, каково, а? — Зен усмехнулся, глядя на Крис так, будто ожидал, что она рассмеется в ответ, оценив иронию. Но Крис молчала, напряжённо сжимая пальцы.

— Ты раньше знала, что он может так?

— М?

— Ну, сводить с ума звуком голоса.

— Если бы я знала раньше, Зен, боюсь, я бы не протянула так долго.

Снова его смешок.

— Он написал… А, да вот, сейчас. Я даже сохранил. Смотри.

Открыл скриншот и дал телефон Крис.

“Я не мог представить, какие частоты заставили Иллагерию стать такой. Она выглядела странно. Пугающе. Глаза стали стеклянными, будто у нее что-то выключили внутри. Губы дергались в попытке произнести мое имя. Я отчаянно смотрел на себя в зеркало и не мог понять, что только что сделал. Но уже в ту минуту был уверен: виной всему только я. Что именно? Мой стон? Хрип? Шепот? Какой звук стал для нее точкой невозврата? Меня трясло в панике. Я помог ей одеться и приказал сопровождению довезти её до дома, соврав, что Ила просто перебрала. Ночь я провел в полной уверенности: я убийца. Моя побочная Ри — разрушение, и одним только святым известно, скольких ещё я уничтожил, возможно, сам того не зная”.

Крис отложила телефон. Зен тут же его забрал, поклацал по панели, и, все так же перевернув экраном вниз, положил на середину стола.

— Представляешь? Сам не понимал, какие частоты оказались критическими! И все равно продолжал петь! Какое безумие, а? Он наверное ждал, что такая искренность заставит кого-то его пожалеть. Но неужели ему в голову не закрадывалась мысль, что он мог так выкосить целые тысячи? Представь! Полный зал сумасшедших фанаток!

Крис вздрогнула, отводя взгляд за окно. В голове смутно проносились воспоминания. Разговоры с Кираном.

“Галар — двигатель экономики”.

“Пока он работает, он — неисчерпаемый горшочек золота. Для государства. Для СКБН. Для Рэда”.

Рэд обо всем знал?... Он не мог не знать. Может статься, он занимался тем, что всеми силами прикрывал последствия Астелевских выходок, лишь бы тот продолжал работать и приносить ему деньги… Крис прикрыла рот ладонью.

Рэд. А ведь он ей почти что нравился. Он выглядел человечным. Заботливым.

Внимательным. Даже то, что он оказался виновным в травме Кирана, Крис позволяла себе списать на нелепый несчастный случай.

Но теперь он был в бегах.

Нет, он не просто знал. Он был тем механизмом, что заставлял Астеля работать дальше, хотя прекрасно осознавал все риски. Завод по производству золота не должен был останавливаться. Ни на минуту.

— Крисси? Крис, ты все ещё здесь? — Зен, улыбаясь, пощелкал в воздухе пальцами.

— Да… да, — поморгав, вздохнула она. — Просто… Неприятно обо всем этом вспоминать. Не хочется думать, что я была… Была частью чего-то настолько ужасного.

— Ты и не была, — Зен потянулся и легонько коснулся пальцами ее руки. Крис вздрогнула. Пальцы Зена были тёплыми, но ее пронзил холод — мурашки побежали по всему телу, заставляя шевелиться волосы на затылке. — Ты же не знала, что он ПОА.

— Мы все знали, — мрачно ответила она, убирая руку подальше от Зена. — Эти его температурные перепады… Мы все знали, что это неправильно. Все. Даже СКБН. Но все закрывали глаза.

Зен помолчал. Добавил сахара в кофе и медленно помешал ложечкой.

— Он близко общался с тобой? Слышал, ты даже побывала с ним на свидании.

— Это было не свидание.

— Но ты все же говорила с ним?

— Ничего личного он мне не рассказывал. Не знаю, Зен, что ты хочешь услышать? Зачем мы вообще об этом говорим?

Ее взгляд снова упал на его пальцы, подталкивающие вперёд телефон. Перевернутый экран.

Ее рука двинулась вперёд, повинуясь слепому предчувствию. Накрыла телефон ладонью, сдвинула к себе и перевернула. На дисплее горела красная полоса.

“Идёт запись: 24:32”.

Все замерло. Звуки доносились откуда-то из глубины, глухо и далеко. Будто Крис нырнула под толщу воды — и начала задыхаться.

Зен на секунду замер, и, тут же выдохнув, быстро забормотал, выхватывая телефон из её дрожащих пальцев:

— Крис, подожди, это не то… Крис, да стой ты! Дай мне все объяснить!

Она встала так резко, что едва не опрокинула кресло. Скрип привлек внимание посетителей.

— Ты… — ее голос сорвался на хрип. — Не надо. Не надо ничего объяснять.

Хотела сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Зен вскочил следом, потянулся к ней, но не осмелился схватить ее за руку — так и остался беспомощно стоять, наблюдая за тем, как она быстрым шагом направляется к выходу.

Распахнула стеклянную дверь, вырываясь в январский холод. Морозный ветер яростно ударил в лицо. Она оглянулась в последний раз и помчалась к машине Джера, запахивая пальто на бегу.

***

— Хватит реветь, Киран, — процедил Джер сквозь зубы, судорожно ища в бардачке припрятанные на черный день сигареты. — Слышишь меня? Соберись.

В трубке снова раздались всхлипы вперемешку с неясным шуршанием.

— Ты все ещё можешь отказаться. Какого черта ты собрался подыхать, не дождавшись БРК?

— Когда они его введут, Джер? — простонал Киран. — Через год? Через два? Или вовсе отменят! Я не смогу податься на программу во второй раз! Если сейчас откажусь…

— Мммм. Так значит, ты уже все решил? — Джер трясущейся рукой выудил из помятой пачки такую же помятую сигарету. — Окончательно?

— Нечего тут решать. Я не собираюсь до конца дней гнить в одиночестве, — Киран пытался звучать уверенно, но его голос неизбежно срывался.

Джер похлопал себя по карманам, ища зажигалку.

— Просто… Мне страшно, Джер. Мне так страшно!

Приоткрыл окно, впуская в салон ледяной воздух. Зажигалка тихо чиркнула в дрожащих руках. Втянул горький дым, вслушиваясь в далёкий плач в трубке. И, выдыхая, тихо сказал:

— Ты вернёшься. Ты везучий сукин сын.

Нервный смех Кирана пробился сквозь слезы.

— Звучишь прямо как Крис. Самоубийственный оптимизм — это у вас семейное?

Джер не ответил, снова затягиваясь.

— Джер, если я не вернусь… Ты… Ты расскажешь ей?

— Ты хочешь, чтобы я рассказал?

— Нет. Нет. Не знаю. Джер… Можешь просто передать ей сейчас, что… Нет. Не говори ничего от меня. Скажи просто ей сам, что она сильная. Что она золотце. Что она справится со всем, что…

— Может, сам ей об этом скажешь? Хочешь с ней сейчас поговорить?

— Она рядом? — ужаснулся Киран.

— Пока нет. Она… на встрече. Но, думаю, скоро придет. Если хочешь, я дам ей трубку…

— Нет. Не стоит. Джер… Просто обними ее вместо меня. Очень крепко. Сделай все, чтобы она снова цвела. Пожалуйста. Позаботься о ней. Ладно? Пусть… пусть будет счастлива, — он снова ревел, и Джер молча слушал его причитания, докуривая сигарету до фильтра. — Я хочу, чтобы она была счастлива. Святые… Я никогда не верил в жизнь после смерти. Но сейчас так хочу, чтобы все это было правдой!

— Ты вернёшься, Киран, — настойчиво повторил Джер. — Ясно? Вернёшься, нацепишь чертов браслет, приедешь и сам ей все объяснишь. Не вздумай заставлять меня в одиночку разгребать это дерьмо. Я каждый день вру вам обоим, и у меня это уже в глотке стоит!

— Обоим?

Джер затушил окурок и покосился на смятую пачку в раздумьях.

— Мне-то ты о чем врешь?

— Ни о чем. Я имел ввиду, что… Сложно врать ей в лицо, что я знать не знаю, где ты.

— Нет, ты сказал — “врать вам обоим”. Джер? С ней все в порядке? Она точно здорова? Она не…

— С ней все в порядке, — Джер выкинул окурок и помахал рукой в воздухе, пытаясь разогнать остатки дыма: к машине, кутаясь в пальто, быстро бежала Кристоль.

— Худшее свидание в моей жизни! — выдохнула она, плюхаясь на сиденье.

— Свидание?! — переспросил голос в трубке. — Это она? Джер? Она что… она с кем-то встречается?

— Я перезвоню тебе позже, — Джер прикрыл трубку ладонью, косясь на Кристоль, опасаясь, что она расслышит знакомый голос.

— Нет, подожди!

— Этомоя дочь, — с нажимом сказал Джер. — Мне пора идти. Извини. Созвонимся ещё раз передпроцедурой, ладно? Ничего не бойся. Все пройдет хорошо.

Прежде, чем Киран успел ответить, Джер отключился. Перевел взгляд на Кристоль, с опаской вглядываясь в ее встревоженное лицо.

— Ты… — она потянула носом воздух и сморщилась. — Святые, Джер… Что случилось? Кто это был?

— Один пациент, — Джер устало потер переносицу. — Он очень болен и решил пойти на рискованную процедуру. Боится, что может не вернуться. Вот… Звонил попрощаться.

— О… О, Джер! — Кристоль обняла его и принялась поглаживать по спине. — Святые… Мне очень жаль. Но все будет хорошо, слышишь? Не надо… Не надо думать о плохом.

— Да, — тихо выдохнул Джер, обнимая её в ответ. — Я сказал ему то же самое.

Если бы ты только знала, Кристоль.

Если бы ты знала.

Это я. Я должен был тебя утешать.

Глава 43. И рассеется тьма

— А что тестируют в этот раз? — Киран сидел на низкой железной скамейке в коридоре и нетерпеливо дёргал коленкой — красные штаны тихо шуршали в такт. Здесь его всегда заставляли носить шмотки, подобные робе заключённого — разве что верх все равно приходилось снимать, оставаясь в черной майке, оголяющей руки — для лучшего доступа к венам.

— Понятия не имею, — буркнул Дьярго, не отрываясь от чтения. Он стоял у стены, отгородившись от окружающего мира газетой, и даже не шевелил пальцами, сдерживая четыре Заградительных щита, парящих сейчас вокруг Кирана.

— Да хватит, Дьярго, — поморщился Киран. — Ты ведь общаешься с другими кураторами. Не я же один записан на этот тест, а? Чьи-то ещё подопечные проходили это дерьмо?

Куратор ничего не ответил. Вместо этого распахнулась дверь кабинета и в коридор вышли двое помощников в белых защитных костюмах и масках. Они медленно везли каталку, что была накрыта плотной белой простыней, и под тканью четко угадывались очертания человеческого тела.

Киран и Дьярго молча следили, как каталка, скрипя, движется по узкому коридору и останавливается напротив скамейки.

— Вы на Альфу? Очереди ждёте? — глухо спросил помощник сквозь маску. И, не дождавшись ответа Кирана, сказал: — Сейчас, ещё минут десять! Там приберутся и можете заходить!

Каталка снова тронулась в путь, и тихий скрип ещё долго разносился эхом по коридору. Остаток времени Киран и Дьярго прождали молча: Киран больше не дёргал ногой — он не двигался вовсе, — а Дьярго опустил газету, свернул её и теперь смотрел в пустоту.

Ровно через десять минут Кирана пригласили в кабинет. Когда он поднялся со скамейки, Дьярго не сказал ни слова — только протянул ему руку, прощаясь. Киран нервно сглотнул, ощущая, как трясутся под ребрами холодные внутренности. Тошнотворный ком неумолимо подкатывал к горлу.

— Ну… До встречи, Дьярго? — улыбнулся Киран.

Куратор молча пожал его руку вместо ответа.

****

Он уже привык к Мэв. К ее хладнокровию, к металлическим ноткам командного голоса, к толстым пальцам в желтоватых силиконовых перчатках. От нее пахло то серой, то спиртом, то хлоркой, то растворителем — и эти запахи стали привычными, почти успокаивающими. Каждый гамма-тест проходил под ее строгим контролем, и Кирана никогда не определяли в другие подопытные группы. Она ревностно оберегала его от поползновений других исследователей: кажется, видела нечто особенно ценное в таком материале, как Киран, и ни с кем не желала делиться своим сокровищем.

Он не просто был прикреплен к Мэв.

Он принадлежал ей.

Киран улыбался, наблюдая за тем, как помощники плотными ремнями обхватывают его запястья, приковывая к металлическим ручкам кресла.

— Сегодня хочешь пожестче, Мэв? — выгнул бровь, поднимая взгляд на стоящую поодаль сухопарую женщину в белом халате. Она никак не отреагировала на его глупую шутку. Деловито поправила большие защитные очки и начала инструктаж:

— После того, как введут препарат, ты должен описывать все свои ощущения. Они будут меняться в течение двадцати минут. Услышано?

Киран кивнул, откидываясь назад и глядя на экран, занимающий всю дальнюю стену напротив.

— Кин?

— Услышано, — лениво отозвался он.

— После в течение десяти минут тебе будут показывать раздражители. Описывать свою физическую реакцию на каждый триггер. Громко и четко. Услышано?

— Физическую? Опять порнушку будете крутить?

— Физическую, — с нажимом повторила Мэв. — Описывать каждую реакцию. Услышано?

Киран вздохнул, закатывая глаза.

— Услышано.

Двое помощников в белых защитных костюмах все ещё суетились вокруг. Проверяли ремни на ногах, груди и руках. Каждое их движение сопровождалось шуршанием. Мэв встала за защитный экран, прижимая к себе планшет, и скомандовала:

— Легрин.

Младшая помощница Мэв, золотистоволосая Легрин, чинно внесла свой излюбленный черный чемоданчик и пластиковый кейс со шприцем, полным мутно-белой жижи. Встав возле кресла Кирана, на металлическом столе раскрыла чемоданчик и принялась по очереди доставать стеклянные бутыльки.

— Это все тоже мне? Как щедро с вашей стороны, — с улыбкой сказал Киран, наблюдая за Легрин из под полуприкрытых век. Ее короткий белый халат едва доходил до середины бедра, демонстрируя изящный изгиб длинных ног, обтянутых тонкими черными колготками.

Перед глазами некстати всплыли колготки Крис, в которых она была на фестивале. И это то, о чем он будет думать в последнюю минуту? Киран усмехнулся про себя, наблюдая за кончиком блестящей иглы, прошивающим кожу. Легрин надавила на поршень, пуская по его венам прозрачную жидкость.

Киран выдохнул. Подготовительный момент. Три укола перед введением основного препарата. У него есть ещё время.

Ещё пара минут.

— Не будет больно, господин Кин, не пугайтесь, — тихо сказала Легрин, заметив, как сжались его кулаки. — Тело может онеметь, но боли вы не почувствуете.

— Мммм, — выдавил он с улыбкой. — Ты как всегда прелесть, милая.

Легрин слабо улыбнулась в ответ, и её щеки смущённо порозовели. Киран смотрел, как игла вновь проникает под кожу, но перед глазами всплывало только лицо Крис.

Крис. Крис.

Моя Инри.

Теперь она с кем-то встречается. Ходит на свидания, как ни в чем ни бывало. Носит свои дурацкие колготки. Краснеет от чужих глупых шуток. Хихикает, закрывая нос рукавом.

Ну разве не этого ты хотел? Не об этом мечтал, когда умолял всех Святых, чтоб она была счастлива? Если она расцвела вот так скоро — ну разве это не здорово? Ты умрёшь, точно зная, что она наверняка не страдает.

Что она любит кого-то нормального.

Что она забыла тебя.

Но как она могла забыть? Вот так просто? За какие-то грёбаные три месяца?!

Игла в третий раз больно вспорола кожу, и Киран зашипел, непроизвольно дёргая рукой. Вокруг него слабо замерцало серебро, и Легрин, окутывая себя щитом Штерна, надула розоватые губки.

— Не переживайте, господин Кин. Подготовка почти завершена. Выдыхайте.

Я не хочу, чтобы она была счастлива.

Не с кем-то другим.

Киран сжал челюсти, пытаясь угомонить Ри. После ввода подготовительных препаратов протечки становились похожи на протечки отца — и Мэв говорила, что после испытаний эта побочка может остаться с ним навсегда. В принципе, любая побочка может остаться с ним навсегда.

Киран прикрыл глаза, медленно выдыхая.

— Вот и прекрасно, — пока он не видел Легрин, ее голос отдаленно напоминал голос Крис. — Все будет хорошо, господин Кин.

Ее голос.

Неужели последнее, что он услышит от нее — это глупая фраза про свидание, брошенная Джеру в машине?

Киран открыл глаза и застыл, когда Легрин взяла шприц из кейса на столе. Мутная жидкость внутри слабо переливалась серебром на холодном свету электрических ламп.

Легрин грустно улыбнулась, мягко касаясь ладонью его предплечья. От синтетического прикосновения латекса, пусть и нагретого, Киран невольно повёл плечами — едва заметно, насколько давали стягивающие его ремни.

— Мне полагается сказать последнее слово? — он ухмыльнулся, глядя сначала на Легрин, а затем переводя взгляд на Мэв, наблюдающую за ними из-за защитного экрана. — Эй, Мэв! А последнее желание будет?

— Не паясничай, Кин, — холодно отозвалась та. — Легрин! Препарат!

***

— Стоп-стоп-стоп! — на втором этаже распахнулась дверь, и вниз по лестнице быстро сбежала женщина в черном брючном костюме. Белый халат был накинут на ее плечи и не слетал только чудом — неслась она так быстро, что размывалась перед глазами Кирана в чёрно-белое сплошное пятно. Или это все — действие подготовительных препаратов? Он медленно заморгал, фокусируя взгляд.

— Доктор Мэв! Мэв, стойте! Кин у вас? Это он? Киран Кин?

Легрин замерла со шприцем в руке. Мэв, нахмурившись, вышла из-за защитного экрана и подняла очки на лоб, упирая руки в бока.

— Что значит — “стоп”? Вы по какому праву врываетесь?

Вбежавшая женщина остановилась возле Мэв, и, тяжело дыша, упёрлась ладонями в колени.

— Я…фух… — вытащила ланъярд из-за ворота рубашки, показывая бейдж и продолжая пыхтеть, так и не подняв на Мэв головы. — Отдел соцвнедрения. Лисса Тан. Я отправляла вам утром письмо! Вы не видели?

Лицо Мэв потемнело. Казалось, ещё немного, и невидимый ветер раздует полы ее халата, растреплет темные волосы, зашуршит костюмами сжавшихся в углу помощников, и гром разразится в невидимых тучах. Киран хорошо знал эту злость. Мэв реагировала так каждый раз, стоило хоть кому-нибудь в лаборатории намекнуть, что они хотели бы поработать с ее материалом.

— Он все подписал, — металлическим голосом отчеканила она, пихая под нос Лисы Тан планшет. — Испытание запланировано и согласовано. Вы прервали процедуру! Так что будьте добры…

— Ничего страшного, — все ещё беспорядочно выталкивая из лёгких воздух, с улыбкой отозвалась Лисса, разгибаясь и махая рукой. — Я говорила напрямую с главой вашего отдела. Мою заявку поставили в приоритет.

— Какую ещё… — Киран впервые видел, чтобы Мэв была настолько обескуражена.

— Ознакомьтесь, все есть в письме, — Лисса снова махнула рукой и направилась прямиком к Кирану и Легрин.

— К нему опасно приближаться! — беспомощно прокричала вслед Мэв. — Испытание уже началось! Он под ретинтанолами!

— Да, да, — не оборачиваясь, ответила Лисса. Легрин молча отступила в сторону, откладывая полный шприц в кейс. Киран с любопытством рассматривал свою храбрую спасительницу. Его Ри и в самом деле была сейчас непредсказуема — но Лисса не собиралась использовать щит. Что-то подсказывало Кирану, что она и вовсе была не ЧеВГИ.

Но её беспардонная самоуверенность ему нравилась.

— Эй, — Лисса окликнула помощников. — Помогите мне!

Не дожидаясь, пока те двинутся с места, она принялась расстёгивать ремни, удручённо мотая копной светлых волос. Киран, высвободив правую руку, облегчённо вздохнул, сжимая и разжимая кулак и разглядывая кожу: следы ремней оставили глубокие красные отпечатки. На венах проявились темно-сиреневые уродливые бугры — последствия подготовительных инъекций.

— Лисса Тан, отдел соцвнедрения, — запоздало сказала Лисса, садясь перед ним на корточки и расстегивая ремни на лодыжках. — Господин Кин, у меня есть для вас альтернативное предложение.

— Альтернативное? — повторил он, наблюдая за ее макушкой. — Но я уже все подписал. Это ваше предложение позволит мне остаться в программе?

Она подняла голову, глядя на него снизу вверх.

— Оно исключит вас из программы.

— Что? Святые. На какой хрен вы вообще пришли? Мэв! Мэв, скажи, пусть затягивают эти штуки обратно. Легрин! Неси чертов препарат!

— Да подождите! Постойте! — Лисса вскочила, хватая его за запястья.

— Вы нарушаете мои гражданские права, ясно? — Киран резко потянул на себя руки, и пальцы Лиссы разжались, не выдерживая его напора. — Я пожалуюсь своему адвокату!

— Какие права? Права на бесславную смерть? — вспылила Лисса. — Идёмте со мной! Я подала на вас заявку, ясно? Вы обязаны пойти со мной!

Он хмуро молчал, глядя ей в лицо. Лоб Лиссы вспотел, тонкие светлые волоски прилипали к коже. Широко распахнутые глаза горели, полные решительной ярости.

— Пойдёмте, — уже тише сказала она. — Пройдемте в мой кабинет, и я все вам объясню, хорошо, господин Кин? Вы сами примете решение. Я обещаю.

***

Язык плохо слушался. По телу разливалась приятная слабость. Киран чувствовал себя пьяным: ретинтанолы как будто работали с Ри тем же способом, что и алкоголь, только вот от обычного алкоголя протечки были куда безопаснее. Но несмотря ни на что Лисса Тан оставалась самоубийственно невозмутимой. Она не взяла ни одного сопровождающего, кроме Дьярго, провела Кирана по коридорам на третий этаж практически за руку — и за все время дрогнула только раз, когда ее взгляд упал на его шрам на правом плече. Вэлли неплохо заштопали ту дыру, где раньше сидел маячок, и шрам был едва заметный: куда менее вызывающий, чем полоса от отцовского Режущего, и уж тем более, чем отметина от Пульсара на лице.

Но Лисса вздрогнула при его виде так, будто там был не затянувшийся шрам, а живое оголенное мясо.

Шатаясь, Киран зашёл в кабинет следом за своей проводницей, и она кивком указала на стул. Киран рухнул на него почти с облегчением.

Здесь пахло кофе и теплой бумагой, нагретой принтером. Лисса, встав за столом по другую сторону от Кирана, положила ладони на высоченную стопку белых листов и глубоко вдохнула прежде, чем начать.

— Это наш договор. Постараюсь сформулировать кратко. Господин Кин, у вас уникальный профиль. Мы предлагаем вам участие в исследовании, которое…

Киран крепко зажмурился и открыл глаза. Заморгал, наводя фокус.

— Какой процент смертности?

— Процент…? — Лисса приподняла бровь.

— Ну, не надеетесь же вы вот так просто своровать меня у Мэв, предложив худшие условия, — криво улыбнулся он, прекрасно понимая, что на самом деле уже давно сдался. Он уже был здесь. Появление Лиссы в момент, когда он почти заглянул в глаза смерти, показалось чудом, спасением, посланным Святыми — и, что бы он сейчас ни сказал вслух, внутри он уже был согласен на что угодно. Сколько она предложит? Семьдесят? Шестьдесят? Черт, может, она предложит ему сразу Бета-тест? Пятьдесят процентов… Если вдуматься, не такая уж страшная статистика.

Либо умрёшь, либо нет.

— О… — Лисса нервно улыбнулась. — О подобных рисках речи не идёт, господин Кин. Все тесты безопасности пройдены. Мы предлагаем протестировать наш продукт в другом формате.

— Что? — переспросил Киран, незаметно щипая себя за ногу сквозь шуршащую ткань красных штанов. — В другом формате…? О чем вы?

— Мы предлагаем участие в социальном эксперименте, — выдохнула Лисса, садясь напротив и скрещивая пальцы рук перед собой. — БРК. Вам знакома эта аббревиатура?

Киран молчал, несколько минут пытаясь сообразить, уснул ли он во время испытания или уже умер.

— Браслет Ри-контроля. Я думаю, вы слышали, господин Кин. Все слышали об этой разработке, — она подвинула кипу бумаг ближе к нему. — Я изучила ваше дело. Вы идеально подходите. Послушайте. Программа пока экспериментальная, и да, предполагает много ограничений. Вам предстоит интеграция в общество, трудоустройство, прохождение ряда комиссий, прежде, чем вы сможете… господин Кин? Все хорошо? Вы слышите меня?

— Да, — хрипло ответил Киран. — Как вы сказали? Программа — экспериментальная?

— Да, — Лисса кивнула, протягивая ему ручку и щёлкая кнопкой. — БРК в полевых условиях будут проверяться на нескольких контрольных группах. Это очень малое количество человек. Понимаете, как вам повезло? Согласитесь, это ведь лучше, чем рисковать собой в подземельях Мэв.

Киран принял ручку, склонившись над столом и бездумно уставившись в документы перед собой.

Вы идеально подходите.

Идеально.

— Я подпишу. С одним условием.

Лисса натянуто улыбнулась.

— Боюсь, господин Кин… Боюсь, вы не в том положении, чтобы ставить условия.

Киран прищурился, склонив голову набок, и задумчиво повертел ручку меж пальцев.

— Но вы боролись за меня, госпожа Тан. Боролись за смертника, как тигрица. Чем я такидеальноподхожу вам? Что во мне стоило ваших усилий?

Лисса опустила взгляд, покусывая губы.

— Ну же, Лисса. Мэв держалась за меня, как за особенно ценный экспонат. Вы вырвали меня из ее рук с такой жаждой, будто я — ваша последняя надежда. Так в чем же моя особенность? В чем идеальность?

Она подняла глаза.

— Ваши всплески. Ваша нестабильная Ри — то, что отличает вас от остальных. Нестабильные Нельты... Это наша первичная цель. Вы — не просто редкость, господин Кин. Вы — главная опасность для общества. Первая программа нацелена на то, чтобы доказать, что самые опасные ПОА могут стать подконтрольными и идеально социализироваться.

Киран усмехнулся, отстраняясь, откидываясь на спинку стула и покачивая ручку, держа за самый кончик.

— Тогда я настаиваю на своем условии, Лисса. Скажите мне “Да”, либо верните меня Мэв.

Она вздрогнула, словно одна только мысль о возвращении в лабораторию наводила на нее ужас. Но с ответом помедлила. Беспокойно перебирала листы на столе, поджимая губы и не желая встречаться с Кираном взглядом.

— Можете рискнуть и озвучить ваше условие, господин Кин. Но я не стану заранее ничего обещать. Если ваши желания окажутся слишком дерзкими… Имейте ввиду, я не всесильна.

— Думаю, на мое желание у вас как раз хватит сил, — осклабился Киран. — Возьмите в эксперимент ещё одного Нельта. Уверен, он тоже подойдётидеально.

Лисса вскинула голову.

— Иган Кин, — Киран постучал по столу кончиком ручки. — Его зовут Иган Кин.

***

Пять месяцев спустя. Март 195 года

Киран заглушил двигатель и ещё с полчаса сидел в машине перед домом, наблюдая, как снег медленно застилает лобовое окно. В окнах горел свет, но Киран стыдливо надеялся, что если подождет ещё хотя бы пару минут, свет наконец погаснет и ему удастся попасть домой незамеченным.

Он ненавидел себя за это, но он так не хотел видеть сестер. Так боялся наткнуться на маму или на девочек. Так не хотел снова давить улыбку, изображая, что с ним все в порядке, что он чертовски рад своей новой работе, что он обожает этот сраный браслет и новую свободу, которую получил вместе с ним. Что в его груди не зияет дыра, через которую свистит мартовский ветер, которую нельзя заполнить ничем — просто потому что он сам не знал, откуда эта дыра появилась.

Это было похоже на одиночество. Но как можно было чувствовать себя одиноким в окружении такой большой семьи? Чего ему не хватало, почему так болезненно воспринимались улыбки и счастье родных, будто им всем было доступно что-то, чего он навсегда лишился?

Киран запрещал себе думать об этом. Потому что знал, что стоило задать себе только один правильный вопрос — и ответ отыщется сам собой. Но он не хотел его знать. Не хотел его слышать.

Не хотел вспоминать.

Он вышел из машины, медленно идя к дому. Свежий снег поскрипывал под подошвами ботинок, снежинки все ещё кружились в воздухе, оседая на плечи и застревая в волосах. Воздух был ещё по-зимнему морозным. Киран приоткрыл рот и выдохнул облачко пара. Замер на пороге, постоял пару секунд — и, нацепив улыбку, открыл дверь и бодро шагнул внутрь.

— Ты сегодня поздно, — Лекс обняла его ещё до того, как он успел снять куртку, обдавая его теплым запахом ванили и яблок. — Ужин уже остыл.

— Девочки спят? — спросил Киран, раздеваясь. Изо всех сил старался, чтобы в его вопросе не так явно слышалась надежда — но все равно, когда Лекс кивнула, не сдержался и тихо выдохнул с облегчением. Лекс ничего не заметила и исчезла на кухне. Как всегда, разогревала ему ужин по вечерам и сидела рядом за чаем, пока он ел — неловко пыталась разговорить его, и радовалась, как ребенок, когда Киран выдавал больше двух сложных предложений подряд.

Как бы он ни старался, она замечала. Все в доме замечали, что с ним что-то не так. Но лучше уж терпеть двадцать минут вечерней болтовни Лекс, чем слушать нотации от матери, или ещё хуже — от Ханны.

Киран помыл руки, сел за стол и положил перед Лекс пухлый белый конверт.

— Что это? — она села рядом, ставя перед собой дымящуюся кружку.

— На школу для Эри. Знаю, здесь не много, но у меня ещё есть время для следующего учебного года, — тихо ответил Киран.

Лекс протянула руку и осторожно накрыла пальцами его ладонь. Мягко провела по многочисленным ссадинам, глядя на брата с сочувствующей улыбкой.

— Тебе больше не нужно столько работать, Киран. Мы справимся, слышишь?

— Лекс. То, что ты работаешь теперь на полную ставку, не значит, что…

— Я внесла депозит, — в дверном проеме возникла Ханна. Она держала в руках картонную коробку и озиралась по сторонам, явно думая над тем, куда ее взгромоздить. — Я внесла депозит за школу Эри, ясно? Не думай больше об этом. И прекращай возвращаться домой к полуночи. Всех денег не заработать.

Киран пристыженно опустил глаза. Если бы Ханна знала, по какой причине он задерживается на самом деле — что бы она сказала?

— Что это у тебя?

Ханна всё-таки поставила коробку на стол — почти перед носом Кирана — и удовлетворенно выдохнула, отряхивая руки.

— Фух. Улики, — ответила она, тыльной стороной руки убирая пряди с лица.

— Улики?...

Киран рассеяно бросил взгляд на коробку и вздрогнул. Внизу, у самого дна, виднелась наклейка с кривой надписью черным маркером: “Кристоль Спаркс”.

— Ага. Дело Астеля наконец-то закрыли. Потихоньку отдают все назад. Это же твое, я права? — она сняла крышку и потянула вверх белую ткань. На свет показалась футболка со знакомыми буквами в розовых блестках.

— Ты носил ее в сопровождении? — хихикнула Лекс. — Я думала, ты хранишь ее на своем кладбище величайшего позора.

Киран поднялся, отставив тарелку в сторону и притянув к себе коробку. Поднял футболку, и, копнув глубже на пару кофточек, вытащил под теплый свет кухонной лампы полосатые девичьи трусики. За ними, зацепившись, потащился розовый кружевной лифчик.

Лекс засмеялась ещё громче.

— Святые, Киран. Наконец-то решил признаться? Цвет тебе очень идёт.

— Мгмм, — криво улыбнулся Киран, делая вид, что оценил шутку и пряча открытия обратно в коробку. — Ханна, ты сама забирала это?

Ханна обреченно опустила плечи.

— Это вещи Крис, да? Черт, надо было догадаться. Я увидела футболку, и подумала, что это твоё…

— Надо было, — вздохнул Киран, поворачивая коробку этикеткой к сестре и стуча пальцем по надписи. Ханна застонала.

— Черт возьми. Ну да, конечно, — тяжело вздохнула, забирая было коробку обратно. — Мой промах. Завтра отправлю Крис. У тебя есть ее адрес? Ладно, я лучше спрошу у Джера.

— Нет, — Киран перетянул коробку на свою сторону и обхватил руками, словно опасался, что Ханна решит отобрать ее силой. — Не надо.

Сестры уставились на него с одинаковым недоумением в глазах.

Он суетливо забарабанил пальцами по картону, растерянно пытаясь придумать себе оправдание.

— Не надо, потому что… Потому что я сам. Я отдам Джеру напрямую. Как раз собирался с ним встретиться, — соврал он, пожимая плечами. Лекс, казалось, его ответ удовлетворил. Ханна же посмотрела странно, чуть прищурясь и почти улыбаясь уголком рта: губы дрогнули едва различимо, так, что это заметил, кажется, только Киран.

— Да, — уже увереннее заявил Киран. — Отдам ему завтра. Пока что пусть побудет у меня.

Он забрал свое нежданное сокровище и ушел, чтобы надёжно спрятать его наверху.

***

Киран долго стоял, не решаясь поставить коробку никуда — будто любое место было слишком неподходящим для того, что в ней лежало. Потом просто опустил её на пол рядом с кроватью и долго смотрел сверху вниз, прикусывая губы в раздумьях.

В конце концов, проклиная себя, вернулся к двери, чтобы закрыться. Ладони вспотели от напряжённого предвкушения. Ощущая себя вором, подкрался к коробке, и, сев на колени рядом, нетерпеливо открыл.

Сам не верил в то, что делает. Сердце заходилось так, будто хозяйка вещей могла застать его здесь в любой момент — будто это не Ханна ошиблась и случайно привезла не ту коробку, а он сам, Киран, тайком проник в спальню Крис и выкрал своими руками: футболку, кофточки, белье и даже чёртовы колготки. Он сдавленно выдохнул, касаясь тонкой ткани так бережно, будто та могла рассыпаться под его пальцами в ту же секунду.

Доставал вещь, расправлял ткань — и нырял глубже, чтобы достать что-то ещё. Раз за разом рассматривал, гладил, вызволяя из памяти нечаянные образы, воспоминания, смешанные с фантазиями — и в груди с каждым движением только сильнее разгоралось болезненное, глубоко запечатанное чувство. Чувство такое мрачное, но такое тянущее и сладкое, что Киран еле сдерживался, чтобы не прижать одежду Крис к лицу, в попытке различить едва уловимые остатки ее аромата.

Что ты делаешь, Киран?

Грёбаный фетишист.

Пальцы скользнули по дну коробки и уткнулись в твердый прямоугольник. Киран живо вытащил на свет скетчбук и почти благоговейно провел пальцами по твердой черной обложке.

Он купил ей этот альбомчик, когда Крис лежала в клинике после аварии. Сказал, что это от Армони — и Крис так легко поверила в его невинную ложь.

Улыбнулся, пролистывая первые страницы. Конечно, на них был Астель, грёбаный сукин сын. Но Кирана это даже не злило.

Больше не злило. Сразу, как только закончилась серия портретов Галара, пошли развороты с зарисовками их палаты.

Киран коснулся страницы, на которой был изображен он сам. Спящий, с перевязанной рукой, подсвеченный слабым сиреневым светом, пробивающимся через окошко над головой. Крис сделала его непривычно красивым. Не таким, каким он выглядел в жизни. Она нарисовала ему шрам — но даже с ним Киран выглядел, словно раненый ангел.

Он несколько минут смотрел на эту странную, идеалистическую проекцию себя, и с каждым мгновением убеждался сильнее только в одном: он не сможет вернуть коробку. Он никогда, ни за что на свете никому не отдаст эту проклятую коробку со всем ее содержимым.

Будет охранять ее, как грёбаный дракон.

Звонок, резко раздавшийся в полной тишине заставил его вздрогнуть и захлопнуть альбом. Дрожащей рукой засунул его в коробку, словно и вправду был пойманным вором и надеялся в последнюю секунду отвести подозрения.

— Джер? — хрипло спросил он и прочистил горло. — Ты… припозднился.

— Прости, — голос Джера был странно весёлым. — Я и не глянул на время. О, Святые праотцы меня сохрани! Мы тут просто засиделись… С коллегами. Понимаешь. Я получил!

— Получил? — переспросил Киран, вновь механически трогая обложку скетчбука. Чуть шершавая поверхность странно успокаивала. — А, ты комиссию что ли прошел?

— Да! — рассмеялся Джер, и Киран осознал, что, кажется, вряд ли когда-нибудь раньше слышал его смех по-настоящему. — Представляешь? Теперь я официально… Ик! Вэлли. С семи до пяти.

Киран улыбнулся, листая скетчбук.

— Поздравляю, старина. Великий день.

— Мы могли бы выпить и вместе, знаешь, — обиженно пробурчал Джер. — Я думал, кто меня так поймет, если не ты! Хотел бы с тобой. А ты. Не пришел.

— Извини. Не смог из-за работы, — соврал Киран, бросая короткий взгляд на БРК на своем запястье. Черный браслет молчал: в нем было много навороченых опций, вроде возможности отражать цветом настроение владельца, но Киран отключил все, отдав предпочтение суровому минимализму. — У Нельтов программа адаптации будет куда пожестче, чем у какого-то задрипанного врачишки, знаешь ли.

— Хватит придумывать, Киран, — обиженно протянул Джер. — Я прекрасно знаю, что ты тоже успешно прошел! И давно!

— И кто меня сдал? А, не говори. Мама?

— Не осуждай её. Мариам беспокоится о тебе, — пьяный Джер смешно растягивал слова, делая между слогами гигантские паузы. — Поэтому советуется со мной. Мы все думали, что когда разрушение уйдет, ты сможешь быть счастлив. Ты должен быть счастлив, Киран!

— Я счастлив, — спокойно ответил Киран, перелистывая страницы, разрисованные руками Крис. — Вполне себе счастлив. Джер, я не сгнил в лабораториях, а это уже ничего себе достижение. Считай, все равно что грёбаную лотерею выиграл. Само собой, я счастлив! Каким мне ещё бы быть?

— Ты не хочешь вернуться?

— Куда? В лаборатории? — с улыбкой переспросил Киран.

— Ты знаешь, о чем я.

Он чувствовал, как быстро сползает улыбка с его лица. Пальцы на скетчбуке замерли, в груди закололо — и, словно невидимый злодей щёлкнул волшебную кнопку — зияющая дыра в груди вновь раскрылась, пропуская под ребра ветер. Киран прикусил губу, прикрывая скетчбук, и быстро заморгал.

— Нет, — медленно ответил, услышав, как Джер снова зовёт его в трубке по имени. — Нет, Джер. Не думаю, что это нам нужно. Что это все ещё нужно… кому-то из нас.

Джер разочарованно выдохнул и издал странный звук, похожий на недовольное чавканье. Где-то вдалеке на фоне жалобно звенело стекло.

— Очень жаль. Потому что мне нужна помощь. Я ненавижу признавать свою некомпетентность. Но я… ик! В тупике.

— М?

— Мы разошлись… Мы с ней, кажется, разошлись во взглядах. Я не знаю, как её убедить.

— О, ты знаешь, поверь мне. Ты прекрасный отец, Джер. Хватит себя накручивать.

— Не надо. Я не нуждаюсь… ик! Я не за лестью тебе звоню.

Киран вновь мягко улыбался, и руки почти неосознанно гладили ткань тонкой кофточки Крис.

— Она нашла какое-то эксперимт… Эспер… экспериментальное лечение! — выдохнул Джер, наконец выговорив слово заплетающимся языком. — Сомнительный специалист, даже не Вэлли! Обещает вернуть течение Ри даже при нарушенных связях. Ты слышишь? Киран?

— Угу.

— Я уверен, ничем хорошим это не кончится. Риски огромные! Вплоть до лета… летального исхода!

— Твоя дочь — не дура, — отозвался Киран. — Она взрослый человек и сама способна взвесить все риски.

— Я знаю! — в трубке что-то хлопнуло и зазвенело: кажется, Джер ударил по столу. — И мы с ней сошлись, что она не станет подавать никаких заявок. Вот только Лавли…это её подруга, ты знаешь Лавли?

— Знаю.

— Она смотрит ее историю, и там постоянно этот сайт. Каждый день. Я боюсь, она все равно подастся, но и слова не скажет мне, Киран!

Киран вздохнул, потирая переносицу.

— Ты хочешь, чтобы я ее отговорил? Джер, ты… Ты выбрал самого неудачного посла на планете. Поставь на кого-нибудь другого.

— Я не знаю, — вздохнул Джер. — Я уже не знаю, на кого ставить! Просто подумал, что если у нее будет кто-то, кто сможет быть рядом…

— Я думал, ты с ней рядом.

— Не в том смысле. Не так. Ни я, ни Лав… Мы пытаемся что-то сделать, Киран. Пытаемся, ясно? Но Кристоль просто… Знаешь, без Ри ее как будто выключили из сети. Раньше внутри был свет, а теперь… Пустота.

Киран вздрогнул и задержал дыхание, прислушиваясь к тихому хрусту под своими ребрами.

— Я понимаю, почему она так рвется… Такхочет вернуть Ри. Это её суть, понимаешь? Вторая кровь. Ей тяжело… Но не такой же ценой! Слышишь меня, парень? Я не должен дать ей вот так умереть. Она не может… Не может пойти на такое.

— Она не пойдет, — Киран постарался сделать голос уверенным и ровным. — Твоя дочь не идиотка, Спаркс. Отпусти эти мысли и иди отдыхать.

— Киран, ты должен…

— Я очень устал, Джер, — перебил его Киран, отводя трубку от лица. — Поговорим завтра. Спокойной ночи.

Щёлкнул кнопку и отбросил телефон в сторону. Машинально погладил вещи Крис, пытаясь успокоить дыхание.

Но мысли о ней теперь поднимали в груди совсем иную бурю.

Ты же не идиотка, Спаркс, верно?

С тобой все будет хорошо.

Он снова раскрыл скетчбук, пролистал вперёд — и увидел картинку, от которой его сердце болезненно сжалось.

Крис нарисовала себя.

Впервые — не в компании Астеля, не в компании Кирана, не с кем бы то ни было ещё — просто себя, такую, какую видела. Тощая фигурка в позе эмбриона с дурацким пучком на затылке. Щеки заштрихованы алым. Глаза закрыты, а из под век струятся графитовые слезы.

В согнутый позвоночник по полукругу вогнаны пять длинных спиц — по количеству связей.

Крис плакала от боли, обнимая колени.

Киран смотрел, не мигая — а когда нечаянно моргнул, на белизну листа со щеки сорвалась непрошенная капля. Попытался стереть рукавом, но влага уже впиталась, оставив прямо на руке нарисованной Крис уродливый бугорок.

Сквозь намокшую бумагу проступили чернила с обратной стороны. Киран перевернул лист и увидел список:

Что нравится К.?

Музыка (плейлист! Наушники?)

Еда (сушёный имбирь, шоколад, кофе с перцем(?))

Сон (кошмары —? Объятия = окситоцин)

Секс (зачеркнуто) Поцелуи? (Зачеркнуто) Шея и затылок — особые зоны??

Шумно втянул носом воздух, вытирая щеки. Перевернул ещё один лист. Сначала ему показалось, что это какой-то стих или текст песни, который Инри просто переписала себе в дневничок, пытаясь заучить, но исправлений, зачеркиваний, переписанных вариантов целых фраз было слишком много. Инри явно сочиняла это сама.

В заглавии было написано короткое и уверенное: “Другу”.

Здесь нету выхода, милый мой друг,

Все прогорает и гаснет вокруг

Глаз колдовской — серебристая ртуть

Дай мне твоими глазами взглянуть

Дай посмотреть как ревёт океан

Дай остудить мне огонь этих ран

Что раскаляет и плавит тебя

Бездной ревущей на сердце кипя

Здесь нету выхода, знаешь и сам,

Сколько ещё заплатить небесам?

Сколько ещё отдавать мою боль?

Чтобы навеки остаться с тобой

Дай докоснуться до шелка волос

Дай осушить океан твоих слез

Крови росой твой алтарь окропя

Дай защитить и утешить тебя

Но ночь на исходе, и знаешь, за тьмою

Всегда загорается новый рассвет

Пусть золотом свет тебя нежный укроет

Пусть солнце хранит тебя тысячу лет

Не верь предсказаниям — скоро исчезнет

Зло, что звучало всегда в унисон

Ты выкован болью, огнем и железом,

Но ты был для счастья, для счастья рожден.

Это была последняя запись. Дальше — только белые листы.

Киран отложил скетчбук, прислонился спиной к кровати и сел, вытянув ноги. Долго смотрел в окно: отсюда, снизу, было видно только кусочек черного неба, на фоне которого без конца летели снежинки.

И в наступившей оглушающей тишине было слышно, как громко тикают его старые часы, запертые в тумбочке вместе с одиноким кольцом.

***

“Я дома”.

Крис отправила это сообщение Лавли, как только переступила порог квартиры. Внутри было прохладно и сумрачно: ни эха, ни шороха, ни случайного скрипа. После долгих месяцев, что она прожила в квартире семейства Тринг, эта пустота, бывшая когда-то такой привычной, теперь оглушала. Крис зажгла свет везде, где только могла, включила телевизор, поставила чайник — все, чтобы наполнить квартиру иллюзией жизни.

Переоделась в теплую пижаму, разогрела готовый ужин в пластиковом контейнере, не потрудившись переложить на тарелку — прямо так понесла в гостиную, уселась на диван перед телевизором, поджала под себя ноги и принялась щёлкать каналы, понятия не имея, что именно сегодня станет смотреть. В новостях опять говорили про БРК. Про первый успешный опыт внедрения, про позитивные отклики, про сотни Нельтов и граждан, носивших клеймо ПОА, что наконец получили свободу.

Или её иллюзию.

Очередной суррогат, подававшийся под соусом правильности.

Крис засунула ложку в рот, задумчиво глядя на свои пальцы. После сегодняшних занятий они были сплошь покрыты пятнами синих чернил — те въелись слишком глубоко, чтобы отмыться с первого раза.

— Мы должны были признать это давно: природа — не то, что определяет нас. Мы нечто большее, чем наша Ри. Нечто большее, чем какие-то категории, нечто большее, чем условности старой системы. Отказавшись от прошлого, мы выбираем свободу.

Крис облизала ложку и скривилась, презрительно фыркая. Щёлкнула кнопкой — и новости сменились мелодией вступительных титров какого-то старого фильма. Ромком. Отлично. То, что нужно для одинокого вечера пятницы.

Она доела ужин и уже потянулась к пледу, чтобы укрыться и проваляться на диване вот так весь остаток долгого вечера, когда в дверь позвонили. Крис отложила плед, вслушиваясь в трель дверного звонка.

Снова и снова.

Они никого не ждала.

Неужели опять чертовы репортёры? Ее бросило в жар. Пальцы сами собой нашарили телефон, ноги повели автоматом на кухню. Крис неуверенно обхватила рукоятку самого большого ножа, который только нашла, и, едва дыша, подошла к двери, нервно сглатывая.

Прошло слишком много времени. Дело Астеля закрыто. Все давно потеряли к ней интерес. В мире происходило столько дерьма ежедневно, что никому и дела нет до какой-то обескровленной Инри.

Так какого черта им нужно?!

Прижалась к двери. Все так же пряча дыхание, опасаясь, что с той стороны ее могут услышать, встала на цыпочки и заглянула в глазок.

И, увидев человека за дверью, отшатнулась, едва не выронив нож.

Сдавленный выдох прорвался из лёгких.

Нет. Это не может быть он.

Ей померещилось.

Просто кто-то похожий…

Снова привстала, приникая к глазку.

Настолько похожий, что совпадает даже грёбаный шрам.

— Что вам нужно? — дрожащим голосом спросила она.

— Доставка, — голос из-за двери звучал приглушённо, но и этого Крис было достаточно, чтобы спина покрылась холодной испариной. Сердце замолотило в исступлении, собираясь выпрыгнуть в глотку.

— Вы ошиблись, — губы Крис задрожали. — Я не жду. Я ничего не жду!

— Здесь написано ваше имя, — невозмутимо ответил голос. — Кристоль Спаркс. Это же вы?

Она замолчала, разворачиваясь и прижимаясь к двери спиной. Что ему нужно? Зачем он пришел?

Он оставил её.

Это не мог быть он.

Пальцы сжались крепче на рукояти ножа, прижимаясь к бешено вздымающейся груди.

— Оставьте у двери, — ее голос превратился в испуганный писк — она едва его узнавала.

— Я не могу. Должен передать вам лично.

— Тогда уходите. Уходите! Я не буду ничего принимать!

Тишина.

Крис не шевелилась несколько минут. В гостиной все так же тихо бормотал телевизор, чайник на кухне щёлкнул, вскипев. Беспокойно мигнула лампочка над головой — и снова засветила с мерным привычным гудением.

За дверью не было слышно ни звука.

Крис медленно развернулась, снова приподнимаясь на цыпочки и заглядывая в заветное стёклышко.

— Крис, — он стоял слишком близко. Так близко, что Крис, разглядывая его, снова перестала дышать. — Открой. Давай поговорим.

— Уходите, — повторила она, стараясь придать твердости непослушному голосу. — Уходите, иначе я вызову полицию!

Он буркнул в ответ что-то неразборчивое.

— Вы плохо слышите? — рассердилась она. — На первом этаже есть охрана. Если вы не уйдете, я сейчас же позвоню на пост!

Откинул голову назад и устало провел рукой по лицу.

— Крис…

— Я уже звоню, — солгала она. — Вам лучше убраться сейчас, если не хотите себе проблем!

Снова невнятное бормотание. Шорох. Минута — и он исчез из поля ее видимости. Крис не слышала звука шагов, но, кажется, за дверью его больше не было. Отложила нож на ближайшую полку, и, стискивая трясущиеся пальцы, отошла назад в гостиную и замерла, растерянно смотря в пустоту невидящим взглядом.

***

Киран съехал вниз и сел на пол, прижавшись к двери спиной. Раскрыл на коленях скетчбук, хотя он был не так уж и нужен — текст, прочитанный сотни раз, и без того стоял перед глазами так ясно, что Киран видел каждую букву, выведенную неровным почерком Крис, каждую чёрточку, вплоть до размазанного пятнышка чернил на последней строке. Стоило опустить веки, и ритм сам собой звучал в голове — как будто рождённый для того, чтобы сплавиться с голосом.

Киран откинул голову назад, и, тихонько постукивая ладонью по страницам, запел:

Но ночь на исходе, и знаешь, за тьмою

Всегда загорается новый рассвет

Пусть золотом свет тебя нежный укроет

Пусть солнце хранит тебя тысячу лет

Не верь предсказаниям — скоро исчезнет

Зло, что звучало всегда в унисон

Ты выкован болью, огнем и железом,

Но ты был для счастья, для счастья…

Дверь резко распахнулась вовнутрь, и он упал, больно ударившись затылком — оказавшись наполовину внутри квартиры.

— Ай! Рожден.

Крис возвышалась над ним, мрачная, как предгрозовое небо. Одета в теплую розовую пижаму. Волосы привычно собраны на макушке в дурацкий хвост. Киран невольно заулыбался, так и оставшись лежать на полу перед ней, глядя на нее снизу вверх и невинно хлопая глазами.

Такая милая. Такая домашняя.

И до чёртиков злая.

— Ты не имеешь права на эти стихи, — на хмуром лице не проскочило ни тени улыбки.

— Но они написаны для меня, — он приподнялся на локте, потирая ушибленный затылок.

— Ты и на второй глаз ослеп?! — воскликнула она, подхватывая с его коленей скетчбук. — Здесь написано: другу! Другу, черт тебя побери!

Она разъяренно швырнула скетчбук прямо ему в лицо — и Киран поспешно поднял руки, обороняясь. Рукав его куртки задрался, обнажив БРК. Крис отшатнулась, уставившись на него глазами, полными животного ужаса.

Киран живо вскочил на ноги. Сделал шаг к ней — но Крис молнией отлетела назад, прижимаясь к полкам.

Секунда — и в руках блестит лезвие. Неприветливая сталь широкого кухонного ножа.

— Оу, — только и смог выдать он.

Крис подняла руки выше, держа нож где-то на уровне его груди.

Киран вскинул руки.

— Не подходи, — прошипела она.

— Крис…

— Я сказала — замри! — сорвалась на крик, снова пятясь к полкам. Не отрывая безумного взгляда от Кирана, левую руку вытянула назад, что-то ища.

Телефон.

Киран покосился на полку под зеркалом. Крис, следуя его безмолвной подсказке, скользнула по этой полке дрожащими пальцами.

— Я сейчас же звоню в СКБН, — она разблокировала смартфон, не глядя.

— Звони, — он кивнул на свое запястье. — Я чист, как монашка. Это БРК, Инри!

— БРК так не выглядят! — она гневно потрясла в воздухе ножом.

Ну конечно. Она наверняка видела БРК у Джера. Он пользовался браслетом вовсю — у него он мигал, меняя цвет в зависимости от настроения, сообщал погоду, служил навигатором, и черт знает, что делал ещё. У него была новая модель, и выглядела она невинно, почти как какие-нибудь часы. БРК Кирана же выглядел… Как древнее зло. Он был слишком похож на тот злополучный браслет Эрру.

Киран стиснул зубы и принялся лихорадочно щёлкать по скрытым кнопкам.

— Ладно. Ладно, вот так тебе проще? Вот! Смотри!

Браслет загорелся неоновым розовым, приветствуя носителя.

—Погода за окном — минус пять градусов. Продолжается снегопад. Одевайтесь теплее!— дружелюбно сообщил голос из микродинамика.

— Ччччёрт, — выругался Киран, меняя режимы.

— Киран Кин, Нельт. Пол — мужской. Двадцать пять лет. Не представляет опасности для окружающих. Использование Ри ограничено в рамках программы “Рассвет”. Чтобы получить доступ к досье, введите код, представленный на дисплее.

Киран угрюмо молчал, наблюдая за Крис. Та недоверчиво косилась на браслет, теперь горящий ровным сиреневым светом.

— Ну? Довольна?

— Включи эмоции, — приказала она.

— Что?

— Как у Джера. Включи, чтобы я видела.

Киран скрипнул зубами, но все же вернулся к клавишам. Понятия не имел, как управлять десятками настроек — сделал активными все режимы, которые нашел. Браслет завибрировал, и подсветка приобрела насыщенно красный оттенок.

— Все?

Крис молчала. Так и не убрала ножа.

— Крис. Положи это, — напряжённо сказал Киран, делая осторожный шаг вперёд. Все ещё держа руки вверху, чтобы браслет был у нее на виду.

Но Крис предупредительно вскинула нож выше, заставляя его отступить.

— Черта с два. Не походи, я сказала!

— Ладно. Ладно, — он сделал крохотный шаг назад, медленно опуская руки. — Что мне сделать, чтобы ты успокоилась?

— Ты злишься, — она мотнула головой, явно имея ввиду цвет браслета. Киран понятия не имел, как трактовались цвета. Никогда не придавал этому значения и вообще не понимал, почему кто-то тащится от этой убогой настройки.

— Конечно, я злюсь, — рыкнул он. — Я пришел к тебе с миром, а ты тычешь в меня грёбаным тесаком!

— Откуда я знаю, с чем ты пришел! — вспылила она. — Откуда я знаю, кто ты вообще такой?!

— Тебе этого не достаточно? — он покрутил запястьем. — Этого? — кивнул на скетчбук, сиротливо распластавшийся на полу. — Этого? — показал средний палец, на котором тускло блестело кольцо, и тут же, смутившись неприличности жеста, сжал пальцы, опустив руку. — Блядь, Инри! Ну что тебе надо ещё?!

Она молчала, быстро и шумно дыша. Если бы взглядом можно было убить, он уже минут десять как был бы клиентом морга. Но ее руки все же медленно опустились. Нож с металлическим лязгом вернулся на полку. Выдохнула через рот, раздувая красные щеки.

— Какого черта ты пришел?

И Киран, так долго и тщательно копивший в себе слова, растерялся.

Он не ожидал такого приема. Чертов тесак выбил из головы все. Но, задумавшись на минуту, он лишь дал повод Крис усомниться.

Фатальная ошибка.

Снова потянулась к ножу.

— Нет-нет-нет, — Киран замахал руками. — Нет! Инри! Стой. Я хотел поговорить. Нам надо с тобой поговорить! Ты так не думаешь?

— Не думаю.

— Инри. Да черт возьми! Дай мне пять минут. Пять минут, чтобы объясниться, ладно? И я уйду, если хочешь. Да положи ты этот грёбаный нож!

Она медленно попятилась в гостиную — не отворачиваясь, ни на секунду не сводя взгляда с его рук. Киран вздохнул, сделал было попытку сделать шаг следом — но Крис так оскалилась, что пришлось замереть, растерянно наблюдая за тем, как она берет со столика песочные часы, и, переворачивая, ставит обратно. Отложила нож. Отбросила телефон. Присела на подлокотник дивана, скрестив ноги в лодыжках и сложила руки на груди, выжидая.

— Здесь три минуты. Тебе хватит, если будешь говорить по существу.

— Не хватит.

— Время идёт.

— Ладно. Ладно! — он быстро выдохнул, собираясь с мыслями. С чего начать? С самого главного? Или объяснить, почему он ушел? Черт, черт, черт! Не так он хотел объясниться! Совсем не так! Три минуты! Что он мог объяснить за какие-то три минуты?!

— Я пришел отговорить тебя от лечения.

Она фыркнула.

— Общаешься с Джером?

Киран нервно сглотнул, облизывая пересохшие губы, и скороговоркой продолжил:

— Не было никакого улучшенного маячка. Они вживили в меня точно такой же. Он быстро отторгся. В тот день я пришел с тобой попрощаться. Потому что потом меня забрали в лабораторию.

Лицо Крис не дрогнуло. Она смотрела на него отрешённо, словно слушала пустую болтовню ведущих по радио. На фоне болтал персонаж из старого фильма, окончательно выбивая почву из под ног.

— Я поехал в лабораторию, и…

— Я люблю тебя, Элиза. Всегда любил,— заявил герой в телевизоре.

— Черт, да выключи ты уже этот грёбаный телек!

Крис не пошевелилась. Посмотрела на Кирана так, что он пожалел, что не остался на Альфа-тесте. Да лучше бы с него кожу содрали живьём, чем она смотрела бы на него вот так!

— Я три месяца проходил испытания. Жил в заключении. Опыты давали мне право общаться с семьёй. За один опыт — встреча на два часа. Пару раз в месяц. А по истечению трёх месяцев…

—Ты предатель,— безжалостно ответила героиня из телевизора. Киран поморщился. Взъерошил волосы на затылке, пытаясь вернуть убежавшую мысль.

— Я должен был пройти Альфа-тест, иначе они бы меня исключили. Но вероятность смерти на таком тесте… Скорее всего, я бы умер в тот день. Поэтому я не хотел, Крис, я не хотел, чтобы ты… Ты же понимаешь, что все, что я тогда наговорил в больнице — полная чушь?

— Время вышло.

Он растерянно уставился на часы.

Нет, время не могло пролететь так быстро.

Он сказал не всё. Ещё не всё!

— Крис! Прошу тебя, дай мне договорить!

— Уходи, — она приподнялась с дивана, равнодушно щёлкая пультом. Экран наконец-то погас, и в квартире стало удушающе тихо.

— Крис, я не все сказал. Я пришел не за прощением, слышишь? Я знаю, что уже никогда его не получу. Я просто хотел, чтобы ты знала…

— О чем? О твоём гребаном благородстве? — она говорила так холодно, что мурашки бежали не по коже — они пробирались куда-то внутрь, так глубоко, что Киран был готов разорвать себе грудь, только бы это уже прекратилось. — О, спасибо, что пожалел мои чувства, Киран! Как трогательно! Именно то, что было мне нужно, в тот час, когда я лишилась всего!

Он едва не задохнулся.

— Ты понимаешь, что я мог умереть?

— Да! И предпочел это сделать в одиночку, изображая из себя героя! Какого черта ты теперь хочешь, Киран?! Ты прекрасно знаешь, что я прошла бы это вместе с тобой! Мы прошли бы это вместе! Потому что так, черт возьми, поступают друзья! — она в гневе швырнула пульт, и тот с треском разлетелся, ударившись в стену. — Друзья! Семья! Но мы же с тобой ни то, ни другое, да? Ты меня выкинул, как грёбаную использованную резинку! Бесполезную! Больше не годную ни на что!!!

Киран сжал кулаки, ощущая, как подавленная Ри натужно вибрирует в сердце, пытаясь прорваться к пальцам.

— Знаешь, как я это вижу, Кин? — она подошла ближе, пронизывая его взглядом до самых костей. — Ты пользовался мной. Тешил израненное самолюбие о наивную дурочку, которая прикрывала твой великолепный зад, куда бы ты ни пошел. И как только она поломалась, то стала обузой! Ты сказал, что я люблю твою боль, да? Но я никогда не пыталась ее умножать! Все, что я делала — только утешала тебя! В этом, грёбаный ты сукин сын, хотя бы есть человечность! — она сделала ещё шаг, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Человечность! Да тебе вообще знакомо это понятие?! Ты не выносишь и одного только вида чужих страданий!

— Инри! — он схватил ее за запястья, рывком притягивая к себе. — Посмотри на меня. Посмотри! — сжал ее щеки, склоняясь и пристально глядя в глаза. — И скажи, что смогла бы спокойно жить, зная, что я день за днём прохожу эти сраные тесты! Каждый день ждать, что тебе позвонит Ханна и скажет, что меня больше нет! Сколько бы ты так жила? Месяц? Год? Два? Десять?

— Иди к черту! — Крис отпихнула его, пытаясь вырваться. — Не прошло не два и не десять!

— Я не знал, что все будет так!

— Но принял решение, да? О, ты же у нас никогда не жалеешь о своих решениях!

Они оба тяжело дышали, сцепясь в странной схватке. Руки Кирана теперь сжимали ее плечи, Крис стискивала ворот его куртки, то ли отталкивая, то ли наоборот притягивая к себе. Его браслет завибрировал, и свет поменялся на неоново-синий.

— Жалею, — выдохнул он, облизнув горячие губы. — Я жалею, Крис. Обо всем, что сказал тогда.

Свет мигнул во всех комнатах разом. На короткое мгновение они остались в полумраке, и их лица освещало только слабое мерцание БРК.

Пальцы Крис разжались почти одновременно с тем, как Киран опустил руки. Она сделала шаг назад, прикрывая глаза и качая головой.

— Ты был прав. Я запуталась в чувствах. Привязалась к тебе, как к раненому щенку.

— Нет. Инри, — Киран сделал шаг к ней, пытаясь вернуть то странное недообъятие, в котором они оказались всего какое-то мгновение назад. Но Крис снова отступила.

— Да, — хрипло сказала она.

— Ты… Ты любила меня, — прошептал Киран, беспомощно протягивая к ней руки. — Я знаю, ты любила. По-настоящему любила.

Крис подняла голову и твердо встретила его взгляд.

— Твое время истекло, Кин. Тебе пора уходить.

— Крис…

Она подошла к двери и подняла с пола скетчбук. Отряхнула. Расправила замявшиеся странички.

— Если хочешь… Хочешь, оставь это себе. Мне он не нужен, — протянула ему и даже не отвела равнодушного взгляда. Браслет Кирана замерцал бирюзой, бестолково вибрируя.

Дыра в сердце вновь распахнулась, и ему показалось, он услышал гул ветра, разносящийся прямо за ребрами. Пол под ногами качнулся. Он боялся дышать. Боялся пошевелиться.

Ее прощальный дар был сродни последнему выстрелу.

— Я не пойду на это лечение, — она пожала плечами, впихивая скетчбук в его онемевшие руки.

— Ты заходишь на их сайт каждый день, — он почти не слышал свой собственный голос.

Крис тихо рассмеялась.

— Святые. Как он узнал? Лав рассказала? Она в сговоре с Джером?

Киран промолчал, опуская глаза.

— Мне нравится их дизайн, — с улыбкой сказала она. — Я позаимствовала часть для одного своего проекта. Я не собираюсь себя убивать, ясно? Хватит меня спасать.

Она подтолкнула его, и Киран послушно направился к дверям. Перед глазами все плыло, и дверную ручку он нашел почти что на ощупь. В груди больно жгло, тысячи слов просились наружу — но язык онемел, и он даже был не в силах теперь обернуться. Когда дверь открылась, помедлил, прежде, чем сделать шаг.

Но Крис не сказала ничего.

Только браслет на его руке задрожал, лихорадочно меняя цвета: розовый, синий, бирюзовый, белый и красный.

Киран раздражённо щёлкнул по клавишам и покинул квартиру Крис, сопровождаемый гробовой тишиной.

***

Он не помнил, как спустился к подъезду. Не помнил, как шел по лестнице, как, шатаясь, добрел до машины — помнил только, как сжимал под курткой альбомчик, защищая от снега, и как на запястье не прекращая вибрировал чертов БРК. Оказавшись в машине, Киран привычно схватился за руль, уставившись в темноту, только теперь ему казалось, что он и вправду ослеп на оба глаза: все вокруг стало однообразным и темным, силуэты предметов сливались, и в висках не прекращая стучало, отбивая ритм слов Инри:

Тебе пора уходить.

Привязалась, как к раненому щенку.

Он закрыл глаза, откинувшись на сиденье, не в силах даже заплакать.

Все закончилось? Вот так вот глупо закончилось?

Он даже не рассказал, как она спасала его. Как мысли о ней держали его на плаву все это время. Как воспоминания об их глупых перепалках день за днём заставляли его на что-то надеяться. Как она заставляла его просыпаться после каждого проклятого теста. Даже в дни, когда его вздутые вены были черны от лабораторного яда, когда мышцы жгло так, что он недвусмысленно поглядывал на такую удобную перекладину турника—она заставляла его надеяться.

Ее губы. Ее смех. Ее теплые руки.

Он провел рукой по шершавой обложке скетчбука, вспоминая, как она совсем недавно держала его и бережно разглаживала странички.

Забери. Мне он больше не нужен.

Киран летел в пустоте, теряя ощущение пространства. Такой простой и понятный мир — жестокий, но хотя бы понятный, — схлопнулся до размеров одной лишь квартирки Инри, и какие-то десять минут назад развалился, рассеялся в золотистую пыль.

Телефон заурчал в кармане, и Киран не сразу нашел в себе силы взглянуть на дисплей. Кому он мог понадобиться в свой выходной? Не хватало ещё сейчас говорить с кем-нибудь из домашних.

Вытащил телефон, полный решимости сбросить звонок. Но палец замер над красной кнопкой, когда взгляд пробежал по имени.

Инри.

Инри?...

— Да, — быстро ответил он, молясь, чтобы она не набрала его номер случайно.

— Я думала, ты меня заблокировал, — тихо сказала она.

— Я…

— Ты кое-что забыл. Далеко уехал?

— Нет. Нет, — поспешно заверил он, выходя из машины. — Я сейчас поднимусь. Я сейчас!

Она сбросила. Киран помчался по лестнице, пролетел по подъезду, несколько раз ударил по кнопке лифта — тот ехал чересчур медленно, — взмыл снова по лестнице, за какие-то доли минуты преодолев рекордное количество пролетов, и на этаже Крис остановился, достигнув ее двери, уперевшись рукой в стену и тяжело дыша. Пальцы не успели скользнуть на звонок — дверь открылась, и Крис, все такая же хмурая, как и прежде, мотнула головой, молча приглашая войти.

Когда он закрыл за собой дверь, Крис протянула ему руку: на пальце блестело колечко брелока, на котором все ещё виднелась, хоть уже и весьма затертая, фотография семьи Кин.

— Наверное, выпал, когда ты тут… лежал, — Крис неопределенно кивнула вниз.

— Угу, — Киран принял брелок, смущённо крутя его меж пальцев.

Замолчали, глядя под ноги. Тишина длилась с минуту, прежде чем Киран потянулся к двери.

— Киран.

Он встретил ее взгляд — впервые за это время по-настоящему печальный и честный. Сердце заколотилось в горле, переполненное нежной тоски.

— Как они? — Крис спросила почти шепотом. Киран выдохнул, растерянно улыбаясь.

— Да… По большому счету… Все хорошо.

— Расскажешь?

Он немного помолчал, с опаской вглядываясь в ее лицо. Что она хотела услышать? Зачем? Если она и в самом деле готова его прогнать, то зачем теперь спрашивать о семье?

Ты правда этого хочешь, Инри?

— Лекс стала ветеринаром. По-настоящему.

— Оооо.

— Да. Наконец-то. Лакрица не очень довольна. Кажется, ревнует к другим собакам, — Киран улыбнулся, нервно сжимая в руке брелок. — Ханна на пике славы. Хотя, наверное, ты и сама видела.

— Да, — Крис улыбнулась в ответ, отступая в гостиную. — Что-нибудь будешь?

— А?

— Из того, что ты любишь, могу предложить разве что перец, — она поморщила нос. — Может, чай?

— Согласен и на чай, — Киран разделся, вместе с Крис проходя на кухню. Крис зазвенела посудой, и он на автомате протянул сахарницу — Крис приняла ее и спокойно всыпала три ложки в чашку, которая предназначалась ему. Они оба не уделили этому внимания, занятые обсуждением Ханны и ее достижений.

— А Мариам? — Крис убедилась, что его чай достаточно сладкий и протянула ему чашку.

— Мама… Начала писать книги.

— Что-о-о? — Крис рассмеялась, делая глоток из своей чашки и довольно щурясь от ароматного тепла. — Святые, я срочно должна познакомиться с ее творчеством.

— Ну ещё бы, — Киран прошел вместе с ней в гостиную и уселся рядом на диван. — Ты станешь фанаткой номер один.

— Пишет любовные романы?

Он улыбнулся вместо ответа, и Крис захихикала, прикрывая кончик носа рукавом пижамы.

— А девочки?

— Черт, там целая эпопея. Кита оказалась Галаром.

Крис едва не подавилась чаем.

— Как? Подожди, она же…

— Объявлена ПОА, — кивнул Киран. — ЧеВГИ без показателя по Ингмару. Но по смежным анализам — Галар.

— Черт…

— Ага. Она тоже в эксперименте. Привыкает к БРК. Ты видела детскую версию? Это просто ужас!

Глаза Крис расширились. Киран заметил, как она сжалась на слове “Галар”, и на всякий случай уточнил:

— Пока не ясно, есть ли у нее и вправду вредные побочки. Честно сказать, мы и суть ее созидания не успели понять.

Крис помолчала, задумчиво покручивая в руках чашку.

— Будет обидно, если БРК просто задушит ее талант. Вся эта схема с введением БРК для всех… Она меня немного пугает. Теперь даже Джер не может меня подлечить, если он не на смене. Браслет отключается строго по его рабочему расписанию и только на территории клиники. Разве не абсурд?

Киран пожал плечами и сделал глоток.

— Скоро раскатают программу изучения уникумов. Таких, как Кита и Джер. Может, тогда порядки снова изменятся. Ну, Ханна так говорит. Знаешь, после всех ее пророчеств с выборами… не вижу причин ей не верить, — он усмехнулся. — Как бы там ни было, девочки в безопасности, и я рад. Хотя бы никаких чипов.

— А… у Эри тоже БРК? Ее взяли в программу?

— Нет. Пока пойдет в ту школу со строгим контролем, — ответил Киран. — Первый год учебы уже оплачен. Почему ты так на меня смотришь?

— Ты так пытался сохранить свое место, — Крис забралась на диван с ногами, поджимая под себя ступни. — Чтобы оплатить школу Эри. Но вот ты арестован, а с Эри ничего плохого не случилось. Помнишь, я говорила тебе, что с ней все будет в порядке?

Киран поморщился, отставляя дымящуюся чашку.

— Мммм. Да. Как мне забыть. Ты всегда твердишь одно и то же. И рассеется тьма.

— А ты всегда говоришь обратное.

— Неправда.

— Ты грёбаный пессимист, Кин, — она прищурилась, склонив голову набок. — Если ты таким и останешься, ничего хорошего с тобой и вправду никогда не случится.

— Твой отчим считает наоборот. Говорит, что я везучий сукин сын, — усмехнулся Киран. — Прямо так и сказал в тот день, когда…

Он запнулся, вспомнив, как перед Альфа-тестом услышал голос Крис в трубке. Даже не дал себе подумать, прежде чем выпалил:

— Ты была на свидании.

Крис замерла, так и не поднеся свою чашку к губам.

— Что?

— Ты с кем-то встречалась, ведь так?

— Ммммм, помнится, кто-то сам предлагал мне отнести кому-то другому свое разбитое девственное сердечко, — протянула она с довольной ухмылкой. Киран закрыл глаза и потер переносицу.

— Черт, Инри…

— Это был Зен.

Он потерял дар речи, глядя на Крис такими обречёнными глазами, что та расхохоталась, расплескав на пижаму чай.

— Ну хватит, Кин. Это была деловая встреча, ясно?

— Деловая? Деловая, Крис? Ты вернулась со словами “худшее свидание в моей…”

Он замолк, не договорив, обличенный ее выразительным взглядом.

— Ага. Вот именно. Худшее! Он полчаса выспрашивал меня об Астеле, а в конце оказалось, что он все пишет на диктофон. Потом даже статью выпустил. Все перевернул с ног на голову, — фыркнула Крис. — Мерзость. Надеюсь, ты её не читал?

Киран покачал головой.

— Забудь. Я просто думала, что может он на встрече проговорится, ну, знаешь… Думала, он знает, куда ты пропал. Никто ничего о тебе не слышал. Хотя мой адрес и номер только что за океаном не узнали. Я в своей квартире месяцами жить не могла! Как тебе удалось скрывать все так хорошо?

— Все вопросы к Ханне, — Киран пожал плечами. — Она все взяла под контроль. Анонимность. Цифровую гигиену. Семейный бюджет. Это как-то… Не то чтобы неприятно, знаешь… Немного сложно. Привыкать быть бесполезным на ее фоне, — он уронил взгляд на свои порезанные руки. — Хотя я пытался внести свой вклад… Оплатить хотя бы первое полугодие для Эри… Но ты удивишься, Инри, насколько низко оплачивается созидательный труд по сравнению с разрушительным.

Крис придвинулась к нему и осторожно взяла за руку, рассматривая ладонь.

— Где ты работаешь?

— В автомастерской.

— О, нет. Нет, нет, нет!

— Что? — Киран рассмеялся, наблюдая за тем, как Крис морщится и отчаянно мотает головой.

— Ну, во-первых, абсолютно точно понятно, что ты полный неумеха, — она провела пальчиками по едва зажившим ссадинам на его руке.

Киран фыркнул.

— А во-вторых… Ты просто не можешь! Ты должен срочно уволиться. Эти руки рождены для чего-то прекрасного!

— Ну извини, “что-то прекрасное” не вписалось в программу интеграции, — усмехнулся Киран. — Можно подумать, у тебя есть предложения получше.

— Вообще-то есть, — она хитро улыбнулась, заглядывая ему в глаза. — Молодой развивающийся стартап. Любительская школа искусств. Любительская — знаешь, что это значит?

— Ты ее всё-таки открыла?!

— Это значит, — с довольной улыбкой продолжила Крис, — Что мы уникальны. И актеры-недоучки, вообще-то, у нас очень даже котируются!

Киран тихо рассмеялся, любуясь улыбкой Крис. Ее рука оставалась в его руке — пальцы переплелись и сжались, и Кирану на мгновение показалось, что он чувствует, как на кончиках пальцев Крис плещется живая, чистая Ри. Возможно, это было просто тепло — но от этого тепла у него внутри разрасталось безумное пламя, сжигающее обломки всего, что оставило там болезненное прошлое — осколки обид, руины боли, соль прожитых слез и ненужных надежд.

Рука Крис была в его руке.

Он смотрел в её глаза и чувствовал, как огромный, несправедливый бушующий мир снова рождался из небытия и схлопывался до размеров маленькой квартирки Инри — и это было прекрасно. Этого было достаточно для них двоих.

— А что ещё? — тихо спросила она, глядя, как он нежно поглаживает ее пальцы свободной рукой, давно позабыв про чай.

— Ещё… Мммм. Иган тоже в программе.

— Твой отец?

— Угу. И он, кажется… Потихоньку возвращается в семью.

Крис тихо ахнула.

— А Лекс… Мариам, Эри… все. Они… его простили?

Киран грустно улыбнулся, опуская взгляд.

— Думаю, уже давно.

— А ты?

— Я потерял право его судить.

Крис помолчала, а затем медленно накрыла их ладони правой рукой. Прижалась так близко, что теперь они соприкасались плечами, и Киран отчётливо слышал ее размеренное дыхание, непроизвольно начиная дышать с ней в унисон.

— Расскажи, что у тебя, Крис.

Она потерлась головой о его плечо.

— Что-то мне подсказывает, что ты и так все знаешь.

— Не все. Джер рассказывал только то, что видел. Я хочу послушать. Пожалуйста, расскажи.

Крис вздохнула, и, пересев поудобнее, подтянула к ногам плед, заодно прикрывая и ноги Кирана. Помедлила, довольно жмурясь, подобно кошке, греющейся на солнце. Что-то тихо промурчала под нос, прижимаясь к его плечу, и прикрыла глаза. Когда она наконец заговорила, истории вырывались из нее сумбурным потоком, она говорила обо всем сразу, не разделяя: о событиях и о чувствах, о людях и видениях, о магии и бытовой ерунде. Она говорила о Джере. О том, что Киран был прав, и что даже спустя столько лет Джер все ещё любит Лару, хотя любовь эта парадоксальна и так и не понята Крис до конца. О самой Ларе, что порадовалась тому, что Крис потеряла Ри — то ли и правда искренне считала, что это к лучшему, то ли говорила так со зла, от внутренней пустоты, которую с годами не смогли заполнить ни новые мужья, ни деньги, ни новорожденная Диа. О Лавли, которая разделяла с Крис все тяготы и лишения, связанные с открытием творческой студии. Об учебе на курсах, о своих планах и разных проектах; о том, как ее доставали репортёры, как настойчиво пытался добиться ее доверия Зен, и как тяжело ей пришлось, когда вместе с Ри исчезли и сны, и почти что все запахи; как она думала, что никогда не сможет ничего рисовать, потому что все кругом казалось однообразным и серым, и как однажды, выйдя из дома в морозную ночь, увидела в небе падающую звезду — и ей на секунду показалось, что у нее что-то дрожит прямо в сердце, подобно тому, как бывало раньше, когда она чувствовала всплески Ри Кирана от его нечаянных чувств. Киран слушал ее, стараясь не упустить ни малейшей детали: ни вздоха, ни крошечной перемены интонации, ни едва заметного движения пальцев — и каждый раз, когда голос ее становился печальней и тише, легонько сжимал ее руку в своей. Пусть он половину и слышал от Джера — он слушал, слушал и слушал, пока наконец не уснул под тихую колыбельную ее нежного голоса, по которому так давно и так отчаянно тосковал.

***

Он проснулся все ещё на ее диване — Крис лежала рядом, под боком, по-хозяйски закинув на него ногу, перетянув на себя почти что весь плед. Правая рука уже занемела, но Киран не смел пошевелиться, боясь потревожить хрупкий сон Инри, и так и лежал, вслушиваясь в ее дыхание, левой рукой осторожно поглаживая ее ладонь, что покоилась на его груди. Во сне она то сжимала пальцы в кулак, стискивая шнурок его худи и потягивая на себя, как спасательную соломинку, то складывала пальцы крестом, будто колдуя; иногда вздрагивала, бормоча что-то неразборчивое, но через мгновение расслаблялась снова. Неужели ей и вправду не снятся сны? Наверняка она их просто не помнит. Киран тихонько подался к ее лицу и мягко коснулся губами её чуть влажного лба.

В комнате было ещё темно, но смутно ощущалось приближение рассвета: сумрак становился синевато-сиреневым, за окном было особенно тихо — как бывает только в тот самый час перед пробуждением. Снова шел снег, бесшумно и медленно, словно старался всеми силами убаюкать тех, кто не спит.

— Киран, — прошептала Крис, открывая глаза и потягивая на себя злосчастный шнурок, заставляя капюшон, сбившийся под его шеей, съежиться гармошкой.

— Мммм?

— Скоро рассвет.

— Да, Инри, — шепнул он, понимая, что Крис говорит вовсе не о первых лучах пробивающегося мартовского солнца. — En sia solna.

— Но мне кажется… Кажется, что мне лучше во тьме. Что рассвет придет… Когда я не буду готова, — она шептала близко к его уху, но так тихо, что Киран едва ее слышал.

Поворочался на тесном диване, с трудом заставляя двигаться непослушную руку. Обнял Крис и снова поцеловал ее в лоб.

— Нет, Инри. Рассвет приходит всегда. Как неизбежность. Нельзя быть неготовой к рассвету.

Она тихо хлюпнула носом, и Киран, стянув с пальца кольцо, надел его на ее безымянный палец. Кольцо задрожало и сузилось, подстраиваясь под размеры новой хозяйки.

— Оно уменьшилось, — удивлённо шепнула Крис. — Оно… Ты его зачаровал?

— А ты не чувствуешь? — не подумав, спросил Киран в ответ, и тут же прикусил язык.

Какой же ты идиот, Киран.

— Нет, — тихо ответила она. — Я не чувствую, Киран. Я… Я ничего не чувствую.

— О… Крис, — выдохнул он, прижимая ее к себе. Плечи Крис задрожали, и она вжалась в его худи, закрывая лицо.

Глава 44. Формула

Август 195 года

Киран лежал на диване в гостиной, читая книгу. Правда, скорее делал вид, что читает — кружившей по комнате Эри опять вздумалось поиграться в ведьм, и Киран следил больше за ней, чем за сюжетом маминого романа.

— Эри, — строго напомнил он, уловив слабое мерцание воздуха. — Сколько раз обсуждали? Мы разве колдуем дома?

— Но Киан! — захныкала девочка, теребя лямки голубого комбинезончика. — Это же пгосто питяжение! Ты же видел, я умею! Я только чуть-чуть!

Киран вздохнул, садясь, и нахмурился, задумчиво вертя в руках книгу.

— Только одну вещь! Пожа-а-а-луйста, — затянула Эри. — Я остогожно!

— Ладно, — поколебавшись, сдался он, хлопая по месту рядом с собой. — Только точечно, поняла? Ты должна быть не просто осторожна, а ультра осторожна! Не дай Святые мы с тобой что-нибудь разобьём.

Эри восторженно захлопала в ладоши, прыгая на диван.

— Вещь выбираю я, поняла? Вон ту банку. Кто забыл убрать за собой?

— Это Энни, — сморщила носик Эрина.

Киран вздохнул.

— Давай. Притяни ее сюда.

— Я хочу вазу.

— Вазу нельзя.

— Я остогожно!

— Солнце, мы либо играем по правилам, либо уходим играть на площадку с дедом.

Эри насупилась, скрестив на груди ручонки. Но судя по волнению воздуха, идти играть с Иганом никак не хотела — тот, надев браслет, от любого упоминания магии вовсе открещивался. Киран усмехнулся про себя. Уж кого-кого, а Игана, который все детство дрессировал сына, гоняя по всем изученным и неизученным кроссам, видеть в роли добродушного ни-разу-не-колдовского деда было в высшей степени забавно.

Серебро разлилось по гостиной, тонкими лесками протягиваясь от дивана до тумбы под телевизором. Пустая банка из под газировки стояла сильно правее — и Киран зашипел, предвкушая недоброе.

— Право руля!

— Я не могу! Она не двигается!

— Можешь, солнце. Давай, или отпускай сейчас!

Эри, задержав дыхание, покраснела, раздувая щёки. Тужилась ещё и ещё, беспорядочно дёргая руками — но в конце концов, когда телевизор опасно качнулся на тонких ножках, резко выпустила воздух и сдулась, растворяя свои неловкие кросы.

— Ну! — обиженно всплеснула руками. — Почему не поучается впгаво!

— Маневрируй, — терпеливо ответил Киран. — Как ты вызываешь этот крос?

— Твоим голосом.

— Хорошо. Давай может попробуем надстройку? Чтобы было легче управлять. Давай какую-нибудь ещё одну фразу, которая будет не просто “Тяни”, а “солнышко, тяни вправо”.

— А так получится? — Эри смотрела на него с недоверием.

Киран пожал плечами.

— Попытка не пытка, а? Представь, что тянешь крос вправо, и зафиксируй. Попробуем?

— Хогошо, но напой мне какую-то песню, — Эри прищурилась, глядя на банку, и, вытянув руку, подвигала пальцами вправо.

— Пгаво гуля…

Киран прокашлялся и тихонько пропел:

— За самой темной ночью… Приходит новая заря…

—За самой темной ночю… Пгиходит новая загя,— тихо повторяла себе под нос Эри, кивая головой в такт.

— Запомнила?

Она повторила свое заклинание ещё несколько раз, пытаясь сконцентрироваться. В последний раз кивнула, и, выставив вперёд руки, как самая настоящая заправская колдунья, принялась исполнять пассы, достойные выступления на воскресной ярмарке. Киран усмехнулся, качая головой. Но вопреки его ожиданиям, новые лески тянулись точечно к банке — и Эри, деловито махнув пальцами на себя, словно подзывая, молниеносно притянула банку аккурат себе в руку.

— Оу! Милая! — Киран хлопнул себя по коленке. — Вот это да!

— Ааааа! Ты видел? Видел? Видел, да? Киан, ты смотгел?! — Эри запрыгала, с ликованием тряся жестянкой над головой.

— Да! Вот это мощь! Да ты моя ведьма! — Киран распахнул объятия, и Эри влетела в него со всей дури, болтая ногами. Киран, смеясь, закружил ее по комнате, и только когда их с Эри раж немного остыл, остановился, ощущая на себе пристальный взгляд.

Ему не нужно было поднимать голову, чтобы понять, кто на них смотрит.

— Кис! — Эри спрыгнула с его рук и резво побежала к Инри, сиротливо стоявшей в дверях. Их с Кираном взгляды ненадолго пересеклись — и Киран не смог долго сдерживаться и первым отвёл глаза.

Ему было стыдно.

Черт возьми, он стыдился того, кто он есть.

Глядя в её глаза он каждый день вспоминал о том, чего лишил её сам — и пусть его Ри была закована в клетку, она все ещё плескалась в его жилах, в то время как Крис продолжала жить с зияющей пустотой внутри.

Киран сглотнул, сминая в руках пустую банку. Крис вовсю болтала с Эри, изображая самую искреннюю радость, на которую была способна — но она никогда не была хорошей актрисой.

Не для Кирана.

Он слишком остро чувствовал её ложь.

И когда стыд стал слишком невыносимым, он молча вышел на кухню, где, оставшись в одиночестве, долго стоял над раковиной, сжимая банку в руках снова и снова, пока та не превратилась бесформенное месиво и не начала раздирать кожу в кровь.

***

— Хватит нервничать, — Крис улыбнулась, когда Киран подошёл сзади и мягко притянул к себе, обнимая за талию. — Лав справится и одна. Не в первый же раз.

— Я просто… — она подалась назад, откидывая голову на его грудь, но так и не выпустила из рук телефон. — Ох, Киран. Я не знаю… Там сейчас такой наплыв…

Киран чмокнул ее в макушку, глубоко вздохнул и крепче сжал объятия.

— Один день, милая. Побудь только со мной хотя бы один день, ладно?

Крис вздохнула, пряча телефон в задний карман брюк. Рука скользнула быстро, лишь мельком зацепив джинсы Кирана — но этого было достаточно, чтобы Крис вздрогнула и напряглась, словно только что коснулась чего-то настолько отвратительного, что не могла пошевелиться от ужаса. Киран смущенно отстранился и ослабил хватку.

— Прости. Я обещала. Отпуск только наш, — Крис растянула губы в улыбке, разворачиваясь в объятиях Кирана и обвивая руками его шею.— Больше никакой Лав.

— Крис, — он улыбнулся, утыкаясь носом в её щеку. Она так чудесно пахла, что ему стоило чудовищных усилий не вжаться в нее прямо здесь, прямо на этой веранде, наплевав на то, что в любой момент кто-то может выйти из дома и все увидеть.

Наплевать на всё…

Заткнуть ее рот и ласкать ее язык своим. Задрать подол ее тонкого розового платья, посадить ее на перила, раздвинуть ее ноги и втиснуться между, не отрываясь от горячего рта. Слушать, как она глухо стонет. Сжимать ее в своих руках. Покрывать поцелуями ее шею, и, торопливо стягивая тонкие лямки платья, освободить от хлопкового плена торчащую нежную грудь, и…

Выдыхай, Киран.

Ничего этого не случится.

От одного только лишнего движения она замрёт, обратившись в восковую фигуру, и молча дождется, пока ты сдашься. Пока не отступишь сам под тяжёлым натиском ее неприкосновенного холода.

Киран сглотнул, пытаясь поймать ускользнувшую мысль.

Да. Точно. Лавли.

— Я же не против, чтобы ты с ней общалась. Но ты ведь пытаешься курировать всю работу… — тихо пробормотал он ей на ухо. — Давай расслабимся, милая. Как насчёт самого романтичного свидания на планете? Обещаю, никаких фильмов с моим участием. Только ты, я и звёзды.

Крис так долго молчала, что он был вынужден капитулировать.

Ну да, как ты только посмел надеяться.

Никаких излишне интимных сцен — иначе она снова закроется, опасаясь, что ты, грёбаный извращенец, больше не сможешь держать себя в руках.

— Ничего, если ты устала. Я понимаю. Дети кого хочешь утомят. Посмотрим что-нибудь дома? Просто поваляемся?

— Мои любимые старушечьи развлечения, — улыбнулась она. Киран тихо рассмеялся и поцеловал ее в лоб.

Вдалеке послышались голоса: на веранду выбегали дети, а следом за ними — Лекс и Энни. Все четверо держали в руках длинного голубого воздушного змея.

— Кис! Кис, мы идём пускать змея! Киан! Идёмте с нами!

Крис тихо улыбнулась и сжала руку Кирана в своей.

***

— Ну, чего опять ревешь?

Киран убрал руки с лица, медленно оборачиваясь. Знакомая полубеззубая улыбка играла на морщинистом лице: ведьма снова была у парапета, на котором сидел Киран. Стояла, подбоченясь и опираясь на кривую клюку.

— Снова нюни распускаешь по утраченной красоте?

Киран усмехнулся в ответ, смаргивая слезы и вытирая щеки рукавом.

— Как же я скучаю по временам, когда это было моей единственной проблемой.

Старуха медленно подошла ближе. Киран сидел на парапете, забравшись туда с ногами, так что ведьма, встав рядом, оказалась аккурат напротив его кроссовка. Она задумчиво ткнула длинным кривым ногтем в шов, который уже начал расходиться, и недовольно цокнула языком.

— Раз красота тебя не печалит, — пробормотала она, отставляя клюку и шаря по карманам длинного оборванного платья, торчащего из под разноцветного, сшитого из заплаток плаща. — Тогда что?

Киран шмыгнул носом.

— Вечное счастье... Твое кольцо. Оно не сработало.

— Кто ж тебе виноват? Оно же былотвоё,— фыркнула ведьма. — Ты должен был носить его сам, а не вверять свое счастье в чужие руки! — она выудила из кармана длинную трубку и недовольно потрясла ей перед собой.

— Откуда ты знаешь? — Киран замер в недоумении.

Она только хрипло рассмеялась, раскуривая трубку и выпуская сизый дымок.

Киран отвернулся. Долго смотрел на море, на золотистые блики на поверхности беспокойных волн. Соленый ветер холодил мокрые щеки и играл в волосах.

— Я все сделал неправильно. С самого начала. Каждый мой поступок, каждый мой выбор... — тихо проговорил он безжизненным голосом. — Она сломалась. Потеряла себя. Потеряла радость. Чувства… Это я. Я ее сломал.

Ведьма молча слушала, время от времени вытаскивая мундштук изо рта и бросая на Кирана задумчивые взгляды.

— Святые... Я и не знал, что потерять Ри значит потерять так много. Что это не просто сила, это… Это и в самом деле вторая кровь. Она больше не чувствует по-настоящему. Что бы я теперь ни сделал… Все мои попытки... Вся моя любовь... — он покачал головой. — Бессмысленна. Я никогда не смогу сделать ее счастливой.

Он посмотрел на ведьму взглядом, полным отчаянной надежды.

— У тебя есть артефакт на такой случай?

— У меня? — она издала хриплый смешок, поперхнувшись дымом.

— У тебя всегда что-то есть. Ты появляешься в нужных местах, в нужное время, и все время приносишь нужные вещи... — он посмотрел на свои кроссовки. — Это ведь ты дала его Крис? Как ты его нашла? Как узнала, что Крис и я...

Прикусил язык и прищурился, внимательно глядя на ведьму.

— Нет. Ты видела, как я его потерял. Ты была там, на Фриверане. Верно?

Она растянула тонкие губы в улыбке, прищуриваясь в ответ.

— Что, если я скажу тебе, что единственный способ ее излечить — это вернуть все назад? В те дни, когда ещё ничего не было сломано.

— А ты и это умеешь? — он подскочил на месте и чуть не рухнул с парапета.

В какой день это произошло? Когда началось? Наверное, когда она защитила девочек... Или нет. Лучше ещё раньше. Она не должна была ехать в той машине. Не должна была пострадать, защищая его. А лучше… Лучше бы ей вовсе не оказаться в гребаном сопровождении!

Он вцепился в волосы, опустив голову, и крепко зажмурился.

— Черт. Я даже не знаю, когда все пошло не так. Кажется, все не так с того дня, когда она меня встретила.

— Ты согласен туда вернуться?

— А? — он распахнул глаза, недоуменно уставившись на ведьму. Неужто говорит всерьез? В другой ситуации он бы рассмеялся над ее словами. Но отчаяние завело его так далеко, что он почти верил ей — или хотел верить.

— Откатить все назад, — ответила старуха. — Согласен? Но с условием, что никогда больше ее не увидишь. У нее не останется памяти о тебе. Совсем.

— Я... Разыщу её, — хрипло ответил Киран. — Я найду её и мы начнем все заново!

— Нет, — строго перебила ведьма, тыкая в его сторону мундштуком. — Не сможешь. Никогда.

— Да почему?

— Не важно! Согласен или нет?

Киран растерянно моргал, глядя в пустоту. Ему потребовались минуты, чтобы осмыслить свой выбор. Глаза снова защипало, когда он всё-таки осмелился открыть рот и дрожащими губами прошептал:

— Нет.

Ведьма ничего не ответила. Выпустила колечко дыма изо рта и проводила его взглядом, пока то не растворилось в рассветном сиреневом воздухе.

— Я эгоист. Я грёбаный эгоист, да? — смеясь, всхлипнул Киран. — Я должен ответить "да". Должен отпустить её. Это ведь и значит любить? Желать её счастья любой ценой.

Ведьма пожала плечами.

— Но я предпочту быть с ней в боли, чем опять потерять её. Я не хочу быть без неё. Я... Блядь, что я за человек.

Он уткнулся лбом в колени, вновь закрывая глаза и тяжело выдыхая.

— Ладно, хватит так убиваться, — лениво прошамкала ведьма. — Я не смогу ничего откатить, я же не Святая.

Киран вскинул голову, обиженно уставившись на старуху.

— Не можешь?! Так какого черта стоишь тут и пудришь мне мозги?!

Она пожала плечами, обращая взгляд к морю.

— Хотела убедиться, что ты не станешь в очередной раз все ломать из-за какой-то там сраной морали, — на слове "мораль" она показала кавычки в воздухе, сгибая и разгибая кривые пальцы.

Киран едва не задохнулся от возмущения.

— Да кто ты такая, чтоб меня поучать?!

Ведьма щёлкнула пальцами, и трубка испарилась из ее рук вместе с дымом. Взгляд Кирана скользнул по ее запястьям.

— Ты Эрру… Но не носишь БРК?

Ведьма постучала клюкой по плитке, разглядывая носки своих прохудившихся черных ботинок.

— Такие, как я, не делятся на ваши ранги.

— Тогда кто ты?

— Просто старая ведьма.

— Ты была на Фриверане. Ты знаешь Крис. Ты знаешь, что я... Откуда ты столько знаешь? — он резко замолчал. Спрыгнул с парапета и подошёл к ней — так близко, что ощутил терпкий запах табака и сушеных трав. Всмотрелся в ее маленькое сморщенное лицо, смутно кажущееся знакомым.

— Ты...

— Она не сломалась, Киран, — ведьма подняла голову, заглядывая в его глаза снизу вверх. — Таких, как мы, нелегко сломать. Это не смерть, это перерождение.

— Таких, как вы?...

— Как я и Крис.

Киран молчал. Сотни мыслей разрывали голову, сотни чувств разбивали сердце — надежда, страх, недоверие, обида, тоска и боль — все крутилось в беспощадном вихре. Но среди хаоса беспорядочных мыслей только два слова вырисовывались перед глазами пугающе четко. Он открыл рот и произнес их, сам до конца не веря, что говорит это всерьез:

— Шестая Ри?

Ведьма улыбнулась, обнажив кривые верхние зубы.

— Это все сказки. Ее не существует, — разочарованно выдохнул Киран, опуская плечи. Порыв морского ветра бросил седые пряди в лицо старухи.

— Может и так, — не стала спорить она. — А может, тебе просто стоит набраться терпения, мальчик? Или может… То, чего ты так ждёшь, уж и вовсе давненько случилось.

— Хочешь сказать, она все прекрасно чувствует? Чувствует, но только... Не ко мне?

Ведьма молчала, изучая его внимательным взглядом голубых глаз.

— Тогда... — Киран повернулся к морю. — Тогда какого черта она со мной? Зачем?! Из чувства долга? Из привычки?!

— А если и так, — тихо сказала ведьма. — Если все так, ты уйдешь? Хватит у тебя гордости оставить её?

Киран расплакался, и ведьма обняла его жилистыми руками, заставив склониться и уткнуться лицом в её разноцветный плащ. Плечи Кирана дрожали. Он хватался за ведьму, как утопающий, сжимая пальцы так сильно, что ткань плаща жалобно скрипела от напора.

— Конечно же нет, — всхлипнул он. — Нет у меня никакой гордости! Скажи же, что мне делать? Скажи! Если ты и вправду…

Он отстранился, беря ее за плечи и глядя в морщинистое лицо. Ведьма рассеяла остатки иллюзии — и теперь Киран узнавал черты ее так отчетливо, что от осознания по телу пробежала холодная дрожь.

— Если вы и вправду Шестая Ри, — севшим голосом прошептал он. — Вы видите будущее?

Она рассмеялась.

— “Вы”? Уважением вдруг проникся?

Киран молчал, пристально глядя в прищуренные голубые глаза. Старушка нахмурилась и поджала губы.

— Я вижу не многое. Я не знаю всего. Но знаю, что ты не ее судьбу пришел сюда оплакивать. Ты пришел оплакивать свою слабость. Страх.

Киран опустил руки.

— Не бойся. Делай, что задумал, — сморщилась ведьма. — Все случится так, как должно было быть.

— И… все получится? — с надеждой спросил он. — Вы знаете, что она скажет?

— Нет. Но когда тебя это останавливало? — она усмехнулась, и сухая морщинистая рука похлопала его по плечу — там, где когда-то был вшит маячок. Старый шрам отозвался далёкой болью.

Ведьма подхватила клюку, собираясь уйти, но Киран схватил ее за рукав плаща.

— Постойте! Вы ведь ещё придете? Если это все — правда… Вы должны… Вы обязаны прийти!

Она помолчала, с минуту глядя на него, словно раздумывала над ответом позаковыристей.

— Я приду с подарком, когда совсем их износишь, — бесцеремонно постучала клюкой по носку его кроссовка. — Новое не приходит, пока старое не изжито.

Киран вздохнул, выпуская из рук ее плащ и заморгал, растерянно уставившись в пустоту. Ведьма исчезла, не оставив после себя ни пыли, ни дрожи в воздухе.

Только слабый запах табака и горьких сушеных трав остался ускользающим призраком на его пальцах — но порыв соленого ветра вскоре унес его прочь.

***

Апрель 195 года

На старой парковке было пустынно. Почти не было машин. Крис воровато озиралась, словно то, чем она собиралась заняться, было чем-то воистину незаконным. Отошла от машины подальше, встала под тускло горящий фонарь, и, вдохнув, скрестила пальцы.

Формула.

Ее кросы всегда работали по четко расписанным формулам.

Если Киран учил Эри, что фиксироваться проще всего на ритме, с Крис это не работало. Строгая математика в голове и подкрепление жестами — вот идеальный рецепт для самого крепкого в мире щита.

Ну же.

Давай.

Выдохнула и повторила, закрывая глаза.

Она занималась этим недавно — и поэтому утешала себя, что первые попытки всегда неудачны. Что это как в детстве: просто нужно стараться ещё и ещё.

Она бы и вовсе не начала эти дурацкие тренировки, если бы не чувствовала что-то под кожей. Это не было похоже на знакомое пощипывание Ри, но это точно не было чем-то обычным. Что бы ни говорили анализы, тесты и бесконечные Джеровские снимки. Она что-то чувствовала.

Просто нужно было дать этому чему-то вырваться на свободу.

Научить его.

Спровоцировать.

Снова крест. Формула. Ещё и ещё.

— Ну же! — разъяренно закричала она в пустоту. — Ты же там! Я знаю, что ты есть! Какого хрена ты не работаешь?!

Вспылив, метнула руками в воздух — и пустая машина поодаль смялась с оглушительным треском.

Будто невидимый гигант взял ее в руку и сжал в комок.

Крис отступила к фонарю, ошарашенно глядя в полумрак.

Что это? Кто это сделал?

Нельт?

Оглядываясь на бегу, рванула к своей машине. Сев за руль, дрожащими пальцами пристегнула ремень. Завела двигатель, и уже на ходу, крепко сжимая руль, оглохла от осознания.

Она была одна.

Кроме нее там не было никого.

Не было ни пыли, ни серебристого света. Это… Это даже не Нельт. Это гребаная… неизвестная хрень.

Это и есть та штука, которую она так отчаянно просила выйти?

Крис била мелкая дрожь, пока она неслась по пустынной трассе. Не имело значения, куда ехать. Нужно было просто… просто сбежать подальше. От парковки. От камер. От всего, что произошло.

Черт. Если даже ее распознают по камерам, если пробьют номера авто — кто докажет, что она причастна к порче имущества? Крис нервно хихикнула, вспоминая свой диагноз.

“Деградация Ри-показателя”.

Инвалид.

Остановила машину у обочины в темноте. Впереди простиралось чёрное поле. Ветер гулял здесь свободно, и радостно принялся трепать полы ее ветровки, стоило только Крис покинуть машину.

Деградация. Деградация?

Что это за деградация такая? Разве Ри могла поменять направление? Сделаться разрушительной? Нет, нет, это антинаучно. Может, ей самой это привиделось? Она так давно и отчаянно мечтала хоть о каком-нибудь малюсеньком всплеске, что уже стала галлюцинировать от несчастья? Крис закрыла глаза и вновь услышала скрежет сминаемого металла. Так отчётливо. Слишком отчётливо.

Нет, все это произошло наяву.

В кармане задрожал телефон, и Крис, спохватившись, не глядя нажала на кнопку принятия вызова.

— Инри.

Выдохнула, услышав его сонный голос, и тут же сжалась. Что он скажет, когда она расскажет ему?

— Куда ты пропала? Я проснулся, а тебя нет…

— Я с Лавли, — соврала она, поддевая носком ботинка комок земли. — Решили встретиться.

— В два часа ночи?

Крис прикусила губу. Судя по тону Кирана, он расценил ее молчание, как признание поражения.

— Крис, где ты? Мне приехать за тобой?

— Нет, — она покачала головой, чувствуя, как от вранья огнем заливаются щеки. — На самом деле я… Мама звонила. Мы опять поругались.

Киран вздохнул.

— Я сейчас… — она огляделась вокруг. — В каком-то поле за городом. Надо было… Немного побыть одной, понимаешь.

— Угу. Давай заберу тебя?

— Не надо.

— Крис, ты черт знает где, одна, в два часа ночи…

— Киран.

Он снова вздохнул. В трубке тихо зашуршало.

— Я буду… минут через сорок максимум. Ставь таймер. Если не приеду за это время — можешь собирать поисковый отряд, — улыбнулась она. — Хорошо?

— Ладно, Инри. Но заканчивай меня так пугать. Если тебе нужно поплакать, у тебя дома как раз валяется замечательная жилетка на этот случай.

Крис прижала ладонь к пылающей щеке, не прекращая улыбаться. Мысли о Киране, греющем ее постель, заставили тотчас же сесть обратно за руль.

Черт с ней, с этой проклятой магией.

Она попробует позже.

Пристегнулась, и, развернув машину, вжала педаль в пол.

***

Киран уже надел джинсы и стоял с футболкой в руках, когда Крис вернулась домой.

— Куда-то собрался?

— Сорок две минуты, — он обиженно показал ей таймер на телефоне. Крис тихо рассмеялась, стаскивая с себя ветровку.

— Раздевайся обратно. Я замёрзла до ужаса. В поле был такой ветер!

— Какой черт тебя потащил в поле?

Пожала плечами. Сняла свитер и обвила Кирана ледяными руками — он вздрогнул, делая вид, что пытается ее оттолкнуть.

— Кошмар. Предпочла какое-то поле теплой постели со мной. Инри, я разочарован.

— Мгмм, — она улыбнулась, водя носом по его голой груди вместо извинений. Киран вздохнул, стянул резинку с ее головы, и, растрепав волосы, мягко вплел в них пальцы, касаясь её затылка.

— Хочешь поговорить?

— М?

— О матери.

Крис отрицательно покачала головой. Ложь о ссоре с матерью придумать было проще простого — причин для раздора у них всегда было хоть отбавляй. Но сейчас ей не хотелось отвлекаться. Не хотелось ничего, кроме Кирана.

Она потянулась на цыпочках, обняла его шею, заставляя наклониться к себе. Заставила податься его губы навстречу своим, и, когда Киран привычно окутал ее спокойным теплом, едва не заплакала. Сколько времени они целовались вот так, словно невинные школьники? Киран никогда не просил большего, потому что Крис с ее вечной апатией никогда большего и не хотелось — только чтобы он был рядом, грел ее по ночам и держал ее руку в своей. Этого всегда было достаточно.

Этого было достаточнослишкомдолго.

Крис с наслаждением впитывала его запах, которого так долго была лишена — слышимый наконец так отчетливо, что мир, казалось, был наполнен одним только им. В груди поднималась буря. Из тонкого огонька нежного тепла ее внутренний монстр перерос в пламенного дракона — больше не умещающегося в груди, огромного, и безумно жадного.

Крис коснулась языка Кирана, углубляя поцелуй, заставляя его прижимать себя сильнее к своей груди, и застонала ему в рот, мгновенно ощущая, как пылко он откликается. Святые. Это даже лучше, чем ночь на Фриверан. Так волнительно чувствовать его полуобнажённое тело так близко — и знать, что теперь оно наверняка принадлежит ей.

Он принадлежит ей.

Крис дрожащими пальцами расстегнула его джинсы, не отрываясь от горячих губ, едва поспевая дышать, приоткрыла глаза лишь на секунду, чтобы увидеть, как дрожат его ресницы, как он наслаждается ей…

И замерла.

Ее взгляд упал на обои за его спиной. Обои, где всегда резвились павлины — сколько она себя помнила, с самого заезда на эту квартиру. Теперь картинки менялись: павлины уходили с полотна, обиженно и гордо расправив хвост — и им на смену приходили тигрицы.

В ушах зазвенело. Крис уткнулась в плечо Кирана и всхлипнула.

Святые. Она сходит с ума.

— Крис, — тихо позвал он, бережно поглаживая ее по спине. Его грудная клетка беспокойно вздымалась. Она чувствовала, как внутри колотится его сердце — горячее, страстное, и такое влюбленное. — Все в порядке. Если не хочешь, мы можем не продолжать.

Тигрицы резвились, задирая хвосты и подмигивая Крис.

Киран не видел. Он был обращен лицом к той стороне комнаты, где обои были невзрачно-розовыми — Крис покосилась туда и не заметила никаких перемен. Беда была только здесь. За его спиной.

Это иллюзия?

Это сделала она?

Так кто она? Нельт? Эрру? Все сразу?

Или сумасшедшая, которая видит галлюцинации, как только начинает хоть что-нибудь чувствовать?

— Пойдем спать, — прошептала Крис, отстраняясь от Кирана и виновато глядя в его глаза, влажно мерцающие в слабом свете ночника. — Прости, Киран. Я очень устала.

Когда они улеглись, Крис пришлось отодвинуться от него как можно дальше. Иначе — она была уверена в этом — она могла бы снова что-то зачаровать. Или ещё хуже — сломать. Что, если она была способна смять Кирана, как ту пустую машину на парковке? Крис вздрогнула от этой мысли и зажмурилась, тщетно пытаясь выгнать из головы ужасные образы, вставшие перед глазами так отчётливо, что ее начинало подташнивать. Киран за ее спиной тихонько вздохнул. Еле слышно, вряд ли пытаясь привлечь её внимание — но Крис прекрасно понимала этот его вздох. Знала, что он означает. И сама была готова вздыхать точно так же.

Нет, она хотела разреветься навзрыд.

Какая абсурдная ирония! Сперва избегать Кирана, потому что ничего не чувствуешь, а теперь избегать, потому что чувствуешь слишком много! Святые, и как ему объяснить то, в чем она ещё и сама ничего не понимала? Как вообще убедиться в том, что она не просто сходит с ума?

Крис плотнее завернулась в свое одеяло и уставилась в темноту.

Эта чертова неизвестная Ри должна иметь пульт управления.

Должна иметь формулу.

Должна иметь смысл.

И завтра Крис попробует разгадать его снова.

***

Август 195 года

Замереть. Вот единственная формула, которая была ей доступна. Не чувствовать ничего, отстраниться от всего, что вызывает веселье, тоску, вдохновение, желание, радость, печаль — создать защитный кокон, через который все это будет глухо пробиваться лишь отблесками, как слабые солнечные лучи через толщу льда. Она должна оставаться на глубине своего замёрзшего озера. Иначе… Лёд вскроется, и обломки могут стать слишком острыми — и она сама не знала, насколько сильно могла ими ранить.

Крис искала другие способы. Пыталась почувствовать что-то искусственно, заставляя себя, выуживая из памяти воспоминания — в те моменты, когда оставалась одна, когда точно знала, что не сможет никому навредить. Надеялась, что так приучит свою новую силу к контролю, или хотя бы разберёт её принципы. Но все было без толку. Искусственное никогда не срабатывало.

А настоящее срабатывало так непредсказуемо, что она стала только сильнее бояться себя.

Она точно знала, что это не галлюцинации. Дважды она заставляла одежду Кирана исчезнуть — и она благодарила Святых, что это случилось, пока он спал. Утром ей приходилось придумывать потрясающий бред про то, что как Киран лунатил и сам куда-то спрятал свое шмотье — они вместе хохотали над этой историей, но каждый раз Крис ждала, что Киран замолчит, посмотрит на нее строго и серьезно и тихо скажет:

“А теперь скажи правду”.

И она просто расплачется, не в силах ему больше врать.

Но если обычно ей приходилось прятать свои выходки в основном от него, и реже — от Лавли, то в отпуске, который они решили провести в доме семьи Кин, было куда тяжелее. Даже не от того, что каждый день здесь был способен подарить ей десятки сильнейших эмоций. А скорее оттого, что Крис невольно проводила параллели между собой и отцом Кирана, который, зная, что был потенциально опасен, все равно приходил в этот дом.

И Киран его ненавидел.

Святые. Он имел право его ненавидеть.

Крис не могла смотреть на шрам на плече и не думать об этом. Каждый раз перед сном, наблюдая за тем, как Киран беспокойно ворочается, думала только о том разговоре, который случился бы, решись она ему рассказать.

Что он сделает? Разозлится? Оттолкнет её? Сдаст на опыты? Он не поступит так. Он сам был на ее месте. Когда-то он сам был чем-то неконтролируемым. Опасным. Неподвластным даже самому себе.

Но всё-таки…

Когда он был в ужасе от себя, на его горизонте уже загорался рассвет. Его спасение было предсказуемо. Неизбежно. Весь мир менялся для того, чтобы спасти его из плена собственного разрушения. И несмотря на то, что Киран почти успел дойти до обрыва, чудо всё-таки случилось. Долгожданное чудо с уродливой аббревиатурой “БРК”.

Но какое спасение могло быть у Крис?

Она удрученно посмотрела на свой браслет. Если бы эта штука решила её проблему так же просто, как решила проблему Нельтов! С тех пор, как БРК внедрили для всех, он стал аналогом идентификатора личности, даже для не-ЧеВГИ. Обычные люди носили его на случай, если Ри проснется в них внезапно, как Ярсеге или Джере — это предупреждало опасности, сопряжённые с пробуждением ПОА или незарегистрированной Нельт.

Вот только странную силу, что проснулась в Крис, БРК не мог ограничить. Потому что это была даже не Ри.

Это было…

Черт знает, что это было.

—За самой темной ночью… Приходит новая заря…— ласковое пение заставило ее улыбнуться.

—За самой темной ночю… Пгиходит новая загя,— тихо повторила себе под нос Эри.

— Запомнила?

Крис прислонилась к дверному косяку, с нежностью наблюдая за тем, как Киран тренирует племянницу. Может, Крис ошиблась? Может, ее новая формула тоже должна быть звуком? Голос Кирана… Если она научится колдовать, как Эри, прокручивая в голове его песни, это будет чудом.

— Да! Вот это мощь! Да ты моя ведьма! — Киран распахнул объятия, и Эри влетела в него со всей дури, болтая ногами. Киран, смеясь, закружил ее по комнате, и, когда их с Эри раж немного остыл, остановился, кажется, ощутив присутствие Крис.

— Кис! — Эри спрыгнула с его рук и резво побежала к ней. Взгляды Кирана и Крис ненадолго пересеклись — и он первым отвёл глаза, будто был смущён тем, что Крис застала его за такой милой сценой.

— Какая ты сильная! — охнула Крис, подтягивая девочку на руки. Она была весьма тяжёлой — Крис скрипнула зубами, с завистью глядя на удаляющуюся широкую спину Кирана. Чтобы таскать детей с такой же лёгкостью, с какой это делал он, не мешало бы иметь хотя бы жалкое подобие его физической формы. Но после работы в сопровождении Крис ни разу и близко не подходила к спортзалу, о чем сейчас искренне жалела.

— Ты видела, как я? Видела? Вжуууух!

— Да не то слово! Самый крутой вжух, который я только видела! — улыбнулась Крис, проходя вместе с Эри на диван и с облегчением ее отпуская. — И как это ты так научилась?

— Я способная, — гордо заявила Эри. И, тут же взяв Крис за руку, на которой болтался БРК, с сожалением сказала:

— Вот бы ещё газ увидеть, как ты это делаешь. Одним глазком!

— Прости, Эри, — покачала головой Крис. — Он не отключается. Ни на минуту.

Крис не лгала. Браслет и вправду не отключался. Хоть и для Крис он по сути оставался красивой безделушкой, разве что аккуратно скрывающей шрам на левом запястье.

— Не хочу бгаслет, — Эри надула губы, обиженно вздыхая.

— У тебя его пока и не будет, — улыбнулась Крис. — Ты ещё совсем маленькая.

— У Киты уже есть. А она младше меня! Ханна сказала, мне тоже сделают ского. Не хочу бгаслет! Хочу колдовать! Почему я должна пегестать колдовать?

— Ты не перестанешь колдовать, — Крис мягко погладила ее по волосам. — Браслет будет отключать учитель в школе. Ты сможешь колдовать на уроках, а потом, когда вырастешь — на работе. Понимаешь? Колдовство никуда не денется. Магия — в твоей крови.

Эри молчала, разглядывая свои розовые ладошки. Как будто ощущала покалывание Ри на своих крохотных пальцах.

— Она всегда с тобой, ты же чувствуешь? — тихо спросила Крис. — Никто не посмеет у тебя её отобрать.

Эри подняла голову, и, сжав кулачки, с улыбкой кивнула.

***

— Хватит нервничать, — Крис улыбнулась, когда Киран подошёл сзади и мягко притянул к себе, обнимая за талию. — Лав справится и одна. Не в первый же раз.

— Я просто… — она подалась назад, откидывая голову на его грудь, но так и не выпустила из рук телефон. — Ох, Киран. Я не знаю… Там сейчас такой наплыв…

Киран чмокнул ее в макушку, глубоко вздохнул и крепче сжал объятия.

— Один день, милая. Побудь только со мной хотя бы один день, ладно?

Крис вздохнула, пряча телефон в задний карман брюк. Рука скользнула быстро, лишь мельком зацепив джинсы Кирана — но этого было достаточно, чтобы ощутить острую вспышку, тягучим огнем расползающуюся внизу живота.Он хочет её.

Святые. Одна только эта мысль заставила Крис опасливо сжаться, предвкушая недоброе. Он не могла, не могла… не сейчас!

Черт возьми, Крис! Ныряй обратно в свое проклятое озеро!

Киран, словно прочитав ее мысли, чуть отстранился, ослабив хватку, явно стараясь ее не смущать. Крис прикусила щеку изнутри, пытаясь успокоить дыхание. И с каких пор ее стали так будоражить такие мелочи?

Мелочи.

Киран бы обиделся, прочитай он сейчас её мысли.

— Прости. Я обещала. Отпуск только наш, — она улыбнулась, разворачиваясь в объятиях Кирана, и обвила руками его шею. — Больше никакой Лав.

— Крис, — он улыбнулся, утыкаясь носом в её щеку. Его глаза. Полуприкрытые. Такие пьяные. Такой низкий и тихий голос, почти что шепот.

Дыхание Крис снова участилось.

Киран никогда не заходил за границы нежности, которая звучала как “чуть больше, чем дружба”. Никогда не просил ее о чем-то ещё.

Но от мысли, что однажды ему это надоест, становилось до одури горько.

Однажды ей придется сказать ему правду. Что она сумасшедшая. Что она больная ведьма, способная одним щелчком сжать машину до состояния консервной банки. И, возможно, способная точно также сжать его кости в приступе пылкой любви. Ей придется сказать это — и увидеть ужас в его глазах. В тех самых глазах, которые сейчас смотрят на неё с такой нежностью.

Крис сглотнула, пряча лицо у его шеи. Святые. Как он восхитительно пахнет. Она так и не поняла до сих пор, откуда к природному запаху его кожи примешивался аромат апельсина — ни один бутылек в его ванной и ни один флакон на полке в спальне не давал ей ответа. Киран жадно хранил свой секрет. Но имел на него полное право.

Секреты Крис все равно были куда страшней.

— Я же не против, чтобы ты с ней общалась. Ты ведь пытаешься курировать всю работу… — тихо мурчал он ей на ухо. — Давай расслабимся, милая. Как насчёт самого романтичного свидания на планете? Обещаю, никаких фильмов с моим участием. Только ты, я и звёзды.

Крис молчала, судорожно подбирая слова. Ночь под звёздами! С ним! Несбывшаяся мечта с прошлого Фриверана! Они могли бы снова сидеть вместе под пледом, любуясь мерцающим небом августовской ночи, только теперь Крис уже не смотрела бы на целующиеся парочки с завистью. Она смотрела бы только на него! Целовала бы его! И могла бы…

И могла бы смять парочку машин за компанию.

Кажется, она так долго молчала, что Киран и сам решил повернуть назад.

— Ничего, если ты устала. Я понимаю. Дети кого хочешь утомят. Посмотрим что-нибудь дома? Просто поваляемся?

— Мои любимые старушечьи развлечения, — улыбнулась она, делая вид, что ей на самом деле куда больше нравится его новое предложение. Сердце заныло, и ей пришлось снова прикусить щеку в попытке отвлечься от слишком яркого чувства.

Но Киран, кажется, ничего не заметил: тихо рассмеялся и поцеловал ее в лоб.

Вдалеке послышались голоса. На веранду выбегали дети, а следом за ними — Лекс и Энни. Все четверо держали в руках длинного голубого воздушного змея.

— Кис! Кис, мы идём пускать змея! Киан! Идёмте с нами!

Крис сжала руку Кирана в своей и тепло улыбнулась.

***

Когда они остались наедине в его комнате, Киран нетерпеливо усадил Крис на кровать и встал перед ней на колени. Она ощутимо напряглась — вздрогнула, как вздрагивала всегда, стоило ему хотя бы одним неловким жестом напомнить, что он все ещё является живым мужчиной. Плохой знак. Очень плохой. Киран поспешно взял ее руку в свою и прижал ладонь к своим губам.

— Крис. Подожди. Прежде, чем ты что-то скажешь…

— Киран…

— Тсссс. Я не стал делать это при всех, потому что… — горло предательски сжалось, и Кирану пришлось выдержать паузу прежде, чем продолжить. — Это все ненужная буффонада. Ненужная нам обоим, да? Тем более, что мы с тобой это уже делали.

— Уже… делали? — прошептала она, не сводя с него напуганных глаз. Киран прикусил губу почти до крови. Помолчал, запуская руку в карман.

— Да. Ну, ладно. На самом деле я струсил. Ужасно делать такое при всех, если не уверен, что тебе скажут “да”.

Он спешно вытащил кольцо, представив его перед Крис — совершенно обычное, без камней и почти без узоров, только с маленькой едва заметной надписью на внутренней стороне. Пульс стучал в висках, заходясь в беспорядочном ритме — по одному лишь печальному взгляду Крис Киран понял все прежде, чем она приоткрыла рот.

Его руки дрогнули, но так и не опустились.

— Киран, — она выдавливала слова через силу. Ей явно было ещё страшнее, куда страшнее, чем ему самому. Он молчал, ожидая ответа.

Хоть и знал, что получит лишь оправдания.

Но это было лучше… Да, наверное, куда лучше, чем получить холодное “нет”.

— Киран… Прости.

— Ты хочешь сказать — “Прости, что стану твоей женой”? Не надо извиняться, милая, я сам выбрал это наказание, — он улыбнулся, примеряя кольцо к ее пальцу. Она уже носила одно — но Киран хотел снять с нее старое. Уж слишком оно было похоже на то самое кольцо счастья. Слишком напоминало о той ночи.

Возможно, это и была ночь, где закончилось всё.

Крис медленно отпрянула, отводя руку.

— Прости… Прости. Я… не могу.

Киран выдохнул, откладывая кольцо в карман. Положил руки на ее колени. Она носила такие короткие пижамные шорты, что её голые ноги, каждый вечер мелькавшие перед ним, уже снились ему по ночам — в тех самых снах, после которых он по часу не выползал из ванной.

Даже сейчас, в такой важный момент, ты, извращенец, думаешь только о ее нежной коже под твоими ладонями.

Что. Блядь. С тобой. Не. Так?

— Почему? — невинно переспросил он, с трудом отрывая взгляд от ее ног и заглядывая в ее смущённое лицо снизу вверх. — Инри?

— Киран, я люблю тебя, — дрожащим голосом ответила она, улыбаясь. — Ты ведь знаешь?

— Да. И я тебя люблю. Разве не поэтому люди женятся, Крис?

Она замолчала, и Киран, видя, как заблестели от влаги её глаза, снова взял её за руку.

— Ты… Ты не сможешь быть счастлив со мной. Почему ты просто не найдешь кого-то… нормального?

— Потому что мне нужна ты.

Она рассмеялась сквозь слезы.

— Я… Киран, я… испорчена. Я никогда не смогу… — набрала воздуха в грудь, но так и не смогла продолжить. Сжала губы и замолчала, прикрыв глаза.

Киран склонил голову, целуя ее ноги.

— Крис, — голос стал хриплым, и он снова выдержал паузу, выдыхая. — Я тоже испорчен.

Положил ее ладонь на свою правую щеку. Заставил ее пальцы пройтись вверх и вниз по шершавой полосе и закрыл глаза.

— Почему ты можешь любить такого, как я, но мне такой роскоши не позволено?

— Потому что ты прекрасен, — она склонилась, нежно целуя его увечье. Киран тихо выдохнул, дрожа от прикосновений ее мягких губ. — Ты идеален, Киран. Ты целован всеми Святыми. Ты потрясающий дядя, сын, брат, и, видит небо… Ты самый сексуальный человек во всей Ангераде.

Она отстранилась, и Киран открыл глаза, с сожалением провожая взглядом ускользающие с его лица ладони.

— И ты хочешь провести жизнь со мной? С человеком, который выглядит на двадцать и ведёт себя на восемьдесят три? — с грустной улыбкой прошептала Крис.

— Да, — ответил Киран, не моргнув глазом. Крис рассмеялась, прикрывая заплаканное лицо.

— Какой же ты придурок.

— Просто немного с особенностями.

— С особенностями развития.

— Это… — он замолчал, глядя в её блестящие глаза. — Об этом история умалчивает.

Они глупо улыбались, молча глядя друг на друга. В конце концов Крис покачала головой и тихо спросила:

— Что, если ты до конца жизни не сможешь целоватьсяпо-настоящему?

— Меня это устраивает.

— Не будешь ходить на настоящие свидания.

— Ненавижу свидания, — Киран поморщился. — Если бы не работа, всю жизнь бы валялся под телеком.

Крис фыркнула, но на ее лице все же мелькнула улыбка.

— В конце концов, у нас никогда не будет секса.

— Секс для слабаков, — Киран скорчил гримасу отвращения. — Всегда был переоценен.

Крис закрыла руками лицо и задрожала — Киран с минуту не понимал, плачет она или смеётся.

— Ты придурок, Кин, — наконец пробормотала она. — Черт возьми, какой же ты идиот!

Вместо ответа он оставил на ее коленях ещё один поцелуй. Ее кожа мгновенно покрылась мурашками. Крис тихо вздрогнула — и футболка Кирана испарилась.

Исчезла в небытие.

Он замер, ошарашенно разглядывая свою голую грудь.

— Твою мать, — прошипела Крис и зажала ладонью рот.

***

— Киран… черт… — она выбралась из его объятий и вскочила с кровати, нервно наворачивая круги по комнате и заламывая руки. — Черт, прости, прости, прости! Я этого не хотела! Я не… Я не знаю, как это контролировать, ясно?

— Контролировать что? Мое раздевание? — Киран смеялся, все ещё сидя у кровати на коленях, и его довольная улыбка ужасно бесила. — Не надо его контролировать. Мне нравится. Продолжай.

— Ты придурок! Ты хоть понимаешь, что это только малая толика? Я могу больше! Гораздо больше!

— Да-а-а? Я бы с радостью посмотрел.

Крис вспыхнула, остановившись посреди комнаты.

— Можешь ты хоть на секунду перестать издеваться?

— Я не издеваюсь, — его улыбка исчезла, но в глазах все ещё плескалось живое озорство. Он медленно поднялся и подошёл к ней, чтобы взять за руки. — Как давно ты…

— Давно! Однажды я смяла машину! Вот этими, — она вырвала руки из его ладоней, и, растопырив пальцы, гневно потрясла перед его лицом, — вот этими руками!

— Прямо-таки руками.

— Ну… Нет! Да какая разница! Святые! Киран, это черт знает что! Иллюзия! Разрушение! Защита! Все сразу — и ничего из этого, понимаешь? БРК на мне не работает! Это даже не Ри! Это…

— Чистая магия, — подсказал Киран, улыбаясь.

Крис выдохнула, опуская руки и мотая головой.

— Я опасна… Киран… Мне…

— Просто из интереса, Инри. Эти исчезающие шмотки — они потом появляются где-то? Эти джинсы мне нравились.

Крис прижала ладони к пылающим щекам, обнаружив, что оставила Кирана почти что в одном белье. Он невозмутимо наклонился и стащил с себя носки.

— Святые… Киран.

— Инри…

— Я не Инри! Я… Святые, я… Да я больше не знаю, кто я!

— Ты будущая госпожа Кин, — спокойно ответил он. — Только вот кольцо ты испарила вместе с джинсами, — нахмурился, взъерошив волосы на затылке. — А оно было милое. Я даже гравировку внутри заказал. Знаешь, что там было написано?

— En sia solna? — прошептала Крис, хлюпая носом.

— En sia solna.

Он выдохнул, подошёл ещё ближе и заключил ее в объятия.

— Ты совсем не боишься меня? — тихо пробормотала она.

— О, предпочитаешь, чтобы я боялся? — его губы почти касались её уха, щекоча кожу горячим дыханием. Все его тело пылало. Крис ощущала его жар через тонкую ткань майки. Через пижамные шорты. Ее ноги касались его обнаженных ног, и она замирала внутри, предчувствуя новую бурю.

Или очередное исчезновение детали его гардероба.

Проклятье.

Киран тихо рассмеялся ей на ухо.

— Очень страшно, Крис. Очень-очень. Чувствуешь, как я боюсь?

Она застонала, пряча лицо у его груди.

— Знаешь, я не умею в такие фокусы, но у меня и по старинке неплохо выходит, — она по голосу слышала, как он улыбался. Подцепил ее майку и потянул вверх. Крис вздрогнула, когда горячие пальцы мазнули по животу. И, едва майка опустилась на пол, Крис потянулась на цыпочках и впечаталась в давно зовущие губы.

Этот поцелуй не был похожим ни на один из прежних. Казалось, лёд ее озера не разбился — он растаял с такой стремительной скоростью, что вода вышла из берегов и затопила всё. Крис хотелось и смеяться, и плакать, и злиться, и пережить в один раз всё, что она так долго старалась в себе закрыть — но больше всего ей хотелось его.

Ночник беспорядочно мигал. Узоры на стенах плясали, то и дело меняясь. Предметы теряли форму и растворялись — Крис прикрыла глаза, чтобы этого не замечать, молясь, чтобы Киран сделал то же самое и не видел ничего, кроме неё. Он подхватил ее на руки и вернул на кровать, и когда она очутилась под ним, в очередной раз жадно прижимая к себе, все же нашла в себе самый последний, самый крохотный остаток здравомыслия, и, слабо оттолкнув, прошептала на выдохе:

— Подожди... Это... Это очень сильное чувство. Если я дам ему волю, я могу... Святые, я даже не знаю, на что я способна. Может, я сделаю что-то... Что-то ужасное!

Киран издал тихий смешок.

— Ох, Инри... Если бы ты знала, как мне плевать, ты бы расплакалась.

Он поцеловал ее в шею, блаженно постанывая от каждого неловкого движения её пальцев по его спине. Крис прикрыла глаза и хихикнула.

— Это же для слабаков.

— Я слабак, — невозмутимо ответил Киран. — Я такой слабак, Инри. Самый слабый человек на планете.

Крис тихо рассмеялась, и, ведомая Кираном, растворилась в объятиях сладкой и долгой августовской ночи.

Эпилог

— Киран! Сейчас не время, — с улыбкой шептала она, даже не дав себе труда сделать вид, что сопротивляется. Киран усадил ее на стол прямо в кабинете Мариам — ближайшая комната, которая попалась им под руку — и его пальцы уже блуждали под подолом ее задранного до бедер белого платья.

— Мфффф… Инри… Ты прямо сейчас стала моей. По-моему, как раз самое время.

— Понятие “брачная ночь” тебе вообще не знакомо?

Он фыркнул, неопределенно махая в воздухе рукой.

— Ночь. День. Какая нахрен разница?

Крис рассмеялась, приникая губами к его шее и торопливо расстегивая пуговицы.

— Придурок. А если я растворю твою рубашку?

— Пффф. Она мне все равно никогда не нравилась.

Их губы встретились. Руки Кирана задрали ее платье ещё выше, и Крис, не справляясь с ремнем его джинсов, срезала его одним коротким движением. Киран улыбнулся, не отрываясь от ее губ.

— Что? — пробормотала она, чуть отстранившись.

— Всегда знал, что ты заводишься от разрушения.

— Заткнись. Я ведь не только с ремнем так могу.

— Мммм, — губы прижались к её шее, оставляя горячий влажный след. — Если планируешь что-то отрезать, оставь мне хотя бы язык.

— Именно его и стоило бы в первую очередь… ах… Киран… что ты…? Святые…

Ее пальцы крепко сжали край стола. Киран встал перед ней на колени, словно в молитве — но единственной молившейся в этой церкви была Крис. И она молила только о том, чтобы этот странный обряд никогда не заканчивался.

— Киран… проклятье…

— Мммм, — он явно не собирался ни на секунду отвлекаться от той магии, что творил своим языком.

— Я сейчас… я… я что-нибудь уничтожу, — ее ноги скользнули по его плечам, прижимая сильнее. Киран её не услышал — или, как всегда, просто наплевал на любые предосторожности. Крис хватала губами воздух, сжимаясь, бессмысленно меняя очертания предметов вокруг себя — и совсем скоро вздрогнула и расслабилась, не сдержав протяжного стона.

Когда она открыла глаза, пытаясь заново научиться дышать, Киран стоял перед ней — и, к счастью, не потерял ни одного из предметов одежды. Крис тихо рассмеялась, вытирая его влажные губы.

— Ладно. Я передумала насчёт языка.

— Тренировки идут тебе на пользу, — улыбнулся он, целуя ее пальцы. — Я почти не пострадал.

— Почти? Киран,почти?!

Киран рассмеялся.

— Да успокоишься ты уже, святые? Единственное страдание, связанное с тобой, сейчас находится у меня в джинсах.

Крис опустила взгляд.

— Я не про испорченный ремень говорю, — на всякий случай уточнил он, вытаскивая остатки ремня из шлевок.

— Я заметила, — выдохнула Крис с улыбкой.

Ее пальцы проворно расстегнули пуговицу джинсов. Дальше раздевать его пришлось на ощупь — Киран прижался к ее губам, вплетая паальцы в волосы на ее затылке и окончательно рассыпая прическу, так тщательно собранную Лекс накануне. Крис блаженно прикрыла глаза, покрываясь мурашками от сладкого предвкушения.

Взрыв.

Он раздался вдалеке, где-то за домом — но за ним по саду разлетелись крики.

Снова взрыв. Еще и еще.

Крис вздрогнула, прижимаясь к Кирану.

— Проклятье, — прошептал он, разрывая поцелуй. — Меня когда-нибудь уже оставят с моей женой в покое?

— Это не… Это же не я сделала, да? — дрожащими губами пролепетала Крис. Киран одернул подол ее платья и подошел к окну, чтобы раздвинуть шторы.

— Не ты.

По стеклам плясали разноцветные блики — как будто в саду собралась компания пьяных ЧеВГИ, решивших похвастать друг перед другом всеми возможными кросами.

— Фейерверк? — Крис спрыгнула со стола,торопливо влезая в туфли. — Мы разве…

— Нет. Мы не заказывали. Но наш аниматор, — Киран странно улыбнулся и покачал головой, застегивая джинсы. — Просто жить не может без самодеятельности.

— Мы звали аниматора?!

Киран бросил взгляд на новые кроссовки, которые Крис подарила ему аккурат перед свадьбой. Задумчиво покусал губы, тарабаня пальцами по подоконнику.

— Ладно, — наконец вздохнул он. — Не верю, что я это говорю, но я готов потерпеть до ночи.

— Что? Из-за фейерверка?

Он покачал головой.

— Ты должна увидеть кое-что.Кое-кого.Кажется, она зовет тебя.

— Киран, что...?Она?Какая ещеона?Все, кого мы ждали, давно здесь! Ты… Ты меня пугаешь.

— Шшшш, милая. Только приятные сюрпризы, ясно? — он вернулся к Крис, чтобы нежно обнять. Уткнулся в ее волосы, губами касаясь уха, и его голос снова сделался хрипловатым и тихим. — Пойдем. Пойдем, всеми Святыми тебя прошу. Пока я не передумал.

Когда они, держась за руки, выбежали в сад, веселье было в самом разгаре. Девочки скакали, будучи вне себя от радости, и их оглушительные крики перебивали даже грохот разрывающегося в небе салюта. Лекс, Энни и Лав хлопали в ладоши, смеясь. Мариам и Иган стояли поодаль, обнявшись — Крис в последнее время ни разу не видела этих двоих порознь. Джер умиротворенно улыбался, стоя со стаканом виноградного сока в руке, и поднял его, приветствуя новобрачных, как только заметил их приближение.

В центре сада, украшенного белыми лентами, в колдовском экстазе плясала Ведьма. Она вскидывала вверх жилистые руки, выписывая невидимые знаки длинными пальцами, и вокруг нее, складываясь в узоры, мерцали цветные тени. Они вились в воздухе, дрожа и взмывая в небо — и там, вспыхивая, разбивались на мириады сверкающих брызг.

— У нее нет БРК! — с ужасом прокричала подбежавшая Ханна и схватила Крис за запястье. Потрясла, пытаясь отвлечь ее — та зачарованно наблюдала за Ведьмой, не в силах оторвать взгляда от сумасшедшего танца.

— Крис? Святые, ты знаешь, кто это? Кто её пригласил?!

— Я, — невозмутимо ответил Киран. — Подумал, будет нехорошо, если со стороны невесты приедет только подруга и отчим.

— Со стороны… невесты? — ошалело посмотрела на него Крис.

Он улыбнулся, сжимая ее руку в своей.

— Ну, госпожа Кин? Не хочешь познакомить семью со своей бабушкой?

И, повернувшись к Ведьме, громко позвал:

— En Sia Solna!

Джер вздрогнул, разжав пальцы. Стакан с глухим стуком упал ему под ноги.

В саду все замерло. Последние искры фейерверков брызнули в небо, и, подмигнув на прощание оранжево-розовым, растворились в нагретом воздухе.

Ведьма посмотрела прямо на Крис, и иллюзия слетела со старушечьего лица.

Крис не видела ее много лет. Она бы ни за что не узнала ее вот так просто — но теперь, когда Киран назвал ее по имени, Крис стала ясно распознавать ее черты: ее маленький рот и тонкие брови, озорные голубые глаза, нос с округлым кончиком и морщинки — знакомые до боли, хотя их, кажется, стало сильно больше. Энси подошла ближе, и в наступившей тишине сада было слышно, как шуршит трава под ее старыми потертыми башмаками, как шелестят складки ее разноцветного, словно целиком сшитого из заплаток, плаща.

Крис прижала ладонь к лицу и тихо всхлипнула.

— Как… Как ты…

Киран выпустил ее руку из своей и мягко подтолкнул вперед.

Она сделала неловкий шаг навстречу, и бабушка заключила ее в объятия. Крис, не сдерживаясь, заплакала, уткнувшись в ее плечо. От Энси пахло дымом и горькими травами — запахом, который Крис почти что забыла, почти что поверив за столько лет, что придумала его себе сама.

Но теперь бабушка была здесь. Она была осязаема. Ее сухие волосы щекотали нос Крис. Ее кряжистые руки обнимали её. Ее скрипучий насмешливый голос раздавался прямо над ухом.

— Ну, ну. Не реви, девочка моя. Не реви! Что за дурная привычка у этой семейки?

— Где… Где ты была? — голос Крис прозвучал по-детски обиженно. — Где ты была так долго?!

— Пути колдуний неисповедимы, — ответил Киран, подходя ближе.

Энси улыбалась, хлопая Крис по спине и с хитрым прищуром посматривая на Кирана.

— Вижу, ты сносил свои башмачки, — пробубнила она, когда Крис отстранилась, встав рядом и крепко держа ее за руку, будто страшась, что бабушка испарится, едва появившись.

— Угу. И ты обещала прийти с подарком, — Киран засунул руки в карманы, смотря на старушку с ответным прищуром.

— Да вот, доверилась этой глупой собаке. Где же она? Солодка! Солодка!

— Ты ее насмерть перепугала своими салютами, — усмехнулся Киран.

— Да нет же. Она была где-то здесь. Солодка!

Все наблюдали за ними, затаив дыхание. Даже девочки притихли, с любопытством следя за каждым движением Энси. Впрочем, вряд ли кто-то из окружающих по-настоящему понимал, насколько необычная сцена разворачивалась перед ними: для них бабушка Крис была просто веселой чудачкой без БРК, явившейся из ниоткуда.

Разве что Джер, подавившийся соком от одного только имени Энси, мог понять уровень чуда. Он, как и Крис, в последний раз видел Энси задолго до того, как она попала в лечебницу — и наверняка так же давно примирился с мыслью, что странная старушка исчезла в небытие навсегда.

— Кто такая Солодка? — недоуменно спросила Эри у Лекс.

Та не успела ответить: на крики Энси в сад прибежала Лакрица, таща в зубах фиолетовый сверток.

— Ну вот! Я же сказала, — Энси наклонилась, чтобы забрать подарок из слюнявой пасти собаки. — Умница, псина! Моя ты Солодка! — потрепала Лакрицу за ухом, и та довольно завиляла хвостом.

Крис рассмеялась. Слезы все еще дрожали в ее глазах. Рука Кирана опустилась на ее талию, мягко притягивая к себе.

— И что там? Распашонки? — он усмехнулся, наблюдая за тем, как Энси брезгливо вытирает собачью слюну с шелестящего свертка.

Старушка недовольно покосилась на него и с чрезмерно серьезным видом ответила:

— Маловато стараешься для распашонок!

— Я… делаю все, что могу, — он непринужденно улыбнулся, но Крис видела, какого труда ему стоило не сказать что-то куда более язвительное. Например, что если бы не чересчур громкое появление бабули, он вполне мог бы стараться и дальше — прямо сейчас, в кабинете Мариам.

Крис залилась краской, прикрывая лицо и пряча стыдливый смех.

— А ну, держи! — Энси впихнула сверток в ее руки. — Держи, держи! А то улетят!

— Да кто? Святые! Что там?

Киран помог Крис разорвать упаковку, и в тот же миг из под их рук вверх взмыли десятки голубых бабочек. Дети снова закричали. Лав, Джер и все семейство Кин восторженно ахнуло — конверт был маленьким, но несметные бабочки все летели и летели ввысь, выписывая в августовском небе немыслимые узоры.

— Это… — выдохнула Крис, наблюдая за тем, как волшебные крылья бабочек преображаются в воздухе, становясь полупрозрачными и позже рассеиваясь сияющей голубой пылью.

Энси рассмеялась. Достала трубку, и, не прекращая хохотать, засунула в рот мундштук.

— Вы же не надеялись снова на артефакты, а, ребятня? Радуйтесь мигу! Вам больше ничего не нужно!

Эри и Кита подскочили к Энси, дёргая ее за плащ, подпрыгивая и хлопая в ладоши.

— Бабушка Кис! Как вы колдуете?

— Ба!

— Научите и нас!

Крис все еще смотрела в небо, наблюдая за разлетающимися искрами. Тихие слезы снова побежали по щекам, но она смеялась. Грудь распирало от странного, незнакомого раньше чувства. Нежность, любовь, щемящая тоска, и что-то далекое, неназванное, похожее на ностальгию, смешанную с предвкушением грядущего счастья — невыносимый коктейль, от которого ей хотелось обнять весь мир сразу.

Киран коснулся ее подбородка, заставляя посмотреть на себя.

— Крис?

Она выдохнула, глядя в его зачарованные глаза. Он смотрел на нее так, будто это не Энси, а сама Крис только что вызвала стаю волшебных бабочек. Будто это она сама была этой странной всемогущей колдуньей, заставляющей девочек плясать от восторга, а Ханну — впасть почти что в кататонический ступор. Будто это она, Крис, была причиной и началом всего. Будто это она, она, она…

И Киран…

Любил ее такой.

— Ты еще в моей команде? — он улыбнулся, приподнимая бровь. — Мне показалось, еще секунда, и ты тоже полетишь куда-нибудь из моих рук.

— Святые, Киран, — Крис обхватила его, крепко прижимаясь к его груди. — Я люблю тебя. Я так… чертовски тебя люблю!

Он довольно рассмеялся, целуя ее в макушку.

— Слушал бы это вечно.

Крис отстранилась, совсем немного, все еще оставаясь в кольце его рук, чтобы посмотреть в его смеющиеся глаза.

— Где ты нашел её? Как? Она же…

— Она же — что? Ведьма? Ты тоже, госпожа Кин. Ты тоже. Я уже говорил, что у меня особое чутье на таких, как ты?

— Я… ведьма, — шепнула она, давясь смешком. — Святые праотцы!

— Угум. Моя собственная. Личная ведьма.

И, перебивая её счастливый смех, Киран вжался в ее губы, срывая свой первый по-настоящему колдовской поцелуй.

Сад утопал в летних сумерках. Полный смеха, громких разговоров, визгов детей, веселого лая Лакрицы и сказок, рассказанных скрипучим голосом Энси. На небосклоне замерцали первые звезды: далекие и молчаливые, они с тихой завистью смотрели на сад, мечтая сорваться вниз сияющей пылью.

Август. Время, когда умирают звёзды. Киран усмехнулся, провожая взглядом вспыхнувший вдалеке метеор.

Сколько бы звёзд ни умерло, сколько вселенных бы ни сменилось, сколько бы раз этот мир не коверкал свои же правила, неизменным оставалось одно.

En sia solna.

Что бы там ни было.

Для него и для Крис.

Для всей их семьи.

Навсегда.

Он провел пальцем по гравировке на своем кольце и полной грудью вдохнул сладкий воздух, полный запахов яблок, вина и незнакомых ведьминских трав.

Крис с восторгом вычерчивала в небе новые символы. Киран не понимал ни черта из того, что говорила ей Энси — внучка и бабушка говорили на одном, понятном только им двоим, языке.

Киран только наблюдал со стороны и улыбался, с трепещущим сердцем следя, как смеется Крис, прижимая рукав платья к кончику смешно дрожащего носа.

Конец

Оглавление

Пролог

Глава 1. Удача

Глава 2. Секрет

Глава 3. Святыня

Глава 4. Напарник

Глава 5. Куратор

Глава 6. Защищай меня

Глава 7. Астель

Глава 8. Подарок

Глава 9. Я тебя знаю

Глава 10. Пульсар

Глава 11. Побочный эффект

Глава 12. Сильнее страха

Глава 13. Киран

Глава 14. Выше звёзд

Глава 15. Маячок

Глава 16. Лавли

Глава 17. Тайны Галара

Глава 18. Дублер

Глава 19. Исцеление

Глава 20. Дом, милый дом

Глава 21. Маленькая колдунья

Глава 22. Твой главный герой

Глава 23. Собаки

Глава 24. Чёрная полоса

Глава 25. Ханна

Глава 26. Чистая магия

Глава 27. Когда умирают звёзды

Глава 28. Несчастье

Глава 29. С днём рождения, Киран

Глава 30. Десять признаков его любви

Глава 31. Утрата доверия

Глава 32. Возвращение

Глава 33. Мое лекарство

Глава 34. Сжигая надежды

Глава 35. Кровь

Глава 36. Пластырь

Глава 37. Выбор

Глава 38. Осколки

Глава 39. Слабость

Глава 40. Связанные

Глава 41. Прощай

Глава 42. Альфа - Гамма

Глава 43. И рассеется тьма

Глава 44. Формула

Эпилог